31RS0№-90 Дело №2-417/2024

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

27 декабря 2024 года г. Бирюч

Красногвардейский районный суд Белгородской области в составе:

председательствующего судьи Никулиной Т.В.

при секретаре Мулдашевой Л.В.

с участием заместителя прокурора Красногвардейского района Маркова А.А., помощника прокурора Красногвардейского района Кириллова А.В., 

истца Ю.Г., представителя истца Я.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Ю.Г. к Министерству обороны РФ о взыскании материального ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием, и компенсации морального вреда, 

у с т а н о в и л:

около 

<

данные изъяты> произошло дорожно-транспортное происшествие. Военнослужащий В.В., управляя автомобилем 

<

данные изъяты>, на жесткой сцепке буксировал автомобиль 

<

данные изъяты>, который выехал на полосу встречного движения и совершил столкновение с автомобилем 

<

данные изъяты> принадлежащим Ю.Г., двигавшимся во встречном направлении. В результате ДТП Ю.Г. был причинен вред здоровью средней тяжести по длительности расстройства здоровья свыше 21 дня (п. 7.1 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утв. Приказом Минздравсоцразвития №н от 24.04.2008); автомобиль 

<

данные изъяты> получил значительные механические повреждения, повлекшие его конструктивную гибель. Согласно заключению специалиста от 29.04.2024 № рыночная стоимость автомобиля 

<

данные изъяты> до наступления ДТП составляет 884500 руб, за вычетом годных остатков (87400 руб) размер причиненного ущерба составляет 797100 руб. 

Постановлением следователя военно-следственного отдела СК России по Белгородскому гарнизону от в возбуждении уголовного дела в отношении водителя В.В. отказано за отсутствием в его действиях состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ, поскольку вред здоровью, причиненный Ю.Г., квалифицирован как вред средней тяжести. 

Ю.Г. через своего представителя Я.В. обратился в суд с иском к Министерству обороны РФ о возмещении материального ущерба в размере 797 100 руб за поврежденный автомобиль, компенсации морального вреда в сумме 600 000 руб (с учетом увеличения исковых требований) и понесенных судебных расходов в сумме 28171 руб (11171 руб - госпошлина, 15000 руб - расходы на оплату услуг эксперта, 2000 руб – оформление доверенности). Сослался на то, что виновником ДТП является водитель автомобиля 

<

данные изъяты>, который принадлежит Министерству обороны РФ. На жесткой сцепке он буксировал автомобиль 

<

данные изъяты>, не выдержал боковой интервал, выехал на его полосу движения и совершил столкновение. В результате ДТП ему был причинён материальный и моральный вред. Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы № от 19.03.2024 у Ю.Г. имелся 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>, которые повлекли за собой длительное расстройство здоровья на срок свыше 21 дня и по этому признаку квалифицируются как вред здоровью средней тяжести. Ю.Г. лечился стационарно и амбулаторно. Принадлежащий ему автомобиль 

<

данные изъяты> получил существенные повреждения. Согласно заключению специалиста от 29.04.2024 № стоимость восстановительного ремонта автомобиля составляет 2590300 руб, что превышает его рыночную стоимость до ДТП - 884500 руб, поэтому ремонт экономически нецелесообразен. За вычетом годных остатков (87400 руб) размер причиненного ущерба составляет 797100 руб. Ответственность водителя по полису ОСАГО не была застрахована, в связи с чем причиненный вред подлежит возмещению владельцем источника повышенной опасности, его собственником - Министерством обороны РФ. Водитель В.В. не может признаваться владельцем источника повышенной опасности в смысле, придаваемом данному понятию в ст. 1079 ГК РФ. 

В судебном заседании Ю.Г. и его представитель Я.В. иск поддержали. Ю.Г. (в судебном заседании от 8.08.2024) пояснил, что 27.10.2022 примерно в 19 час 30 минут на своем автомобиле 

<

данные изъяты> двигался по асфальтированной автодороге 

<

данные изъяты> с ближним светом фар со скоростью 90-100 км/час. Навстречу ему по своей полосе двигался автомобиль 

<

данные изъяты>, принадлежащий Министерству обороны РФ, который, как выяснилось, на жесткой сцепке буксировал автомобиль «

<

данные изъяты>». Когда они сблизились, автомобиль 

<

данные изъяты>» внезапно выехал на его полосу. Он не имел возможности затормозить и предотвратить столкновение, удалось лишь повернуть руль вправо, уходя от столкновения, которое произошло на его полосе движения. Удар произошел левой передней частью автомобиля «

<

данные изъяты> в левую переднюю часть его автомобиля. Оба автомобиля оказались на обочине по ходу его движения. Принадлежащий ему автомобиль был повреждён и не подлежит восстановлению, его здоровью причинен вред средней тяжести, в течение 44 дней он находился на стационарном и амбулаторном лечении, ему накладывали гипс, затем была проведена операция – 

<

данные изъяты>. Он испытывал физические и нравственные страдания, 

<

данные изъяты>, на длительный период времени был изменен привычный образ жизни, он плохо спал, испытывал боль, ему вводили наркоз, принимал лекарственные препараты. 

