Дело № 2-778/2019

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

28 мая 2019 года город Севастополь

Балаклавский районный суд города Севастополя в составе председательствующего судьи Анашкиной И.А., при секретаре Назаровой Е.В., с участием истца ФИО1, представителя истца ФИО2, третьего лица ФИО3, представителя третьего лица ФИО4, ответчика ФИО5, представителя ответчика ФИО6, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО5 о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки, 

УСТАНОВИЛ:

29 марта 2019 года ФИО1, действуя через своего представителя, обратился в суд с иском к ФИО5 о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки, просит признать недействительным заключенный 26 ноября 2013 года между ФИО1 и ФИО5 договор купли – продажи земельного участка, площадью 

<

данные изъяты> га, расположенного по адресу: 

<

адрес>, участок №, кадастровый №, применить последствия недействительности сделки. 

Исковые требования обоснованы тем, что 26 ноября 2013 года между сторонами заключен договор купли–продажи земельного участка, площадью 

<

данные изъяты> га, расположенного по адресу: 

<

адрес>, участок №, кадастровый №. Собственником земельного участка №, являющегося смежным с земельным участком №, является супруга истца ФИО1 - ФИО3 При подготовке документов, необходимых для регистрации права ответчика на приобретенный ею земельный участок, было установлено, что фактически площадь указанного земельного участка составляет 

<

данные изъяты> кв.м. Уменьшение площади земельного участка связано с наложением границ смежных земельных участков № и №. Вступившим в законную силу решением суда на третье лицо ФИО3 возложена обязанность устранить ответчику препятствия в пользовании земельным участком путем смещения границы земельного участка №, сноса хозяйственной постройки, забора из сетки–рабицы на капитальном фундаменте. При этом сделка - договор купли–продажи совершена истцом под влиянием заблуждения, относительно обстоятельств, имеющих существенное значение. В частности, заключая договор купли–продажи, стороны исходили из того, что предмет договора обладает признаками и характеристиками (площадь и границы), указанными в правоустанавливающих документах и соответствующих фактически существующим площади и границам. На дату заключения договора хозяйственная постройка и забор уже были возведены истцом и находились в совместном пользовании супругов ФИО7. Указанное свидетельствует о том, что истец, как сторона договора, и третье лицо, давая согласие на заключение договора, заблуждались относительно таких существенных обстоятельств, как сведения о действительной площади отчуждаемого земельного участка и местоположении его границ, при этом, будучи на момент заключения договора купли–продажи земельного участка осведомленным о действительном размере участка и местоположении его границ, а также о возникновении в будущем обязанности устранить ответчику препятствия в пользовании земельным участком, истец оспариваемый договор не заключил бы. Следовательно, поскольку при заключении договора купли–продажи истец заблуждался относительно обстоятельств, имеющих для сторон договора существенное значение, данный договор подлежит признанию недействительным, с применением последствий недействительности сделки.

Истец и его представитель в судебном заседании настаивали на удовлетворении иска по основаниям, в нем изложенным. Пояснив, что истец, заключая договор купли–продажи заблуждался относительно обстоятельств, имеющих существенное значение, поскольку границы участков существуют уже 30 лет, полагал, что отчуждает участок площадью 

<

данные изъяты> га, о том, что в действительности площадь участка 

<

данные изъяты> кв.м истцу стало известно в январе 2019 года в ходе рассмотрения дела по иску ФИО5 Указал, что забор строил он также примерно около 30 лет назад, чтобы разграничить земельные участки. То есть на момент заключения договора купли-продажи забор и постройка уже существовали. Пояснил, что если бы ему было известно о действительной площади земельного участка и местоположении его границ, он бы оспариваемый договор купли–продажи не заключил бы, то есть заключение данного договора привело к возникновению для него негативных последствий, связанных с необходимостью смещать границы участка, принадлежащего супруге, и находящегося в совместном владении супругов ФИО7.

