ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

3 сентября 2020 года

город Гаджиево

Гаджиевский гарнизонный военный суд под председательством судьи Колосова А.А., при секретаре судебного заседания Маниной О.В., с участием государственных обвинителей заместителя военного прокурора – войсковая часть 56186 майора юстиции ФИО5 и старшего помощника военного прокурора – войсковая часть 56186 капитана юстиции ФИО6, подсудимых ФИО7 и ФИО8, защитников Белоусова В.П. и Камочкина В.В., рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда уголовное дело в отношении военнослужащих войсковой части 69273 

капитан-лейтенанта ФИО7, персональные данные,

и

капитан-лейтенанта ФИО8, персональные данные, 

обвиняемых в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 256 УК РФ,

установил:

ФИО7 и ФИО8 в 4-м часу 29 мая 2020 г., находясь в лодке в акватории губы Сайда Кольского залива Баренцева моря, являющейся местом нереста и нерестовой миграции к местам нереста камчатского краба, действуя группой лиц по предварительному сговору с помощью крабовых ловушек, в нарушение требований п. 14.4.8 и 76 Правил рыболовства для Северного рыбохозяйственного бассейна, утвержденных приказом Министерства сельского хозяйства России от 30 октября 2014 г. № 414, осуществили незаконный вылов 8 особей камчатского краба с целью дальнейшего употребления их в пищу, совершив действия, направленные на причинение водным биологическим ресурсам крупного ущерба в размере 114 944 рубля. Указанные действия были пресечены сотрудниками правоохранительных органов, а изъятые у них в ходе проведения оперативно-розыскных мероприятий особи краба были возвращены в естественную среду обитания в живом виде. 

В судебном заседании подсудимые виновными себя в содеянном признали. 

При этом подсудимый ФИО7, в частности, показал, что в дневное время 28 мая 2020 г., находясь по месту службы на территории войсковой части 69273, он предложил своему сослуживцу ФИО8 порыбачить в губе Сайда Кольского залива Баренцева моря, а заодно проверить веревку, протянутую по поверхности воды на одном из участков данной акватории, к которой возможно были прикреплены крабовые ловушки, а при обнаружении в них крабов – изъять их оттуда в целях личного потребления. 

Далее подсудимые, каждый в отдельности, показали, что в 3-м часу 29 мая 2020 г. они отплыли на моторной лодке, принадлежащей ФИО7, от военного причала в г. Гаджиево и, прибыв в указанное место, обнаружили проходящую по поверхности воды веревку, к которой были прикреплены погруженные в воду крабовые ловушки. Затем ФИО8 стал поднимать руками эти ловушки, а ФИО7 – изымать из них находившихся там крабов и укладывать в имевшуюся в лодке бочку. Всего, таким образом, они выловили 8 особей краба. По возвращении на берег они были задержаны сотрудниками пограничной службы. Также подсудимые показали, что ловушки они вытягивали вручную, двигатель на лодке при этом был заглушен, и она каким-либо образом непосредственно для извлечения ловушек на поверхность воды не использовалась. Все выловленные ими крабы после задержания и оформления материалов были возвращены в живом виде обратно в воду. 

Как показал допрошенный в качестве свидетеля ФИО1, государственный участковый инспектор по государственному контролю в сфере охраны морских биологических ресурсов Пограничного управления ФСБ России по Западному арктическому району, примерно в 2 часа 30 минут 29 мая 2020 г., когда он и другой сотрудник управления ФИО2, находясь на побережье губы Сайда Кольского залива, производили визуальное наблюдение за ее акваторией в целях выявления и пресечения незаконной добычи водных биологических ресурсов, обнаружили отходящую от военного причала в г. Гаджиево лодку, в которой были двое мужчин. В дальнейшем, а именно примерно в 3 часа 5 минут, лодка с данными лицами остановилась в районе губы Сайда, где один из них стал вручную осуществлять поднятие на поверхность воды крабовых ловушек, а другой – извлекать находившихся в них крабов. Все указанные противоправные действия, происходившие примерно в течение 30 минут, были зафиксированы им на видеокамеру, а соответствующая информация передана другим сотрудникам управления, ожидавшим на причале.

Аналогичные сведения усматриваются из показаний свидетеля ФИО2, оглашенных в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ.

