Дело № 2-215/2021

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

г. Губаха 22 июля 2021 года

Губахинский городской суд Пермского края в составе председательствующего судьи Брызгалова В.Д., при секретаре судебного заседания Лештаевой О.В., с участием представителей ответчиков ФИО1 и ФИО2, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказаний России, федеральному казенному лечебно-профилактическому учреждению «Краевая туберкулезная больница № 7 Главного управления федеральной службы исполнения наказаний России по Пермскому краю», министерству финансов Российской Федерации о компенсации морального и материального вреда, третье лицо: начальник федерального казенного лечебно-профилактического учреждения «Краевая туберкулезная больница № 7 Главного управления федеральной службы исполнения наказаний России по Пермскому краю» ФИО4, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 обратился в суд с иском к Федеральному казенному лечебно-профилактическому учреждению Краевая туберкулезная больница № 7 Главного управления федеральной службы исполнения наказаний России по Пермскому краю (далее - ФКЛПУ КТБ № 7 ГУФСИН России по Пермскому краю) о компенсации морального, материального и физического вреда, причиненного незаконным привлечением к дисциплинарной ответственности, выраженной в наложении дисциплинарного взыскания в виде водворения в штрафной изолятор на 10 суток без вывода на работу от ДД.ММ.ГГГГ, а также признания его злостным нарушителем установленного порядка отбывания наказания от ДД.ММ.ГГГГ. Заявленные требования мотивированы тем, что изолятор предназначался для больных туберкулезом, он был подвергнут заболеванию, в связи с чем ему был назначен курс химио-терапии на три месяца, его неоднократно переводили из камеры в камеру, при этом камера не обрабатывалась, был незаконно уволен после освобождения из штрафного изолятора, находясь в штрафном изоляторе, потерял выгоду, которую мог получить на работе, лишился права на условно-досрочное освобождение, от нервного срыва ему назначили успокоительные лекарства, понес моральное и душевное страдание и разочаровался, утратив доверие к администрации ФКЛПУ КТБ № 7 ГУФСИН России по Пермскому краю, от чьих действий подвергался незаконному ограничению прав и законных интересов, свобод. 

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ с согласия истца, к участию в деле в качестве соответчика привлечена Российская Федерация в лице Федеральной службы исполнения наказаний.

Истец ФИО3 в судебное заседание не явился, извещен, сообщил о возможности рассмотрения дела в его в отсутствие, показав, что на доводах искового заявления настаивает в полном объеме. 

Представитель ФКЛПУ КТБ № 7 ГУФСИН России по Пермскому краю и ФСИН России ФИО1 иск не признал по доводам, изложенным в письменном отзыве, при этом дополнительно пояснил, что согласно решению Кизеловского городского суда Пермского края по делу № осужденный ФИО3 не признавался потерпевшим в результате действий (бездействий) должностных лиц ФКЛПУ КТБ № 7 ГУФСИН России по Пермскому краю. ФИО3 привлекался к дисциплинарной ответственности обосновано, в результате нарушения им правил внутреннего распорядка отбывания наказания. Полагал, что ФИО3 не доказал, что именно в результате незаконного (действия) бездействия он испытывал моральные и нравственные страдания. 

Представитель министерства финансов Российской Федерации ФИО2 в судебном заседании возражал по поводу удовлетворения исковых требований ФИО3 по доводам, изложенным в письменном отзыве. 

Изучив материалы дела, заслушав пояснения лиц, участвующих в деле, суд приходит к следующему.

Согласно ст. 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Статьей 12 ГК РФ одним из способов защиты гражданских прав определена компенсации морального вреда.

В соответствии со ст. 150 ГК РФ в случаях, если того требуют интересы гражданина, принадлежащие ему нематериальные блага могут быть защищены, в частности, путем признания судом факта нарушения его личного неимущественного права, опубликования решения суда о допущенном нарушении, а также путем пресечения или запрещения действий, нарушающих или создающих угрозу нарушения личного неимущественного права либо посягающих или создающих угрозу посягательства на нематериальное благо.

