Дело № 2-614/2021 

УИД 74RS0030-01-2021-000182-73

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

«03» июня 2021 года г. Магнитогорск

Правобережный районный суд г. Магнитогорска Челябинской области, в составе:

председательствующего судьи Горбатовой Г.В.,

при помощнике ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к ФИО3 о расторжении договора, взыскании уплаченных денежных средств, взыскании неустойки,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратился с иском к ФИО3, с учетом уточнений, в котором просит, расторгнуть договор от 12 октября 2020 года, заключенный между истцом и ИП ФИО3, взыскать с ответчика сумму предоплаты в размере 180 000 рублей, договорную денежную компенсацию в размере 90 000 рублей, штраф в размере 50% от присужденной судом денежной суммы, а также расходы по оплате услуг представителя в размере 14 500 рублей. В обоснование заявленных требований ссылается на то, что 12 октября 2020 года между сторонами заключен договор на изготовление и установку торгового оборудования, общая стоимость заказа составила 303 000 рублей. При подписании договора, истцом была произведена предоплата в размере 180 000 рублей. Ответчик обязалась изготовить оборудование в течение 40 рабочих дней, произвести установку торгового оборудования 08 декабря 2020 года. В установленный договором срок ФИО3 своих обязательств не исполнила, о причинах пропуска не сообщила.

Ответчик ФИО3 обратилась в суд с встречными исковыми требованиями о признании договора от 12 октября 2020 года, заключенного между ИП ФИО3 и ФИО2, оформленного на трех страницах, - ничтожным, в обоснование, ссылаясь на то, что представленный истцом договор от 12 октября 2020 года, содержит иные условия, не согласованные сторонами. Фактически с истцом заключался договор от вышеуказанной даты, не содержащий условия о неустойке за нарушение обязательств исполнителем. Подписывая спорный договор, истец это объяснил утратой своего экземпляра договора. Считает, что договор, представленный истцом (на трех страницах) от 12 октября 2020 года, является притворной сделкой.

Истец (ответчик по встречному иску) ФИО2 о дне и времени рассмотрения дела извещен надлежащим образом, в судебное заседание не явился, при участии ранее в судебном заседании исковые требования поддержал, пояснил о том, что изготовление торгового оборудования заказал у ответчика для осуществления предпринимательской деятельности по продаже часов. Согласно условиям договора, ответчик обязалась изготовить торговые стеллажи в количестве 18 секций и установить их до 08 декабря 2020 года. Однако, ФИО3 было изготовлено всего пять конструкций - 11 декабря 2020 года, которые не соответствовали спецификации к эскизу, не соответствовали установленным размерам и материалу. Высота конструкций должна была быть - 1,95 метров, ответчик изготовил конструкции высотой 2,10 метров. Рекламный макет часов был выкрашен краской, вместе с тем, как была достигнута договоренность об его изготовлении из шпона. Каких-либо соглашений о переносе сроков изготовления оборудования, с ответчиком не заключалось.

Представитель истца (ответчика по встречному иску) ФИО4 в судебном заседании исковые требования своего доверителя поддержала по доводам и основаниям, изложенным в исковом заявлении. Дополнительно пояснила о том, что перенос срока изготовления торгового оборудования сторонами не оговаривался. Пять изготовленных ответчиком конструкций не соответствовали условиям договора, а именно оговоренным размерам и материалу. Встречные исковые требования не признала, ссылаясь на то, что оснований для признания договора ничтожным не имеется. Право на расторжение договора предусмотрено п.п. 3, 3.4, 3.5 договора. Договор подписан сторонами. Вместе с тем, представленный ответчиком договор, ФИО2 не подписывал. Кроме того, обратила внимание суда на тот факт, что стороны, заключившие договор, не лишены возможности по обоюдному согласию изменить его условия в силу свободы договора, в любой момент. Доводы о притворности сделки не состоятельны, являются злоупотреблением правом со стороны ответчика.

