№

№

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Зеленокумск 06 июля 2021 года 

Советский районный суд Ставропольского края в составе:

председательствующего судьи Кечековой В.Ю.,

при секретаре судебного заседания Шерифовой В.А.,

с участием истца ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании в зале суда гражданское дело по иску ФИО2 к Обществу с ограниченной ответственностью «НефтеСервис» о взыскании заработной платы,

установил:

ФИО2 обратился в Советский районный суд Ставропольского края с исковым заявлением к ООО «НефтеСервис» о взыскании заработной платы, в ходе судебного разбирательства в порядке ст. 39 ГПК РФ увеличив размер исковых требований.

В обоснование иска указано, что ФИО2 осуществлял трудовую деятельность в ООО «НефтеСервис» с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в должности мастера по капитальному ремонту скважин на основании трудового договора №-к от ДД.ММ.ГГГГ. ФИО2 работал в местности, приравненной к районам Крайнего Севера, к заработной плате должна была выплачиваться северная надбавка в размере 50 %.

Трудовой договор был расторгнут по инициативе работника.

В указанный период времени ФИО2 работал полный рабочий день, вахтовым методом работы с выполнением установленной нормы рабочего времени, что не отрицается ответчиком в справке № от ДД.ММ.ГГГГ.

Как следует из трудового договора №-к от ДД.ММ.ГГГГ пункт 4.1, продолжительность рабочей смены ФИО2 составляет 11 часов; за выполнение обязанностей, предусмотренных договором, работнику устанавливается следующая оплата труда (пункт 5.1.1) размер тарифной ставки - 101,55 рублей; северная надбавка за работу в РКС - 80%; районный коэффициент - 70%.

Вышеуказанный размер заработной платы должен был исчисляться работодателем по часовому тарифу, то есть за каждый отработанный истцом час.

Между тем, ответчик не выполнил нормы трудового законодательства, поскольку до настоящего времени не выплатил истцу заработную плату.

Согласно расчетному листу за октябрь 2020, представленного ответчиком, следует, что истцом якобы отработано 10 дней, всего 80 часов, сумма составляет 8124 рубля, с учетом районного коэффициента и северной надбавки истцу было начислено 17872,80 рублей.

Затем в графе «удержано» указано, что с истца подлежит удержанию оплата тестирования в размере 2700 рублей; НДФЛ в размере 2323 рубля и к выплате-12849,80 рублей.

Из расчетного листка за ноябрь 2020 следует, что ФИО2 якобы отработал 5 дней, всего 40 часов, начислено 10766,37 рублей, в графе «удержано» указано, что с истца подлежит удержанию оплата за проживание - 7200 рублей, оплата обучения - 3850 рублей; спецодежда - 11179,75 рублей; НДФЛ - 1400 рублей, всего удержано 23629,75 рублей.

Вместе с тем, ответчик в данных расчетных листах приводит информацию не соответствующую действительности, а именно за все время работы ФИО2 с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, последний работал полный рабочий день, с выполнением установленной нормы рабочего времени, что было указано в справке ответчика от ДД.ММ.ГГГГ, а, следовательно, ФИО2 работал каждый день по 11 часов, как было установлено трудовым договором (пункт 4.1). Далее, в трудовом договоре нет соглашения о том, что ФИО2 должен оплачивать какие-либо расходы работодателя: оплату тестирования (которое ФИО2 не проходил), оплату обучения (которое ФИО2 также не проходил), проживание и тому подобное.

Пунктом 3.3 предусмотрено, при расторжении трудового договора ФИО2 обязан был сдать спецодежду в надлежащем состоянии с учетом её естественного износа, в противном случае стоимость спецодежды, выданной работнику, возмещается из заработной платы работника. Данный пункт договора был выполнен, и спецодежда истцом была сдана.

Таким образом, никаких удержаний из заработной платы ФИО2 ответчик не должен был производить.

Расчет задолженности по выплате заработной платы, по мнению истца, должен быть следующий за 17 фактически отработанных дней октября месяца 2020 года: 11 часов х 101,55 х 50% (северная надбавка) х 70 % (районный коэффициент) = 2457,52 рубля за 1 отработанный день; соответственно за 17 дней сумма составляет 41777,84 рубля.

Расчет за 13 фактически отработанных дней ноября месяца 2020 года: 13 x 2457,52 рубля = 31 947,76 рублей.

Таким образом, общая сумма заработка ФИО2 за период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ составляет 73725,6 рублей.

Ответчик ДД.ММ.ГГГГ был обязан выплатить истцу заработную плату в полном объеме, поскольку этого сделано не было, ФИО2 считает возможным просить суд взыскать с ответчика в пользу ФИО2 проценты, предусмотренные ст. 236 ТК РФ, за период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 3154,23 рубля, из расчета ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации, действовавшей на день увольнения ФИО2 4,25, а также проценты (денежную компенсацию) за задержку выплаты индексации заработной платы за период ДД.ММ.ГГГГ по день фактического исполнения требования о взыскании индексации заработной платы по правилам ст. 236 ТК РФ (на сумму индексации заработной платы без учета НДФЛ).

Истец считает, что ему полагается денежная компенсация морального вреда, которую ФИО2 оценивает в размере 30000 рублей.

ФИО2 просит суд взыскать с ООО «НефтеСервис» в пользу ФИО2 невыплаченную заработную плату в размере 73725,6 рублей, проценты, предусмотренные ст. 236 ТК РФ, за период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 3154, 23 рубля, а также проценты (денежную компенсацию) за задержку выплаты индексации заработной платы за период с ДД.ММ.ГГГГ по день фактического исполнения требования о взыскании индексации заработной платы (на сумму индексации заработной платы без учета НДФЛ), взыскать с ООО «НефтеСервис» в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 30000 рублей, а также расходы на оплату услуг адвоката в размере 25000 рублей.

