<

данные изъяты>

Дело № 2-3509/2017 01 ноября 2017 года

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Фрунзенский районный суд Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи Подольской Н.В.,

с участием прокурора Бакунович М.Н.,

при секретаре Меленюк А.О.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ООО «Мониторинг» о восстановлении на работе и взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, индексации заработной платы, компенсации морального вреда,

установил:

Истец ФИО1 указала, что она с 01 марта 2002 г. работала в ООО «Мониторинг» в должности ведущего инженера отдела аттестации поверочных газовых смесей (ПГС). Приказом от 27 августа 2015 г. ФИО1 уволена. Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда от 21 июля 2016 г. ФИО1 восстановлена на работе в прежней должности, с работодателя в пользу истца была взыскана заработная плата за время вынужденного прогула. Однако, как указывает истец, ответчик не исполнил решение суда, в связи с чем 21 ноября 2016 г. истец обратил решение к принудительному исполнению. Приказом от 06 марта 2017 г. № 21-к ФИО1 снова уволена в связи с сокращением численности работников, при увольнении работодателем допущены нарушения процедуры увольнения. 08 декабря 2016 г. работодатель уведомил работника о сокращении его должности с 15 февраля 2017 г., 31 января 2017 г. работодатель предложил работнику должность инженера-электрика на неполный рабочий день, требующую высшего технического или среднего специального образования, действующий документ, подтверждающий 5-ю группу по электробезопасности до и свыше 1 000 В. 08 февраля 2017 г. работодатель сообщил работнику другие условия работы в должности инженера-электрика: режим работы – 4 часа работы, начало работы – 07.50 час., должностной оклад 20 000 руб. за 8 часов при 40-часовой рабочей неделе. Однако ФИО1 вынуждена отказаться от указанной должности, поскольку она не соответствует квалификации работника – «инженер электронной техники», а также его образованию и опыту работы. Кроме того, работа инженера-электрика относится к работам, на которых ограничивается применение труда женщин (ст. 253 Трудового кодекса Российской Федерации). При увольнении истца работодателем не соблюдено преимущественное право работника на оставлении на работе, поскольку истец является специалистом с более высокой квалификацией, чем другие работники и стажем работы. В связи с незаконным увольнением ФИО1 находится в вынужденном прогуле с 06 марта 2017 г. и по вине работодателя с указанной даты не получает заработную плату. Ссылаясь на то, что в течение 7,5 месяцев ответчик не исполнял решение суда о восстановлении на работу и незаконно уволил работника приказом от 06 марта 2017 г. № 21-к это фактически привело к новому уольнению. На основании изложенного, истец просит суд восстановить ФИО1 в должности ведущего инженера отдела аттестации поверочных газовых смесей в ООО «Мониторинг», взыскать с ответчика в пользу истца невыплаченную заработную плату за время вынужденного прогула с 07 марта 2017 г. по день вынесения решения суда из расчета 2 626,72 руб. в день, произвести индексацию заработной платы за время вынужденного прогула с 07 марта 2017 г. по день вынесения решения суда, взыскать денежную компенсацию морального вреда в размере 35 000 руб. (л.д. 3-6, 221-225).

Истец, представитель истца – адвокат Конев А.В., в судебное заседание явились, исковые требования поддержали, просили их удовлетворить в полном объеме.

Представитель ответчика ФИО2, в судебное заседание явился, исковые требования не признал.

Изучив материалы дела, оценив представленные доказательства, выслушав истца и его представителя, представителя ответчика, заключение прокурора, полагавшего, что исковое заявление не подлежит удовлетворению, суд приходит к следующему.

Как следует из материалов дела, 02 декабря 2013 г. между истцом и ответчиком заключен трудовой договор № 258, в соответствии с условиями которого ФИО1 принята на работу в ООО «Мониторинг» на должность ведущего инженера с установлением работнику заработной платы в размере 21 550 руб. в месяц (л.д. 8).