Ответчик (истец по встречному иску) ФИО3 в судебном заседании исковые требования не признала, ссылаясь на то, между сторонами была достигнута договоренность о переносе срока изготовления оборудования, 10 декабря 2020 года стороны еще продолжали согласовывать окончательные моменты для сдачи оборудования заказчику. Истцом не представлено доказательств наличия недостатков (дефектов) торгового оборудования, которые бы могли повлиять на его установку и дальнейшее использование. Встречные исковые требования поддержала по доводам и основаниям, изложенным в заявлении.

Представитель ответчика (истца по встречному иску) ФИО5, действующий на основании доверенности от 20 февраля 2021 года, в судебном заседании поддержал позицию своего доверителя. Дополнительно пояснил о том, что закон «О защите прав потребителей» в рамках данного спора не применим, поскольку предметом договора является - изготовление торгового оборудования для продажи часов в отделе «Русское время» ТРК «Гостиный двор», что никак нельзя отнести к личным нуждам. Просил применить положения ст. 333 ГК РФ, ссылаясь на то, что размер неустойки несоразмерен нарушенным обязательствам. Кроме того, просил учесть имущественное положение ответчика, имеющей на иждивении двоих малолетних детей, один из которых, нуждается в медицинском лечении. 

Заслушав представителя истца, ответчика, представителя ответчика, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

Согласно пункту 1 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

В силу ст. 309 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями.

Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом (ст. 310 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно ст. 702 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

Пунктом 1 статьи 703 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что договор подряда заключается на изготовление или переработку (обработку) вещи либо на выполнение другой работы с передачей ее результата заказчику.

Согласно п. 1 ст. 708 Гражданского кодекса Российской Федерации в договоре подряда указываются начальный и конечный сроки выполнения работы. По согласованию между сторонами в договоре могут быть предусмотрены также сроки завершения отдельных этапов работы (промежуточные сроки).

В договоре подряда указываются цена подлежащей выполнению работы или способы ее определения (п. 1 ст. 709 Гражданского кодекса Российской Федерации).

То есть существенными условиями для договора подряда являются предмет договора и сроки выполнения этих работ.

Согласно п. 1 ст. 720 Гражданского кодекса Российской Федерации заказчик обязан в сроки и в порядке, которые предусмотрены договором подряда, с участием подрядчика осмотреть и принять выполненную работу (ее результат), а при обнаружении отступлений от договора, ухудшающих результат работы, или иных недостатков в работе немедленно заявить об этом подрядчику.

Судом установлено, что 12 октября 2020 года между ИП ФИО3 и ФИО2 заключен договор подряда на изготовление торгового оборудования, согласно схеме расстановки оборудования и спецификации к эскизу, которые являются неотъемлемой частью договора (п.1.1 договора). 

Согласно п.1.3 договора, исполнитель обязался изготовить торговое оборудование в течение 40 рабочих дней (по соглашению сторон указанный срок может быть продлен), произвести установку торгового оборудования 08 декабря 2020 года по адресу: гор. Магнитогорск, пр. К. Маркса, дом №153, ТРК «Гостиный двор».

Пунктом 2.5 договора определено, что исполнитель в случае невозможности выполнения задания в установленный договором срок, обязан оповестить об этом исполнителя в письменном виде минимум за десять рабочих дней до согласованной даты выполнения задания и предложить новый срок выполнения работ.

В соответствии с п.2.7 заключенного договора, исполнитель обязан изготовить торговое оборудовании по размеру, с учетом пожелания заказчика и размерам, указанным в схеме расстановки оборудования, при этом, с согласия заказчика размеры, указанные в схеме исполнителем могут быть изменены (заменены), но только с письменного согласия заказчика.

В соответствии с п.5.4 договора, стороны пришли к тому, что в случае, если исполнитель в день - указанный и определенный договором - установки торгового оборудования надлежащего качества откажется подписывать акт выполненных работ и оплатить остатки денег, то обязан выплатить исполнителю договорную неустойку в размере 50% от суммы задолженности. 