Третье лицо ФИО3 и ее представитель в судебном заседании поддержали исковые требования, пояснили, что данный договор затрагивает права супруги истца, в момент заключения договора купли-продажи она дала нотариальное удостоверенное согласие на заключение договора, при этом, если бы она знала о реальной площади участка и о местоположении его границ, согласия на заключение договора купли–продажи она не дала.

Ответчик и ее представитель в судебном заседании против удовлетворения иска возражали, указав, что ранее земельный участок целиком принадлежал супруге истца, которой в правление товарищества было подано заявление о переоформлении 1/2 доли земельного участка на супруга, в связи с чем ФИО1 было подано заявление о принятии его в члены СТ «Дельфин» и о выделении ему участка № площадью 

<

данные изъяты> га. ФИО1 был принят в члены товарищества, выделен земельный участок, в связи с чем ему была выдана членская книжка, в которой площадь участка была указана – 

<

данные изъяты>, однако в членскую книжку в связи с получением государственного акта были внесены изменения касаемо площади участка, его площадь указан 

<

данные изъяты> га. В октябре 2010 года истец получал справку для предоставления в орган приватизации, где площадь участка также значилась 

<

данные изъяты> га. Указанное свидетельствует о том, что площадь земельного участка в период оформления государственного акта и в последующем не изменялась. Следовательно, отчуждая земельный участок, истец достоверно знал о его площади. При этом довод о том, что на момент заключения договора купли–продажи забор уже был установлен, правового значения не имеют, так как наличие ограждения само по себе не может подтверждать наличие существующей границы между смежными земельными участками. При этом действия истца являются недобросовестными, поскольку после заключения оспариваемого договора он своими действиями давал ответчику основание полагаться на действительность сделки, что не позволяло стороне договора усомниться в его действительности. Заключая договор купли–продажи, истец уверял, что является собственником земельного участка площадью 

<

данные изъяты> га, и данная площадь соответствует фактической площади с существующими на нем ограждениями, представив в подтверждение этому государственный акт и иные документы. Также в подтверждение недобросовестности истца указала, что обращение с иском последовало не после исполнения договора, а после принятия судом решения, которым на супруга истца была возложена обязанность устранить ей препятствия в пользовании приобретенным земельным участком. Следовательно, на момент заключения договора купли–продажи истцу было достоверно известно о площади и границах отчуждаемого им земельного участка.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, о времени и месте его проведения извещены в установленном процессуальным законом порядке, о причинах неявки суд не уведомили.

Суд, руководствуясь положениями статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд рассмотрел дело в их отсутствие.

Выслушав пояснения сторон и их представителей, третьего лица ФИО3, исследовав представленные лицами, участвующими в деле, доказательства, оценив их по своему внутреннему убеждению на предмет относимости, допустимости, достоверности в отдельности, а также достаточности и взаимной связи в совокупности, суд пришел к выводу об отсутствии оснований к удовлетворению исковых требований. 

Судом установлено, что 26 ноября 2013 года между ФИО1 и ФИО5 заключен и нотариально удостоверен договор купли–продажи земельного участка площадью 

<

данные изъяты> га, расположенного по адресу: 

<

адрес>, участок №. 

Возникновение и прекращение права собственности и иных вещных прав на имущество определяются по праву страны, где это имущество находилось в момент, когда имело место действие или иное обстоятельство, послужившие основанием для возникновения либо прекращения права собственности и иных вещных прав, если иное не предусмотрено законом (часть 1 статьи 1206 ГК РФ).

Согласно части 1 статьи 23 Федерального конституционного закона от 21 марта 2014 г. N 6-ФКЗ "О принятии в Российскую Федерацию Республики Крым и образовании в составе Российской Федерации новых субъектов - Республики Крым и города федерального значения Севастополя" законодательные и иные нормативные правовые акты Российской Федерации действуют на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя со дня принятия в Российскую Федерацию Республики Крым и образования в составе Российской Федерации новых субъектов, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным конституционным законом.