Статьей 151 ГК РФ предусмотрено, что если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда, при этом при определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу положений ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. 

Согласно ст. 1071 ГК РФ в случаях, когда в соответствии с указанным Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 указанного Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

Статьей 1101 ГК РФ определено, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Пунктом 3 статьи 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации установлено, что по искам о возмещении вреда, причиненного незаконными решениями и действиями (бездействием) соответствующих должностных лиц и органов, по ведомственной принадлежности выступает в суде от имени казны Российской Федерации главный распорядитель средств федерального бюджета.

В соответствии с Указом Президента Российской Федерации от 13.10.2004 № 1314 «Вопросы Федеральной службы исполнения наказаний» функции главного распорядителя средств федерального бюджета, предусмотренных на содержание уголовно-исполнительной системы и реализацию возложенных на нее функций, осуществляет Федеральная служба исполнения наказаний.

Частью 1 статьи 10 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации (УИК РФ) предписано, что Российская Федерация уважает и охраняет права, свободы и законные интересы осужденных, обеспечивает законность применения средств их исправления, их правовую защиту и личную безопасность при исполнении наказаний.

Судом установлено и из материалов дела следует, что осужденный ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения содержался в ФКЛПУ КТБ № 7 ГУФСИН России по Пермскому краю. Постановлением начальника ФКЛПУ КТБ № 7 ГУФСИН России по Пермскому краю ФИО4 от ДД.ММ.ГГГГ осужденный ФИО3 в связи с совершением нарушения установленного порядка отбывания наказания, выразившегося в том, что ДД.ММ.ГГГГ в 09 часов 25 минут во время обхода территории УКП, без разрешения администрации исправительного учреждения отсутствовал на своем рабочем месте, тем самым нарушил гл. 3 п. 17 ПВР ИП приказ № 295-2016 Минюста России (осужденным запрещается оставлять без разрешения администрации исправительного учреждения рабочие места) водворен в штрафной изолятор на 10 суток, без вывода на работу, освобожден ДД.ММ.ГГГГ в 13 часов. Постановление Кизеловского прокурора по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях Пермского края ДД.ММ.ГГГГ дисциплинарное взыскание в виде водворения в штрафной изолятор на 10 суток без вывода на работу, наложенное на осужденного ФИО3 постановлением начальника ФКЛПУ КТБ № 7 ГУФСИН России по Пермскому краю от ДД.ММ.ГГГГ, отменено, как незаконное. Кроме того, ДД.ММ.ГГГГ начальником ФКЛПУ КТБ № 7 ГУФСИН России по Пермскому краю ФИО4 осужденный ФИО3 в соответствии со ст. 116 УИК РФ признан злостным нарушителем установленного порядка отбывания наказания. ДД.ММ.ГГГГ приказом начальника ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по Пермскому краю постановление начальника ФКЛПУ КТБ № 7 ГУФСИН России по Пермскому краю от ДД.ММ.ГГГГ о признании осужденного ФИО3 злостным нарушителем установленного порядка отбывания наказания, отменено, в связи с протестом Кизеловского прокурора по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях Пермского края от ДД.ММ.ГГГГ, которым данное решение признано незаконным. 

Таким образом, судом установлено, что осужденный ФИО3 в период отбывания наказания в ФКЛПУ КТБ № 7 ГУФСИН России по Пермскому краю должностным лицом – начальником ФКЛПУ КТБ № 7 ГУФСИН России по Пермскому краю ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ незаконно привлечен к дисциплинарной ответственности в виде водворения в штрафной изолятор на 10 суток, без вывода на работу и ДД.ММ.ГГГГ этим же должностным лицом незаконно признан злостным нарушителем установленного порядка отбывания наказания. 

В соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 115 УИК РФ за нарушение установленного порядка отбывания наказания к осужденным к лишению свободы может быть применено водворение осужденных в штрафной изолятор на срок до 15 суток.