Пунктами 4.1, 4.2 определено, что общая стоимость торгового оборудования вместе с его установкой составит 303 000 рублей. В день подписания договора заказчик оплачивает исполнителю 180 000 рублей (60%).

Согласно квитанции к приходному кассовому ордеру за № от 12 октября 2020 года, ФИО2 произведена оплата ИП ФИО3 в размере 180 000 рублей.

В судебном заседании установлено, что по условиям договора от 12 октября 2020 года, работы должны быть выполнены 08 декабря 2020 года.

14 декабря 2020 года ФИО2 вручил ответчику претензию об отказе от договора и возврате уплаченных денежных средств.

Обосновывая свои исковые требования, истец ссылается на обстоятельства того, что согласно заключенного между сторонами договора, ответчик обязалась изготовить торговые стеллажи в количестве 18 конструкций, установить данное оборудование по адресу: гор. Магнитогорск, пр. К. Маркса, дом №153, ТРК «Гостиный двор». 11 декабря 2020 года ответчиком было изготовлено всего пять конструкций, которые не соответствовали установленным размерам и материалам. Кроме того, ответчик обязался изготовить рекламный макет часов из шпона, в то время, как была произведена его обычная покраска. При этом, каких-либо соглашений о переносе сроков изготовления торгового оборудования между сторонами не заключалось.

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля Г.А.А. пояснил, что по обоюдному согласию сторон, срок изготовления оборудования был перенесен на 14 декабря 2020 года. 08 декабря 2020 года оборудование было изготовлено на 90-95%, требовалась только дополировка, которую можно было уже произвести при установке, в торговом центре. 14 декабря 2020 года торговое оборудование без предварительного согласования с истцом было доставлено по адресу: гор. Магнитогорск, пр. К. Маркса, дом №153, ТРК «Гостиный двор», однако не было установлено, в связи с отсутствием места выгрузки и не готовности места под монтаж оборудования.

Так свидетель И.С.В. в судебном заседании пояснил, что непосредственно им в рамках договора, заключенного между ФИО2 и ФИО3 изготавливалось стекло для торгового оборудования в количестве 16 единиц. 08 декабря 2020 в цех ФИО3 была доставлена только часть стекла. Известно о том, что установка торгового оборудования планировалась на 14 декабря 2020 года, в связи с чем, он позвонил в указанную дату ФИО3, чтобы узнать о необходимости доставки стекла, однако, последняя сообщила об отсутствии необходимости его доставки.

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля Л.Л.Д. показала о том, что к 08 декабря 2020 года торговое оборудование ответчиком изготовлено не было, при этом, ей известно со слов супруга, что конструкции не соответствовали установленным размерам и материалу. 14 декабря 2020 года ответчик не доставляла никакого торгового оборудования по месту назначения. Известно о том, что часть стекол для конструкций до настоящего времени находится у стекольщика. В собранном виде ответчик торговое оборудование не демонстрировала, в связи с его не готовностью.

Свидетель Р.С.В. в судебном заседании пояснил о том, что он, как индивидуальный предприниматель принимал участие в осуществлении распила, кромления, подготовки под сборку деталей для изготовления торгового оборудования по заказу ФИО2 Работы осуществлялись по спецификации, предоставленной ФИО3 Он видел, что готовое оборудование грузилось ответчиком в транспортное средство «Газель» 07 или 08 декабря 2020 года.

Проанализировав содержание договора и объяснения сторон, суд приходит к выводу о том, что предметом договора являлось - изготовление торгового оборудования, доказательств того, что оборудование было изготовлено, сроком до 08 декабря 2020 года, стороной ответчика не представлено.

Если иное не установлено законом, иными правовыми актам, или не предусмотрено договором, подрядчик несет ответственность за нарушение сроков выполнения работы.

В обоснование возражений, ответчик указывает на то, что торговое оборудование было изготовлено, однако, истец уклонился от его принятия.

