Дело № 2-80/2025 судья Панус К.И. 2026 год

33-1344/2026

УИД 69RS0034-01-2024-000983-56

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

17 марта 2026 года г. Тверь

Судебная коллегия по гражданским делам Тверского областного суда

в составе председательствующего судьи Пойменовой С.Н.,

судей Климовой К.В. и Солдатовой Ю.Ю.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Зиявудиновой А.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании

по докладу судьи Солдатовой Ю.Ю.

гражданское дело по апелляционным жалобам ФИО1, ФИО2, ФИО3 на решение Удомельского городского суда Тверской области от 07 августа 2025 года, которым постановлено:

«исковые требования ФИО1, ФИО2 к ФИО3 удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО3, 

<

данные изъяты>, в пользу ФИО1, 

<

данные изъяты>, компенсацию морального вреда вследствие причинения вреда здоровью в размере 50 000 (Пятьдесят тысяч) рублей, материальный ущерб в размере 4 159 (Четыре тысячи сто пятьдесят девять) рублей 90 копеек, расходы по уплате государственной пошлины в размере 3 200 (Три тысячи двести) рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 к ФИО3 отказать.

Взыскать с ФИО3, 

<

данные изъяты>, в пользу ФИО1, 

<

данные изъяты>, и ФИО2, 

<

данные изъяты>, в равных долях материальный ущерб в размере 15 069 (Пятнадцать тысяч шестьдесят девять) рублей 20 копеек, компенсацию морального вреда в размере 10 000 (Десять тысяч) рублей, транспортные расходы в размере 713 (Семьсот тринадцать) рублей 69 копеек, расходы по уплате государственной пошлины в размере 3 480 (Три тысячи четыреста восемьдесят) рублей, почтовые расходы в размере 240 (Двести сорок) рублей 20 копеек.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1, ФИО2 к ФИО3 отказать.

Взыскать с ФИО3, 

<

данные изъяты>, в доход бюджета муниципального образования Тверской области – Удомельский муниципальный округ государственную пошлину в сумме 6 000 (Шесть тысяч) рублей»

Судебная коллегия

установила:

ФИО1, ФИО2 обратились в суд с исковым заявлением, в котором, с учетом уточнения, просят взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 в счет возмещения материального ущерба, причиненного здоровью денежные средства в размере 5216 рублей, компенсацию морального вреда, связанного с причинением вреда здоровью, в размере 300000 рублей; взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 и ФИО2 в равных долях в счет возмещения материального ущерба, причиненного здоровью собаки денежные средства в размере 15069 рублей 20 копеек, убытки в виде транспортных расходов в размере 3180 рублей, компенсацию морального вреда, связанного с причинением вреда здоровью собаки, в размере 200000 рублей.

В обоснование требований указано, что 10 сентября 2024 года ФИО1 около 17 часов 10 минут в 

<

адрес> пошла гулять с соседкой ФИО и собакой породы йоркширский терьер по кличке Бони, владельцами которой являются ФИО1 и ФИО2 Собака была на поводке.

Около 17 часов 20 минут они вышли на дорогу 

<

адрес> и увидели приближающуюся к ним собаку породы акита-ину, принадлежащую ФИО3, проживающей по адресу: д

<

адрес> Собака стремительно побежала к ним навстречу и ФИО1, опасаясь за свою собаку Бони, из-за ее маленького размера и декоративности, попыталась взять ее на руки.

В этот момент собака породы акита-ину набросилась на ФИО1 и укусила 

<

данные изъяты> От сильной боли и страха ФИО1 выпустила свою собаку из рук. После чего собака породы акита-ину набросилась и схватила зубами собаку по кличке Бони и начала трепать за спину.

В этот момент ФИО попыталась придержать собаку ответчика и стала вырывать от нее собаку истцов, попыталась поднять Бони повыше на руках. Акита продолжала кусать Бони зубами за лапы и живот.

ФИО1 и ФИО громко кричали, просили, чтобы убрали собаку, но никто из хозяев не вышел.

После случившегося, испытав шок от безысходной ситуации, почувствовав невероятную опасность и агрессию от собаки ответчика, ФИО1 вынужденно достала и включила электрошокер. Только после этого собака ответчика отскочила и убежала в сторону дома своих хозяев.

Собака, которая напала на истца и ее собаку, была без поводка, без намордника, без сопровождения владельца.

Со слезами после случившегося ФИО1 с соседкой побежали домой к истцу, ФИО1 и ее собака были в крови, одежда порвана, все болело.

ФИО2 отвез ФИО1 в приемный покой 

<

данные изъяты> для оказания экстренной медицинской помощи, так как ФИО1 была покусана, у нее был болевой шок, испытала сильный нервный стресс.

Истец находилась на амбулаторном лечении с 10 сентября 2024 года по 16 сентября 2024 года, из-за осложнений с 17 сентября 2024 года по 27 сентября 2024 находилась на стационарном лечении. Стоимость лечения составила 5216 рублей.

Истцу был причинен легкий вред здоровью с временной нетрудоспособностью продолжительностью до трех недель от момента получения травмы (до 21 дня включительно).

Собаке по кличке Бони были причинены многочисленные повреждения, в связи с чем истцы обратились в 

<

данные изъяты> для осмотра и лечения.

14 сентября 2024 года и 22 сентября 2024 года для дополнительного осмотра, ввиду отсутствия аппаратуры обращались в ветеринарную клинику «

<

данные изъяты>. На покупку лекарственных препаратов и лечение собаки затрачено 15069 рублей 20 копеек. Транспортные расходы составили 3180 рублей 18 копеек.

Ответчик отказалась возмещать ущерб, извинений не принесла.

Действиями ответчика истцу причинен моральный вред, выражающийся в том, что ФИО1 причинена физическая боль от полученных травм. В период стационарного и амбулаторного лечения и до настоящего времени она испытывает длительные боли в области груди. В результате данного происшествия она сильно испугалась. Действия ответчика, выраженные в агрессивном поведении собаки по отношению к посторонним людям, ненадлежащее ее содержание послужило для истца психотравмирующей ситуацией, случившееся с истцом повлекло для нее внутренние душевные переживания, стресс, страхи, волнения, душевный дискомфорт из-за своего повреждения. Нарушился нормальный ход жизни истца, она стала панически бояться собак, чувствует себя ущемлено. Моральный вред оценивает в 300000 рублей.

Кроме того, истцы переживали страдания своего питомца, перенесли чувство неизвестности относительно его жизни и возможности утраты, что явилось причиной стресса истцов. Данный моральный вред оценивают в 200 00 рублей.