Ответчик ООО «НефтеСервис» предоставил отзыв на иск, согласно которому ФИО2 проживал в общежитии 24 дня и по его заявлению удержано 7200 рублей; проходил тестирование на Covid-19, и по его заявлению удержано 2700 рублей; получил спецодежду, о чем имеется соответствующая запись с подписью ФИО2, запись о возврате спецодежды отсутствует; проходил обучение, в связи с чем удержано 3850 рублей. Все удержания производились по заявлению ФИО2 ФИО2 в октябре 2020 года отработал 10 дней, а в ноябре 2020 года 5 дней. Справка за № от ДД.ММ.ГГГГ является типовой справкой, подтверждающей особый характер работы, выдаваемой работнику для предоставления в пенсионный фонд для досрочного выхода на пенсию или назначения социальных выплат. Справка не является документом, отражающим фактический учет рабочего времени в отличие от табеля. Увольнение ФИО2 в столь короткий срок является следствием злоупотребления алкогольными напитками и, как следствие, нарушение трудовой дисциплины. 

В судебном заседании истец ФИО2 исковые требования поддержал в полном объеме, просил удовлетворить по доводам, изложенным в исковом заявлении. В ходе судебного разбирательства истец подтверждал, что писал в адрес генерального директора заявления об удержании из его заработной платы оплаты за обучение, проживание в общежитии, тест на наличие вируса Covid-19, однако фактически обучение не проходил, ему просто вручили аттестаты о прохождении обучения, тест на наличие вируса также фактически не проходил. Зимняя спецодежда при увольнении им была сдана. Также подтвердил суду, что во всех представленных ответчиком документах подписи принадлежат ему, за исключением ведомости получения летней спецодежды и журнала выдачи и возврата летней спецодежды, так как летнюю спецодежду он не получал. Полагал, что все представленные ответчиком документы не могут быть приняты в качестве доказательств, так как предоставлены в виде копий.

Представитель истца ФИО2 – адвокат Казанаев Р.В. в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом, о причинах неявки суд не уведомил.

Представитель ответчика ООО «НефтеСервис» в судебное заседание не явился, будучи надлежащим образом извещенным о времени и месте рассмотрения дела, в том числе путем размещения информации на официальном сайте Советского районного суда Ставропольского края в сети Интернет, причины неявки суду неизвестны.

В соответствии с ч. 3, 4 ст. 167 ГПК РФ суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие представителей истца и ответчика.

Выслушав участников процесса, исследовав письменные доказательства по делу, дав им юридическую оценку в соответствии со ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к следующим выводам.

Регулирование трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений в соответствии с Конституцией Российской Федерации, федеральными конституционными законами осуществляется трудовым законодательством (включая законодательство об охране труда), состоящим из Трудового кодекса Российской Федерации, иных федеральных законов и законов субъектов Российской Федерации, содержащих нормы трудового права, иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, указами Президента Российской Федерации, постановлениями Правительства Российской Федерации и нормативными правовыми актами федеральных органов исполнительной власти, нормативными правовыми актами органов исполнительной власти субъектов Российской Федерации, нормативными правовыми актами органов местного самоуправления (1, 2 ч. 1 ст. 5 ТК РФ).

Статья 2 ТК РФ к основным принципам правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений относит, в том числе обеспечение права каждого работника на своевременную и в полном размере выплату справедливой заработной платы, обеспечивающей достойное человека существование для него самого и его семьи, и не ниже установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда.

В соответствии с абз. 5 ч. 1 ст. 21 ТК РФ работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, количеством и качеством выполненной работы. А работодатель обязан выплачивать в полном размере причитающуюся работнику заработную плату в установленные законом или трудовым договором сроки и соблюдать трудовое законодательство, локальные нормативные акты, условия коллективного договора и трудового договора (абз. 7 ч. 2 ст. 22 ТК РФ).

На основании ст. 22 ТК РФ работодатель обязан выплачивать в полном размере причитающуюся работникам заработную плату в сроки, установленные в соответствии с настоящим Кодексом, коллективным договором, правилами внутреннего трудового распорядка, трудовыми договорами.

Согласно ч.ч. 1 и 2 ст. 135 ТК РФ заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда. Системы оплаты труда, включая размеры тарифных ставок, окладов (должностных окладов), доплат и надбавок компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, системы доплат и надбавок стимулирующего характера и системы премирования, устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

Как следует из ст. 136 ТК РФ, заработная плата выплачивается не реже чем каждые полмесяца в день, установленный правилами внутреннего трудового распорядка, коллективным договором, трудовым договором.

В силу ст. 317 ТК РФ лицам, работающим в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, выплачивается процентная надбавка к заработной плате за стаж работы в данных районах или местностях. Размер процентной надбавки к заработной плате и порядок ее выплаты устанавливаются в порядке, определяемом статьей 316 настоящего Кодекса для установления размера районного коэффициента и порядка его применения.

Суммы указанных расходов относятся к расходам на оплату труда в полном размере.

В соответствии со ст. 84.1 ТК РФ днем прекращения трудового договора во всех случаях является последний день работы работника, за исключением случаев, когда работник фактически не работал, но за ним, в соответствии с настоящим Кодексом или иным федеральным законом, сохранялось место работы (должность).

В силу ч. 2 ст. 150 ГПК РФ суд рассматривает дело по имеющимся в деле доказательствам.