Водитель В.В. нарушил пункты 1.5, 2.3.1, 9.7, 10.7.6, 20.1, 20.2 Правил дорожного движения, п. 10 Основных положений и п. 7.6 Приложения к ПДД, приведшие к ДТП и его последствиям. Со стороны истца не было допущено нарушений Правил дорожного движения. Незначительное превышение скорости не находится в причинно-следственной связи с наступившими последствиями, так как столкновение произошло на его полосе движения и он не имел возможности его предотвратить, был пристегнут ремнем безопасности. К административной ответственности по ст. 12.9 КоАП РФ Ю.Г. не привлекался. 

Представитель ответчика в судебное заседание не явился, в письменных возражениях иск не признал, просил рассмотреть дело в их отсутствие, в удовлетворении исковых требований отказать, считая Министерство обороны РФ ненадлежащим ответчиком. Относительно надлежащего ответчика изложил противоречивую позицию. На странице 3 возражений надлежащим ответчиком указал водителя В.В., который управлял автомобилем 

<

данные изъяты> в момент ДТП, а на страницах 5 и 6 возражений таковым указал войсковую часть 

<

данные изъяты>, поскольку автомобиль 

<

данные изъяты> учитывается в книге учета материальных ценностей указанной войсковой части, следовательно, является она владельцем источника повышенной опасности. В свою очередь войсковая часть находится на финансовом обеспечении в ФКУ «46 ФЭС» (финансово-экономическая служба), которая в соответствии с Приказом Министра обороны РФ от 23.09.2010 № является одним из распорядителей бюджетных средств и администраторов доходов бюджета. Причиненный ущерб взыскивается за счет денежных средств, размещенных на лицевых счетах 46 ФЭС как с учреждения, на финансовом обеспечении которого находится данная войсковая часть. Кроме того, указал, что у экспертной организации, производившей расчет ущерба, отсутствует лицензия на осуществление оценочной деятельности, эксперт не предупреждался об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. В отношении компенсации морального вреда сослался на отсутствие совокупности условий, предусмотренных ст. 1064 ГК РФ (вина причинителя вреда, противоправное поведение, причинно-следственная связь между действиями (бездействием) Министерства обороны РФ и наступившими последствиями). При этом представитель верно указал, что в силу п. 2 ст. 1064 ГК РФ бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство, или причинившем вред, вина в нарушении обязательств предполагается, пока не доказано обратное.

Третье лицо – военнослужащий - водитель автомобиля «

<

данные изъяты>» В.В., который извещался повесткой по месту прохождения службы в в/ч 

<

данные изъяты>, в судебное заседание не явился, возражений на иск не представил.

В соответствии со ст.167 ГПК РФ дело рассмотрено в их отсутствие.

Прокурор в своем заключении полагал исковые требования Ю.Г. обоснованными. 

Выслушав объяснения истца и его представителя, исследовав обстоятельства дела по представленным доказательствам, суд полагает иск удовлетворить частично по следующим основаниям. 

В соответствии с п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. 

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (п. 2 ст. 1064 ГК РФ).

Таким образом, в соответствии со ст. 1064 ГК РФ для наступления ответственности, вытекающей из обстоятельств вследствие причинения вреда, необходимо наличие одновременно таких условий как: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственная связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом; вина причинителя вреда.

Установленная ст. 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья (например, факт причинения вреда в результате дорожно-транспортного происшествия с участием ответчика), размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Вред, причинённый источником повышенной опасности, возмещается в порядке, установленном ст. 1079 ГК РФ с учетом разъяснений, содержащихся в Постановлениях Пленума Верховного Суда РФ.

Согласно п.1 ст.1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях, то есть по правилам ст. 1064 ГК РФ. 

В соответствии со ст.1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей. При этом работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

Как разъяснено в п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» ответственность юридического лица или гражданина, предусмотренная пунктом 1 статьи 1068 ГК РФ, наступает за вред, причиненный его работником при исполнении им своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании заключенного трудового договора (служебного контракта). На юридическое лицо или гражданина может быть возложена обязанность по возмещению вреда, причиненного лицами, выполнявшими работу на основании гражданско-правового договора, при условии, что эти лица действовали или должны были действовать по заданию данного юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ (п. 1 ст. 1068 ГК РФ).