При подготовке гражданского дела к судебному разбирательству к участию в деле в порядке части 3 статьи 45 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации привлечен Удомельский межрайонный прокурор.

В ходе рассмотрения дела протокольным определением суда от 06 февраля 2025 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО4

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержала.

В судебном заседании истец ФИО2 исковые требования поддержал.

Представитель истцов адвокат Конатовский А.Е. исковые требования поддержал по приведенным основаниям, дополнительно пояснив, что животное не просто имущество, но и живое существо, в связи с чем причиненный ему вред болезненно воспринимается хозяевами. Исследованными доказательствами подтверждается, что именно собакой ответчика истцам причинен вред.

Ответчик ФИО3 возражала против удовлетворения исковых требований.

Судом постановлено приведенное выше решение.

В апелляционной жалобе ответчик ФИО3 просит отменить решение суда полностью и принять по делу новое решение.

В обоснование жалобы указано, что истцы в суде первой инстанции не представили бесспорных доказательств факта, что именно ответчик, а не какое-либо иное лицо, является причинителем вреда (или лицом, в силу закона обязанным возместить вред).

На момент рассмотрения дела судом ответчик не была признана виновной в причинении вреда здоровью ФИО1 каким-либо иным вступившим в законную силу постановлением (решением) должностного лица правоохранительного, судебного органа, либо органа административной юрисдикции.

Судом первой инстанции не учтены и не оценены должным образом факты, установленные вступившим в законную силу решением судьи Московского районного суда г. Твери Орел Ю.А. по делу № 12-28/2025 от 07 апреля 2025 года.

Судом не дана оценка противоречиям в объяснениях пострадавшей относительно окраса собаки, а также указанию при обращении в медицинское учреждение, что она была укушена уличной собакой.

В 

<

адрес> имеется много собак различных пород, в том числе находящихся на самовыгуле, на основе имеющихся в деле доказательств объективно утверждать, что именно собака истца причинила телесные повреждения истцу ФИО1 и ее собаке преждевременно.

Вопросу о том, откуда у пострадавшей ФИО1 10 сентября 2024 года образовались телесные повреждения от укуса собаки в 

<

данные изъяты> в ходе рассмотрения дела об административном правонарушении внимания не уделялось, и обстоятельства получения ею данного телесного повреждения не выяснялись. Данные телесные повреждения (кроме повреждений в области 

<

данные изъяты>) ФИО1 причинены еще кем-то другим и при иных обстоятельствах и это лицо необходимо устанавливать и привлекать в соответчики по данному делу.

Размер компенсации морального вреда, взысканный в пользу истца ФИО1, является чрезмерным. Истцом ФИО1 не было представлено суду каких-либо доказательств, «безусловно» свидетельствующих о том, что она из-за полученного укуса не может вести привычный образ жизни и осуществлять нормальную жизнедеятельность. Также вызывает сомнение констатация судом того факта, что истец ФИО1 до настоящего времени испытывает опасение при виде собак, поскольку она сама в течении длительного периода своей жизни является собаководом.

В период инцидента ФИО1 находилась на лечении с диагнозом, не связанным с укусом собаки. Из решения суда неясно включен ли данный период лечения при определении судом размера компенсации морального вреда.

Удомельским межрайонным прокурором принесены возражения на апелляционную жалобу ответчика, где полагает решение суда первой инстанции законным и отвечающим требованиям законодательства, в удовлетворении жалобы просит отказать.

В апелляционной жалобе истцов ФИО1, ФИО2 ставится вопрос об изменении решения суда первой инстанции и удовлетворении требований в полном объеме, поскольку судом не приняты во внимание требования законодательства, регулирующие вопросы возмещения морального вреда, не учтено материальное положение, доход, возраст ответчика и истцов, отсутствие извинений со стороны ответчика или иных действий, направленных на возмещение затраченных расходов.

В заседании суда апелляционной инстанции истцы ФИО1, ФИО2 и их представитель адвокат Конатовский А.Е. поддержали доводы апелляционной жалобы в полном объеме, против доводов жалобы ответчика возражали.

Иные участники процесса, уведомленные о времени и месте рассмотрения дела в соответствии с требованиями статей 113-116 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в заседание суда апелляционной инстанции не явились, сведений о причинах неявки не представили, ходатайств об отложении судебного разбирательства не заявили.

На основании положений статей 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебная коллегия определила рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц, участвующих в деле.

Заслушав судью-докладчика, обсудив доводы апелляционных жалоб, возражений, выслушав истцов и их представителя, а также заключение прокурора Матросовой А.А., полагавшей решение суда первой инстанции законным и обоснованным, проверив законность и обоснованность вынесенного судом первой инстанции решения в пределах доводов апелляционных жалоб и возражений, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Согласно пункту 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В силу пункта 1 статьи 137 Гражданского кодекса Российской Федерации к животным применяются общие правила об имуществе постольку, поскольку законом или иными правовыми актами не установлено иное.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 13 Федерального закона от 27 декабря 2018 года № 498-ФЗ «Об ответственном обращении с животными и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» при содержании домашних животных их владельцам необходимо соблюдать общие требования к содержанию животных, а также права и законные интересы лиц, проживающих в многоквартирном доме, в помещениях которого содержатся домашние животные (часть 1). Выгул домашних животных должен осуществляться при условии обязательного обеспечения безопасности граждан, животных, сохранности имущества физических лиц и юридических лиц (часть 4). При выгуле домашнего животного необходимо, в том числе, исключать возможность свободного, неконтролируемого передвижения животного при пересечении проезжей части автомобильной дороги, в лифтах и помещениях общего пользования многоквартирных домов, во дворах таких домов, на детских и спортивных площадках (часть 5).

В ходе рассмотрения спора судом первой инстанции установлен факт принадлежности собаки породы йоркширский терьер по кличке Бони истцам ФИО1 и ФИО2, что подтверждается ветеринарным паспортом.

Исходя из свидетельства о происхождении собаки 

<

данные изъяты>, ветеринарного паспорта, владельцем собаки породы акита рыжего окраса по кличке Ориджинал Бьюти Рио является ФИО3

10 сентября 2024 года оперативным дежурным МО МВД России «Удомельский» принято телефонное сообщение работника 

<

данные изъяты> о том, что ФИО1 из-за укуса собаки оказана медицинская помощь, диагноз «

<

данные изъяты>». Сообщение зарегистрировано в книгу учета сообщений о происшествиях за №

Исходя из рапорта УУП ОУУП и ПДН МВД России «Удомельский» от 10 сентября 2024 года, составленного на основании указанного телефонного сообщения, в ходе выезда опросить по обстоятельствам произошедшего ФИО1 не представилось возможным, ввиду ее плохого самочувствия. Однако в ходе телефонного разговора она пояснила, что 10 сентября 2024 года в дневное время ее укусила собака в 

<

адрес>, которая принадлежит ФИО4, который проживает в 

<

адрес> дом она не помнит, однако поясняет, что его дом находится при въезде в деревню слева. В ходе выезда установить место жительства и опросить по обстоятельствам произошедшего ФИО4 не представилось возможным.

