Дело №2-399/2025 строка 2.219

УИД: 36RS0004-01-2024-013166-66

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

7 апреля 2025 г. Ленинский районный суд города Воронежа в составе:

председательствующего судьи Щербатых Е.Г.

при секретаре Усовой Ю.И.

с участием прокурора Урывской К.В., 

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по иску ФИО1 к ООО «Пассажирское транспортное предприятие» о компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ООО «Пассажирское транспортное предприятие», указывая в обоснование заявленных требований на следующие обстоятельства. 28 октября 2023 г., примерно в 18 часов 35 минут, водитель ФИО2, управляя пассажирским автобусом ПАЗ с регистрационным знаком №, при осуществлении движения по проезжей части 

<

адрес>, допустил наезд на пешехода ФИО14, который получил телесные повреждения, от которых 6 ноября 2023 г. скончался в БУЗ ВО ГК БСМП-1 г. Воронежа. Постановлением следователя от 9 февраля 2024 г. в возбуждении уголовного дела было отказано. 

ФИО15 приходился истцу сыном. Невосполнимая безвременная утрата любимого родного сына, погибшего в результате ДТП, грубо разрушила жизнь истца, лишила поддержки, внимания, заботы, защиты, помощи в быту и ведении хозяйства, полностью поменяла привычный уклад жизни. ФИО1 до сих пор испытывает чувство глубокой скорби, горя, эмоциональные стрессы, раздражительность, депрессию, много плачет, часто посещает кладбище, вместо того, чтобы полноценно отдыхать и работать. Угнетенное состояние, нервозные ощущения, страхи, другие отрицательные эмоции, потеря сна и аппетита привели к ухудшению здоровья истца.

Приводя в иске нормы действующего гражданского законодательства, ФИО1 указывает на то, что не признается владельцем и не несет ответственности за вред перед потерпевшим лицо, управляющее источником повышенной опасности в силу трудовых отношений с владельцем этого источника (водитель, машинист, оператор и другие).

Из материалов проверки следует, что ФИО2 в момент ДТП состоял в трудовых отношениях с ответчиком – ООО «Пассажирское транспортное предприятие», исполнял свои трудовые обязанности водителя, управляя автобусом ПАЗ с регистрационным знаком № на основании путевого листа №№ от 28 октября 2023 г. Таким образом, именно на ООО «Пассажирское транспортное предприятие» законом возлагается обязанность по возмещению вреда, причиненного его работником – ФИО2 при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Полагая, что полностью возместить причиненный моральный вред невозможно, истец считает, что заявленная ею денежная компенсация отвечает требованиям разумности и справедливости, обстоятельствам причинения вреда и, в какой-то мере, может сгладить переносимые страдания и переживания. 

Основываясь на изложенном, ФИО1 просит суд взыскать с ООО «Пассажирское транспортное предприятие» денежную компенсацию морального вреда в сумме 1 000 000 рублей.

В судебном заседании истец ФИО1 и её представитель – адвокат Запрута Г.Г. заявленные требования поддержали и просили суд удовлетворить иск в полном объеме, обращая внимание суд на то, заявленный размер компенсации отвечает принципам разумности и справедливости, в связи с гибелью сына истца. При жизни ФИО16 проживал совместно с родителями, с которыми фактически вел общее хозяйство. До настоящего времени, в комнате, в которой проживал ФИО17, сохранена обстановка. ФИО18 был добрым, отзывчивым человеком, алкоголем не злоупотреблял, помогал истцу по дому, оказывал поддержку, бытовую помощь. 

Также истцом заявлено устное ходатайство о возмещении судебных расходов по оплате услуг представителя в сумме 85 000 рублей, состоящих из 10 000 рублей за составление искового заявления и по 15 000 рублей за участие представителя в каждом судебном заседании. Представитель истца имеет статус адвоката, в связи с чем, стоимость услуг определена, исходя из минимальных расценок, утвержденных советом Адвокатской палаты Воронежской области, и является разумной.