Согласно п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 N 1 по общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 статьи 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. В случаях, специально предусмотренных законом, вред возмещается независимо от вины причинителя вреда (пункт 1 статьи 1070, статья 1079, пункт 1 статьи 1095, статья 1100 ГК РФ). Обязанность по возмещению вреда может быть возложена на лиц, не являющихся причинителями вреда (статьи 1069, 1070, 1073, 1074, 1079 и 1095 ГК РФ). Установленная статьей 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья (например, факт причинения вреда в результате дорожно-транспортного происшествия с участием ответчика), размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

В пункте 23 Постановления также указано, что владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности, если докажет, что вред причинен вследствие непреодолимой силы или умысла самого потерпевшего. 

О распределении бремени доказывания дано разъяснение и в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации".

Согласно п. 12 Постановления по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

В силу ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Как указал Верховный Суд Российской Федерации в п. п. 11 - 13 Постановления Пленума от 23 июня 2015 г. N 25, применяя ст. 15 ГК РФ, следует учитывать, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных убытков. 

Объяснениями сторон, материалами проверки подтверждается, что 27.10.2022 около 19 час 40 мин на 

<

данные изъяты>» Красногвардейского района Белгородской области произошло дорожно-транспортное происшествие. Военнослужащий В.В., управляя автомобилем 

<

данные изъяты> принадлежащим Министерству обороны РФ, на жесткой сцепке буксировал автомобиль 

<

данные изъяты> Во встречном направлении по своей полосе дороги двигался автомобиль 

<

данные изъяты>, под управлением водителя Ю.Г., которому он принадлежал. 

В нарушение Правил дорожного движения РФ, предусматривающих правостороннее движение транспортных средств по дороге и обязывающих водителя двигаться по своей полосе, вследствие неисправности жесткой сцепки буксируемый автомобиль 

<

данные изъяты> выехал на полосу встречного движения, по которой двигался автомобиль 

<

данные изъяты> и совершил с ним столкновение. В результате ДТП Ю.Г. был причинен вред здоровью и имущественный ущерб в связи с повреждением автомобиля. 

Из материала проверки по факту ДТП в отношении военнослужащего В.В. по ч. 1 ст. 264 УК РФ, истребованного судом из военно-следственного отдела СК России по Белгородскому гарнизону, видно, что в 19.50 и 21.55 в ОМВД России по Красногвардейскому району были зарегистрированы сообщения, поступившие из диспетчерской ЕДДС и приемного отделения ОГБУЗ «Красногвардейская ЦРБ» о том, что на автодороге 

<

данные изъяты> произошло ДТП с пострадавшим, в приемное отделение больницы с диагнозом – 

<

данные изъяты> обратился Ю.Г.

27.10.2022 инспектором ДПС ОГИБДД ОМВД России по Красногвардейскому району по факту столкновения 27.10.2022 в 19 час 05 минут автомобилей 

<

данные изъяты> и автомобиля 

<

данные изъяты> на автодороге 

<

данные изъяты> Красногвардейского района Белгородской области было возбуждено дело об административном правонарушении, предусмотренном ст. 12.24 КоАП РФ и ст. 12.15 КоАП РФ – нарушение расположения транспортного средства на приезжей части дороги, и проведении административного расследования. 

Свидетельством о регистрации транспортного средства, диагностической картой подтверждается, что автомобиль 

<

данные изъяты>, буксирующий автомбиль «

<

данные изъяты>», принадлежит Министерству обороны РФ.

Ответчиком не оспаривается и материалами дела (письменными объяснениями В.В., начальника автомобильной службы в/ч Д.В., путевым листом от 27.10.2022 №) подтверждается, что в момент ДТП водитель В.В., находился при исполнении обязанностей военной службы, он осуществлял буксировку автомобиля 

<

данные изъяты> из одного населённого пункта в другой. 

На схеме с места ДТП, составленной 27.10.2022 с участием водителя В.В., видно, что на ней отображен участок дороги «

<

данные изъяты>» Красногвардейского района Белгородской области, указано направление движения автомобилей 

<

данные изъяты> и их расположение на дороге после ДТП. Из схемы видно, что дорога имеет прерывистую осевую линию разметки, осыпь осколков, возникшая в результате ДТП, находится на полосе движения автомобиля 

<

данные изъяты>, это указывает на место столкновения. 

Согласно схеме после ДТП автомобили 

<

данные изъяты> переместились на правую обочину по ходу движения автомобиля 

<

данные изъяты>, что свидетельствует о взаимодействии между данными транспортными средствами. Следы торможения автомобилей на дороге отсутствуют, что подтверждает внезапность возникновения опасности для водителя автомобиля 

<

данные изъяты>. 

Расположение транспортных средств и следов согласуется с объяснениями водителя Ю.Г.

Из первоначальных объяснений В.В. и Ю.Г., полученных 27.10.2022, следует, что каждый из них заявил, что двигался по своей полосе движения, В.В. – на автомобиле 

<

данные изъяты> буксировал автомобиль 

<

данные изъяты> а Ю.Г. ехал во встречном направлении на автомобили 

<

данные изъяты>. При этом Ю.Г. указал, что встречный автомбиль выехал на его полосу движения, вследствие чего произошло столкновение, а водитель В.В. никакие причины ДТП не изложил. 