Из положений ст. 711 ГК РФ следует, что основанием для возникновения обязательства заказчика по оплате выполненных работ является факт выполнения и передачи результата работ подрядчиком заказчику. При этом, ответчик, не представил доказательств, подтверждающих факт письменного извещения заказчика о выполнении работ, либо наличия оснований для приостановления работ.

Представленные стороной ответчика фотоснимки изготовленного оборудования таким доказательством служить не могут, поскольку на них отсутствует дата изготовления фотоснимков. 

При осмотре переписки ФИО2 с Г.А.А. (сожитель ответчика) в приложении «Вайбер» усматривается, что на 08 декабря 2020 года торговое оборудование изготовлено не было. Указанные обстоятельства не оспаривались и ФИО3, сообщившей о том, что на 08 декабря 2020 года торговое оборудование было изготовлено на 90% - не были готовы ручки, кроме того, высота секций не соответствовала размерам арендодателя.

В судебном заседании было установлено, что акт приема передачи выполненных работ между сторонами не составлялся, выполнение ответчиком всего перечня работ не подтверждено какими-либо доказательствами.

Довод ФИО3 о продлении сторонами сроков изготовления оборудования, подлежит отклонению, как не подтвержденный допустимыми доказательствами. Истец указанные обстоятельства отрицает.Письменного соглашения об увеличении срока выполнения работ ответчиком не представлено.

Кроме того, судом установлена также и не качественность выполненных ответчиком работ, высота конструкций не соответствовала согласованным сторонами: вместо 1,95 м., конструкция имеет высоту - 2,10 м. Данные обстоятельства ответчиком не отрицались.

Разрешая встречные исковые требования о признании договора от 12 октября 2020 года на изготовление торгового оборудования ничтожным, в силу его притворности, суд приходит к следующим выводам.

В силу пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Такая сделка характеризуется несоответствием волеизъявления подлинной воле сторон: в момент ее совершения воля обеих сторон не направлена на достижение правовых последствий в виде возникновения, изменения, прекращения соответствующих гражданских прав и обязанностей, а волеизъявление свидетельствует о таковых. При этом мнимая сделка не предполагает исполнения. Если же сделка исполнялась, она не может быть признана мнимой.

Обосновывая свои требования, ФИО3, ссылается на то, что фактически изначально между сторонами был заключен договор, не содержащий условий о договорной неустойке за несвоевременное исполнение ответчиком обязательств по договору. Передав ответчику на подпись иной экземпляр договора, истец объяснил это тем, что потерял свой экземпляр договора.

Однако, указанные ФИО3 доводы, не являются основаниями для вывода о мнимости сделки, поскольку в силу ст. 421 ГК РФ, стороны свободны в заключении договора и вправе изменять условия договора по обоюдному согласию.

Следует также отметить, что ФИО3 не представлено в материалы дела подлинника договора от 20 октября 2020 года (на двух страницах), заключенного между ИП ФИО3 и ФИО2, согласно объяснениям представителя истца данный договор ФИО2 не подписывал.

Объективных доказательств, подтверждающих, что оспариваемый договор был заключен сторонами лишь для вида без намерения создать соответствующие правовые последствия, характерные для сделок данного вида, не имеется, а поэтому оснований для признания оспариваемого договора подряда мнимой сделкой у суда не имеется.

Принимая во внимание обстоятельства того, что ответчик не представил доказательств выполнения им условий договора от 12 октября 2020 года, либо возврате истцу денежных средств, суд приходит к выводу об удовлетворении требований истца о возврате уплаченных денежных средств в сумме 180 000 рублей. 

Пунктом 2.2. договора от 12 октября 2020 года определено, что в случае нарушения сроков изготовления и установки торгового оборудования исполнитель выплачивает заказчику договорную денежную компенсацию в размере 50% от первоначальной оплаты. При этом, стороны, пришли к согласию, что данная денежная компенсация не является и не относится к неустойке, предусмотренной ст. 28 Закона о защите прав потребителей.

