Дело № 

г. Архангельск 27 сентября 2018 года

пр.Никольский, д. 46

Р Е Ш Е Н И Е

Судья Соломбальского районного суда города Архангельска Кривуля Ольга Геннадьевна, рассмотрев жалобу ФИО3 на постановление инспектора по исполнению административного законодательства отделения административной практики отдела ГИБДД УМВД России по г.Архангельску 29 МА № от 28 апреля 2018 года о прекращении производства по делу об административном правонарушении в отношении ФИО2, 

У С Т А Н О В И Л:

Постановлением инспектора по исполнению административного законодательства отделения административной практики отдела ГИБДД УМВД России по г.Архангельску 29 МА № от 28 апреля 2018 года прекращено производства по делу об административном правонарушении в отношении ФИО2 в виду отсутствия в его действиях состава административного правонарушения, ответственность за которое предусмотрена частью 3 статьи 12.14 КоАП РФ.

Не согласившись с данным постановлением, ФИО3 обжаловала его в районный суд, жалобу мотивируя тем, что при производстве по делу об административном правонарушении инспектором ГИБДД не были выяснены все обстоятельства, подлежащие выяснению, неправильно произведены замеры проезжей части, неправильно произведена фотофиксация места ДТП. Инспектором ГИБДД принята исключительно версия водителя ФИО2 об обстоятельствах столкновения, между тем версия ФИО2 опровергается имеющимися в деле доказательствами. 

В судебном заседании ФИО3 и её представитель ФИО4 доводы жалобы поддержали. ФИО3 поясняла, что 28.02.2018 находилась за рулем автомобиля KIA DE (JB/RIO) г/н №, двигалась по Маймаксанскому шоссе в сторону Соломбалы, на перекрестке с ул.Мостовая остановилась на красный сигнал светофора. Перед ней стоял автомобиль марки ГАЗ, за рулем которого находился ФИО2 Когда загорелся зеленый сигнал светофора она и автомобиль Газель начали поворачивать налево. Автомобиль ГАЗ занял правую сторону полосы, она – левую. Непосредственно при повороте автомобиль ГАЗ начал перестраиваться в левую сторону, не включив при этом сигнал поворота, произошло столкновение.

Второй участник ДТП ФИО2, должностное лицо, вынесшее оспариваемое постановление, в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом.

Заслушав ФИО3 и её представителя, изучив материалы дела, прихожу к следующему.

Как следует и материалов дела, 28 февраля 2018 года в 15 час. 09 мин. в районе перекрестка ул.Мостовая – Маймаксанское шоссе в г.Архангельске произошло дорожно-транспортное происшествие.

В определении о возбуждении дела об административном правонарушении указано, что водитель ФИО2, управляя автомобилем 

<

***> («Газель») г/н №, при перестроении не уступил дорогу автомобилю KIA DE (JB/RIO) г/н № под управлением водителя ФИО3, двигавшегося попутно без изменения направления движения.

28 апреля 2018 года инспектор (по исполнению административного наказания) отделения административной практики отдела ГИБДД УМВД России по г.Архангельску, майор полиции ФИО5 прекратил производство по делу об административном правонарушении в отношении ФИО2 в виду отсутствия состава административного правонарушения, ответственность за которое предусмотрена ч. 3 ст. 12.14 КоАП РФ.

В ходе выяснения обстоятельств дорожно-транспортного происшествия, изучив письменные объяснения участников ДТП, фотоматериалы с места ДТП, должностное лицо, вынесшее постановление, пришел к выводу об отсутствии в действиях водителя ФИО2 состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 3 ст. 12.14 КоАП РФ, указав в постановлении, что каждый из водителей выдвигает свою версию произошедшего, свидетелей на месте ДТП не установлено, на месте ДТП не зафиксированы размеры проезжей части Маймаксанского шоссе (проезжая часть встречного направления) и разделительной полосы, определить траекторию движения, по имеющимся данным, взаимное расположение на проезжей части, невозможно, в месте столкновения каких-либо камер наружного наблюдения не установлено, бесспорных доказательств, опровергающих либо подтверждающих версию водителей не установлено. 