Как установлено судом и подтверждается материалами дела, ДД.ММ.ГГГГ между ООО «НефтеСервис» и ФИО2 заключен трудовой договор №-к, в соответствии с которым ФИО2 принят на должность мастера по капитальному ремонту скважин. Местом постоянной работы ФИО2 является на день начала работы - Цех текущего и капитального ремонта скважин №, район Крайнего Севера (раздел 1 трудового договора) (л.д. №).

Трудовой договор заключен на неопределенный срок, дата начала работы ДД.ММ.ГГГГ (п. 2.1.1 – 2.1.2 трудового договора).

По соглашению сторон, в целях проверки соответствия ФИО2 и его отношения к получаемой работе, установлен испытательный срок продолжительностью 3 месяца (п. 2.1.3 трудового договора).

В соответствии с разделом 3 трудового договора, работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в размерах, предусмотренных договором. 

Согласно разделу 4 трудового договора, режим работы: суммированный учет рабочего времени, учетный период – один год, вахтовый метод работы, продолжительность рабочей смены 11 часов, особенности режима рабочего времени – сменный.

На день начала работы: размер тарифной ставки 101,55 рублей, северная надбавка за работу в РКС 80%, районный коэффициент 70%.

В соответствии с вкладышем в трудовую книжку № № от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ трудовой договор расторгнут по инициативе работника ФИО2 (л.д. №).

Согласно справке ООО «НефтеСервис» от ДД.ММ.ГГГГ №, ФИО2 действительно работал полный рабочий день, вахтовым методом работы с выполнением установленной нормы рабочего времени в ООО «НефтеСервис» в должности мастер по капитальному ремонту скважин с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (приказ о приеме на работу от ДД.ММ.ГГГГ №-к) по ДД.ММ.ГГГГ (приказ об увольнении от ДД.ММ.ГГГГ №-у). Фактически работал в местности, приравненной к районам Крайнего Севера, 

<

адрес> На территории 

<

адрес> в централизованном порядке установлен коэффициент к заработной плате 1,5. При исчислении заработной платы применяется районный коэффициент 1,7. Работа в местности, приравненной к районам Крайнего Севера дает право на досрочное назначение страховой пенсии (л.д. №).

Из справки ООО «НефтеСервис» от ДД.ММ.ГГГГ № следует, что ФИО2 действительно работал в ООО «НефтеСервис» в должности мастер по капитальному ремонту скважин с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (приказ о приеме на работу от ДД.ММ.ГГГГ №-к) по ДД.ММ.ГГГГ (приказ об увольнении от ДД.ММ.ГГГГ №-у). ООО «НефтеСервис» находится в 

<

адрес>, 

<

адрес>. Местность приравнена к районам Крайнего севера. Для работы на территории 

<

адрес> в местности, приравненной к районам Крайнего севера, к заработной плате выплачивалась северная надбавка в размере 50% (л.д. №).

Согласно расчетному листку за октябрь 2020 года, ФИО2 отработал 10 дней, 80 часов. Начислена заработная плата в размере 17872,8 рублей, из которой удержано 2700 рублей за тестирование, 2323 рубля – НДФЛ исчисленный (л.д. №).

Согласно расчетному листку за ноябрь 2020 года, ФИО2 отработал 5 дней, 40 часов. Начислена заработная плата в размере 10766,37 рублей, из которой удержано 7200 рублей за проживание, 3850 рублей за обучение, 11179,75 рублей за спецодежду, 1400 рублей - НДФЛ исчисленный (л.д. №).

По мнению истца, ответчик в расчетных листках приводит информацию не соответствующую действительности, а именно за все время работы ФИО2 с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, он работал полный рабочий день, с выполнением установленной нормы рабочего времени, то есть работал каждый день по 11 часов, как было установлено трудовым договором (п. 4.1). Также считает неправомерным удержания работодателя за оплату тестирования и обучения, поскольку он их не проходил, проживание, данные расходы не предусмотрены трудовым договором. В свою очередь спецодежда была им сдана при увольнении, в связи с чем оснований для удержания из заработной платы стоимости спецодежды у работодателя не имелось.

Данные обстоятельства послужили основание для обращения в суд с настоящим иском.

Разрешая спор, суд исходит из следующего. 

В силу положений ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте п. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. При этом, обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами (ст. 60 ГПК РФ).

Пунктом 3.3 трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ №-к предусмотрено, что при расторжении трудового договора ФИО2 обязан был сдать спецодежду в надлежащем состоянии с учетом её естественного износа, в противном случае стоимость спецодежды, выданной работнику, возмещается из заработной платы работника (л.д. №). 

В соответствии с ведомостью учета выдачи спецодежды, спецобуви и предохранительных приспособлений от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО2 выданы: костюм нефтяника летний стоимостью 2657,4 рублей, каска стоимостью 193,62 рублей, очки стоимостью 159,24 рублей, сапоги Вектор стоимостью 1553,57 рублей. В ведомости в графе «подпись в получении» имеются подписи ФИО2 (л.д. №).

Из журнала выдачи и возврата спецодежды, спецобуви и предохранительных приспособлений следует, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 получены костюм лето Нефтяник, сапоги лето, очки защитные, каска защитная, в графе «расписка в получении» имеется подпись ФИО2 Подпись ФИО2 в графе «расписка в возврате» отсутствует (л.д. №).

Суд отмечает, что ДД.ММ.ГГГГ истец не состоял в трудовых отношениях с ООО «НефтеСервис».

Согласно письменным пояснениям представителя ответчика указанная дата получения спецодежды – ДД.ММ.ГГГГ, является опечаткой, верной является дата получения летней спецодежды ДД.ММ.ГГГГ. По мнению представителя ответчика, факт получения истцом летнего комплекта спецодежды подтверждается подписями ФИО2 (л.д. №).

