Дело № 2-582/2020 24 июля 2020 года

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Фрунзенский районный суд Санкт-Петербурга в составе председательствующего судьи Грибова И.Н., 

при секретаре Федотовой А.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО4 о взыскании убытков, 

УСТАНОВИЛ:

Рева А.Н. обратился в суд с иском к ФИО4, в котором с учетом уточнения в порядке ст. 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации просил взыскать с ответчика в свою пользу убытки в сумме 6184260 руб., причиненные неисполнением ответчиком обязательств по договору долевого участия от 25 июня 2006 года.

В обоснование заявленных исковых требований Рева А.Н. указал, что 25 июня 2006 года между ним и ответчиком заключен договор долевого участия, согласно которому ответчик передал ему свое право долевого участия в инвестировании строительства жилого дома ВВЖД, квартал 1, корпус 2-2А (Санкт-Петербург, 

<

адрес>), в виде 86/136 доли 4-х комнатной квартиры общей площадью 136 кв. м, расположенной на 3 этаже 1-й очереди этого дома (секция 2, тип 4.1), а истец оплатил за переуступку права инвестирования 86/136 доли квартиры ответчику сумму в рублях, эквивалентную 94000 долларов США. В соответствии с условиями договора стороны совместно должны были сдать в Росреестр документы необходимые для регистрации права общей долевой собственности на квартиру, после чего произвести перепланировку квартиры путем раздела ее на две отдельные квартиры и в соответствии с долями осуществить регистрацию права собственности на вновь образованные квартиры. Однако ответчик самостоятельно осуществил перепланировку и раздел объекта, в результате чего образованы две квартиры по адресам: Санкт-Петербург, 

<

адрес> (75,4 кв. м) и Санкт-Петербург, 

<

адрес> (41,9 кв. м), право собственности на которые зарегистрировано за ответчиком. Истец узнал об оформлении ответчиком в единоличную собственность объектов ДД.ММ.ГГГГ при получении уведомления из Росреестра.

В январе 2019 года истец направил в адрес ответчика претензию с уведомлением о расторжении договора долевого участия от 25 июня 2006 года и требованием вернуть уплаченную по договору сумму в срок до 20 февраля 2019 года, на которую ответчик не ответил.

Полагая, что ответчик не исполнил принятые на себя обязанности по договору, истец просит возложить на ответчика обязанность по возмещению причиненных таким неисполнением убытков в размере уплаченной цены договора долевого участия от 25 июня 2006 года, заключенного между сторонами.

Представитель истца Ревы А.Н. – ФИО5 в судебном заседании исковые требования поддержал в полном объеме по заявленным основаниям.

Представитель ответчика ФИО4 – ФИО6 в судебном заседании возражал против удовлетворения исковых требований, в том числе по основанию пропуска истцом срока исковой давности.

Суд, изучив материалы дела, выслушав объяснения сторон, обозрев в судебном заседании материалы приобщенного гражданского дела № 2-1413/07 по иску ФИО4 к ЗАО «СМУ «Энергоспецстрой» о признании права собственности на квартиру, оценив представленные по делу доводы и доказательства, приходит к следующему.

Согласно п. 1 ст. 393 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные таким неисполнением (ненадлежащим исполнением).

В соответствии с п. 1 ст. 401 ГК РФ лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности.

Лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (п. 2 ст. 401 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

В соответствии с п. 1 ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. В силу пункта 2 названной статьи под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). 

В силу главы 25 ГК РФ убытки также являются формой ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение должником обязательства.

Как следует из разъяснений, данных в п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», по смыслу статей 15 и 393 ГК РФ, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками.

При установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается.

Должник, опровергающий доводы кредитора относительно причинной связи между своим поведением и убытками кредитора, не лишен возможности представить доказательства существования иной причины возникновения этих убытков.