Свидетель ФИО3, сотрудник Пограничного управления ФСБ России по Западному арктическому району, показал, что по возвращении указанной лодки к берегу эти лица, которыми оказались ФИО7 и ФИО8, были задержаны, а в лодке обнаружены 8 выловленных ими крабов, которые в последующем после оформления процессуальных материалов были выпущены в естественную среду обитания.

Из показаний свидетеля ФИО4, начальника штаба войсковой части 69273, которые оглашены на основании ч. 1 ст. 281 УПК РФ, следует, что со слов ФИО7 и ФИО8 ему известно о том, что 28 мая 2020 г. по предложению ФИО7 они договорились в ночь на следующие сутки сходить на лодке на рыбалку в акваторию губы Сайда Кольского залива Баренцева моря и при этом проверить имевшуюся на одном из участков данной акватории веревку, протянутую от берега к бую, к которой возможно были прикреплены крабовые ловушки. 29 мая 2020 г., находясь на этом участке и обнаружив указанную веревку с крабовыми ловушками, они извлекли из них 8 особей краба. По возвращении на берег они были задержаны с выловленными крабами сотрудниками пограничной службы. 

Приведенные показания подсудимых и свидетелей согласуются с содержанием протоколов обследования от 29 мая 2020 г. и осмотра предметов от 9 и 23 июля 2020 г., сообщения Главного управления МЧС России по Мурманской области от 9 июля 2020 г., а также видеофайлов, осмотренных согласно протоколу от 26 июня 2020 г., в которых зафиксированы обстоятельства незаконной добычи ФИО7 и ФИО8 в 4-м часу 29 мая 2020 г. в акватории губы Сайда Кольского залива Баренцева моря камчатского краба.

Из акта от 29 мая 2020 г. усматривается, что обнаруженные в моторной лодке «Ротан – Р250», зарегистрированной на имя ФИО7, эти особи краба в количестве 8 штук выпущены в живом виде в естественную среду обитания.

В соответствии с заключением эксперта от 22 июля 2020 г., проводившего судебную ихтиологическую экспертизу, указанные биологические ресурсы относятся к виду «краб камчатский», их общая стоимость составляет 114944 рубля, что относится к крупному ущербу.

По сообщениям Североморского территориального управления Федерального агентства по рыболовству и Полярного филиала ФГБНУ «Всероссийский научно-исследовательский институт рыбного хозяйства и океанографии» от 14 июля 2020 г. акватория губы Сайда Кольского района Баренцева моря является местом размножения (нереста) и нерестовой миграции к местам нереста (миграционным путем) камчатского краба, путевки на добычу (вылов) которого ФИО7 и ФИО8 не выдавались.

При этом, принимая во внимание, что акватория губы Сайда Кольского залива Баренцева моря, является индивидуально определенном морским районом, ее координаты (ориентиры) в приговоре не приводятся. 

Исходя из Правил рыболовства для Северного рыбохозяйственного бассейна, утвержденных приказом Министерства сельского хозяйства России от 30 октября 2014 г. № 414, в случае добычи (вылова) запрещенных видов водных биоресурсов они должны с наименьшими повреждениями, независимо от их состояния, выпускаться в естественную среду обитания, при этом в целях любительского рыболовства запрещается добыча (вылов) краба камчатского без путевок, а в период с 1 января по 15 августа – вовсе.

Оценивая исследованные в судебном заседании доказательства, суд признает их достоверными, допустимыми, в том числе в свете требований ст. 89 УПК РФ, регламентирующей использование в доказывании результатов оперативно-розыскной деятельности, и в своей совокупности достаточными для признания виновности ФИО7 и ФИО8 в содеянном доказанной.

Таким образом, суд находит установленным, что ФИО7 и ФИО8 при обстоятельствах, соответствующих описательной части приговора, изъяли из среды обитания водные биологические ресурсы в виде камчатского краба в нарушение норм экологического законодательства, то есть, совершили их незаконный вылов.

Поскольку такие действия были совершены ими по предварительному сговору между собой в месте нереста и на миграционном пути к нему и, исходя из того, что их умысел был направлен на причинение водным биологическим ресурсам крупного ущерба, который не наступил по обстоятельствам, не зависящим от них, в связи с пресечением их преступных действий сотрудниками правоохранительных органов, суд квалифицирует эти действия по ч. 3 ст. 256 УК РФ.