В ходе судебного разбирательства ФИО2 отрицал факт получения летнего комплекта спецодежды, пояснив, что подпись в ведомости получения летней спецодежды принадлежит ни ему, относительно подписи в журнале выдачи и возврата летней спецодежды изначально пояснил, что подпись похожа на его, затем пояснил, что никогда не видел данного журнала.

В силу ч. 2 ст. 71 ГПК РФ письменные доказательства представляются в подлиннике или в форме надлежащим образом заверенной копии.

Подлинные документы представляются тогда, когда обстоятельства дела согласно законам или иным нормативным правовым актам подлежат подтверждению только такими документами, когда дело невозможно разрешить без подлинных документов или когда представлены копии документа, различные по своему содержанию. Если копии документов представлены в суд в электронном виде, суд может потребовать представления подлинников этих документов.

Согласно ст. 186 ГПК РФ в случае заявления о том, что имеющееся в деле доказательство является подложным, суд может для проверки этого заявления назначить экспертизу или предложить сторонам представить иные доказательства.

Проведение почерковедческой экспертизы по делу с целью установления принадлежности ФИО2 подписей, проставленных в ведомости и журнале выдачи и возврата летней спецодежды, истец и его представитель считали нецелесообразным.

Судом истребованы у ответчика подлинники либо надлежащим образом заверенные копии ведомости от ДД.ММ.ГГГГ № и журнала выдачи и возврата летней спецодежды, спецобуви и предохранительных приспособлений (л.д. №).

Однако запрос суда ООО «НефтеСервис» проигнорирован, запрашиваемые документы в суд не поступили.

В соответствии с ч. 5 ст. 67 ГПК РФ при оценке документов или иных письменных доказательств суд обязан с учетом других доказательств убедиться в том, что такие документ или иное письменное доказательство исходят от органа, уполномоченного представлять данный вид доказательств, подписаны лицом, имеющим право скреплять документ подписью, содержат все другие неотъемлемые реквизиты данного вида доказательств.

При оценке копии документа или иного письменного доказательства суд проверяет, не произошло ли при копировании изменение содержания копии документа по сравнению с его оригиналом, с помощью какого технического приема выполнено копирование, гарантирует ли копирование тождественность копии документа и его оригинала, каким образом сохранялась копия документа (ч. 6 ст. 67 ГПК РФ).

Суд не может считать доказанными обстоятельства, подтверждаемые только копией документа или иного письменного доказательства, если утрачен и не передан суду оригинал документа, и представленные каждой из спорящих сторон копии этого документа не тождественны между собой, и невозможно установить подлинное содержание оригинала документа с помощью других доказательств (ч. 7 ст. 67 ГПК РФ).

Руководствуясь вышеприведенными требованиями гражданско-процессуального законодательства, предъявляемыми к доказательствам по делу, учитывая, что истец оспаривает принадлежность подписей в ведомости и журнале получения летней спецодежды, а также исходя из того, что в материалы дела ответчиком представлены копии указанных документов, которые в нарушение требований ч. 2 ст. 71 ГПК РФ не заверены надлежащим образом, оригиналы либо надлежащим образом заверенные копии ведомости и журнала учета летней спецодежды суду не представлены, суд приходит к выводу о том, что в силу ч. 7 ст. 67 ГПК РФ копии указанных документов не могут иметь доказательственного значения по делу. 

С учетом изложенного, суд приходит к выводу о том, что ответчиком ООО «НефтеСервис» не представлено суду надлежащих доказательств, подтверждающих факт получения ФИО2 летней спецодежды.

При таких обстоятельствах, суд считает, что оснований для удержания из заработной платы ФИО2 при увольнении в соответствии с п. 3.3 трудового договора стоимости летней спецодежды, выданной работнику, в размере 4623,83 рублей, у работодателя не имелось, в связи с чем с ответчика в пользу истца подлежит взысканию невыплаченная заработная плата в указанном размере.

Согласно ст. 236 ТК РФ при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно. При неполной выплате в установленный срок заработной платы и (или) других выплат, причитающихся работнику, размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных в срок сумм.

Исходя из требований указанной нормы права размер денежной компенсации за несвоевременную выплату заработной платы в размере 4623,83 рублей за период с ДД.ММ.ГГГГ (день, следующий за днем после установленного срока выплаты, то есть дня увольнения ДД.ММ.ГГГГ) по ДД.ММ.ГГГГ (день, заявленный истцом в иске), составляет 198,21 рублей, которые подлежат взысканию с ответчика в пользу истца.

В соответствии с ведомостью учета выдачи спецодежды, спецобуви и предохранительных приспособлений от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО2 выданы: костюм-нефтяника зимний стоимостью 4900 рублей, каска защитная стоимостью 155,92 рублей, сапоги зимние Вектор 1500 рублей. В ведомости имеются подписи ФИО2, подтверждающие получение спецодежды, спецобуви и предохранительных приспособлений (л.д. №).

Из журнала выдачи и возврата спецодежды, спецобуви и предохранительных приспособлений следует, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 получены костюм Нефтяник зимний, сапоги зимние, каска защитная, что подтверждается подписью ФИО2 Подпись ФИО2 в графе «расписка в возврате» отсутствует (л.д. №). 

В ходе судебного разбирательства ФИО2 не отрицал факт получения зимнего комплекта спецодежды, также подтвердил свою подпись в ведомости и журнале выдачи и возврата зимней спецодежды, вместе с тем пояснив, что данный комплект спецодежды был им сдан работодателю при увольнении.

Вместе с тем допустимых в соответствии с требованиями закона доказательств, подтверждающих возврат истцом зимней спецодежды работодателю, суду не представлено. 