Приказом № 61-к от 27 августа 2015 г. ФИО1 уволена из ООО «Мониторинг» с 27 августа 2015 г. по п. 2 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации в связи с сокращением штата работников.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда от 21 июля 2016 г. ФИО1 восстановлена на работе в должности ведущего инженера отдела аттестации поверочных газовых смесей, с работодателя в пользу истца взыскана заработная плата за время вынужденного прогула за период с 28 августа 2015 г. по 21 июля 2016 г. в размере 177 331,44 руб. (л.д. 22-25).

Приказом генерального директора ООО «Мониторинг» № 57-к от 22 июля 2016 г. отменен приказ от 27 августа 2015 г. № 61-к о допуске ФИО1 к исполнению трудовых обязанностей по должности ведущего инженера отдела аттестации поверочных газовых смесей с окладом в размере 21 550 руб. (л.д. 26).

Дополнительным соглашением № 1 от 22 июля 2016 г. к трудовому договору стороны определили, что работник принимается на работу на должность ведущего инженера отдела аттестации поверочных газовых смесей в ООО «Мониторинг», местом работы ФИО1 является отдел аттестации ПГС комплекса производства ПГС по адресу: Санкт-Петербург, Колпино, 

<

адрес>. Также стороны установили, что работнику устанавливается 40-часовая пятидневная рабочая неделя с продолжительностью рабочего дня 8 часов (начало работы в 8 часов, окончание рабочего дня в 16.30 час.) с понедельника по пятницу и двумя выходными днями в субботу и воскресенье (л.д. 9-10).

Из материалов дела усматривается, что 02 декабря 2016 г. генеральным директором ООО «Мониторинг» утверждено штатное расписание, действующее с 03 декабря 2016 г., согласно которому в отделе аттестации поверочных газовых смесей имеется должность ведущего инженера, 1 штатная единица (л.д. 131-136).

Приказом генерального директора ООО «Мониторинг» № 97-О от 08 декабря 2016 г. в связи с проведением мероприятий по совершенствованию организации труда и оптимизацией организационной структуры отдела аттестации поверочных газовых смесей (ПГС) постановлено с 15 февраля 2017 г. сократить численность работников и должности в организационно-штатной структуре общества: ведущий инженер отдела аттестации поверочных газовых смесей (л.д. 27).

08 декабря 2016 г. ведущему инженеру отдела аттестации ФИО1 направлено уведомление № 10 о сокращении должности с 15 февраля 2017 г., сообщено об отсутствии в организации вакантных должностей (л.д. 28).

Также 08 декабря 2016 г. истцу работодателем сообщено о том, что по истечении двух месяцев с момента получения уведомления № 10 истец будет уволен на основании п. 2 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации с выплатой выходного пособия в размере среднемесячного заработка, предложено расторгнуть трудовой договор до истечения указанного срока, сообщено о возможности получения дополнительной компенсации (л.д. 29). С указанными уведомлениями истец ознакомлена 08 декабря 2016 г., что подтверждается подписью. 

31 января 2017 г. в адрес истца ответчиком направлено предложение о переводе на другую работу, сообщено о наличии вакантной должности – инженера-электрика на неполный рабочий день, требования к должности: высшее техническое или среднее специальное образование, действующий документ, подтверждающий 5-ю группу по электробезопасности до и свыше 1 000 В. 

По запросу истца ответчиком 07 февраля 2017 г. сообщен режим работы по предложенной должности: 4 часа работы, начало работы – 07.50 час., должностной оклад 20 000 руб. за 8 час. при 40-часовой рабочей неделе, возможна выплата надбавки за интенсивность, напряженность труда работника, по результатам работы предприятия, а также за использование в работе иностранного языка (л.д. 32).

С вышеуказанным предложением истец ознакомлена 01 февраля 2017 г., что подтверждается ее подписью. 09 февраля 2017 г. указала на то, что предложенная должность не соответствует имеющейся у истца квалификации «инженер электронной техники», а также на то, что работа инженера-электрика относится к работам, на которых ограничивается применение труда женщин (ст. 253 Трудового кодекса Российской Федерации), с переводом на предложенную должность не согласна (л.д. 30).

Приказом генерального директора ООО «Мониторинг» № 21-к от 06 марта 2017 г. прекращено действие трудового договора от 02 декабря 2013 г. № 258, уволена с 06 марта 2017 г. ФИО1 – ведущий инженер отдела аттестации поверочных газовых смесей в связи с сокращением численности работников (п.2 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации). С указанным приказом истец ознакомлена 06 марта 2017 г., что подтверждается ее подписью (л.д. 35).

