Дело № 2-531/2019

24RS0048-01-2018-006519-31

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

07 февраля 2019 года Советский районный суд г. Красноярска в составе:

председательствующего судьи – Татарниковой Е.В., 

при секретаре – Ефремовой Д.В., 

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению ФИО1 ФИО18 к Министерству финансов РФ в лице Управления Федерального казначейства по Красноярскому краю о компенсации морального вреда, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением к Министерству финансов РФ в лице Управления федерального казначейства по Красноярскому краю, ГСУ Следственного комитета РФ по Красноярскому краю, Следственному отделу по Советскому району г. Красноярска ГСУ Следственного комитета РФ по Красноярскому краю о компенсации морального вреда. Требования мотивированы тем, что ДД.ММ.ГГГГ Следственным отделом по Советскому району г. Красноярска ГСУ Следственного комитета РФ по Красноярскому краю возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ. В этот же день он был задержан по подозрению в совершении указанного преступления. ДД.ММ.ГГГГ Советским районным судом г. Красноярск в отношении него избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, а также предъявлено обвинение в совершении данного преступления. ДД.ММ.ГГГГ ему изменена мера пресечения на подписку о невыезде. ДД.ММ.ГГГГ уголовное преследование в отношении истца по ч. 1 ст. 105 УК РФ прекращено на основании п. 2 ч.1 ст. 27 УПК РФ и предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 109 УК РФ. Срок предварительного следствия по указанному делу неоднократно продлялся, также производство по делу неоднократно приостанавливалось и вновь возобновлялось. Постановлением о прекращении уголовного дела и уголовного преследования от ДД.ММ.ГГГГ уголовное преследование по уголовному делу № в отношении истца прекращено на основании п.2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи с отсутствием в его действиях состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 109 УК РФ. Мера пресечения в виде подписки о невыезде отменена, ему разъяснено право на реабилитацию. Таким образом, на протяжении 16 месяцев и 10 дней в отношении истца длилось незаконное уголовное преследование, полгода он находился под стражей. При этом неоднократно обращался с жалобами на незаконные действия со стороны сотрудников следственного отдела, в том числе в связи с тем, что на него было оказано психологическое давление с целью дачи им признательных показаний, а также в связи с затягиванием предварительного следствия и необоснованного уголовного преследования по причине наличия доказательств, свидетельствующих об отсутствии состава преступления. По мнению истца, незаконное уголовное преследование правоохранительными органами, причинило ему как физические, так и нравственные страдания, в связи с чем, он просил взыскать с Министерства финансов РФ в лице Управления федерального казначейства по Красноярскому краю в его пользу компенсацию морального вреда в размере 10 000 000 рублей.

В ходе судебного разбирательства ДД.ММ.ГГГГ истец и его представитель исключили из состава ответчиков ГСУ Следственного комитета РФ по Красноярскому краю, Следственный отдел по Советскому району г. Красноярска ГСУ Следственного комитета РФ по Красноярскому краю.

Истец ФИО1, представитель ФИО2, действующая на основании доверенности от 10.04.2018, в судебном заседании исковые требования поддержали в полном объеме. 

Представитель ответчика Министерства финансов РФ ФИО3, действующий на основании доверенности от 26.12.2016 года, с исковыми требованиями не согласился, указывая на то, что моральный вред с учетом личности истца, последним не доказан. Кроме того, полагает, что надлежащим ответчиком по делу является Следственный комитет РФ. 

Представитель третьего лица Прокуратуры Красноярского края ФИО4 полагала, что заявленные требования подлежат удовлетворению частично.

Выслушав доводы лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, суд находит требования истца подлежащими удовлетворению частично.

В соответствии со ст. 53 Конституции РФ, каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностными лицами. Возложение данной статьей Конституции Российской Федерации ответственности за вред, причиненный незаконными действиями (бездействием) государственных органов (должностных лиц), непосредственно на государство, следует рассматривать как укрепление гарантий прав и свобод граждан. Одновременно эта норма имеет и превентивное значение, поскольку направлена на укрепление законности во взаимоотношениях органов государственной власти и их должностных лиц с гражданами.

На основании ст. 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом. Вред, причиненный гражданину в результате незаконной деятельности органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры, не повлекший последствий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, возмещается по основаниям и в порядке, которые предусмотрены статьей 1069 настоящего Кодекса. 