Из материалов гражданского дела № 2-1413/07 по иску ФИО4 к ЗАО «СМУ «Энергоспецстрой» о признании права собственности на квартиру следует, что 17 мая 2006 года между ФИО4 и ЗАО «СМУ «Энергоспецстрой» заключен договор № 16/05-2 о долевом участии в инвестировании строительства жилого дома по адресу: Санкт-Петербург, квартал 10, ВВЖД, корпус 2-2а, согласно которому ФИО4 обязался произвести инвестирование строительства доли, соответствующей четырехкомнатной квартире, общей площадью 136 кв. м., расположенной на 3 этаже, секция 2, тип 4.1 строящегося жилого дома, 1 очередь строительства, в суммах и сроки, определенные п. 24 договора, путем перечисления денежных средств на расчетный счет ЗАО «СМУ «Энергоспецстрой», а ЗАО «СМУ «Энергоспецстрой» обязалось передать дольщику квартиру по акту приема-передачи после ввода объекта в эксплуатацию и предоставить пакет документов, необходимых для регистрации права собственности.

ФИО4 по договору № 16/05-2 долевого участия оплатил ЗАО «СМУ «Энергоспецстрой» сумму 2757559 руб. 80 коп., что эквивалентно 102000 долларам США по курсу ЦБ РФ на момент оплаты, платежным поручением № 916 от 29 мая 2006 года, что соответствует сумме, указанной в договоре, в установленный срок.

Не смотря на принятие дома государственной комиссией, квартира истцу не передана в установленный договором срок, в связи с чем, 12 февраля 2007 года ФИО4 обратился во Фрунзенский районный суд Санкт-Петербурга с исковым заявлением к ЗАО «СМУ «Энергоспецстрой» о признании права собственности на квартиру.

Решением Фрунзенского районного суда Санкт-Петербурга от 21 августа 2007 года по гражданскому делу № 2-1413 по иску ФИО4 к ЗАО «СМУ «Энергоспецстрой» о признании права собственности на квартиру, вступившим в законную силу 19 декабря 2007 года, за ФИО4 признано право собственности на 

<

адрес> общей площадью 134,6 кв. м, расположенную на 3 этаже 16-ти этажного кирпичного дома, 2006 года постройки, расположенного по адресу: Санкт-Петербург, Белградская улица, 

<

адрес>, корпус 8. 

Из ответов СПб ГКУ «Жилищное Агентство Фрунзенского района Санкт-Петербурга» от 15 апреля 2020 года и Управления Росреестра по Санкт-Петербургу от 02 марта 2020 года следует, что в период с 01 ноября 2010 года по 08 августа 2011 года в результате перепланировки, выполненной на основании проекта, согласованного МВК Фрунзенского района 29 октября 2010 года, квартира, ранее учтенная как квартира 11 площадью 134,6 кв. м, разделилась на две – квартиру 11 площадью 53,6 кв. м и квартиру 162 площадью 75,4 кв. м (акт МВК Фрунзенского района от 08 августа 2011 года).

Также из ответа Управления Росреестра по Санкт-Петербургу от 02 марта 2020 года следует, что квартира 161 в доме 26 корпус 8 по ул. Белградской образована в результате перепланировки объектов – квартир 76, 160, 161, правообладателем которых первоначально на основании решения Фрунзенского районного суда Санкт-Петербурга от 13 ноября 2007 года по гражданскому делу № 2-1414/07 по иску ФИО7 к ЗАО «СМУ «Энергоспецстрой» о признании права собственности на квартиру, являлась ФИО7 (договор № 16/05-1 о долевом участии в инвестировании строительства жилого дома от 16 мая 2006 года между ФИО7 и ЗАО «СМУ «Энергоспецстрой»).