С такими выводами должностного лица согласиться нельзя.

Процессуальными требованиями – статей 24.1 КоАП РФ установлено, что задачами производства по делам об административных правонарушениях являются всестороннее, полное, объективное и своевременное выяснение обстоятельств каждого дела, разрешение его в соответствии с законом, обеспечение исполнения вынесенного постановления, а также выявление причин и условий, способствовавших совершению административных правонарушений.

В силу статей 26.1, 26.11 КоАП РФ выяснению по делу об административном правонарушении подлежат наличие события административного правонарушения, лицо, совершившее противоправные действия (бездействие), за которые настоящим Кодексом или законом субъекта Российской Федерации предусмотрена административная ответственность, виновность лица в совершении административного правонарушения.

Доказательства по делу об административном правонарушении оцениваются на основании всестороннего, полного и объективного исследования всех обстоятельств дела в их совокупности. Никакие доказательства не могут иметь заранее установленную силу.

В нарушение указанных процессуальных требований должностное лицо не выполнил задачи производства по делам об административных правонарушениях, установленные ст. 24.1 КоАП РФ и не выяснил обстоятельства, перечисленные в ст. 26.1 КоАП РФ, и подлежащие выяснению по делу об административном правонарушении, не оценил представленные по делу доказательства по правилам ст. 26.11 КоАП РФ.

В соответствии со ст. 30.6 КоАП РФ судья, вышестоящее должностное лицо не связаны доводами жалобы и проверяют дело в полном объеме.

В соответствии с п. 8 ч. 2 ст. 30.6 КоАП РФ, в ходе рассмотрения жалобы на постановление по делу об административном правонарушении судом проверяются на основании имеющихся в деле и дополнительно представленных материалов законность и обоснованность вынесенного постановления, в частности заслушиваются объяснения физического лица или законного представителя юридического лица, в отношении которых вынесено постановление по делу об административном правонарушении; при необходимости заслушиваются показания других лиц, участвующих в рассмотрении жалобы, пояснения специалиста и заключение эксперта, исследуются иные доказательства, осуществляются другие процессуальные действия в соответствии с настоящим Кодексом.

В соответствии со ст. ст. 30.4, 30.6 КоАП РФ судья районного суда наделен теми же полномочиями, что и должностное лицо, в том числе на истребование дополнительных материалов, вызов лиц, участие которых признается необходимым и иные признанные необходимыми действия, имеет право проверить дело в полном объеме.

Определением суда от 5 июля 2018 года по делу назначена экспертиза, проведение которой поручено экспертному учреждению ООО «КримЭксперт».

Согласно заключению эксперта № от 04 сентября 2018 года в рассматриваемой дорожной ситуации с технической точки зрения первичный контакт между автомобилями КИА РИО и Газель происходил между передней боковой частью КИА и задней левой боково й частью ГАЗели. Данное взаимодействие для автомобиля ГАЗель по месту нахождения удара квалифицируется как заднее левое боковое касательное, а для автомобиля КИА – переднее левое боковое касательное. При указанном взаимодействии траектории движения данных автомобилей, после их контакта, с технической точки зрения не могли каким-либо образом измениться относительно их первоначальных траекторий. То есть отбрасывания данных транспортных средств вследствие их взаимодействия, с технической точки зрения не могли иметь место.

В данном конкретном случае при осмотре места происшествия на проезжей части каких-либо следов шин (качения, торможения, волочения, сдвига и т.д.) от транспортных средств, а также осыпей грязи, осколков стекол и пластмассовых деталей обнаружено/зафиксировано не было. На схеме места совершения административного правонарушения были лишь отмечены только конечные положения автомобилей КИА и ГАЗель, которые они занимали на проезжей части на момент осмотра. В представленных на исследование материалах с технической и экспертной точки зрения отсутствуют сведения и признаки, по которым возможно было бы экспертным путем определить, как фактическое расположение на проезжей части места столкновения автомобилей КИА и ГАЗель, так и весь механизм исследуемого дорожно-транспортного происшествия. Вследствие чего решить вопросы «Совпадает ли место столкновения автомобиля ГАЗ 2824 РА г/н № и автомобиля KIA DE (JB/RIO) г/н № с местом, указанным ФИО2, как место столкновения транспортных средств? Совпадает ли место столкновения автомобиля KIA DE (JB/RIO) г/н № с местом, указанным ФИО6, как место столкновения транспортных средств?» экспертным путем не представилось возможным.