Протоколами осмотра транспортных средств от 27.10.2022, фотографиями с места ДТП подтверждается, что на автомобиле 

<

данные изъяты>, зафиксированы повреждения в левой передней части: левом переднем колесе, левом переднем крыле, рессоре; 

на автомобиле 

<

данные изъяты>, многочисленные повреждения: передний бампер, капот, крыша, лобовое стекло, переднее левое и правое крыло, передние блок-фары, переднее левое колесо, передняя левая дверь, задняя левая дверь, заднее левое крыло, левое зеркало заднего вида;

на автомобиле 

<

данные изъяты>, имеется потертость заднего левого колеса. 

Кроме того, имеет разрыв прицепного устройства, которое имеет форму треугольника, которым осуществлялась буксировка автомобиля 

<

данные изъяты> автомобилем 

<

данные изъяты> на жесткой сцепке. Права штанга оторвана от крепления к автомобилю 

<

данные изъяты>, а левая штанга отсутствует и на месте ДТП не зафиксирована. 

Согласно рапорту инспектора ДН ОГИБДД ОМВД России по Красногвардейскому району О.Е. ДТП произошло вне населенного пункта, дорога имеет две полосы движения шириной 6 метров, нанесена горизонтальная разметка 1.1 и 1.5 покрытие соответствует требованиям ГОСТ. 

При освидетельствовании водителей В.В. и Ю.Г. установлено, что оба были трезвыми. 

В этот же вечер 27.10.2022 пострадавший Ю.Г. был госпитализирован в ОГБУЗ «Красногвардейская ЦРБ» в связи с переломами 

<

данные изъяты>, подтверждённым рентгенограммой. В лечебном учреждении ему был наложен гипс. Кроме того, 10.11.2022 Ю.Г. был обследован судебно-медицинским экспертом.

С 27.10.2022 по 28.10.2022 Ю.Г. находился в ОГБУЗ «Красногвардейская ЦРБ», в дальнейшем проходил лечение по месту жительства в МБУЗ «Центральная районная больница» 

<

адрес>, стационарно с 30.10.2022 по 9.11.2022 и амбулаторное лечение. 2.11.2022 была проведена операция - 

<

данные изъяты> рекомендовано ношение оперированной конечности на косынке в течение одного месяца, на длительный срок ему назначено применение лекарственных препаратов, что подтверждается выписным эпикризом, историей болезни №. 

Из представленных документов видно, что Ю.Г. находился на листке нетрудоспособности с 30.10.2022 по 14.12.2022.

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы № от 19.03.2024 у Ю.Г. имелся перелом 

<

данные изъяты>, которые являются составным компонентом одной травмы и за собой повлекли длительное расстройство здоровья на срок свыше 21 дня и по этому признаку в соответствии с п. 7.1 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека (приложение к Приказу Минздравсоцразвития №н от 24.04.2008), квалифицируются как вред здоровью средней тяжести.

Телесные повреждения могли быть образованы в срок, соответствующий 27.10.2022 при обстоятельствах, указанных в постановлении о назначении экспертизы, т.е. в результате столкновения автомобилей. 

В материале проверки содержится информация о том, что В.В. проходит военную службу по контракту в войсковой части 

<

данные изъяты> и 27.10.2022 на автомобиле 

<

данные изъяты> на жесткой сцепке он буксировал автомобиль 

<

данные изъяты> (выписки из приказов, служебные характеристики, военный билет, контакт о прохождении военной службы, служебная карточка, подтверждающая, что он проходил военную службу в в/ч 

<

данные изъяты>).

Постановлением начальника ОГИБДД ОМВД России по Красногвардейскому району от 29.11.2022 материал проверки по факту ДТП был направлен по подследственности в ВСО СК России по Воронежскому гарнизону, поскольку водитель В.В. является военнослужащим. Причиной ДТП указано нарушение водителем В.В. п. 9.1 Правил дорожного движения.

Постановлением следователя СО СК России по Белгородскому гарнизону от 19.03.2024 отказано в возбуждении уголовного дела в отношении водителя В.В. за отсутствием в его действиях состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ, так как вред здоровью, причиненный водителю Ю.Г., квалифицирован как вред средней тяжести. Тяжесть телесных повреждений послужила основанием к тому, что было отказано в возбуждении уголовного дела. 

Факт нарушения водителем В.В. Правил дорожного движения, его вина в происшедшем ДТП подтверждается данными осмотра места происшествия, протоколами осмотра транспортных средств, объяснениями истца, фотоматериалом к осмотру места происшествия, заключениями автотехнической экспертизы от 16.03.2023 №, проведенной в рамках материала проверки, заключением автотехнической экспертизы от 3.12.2024 №, назначенной в рамках гражданского дела по ходатайству представителя истца для установления механизма ДТП и проверки достоверности версии истца, показаниями эксперта А.В. в судебном заседании. 