По данным журнала регистрации амбулаторных больных 

<

данные изъяты> России 10 сентября 2024 года в 18 часов 38 минут ФИО1 обратилась в приемное отделение с диагнозом «

<

данные изъяты>», назначено лечение – обработка раны. В графе примечание имеется отметка: собака домашняя, привита, от вакцинации отказ.

В соответствии со справкой № ФИО1 обратилась с приемное отделение 10 сентября 2024 года в 18 часов 38 минут с жалобами на боли в области укуса 

<

данные изъяты>. Анамнез: травма, укусила уличная собака 10 сентября 2024 года. Объективно: раны по 0,5 см 2 штуки в области 

<

данные изъяты>. Диагноз: 

<

данные изъяты>. Оказанная помощь: раны промыты хозяйственным мылом. От вакцинации отказалась. Рекомендовано: обработка 

<

данные изъяты>. Явка на прием к травматологу 11 сентября 2024 года.

Согласно ответу 

<

данные изъяты> от 13 января 2025 года, в период с 17 сентября 2024 года по 27 сентября 2024 года ФИО1 находилась на стационарном лечении в хирургическом отделении с диагнозом 

<

данные изъяты>. Выписана из стационара на амбулаторное лечение в удовлетворительном состоянии. Обращалась за медицинской помощью амбулаторно 11 сентября 2024 года, 17 сентября 2024 года к хирургу с диагнозом 

<

данные изъяты> – осмотр в ЕВМИАС отсутствует, предоставить его не представляется возможным. 11 сентября 2024 года прием фельдшера с диагнозом 

<

данные изъяты> Указанное подтверждается выписным эпикризом, а также выпиской из медицинской карты.

Исходя из выписного эпикриза ФИО1 рекомендовано (назначено): 

<

данные изъяты>

По данным выписки из медицинской карты амбулаторного больного ФИО1 от 02 октября 2024 года, с 11 сентября 2024 года находилась на амбулаторном лечении, 17 сентября 2024 года направлена в стационар, диагноз «

<

данные изъяты>». Краткий анамнез: 

<

данные изъяты>. Обращалась в приемный покой 10 сентября 2024 года. С 11 сентября 2024 года лечение в условиях поликлиники. С 17 сентября 2024 года по 27 сентября 2024 года лечение в стационаре.

Согласно акту судебно-медицинского освидетельствования № (дополнительный) у ФИО1 имелись повреждения, которые возникли 10 сентября 2024 года: 

<

данные изъяты> они возникли от действия твердых предметов с заостренными краями, каковыми могли быть зубы собаки; эти повреждения в совокупности своей, расценивают как причинившие легкий вред здоровью с временной нетрудоспособностью продолжительностью до трех недель от момента причинения травмы (до 21 дня включительно) – (пункт 8.1 «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека»); 

<

данные изъяты>, которая возникла от действия твердого предмета с заостренным краем, каковым мог быть зуб собаки; такие повреждения расценивают как не причинившие вред здоровью человека, то есть не влекущие за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности – (пункт 9 ««Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека»).

11 сентября 2024 года ФИО1 обратилась в МО МВД России «Удомельский» с заявлением о привлечении к ответственности ФИО3, проживающей в 

<

адрес>, собака которой 10 сентября 2024 года в 17 часов 20 минут покусала ФИО1 и ее собаку (йоркширский терьер) на дороге 

<

адрес> Собака находилась без привязи и намордника, была на свободном выгуле и без сопровождения хозяина. В результате нападения ФИО1 и ее собаке нанесены телесные повреждения, порвана и испачкана кровью одежда. Заявление зарегистрировано в книгу учета сообщений о преступлениях за №, материал проверки приобщен к ранее зарегистрированному материалу проверки КУСП № от 10 сентября 2024 года.

Из объяснений ФИО1, данных оперуполномоченному ОУР МО МВД России «Удомельский» 11 сентября 2024 года, следует, что она проживает с мужем ФИО2 У них имеется дом в д

<

адрес>. 10 сентября 2024 года она находилась в 

<

адрес>, около 17 часов 10 минут пошла погулять со своей соседкой по деревне ФИО С собой на прогулку взяла свою собаку породы йоркширский терьер. Примерно в 17 часов 20 минут вышли на автодорогу 

<

адрес>. В это время она увидела, как к дому № подъехал ФИО5, после чего от его дома в их сторону побежала собака породы акита-ину. ФИО1 испугалась за свою собаку, хотела поднять ее на руки, с этой целью наклонилась к собаке, однако поднять ее не успела, так как в этот момент собака ФИО5 укусила ее за правую грудь, от чего ФИО1 испытала сильную физическую боль. ФИО1 закричала и, пребывая в шоке от происходящего, отпустила свою собаку из рук, после чего ее стала кусать собака ФИО5, чем причинила ей различные телесные повреждения. В последующем собака ФИО5 убежала. Уточняет, что собаку ФИО5 на нее не натравливал, однако его собака систематически находится на свободном выгуле.

Согласно объяснениям ФИО, данных старшему участковому уполномоченному полиции МО МВД России «Удомельский» 11 сентября 2024 года, 10 сентября 2024 года около 18 часов 00 минут она прогуливалась вместе со знакомой ФИО1 и ее собакой по кличке Бони на автодороге 

<

адрес>. В это время по дороге бежала навстречу собака, неизвестной ей породы, рыжеватого окраса по кличке Тофа, принадлежащая владельцу 

<

адрес>. Данная собака подбежала к Т и укусила ее в область груди, а также покусала собаку Т. ФИО пыталась вырвать собаку ФИО1 из пасти собаки по кличке Тофа. Хозяина собаки рядом не было, собака была на свободном выгуле без поводка и без намордника. Собака по кличке Тофа при виде электрошокера и его сигнале ушла.