Ответчиком произведена выплата выходного пособия при увольнении истца в связи с сокращением численности сотрудников в размере 57 787,84 руб., выплата компенсации за неиспользованный отпуск в размере 27 803,46 руб., выплата заработной платы в размере 11 325,01 руб. (л.д. 161-167), размер которого не оспаривается истицей.

В соответствии со штатным расписанием, утвержденным генеральным директором ООО «Мониторинг» 06 марта 2017 г., должность ведущего инженера отдела аттестации поверочных газовых смесей отсутствует (л.д. 149-154).

Из штатного расписания, утвержденного генеральным директором ООО «Мониторинг» 28 апреля 2017 г., усматривается, что должность ведущего инженера отдела аттестации поверочных газовых смесей также отсутствует (л.д. 155-160).

В соответствии с положениями ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае: сокращения численности или штата работников организации, индивидуального предпринимателя.

Согласно положениям ст. 180 Трудового кодекса Российской Федерации при проведении мероприятий по сокращению численности или штата работников организации работодатель обязан предложить работнику другую имеющуюся работу (вакантную должность) в соответствии с частью третьей статьи 81 настоящего Кодекса.

О предстоящем увольнении в связи с ликвидацией организации, сокращением численности или штата работников организации работники предупреждаются работодателем персонально и под роспись не менее чем за два месяца до увольнения.

По правилам ст. 179 Трудового кодекса Российской Федерации при сокращении численности или штата работников преимущественное право на оставление на работе предоставляется работникам с более высокой производительностью труда и квалификацией.

При равной производительности труда и квалификации предпочтение в оставлении на работе отдается: семейным – при наличии двух или более иждивенцев (нетрудоспособных членов семьи, находящихся на полном содержании работника или получающих от него помощь, которая является для них постоянным и основным источником средств к существованию); лицам, в семье которых нет других работников с самостоятельным заработком.

Частью 1 ст. 195.1 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что квалификация работника представляет собой уровень его знаний, умений, профессиональных навыков и опыта работы.

По правилам ст. 178 Трудового кодекса Российской Федерации при расторжении трудового договора в связи с ликвидацией организации (пункт 1 части первой статьи 81 настоящего Кодекса) либо сокращением численности или штата работников организации (пункт 2 части первой статьи 81 настоящего Кодекса) увольняемому работнику выплачивается выходное пособие в размере среднего месячного заработка, а также за ним сохраняется средний месячный заработок на период трудоустройства, но не свыше двух месяцев со дня увольнения (с зачетом выходного пособия).

В соответствии со ст. 394 Трудового кодекса Российской Федерации увольнение признается законным при наличии законного основания увольнения и с соблюдением установленного трудовым законодательством порядка увольнения. При этом, исходя из руководящих разъяснений Верховного Суда Российской Федерации, содержащихся в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 2 от 17 марта 2004 г. «О практике применения судами общей юрисдикции Трудового кодекса РФ», обязанность доказать законность основания и соблюдения порядка увольнения возлагается на работодателя.

Проверяя законность увольнения истца с должности ведущего инженера отдела аттестации поверочных газовых смесей в связи с сокращением численности работников (п.2 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации), суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с п.2 ч.1 ст.81 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случаях сокращения численности или штата работников организации, индивидуального предпринимателя.

Увольнение по данному основанию допускается, если невозможно перевести работника с его письменного согласия на другую имеющуюся у работодателя работу (как вакантную должность или работу, соответствующую квалификации работника, так и вакантную нижестоящую должность или нижеоплачиваемую работу), которую работник может выполнять с учетом его состояния здоровья. При этом работодатель обязан предлагать работнику все отвечающие указанным требованиям вакансии, имеющиеся у него в данной местности.

Сокращение численности или штата работников является одним из мероприятий по улучшению деятельности организации, а так же ее укомплектованию наиболее квалифицированными кадрами. Поэтому сокращение численности и штата производиться, прежде всего, путем ликвидации вакантных мест.