Объяснения водителя В.В. и начальника автомобильной службы в/ч 

<

данные изъяты>, содержащиеся в материале проверки, о том, что автомбиль 

<

данные изъяты> «врезался» в автомбиль 

<

данные изъяты>, буксируемый на жесткой сцепке, и из-за этого произошел обрыв жесткой сцепки, несостоятельны и опровергаются объективными данными осмотра места происшествия, заключением экспертиз о месте столкновения. 

Из заключения автотехнической экспертизы № от 3.05.2023, проведённой в рамках проверки, следует, что в дорожной обстановке водители должны были руководствоваться п. п. 1.4, 9.1, 10.1 Правил дорожного движения. 

При рассмотрении гражданского дела судом была назначена автотехническая экспертиза для установления механизма ДТП, проверки версии водителя Ю.Г.

Согласно заключению автотехнической экспертизы ООО «Оценочная фирма Профессионал» от 3.12.2024 №, механизм дорожно-транспортного происшествия заключается в том, что 27.10.2022 около 19 час 40 мин на автодороге «

<

данные изъяты> водитель В.В., управляя автомобилем 

<

данные изъяты> осуществлял буксировку на жёсткой сцепке автомобиля 

<

данные изъяты>. В это время во встречном направлении со скорость 105 км/час двигался автомобиль 

<

данные изъяты> под управлением водителя Ю.Г. На 

<

данные изъяты> км + 

<

данные изъяты> м у жесткой сцепки произошло отделение левой штанги по сварному шву, не предусмотренному конструкцией, в результате чего буксируемый автомобиль 

<

данные изъяты> получил возможность поперечного смещения относительно автомобиля-тягача 

<

данные изъяты> и выехал на полосу встречного движения на расстояние не менее 2.4 метра. Обнаружив впереди себя выехавший на его полосу движения автомобиль 

<

данные изъяты>, водитель автомобиля 

<

данные изъяты> оценил ситуацию как опасную и попытался избежать столкновения путем манёвра увода вправо, однако оказавшегося расстояния оказалось недостаточно и произошло столкновение между левой передней боковой частью кузова 

<

данные изъяты> с левым колесом автомобиля 

<

данные изъяты>. В результате взаимодействия транспортных средств автомобиль 

<

данные изъяты> развернуло, и он сместился вправо на обочину по ходу своего движения, а у автомобиля 

<

данные изъяты> из-за упора в раму 

<

данные изъяты> произошла деформация стенок правой штанги, которая разрушилась под воздействием внешней силовой нагрузки от столкновения и автомобиль также съехал в кювет. При исследовании механизма ДТП, узлов автомобиля и прицепного устройства эксперт установил, что соединение левой штанги сцепки не соответствовало заводскому, у левой штанги произошло усталостное разрушение металла (стр. 15-17). Отсоединение левой штанги в процессе буксировки позволяло ей смещаться влево на 2.4 м, соответственно влево смещался автомобиль 

<

данные изъяты>. 

Объяснения водителя Ю.Г. о механизме ДТП (выезд на его полосу движения автомобиля 

<

данные изъяты>), согласно заключению, являются технически состоятельными. 

След в виде потертости на заднем левом колесе автомобиля 

<

данные изъяты> который был зафиксирован при осмотре транспортного средства и отражен в протоколе, не мог быть оставлен частями автомобиля 

<

данные изъяты>. 

Эксперт также указал какими пунктами правил дорожного движения должны были руководствоваться водители в рассматриваемой дорожной ситуации, водитель В.В., в частности, пунктами 1.3, 1.5, 2.3.1, 9.1, 9.4, 9.7, 9.10, 10.4. 20,1, 20.2 ПДД, а также п. 10 Основных положений по допуску транспортных средств к эксплуатации, п. 7.6 Перечня неисправностей, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 23.10.1993. 

Заключение эксперта мотивированное, механизм ДТП изложен подробно, сопровождается фотографиями и схемами, моделированием дорожной ситуации. Эксперт А.В. имеет высшее профессиональное образование, продолжительный опыт экспертной деятельности, в том числе в системе МВД, сертификат судебного эксперта, он предупреждался об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. 