Из объяснений ФИО3, данных участковому уполномоченному полиции МВД России «Удомельский» 11 сентября 2024 года, следует, она проживает в 

<

адрес> У нее имеется собака породы акита-ину по кличке Тофа, которая фактически содержится дома. Также периодически выпускает свою собаку на территорию дома, которая имеет ограждение. 10 сентября 2024 года около 17 часов 30 минут приехала домой по месту жительства, после чего выпустила свою собаку на территорию дома. В какой-то момент услышала женские крики со стороны дороги 

<

адрес>, а также звук электрошокера, и в этот момент увидела, что задние ворота территории дома открыты и через них ее собака убежала. После этого пошла в сторону центральных ворот, чтобы найти собаку. Подойдя к воротам, увидела собаку, которая сидела с внешней стороны от них. В последующем, примерно через десять минут, к их дому по месту жительства пришел ранее неизвестный мужчина, который стал кричать о том, что ее собака укусила его супругу. Уточняет, что ее собака по характеру спокойная и добрая, ранее никогда ни на кого не нападала.

19 сентября 2024 года материал проверки КУСП № от 10 сентября 2024 года направлен в ГУ «Государственная инспекция по ветеринарии» Тверской области для принятия решения по существу, принимая во внимание часть 3 статьи 8.52 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Согласно объяснениям ФИО1, данным главному консультанту межрайонного отдела государственной ветеринарной инспекции № 8 ГУ «Государственная инспекция по ветеринарии» Тверской области 03 октября 2024 года, 10 сентября 2024 года в 17 часов 10 минут она пошла гулять с принадлежащей ей собакой породы йоркширский терьер по кличке Бони в возрасте 9,5 лет вместе с соседкой ФИО Примерно в 17 часов 20 минут они вышли на дорогу 

<

адрес>. Она увидела, что привезли домой соседа, проживающего по адресу: 

<

адрес> Примерно через три минуты они увидели приближающуюся им навстречу собаку породы акита-ину белого цвета, принадлежащую ФИО5, проживающим в 

<

адрес>. Собака бежала им навстречу, ФИО1 хотела взять свою собаку на руки, которая была на поводке. Она наклонилась и в этот момент собака породы акита-ину набросилась на ФИО1 и укусила за правую грудь. Так как она не успела взять на руки свою собаку по кличке Бони, собака породы акита-ину набросилась и схватила зубами собаку Бони, трепала ее. Соседка, с которой они гуляли, схватила крупную собаку за спину, и в этот момент собака породы акита-ину отпустила собаку ФИО1 Соседка ФИО перехватила собаку Бони и подняла ее вверх на руки, собака породы акита-ину вцепилась в живот собаки Бони. После этого ФИО1 достала и включила электрошокер, собака отскочила и убежала в сторону дома. ФИО1 кажется, что владельцы собаки породы акита-ину слышали их крики. Собака породы акита-ину была без поводка, без намордника, без сопровождения владельца. После произошедшего она с собакой и соседка побежали домой. Собака Бони была в крови. Ее одежда и одежда соседки также была испачкана кровью. Они сразу поехали в приемный покой для оказания медицинской помощи, а собаку супруг отвез к частному ветеринару, так как в вечернее время 

<

данные изъяты> уже не работало. Добавляет, что перед тем, как они поехали в больницу, ее супруг пошел к владельцам собаки, проживающим в 

<

адрес>, сообщил о случившемся. На что они никак не отреагировали.

Из объяснений ФИО3, данных главному консультанту межрайонного отдела государственной ветеринарной инспекции № 8 ГУ «Государственная инспекция по ветеринарии» Тверской области 03 октября 2024 года следует, что 10 сентября 2024 года она приехала на дачу по адресу: 

<

адрес> Принадлежащая ей собака породы акита-ину по кличке Тофа возрастом 2 года находилась в доме. Она зашла в дом и выпустила собаку на территорию участка. ФИО3 пошла домой, через некоторое время услышала женские крики и звук, похожий на электрошокер. Она побежала к центральным воротам, которые были закрыты, и увидела свою собаку с внешней стороны от ворот. Поясняет, что дом и участок огорожен забором высотой 3 метра из профлиста, часть забора высотой около 2 метров из сетки рабица. По периметру участка имеются трое ворот. Позднее она увидела, что задние ворота немного приоткрыты. Когда она обнаружила принадлежащую ей собаку с внешней стороны ворот, то поблизости никого (людей, собак) не увидела. Она взяла свою собаку и вернулась в дом. Примерно через десять минут она услышала звуки сигнала автомобиля. Она с мужем вышли к центральным воротам, где обнаружили неизвестного мужчину, который начал кричать и сообщил, что их собака укусила его жену. После этого мужчина развернулся и уехал на своем автомобиле. Через несколько часов к ним пришла неизвестная женщина, которая представилась и пояснила, что она была свидетелем события, когда их собака укусила неизвестную им женщину. Данная женщина разговаривала только с ее мужем. В этот момент ФИО3 находилась в доме, а они на улице. Женщина попросила предоставить ей паспорт на собаку с записями о вакцинации животного. После этого она сфотографировала паспорт животного и ушла. В этот же вечер на телефон ее супруга пришло СМС с неизвестного номера с просьбой отправить данные о вакцинации их собаки. В ответ они отправили данные о вакцинации их собаки против бешенства, последняя прививка 31 августа 2024 года. На следующий день они написали по данному номеру, чтобы уточнить состояние пострадавшей женщины, а также нужна ли какая-то помощь. Ответа не получили.

Постановлением начальника межрайонного отдела государственной ветеринарной инспекции № 6 Главного управления «Государственная инспекция по ветеринарии» Тверской области от 29 октября 2024 года № ФИО3 признана виновной в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 3 статьи 8.52 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (нарушение требований законодательства в области обращения с животными, повлекшее причинение вреда жизни или здоровью граждан либо имуществу, если эти действия не содержат признаков уголовно наказуемого деяния). ФИО3 назначено наказание в виде административного штрафа в размере 10000 рублей.

08 ноября 2024 года на данное постановление принесен протест заместителем Удомельского межрайонного прокурора.

По результатам рассмотрения протеста начальником Главного управления «Государственная инспекция по ветеринарии» Тверской области принято решение об оставлении постановления о назначении административного наказания от 29 октября 2024 года № без изменения, протеста - без удовлетворения.

29 ноября 2024 года Удомельский межрайонный прокурор обратился в Московский районный суд г. Твери с протестом на постановление о назначении административного наказания от 29 октября 2024 года, вынесенное начальником межрайонного отдела государственной ветеринарной инспекции № 6 Главного управления «Государственная инспекция по ветеринарии» Тверской области о привлечении ФИО3 к административной ответственности по части 3 статьи 8.52 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, и решение от 21 ноября 2024 года № 4732-АС, вынесенное начальником Главного управления «Государственная инспекция по ветеринарии» Тверской области об оставлении без удовлетворения протеста.