Органом предварительного следствия ФИО7 и ФИО8 обвиняются в том, что в результате содеянного ими крупный ущерб водным биологическим ресурсам был причинен фактически, а также, что для достижения преступного результата они применили самоходное транспортное плавающее средство (квалифицирующие признаки, указанные в п. «а» и «б» ч. 1 ст. 256 УК РФ). 

Вместе с тем, по смыслу закона, регламентирующего ответственность за экологические преступления, под ущербом подразумевается наступление реальных последствий для экологии в виде безвозвратной утраты незаконно добытых биологических объектов.

Изъятые же у ФИО7 и ФИО8 особи краба, как следует из материалов дела, были возвращены в естественную среду обитания в живом виде. 

То есть, в данном случае как таковой ущерб отсутствует.

Под применением самоходного транспортного плавающего средства для целей ст. 256 УК РФ понимается его непосредственное использование в качестве орудия добычи (вылова) водных биологических ресурсов. 

В рассматриваемом же случае моторная лодка использовалась только для доставки ФИО7 и ФИО8 к месту лова и обратно, непосредственно для вылова крабов, который они осуществляли исключительно своими силами за счет поднятия крабовых ловушек вручную, лодка не применялась, установленный на ней двигатель в этот момент в действие не приводился. 

Иных данных о том, что применение указанной лодки существенным образом облегчило добычу биоресурсов, материалы дела не содержат.

Наряду с этим ФИО7 и ФИО8 инкриминировалось осуществление лова крабовыми ловушками в качестве запрещенных орудий. Однако каких-либо данных на этот счет, основанных на специальных познаниях, позволяющих признать указанные ловушки, использование которых в целом допускается при соблюдении определенных условий, не соответствующими предъявляемым к ним требованиям суду, не представлено. 

С учетом изложенного и соответствующей позиции государственного обвинителя в судебном заседании суд исключает из объема предъявленного им обвинения применение самоходного транспортного плавающего средства. 

Наряду с этим подлежат исключению из обвинения причинение в результате содеянного ими крупного ущерба водным биологическим ресурсам, а также использование ими запрещенных орудий лова (п. 14.2 и 20.3 Правил рыболовства).

Кроме того, исключается и вмененное ФИО7 и ФИО8 нарушение ст. 2, 10, 11, 12, 20, 26, 29.2, 31, 34, 43.1 Федерального закона от 20 декабря 2014 г. № 166 «О рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов» и п. 16.1, 18, подп. «б» Правил рыболовства, как носящих общий характер либо касающихся иных (не любительского) видов рыболовства. 

При назначении ФИО7 и ФИО8 наказания суд учитывает, что в содеянном они чистосердечно раскаялись, впервые привлекаются к уголовной ответственности, по службе характеризуются положительно, награждены ведомственными медалями, командование части ходатайствовало о снисхождении к ним, ФИО7, кроме того, является ветераном военной службы.

Активное способствование ими расследованию преступления, в том числе выражающееся в добровольной выдаче выловленных биоресурсов, а также оказание в ходе производства по делу материальной помощи общественной организации в качестве способа заглаживания вреда, причиненного объекту преступного посягательства, суд на основании п. «и» ч. 1 и ч. 2 ст. 61 УК РФ признает обстоятельствами, смягчающими их наказание.

Приведенные смягчающие наказание обстоятельства в совокупности суд на основании ст. 64 УК РФ признает исключительными, существенно уменьшающими степень общественной опасности содеянного ими, и приходит к выводу о возможности и целесообразности назначения им наказания в виде штрафа ниже низшего предела, предусмотренного санкцией ч. 3 ст. 256 УК РФ, учитывая при этом их имущественное положение.

Однако основания для изменения в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ категории преступления, в совершении которого обвиняются подсудимые, на менее тяжкую, исходя из фактических обстоятельств дела, выражающихся в наличии у них прямого умысла на совершение данного преступления, объема выловленных биоресурсов, отсутствуют.

Решая вопрос об имуществе, принадлежащем ФИО7, на которое в связи с данным делом наложен арест, – автомобиле «Volkswagen» с государственным регистрационным знаком НОМЕР – суд в соответствии с п. 11 ч. 1 ст. 299 УПК РФ приходит к выводу о необходимости сохранения в отношении указанного имущества этой меры процессуального принуждения до исполнения приговора в части назначенного ему наказания.