В силу пункта 1 части 4 Гражданского кодекса Российской Федерации акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие.

Поскольку правоотношения, связанные с заключением договора купли – продажи земельного участка, возникли до 18 марта 2014 года, к ним подлежат применению положения ранее действовавшего законодательства Украины. 

В соответствии со статьей 11 Гражданского кодекса Украины (далее также ГК Украины) одним из оснований возникновения гражданских прав и обязанностей является договор и иные сделки, предусмотренные законом, а также хотя и не предусмотренные законом, но не противоречащие ему.

Согласно части 1 статьи 202 ГК Украины сделкой является действие лица, направленное на приобретение, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В соответствии с частью 2 статьи 202 ГК Украины сделки могут быть односторонними и двух - либо многосторонними (договоры).

Частью 1 статьи 328 ГК Украины предусмотрено, что право собственности приобретается на основаниях, которые не запрещены законом, в частности, на основании сделок.

Договором является соглашение двух или больше сторон, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (статья 626 ГК Украины). 

В соответствии с частью 1 статьи 655 ГК Украины по договору купли-продажи одна сторона (продавец) передает или обязуется передать имущество (товар) в собственность второй стороне (покупателю), а покупатель принимает или обязуется принять имущество (товар) и уплатить за него определенную денежную сумму.

Договор купли-продажи земельного участка, единого имущественного комплекса, жилого дома (квартиры) или другого недвижимого имущества укладывается в письменной форме и подлежит нотариальному удостоверению и государственной регистрации кроме договоров купли-продажи имущества, находящегося в имущественном залоге (часть 1 статьи 657 ГК Украины).

Как указано выше, между сторонами заключен и нотариально удостоверен договор купли–продажи вышеуказанного земельного участка.

Право собственности продавца по договору – ФИО1, на момент заключения договора купли–продажи подтверждалось Государственным актом на право собственности на земельный участок 

<

данные изъяты>, выданным Главным управлением Госкомзема в г. Севастополе 5 декабря 2011 года на основании решения Балаклавского районного в городе Севастополе Совета, и зарегистрированного в Книге записей регистрации государственных актов на право собственности на землю за №.

Согласно Государственному акту, который в силу ранее действовавшего законодательства является правоустанавливающим документом, площадь земельного участка, являвшегося предметом договора, составляет 

<

данные изъяты> га, в государственном акте указано местоположение границ земельного участка. 

Следовательно, заключая договор купли–продажи стороны пришли к соглашению обо всех существенных условиях договора такого вида, в том числе и о площади и границах отчуждаемого истцом земельного участка. 

В силу части 2 статьи 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

Согласно части 2 статьи 13 ГПК РФ, вступившие в законную силу судебные постановления, а также законные распоряжения, требования, поручения, вызовы и обращения судов являются обязательными для всех без исключения органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений, должностных лиц, граждан, организаций и подлежат неукоснительному исполнению на всей территории Российской Федерации.

Вступившим в законную силу решением Балаклавского районного суда города Севастополя от 5 сентября 2018 года исковые требования ФИО5 к ФИО3 об устранении препятствий в пользовании земельным участком удовлетворены частично, на ФИО3 возложена обязанность устранить препятствия ФИО5 в пользовании земельным участком №, расположенным по адресу: 

<

адрес> кадастровый №, принадлежащим ФИО5, путем смещения границы от земельного участка с кадастровым номером № в сторону земельного участка с кадастровым номером №, в соответствии со схемой № 2 приложения № 1 к экспертному заключению № от 30.07.2018 по гражданскому делу № 2-551/2018 в течение месяца со дня вступления решения суда в законную силу снести хозяйственную постройку, расположенную в северо-восточном углу на принадлежащем истцу на праве собственности земельном участке с кадастровым номером № (фото № 3 в приложении №2 к заключению эксперта № от 30.07.2018 по гражданскому делу № 2-551/2018), в течение месяца со дня вступления решения суда в законную силу снести забор из сетки-рабицы на капитальном фундаменте, расположенный на принадлежащем истцу на праве собственности земельном участке с кадастровым номером № (фото № 4 в приложении №2 к заключению эксперта № от 30.07.2018 по гражданскому делу № 2-551/2018), в удовлетворении встречного иска отказано в полном объёме.