07 апреля 2025 года решением судьи Московского районного суда г. Твери по делу № 12-28/2025 протест Удомельского межрайонного прокурора удовлетворен. Постановление о назначении административного наказания от 29 октября 2024 года, вынесенное начальником межрайонного отдела государственной ветеринарной инспекции № 6 Главного управления «Государственная инспекция по ветеринарии» Тверской области о привлечении ФИО3 к административной ответственности по части 3 статьи 8.52 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, и решение от 21 ноября 2024 года №, вынесенное начальником Главного управления «Государственная инспекция по ветеринарии» Тверской области отменены. Производство по делу прекращено на основании пункта 6 части 1 статьи 24.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, в связи с истечением срока давности привлечения к административной ответственности.

Данное решение мотивировано тем, что при рассмотрении данного дела об административном правонарушении требования статей 24.1 и 26.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях о выяснении всех обстоятельств, имеющих значение для правильного разрешения дела, должностным лицом соблюдены не были. В настоящее время исключена возможность устранения допущенных должностным лицом ошибок путем возвращения дела на новое рассмотрение, поскольку установленный для данной категории дел частью 1 статьи 4.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях срок давности привлечения к административной ответственности, который составляет 60 календарных дней (дата совершения правонарушения 10 сентября 2024 года), истек.

Проанализировав вышеизложенные доказательства, показания свидетеля ФИО допрошенной в судебном заседании и подтвердившей обстоятельства укуса собакой, принадлежащей ответчику ФИО3, 10 сентября 2024 года истца ФИО1 и ее собаки, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что собака, причинившая вред здоровью истцу ФИО1, а также принадлежащей ей и ФИО2 собаке по кличке Бони, принадлежит ответчику ФИО3, о чем свидетельствуют исследованные в судебном заседании доказательства: показания истца ФИО1, ФИО2, свидетеля ФИО, которые взаимно согласуются и дополняют друг друга, письменные материалы гражданского дела, в том числе документы об оказании медицинской помощи ФИО1, материалы проверки, проведенной в Межрайонном отделе государственной ветеринарной инспекции № 6 ГУ «Государственная инспекция по ветеринарии» Тверской области, а также в МО МВД России «Удомельский» и Удомельской межрайонной прокуратуре.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» по общему правилу, лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья (например, факт причинения вреда в результате дорожно-транспортного происшествия с участием ответчика), размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

В пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу приведенных норм и разъяснений по их применению на потерпевшем лежит обязанность доказать факт причинения вреда, его размер, а также то обстоятельство, что причинителем вреда является именно то лицо, которое указывается в качестве ответчика (причинную связь между его действиями и нанесенным ущербом). В свою очередь, причинитель вреда несет обязанность по доказыванию отсутствия своей вины в таком причинении, если законом не предусмотрена ответственность без вины.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции о том, что собака, причинившая вред здоровью истца ФИО1 и ее собаке, принадлежит ответчику ФИО3, поскольку совокупность исследованных доказательств достоверно подтверждает указанный факт, обстоятельства причинения вреда, в том числе, время и место нападения собаки.

Факт нападения животного на истца и ее собаку, нанесения укусов истцу, а также факт принадлежности животного ответчику установлены судом первой инстанции на основании исследованных доказательств, оценка которым дана с учетом требований закона об их допустимости и относимости (статьи 59, 60, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). Результаты оценки доказательств в судебном акте приведены.

Показания истца ФИО1 об описании произошедшего события последовательны и не противоречивы, подтверждаются пояснениями свидетеля ФИО и медицинской документацией, а также материалами досудебной проверки, в том числе объяснениями сторон.

При проведении досудебной проверки ответчик ФИО3 не оспаривала, что 10 сентября 2024 года около 17 часов 30 минут она выпустила свою собаку, которая убежала через открытые ворота. Услышав крики и звук электрошокера, она пошла на поиски собаки, увидела ее с внешней стороны ворот.

Изменение позиции в ходе рассмотрения настоящего гражданского дела судебная коллегия расценивает как желание избежать ответственности за допущенное нарушение.

Доводы жалобы ответчика о наличии противоречий в объяснениях ФИО1 от 03 октября 2024 года о том, что последняя была укушена собакой белого цвета, а также в справке № о том, что она укушена уличной собакой, являлись предметом оценки суда первой инстанции и обоснованно отвергнуты, поскольку не опровергают установленные по делу обстоятельства. Как верно указал суд первой инстанции, описание истцом расцветки собаки является индивидуальным восприятием цветов конкретными лицами.

Некоторые разногласия в пояснениях об окрасе собаки, исходя из показаний истца, вопреки доводам жалобы, не свидетельствуют о неправильной оценке доказательств в целом.

Судом первой инстанции учтено, что собака, напавшая на истца, находилась возле дома ответчика, истцом точно названа порода собаки, других собак такой породы в деревне нет. Ответчиком доказательств обратного не представлено.

Судом учтены материалы досудебной проверки и данные в ходе проверки объяснения сторон. При отсутствии доказательств, которые мог бы представить ответчик в подтверждение своей позиции, результат исследования и оценки представленных доказательств в совокупности позволил суду прийти к выводу о причинении вреда истцу именно в результате нападения собаки ответчика.

Несогласие ответчика с оценкой, данной судом первой инстанции представленным доказательствам, является субъективным мнением заявителя, правильность выводов суда на опровергает, в связи с чем основанием для отмены судебного решения являться не может.

Доводы ответчика об отсутствии её вины, поскольку дело об административном правонарушении, предусмотренном частью 3 статьи 8.52 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, прекращено, оценены судом первой инстанции и отвергнуты, как основанные на неверном понимании норм права.

Прекращение производства по делу об административном правонарушении в связи с истечением срока давности не свидетельствует об отсутствии вины ответчика в ненадлежащем содержании собаки и не является основанием для освобождения от доказывания своей невиновности в рамках гражданско-правового спора.

Представленные доказательства подтверждают факт причинения вреда здоровью истца, наличие причинно-следственной связи между действиями (бездействием) ответчика и наступившими последствиями, в то время как ответчиком в нарушение статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не представлено доказательств отсутствия как ее вины в причинении вреда, так и причинно-следственной связи между ее действиями (бездействием) и наступившими последствиями.

Поскольку телесные повреждения ФИО1 находятся в причинно-следственной связи с нападением собаки породы акита, принадлежащей ответчику, ФИО3 является лицом в силу закона обязанным возместить вред.