Вместе с тем, сопоставляя наиболее вероятное расположение автомобилей КИА и ГАЗель друг относительно друга в момент их первичного контакта, с зафиксированными на схеме происшествия местами столкновения, которые были указаны водителями данных транспортных средств, учитывая при этом дорожно-следовую обстановку, которая зафиксирована на имеющихся фотоматериалах, следует заключить, что место столкновения, указанное водителем автомобиля КИА, с технической и экспертной точки зрения, в значительно большей степени вероятно, по сравнению в место, указанным водителем ГАЗель. Поскольку в случае, если место столкновения было там, где это показал водитель ГАЗели, то в этом случае автомобиль КИА перед происшествием, с технической точки зрения, должен был осуществлять свое движение по разделительной полосе, чего фактически не было, так как на данной полосе, исходя из имеющихся фотоматериалов, вообще отсутствуют какие-либо следы.

Эксперт пришел к выводу, что с технической и экспертной точки зрения версия развития происшествия, изложенная водителем КИА в большей степени вероятная, чем версия водителя ГАЗели.

В исследуемой дорожной ситуации с технической точки зрения водитель автомобиля ГАЗель для обеспечения безопасности движения должен был действовать, руководствуясь требованиями п.п. 8.1 (абзац 1), 8.2 (абзац 2) и 8.4. Правил дорожного движения. Никто из участников движения и ничто из дорожной обстановки не создавало для водителя автомобиля ГАЗель внезапной опасности или препятствия, возникновения которых он не мог предвидеть и что могло бы потребовать от него выполнения каких-либо экстренных действий по управлению своим транспортным средством в целях предотвращения происшествия. В рассматриваемой ситуации предотвращение изучаемого происшествия целиком и полностью зависело от его действий, не противоречащих требованиям п.п. 8.1 (абзац 1), 8.2 (абзац 2) и 8.4. Правил дорожного движения. При выполнении водителем автомобиля ГАЗель требований указанных пунктов ПДД рассматриваемое ДТП с технической точки зрения исключалось.

С технической точки зрения водитель автомобиль КИА с момента возникновения опасности для движения (в данном случае опасность для указанного водителя возникла не ранее момента выезда на его полосу движения автомобиля ГАЗель, в процессе его перестроения) должен был принять меры к снижению скорости движения своего ТС вплоть до его остановки, то есть водитель КИА должен был действовать, руководствуясь требованием п. 10.1 (абзац 2) ПДД.

По имеющимся и принятым исходным данным не представляется возможным решить вопрос о технической возможности у водителя автомобиля КИА в данной ситуации предотвратить изучаемое дорожно-транспортное происшествие, то, следовательно, не представляется возможным решить вопрос и о соответствии или несоответствии действий водителя автомобиля КИА требованию п.10.1 ПДД (абзац 2) ПДД, которое он должен был выполнить.

Заключение эксперта мотивировано, участниками производства по делу об административном правонарушении не оспорено.

Согласно части 1 статьи 26.2 КоАП РФ доказательствами по делу об административном правонарушении являются любые фактические данные, на основании которых судья, орган, должностное лицо, в производстве которых находится дело, устанавливают наличие или отсутствие события административного правонарушения, виновность лица, привлекаемого к административной ответственности, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела.

В силу части 2 указанной статьи эти данные устанавливаются протоколом об административном правонарушении, иными протоколами, предусмотренными настоящим Кодексом, объяснениями лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, показаниями потерпевшего, свидетелей, заключениями эксперта, иными документами, а также показаниями специальных технических средств, вещественными доказательствами.

Содержащийся в статье 26.2 КоАП РФ перечень доказательств не является исчерпывающим.