Представитель ответчика по доверенности – ФИО3 в судебном заседании, представив письменный отзыв на исковое заявление, фактические обстоятельства спора и обоснованность исковых требований по существу не оспаривала, учитывая требования действующего законодательства, которыми обязанность по возмещению вреда, причиненного работником, возлагается на работодателя без вины, и в силу которых не допускается отказ в возмещении вреда, причиненного жизни потерпевшего. В то же время, размер заявленной истцом денежной компенсации морального вреда полагала явно завышенным, принимая во внимание грубую неосторожность потерпевшего, находившегося в состоянии алкогольного опьянения на проезжей части дороги с интенсивным движением в темное время суток в условиях ограниченной видимости. При этом согласно проведенным в рамках проверки экспертным исследованиям, водитель ФИО2 управлял технически исправным транспортным средством и не имел технической возможности предотвратить ДТП. Кроме того, ответчик является организацией, выполняющей функции городского общественного транспорта, за добросовестное выполнение которых руководитель организации имеет поощрения. Взыскание компенсации в заявленном истцом размере создаст затруднения в финансировании деятельности перевозчика. В связи с этим, просила суд определить размер компенсации в сумме 100 000 рублей. Заявленный истцом размер судебных расходов, также полагала завышенным с учетом категории спора, непродолжительности судебных заседаний и оснований их отложения не по вине ответчика. Разумным и обоснованным полагала размер судебных издержек: 10 000 рублей за составление искового заявления и по 7 500 рублей за участие представителя в каждом судебном заседании. 

Третье лицо – ФИО2, будучи извещенным надлежащим образом, в судебное заседание не явился, представителя не направил, о причинах неявки суду не сообщил, в связи с чем, с учетом мнения явившихся участников процесса и на основании статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд считает возможным рассмотреть дело в его отсутствие.

Прокурором Урывской К.В. дано заключение о наличии оснований для удовлетворения исковых требований по существу, в связи с установленной законом обязанностью ответчика возместить причиненный вред его работником. Вместе с тем, учитывая степень нравственных страданий истца, обязанность ответчика по возмещению вреда без вины и наличие в действиях потерпевшего признаков грубой неосторожности, полагала заявленный истцом размер денежной компенсации морального вреда подлежащей снижению до 500 000 – 600 000 рублей.

Выслушав объяснения сторон, заключение прокурора, опросив свидетеля ФИО4, исследовав представленные сторонами доказательства и материалы проверки КУСП №24482 от 14 декабря 2024 г., суд приходит к следующим выводам.

Установлено, полностью подтверждается материалами дела, материалом проверки и сторонами не оспаривается, что истец ФИО1 является матерью ФИО19 ДД.ММ.ГГГГ года рождения (л.д.9), с которым была зарегистрирована по месту жительства и проживала по адресу: 

<

адрес>. Также в указанной квартире зарегистрирован супруг истца – ФИО5 (л.д.24).

Каких-либо характеристик ФИО20 (по месту работы, месту жительства, других) суду не представлено.

Из объяснений истца и согласующихся с ними показаний свидетеля ФИО21 (сестры ФИО22.) следует, что истец и её супруг являются работающими пенсионерами. ФИО23 фактически проживал со своими родителями в одной квартире и вел с ними совместное хозяйство, общий бюджет, помогал матери в быту. ФИО24 работал на автомобиле, выполняя заказы по доставке грузов; государственных и иных наград, спортивных достижений не имел. Истец и свидетель характеризуют ФИО25., как доброго, отзывчивого человека, не имевшего алкогольной и иных зависимостей.

28 октября 2023 г., примерно в 18 часов 35 минут, водитель ФИО26, управляя пассажирским автобусом ПАЗ с регистрационным знаком № (маршрут №№), при осуществлении движения по проезжей части 

<

адрес>, допустил наезд на пешехода ФИО27 (далее – ДТП), который получил телесные повреждения, от которых 6 ноября 2023 г. скончался в БУЗ ВО ГК БСМП-1 г. Воронежа.

На момент ДТП ФИО28 состоял в трудовых правоотношениях с ООО «Пассажирское транспортное предприятие», что ответчиком не оспаривается, и выполняя свои трудовые обязанности, управлял пассажирским автобусом ПАЗ с регистрационным знаком №, на основании путевого листа, в котором также имеются отметки о прохождении ФИО2 предрейсового медицинского осмотра и о технической исправности транспортного средства (л.д.11). 

Суду представлены сведения о поощрении руководителя организации ответчика ФИО6 благодарностью Минтранса России (приказ №61-н от 29 февраля 2016 г.).

Из материалов проверки КУСП №24482 от 14 декабря 2024 г. следует, что по факту произошедшего ДТП был составлен административный материал, который впоследствии был передан по подведомственности в СО по РДТП ГСУ ГУ МВД России по Воронежской области.

На месте ДТП ФИО2 был освидетельствован на состояние опьянения; состояние алкогольного или иного опьянения не выявлено.