В силу ст.1069 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

В соответствии с правовой позицией Конституционного суда РФ, изложенной в определении Конституционного Суда РФ от 08.04.2010 № 524-О-П, установлено, что Европейский Суд по правам человека указывал, что к надлежащим средствам государственной защиты прав и законных интересов в национальном законодательстве относятся право на обжалование законности действий и право на материальное возмещение. Действующий механизм защиты личных неимущественных прав, установленный в Гражданском кодексе Российской Федерации, предоставляет лицам, возможность самостоятельно выбирать адекватные способы судебной защиты нарушенных прав, не освобождая их от бремени доказывания самого факта причинения морального вреда и обоснования размера денежной компенсации.

В отношении лиц, незаконного или необоснованно подвергнутых уголовному преследованию, порядок возмещения вреда, определен УПК РФ (ст.ст. 133 - 139, 397 и 399).

Согласно ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

Право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеют: 1) подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор; 2) подсудимый, уголовное преследование в отношении которого прекращено в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения; 3) подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 части первой статьи 24 и пунктами 1 и 4 - 6 части первой статьи 27 настоящего Кодекса; 4) осужденный - в случаях полной или частичной отмены вступившего в законную силу обвинительного приговора суда и прекращения уголовного дела по основаниям, предусмотренным пунктами 1 и 2 части первой статьи 27 настоящего Кодекса; 5) лицо, к которому были применены принудительные меры медицинского характера, - в случае отмены незаконного или необоснованного постановления суда о применении данной меры.

Право на возмещение вреда в порядке, установленном настоящей главой, имеет также любое лицо, незаконно подвергнутое мерам процессуального принуждения в ходе производства по уголовному делу.

Таким образом, право на компенсацию морального вреда, причиненного незаконными действиями органов уголовного преследования, возникает только при наличии реабилитирующих оснований (вынесение в отношении подсудимого оправдательного приговора, а в отношении подозреваемого или обвиняемого - прекращение уголовного преследования).

ФИО1, поддерживая заявленные требования, дополнительно пояснил, что в результате незаконного уголовного преследования, которое осуществилось около полутора лет, ему были причинены нравственные и физически страдания. При задержании в отношении него было оказано психологическое давление, его в течение дня держали в камере в обнаженном виде, не кормили, пить не давали, в результате чего, а также в связи со стрессовой ситуацией он вынужден был оговорить себя, дав признательные показания. Первоначально ему была избрана мера пресечения в виде на заключения под стражу. В результате чего он был оторван от семьи, содержался в камере СИЗО, при этом никогда не привлекался к уголовной ответственности, содержался с лицами, совершившими преступления, испытывал страх за свою жизнь и здоровье, переживал, что его незаконно осудят, лишился возможности вести свой обычный образ жизни. Кроме того, поскольку он обвинялся в совершении тяжкого преступления против личности, он был отстранен от работы, не имел возможность содержать семью, у него на иждивении находилось двое малолетних детей. Также по причине его уголовного преследования, отсутствия денежных средств его брак распался. Уголовное преследование, нахождение под стражей нанесло вред его репутации. Помимо прочего, ссылался на то, что затягивание предварительного следствия, постоянное давление со стороны следственных органов, отсутствие реакции на его жалобы на непричастность в совершении преступления усилили его нравственные страдания. По данным основаниям просит в счет компенсации морального вреда взыскать с ответчика 10 000 000 рублей.

Допрошенная в качестве свидетеля ФИО5, суду пояснила, что она является адвокатом, осуществляла защиту истца по уголовному делу. Указала на то, что со стороны сотрудников предварительного следствия на истца оказывалось психологическое давление, следствие фактически не велось, следственных действий по делу, несмотря на неоднократные доставления ФИО1, в ИВС не осуществлялись. По ее мнению, следствие не интересовало установление истины по делу. Кроме того, указала, что ФИО1 постоянно находился в подавленном состоянии, не понимал, как возможно его уголовное преследование, если по уголовному делу имелись доказательства опровергающие наличие состава преступления.

Как следует из постановления о прекращении уголовного дела и уголовного преследования от ДД.ММ.ГГГГ, а также из иных материалов гражданского дела, следственным отделом по Советскому району г. Красноярска Главного следственного управления Следственного комитета Российской Федерации Красноярскому краю ДД.ММ.ГГГГ возбуждено уголовное дело № по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ, по факту обнаружения трупа ФИО6 в помещении бани, расположенной возле 

<

адрес>, с проникающей колото-резаной раной в области шеи.

По подозрению в совершении указанного преступления в порядке ст. 91 УПК ДД.ММ.ГГГГ задержан ФИО1

Постановлением Советского районного суда г. Красноярск от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу сроком до ДД.ММ.ГГГГ.