Представителем ответчика было заявлено о применении ст. 333 ГК РФ, а также представлены доказательства имущественного положения ответчика, имеющей на иждивении двоих малолетних детей Мк, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, Мр., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, а также о состоянии здоровья последнего.

Согласно ч. 1 ст. 333 ГК РФ, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку. Если обязательство нарушено лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при условии заявления должника о таком уменьшении.

Сохраняя баланс интересов сторон, учитывая компенсационный характер неустойки в гражданско-правовых отношениях, соотношения размера начисленной нестойки размеру основного обязательства, срока нарушения обязательства, принципа соразмерности взыскиваемой неустойки объему и характеру правонарушения, а также то, что сумма взыскиваемой неустойки не должна приводить к обогащению одной из сторон в спорных правоотношениях, учитывая имущественное положение ответчика, суд приходит к выводу о снижении размера неустойки до 10 000 рублей.

Разрешая требования истца о взыскании в его пользу штрафа в размере 50% от присужденной судом денежной суммы, суд исходит из следующего.

Из выписки из ЕГРИП следует, что ФИО3 прекратила свою деятельность в качестве индивидуального предпринимателя 09 ноября 2020 года. 

В судебном заседании истец указал, что торговое оборудование он заказывал для использования его в своей предпринимательской деятельности.

Таким образом, установив, что торговое оборудование было заказано истцом не для личных, семейных и бытовых нужд ФИО2, ответчик по делу не является индивидуальным предпринимателем с 09 ноября 2020 года, суд не находит правовых оснований для применения положений Закона «О защите прав потребителей» в части взыскания штрафа в соответствии со ст. 13 Закона.

Истец просит также взыскать судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 14 500 рублей.

В соответствии с ч.1 ст.88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Согласно ч.1 ст.100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Гражданское процессуальное законодательство при этом исходит из того, что критерием присуждения судебных расходов является вывод суда о правомерности или неправомерности заявленного истцом требования, в связи с чем право на возмещение таких расходов принадлежит стороне, в пользу которой состоялось решение суда: истцу - при удовлетворении иска, ответчику - при отказе в удовлетворении исковых требований.

Из квитанции за № от 12 октября 2020 года усматривается, что за оказание юридических услуг истцом было уплачено 14 500 рублей - С.Т.В.

Материалами дела подтверждается, что представитель истца составил истцу исковое, оказывал консультационные услуги. Суд учитывает сложность дела, объем оказанных представителем услуг.

Суду не представлено доказательств, что истец имеет право на получение квалифицированной юридической помощи бесплатно.

С учетом изложенного, учитывая объем юридической помощи, оказанный представителем, действительность понесенных расходов, их необходимость и разумность по размеру, отсутствие возражений ответчика о завышенности расходов, суд считает правильным взыскать с ФИО3 в пользу ФИО2 расходы по оплате услуг представителя в размере 14 500 рублей, находя эту сумму разумной и справедливой.

В соответствии со ст. 103 ГПК РФ, с ответчика ФИО3 в доход местного бюджета подлежат взысканию расходы по оплате государственной пошлины в размере 5000 рублей.

Руководствуясь ст. ст. 98, 194- 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд, - 

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО2 к ФИО3 о расторжении договора, взыскании уплаченных денежных средств, неустойки, - удовлетворить частично.

Расторгнуть договор от 12 октября 2020 года, заключенный между Индивидуальным предпринимателем ФИО3 и ФИО2.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО2 денежные средства в размере 180 000 рублей, неустойку в размере 10 000 рублей, расходы по оплате услуг представителя в размере 14 500 рублей, а всего взыскать 204 500 (двести четыре тысячи пятьсот) рублей.

В остальной части исковых требований ФИО2 о взыскании неустойки, штрафа, - отказать.

Взыскать с ФИО3 в доход местного бюджета расходы по оплате государственной пошлины в сумме 5000 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Челябинский областной суд в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме через Правобережный районный суд г. Магнитогорска.

Председательствующий - 

Мотивированное решение составлено 10 июня 2021 года.