Истец в ходе судебного разбирательства указывал, что расписывался за возврат зимней спецодежды в личной карточке работника либо в обходном листе.

Судом истребованы из ООО «НефтеСервис» личная карточка ФИО2, а также обходной лист при увольнении, однако в указанных документах отсутствуют сведения о возврате ФИО2 работодателю при увольнении спецодежды (л.д. №, №).

С учетом изложенного, суд считает, что работодателем в соответствии с п. 3.3 трудового договора правомерно была удержана из заработной платы ФИО2 при увольнении стоимость зимней спецодежды, выданной работнику, в размере 6555,92 рублей.

Из материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 обратился с заявлением на имя генерального директора ООО «НефтеСервис» ФИО1 в котором просил в случае его увольнения по любым основаниям удержать из заработной платы суммы за тестирование на наличие вируса Covid-19 из расчета – по фактической стоимости (л.д. №). 

В ходе судебного разбирательства истец подтвердил факт написания данного заявления и свою подпись в нем, пояснив при этом, что фактически тестирование на наличие вируса Covid-19 не проходил.

В соответствии с отчетом, стоимость тестирования на наличие вируса Covid-19 ФИО2 составила 2700 рублей. Согласно счету-фактуре от ДД.ММ.ГГГГ работодателем ООО «НефтеСервис» перечислены ООО «Гиппокарт» денежные средства за оказание услуги тестирование на наличие вируса Covid-19 (л.д. №).

Оценив представленные ответчиком доказательства по правилам ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к выводу о том, что истец ФИО2 прошел тестирование на наличие вируса Covid-19, стоимость которого составила 2700 рублей, данная услуга оплачена работодателем, в связи с чем ООО «НефтеСервис» правомерно удержало из заработной платы ФИО2, на основании заявления последнего, стоимость тестирования в размере 2700 рублей.

При этом к доводам истца о том, что он фактически не проходил тестирование, суд относится критически, поскольку данные доводы не подтверждены надлежащими доказательствами, являются голословными и опровергаются представленными ответчиком документами.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 обратился с заявлением на имя генерального директора ООО «НефтеСервис» ФИО1, в котором просил в случае его увольнения по любым основаниям из ООО «НефтеСервис» удержать из его заработной платы сумму за фактическое проживание в общежитии общества из расчета 300 рублей с НДС за одно койко-место в сутки (л.д. №). 

В ходе судебного разбирательства истец подтвердил факт написания данного заявления и свою подпись в нем, а также факт проживания в общежитии в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

В соответствии с выпиской из электронного журнала общежития, ФИО2 заселен в общежитие ДД.ММ.ГГГГ и убыл ДД.ММ.ГГГГ (л.д. №).

Согласно расчету оплаты за проживание ФИО2, стоимость проживания за 24 дня составляет 7200 рублей (л.д. №).

Данный расчет судом проверен и признан верным. Истцом, в условиях состязательности процесса, иного расчета суду не представлено.

С учетом изложенного, суд считает, что работодателем правомерно удержана из заработной платы истца стоимость за проживание в общежитии в размере 7200 рублей, за фактически прожитый истцом период и на основании заявления последнего. 

Из материалов дела также следует, что ДД.ММ.ГГГГ между 

<

данные изъяты> и ООО «НефтеСервис» заключен договор № о предоставлении образовательных услуг. Договор действует бессрочно (л.д. №).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 обратился с заявлением на имя генерального директора ООО «НефтеСервис» ФИО1, в котором просил обучить его по курсу целевого назначения: «Обучение приемам оказания первой помощи пострадавшим при несчастных случаях». Денежные средства в размере стоимости обучения 300 рублей просил удержать из его заработной платы (л.д. №).

В ходе судебного разбирательства истец подтвердил факт написания данного заявления и свою подпись в нем, пояснив при этом, что фактически обучение не проходил.

Согласно выписке из протокола от ДД.ММ.ГГГГ № ФИО2 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ прошел обучение по образовательной программе «Оказание первой помощи пострадавшим при несчастном случае на производстве» в объеме 16 часов, в связи с чем ему выдано удостоверение 

<

данные изъяты>» №-Д (л.д. №).

Из акта выполненных работ 

<

данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ следует, что обучение по образовательной программе «Оказание первой помощи пострадавшим при несчастном случае на производстве», заказчиком которого является ООО «НефтеСервис», прошли 22 чел., стоимость за одного составляет 300 рублей (л.д. №).

Счет-фактура от ДД.ММ.ГГГГ и счет от ДД.ММ.ГГГГ № ООО «НефтеСервис» подтверждают оплату 

<

данные изъяты>» за оказание услуги обучение по образовательной программе «Оказание первой помощи пострадавшим при несчастном случае на производстве» 6600 рублей, за 22 чел., цена единицы 300 рублей (л.д. №).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 обратился с заявлением на имя генерального директора ООО «НефтеСервис» ФИО1, в котором просил обучить его по курсу целевого назначения: «Охрана труда и проверка знаний работников организаций». Денежные средства в размере стоимости обучения 1650 рублей просил удержать из его заработной платы (л.д. 67).

В ходе судебного разбирательства истец подтвердил факт написания данного заявления и свою подпись в нем, пояснив при этом, что фактически обучение не проходил.

Согласно протоколу от ДД.ММ.ГГГГ №-О ФИО2 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ прошел обучение по образовательной программе «Охрана труда и проверка знаний работников организаций» в объеме 40 часов, аттестован, в связи с чем ему выдано удостоверение 

<

данные изъяты>» №-О (л.д. №).