Согласно протоколу осмотра №, составленному в 19 часов 30 минут 28 октября 2023 г., и схеме ДТП наезд на пешехода произошел посередине проезжей части шириной 14,6 м, возле разделительной полосы; пешеходные переходы отсутствуют; условия: пасмурно, темное время суток, искусственное освещение; неисправности транспортного средства не выявлены.

Очевидцы либо видеозаписи непосредственно момента ДТП отсутствуют.

Опрошенный сотрудниками ДПС водитель ФИО29 пояснил, что пешеход, стоявший на разделительной полосе, когда автобус поравнялся с ним, сделал шаг в сторону автобуса. 

Проведенными в рамках проверки судебно-медицинскими экспертизами установлены локализация, характер и степень телесных повреждений ФИО30 приведших к его смерти; образцы для определения наличия алкоголя в крови не отбирались; состояние алкогольного опьянения экспертным исследованием не установлено, в связи с отсутствием сведений о соответствующих прижизненных клинических симптомах. 

В ходе проведения проверки ЭКЦ ГУ МВД России по Воронежской области также была проведена автотехническая экспертиза (заключение эксперта №5742), согласно выводам которой в заданных условиях дорожной обстановки водитель автобуса ПАЗ-32054, государственный регистрационный знак №, не располагал технической возможностью предотвратить рассматриваемое ДТП.

Исследование причинной связи между действиями ФИО31 и произошедшим ДТП экспертом не производилось, в связи с отсутствием соответствующих экспертных методик по определению причинной связи между действиями пешеходов и дорожно-транспортными происшествиями, а разрешение вопросов о соответствии действий пешеходов требованиям Правил дорожного движения не требует специальных познаний.

Постановлением следователя СО по РДТП ГСУ ГУ МВД России по Воронежской области от 9 февраля 2024 г. в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО32 по части 3 статьи 264 Уголовного кодекса Российской Федерации отказано по основанию пункта 2 части 1 статьи 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, т.е. в связи с отсутствием в его действиях состава преступления.

Разрешая возникший спор, суд применяет следующие нормы закона.

В соответствии со статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Законом или договором может быть установлена обязанность причинителя вреда выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от ответственности, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Статья 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

При этом в силу статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей. Применительно к правилам, предусмотренным настоящей главой, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

Согласно пункту 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 данного кодекса.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности (абзац второй статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно разъяснениям, данным в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную 

<

данные изъяты>, честь и доброе имя, 

<

данные изъяты> переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина (пункт 1).

Разрешая спор о компенсации морального вреда, суд в числе иных заслуживающих внимания обстоятельств может учесть тяжелое имущественное положение ответчика-гражданина, подтвержденное представленными в материалы дела доказательствами (например, отсутствие у ответчика заработка вследствие длительной нетрудоспособности или инвалидности, отсутствие у него возможности трудоустроиться, нахождение на его иждивении малолетних детей, детей-инвалидов, нетрудоспособных супруга (супруги) или родителя (родителей), уплата им алиментов на несовершеннолетних или нетрудоспособных совершеннолетних детей либо на иных лиц, которых он обязан по закону содержать). Тяжелое имущественное положение ответчика не может служить основанием для отказа во взыскании компенсации морального вреда (пункт 29).

При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ). В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту. 

Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении (пункт 30).

Пунктом 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается. Вина потерпевшего не учитывается при возмещении дополнительных расходов (пункт 1 статьи 1085), при возмещении вреда в связи со смертью кормильца (статья 1089), а также при возмещении расходов на погребение (статья 1094).

В абзаце 2 пункта 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что при отсутствии вины владельца источника повышенной опасности, при наличии грубой неосторожности лица, жизни или здоровью которого причинен вред, суд не вправе полностью освободить владельца источника повышенной опасности от ответственности (кроме случаев, когда вред причинен вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего). В этом случае размер возмещения вреда, за исключением расходов, предусмотренных абзацем третьим пункта 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации, подлежит уменьшению.

Вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.) (абзац третий пункта 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина»).

В абзаце пятом пункта 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» внимание судов обращено на то, что размер возмещения вреда в силу пункта 3 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации может быть уменьшен судом с учетом имущественного положения причинителя вреда - гражданина, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно.

Как разъяснено в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», при определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Анализируя установленные по делу обстоятельства, сопоставляя их с приведенными положениями закона и разъяснениями, данными Верховным Судом Российской Федерации, суд приходит к выводу о наличии оснований для удовлетворения иска ФИО1 по существу, поскольку достоверно установлено, что в результате управления работником ответчика источником повышенной опасности причинен вред жизни ФИО33, матерью которого является истец, в связи с чем, ответственность работодателя наступает без вины, а переживание истцом значительных физических и нравственных страданий в результате утраты близкого человека презюмируется.