В силу ч. 2 ст. 117 УИК РФ взыскание в виде водворения в штрафной изолятор налагается только в письменной форме, постановлением начальника исправительного учреждения или лица, его замещающего.

С учетом того, что надзирающим прокурором постановление начальника ФКЛПУ КТБ № 7 ГУФСИН России по Пермскому краю ФИО4 от ДД.ММ.ГГГГ о водворении осужденного ФИО3 в штрафной изолятор на 10 суток отменено, как незаконное, то отбывание истцом взыскания в штрафном изоляторе в период с ДД.ММ.ГГГГ с 13 часов по ДД.ММ.ГГГГ в 13 часов, не может быть признано законным. 

В силу требований статьи 118 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации осужденным к лишению свободы, водворенным в штрафной изолятор, запрещаются свидания, телефонные разговоры, приобретение продуктов питания, получение посылок, передач и бандеролей.

Таким образом, незаконные действия администрации ФКЛПУ КТБ № 7 ГУФСИН России по Пермскому краю в лице начальника исправительного учреждения ФИО4 выраженные в применении дисциплинарного взыскания к осужденному ФИО3 в виде водворения в штрафной изолятор, повлекли последствия, выраженные в незаконном содержании ФИО3 в штрафном изоляторе.

Положениями ст. 116 УИК РФ определены условия признания осужденного злостным нарушителем установленного порядка отбывания наказания. При этом, определено, что осужденный признается злостным нарушителем установленного порядка отбывания наказания постановлением начальника исправительного учреждения по представлению администрации исправительного учреждения одновременно с наложением взыскания.

Незаконные действия администрации ФКЛПУ КТБ № 7 ГУФСИН России по Пермскому краю в лице начальника исправительного учреждения ФИО4 о признании осужденного ФИО3 злостным нарушителем установленного порядка отбывания наказания поспособствовали возникновению права исправительного учреждения для обращения в суд с представлением о переводе осужденного ФИО3 на прежний вид режима, что следует из постановления Губахинского городского суда Пермского края от ДД.ММ.ГГГГ, поскольку мотивом для перевода на прежний вид режима послужил именно факт признания осужденного злостным нарушителем установленного порядка отбывания наказания. В связи с чем, суд считает, что необоснованное направление в суд представления о переводе осужденного ФИО3 на прежний вид режима, участие в рассмотрение данного представления, а также наличие возможности удовлетворения данного представления судом, повлекли указанные негативные последствия в отношении истца, чем причинили ему переживания и нравственные страдания. 

Данные факты сами по себе нарушают охраняемые законом личные неимущественные права истца, в результате указанных незаконных действий ему причинены нравственные страдания, поскольку он был ограничен в части прав и свобод, истец необоснованно претерпел правовые последствия, вызванные незаконным привлечением к дисциплинарной ответственности и незаконным признанием злостным нарушителем установленного порядка отбывания наказания, что является основанием для удовлетворения требования о взыскании компенсации морального вреда. 

В соответствии со статьей 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Как следует из абз. п. 14 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 28.05.2019 № 13 «О некоторых вопросах применения судами норм Бюджетного кодекса Российской Федерации, связанных с исполнением судебных актов по обращению взыскания на средства бюджетов бюджетной системы Российской Федерации» субъектом, обязанным возместить вред по правилам статьи 1069 ГК РФ, и, соответственно, ответчиком по указанным искам является Российская Федерация, от имени которой в суде выступает главный распорядитель бюджетных средств по ведомственной принадлежности тех государственных органов (должностных лиц), в результате незаконных действий (бездействия) которых физическому или юридическому лицу причинен вред (пункт 3 статьи 125 ГК РФ, статья 6, подпункт 1 пункта 3 статьи 158 БК РФ).