При допросе в судебном заседании эксперт А.В. полностью подтвердил свои выводы. Он также пояснил, что превышение водителем Ю.Г. скорости движения до 105 км/час, зафиксированной на щитке приборов автомобиля 

<

данные изъяты>, не повлияло на возникновение ДТП. Двигаясь со скоростью 90 км/час или меньше, водитель Ю.Г. не имел технической возможности избежать столкновения, поскольку для него опасность была внезапно возникшей. Он не мог предвидеть, что автомобиль 

<

данные изъяты> выедет на его полосу движения. При любой скорости автомобиля 

<

данные изъяты> ввиду повреждения левой штанги жесткой сцепки автомобиль 

<

данные изъяты> внезапно выезжал на его полосу движения, где произошло столкновение. При исследовании узлов автомобиля и прицепного устройства он установил, что была произведена кустарная сварка прицепного устройства, которое, было восстановлено и не обеспечивало необходимую надёжность при буксировке в соответствии с требованиями ГОСТа и ПДД, в связи с чем в процессе движения произошёл её разрыв, сопровождающийся выездом на встречную полосу движения. Эксперт также объяснил, почему он пришел к выводу о том, что потертость на заднем колесе автомобиля 

<

данные изъяты> не находится в причинной связи с возникшим ДТП и его показания убедительны. 

Несмотря на некоторые расхождения в описании механизма ДТП в заключениях экспертиз, их выводы о том, что столкновении произошло на полосе движения автомобиля 

<

данные изъяты>, совпадают. В заключении от 16.03.2023 № также указано, что водитель Ю.Г. имел преимущество для движения в данной ситуации. 

Согласно п. 1.3 Правил дорожного движения, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 23.10.1993 N 1090, участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки.

На дорогах установлено правостороннее движение транспортных средств (п 1.4).

Участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда. Запрещается повреждать или загрязнять покрытие дорог, снимать, загораживать, повреждать, самовольно устанавливать дорожные знаки, светофоры и другие технические средства организации движения, оставлять на дороге предметы, создающие помехи для движения. Лицо, создавшее помеху, обязано принять все возможные меры для ее устранения, а если это невозможно, то доступными средствами обеспечить информирование участников движения об опасности и сообщить в полицию (п.1.5).

В соответствии с п. 2.3.1 Правил дорожного движения водитель транспортного средства обязан перед выездом проверить и в пути обеспечить исправное техническое состояние транспортного средства в соответствии с Основными положениями по допуску транспортных средств к эксплуатации и обязанностями должностных лиц по обеспечению безопасности дорожного движения.

Количество полос движения для безрельсовых транспортных средств определяется разметкой и (или) знаками 5.15.1, 5.15.2, 5.15.7, 5.15.8, а если их нет, то самими водителями с учетом ширины проезжей части, габаритов транспортных средств и необходимых интервалов между ними. При этом стороной, предназначенной для встречного движения на дорогах с двусторонним движением без разделительной полосы, считается половина ширины проезжей части, расположенная слева, не считая местных уширений проезжей части (п. 9.1).

Вне населенных пунктов, а также в населенных пунктах на дорогах, обозначенных знаком 5.1 или 5.3 или где разрешено движение со скоростью более 80 км/ч, водители транспортных средств должны вести их по возможности ближе к правому краю проезжей части. Запрещается занимать левые полосы движения при свободных правых (п. 9.4).

Если проезжая часть разделена на полосы линиями разметки, движение транспортных средств должно осуществляться строго по обозначенным полосам. Наезжать на прерывистые линии разметки разрешается лишь при перестроении (п. 9.7).

В соответствии с п. 10. Основных положений по допуску транспортных средств к эксплуатации и обязанности должностных лиц по обеспечению безопасности дорожного движения, утверждённых Постановлением Правительства РФ от 23.10.1993 №1090, конструкция жесткого буксирующего устройства должна соответствовать требованиям ГОСТа 25907-89, который, в частности, предусматривает, что элементы буксирного устройства (буксирные вилки и жесткие буксиры) должны изготавливаться в соответствии с требованиями настоящего стандарта по нормативно-техничкой документации, конструктивные размеры материал, место и способ крепления устанавливать в нормативно-технической документации по результатам расчёта на прочность и опыт эксплуатации, после окончания испытаний буксирные вилки, крепления не должны быть разрушены и не должны быть повреждены (п. п. 2.1, 2.2, 2.9, 3.6, 3.9 и др.).

Согласно п. 7.6 Перечня неисправностей и условий, при которых запрещается эксплуатация транспортных средств, утверждённых Постановлением Правительства РФ от 23.10.1993 №1090 (в редакции, действующей на 27.10.2022), к ним относилась неисправность тягово-сцепное и опорно-сцепное устройства тягача и прицепного звена.

В результате нарушения целостности жёсткой сцепки при буксировке автомобиля 

<

данные изъяты>, который выехал на полосу движения автомобиля 

<

данные изъяты>, опасность для водителя Ю.Г. была внезапно возникшей, и он не имел технической возможности предотвратить столкновение. О внезапности препятствия свидетельствует и отсутствие тормозного пути на месте ДТП. Превышение им скорости 90 км/час не находится в причинно-следственной связи с наступившими последствиями. Исходя из обязанности водителей соблюдать Правила дорожного движения, предусмотренные п. 1.5 ПДД, двигаться по своей полосе движения, тем более что на дороге имелась разметка, движение автомобилей в сцепке, он не мог и не должен был предвидеть выезд автомобиля, двигавшегося в сцепке, на его полосу движения. К административной ответственности водитель Ю.Г. не привлекался. В постановлении следователя от 19.03.2024 также отсутствуют выводы о наличии вины Ю.Г. в ДТП. 