Истцом не представлено сведений о своем состоянии здоровья, характеризующих сведений, однако из объяснений истца и показаний свидетеля ФИО4 следует, что после смерти сына ФИО1 изменилась, стала медлительной, задумчивой, менее общительной, часто плачет. 

Каких-либо объективных характеристик ФИО34 суду также не представлено, однако суд не усматривает оснований сомневаться в достоверности объяснений истца и показаний свидетеля, характеризующих погибшего исключительно с положительной стороны, принимая также во внимание факт совместного проживания ФИО35 с истцом, что предполагает оказание им своей матери содействия и помощи в быту, а также наличие теплых семейных отношений.

Сведений об имущественном положении сторон суду не представлено, однако очевидно, что ответчик, являющийся юридическим лицом, является более сильной в экономическом отношении стороной. 

Суд также учитывает поведение ответчика, признающего обязанность по компенсации причиненного вреда, и не оспаривающего фактические обстоятельства спора и доводы истца о степени переносимых страданий; принимает во внимание характер и общественную значимость хозяйственной деятельности ответчика, выполняющего функции городского транспорта по перевозке пассажиров, ответственно относящегося к своей деятельности, выполняя предрейсовые медицинские осмотры водителей и осмотры технического состояния транспортных средств, руководитель организации имеет поощрение Минтранса России. 

В то же время, при определении суммы денежной компенсации морального вреда суд соглашается с доводами ответчика о наличии в действиях ФИО36 признаков грубой неосторожности, которая явно содействовала возникновению вреда.

Действующее законодательство не закрепляет понятие «грубой неосторожности», относя его к оценочным. В то же время, Конституционный Суд Российской Федерации в своем Определении от 21 февраля 2008 г. №120-О-О указал на то, что использование в такого оценочного понятия, как «грубая неосторожность», в качестве требования, которым должен руководствоваться суд при определении размера возмещения потерпевшему, не свидетельствует о неопределенности содержания данной нормы, поскольку разнообразие обстоятельств, допускающих возможность уменьшения размера возмещения или отказа в возмещении, делает невозможным установление их исчерпывающего перечня в законе, а использование федеральным законодателем в данном случае такой оценочной характеристики преследует цель эффективного применения нормы к неограниченному числу конкретных правовых ситуаций. Вопрос же о том, является ли неосторожность потерпевшего грубой небрежностью или простой неосмотрительностью, не влияющей на размер возмещения вреда, разрешается в каждом случае судом с учетом конкретных обстоятельств.

Применительно к настоящему спору, в ходе судебного разбирательства достоверно установлено отсутствие каких-либо признаков противоправности действий водителя ФИО37, при этом установлено, что управляя технически исправным транспортным средством, он не располагал технической возможностью предотвратить ДТП. 

Напротив, действия потерпевшего ФИО38. явно противоречили требованиям Правилам дорожного движения, в частности, их пунктам 4.3.-4.6., предписывающим правила перехода проезжей части в отведенных для этого местах, а также сложившейся дорожной обстановке, что ФИО41 будучи совершеннолетним, дееспособным, законопослушным и ответственным гражданином, не мог не осознавать. ФИО39 без видимых на то причин при пасмурной погоде, в темное время суток находился посередине проезжей части шириной 14,6 м, в отсутствие перекрестков и пешеходных переходов. ФИО40 мог и должен был осознавать опасность перехода проезжей части и обращать особое внимание на движущиеся по ней транспортные средства, соблюдать осторожность, однако не делал этого, а его действия для водителя ФИО45 были непредсказуемыми и внезапными. Несмотря на отсутствие установленного экспертным методом состояния алкогольного опьянения ФИО42 на момент ДТП, из материалов проверки и содержания исследовательской части экспертных исследований следует, что ФИО44 находился в состоянии алкогольного опьянения. Так, на сильный запах алкоголя, исходящий от потерпевшего ФИО43 указывал в своих объяснениях водитель ФИО46., опрошенные сотрудниками полиции на месте ДТП третьи лица: ФИО47 отражено в акте судебно-медицинского исследования трупа №4217 от 18 ноября 2023 г. и заключении эксперта №392/4217 от 18 января 2024 г. при исследовании первичной медицинской документации и осмотров врачей, состоявшихся 28 октября 2023 г.