В соответствии с Приказом МинФина России от 08.06.2019 № 85н «О порядке формирования и применения кодов бюджетной квалификации Российской Федерации, их структуре и принципах назначения» и п.п. 6 п. 7 Положения о Федеральной службе исполнения наказаний, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 13.10.2004 № 1314, ФСИН России осуществляет функции главного распорядителя средств федерального бюджета, предусмотренных на содержание уголовно-исполнительной системы и реализацию возложенных на неё функции. 

В этой связи, исковые требования истца ФИО3 к федеральному казенному лечебно-профилактическому учреждению «Краевая туберкулезная больница № 7 Главного управления федеральной службы исполнения наказаний России по Пермскому краю», министерству финансов Российской Федерации о компенсации морального и материального вреда, не подлежат удовлетворению. 

Таким образом, вред причиненный ФИО3 подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации в лице ФСИН России, как главного распорядителя средств Федерального бюджета в соответствующей сфере. 

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд также учитывает степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

По мнению суда, сильные переживания, испытываемые истцом ФИО3, с учетом его нахождения в условиях исправительного учреждения, в связи с незаконным привлечением к дисциплинарной ответственности, в виде наложения взыскания, заключающегося в водворении в штрафной изолятор и признании его злостным нарушителем установленного порядка отбывания наказания, а также правовые последствия, наступившие в результате указанных незаконных действий должностных лиц администрации исправительного учреждения, бесспорно, свидетельствуют о понесенных истцом нравственных страданиях.

Учитывая, что моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в денежной форме и полного возмещения, предусмотренная законом компенсация должна отвечать признакам справедливого вознаграждения истца за перенесенные страдания. При этом возмещение морального вреда должно быть реальным, а не символическим.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд руководствуется следующими положениями закона.

При определении размера денежной компенсации причиненного истцу морального вреда суд в соответствии со статьей 1101 ГК РФ принимает во внимание фактические обстоятельства, при которых был причинен моральный вред, степень вины должностных лиц уголовно-исполнительной системы, индивидуальные особенности истца, характер и длительность причиненных ему нравственных страданий, с учетом которых, а также требований разумности и справедливости и определяет денежную компенсацию причиненного истцу морального вреда в размере 5 000 рублей. 

Довод представителя ответчика ФИО1 о том, что ФИО3 не признавался потерпевшим, не имеет правового значения, поскольку не основан на положениях, действующего законодательства, регламентирующих право и порядок взыскания компенсации морального вреда. Кроме того, его доводы относительно имевшихся фактов нарушений установленных правил отбывания наказания со стороны истца ФИО3 и отсутствии оснований для взыскания компенсации морального вреда, являются несостоятельными, в связи с установленными судом фактами незаконного применения меры дисциплинарного взыскания и незаконного признания злостным нарушителем установленного порядка отбывания наказания. 

В соответствии с положениями ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Вместе с тем, истцом каких-либо доводов и доказательств, обосновывающих причинение ему материального, физического вреда и вреда деловой репутации, не представлено, расчет причиненного, по мнению истца, материального, физического вреда и вреда деловой репутации не произведен, суду не представлен. При этом, каких-либо сведений относительно сумм материального ущерба, вызванного утратой заработной платы, в связи с водворением в штрафной изолятор и имевшего место по мнению истца незаконного увольнения, истцом не представлено. 

Кроме того, доводы истца о возмещении материального вреда, в связи с его незаконным увольнением не свидетельствуют о наличии причинно-следственной связи с неправомерным нахождением в штрафном изоляторе, поскольку, приказом №-ОС от ДД.ММ.ГГГГ с ФИО3 прекращен трудовой договор, в связи с нарушением правил внутреннего распорядка, а не в связи с применением дисциплинарного взыскания в виде водворения в штрафной изолятор и признанием злостным нарушителем установленных правил отбывания наказания. 