В этот же день ФИО1 предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ.

Постановлениями Советского районного суда г. Красноярска от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ срок содержания под стражей обвиняемого ФИО1 неоднократно продлялся. Последним постановлением срок содержания под стражей был продлен до №

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 изменена мера пресечения на подписку о невыезде и надлежащем поведении.

ДД.ММ.ГГГГ уголовное преследование ФИО1 по ч. 1 ст. 105 УК РФ было прекращено на основании п. 2 ч.1 ст. 27 УПК РФ и предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 109 УК РФ. 

Срок предварительного следствия по указанному делу неоднократно продлялся, также производство по делу неоднократно приостанавливалось и вновь возобновлялось. 

Согласно постановлению о прекращении уголовного дела и уголовного преследования от ДД.ММ.ГГГГ уголовное преследование по уголовному делу № в отношении ФИО1 прекращено на основании п.2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи с отсутствием в его действиях состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 109 УК РФ. Мера пресечения в отношении ФИО1 в виде подписки о невыезде отменена, ему разъяснено право на реабилитацию.

Более того, вышеуказанным постановлением данное уголовное дело по факту смерти ФИО6 прекращено на основании п. 1 ч. 1 ст. 24 УПК в связи с отсутствием событий преступлений, предусмотренных как ч. 1 ст. 105 УК РФ, так и ч. 1 ст. 109 УК РФ.

Таким образом, согласно установленным фактическим обстоятельствам срок предварительного следствия в отношении истца составлял чуть более 1 года и 4 месяцев, из которых 6 месяцев он находился под стражей и обвинялся в совершении особо тяжкого преступления против личности, затем еще в течение 10 месяцев он находился на подписке о невыезде и обвинялся в совершении преступления, которое отнесено к категории небольшой тяжести.

Для проведения следственных действий ФИО1 в ИВС ОП № МУ МВД России «Красноярское» вызывался 27 раз, что подтверждается ответом начальник ИВС от ДД.ММ.ГГГГ. на запрос адвоката Мажитовой Б.С.

Первоначально обвинение истцу по ч. 1 ст. 105 УК РФ предъявлено на основании его признательных показаний. ДД.ММ.ГГГГ он измени показания, отрицая свою виновность в совершении инкриминируемого ему преступления.

В материалы дала стороной истца представлены копии многочисленных жалоб и заявлений, согласно которым он и его адвокат ФИО5 неоднократно обращались в Следственный комитет РФ, ГСУ Следственного комитета РФ по Красноярскому краю, в органы прокуратуры, Уполномоченному по правам человека в Красноярском крае и др. в связи с незаконными действиями сотрудников предварительного следствия, а также незаконным уголовным преследованием в отношении него.

Согласно постановлению от ДД.ММ.ГГГГ в возбуждении уголовного дела в отношении следователя ФИО7 по п. «а» ч. 3 ст. 286, ч. 1 ст. 286, ч. 1 ст. 285 УК РФ отказано в связи с отсутствием состава преступления на основании п. 2 ч.1 ст. 24 УПК РФ, поскольку в ходе проверки доводы ФИО1 об оказании на него морального давления не нашли своего подтверждения.

О привлечении сотрудников правоохранительных органов к уголовной или иной ответственности в связи с уголовным преследованием истица в материалы дела не представлено.

Кроме того, из материалов дела следует, что истец никогда не привлекался к уголовной ответственности, на момент привлечения к уголовной ответственности истец имел семью, двух малолетних детей на иждивении, страдал тяжелым хроническим заболеванием, данные обстоятельства подтверждаются свидетельствами о регистрации брака, свидетельствами о рождении детей, выпиской из медицинской карты.

Помимо прочего из материалов гражданского дела следует, что на день привлечение истца к уголовной ответственности он состоял в трудовых отношения с КГБОУ кадетская школа-интернат «Красноярский кадетский корпус имени А.И. Лебедя» в должности электрогазосварщика.

Приказом КГБОУ кадетская школа-интернат «Красноярский кадетский корпус имени А.И. Лебедя» №-од от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 отстранен от работы на весь период производства по уголовному делу № до его прекращения либо до вступления в силу приговора суда.

После того, как истцу была изменена мера пресечения на подписку о невыезде он ДД.ММ.ГГГГ обратился с заявлением на имя директора кадетской школы-интернат о допуске его к работе. Однако, как следует из ответа директора образовательного учреждения от ДД.ММ.ГГГГ, истцу отказано в допуске к работе со ссылкой на положения действующего трудового законодательства, поскольку на тот момент уголовное преследование в отношении истца не было прекращено. 