Из материалов дела с достоверностью усматривается, что в рамках проведения мероприятий по сокращению численности работников организации ответчиком исполнены требования законодателя о предупреждении работодателем работника персонально и под роспись не менее чем за два месяца до увольнения.

При этом работодателем исполнены требования законодателя о предложении работнику вакантной должности – инженера-электрика на неполный рабочий день, от которой истец отказалась. Наличие иных вакантных должностей в спорный период у ответчика судом не установлено.

Доводы стороны истца о том, что ответчик имел возможность предложить ФИО1 вакантную должность инженера ФИО3, которая уволилась из организации в декабре 2016 г., не могут быть приняты во внимание, в связи со следующим.

Приказом № 79-к от 30 ноября 2016 г. уволена 30 ноября 2016 г. ФИО3 с должности инженера-химика комплекса производств ПГС по собственному желанию (л.д. 194-195), после чего ее должность была сокращена.

Исходя из диплома Э № 

<

данные изъяты>, ФИО1 в 1973 г. окончила полный курс Ленинградского ордена Ленина элетротехнического института им. В.И. Ульянова (Ленина) по специальности «Промышленная электроника» (л.д. 36).

В соответствии с Единым квалификационным справочником должностей руководителей, специалистов и служащих к должности «Инженер-химик» установлены следующие квалификационные требования: высшее профессиональное образование по специальности «Энергетика, энергетическое машиностроение и электротехника», или «Химическая технология и биотехнология», или «Химия» без предъявления требований к стажу работы.

Таким образом, истец, не обладая высшим образованием в указанных областях, не могла претендовать на должность инженера-химика, в связи с чем указанная должность обоснованно не предложена работодателем истцу.

Также, исследовав материалы дела, суд приходит к выводу о том, что среди них отсутствуют доказательства, отвечающие принципам относимости, допустимости, достоверности и достаточности, свидетельствующие о наличии у истца права преимущественного оставления на работе. 

Из материалов дела усматривается, что в соответствии со штатным расписанием, утвержденным генеральным директором ООО «Мониторинг» 28 апреля 2017 г., в отделе аттестации поверочных газовых смесей имеются должности: начальник отдела аттестации (1 штатная единица, окладная), инженер-хроматографист (3 штатных единицы, окладные), инженер-хроматографист (2 штатных единицы, сдельные), инженер (4 штатные единицы, окладные), инженер (1 штатная единица, сдельная), ведущий инженер-химик (1 штатная единица, окладная), инженер-химик (1 штатная единица, окладная), инженер-химик (1 штатная единица, сдельная), старший техник (1 штатная единица, сдельная).

Все указанные должности заняты, что подтверждается трудовым договором № 351, заключенным 03 июня 2013 г. между ответчиком и ФИО4, согласно которому ФИО4 принят на работу в организацию ответчика на должность инженера с должностным окладом в размере 57 475 руб. При этом в соответствии с дипломом, выданным 11 июня 2003 г. ФИО4, ему присвоена квалификация «Инженер» по специальности «Автоматизация технологических процессов и производств целлюлозно-бумажной промышленности»;

трудовым договором № 470 от 01 апреля 2014 г., заключенным между ответчиком и ФИО5, согласно которому ФИО5 принят на работу в организацию истца на должность инженера с должностным окладом в размере 57 000 руб., при этом, в соответствии с дипломом, выданным 21 февраля 2006 г. ФИО5, ему присвоена квалификация «Инженер» по специальности «Информационно-измерительная техника и технологии»; 

трудовым договором № 190/2 от 13 апреля 2015 г., заключенным между ответчиком и ФИО6, в соответствии с которым ФИО6 принят на работу в организацию ответчика на должность инженера-хроматографиста с должностным окладом в размере 75 000 руб. При этом в соответствии с дипломом, выданным 31 января 2014 г. ФИО6, ему присвоена квалификация «Инженер»; 

трудовым договором № 211 от 01 апреля 2014 г., заключенным между ответчиком и ФИО7, в соответствии с которым ФИО7 принята на должность инженера с должностным окладом 55 000 руб. При этом, в соответствии с дипломом о среднем специальном образовании, выданным 28 февраля 1973 г. Зайцевой (впоследствии ФИО7) Л.А., она прошла обучение по специальности «Технология органического синтеза», ей присвоена квалификация «Техник-технолог»; 