Судом первой инстанции проанализированы медицинские документы, представленные истцом в подтверждение понесенных расходов в общем размере 5216 рублей. Учитывая, что истцом не подтверждена необходимость приобретения мази 

<

данные изъяты>, стоимостью 161 рубль 10 копеек, 

<

данные изъяты>, стоимостью 485 рублей, поскольку медицинские документы рекомендаций врачей по данному поводу не содержат, суд пришел к выводу о том, что требование ФИО1 о взыскании с ФИО3 материального ущерба, связанного с возмещением расходов на лечение, подлежит частичному удовлетворению в размере 4159 рублей 90 копеек.

Судом установлено, что в результате укуса собаки ФИО1, безусловно, испытала стресс, испуг, тревогу, и до настоящего времени испытывает опасение при виде собак; ей была проведена 

<

данные изъяты>; истец находилась на лечении, в том числе в стационарных условиях, в связи с возникшими осложнениями; что причиняло боль и страдания из-за невозможности осуществлять нормальную жизнедеятельность, нормально спать, свободно передвигаться, вести привычный образ жизни.

При определении размера компенсации морального вреда суд первой инстанции принял во внимание установленные обстоятельства дела, характер причиненной травмы, длительность лечения, степень тяжести вреда здоровью, объем медицинского вмешательства для восстановления здоровья, продолжительность лечения, стрессовый характер для истца ситуации причинения вреда и последствий травмы.

Телесные повреждения, в любом случае, неразрывно связаны с физической болью, то есть с физическими и нравственными страданиями. В результате укушенных ран истец испытала физические страдания. Исходя из требований разумности и справедливости, учитывая степень тяжести причиненного вреда здоровью, степень вины ответчика, его материальное положение, возраст истца, суд взыскал в пользу истца ФИО1 компенсацию морального вреда в результате причинения вреда здоровью в размере 50 000 рублей, полагая ее соразмерной той степени физических и нравственных страданий, которые испытала истец.

Из материалов дела следует, что при исследуемых обстоятельствах собака по кличке Бони, принадлежащая истцам ФИО1 и ФИО2, получила следующие повреждения: укушенная рана в области крестца и левого паха, от действий собаки акита по кличке Тофа, принадлежащей ответчику ФИО3

Факт несения расходов по оплате лечения собаки подтвержден квитанциями на оплату ветеринарных услуг в 

<

данные изъяты> от 11 сентября 2024 года, 12 сентября 2024 года, 13 сентября 2024 года, 16 сентября 2024 года, 17 сентября 2024 года, 18 сентября 2024 года, 19 сентября 2024 года, документами ветеринарной клиники «Нововет» от 14 сентября 2024 года, 22 сентября 2024 года, товарным чеком от 11 сентября 2024 года № 17023 на приобретение лекарственных препаратов, всего на сумму 15069 рублей 20 копеек.

Истцами заявлено требование о взыскании убытков в виде транспортных расходов в размере 3180 рублей, в связи с поездками 14 сентября 2024 года и 22 сентября 2024 года в ветеринарную клинику 

<

данные изъяты>. В обоснование представлены кассовые чеки о покупке 14 сентября 2024 года топлива АИ-95 (30 литров) на сумму 1680 рублей и 22 сентября 2024 года топлива АИ-95 (22,73 литра) на сумму 1500 рублей 18 копеек.

В судебном заседании истцы пояснили, что поездки в 

<

адрес> осуществляли на автомобиле Kia Ceed 1.6 SW.

Из общедоступных сведений, имеющихся в сети Интернет, следует, что расстояние от 

<

адрес> составляет 47 км, средний расход топлива автомобиля Kia Ceed 1.6 SW при смешанном режиме – 6,7 литра на 100 км.

Представленные истцом ФИО2 для расчета расхода топлива Методические рекомендации Минтранса России от 14 марта 2008 года № АМ-23-р по расходу топлива автомобиля Kia Ceed 1.6 SW, суд первой инстанции не принял во внимание, поскольку нормы расхода топлива указанные в данных рекомендациях предназначены для ведения статистической и оперативной отчетности, определения себестоимости перевозок и других видов транспортных работ, планирования потребности предприятий в обеспечении нефтепродуктами, электроэнергией, для расчетов по налогообложению предприятий, осуществления режима экономии и энергосбережения потребляемых нефтепродуктов, электроэнергии, проведения расчетов с пользователями транспортными средствами, водителями и т.д., а не для расчета фактического расхода топлива.

С учетом изложенного расчет транспортных расходов, понесенных истцами для оплаты бензина с целью поездок в 

<

адрес>, судом первой инстанции определен, исходя из данных Росстата на 02 сентября 2024 года по средней стоимости бензина АИ-95 в Тверской области, следующим образом: 6,7 х 188 км (расстояние туда и обратно - 2 раза) х 0,01 х 56,66 руб. = 713 рублей 69 копеек.

Указанные расходы в силу положений статей 15, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации обоснованно взысканы судом первой инстанции с ответчика в пользу истцов в равных долях.

Доводов о несогласии с решением суда в указанной части апелляционные жалобы сторон не содержат.

Истцам ФИО1 и ФИО2 причинены нравственные страдания, связанные с переживаниями за своего питомца в виду эмоциональной привязанности, длительного проживания с ним, любви к нему. Истцы, увидев характер полученных ран, безусловно, пережили сильное нервное потрясение, переживание за состояние своей собаки. О переживаниях свидетельствуют и действия истцов, направленные на обращение за медицинской помощью и лечение питомца на протяжении длительного времени.

Определяя размер компенсации морального вреда, учитывая обстоятельства причинения вреда ФИО1 и ФИО2, перенесенных ими физических и нравственных страданий, индивидуальных особенностей (состояние здоровья, возраст), длительность нахождения на лечении питомца, требования разумности и справедливости, суд взыскал с ФИО3 в пользу истцов в равных долях компенсации морального вреда в размере 10000 рублей.

Судебная коллегия полагает, что решение суда первой инстанции в части взыскания компенсации морального вреда в пользу истца ФИО1, в связи с причинением вреда ее здоровью, а также в части взыскания в пользу истцов в равных долях компенсации морального в связи с причинением вреда здоровью собаки не в полной мере соответствует требованиям действующего законодательства и фактическим обстоятельствам дела.

Пунктом 2 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что неотчуждаемые права и свободы человека и другие нематериальные блага защищаются гражданским законодательством, если иное не вытекает из существа этих нематериальных благ.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как разъяснено в пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда (пункт 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33).

В пункте 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что в случаях, если действия (бездействие), направленные против имущественных прав гражданина, одновременно нарушают его личные неимущественные права или посягают на принадлежащие ему нематериальные блага, причиняя этим гражданину физические или нравственные страдания, компенсация морального вреда взыскивается на общих основаниях.