Указанным решением суда установлено, что площадь земельного участка с кадастровым № по данным ЕГРН и согласно сведениям, содержащимся в государственном акте, выданном 5 декабря 2011 года, составляет 

<

данные изъяты> а фактически площадь указанного участка составляет 

<

данные изъяты>. Разница в площади составляет 39 кв.м, что составляет почти 16 % площади исходного земельного участка.

Согласно материалам дела супруга истца ФИО3 21 сентября 2004 года обратилась к председателю СТ «Дельфин» с письменным заявлением о переоформлении ? доли принадлежащего ей земельного участка № на супруга – ФИО1

Указанного числа истцом ФИО1 председателю правления СТ «Дельфин» подано заявление о принятии его в члены товарищества и выделении садового участка № площадью 

<

данные изъяты>.

На основании поданного заявления ФИО1 принят в члены товарищества, ему в пользование предоставлена ? часть указанного земельного участка, 10 ноября 2007 года выдана членская книжка садовода, в которой площадь участка указана 

<

данные изъяты>.

Реализуя право на бесплатную приватизацию земельного участка в соответствии с положениями земельного законодательства Украины, истец обратился с соответствующим заявлением в Балаклавский районный в городе Севастополе Совет, в котором просил предоставить ему в собственность земельный участок площадью 

<

данные изъяты>, расположенный по адресу: 

<

адрес>», участок №.

Указанный земельный участок передан в собственность истца на основании решения Балаклавского районного в городе Севастополе Совета от 26 августа 2011 года № 9с-6-161.

В дальнейшем, 5 декабря 2011 года Главным управлением Госкомзема в г. Севастополе ФИО1 выдан Государственный акт на право собственности на указанный земельный участок 

<

данные изъяты>.

В связи с выдачей Государственного акта в членскую книжку истца внесены изменения касаемо площади земельного участка, площадь согласно сведениям, содержащимся в Государственном акте, указана 

<

данные изъяты>.

Указанное свидетельствует о том, что истцом ФИО1 и его супругой ФИО3, которой изначально в пользование был предоставлен земельный участок № в СТ «Дельфин», последовательно в соответствии с ранее действовавшим законодательством совершались действия, направленные на возникновение у истца ФИО1 права собственности на земельный участок площадью 

<

данные изъяты>, на который, как установлено судом, у него такое право и возникло.

В соответствии с частью 3 статьи 215 ГК Украины, если недействительность сделки прямо не установлена законом, но одна из сторон или другое заинтересованное лицо отрицает его действительность на основаниях, установленных законом, такая сделка может быть признана судом недействительной (оспариваемая сделка).

Частью 1 статьи 216 ГК Украины предусмотрено, что недействительная сделка не создает юридических последствий, кроме тех, что связаны с ее недействительностью.

В случае недействительности сделки каждая из сторон обязана вернуть второй стороне в натуре все, что она получила на выполнение этой сделки, а в случае невозможности такого возвращения, в частности тогда, когда полученное заключается в пользовании имуществом, выполненной работе, предоставленной услуге, - возместить стоимость того, что получено, по ценам, которые существуют на момент возмещения.

В силу части 1 статьи 229 ГК Украины, если лицо, совершившее сделку, ошиблось относительно обстоятельств, которые имеют важное значение, такая сделка может быть признана судом недействительной.

Существенное значение имеет ошибка относительно природы сделки, прав и обязанностей сторон, таких свойств и качеств вещи, которые значительно снижают ее ценность или возможность использования по целевому назначению. Ошибка относительно мотивов сделки не имеет важного значения, кроме случаев, установленных законом.