Из акта выполненных работ 

<

данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ следует, что обучение по образовательной программе «Охрана труда и проверка знаний работников организаций», заказчиком которого является ООО «НефтеСервис», прошли 2 чел., стоимость за одного составляет 1650 рублей (л.д. №).

Счет от ДД.ММ.ГГГГ № ООО «НефтеСервис» подтверждает оплату 

<

данные изъяты>» за оказание услуги обучение по образовательной программе «Охрана труда и проверка знаний работников организаций» 3300 рублей, за 2 чел., цена за единицу 1650 рублей (л.д. №).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 обратился с заявлением на имя генерального директора ООО «НефтеСервис» ФИО1, в котором просил обучить его по курсу целевого назначения: «Безопасные методы и приемы выполнения работ на высоте, 3 гр.». Денежные средства в размере стоимости обучения 900 рублей просил удержать из его заработной платы (л.д. №).

В ходе судебного разбирательства истец подтвердил факт написания данного заявления и свою подпись в нем, пояснив при этом, что фактически обучение не проходил.

Согласно протоколу от ДД.ММ.ГГГГ №-В ФИО2 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ прошел обучение по образовательной программе «Безопасные методы и приемы выполнения работ для работников 3 группы по безопасности работ на высоте» в объеме 48 часов, в связи с чем ему выдано удостоверение 

<

данные изъяты>» №-В (л.д. №).

Из акта выполненных работ 

<

данные изъяты>» от ДД.ММ.ГГГГ следует, что обучение по образовательной программе «Безопасные методы и приемы выполнения работ для работников 3 группы по безопасности работ на высоте», заказчиком которого является ООО «НефтеСервис», прошли 4 чел., стоимость за одного составляет 900 рублей (л.д. №).

Счет от ДД.ММ.ГГГГ № ООО «НефтеСервис» подтверждает оплату ЧОУ ДПО «УПЦ «КВАНТ» за оказание услуги обучение по образовательной программе «Безопасные методы и приемы выполнения работ для работников 3 группы по безопасности работ на высоте» 3600 рублей, за 4 чел., цена за единицу 900 рублей (л.д. №).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 обратился с заявлением на имя генерального директора ООО «НефтеСервис» ФИО1, в котором просил обучить его по курсу целевого назначения: «Пожарно-технический минимум (ПТМ) для руководителей организаций и лиц, ответственных за пожарную безопасность и работников объектов нефтяной и газовой промышленности (связанные с пожарными работами)». Денежные средства в размере стоимости обучения 1000 рублей просил удержать из его заработной платы (л.д. №).

В ходе судебного разбирательства истец подтвердил факт написания данного заявления и свою подпись в нем, пояснив при этом, что фактически обучение не проходил.

Согласно протоколу от ДД.ММ.ГГГГ №-П ФИО2 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ прошел обучение по образовательной программе «Пожарно-технический минимум (ПТМ) для руководителей организаций и лиц, ответственных за пожарную безопасность и работников объектов нефтяной и газовой промышленности (связанные с пожарными работами)» в объеме 28 часов, аттестован, в связи с чем ему выдано удостоверение 

<

данные изъяты> №-П (л.д. №).

Из акта выполненных работ 

<

данные изъяты>» от ДД.ММ.ГГГГ следует, что обучение по образовательной программе «Пожарно-технический минимум (ПТМ) для руководителей организаций и лиц, ответственных за пожарную безопасность и работников объектов нефтяной и газовой промышленности (связанные с пожарными работами)», заказчиком которого является ООО «НефтеСервис», прошли 4 чел., стоимость за одного составляет 1000 рублей (л.д. №).

Счет от ДД.ММ.ГГГГ № ООО «НефтеСервис» подтверждает оплату 

<

данные изъяты> за оказание услуги обучение по образовательной программе «Пожарно-технический минимум (ПТМ) для руководителей организаций и лиц, ответственных за пожарную безопасность и работников объектов нефтяной и газовой промышленности (связанные с пожарными работами)» 4000 рублей, за 4 чел., цена за единицу 1000 рублей (л.д. №).

Ответчиком также представлены суду платежные поручения от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ о перечислении 

<

данные изъяты>» денежных средств за оказание услуг обучения (л.д. №).

Оценив вышеисследованные доказательства по правилам ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к выводу о том, что истец ФИО2 прошел обучение по вышеуказанным программам, стоимость которых в общем размере составила 3850 рублей, работодателем произведена оплата за обучение ФИО2, в связи с чем суд считает, что работодателем правомерно удержаны из заработной платы истца денежные средства в указанном размере на основании заявлений ФИО2

При этом к доводам истца о том, что он фактически не проходил обучение, суд относится критически, поскольку данные доводы не подтверждены надлежащими доказательствами, являются голословными и опровергаются представленными ответчиком документами.

Далее судом установлено, что согласно табелю учета рабочего времени за октябрь 2020 года, подписанному работником кадровой службы, ФИО2 отработал 10 дней, 80 часов (л.д. №).

Согласно расчетному листку за октябрь 2020 года, ФИО2 отработал 10 дней, 80 часов. Начислена заработная плата в размере 17872,8 рублей (л.д. №).

Из табеля учета рабочего времени за ноябрь 2020 года, подписанному работником кадровой службы, следует, что ФИО2 отработал 5 дней, 40 часов (л.д. №).

Согласно расчетному листку за ноябрь 2020 года, ФИО2 отработал 5 дней, 40 часов. Начислена заработная плата в размере 10766,37 рублей (л.д. №).

Вышеустановленные обстоятельства свидетельствуют о том, что работодателем начислена ФИО2 заработная плата за фактически отработанное время. Фактическая продолжительность рабочего времени подтверждается табелем учета рабочего времени.