трудовым договором № 423 от 01 апреля 2015 г., заключенным между ответчиком и ФИО8, в соответствии с которым ФИО8 принят на работу в организацию ответчика на должность инженера-хроматографиста, при этом, в соответствии с дипломом о высшем образовании, выданным ФИО8 28 февраля 2005 г., ему присуждена квалификация «Инженер» по специальности «Материалы и компоненты твердотельной электроники»;

трудовым договором № 638 от 20 июня 2011 г., в соответствии с которым ФИО9 принят на работу в организацию ответчика на должность инженера с должностным окладом в размере 34 500 руб., при этом, в соответствии с дипломом о среднем специальном образовании от 29 мая 2006 г., ФИО9 присвоена квалификация «Техник» по специальности «Монтаж, наладка и эксплуатация оборудования промышленных и гражданских зданий», в соответствии с дипломом о высшем образовании от 31 января 2012 г., ФИО9 присвоена квалификация «маркетолог» по специальности «маркетинг»; 

трудовым договором № 514 от 01 апреля 2011 г., заключенным между ответчиком и ФИО10, в соответствии с которым ФИО10 принят на работу на должность инженера с должностным окладом 40 230 руб., при этом, в соответствии с дипломом о высшем образовании от 27 февраля 2003 г., ФИО10 присвоена квалификация «Инженер» по специальности «Динамика полета и управление движением летательных аппаратов»; 

трудовым договором № 441 от 01 марта 2014 г., заключенным между ответчиком и ФИО11, последний принят на работу в организацию ответчика на должность инженера с должностным окладом в размере 29 330 руб., при этом, в соответствии с дипломом о высшем образовании от 15 июня 2010 г., ФИО11 присуждена квалификация «Инженер» по специальности «Химическая технология высокомолекулярных соединений»; 

трудовым договором № 570 от 01 апреля 2009 г., заключенным между ответчиком и ФИО12, последний принят в организацию ответчика на должность инженера с должностным окладом в размере 23 000 руб. При этом в соответствии с дипломом о высшем образовании от 28 февраля 2009 г., ФИО12 присуждена квалификация «Инженер» по специальности «Автоматизация технологических процессов и производств».

Анализируя штатное расписание и сравнивая с наличием образования у каждого работника, и сопоставляя размер заработной платы каждого и объем выполняемых работ, суд приходит к следующим выводам. 

Довод истца о том, что она могла претендовать на должность ведущего инженера-химика, инженера-химика не может быть принят во внимание, в связи с отсутствием у нее специального образования.

В соответствии с п. 3.2, 3.3, 3.4 Положения об оплате труда, утвержденного 06 марта 2009 г. генеральным директором ООО «Мониторинг», размер оклада работника устанавливается трудовым договором с работником. Размер оклада (без учета доплат, надбавок, премиальных и иных поощрительных выплат) работника, полностью отработавшего норму рабочего времени, не может быть ниже установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда. Размер оклада может повышаться по решению работодателя.

Из трудового договора, дополнительного соглашения к нему усматривается, что истцу был установлен оклад в размере 21 550 руб.

В ходе рассмотрения спора по существу представитель ответчика пояснил суду, что нормативно не установлены критерии, по которым оценивается труд работника, в связи с чем работодатель сам принимает данное решение, основываясь на навыках работника, умения выполнять определенную работу. Истец имеет самую низкую заработную плату в своем отделе, что свидетельствует о том, что она имеет самую низкую квалификацию.

Также представитель ответчика пояснил суду, что из 10 человек инженеров и инженеров-хроматографистов, на должности которых истец указывает в качестве должностей, которые она могла бы занимать, 9 человек являются мужчинами, что связано со спецификой работы, которая предполагает необходимость перемещения тяжелого оборудования, при этом, исполнение данной обязанности дополнительно оплачивается, что сказывается на размере окладов по данным должностям. 