С учетом изложенного, удовлетворяя исковые требования по существу, суд исходит из конкретных обстоятельств причинения вреда и его последствий, данных о личности истца, потерпевшего, имущественного положения сторон, руководствуется принципами разумности и справедливости, и с учетом установленной грубой неосторожности в действиях потерпевшего считает необходимым уменьшить взыскиваемый с ответчика денежной компенсации морального вреда до 150 000 рублей.

В силу взаимосвязанных положений статьи 88, 94, 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации и статьи 61.1 Бюджетного кодекса Российской Федерации с ответчика также подлежит взысканию государственная пошлина в доход бюджета городского округа город Воронеж в размере 3 000 рублей.

Разрешая заявление истца о возмещении судебных расходов, суд исходит из следующего.

По общему правилу, установленному статьей 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, которые, в силу статей 88, 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела, в частности, из расходов на оплату услуг представителей.

Согласно части 1 статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Суд также учитывает разъяснения, данные в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. №1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», по смыслу которых:

Принципом распределения судебных расходов выступает необходимость их возмещения лицу, которое их понесло, за счет лица, не в пользу которого принят итоговый судебный акт по делу (например, решение суда первой инстанции, определение о прекращении производства по делу или об оставлении заявления без рассмотрения, судебный акт суда апелляционной, кассационной, надзорной инстанции, которым завершено производство по делу на соответствующей стадии процесса) (пункт 1).

Лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек (пункт 10).

Разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов. Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер (пункт 11).

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства (пункт 13).

Кроме того, суд принимает во внимание правовую позицию, выраженную в пункте 12 «Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №1 (2019)» (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 24 апреля 2019 г.), по смыслу которой при разрешении вопроса о взыскании судебных издержек юридически значимым является установление связи указанных расходов с рассмотрением дела, их необходимости, оправданности и разумности исходя из цен, которые обычно устанавливаются за данные услуги.

Как следует из материалов дела и представленных истцом квитанций об оплате юридических услуг, в связи с рассмотрением настоящего гражданского дела ФИО1 были понесены судебные расходы по оплате услуг представителя – адвоката Запрута Г.Г. в общей сумме 85 000 рублей, состоящие из оплаты 10 000 рублей за составление искового заявления и по 15 000 рублей за участие представителя в каждом судебном заседании. Стоимость услуг определена, исходя из минимальных расценок, утвержденных советом Адвокатской палаты Воронежской области.

Таким образом, факт несения истцом указанных судебных расходов подтвержден и ответчиком не оспаривается, в связи с чем, на основании приведенных выше норм закона и разъяснений, данных Верховным Судом Российской Федерации, суд приходит к выводу о наличии достаточных оснований для удовлетворения заявления истца о возмещении понесенных судебных расходов по существу.

В то же время, суд, соглашается с заявлением ответчика о чрезмерности заявленной суммы расходов применительно к настоящему спору, поскольку рассмотренный судом спор не являлся сложным, исходя из процессуальной позиции ответчика, изначально признавшего необходимость компенсации морального вреда и неоднократно предлагавшего выплатить истцу денежную сумму в размере 100 000 рублей в ходе судебного разбирательства. Суд также учитывает непродолжительность судебных заседаний, неоднократно откладывавшихся в связи с розыском материалов проверки и в связи с необходимостью перенаправления судебных запросов, в связи с чем, участие представителя истца сводилось лишь к исполнению его обязательств по обеспечению явки в суд, а взимание оплаты как за полный день занятости адвоката в данном случае не может признаваться оправданным. В то же время, суд принимает во внимание длительность судебного заседания при рассмотрении спора по существу с исследованием материалов проверки, допросом свидетеля, изложением доводов сторон относительно наличия/отсутствия в действиях потерпевшего признаков грубой неосторожности. 

При таком положении, в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон, суд руководствуется требованиями разумности, основывается на общедоступных сведениях о минимальных расценках на юридические услуги, оказываемые адвокатами, установленных постановлением Совета Адвокатской палаты Воронежской области, и полагает необходимым снизить общую сумму издержек до 50 000 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-198, 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить.

Взыскать с ООО «Пассажирское транспортное предприятие» (ИНН: №) в пользу ФИО1 (паспорт: №) 150 000 рублей в счет компенсации морального вреда, 50 000 рублей в счет судебных расходов, а всего 200 000 рублей.

Взыскать с ООО «Пассажирское транспортное предприятие» (ИНН: №) в доход бюджета городского округа город Воронеж 3 000 рублей в счет государственной пошлины.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Воронежский областной суд через районный суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Е.Г. Щербатых

решение изготовлено в окончательной форме 21 апреля 2025 г.