Исследовав представленные сторонами доказательства, суд приходит к выводу, что несоблюдение пунктов 1.4, 1.5, 2.3.1, 9.1, 9.4, 9.7 Правил дорожного движения водителем В.В., а также п. 10. Основных положений по допуску транспортных средств к эксплуатации и обязанности должностных лиц, а также п. 7.6 Перечня неисправностей и условий, при которых запрещается эксплуатация транспортных средств, утверждённых Постановлением Правительства РФ от 23.10.1993 №, находится в прямой причинной связи с совершенным дорожно-транспортным происшествием и наступившими последствиями в виде причинения вреда здоровью водителя Ю.Г. и повреждения его автомобиля.

Ответчиком по правилам ст. ст. 401, 1064 ГК РФ не опровергнуто отсутствие вины водителя В.В. в происшедшем ДТП и наступившими последствиями. 

Принадлежность Ю.Г. автомобиля 

<

данные изъяты>, подтверждается свидетельством о регистрации транспортного средства №, паспортом транспортного средства 

<

адрес>, карточкой учета транспортного средства. 

Размер материального ущерба, причиненного Ю.Г. в результате повреждения его автомобиля, подтверждается заключением специалистов Д.Б. и А.С. от 29.04.2024 №, 

Согласно заключению № рыночная стоимость автомобиля 

<

данные изъяты> до наступления происшествия составляет 884500 руб, за вычетом годных остатков (87400 руб) размер причиненного ущерба составляет 797100 руб. 

Из калькуляции видно, что стоимость расходов на восстановительный ремонт автомобиля 

<

данные изъяты>, рассчитанный в системе «Аудатекс», составляет 2590300 руб, что превышает рыночную стоимость автомобиля с учетом износа, но без повреждений, полученных в ДТП. На дату 27.10.2022 она составила 884500 руб. Стоимость годных остатков автомобиля после повреждения составляет 87400 руб, соответственно, размер причинённого ущерба определен как разница между рыночной стоимостью и годными остатками (884500 руб - 87400 руб), что составляет 797100 руб. 

Доводы представителя ответчика о несогласии с размером ущерба на том основании, что специалист не предупреждался об уголовной ответственности, что он не имеет лицензию на проведение экспертиз, неубедительны. 

Сертификатами, удостоверениями и свидетельствами, приложенными к заключению, подтверждается, что Д.Б. является членом Союза лиц, осуществляющих деятельность в сфере судебной экспертизы и судебных экспертных исследований по специальности «исследования транспортных средств в целях определения стоимости восстановительного ремонта», включен в государственный реестр экспертов-техников, имеет право на использование программного продукта и базы данных «Аудатекс», систематически повышал свою квалификацию, эксперт-техник А.С. также имеет соответствующее профессиональное образование и включен в государственный реестр экспертов-техников. Тот факт, что эксперты не предупреждались об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, не свидетельствует о его недостоверности. Эксперты, имея опыт работы и обладая специальными познаниями, лично осмотрели транспортное средство, произвели фотографирование повреждённого автомобиля и его узлов, составили калькуляцию в соответствии с методикой проведения экспертиз. Характер и виды повреждений детально изложены в приложении к заключению и согласуются с первоначальным осмотром транспортного средства. Водитель В.В. приглашался на проведение осмотра, что подтверждается телеграммами, направленными в его адрес. 

Заключение подготовлено в соответствии с требованиями Федерального закона от 29.07.1998 №135-ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации» и федеральными стандартами оценками, сопровождается фотоматериалом. Объект осматривался экспертом, зафиксированы имеющиеся повреждения на транспортном средстве, которые не противоречат материалам дела об административном правонарушений. 

Иной, свой вариант расчёта ущерба, по правилам ст. 56 ГПК РФ, ответчик суду не представил. 

Таким образом, исходя из положений ч. 2 ст. 1064 ГК РФ и ст. 401 ГК РФ и распределения бремени доказывания, ответчик не представил суду доказательства, освобождающие его от ответственности за причинение вреда. Оснований для применения ст. 1083 ГК РФ также не усматривается.

Истцом заявлена компенсация морального вреда в размере 600 000 руб, которую суд считает завышенной, исходя их характера и степени тяжести причиненных страданий. 

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В силу п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 "Обязательства вследствие причинения вреда" Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Как следует из разъяснений, содержащихся в п. п. 15, 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 №33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда. 

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым в частности могут быть отнесены: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред; характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия) с учетом способа причинения, а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда; последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

Сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (ст. 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту. Вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан (п. 30 Постановления). 