Истец, ДД.ММ.ГГГГ, является женщиной, достигшей на момент рассмотрения спора 69 лет, что предполагает невозможность исполнения ею обязанностей, связанных с перемещением ею тяжелого оборудования.

Истец ссылается на то, что, по сравнению с ФИО7, достигшей пенсионного возраста, не имеющей высшего образования, а также по сравнению с ФИО9, не имеющим специализированного образования, имеет преимущественное право на оставление на работе.

В соответствии с Единым квалификационным справочником должностей руководителей, специалистов и служащих к должности «Инженер» предъявляются следующие квалификационные требования: высшее профессиональное (техническое) образование без предъявления требований к стажу работы или среднее профессиональное (техническое) образование и стаж работы в должности техника I категории не менее 3 лет либо других должностях, замещаемых специалистами со средним профессиональным образованием, не менее 5 лет.

Поскольку квалификационные требования к должности «Инженер» не предполагают обязательного наличия высшего профессионального образования, допускают наличие среднего профессионального (технического) образования, которое имеется у ФИО9, ФИО7, суд приходит к выводу о том, что у истца не имеется преимущества перед указанными лицами при определении преимущественного права на оставление на работе, исходя из их квалификации.

При этом суд полагает возможным принять во внимание доводы стороны ответчика о том, что ФИО9, имея два диплома об образовании, проводит химико-математический анализ, кроме того, работает на 4-х установках, на что истец права не имеет.

Доводы истца о том, что ФИО7 является пенсионером, также не могут быть приняты во внимание, поскольку из материалов дела усматривается, что истец старше ФИО7 на пять лет, следовательно, истец не обладает преимуществом перед ФИО7 в части возраста.

Оценивая штатное расписание, суд, несмотря отнесение всех должностей к категории инженеры, не усматривает тождественность этих, поскольку они отличаются спецификацией работы, связанной с образованием, в связи с чем полагает, что истец не имела преимущественное право оставления на работе перед иными сотрудниками отдела аттестации поверочных газовых смесей ООО «Мониторинг».

На основании изложенного, разрешая спор, суд приходит к выводу о том, что в ходе судебного разбирательства нашел подтверждение факт проведения ответчиком мероприятий по сокращению численности работников, в связи с чем у работодателя имелись правовые основания для расторжения с истцом трудового договора по данному основанию, при этом, увольнение истца произведено в соответствии с установленным Трудовым кодексом РФ порядком увольнения, с приказом об увольнении истец ознакомлен в установленный законом срок, при увольнении произведены все установленные законом выплаты, в связи с чем требования истца о восстановлении на работе, а также производные от них требования о взыскании невыплаченной заработной платы за время вынужденного прогула, производстве индексации заработной платы за время вынужденного прогула, не подлежат удовлетворению. 

Согласно требованиям ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику, возмещается работнику, в случае если он причинен неправомерными действиями или бездействием работодателя.

В силу ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. 

Поскольку в ходе рассмотрения спора по существу не нашел подтверждения факт причинения неправомерными действиями или бездействием ответчика физические и (или) нравственные страдания истцу, требования о взыскании денежной компенсации морального вреда также не подлежат удовлетворению.

Не нашел подтверждения в ходе рассмотрения дела довод истца о том, что на увольнение истца повлиял тот факт, что она фактически не была допущена к работе после вынесения апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда от 21 июля 2016 г.

Отказывая в удовлетворении взыскании индексации заработной платы за время вынужденного прогула с 07.03.3017 года по день вынесения решения, суд исходит из того, что судом не установлено, что в ООО «Мониторинг» за указанный период производилась индексация заработной платы, предусмотренных ст. 134 Трудового кодекса Российской Федерации.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения требований истца.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194 – 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л:

В удовлетворении исковых требований ФИО13 к ООО «Мониторинг» о восстановлении на работе и взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, индексации заработной платы, компенсации морального вреда – отказать.

Решение может быть обжаловано в течение месяца с момента изготовления решения в полном объеме в Санкт-Петербургский городской суд путем подачи апелляционной жалобы через Фрунзенский районный суд Санкт-Петербурга.

Судья: (подпись)

Мотивированное решение изготовлено 23 ноября 2017 года.

<

данные изъяты>