Следовательно, для признания сделки недействительной по такому основанию, как ее заключение лицом, которое ошиблось относительно обстоятельств, имеющих важное значение, необходимо установить наличие заблуждения лица при совершении сделки.

То есть, оспаривая такую сделку, необходимо доказать, что заблуждение при ее заключении было существенным, а именно касалось природы сделки, основных качеств ее предмета. 

Аналогичные положения о недействительности сделки закреплены в действующем в настоящее время законодательстве Российской Федерации. 

В частности, в силу части 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка) 

Согласно части 2 статьи 166 ГК РФ требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе; оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

Частью 1 статьи 178 ГК РФ предусмотрено, что сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел. 

Заблуждение имеет место тогда, когда лицо, совершающее сделку помимо своей воли и воли другой стороны, составляет себе неправильное мнение или остается в неведении относительно обстоятельств, имеющих для него существенное значение.

В силу пункта 1 статьи 11 ГК РФ судебной защите подлежат нарушенные или оспоренные гражданские права.

Между тем, в соответствии со статьей 10 ГК РФ не допускается злоупотребление граждан своими правами. 

Суд исходит из презумпции действительности сделки, пока с достоверностью не доказано иное. 

В ходе рассмотрения дела судом установлено, что между сторонами при заключении договора купли–продажи земельного участка было достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора, в том числе, касаемо площади отчуждаемого земельного участка и местоположения его границ.

Истец в судебном заседании подтвердил тот факт, что забор, расположенный на меже смежных участков, был установлен им лично задолго до отчуждения земельного участка ответчику.

Исследованными судом письменными доказательствами подтверждается, что у истца ФИО1, реализовавшего право на бесплатную приватизацию земельного участка, возникло право собственности на земельный участок площадью 0,0244 га.

При этом собственником смежного участка является супруга истца, с которой истец поддерживает брачные отношения, что свидетельствует о том, что владение, как земельным участком проданным истцом ответчику, так и смежным участком, находящемся в собственности ФИО3, осуществлялось супругами ФИО7 совместно.

При таких обстоятельствах судом не установлено обстоятельств, при наличии которых договор купли–продажи может быть признан недействительным по основаниям, указанным истцом, поскольку, заключая договор купли–продажи, истец был осведомлен, что им отчуждается земельный участок площадью 

<

данные изъяты> с границами, установленными согласно ранее действовавшему законодательству и отраженными в правоустанавливающем документе - Государственном акте. Тогда как устанавливая забор, разделяющий земельный участок в настоящее время, находящийся в собственности ответчика и земельный участок ФИО3, истец и его супруга в результате своих собственных действий уменьшили площадь земельного участка, который в последующем был отчужден ответчику.

Таким образом, заключая договор купли–продажи, истец не мог ошибаться относительно обстоятельств, которые имеют важное значение, в частности, касаемо площади и местоположения границ земельного участка.

Согласно положениям статей 55, 56, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Каждая сторона должна доказывать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений. Недоказанность обстоятельств, на которые истец ссылается в обоснование своих требований, является самостоятельным основанием для отказа в иске.

Учитывая, что стороной истца в ходе рассмотрения спора по существу не представлено доказательств, отвечающих принципам относимости, допустимости, достоверности и достаточности, наличия обстоятельств, свидетельствующих о недействительности оспариваемой сделки, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения требований истца о признании сделки недействительной, а равно для удовлетворения требований о применении последствий недействительности данной сделки. 

Ввиду отказа в удовлетворении исковых требований в силу положений ст. 98 ГПК РФ судебные расходы истца не подлежат возмещению за счет ответчика.. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 98, 173, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ФИО5 о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки оставить без удовлетворения. 

Решение может быть обжаловано в Севастопольский городской суд путем подачи апелляционной жалобы через Балаклавский районный суд города Севастополя в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья подпись И.А. Анашкина

Решение принято в окончательной форме «3» июня 2019 года.