Оплата труда работнику осуществлялась обществом исходя из должностного оклада, в соответствии с условиями заключенного трудового договора и согласно отработанному времени на основании табелей учета рабочего времени.

Довод истца о том, что он работал в ООО «НефтеСервис» полный рабочий день по 11 часов, что подтверждается, по мнению истца, представленной справкой от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. №), суд не может принять во внимание, поскольку он опровергается представленными в суд табелями учета рабочего времени, отражающими фактический учет рабочего времени, тогда как справка, на которую ссылается истец, не может являться документом, подтверждающим данные обстоятельства.

Довод истца о том, что табеля учета рабочего времени не могут служить доказательством фактически отработанного им времени, поскольку табеля им не подписаны, суд отклоняет.

Так, ч. 4 ст. 91 ТК РФ возлагает на работодателя обязанность по ведению учета времени, фактически отработанного каждым работником. Для этого предусмотрены унифицированные формы табеля учета рабочего времени (№ №), утвержденные постановлением Госкомстата России от ДД.ММ.ГГГГ №. При этом, упомянутым постановлением определено, что бланки табеля по форме № № применяются для учета времени, фактически отработанного и (или) неотработанного каждым работником организации, для контроля за соблюдением работниками установленного режима рабочего времени, для получения данных об отработанном времени, расчета оплаты труда, а также для составления статистической отчетности по труду. Составляются в одном экземпляре уполномоченным на это лицом, подписываются руководителем структурного подразделения, работником кадровой службы, передаются в бухгалтерию.

С учетом изложенного, подписание табеля учета рабочего времени работником не предусмотрено.

Допустимых в соответствии с требованиями закона доказательств, свидетельствующих о недостоверности данных, содержащихся в табелях учета рабочего времени, истцом суду не представлено. 

Оценив все представленные доказательства в их совокупности и взаимосвязи, по правилам ст. 67 ГПК РФ, исходя из вышеустановленных обстоятельств дела, суд приходит к выводу о том, что при увольнении ФИО2 начислена заработная плата за фактически отработанное время, обоснованно удержаны денежные средства в размере 20305,92 рублей (общая сумма удержаний 24929,75 рублей (без учета НДФЛ) – 4623,83 рублей стоимость летнего комплекта спецодежды) согласно письменным заявлениям истца по фактически понесенным расходам, а также в связи с невозвратом зимней спецодежды стоимостью 6555,92 рублей.

При этом суд отмечает, что удержание работодателем денежных средств из заработной платы работника на основании распоряжения последнего, не является принудительным удержанием сумм из заработной платы работника, в связи с чем нормы, предусмотренные положениями ст. 137 ТК РФ об ограничении видов и размера удержаний из заработной платы, в данном случае не подлежат применению.

В свою очередь трудовое законодательство РФ не ограничивает возможность работника распорядиться по своему усмотрению причитающейся ему суммой заработной платы, выразив свое соответствующее волеизъявление.

При таких обстоятельствах оснований для удовлетворения исковых требований ФИО2 о взыскании с ООО «НефтеСервис» невыплаченной заработной платы в размере 69101,77 рублей, процентов, предусмотренных ст. 236 ТК РФ, за период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 2956,02 рублей, не имеется. 

Доводы истца, которые сводятся к тому, что представленные ответчиком документы не могут быть приняты в качестве доказательств, поскольку предоставлены в виде копий, суд отклоняет.

Так, все предоставленные ответчиком копии документов представлены в суд в электронном виде, посредством электронной связи.

В силу ч. 1 ст. 71 ГПК РФ письменными доказательствами являются содержащие сведения об обстоятельствах, имеющих значение для рассмотрения и разрешения дела, акты, договоры, справки, деловая корреспонденция, иные документы и материалы, выполненные в форме цифровой, графической записи, в том числе полученные посредством электронной связи.

Подлинные документы представляются тогда, когда обстоятельства дела согласно законам или иным нормативным правовым актам подлежат подтверждению только такими документами, когда дело невозможно разрешить без подлинных документов или когда представлены копии документа, различные по своему содержанию. Если копии документов представлены в суд в электронном виде, суд может потребовать представления подлинников этих документов (ч. 2).

Учитывая, что истец в ходе судебного разбирательства подтверждал, что писал в адрес генерального директора ООО «НефтеСервис» заявления об удержании из его заработной платы оплаты за тестирование на наличие вируса Covid-19, за проживание в общежитии, за обучение, подтвердив суду, что во всех представленных ответчиком документах подписи принадлежат ему, в том числе в ведомости и журнале получения и возврата зимней спецодежды, за исключением ведомости и журнала получения и возврата летней спецодежды, суд считает возможным разрешить дело без подлинных документов и не усматривает оснований для истребования подлинников всех документов, за исключением оспариваемых истцом документов, в частности ведомости и журнала получения и возврата летней спецодежды, которые были затребованы судом у ответчика.

Частью 1 ст. 237 ТК РФ предусмотрено, что моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (ч. 2 ст. 237 ТК РФ).

Согласно разъяснению, содержащемуся в п. 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», в соответствии со статьей 237 названного Кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости (абз. 4 п. 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации»).

Аналогичные критерии определения размера компенсации морального вреда содержатся и в п. 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда».

Суд считает, что в связи с необоснованным удержанием работодателем из заработной платы истца в счет стоимости летней спецодежды суммы в размере 4623,83 рублей, истцу причинен моральный вред.

Учитывая характер и длительность нарушения работодателем трудовых прав работника, степень и объем нравственных страданий истца, фактические обстоятельства дела, требования разумности и справедливости, суд полагает необходимым взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 5000 рублей, в остальной части данного требования в размере 25000 рублей следует отказать.