Помимо этого, принимая решение о компенсации морального вреда истцу ФИО3 судом учитывается, что решением Губахинского городского суда Пермского края от ДД.ММ.ГГГГ в пользу ФИО3 взыскана компенсация морального вреда, в том числе в связи с содержанием в камере штрафного изолятора в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, в условиях, не соответствующих требованиям законодательства о санитарно-эпидемиологическом благополучии осужденных, что вопреки требованиям части 6 статьи 12, части 5 статьи 80 УИК РФ создало угрозу заражения истца туберкулезом и вызвало необходимость прохождения им противотуберкулезного лечения, в связи с чем указанные доводы истца о ненадлежащих условиях содержания в штрафном изоляторе, возникновении необходимости прохождения лечения, повторно не учитываются при определении размера компенсации морального вреда. Кроме того, сам факт перемещения истца ФИО3 из одной камеры в другую, не может свидетельствовать о нарушении его прав, расцениваться, как вред, причиненный истцу и как следствие возникновению права на компенсацию. 

Кроме того, доводы истца о лишении его права на условно-досрочное освобождение, в связи с применением к нему меры дисциплинарного взыскания в виде водворения в штрафной изолятор и признания его злостным нарушителем установленного порядка отбывания наказания не нашли своего объективного подтверждения. 

Так, постановлением Губахинского городского суда Пермского края от ДД.ММ.ГГГГ в удовлетворении ходатайства осужденного ФИО3 об условно-досрочном освобождении от отбывания наказания в виде лишения свободы отказано. При этом, согласно указанного постановления, среди имеющегося незаконного взыскания учитывались и иные 6 взысканий у осужденного, которые на момент рассмотрения ходатайства, являлись не снятыми и непогашенными. Помимо этого, учитывалось поведение осужденного за весь период отбывания наказания, а факт признания ФИО3 злостным нарушителем установленного порядка отбывания наказания, не учитывался судом, при принятии вышеуказанного решения. 

В связи с чем, причинно-следственной связи между вышеуказанными неправомерными действиями должностных лиц исправительного учреждения и наличия права у осужденного на условно-досрочное освобождение, не усматривается. В этой связи, доводы истца о лишении права на условно-досрочное освобождение в результате неправомерных действий должностных лиц исправительного учреждения не могут быть приняты судом в качестве оснований для возникновения права на компенсацию морального вреда и не могут быть учтены при определении размера компенсации морального вреда.

Указанные обстоятельства, кроме пояснений сторон, подтверждаются письменными доказательствами: постановлением № о водворении осужденного в штрафной изолятор от ДД.ММ.ГГГГ; заключением по факту совершения нарушения установленного порядка отбывания наказания осужденным ФИО3; рапортами должностных лиц исправительного учреждения от ДД.ММ.ГГГГ; медицинским заключением о возможности содержания ФИО3 в штрафном изоляторе; справой о поощрениях и взысканиях осужденного ФИО3; постановлением Кизеловского прокурора по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях Пермского края от ДД.ММ.ГГГГ; протестом от ДД.ММ.ГГГГ; приказом начальника ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по Пермскому краю от ДД.ММ.ГГГГ; медицинской картой ФИО3; уставом ФКЛПУ КТБ № 7 ГУФСИН России по Пермскому краю; постановлением о признании осужденного злостным нарушителем установленного порядка отбывания наказания; приказом №-ос от ДД.ММ.ГГГГ; решением Кизеловского городского суда Пермского края от ДД.ММ.ГГГГ; постановлением Губахинского городского суда Пермского края от ДД.ММ.ГГГГ; решением Губахинского городского суда Пермского края от ДД.ММ.ГГГГ; постановлением Губахинского городского суда Пермского края от ДД.ММ.ГГГГ. 

Таким образом, исковые требований ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда подлежат частичному удовлетворению. 

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, 

РЕШИЛ:

Взыскать с Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказаний России за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в размере 5 000 (пять тысяч) рублей.

В удовлетворении иска в остальной части – отказать. 

Решение может быть обжаловано в Пермский краевой суд через Губахинский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Мотивированное решение суда изготовлено 26.07.2021.

Председательствующий В.Д. Брызгалов