В соответствии с ч. 1 ст. 26.4 КоАП РФ в случаях, если при производстве по делу об административном правонарушении возникает необходимость в использовании специальных познаний в науке, технике, искусстве или ремесле, судья, орган, должностное лицо, в производстве которых находится дело, выносят определение о назначении экспертизы. 

Материалами дела подтверждается, что в ходе административного расследования ФИО3 заявляла ходатайство о назначении экспертизы, которое должностным лицом разрешено не было, инспектор ГИБДД экспертизу по своей инициативе не назначал, что не позволило должностному лицу полно, и всесторонне рассмотреть дело.

Прихожу к выводу, что постановление по делу об административном правонарушении не соответствует требованиям 24.1, 26.1, 26.2, 26.4, и 26.11 КоАП РФ, производство по делу не было полным и всесторонним, вопросы имеющие значение для правильного разрешения дела, исследованы не были, обстоятельства, подлежащие установлению, в полной мере не выяснены, в нарушение требований ст. 26.4 КоАП РФ экспертиза по делу не назначалась, поэтому постановление подлежит отмене. 

Вместе с тем Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях не содержит нормы, предусматривающей возможность формулировать выводы о виновности лица в постановлении о прекращении производства по делу об административном правонарушении по основаниям, предусмотренным частью 1 статьи 24.5 названного Кодекса.

Из содержания пункта 13.1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2005 г. N 5 "О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях" следует, что в постановлении о прекращении производства по делу не могут содержаться выводы юрисдикционного органа о виновности лица, в отношении которого было возбуждено производство по делу об административном правонарушении. 

Срок давности привлечения к административной ответственности, установленный ч. 1 ст. 4.5 КоАП РФ по составу административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.14 КоАП РФ составляет два месяца и истек 28 апреля 2018 года.

Истечение срока давности привлечения к административной ответственности отнесено п. 6 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ к обстоятельствам, исключающим производство по делу об административном правонарушении.

Поскольку на момент рассмотрения в районном суде жалобы истек срок давности привлечения к административной ответственности, постановление от 28 апреля 2018 года подлежит отмене, а производство по делу об административном правонарушении прекращению.

Согласно ч. 1 ст. 24.7 КоАП РФ издержки по делу об административном правонарушении состоят из сумм, выплачиваемых, в том числе экспертам.

Исходя из положений статьи 24.7 названного Кодекса, а также правовой позиции, выраженной в пункте 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2005 N 5 "О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях", решение относительно сумм, выплаченных экспертам (расходов, понесенных в связи с проведением экспертизы), и признанных издержками, должно быть отражено в постановлении о назначении административного наказания или в постановлении о прекращении производства по делу, соответствующие расходы подлежат возмещению в рамках производства по делу об административном правонарушении.

Таким образом, в силу прямого указания Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях вопрос об издержках должен быть решен в постановлении по делу об административном правонарушении.

В соответствии с ч. 2 ст. 24.7 КоАП РФ издержки по делу об административном правонарушении, совершенном физическим лицом и предусмотренном указанным кодексом, относятся на счет федерального бюджета.

Расходы на проведение судебной экспертизы составили 25 000 руб., которые в силу указанный процессуальных норм подлежат возмещению в пользу ООО «КримЭксперт» за счет средств федерального бюджета.

Руководствуясь пунктом 3 части 1 статьи 30.7 КоАП РФ,

решил:

жалобу удовлетворить.

Постановление инспектора по исполнению административного законодательства отделения административной практики отдела ГИБДД УМВД России по г.Архангельску 29 МА № от 28 апреля 2018 года отменить, производство по делу в отношении ФИО2 прекратить в связи с истечением срока давности привлечения к административной ответственности.

Расходы на проведение судебной экспертизы ООО «КримЭксперт» в сумме 25 000 руб. возместить ООО «КримЭксперт» за счет средств федерального бюджета.

Решение может быть обжаловано в Архангельский областной суд в течение 10 суток со дня вручения или получения копии решения.

Судья О.Г.Кривуля