Согласно разъяснениям в п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 N 1 причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. 

Поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда с учетом требований разумности и справедливости, степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела. 

Разрешая вопрос о размере компенсации морального вреда, причинённого Ю.Г. по данному делу, суд учитывает следующие обстоятельства. 

В результате виновных действий водителя В.В. Ю.Г. причинён вред здоровью средней тяжести, что подтверждается заключением судебно-медицинской экспертизы. 

Из выписных эпикризов, заключения СМЭ видно, что в результате ДТП у Ю.Г. имелся закрытый перелом 

<

данные изъяты>, более двух недель он находился на стационарном лечении, первоначально в ОГБУЗ «Красногвардейская ЦРБ», а затем в 

<

адрес> районной больнице 

<

адрес>, где ему сделали операцию, в дальнейшем лечился амбулаторно. В связи с повреждением руки, нахождением на стационарном и амбулаторном лечении был изменен его привычный образ жизни, он был ограничен в передвижении, вынужден был пользоваться посторонней помощью, принимал лекарственные препараты, что очевидно причиняло ему физическую боль и нравственные страдания.

При таких обстоятельствах, учитывая характер повреждений и степень тяжести вреда, длительность лечения, исходя из требований разумности и справедливости, суд полагает взыскать в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 300 000 руб. 

Возражения представителя Министерства обороны РФ о том, что надлежащими ответчиками должны быть водитель В.В. и войсковая часть 

<

данные изъяты>, за которой закреплен данный автомобиль, суд считает необоснованными. Определяя надлежащего ответчика, суд учитывает следующие обстоятельства. 

В соответствии со ст. ст. 1064 и ст.1079 ГК РФ за вред, причинённый источником повышенной опасности, отвечает владелец источника повышенной опасности. 

В силу ст. ст. 1064, 1068, 1079 ГК РФ ответчик – Министерство обороны РФ, как владелец источника повышенной опасности, возмещает причинённый вред. 

Согласно п. 12 ст. 1 Федерального закона от 31.05.1996 N 61-ФЗ "Об обороне" имущество Вооруженных Сил Российской Федерации, других войск, воинских формирований и органов является федеральной собственностью и находится у них на правах хозяйственного ведения или оперативного управления.

В соответствии с п. 1 Положения о Министерстве обороны РФ, утвержденного Указом Президента РФ от 16.08.2004 N 1082 "Вопросы Министерства обороны РФ" Минобороны России является федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики, нормативно-правовому регулированию в области обороны, иные установленные федеральными конституционными законами, федеральными законами, актами Президента РФ и Правительства РФ функции в этой области, а также уполномоченным федеральным органом исполнительной власти в сфере управления и распоряжения имуществом Вооруженных Сил РФ и подведомственных Минобороны РФ организаций.

Согласно п. 12.1 ч. 1 ст. 158 Бюджетного кодекса РФ Министерство обороны РФ, как главный распорядитель бюджетных средств, несет от имени Российской Федерации субсидиарную ответственность по денежным обязательствам подведомственных ему получателей бюджетных средств (бюджетных учреждений).

Войсковая часть 91726, за которой было закреплено транспортное средство и в которой проходит службу В.В., не является его собственником и не располагает собственными средствами для возмещения причиненного ущерба. Она входит в структуру Министерства обороны Российской Федерации. Документами подтверждается, что собственником автомобиля являлось Министерство обороны, вред причинен при исполнении обязанностей военной службы. Таким образом, обязательства по возмещению ущерба возлагаются на Министерство обороны РФ как на главного распорядителя бюджетных средств соответствующего бюджета и ответственного по долгам воинской части. 

По правилам ст. 98 ГПК РФ при удовлетворении иска истец имеет право на взыскание с ответчика понесенных судебных расходов. 

Размер расходов, понесенных истцом в связи с обращением в суд, подтверждается платежными документами и составляет: 15000 руб - услуги эксперта по оценке ущерба (л.д. 123-124), 2000 руб - оформление доверенности на представителя (л.д. 128) и 11171 руб - оплата госпошлины (л.д. 138). 15000 руб +11171 руб = 28171 руб.

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

р е ш и л:

Иск Ю.Г. к Министерству обороны Российской Федерации о взыскании материального ущерба и компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с Министерства обороны Российской Федерации (ИНН №) в пользу Ю.Г. (паспорт №) материальный ущерб за поврежденный автомобиль 

<

данные изъяты> в сумме 797100 руб, компенсацию морального вреда в размере 300000 руб, судебные расходы – 28171 руб, всего 1125271 руб.

Решение может быть обжаловано в порядке апелляции в судебную коллегию по гражданским делам Белгородского областного суда в течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме с подачей жалобы через Красногвардейский районный суд.

Мотивированное решение изготовлено 14.01.2025.

Судья