Разрешая требование истца о взыскании с ответчика процентов (денежной компенсации) за задержку выплаты индексации заработной платы за период с ДД.ММ.ГГГГ по день фактического исполнения требования о взыскании индексации заработной платы (на сумму индексации заработной платы без учета НДФЛ), суд исходит из следующего.

В силу ст. 134 ТК РФ обеспечение повышения уровня реального содержания заработной платы включает индексацию заработной платы в связи с ростом потребительских цен на товары и услуги. Государственные органы, органы местного самоуправления, государственные и муниципальные учреждения производят индексацию заработной платы в порядке, установленном трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, другие работодатели - в порядке, установленном коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 55 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» при рассмотрении спора, возникшего в связи с отказом работодателя выплатить работнику проценты (денежную компенсацию) за нарушение срока выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и других выплат, причитающихся работнику, необходимо иметь в виду, что в соответствии со статьей 236 Кодекса суд вправе удовлетворить иск независимо от вины работодателя в задержке выплаты указанных сумм.

Если коллективным договором или трудовым договором определен размер процентов, подлежащий уплате работодателем в связи с задержкой выплаты заработной платы либо иных выплат, причитающихся работнику, суд исчисляет сумму денежной компенсации с учетом этого размера при условии, что он не ниже установленного статьей 236 Кодекса.

Начисление процентов в связи с несвоевременной выплатой заработной платы не исключает права работника на индексацию сумм задержанной заработной платы в связи с их обесцениванием вследствие инфляционных процессов.

Вместе с тем истцом требование об индексации сумм задержанной заработной платы в связи с их обесцениванием вследствие инфляционных процессов, предусмотренной ст. 134 ТК РФ, п. 55 Постановления Пленума Верховного суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ №, не заявлялось. Расчет индексации взысканных сумм, с указанием соответствующего периода, истцом суду не представлен.

Требование истца о взыскании процентов (денежной компенсации) за задержку выплаты индексации заработной платы за период с ДД.ММ.ГГГГ по день фактического исполнения требования о взыскании индексации заработной платы (на сумму индексации заработной платы без учета НДФЛ), трудовым законодательством не предусмотрено, в связи с чем оснований для удовлетворения данного требования не имеется.

В соответствии с ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

В силу ч. 1 ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Истцом представлены документы, подтверждающие несение расходов на оплату услуг адвоката Казанаева Р.В. в размере 25000 рублей, в частности соглашение об оказании юридической помощи ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ № и квитанция к приходному кассовому ордеру № (л.д. №).

С учетом объема, качества и сложности проделанной представителем истца адвокатом Казанаевым Р.В. работы по оказанию истцу юридической помощи, принимая во внимание категорию спора, а также ценность защищаемого права и результат рассмотрения дела, суд, с учетом требований разумности и справедливости, полагает правильным взыскать с ответчика в пользу истца судебные расходы на оплату юридических услуг в размере 10000 рублей, а в остальной части данного требования в размере 15000 рублей суд считает необходимым отказать.

По мнению суда, взыскание судебных расходов в таком размере в полном объеме обеспечивает соблюдение баланса законных прав и интересов сторон. 

Кроме того, суд учитывает, что ООО «НефтеСервис» не заявлено возражений и не представлено доказательств чрезмерности взыскиваемых расходов.

Поскольку истец на основании п. 1 ч. 1 ст. 333.36 Налогового кодекса РФ освобожден от уплаты государственной пошлины, то в силу ст. 103 ГПК РФ государственная пошлина подлежит взысканию с ответчика в доход бюджета Советского городского округа Ставропольского края пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований в размере 700 рублей (400 рублей требование имущественного характера, 300 рублей требование неимущественного характера).

Руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО2 к Обществу с ограниченной ответственностью «НефтеСервис» о взыскании заработной платы – удовлетворить частично.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «НефтеСервис» в пользу ФИО2 начисленную, но не выплаченную заработную плату за ноябрь 2020 года в размере 4623 (четыре тысячи шестьсот двадцать три) рубля 83 копейки.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «НефтеСервис» в пользу ФИО2 денежную компенсацию за несвоевременную выплату заработной платы за ноябрь 2020 года за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 198 рублей 21 копейка.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «НефтеСервис» в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 5000 (пять тысяч) рублей.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «НефтеСервис» в пользу ФИО2 расходы на оплату услуг представителя в размере 10000 (десять тысяч) рублей.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «НефтеСервис» в доход бюджета Советского городского округа Ставропольского края государственную пошлину в размере 700 (семьсот) рублей.

В удовлетворении исковых требований ФИО2 к ООО «НефтеСервис» о взыскании невыплаченной заработной платы в размере 69101 рубль 77 копеек, процентов, предусмотренных ст. 236 ТК РФ, за период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 2956 рублей 02 копейки, процентов (денежной компенсации) за задержку выплаты индексации заработной платы за период с ДД.ММ.ГГГГ по день фактического исполнения требования о взыскании индексации заработной платы (на сумму индексации заработной платы без учета НДФЛ), компенсации морального вреда в размере 25000 рублей, расходов на оплату услуг адвоката в размере 15000 рублей – отказать.

Решение суда может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Ставропольского краевого суда, путем подачи апелляционной жалобы через Советский районный суд Ставропольского края, в течение одного месяца со дня его изготовления в окончательной форме.

Мотивированное решение суда, в соответствии с ч. 2 ст. 199 ГПК РФ, составлено 08.07.2021.

Судья подпись В.Ю. Кечекова

Копия верна:

Судья В.Ю. Кечекова

Подлинный документ подшит

в материалах дела №

Судья: ________________ / В.Ю. Кечекова