Конституционный Суд Российской Федерации в постановлениях от 26 октября 2021 года № 45-П, от 08 июня 2015 года № 14-П и других неоднократно указывал, что компенсация морального вреда как самостоятельный способ защиты гражданских прав, будучи одновременно и мерой гражданско-правовой ответственности, правовая природа которой является единой независимо от того, в какой сфере отношений - публично- или частноправовой - причиняется такой вред, не исключает возможности возложения судом на правонарушителя обязанности денежной компенсации морального вреда, причиненного действиями (бездействием), ущемляющими в том числе имущественные права гражданина, - в тех случаях и в тех пределах, в каких использование такого способа защиты гражданских прав вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения.

Распространяя на животных общие правила об имуществе, положения статьи 137 Гражданского кодекса Российской Федерации, тем не менее, отличают их от прочего имущества, устанавливая, в частности, запрет на жестокое отношение, противоречащее принципам гуманности и нравственности.

Наличие или отсутствие оснований для взыскания компенсации морального вреда должно устанавливаться в каждом конкретном случае с учетом всех обстоятельств дела.

Понятие морального вреда через нравственные и физические страдания определяет необходимость суда исследовать конкретного человека в конкретных жизненных ситуациях, позволяющих определить именно его страдания, оценить их степень и тем самым определить размер гражданско-правовой ответственности в виде компенсации ему морального вреда как одной из мер гражданско-правовой ответственности.

Размер компенсации морального вреда в результате причинения вреда здоровью собаки должен определяться судом в отношении каждого из истцов в соответствии с требованиями статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации с учетом конкретных обстоятельств дела и характера причиненных каждому истцу нравственных страданий, принципов соразмерности, разумности и справедливости.

В нарушение вышеуказанных требований суд первой инстанции определил размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию в пользу истцов ФИО1 и ФИО2 за причинение вреда здоровью собаки равным, взыскав с ответчика в пользу истцов в равных долях сумму в размере 10000 рублей.

Предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

В результате полученных травм истцу ФИО1 были причинены нравственные и физические страдания в виде перенесенных болей и моральных переживаний от происшедших событий, что является основанием для взыскания в ее пользу компенсации морального вреда.

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию в пользу истца ФИО1, суд первой инстанции не привел мотивы снижения размера взысканной денежной суммы по сравнению с заявленной, ее достаточности и соответствия требованиям разумности и справедливости.

В результате действий ответчика ФИО3, не обеспечившей безопасный выгул принадлежащей ей собаки, истцу ФИО1 причинены 

<

данные изъяты>

Наличие указанных повреждений объективно подтверждается материалами дела, в том числе актом судебно-медицинского освидетельствования.

В связи с полученными повреждениями истец ФИО1 проходила амбулаторное лечение в период с 10 сентября 2024 года, а впоследствии стационарное лечение в период с 17 сентября 2024 года по 27 сентября 2024 года, ей было проведено оперативное вмешательство в виде 

<

данные изъяты>. Испытывая тревогу, волнение, страх выходить на улицу, боязнь собак, нарушение сна, истец вынуждена была обратиться к 

<

данные изъяты>, где ей поставлен диагноз 

<

данные изъяты>, назначено лечение.

Истец длительный период времени испытывала физическую боль, проходила лечение, вынуждена была принимать лекарственные средства, в дальнейшем истцу необходимо прохождение регулярных обследований после оперативного лечения правой молочной железы. Полученные травмы свидетельствуют о причинении истцу нравственных страданий, обусловленных физической болью, последствиями причиненных травм, а также нравственными переживаниями по этому поводу.

Кроме того, истцу причинены нравственные страдания психотравмирующей ситуацией, в которой она оказалась, стремясь сохранить своему питомцу жизнь и наблюдая страдания своей собаки в связи с ранами, полученными при нападении животного ответчика, и связанным с ними лечением.

Сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации), устранить эти страдания либо сгладить их остроту. Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении (абзацы второй и третий пункта 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33).

Законодатель, закрепляя право на компенсацию морального вреда, не устанавливает единого метода оценки физических и нравственных страданий, не определяет ни минимальный, ни максимальный размер компенсации, а предоставляет определение размера компенсации суду. В любом случае компенсация морального вреда должна отвечать цели, для достижения которой она установлена законом - компенсировать потерпевшему перенесенные им нравственные страдания.

Принимая во внимание установленные по делу обстоятельства, личность потерпевшей ФИО1, ее возраст (№), состояние здоровья, характер полученных травм и степень тяжести вреда здоровью, бесспорную физическую боль, испытанную как непосредственно при получении травмы, так и в последующем, необходимость прохождения длительного лечения, что нарушило привычный образ жизни истца, испытываемые истцом в связи со случившимся тревогу, страх, волнение, острые переживания за домашнее животное, проживавшее в семье и фактическое являющееся членом семьи, связанные с причинением ему ран в результате нападения собаки ответчика и претерпеваемыми ее питомцем по этой причине физическими страданиями, степень вины ответчика ФИО3, требования разумности и справедливости, судебная коллегия полагает размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию в пользу истца ФИО1, подлежащим увеличению до 155000 рублей.

Указанный размер компенсации морального вреда, по мнению судебной коллегии, согласуется с конституционной ценностью нарушенных нематериальных благ, характером и степенью причиненных нравственных и физических страданий, установленных на основании представленных доказательств, и будет способствовать восстановлению баланса между последствиями нарушения прав истца и степенью ответственности, применяемой к ответчику.

Доводы апелляционной жалобы ответчика о том, что в период прохождения лечения истец проходила лечение в связи с диагнозом «

<

данные изъяты>» правового значения не имеют, поскольку судебная коллегия оценивает степень физических и нравственных страданий истца, связанных с укусами собаки ответчика.

Оснований для взыскания компенсации морального вреда в заявленном в иске размере судебная коллегия не усматривает, поскольку компенсация морального вреда в общем размере 500000 рублей является завышенной, не соответствующей фактическим обстоятельствам дела, степени тяжести причиненного вреда здоровью, а также требованиям разумности и справедливости.

Оценивая степень нравственных страданий истца ФИО2, судебная коллегия учитывает его эмоциональную привязанность к своей собаке, которую он содержал и воспитывал на протяжении многих лет, острые переживания за животное, связанные с причинением ему ран в результате нападения собаки ответчика и претерпеваемыми по этой причине физическими страданиями питомца, которые истец вынужден был наблюдать, страх за жизнь питомца и волнение по поводу последствий перенесенных травм.