Только после прекращения уголовного преследования истца на основании приказа №-о от ДД.ММ.ГГГГ КГБОУ кадетская школа-интернат «Красноярский кадетский корпус имени А.И. Лебедя» истец был допущен к работе.

В материалы дела также представлены положительные характеристики в отношении истца из МАОУДОД «СДЮСШОР по вольной борьбе» и с места работы.

Кроме того, согласно выписке их медицинской карты амбулаторного больного в отношении истца до уголовного преследования ему в период с 2004 по 2012 было установлено ряд заболеваний, в том числе заболевания сердца, а также хронический вирусный гепатит «С». ДД.ММ.ГГГГ истцу поставлен диагноз неврит троичного нерва, ДД.ММ.ГГГГ - артрит локтевого сустава, ДД.ММ.ГГГГ – дорсопатия с цервикобрахиалгией, ДД.ММ.ГГГГ –инфекция (неразборчиво), ДД.ММ.ГГГГ – соматоформная дисфункция ВНС, системно-неврологическая. 

Дав совокупную оценку представленным доказательствам, вышеизложенным обстоятельствам, суд приходит к выводу, что факт незаконного привлечения истца к уголовной ответственности установлен в судебном заседании, так как уголовное преследование прекращено по реабилитирующим основаниям. В этой связи причинение ему морального вреда предполагается, и доказыванию подлежит лишь размер денежной компенсации, исходя из фактических обстоятельств дела.

Статьей 1099 ГК РФ предусмотрено, что основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 Гражданского кодекса. Моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом.

В соответствии со ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в том числе, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ (в случае незаконного административного задержания.

Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Пунктом 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" (с последующими изменениями и дополнениями) разъяснено, что размер компенсации морального вреда зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств, и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований.

В пунктах 2 и 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 N 10 (с последующими изменениями и дополнениями) "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" разъясняется, что моральный вред может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной 

<

данные изъяты>, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает длительность незаконного уголовного преследования истца (с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ), тяжесть преступления, в совершении которого он первоначально обвинялся (относится к категории особо тяжких против личности), нахождение его в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ под стражей, а с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ - на подписке о невыезде, нравственных переживаний, связанных с его уголовным преследованием, принимая во внимание, что обращения за медицинской помощью истца в период уголовного преследования были связаны с невритом троичного нерва, артритом локтевого сустава, диагноз соматоформная дисфункция ВНС, системно-неврологическая был поставлен значительно позднее прекращения уголовного преследования. 

Кроме того, суд учитывает индивидуальные особенности истца, возраст, состояние здоровье (хронический гепатит «С»), а также тот факт, что он никогда не привлекался к уголовной ответственности, наличие у истца малолетних детей, которых он был лишен возможности содержать в связи с отстранением от работы до окончания уголовного преследования, а в период содержания под стражей – принимать участие в их воспитании, личность истца (положительно характеризуется). В этой связи незаконное привлечение его к уголовной ответственности за особо тяжкое преступление и длительное нахождение под стражей явилось существенным психотравмирующим фактором.

С учетом сложившейся практики Европейского Суда по правам человека, фактические обстоятельства, при которых был причинен моральный вред, но, учитывая, требования разумности и справедливости, суд находит требования истца обоснованными, подлежащими частичному удовлетворению, и полагает, что присуждение компенсации морального вреда в размере 400 000 руб., что составляет около 800 руб. за сутки незаконного уголовного преследования, - является справедливой и разумной.

Доводы представителя ответчика о том, что надлежащим ответчиком по настоящему спору является Следственный комитет РФ суд не принимает во внимание, поскольку в данном случае исковое заявление было заявлено о компенсации морального вреда в порядке ст. 1070 ГК РФ, то есть в порядке реабилитации, а не в порядке, предусмотренном ст. 1069 ГК РФ, в связи с чем надлежащим ответчиком по данному делу выступает соответствующий финансовый орган - Министерство финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Красноярскому краю.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ,

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 ФИО18 удовлетворить частично.

Взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 в счет компенсации морального вреда 400 000 рублей. 

Решение может быть обжаловано в Красноярский краевой суд через Советский районный суд в течение месяца со дня изготовления мотивированного текста решения суда.

Председательствующий Е.В. Татарникова

Текст мотивированного решения изготовлен 12.02.2019