Вместе с тем применительно к автомобилю «Kia Optima» с государственным регистрационным знаком НОМЕР, также обремененного указанной обеспечительной мерой в качестве имущества, принадлежащего ФИО8, необходимо отметить следующее. 

Согласно поступившим из ПАО «Росбанк» документам, а именно решению Энгельского районного суда Саратовской области от 24 августа 2016 г., вступившему в законную силу 30 сентября 2016 г., соглашению от 25 февраля 2020 г. об отступном, заключенному между ПАО «Росбанк» и ФИО8, ранее принадлежавший ФИО8 автомобиль «Kia Optima» в счет неисполненного им перед банком финансового обязательства передан в собственность данной кредитной организации еще до совершения им противоправных действий применительно к настоящему уголовному делу. В связи с этим оснований для применения обеспечительной меры в отношении данного имущества как фактически принадлежащего иному владельцу не имеется.

Приобщенные к делу в качестве вещественных доказательств видеофайлы, содержащиеся на оптических дисках, необходимо хранить при деле; моторную лодку «Ротан – Р 520» с подвесным мотором и судовой билет, принадлежащие ФИО7, надлежит передать ему по принадлежности. 

Что касается признанных вещественными доказательствами крабовых ловушек, то, как видно из материалов дела, постановлением военного следственного отдела по Гаджиевскому гарнизону от 24 июля 2020 г. выделены в отдельное производстве материалы, содержащие сведения о преступлении, предусмотренном ч. 3 ст. 30 ч. 1 ст. 256 УК РФ, по факту установки этих приспособлений для лова крабов, в связи с чем они подлежат хранению в учреждении, в которое они ранее переданы, до разрешения указанного вопроса по существу.

Руководствуясь ст. 307, 308 и 309 УПК РФ, гарнизонный военный суд

приговорил: 

ФИО7 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 256 УК РФ, на основании которой с применением ст. 64 УК РФ назначить ему наказание в виде штрафа в размере 100000 (ста тысяч) рублей.

ФИО8 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 256 УК РФ, на основании которой с применением ст. 64 УК РФ назначить ему наказание в виде штрафа в размере 100000 (ста тысяч) рублей.

Меру пресечения осужденным ФИО7 и ФИО8 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора в законную силу – оставить без изменения.

По вступлении приговора в законную силу вещественные доказательства по делу: 

- видеофайлы, содержащиеся на оптических дисках № 1, 2, 3, – хранить при уголовном деле;

- 7 крабовых ловушек – оставить на хранении в ПУ ФСБ России по Западному арктическому району до разрешения вопроса в соответствии с постановлением военного следственного отдела по Гаджиевскому гарнизону от 24 июля 2020 г. о выделении материалов из уголовного дела;

- моторную лодку «Ротан – Р520» с навесным мотором, находящуюся на хранении в ПУ ФСБ России по Западному арктическому району, судовой билет – передать ФИО7

Меру процессуального принуждения в виде ареста на автомобиль ФИО7 «Volkswagen 7 HC Caravelle» с государственным регистрационным знаком НОМЕР – оставить без изменения до исполнения приговора в части назначенного ему наказания.

Меру процессуального принуждения в виде ареста на автомобиль «Kia Optima» с государственным регистрационным знаком НОМЕР – отменить.

Информация, необходимая в соответствии с правилами заполнения расчетных документов на перечисление имущественных взысканий: Управление федерального казначейства по Мурманской области (военное следственное управление Следственного комитета Российской Федерации по Северному флоту, лицевой счет № 

<

***>) ИНН 

<

***>, КПП 511001001, ОКТМО 47730000 (муниципальное образование ЗАТО Североморск), номер счета получателя 40101810040300017001, наименование банка получателя: отделение по Мурманской области Северо-западного главного управления Центрального банка РФ, БИК 044705001, КБК 41711603133010000140.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Северный флотский военный суд через Гаджиевский гарнизонный военный суд в течение 10 суток со дня провозглашения. Осужденные вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении дела судом апелляционной инстанции.

Председательствующий

А.А. Колосов