Учитывая, что истцу ФИО2 в результате причинения вреда здоровью домашнего питомца, безусловно, был причинен моральный вред в результате виновного поведения ответчика, не обеспечившего безопасный выгул своего животного, судебная коллегия, учитывая фактические обстоятельства дела, индивидуальные особенности потерпевшего, требования разумности и справедливости, необходимость установления баланса между последствиями нарушения прав истца и степенью ответственности, применяемой к ответчику, полагает возможным взыскать в пользу истца ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 5000 рублей.

С учетом обстоятельств дела, факта причинения вреда здоровью собаки, при котором истец ФИО2 не присутствовал, отсутствия в деле доказательств наличия по этой причине у истца физических страданий либо глубоких нравственных переживаний, судебная коллегия полагает, что взыскание морального вреда в большем размере не соответствует принципу соразмерности компенсации последствиям нарушения прав истца, а также разъяснениям, изложенным в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33.

В соответствии с частью 1 статьи 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

К издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся: связанные с рассмотрением дела почтовые расходы, понесенные сторонами (статья 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Согласно части 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Истцом ФИО1 при подаче иска уплачена государственная пошлина в размере 4000 рублей, что подтверждается чеком по операции от 03 декабря 2024 года.

Истцом ФИО2 при подаче иска по чекам по операции от 03 декабря 2024 года уплачена государственная пошлина в размере 4000 рублей.

Исходя из характера заявленных ФИО1 требований о компенсации вреда, причиненного здоровью, она освобождена от уплаты государственной пошлины в соответствии с положениями подпункта 3 пункта 1 статьи 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации.

При подаче исковых заявлений, а также административных исковых заявлений, содержащих требования как имущественного, так и неимущественного характера, одновременно уплачиваются государственная пошлина, установленная для исковых заявлений имущественного характера, и государственная пошлина, установленная для исковых заявлений неимущественного характера (подпункт 1 пункта 1 статьи 333.20 Налогового кодекса Российской Федерации).

Абзацем 2 пункта 2 статьи 333.18 Налогового кодекса Российской Федерации установлено, что в случае, если за совершением юридически значимого действия одновременно обратились несколько плательщиков, не имеющих права на льготы, установленные настоящей главой, государственная пошлина уплачивается плательщиками в равных долях.

Как разъяснено в пунктах 14, 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 декабря 2025 года № 39 «О некоторых вопросах уплаты государственной пошлины при рассмотрении дел в судах» при предъявлении несколькими лицами заявления, содержащего единое требование (например, при заявлении иска об истребовании из чужого незаконного владения имущества, находящегося в общей собственности, иска о возмещении убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением должником обязательства перед солидарными кредиторами), государственная пошлина уплачивается ими в равных долях в полном размере, установленном Налоговым кодексом Российской Федерации для соответствующего требования (пункт 2 статьи 333.18 Налогового кодекса Российской Федерации).

Если среди обратившихся в суд лиц одно лицо (несколько лиц) освобождено (освобождены) законом или судом от уплаты государственной пошлины, то размер пошлины уменьшается пропорционально количеству лиц, освобожденных от ее уплаты, а оставшаяся часть суммы государственной пошлины уплачивается лицом (лицами), не освобожденным (не освобожденными) от уплаты государственной пошлины (абзац третий пункта 2 статьи 333.18 Налогового кодекса Российской Федерации).

Если заявление состоит из самостоятельных требований каждого из лиц, обращающихся в суд (например, при заявлении требований о возмещении вреда, причиненного источником повышенной опасности имуществу нескольких лиц), государственная пошлина уплачивается каждым лицом исходя из вида заявленного им требования.

Исходя из изложенного при подаче искового заявления о взыскании имущественного и морального вреда в результате причинения вреда здоровью собаки, истцам при подаче иска необходимо уплатить государственную пошлину в размере, установленном подпунктами 1, 3 пункта 1 статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации, в равных долях (4000 рублей + 3000 рублей = 7000 рублей).

Требования истцов ФИО1 и ФИО2 о возмещении материального ущерба и убытков удовлетворены частично (87 % от заявленных (15782,89 / 18249,20 х 100), следовательно, в пользу истцов с ответчика ФИО3 в равных долях подлежат взысканию расходы по уплате государственной пошлины при подаче искового заявления имущественного характера в размере 3480 рублей (4000 х 87%) и расходы в размере 3000 рублей по уплате государственной пошлины при подаче заявления неимущественного характера.

На основании подпунктов 1 и 4 пункта 1 статьи 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации уплаченная государственная пошлина подлежит возврату частично или полностью в случае уплаты государственной пошлины в большем размере.

В силу части 1 статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

Доводы апелляционной жалобы ответчика ФИО3 в своей совокупности не содержат оснований к отмене оспариваемого судебного постановления, поскольку не опровергают выводов суда и не свидетельствуют о допущенных нарушениях норм процессуального и материального права, а потому отклоняются как несостоятельные.

Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

апелляционную жалобу ФИО1, ФИО2 удовлетворить частично.

Решение Удомельского городского суда Тверской области от 07 августа 2025 года в части взыскания с ФИО3 в пользу ФИО1 размера компенсации морального вреда изменить, в связи с чем изложить резолютивную часть решения суда в следующей редакции:

Исковые требования ФИО1, ФИО2 к ФИО3 удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО3, 

<

данные изъяты>, в пользу ФИО1, 02

<

данные изъяты>, компенсацию морального вреда в размере 155 000 рублей, материальный ущерб в размере 4159 рублей 90 копеек.

Взыскать с ФИО3, 

<

данные изъяты>, в пользу ФИО2, 

<

данные изъяты>, компенсацию морального вреда в размере 5000 рублей.

Взыскать с ФИО3, 

<

данные изъяты>, в пользу ФИО1, 

<

данные изъяты>, и ФИО2, 

<

данные изъяты>, в равных долях материальный ущерб в размере 15 069 рублей 20 копеек, транспортные расходы в размере 713 рублей 69 копеек, почтовые расходы в размере 240 рублей 20 копеек, расходы по уплате государственной пошлины в размере 6480 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1, ФИО2 к ФИО3 отказать.

Взыскать с ФИО3, 

<

данные изъяты>, в доход бюджета муниципального образования Тверской области – Удомельский муниципальный округ государственную пошлину в сумме 7000 рублей.

Возвратить ФИО1 государственную пошлину в размере 1000 рублей, уплаченную по чеку по операции 

<

данные изъяты> от 03 декабря 2024 года.

Апелляционную жалобу ФИО1, ФИО2 в остальной части оставить без удовлетворения.

Апелляционную жалобу ФИО3 оставить без удовлетворения.

Мотивированное апелляционное определение составлено 23 марта 2026 года

Председательствующий С.Н. Пойменова

Судьи К.В. Климова

Ю.Ю. Солдатова