Истцом в материалы дела представлен договор долевого участия по жилому дому ВВЖД, квартал 10, корпус 2-2А (Санкт-Петербург, 

<

адрес>) от ДД.ММ.ГГГГ между ФИО4 и ФИО1, согласно которому ФИО4 передает Реве А.Н. свое право долевого участия в инвестировании строительства жилого дома ВВЖД, квартал 10, корпус 2-2А (СПб, ул. Белградская д. 26) в виде 86/136 доли 4-х комнатной квартиры общей площадью 136 кв. м, расположенной на третьем этаже 1-й очереди этого дома (секция 2, тип 4.1), а Рева А.Н, за переуступку права инвестирования 86/136 доли квартиры по данному договору уплачивает ФИО4 сумму в рублях эквивалентную 94000 долларов США по курсу ЦБ РФ на день уплаты. В соответствии с п. 1.2. вышеуказанного договора, ФИО3 получил свое право на долевое участие в инвестировании квартиры на основании договора долевого участия по жилому дому ввжд, квартал 10, корпус 2-2А от ДД.ММ.ГГГГ, заключенному с ЗАО «СМУ «Энергоспецстрой».

Вышеназванный договор подписан ФИО1 09 июля 2006 года, что подтверждается его собственноручной записью в договоре.

В подтверждение исполнения обязательства по оплате уступки права требования по договору о долевом участии в инвестировании строительства жилого дома Рева А.Н. представил в материалы дела акт приема-передачи денежных средств от 25 июня 2006 года, подписанный им и ФИО4 09 июня 2006 года, согласно которому ФИО4 получил от Ревы А.Н. 94000 долларов США в счет исполнения ФИО1 обязательств по п. 3.1. договора долевого участия по жилому дому ВВЖД, квартал 10, корпус 2-2А (Санкт-Петербург, ул. Белградская, д.26), заключенного между ФИО4 и ФИО1 25 июня 2006 года.

В силу п. 3 ст. 420 ГК РФ к обязательствам, возникшим из договора, применяются общие положения об обязательствах (статьи 307 - 419), если иное не предусмотрено правилами и правилами об отдельных видах договоров, содержащимися в настоящем Кодексе.

Согласно ст. 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимоотношениях сторон, обычаи делового оборота, последующее поведение сторон.

Фактически представленный истцом договор от 25 июня 2006 года является договором уступки права требования (цессии) в соответствии с положениями ст. 382 ГК РФ и ст. 11 Федерального закона от 30.12.2004 № 214-ФЗ «Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации» в редакции, действующей на дату подписания договора.

Согласно ст. 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями.

В соответствии с п. 1 ст. 314 ГК РФ, если обязательство предусматривает или позволяет определить день его исполнения или период времени, в течение которого оно должно быть исполнено, обязательство подлежит исполнению в этот день или, соответственно, в любой момент в пределах такого периода. По смыслу п. 2 ст. 314 ГК РФ в случаях, когда обязательство не предусматривает срок его исполнения и не содержит условий, позволяющих определить этот срок, а равно и в случаях, когда срок исполнения обязательства определен моментом востребования, должник вправе при не предъявлении кредитором в разумный срок требования об исполнении такого обязательства предложить кредитору принять исполнение, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами, условиями обязательства или не явствует из обычаев либо существа обязательства. 

Буквальное толкование представленных истцом доказательств в виде договора и акта указывает на отсутствие последовательности в действиях сторон, поскольку в момент составления акта приема-передачи ФИО1 ФИО4 денежных средств 09 июня 2006 года между сторонами отсутствовали договорные отношения. При этом стороны в договоре не сослались на акт от 09 июня 2006 года и не указали условие о зачете ранее уплаченных сумм.

По условиям договора от 25 июня 2006 года ФИО4 обязан по требованию Ревы А.Н. сообщить «СМУ «Энергоспецстрой» о переуступке части своей доли по инвестированию указанной в договоре квартиры. Доказательства обращения Ревы А.Н. к ФИО4 с таким требованием в материалы дела не представлены. В ходе рассмотрения гражданского дела № 2-1413 по иску ФИО4 к ЗАО «СМУ «Энергоспецстрой» о признании права собственности на квартиру, ФИО4 не предоставлял договор уступки права требования на квартиру 11 в доме 26 корпус 8 по ул. Белградской, к участию в деле Рева А.Н. не привлекался.

Кроме того, суд принимает во внимание, что в представленном истцом договоре не указаны полные реквизиты договора между ФИО4 и ЗАО «СМУ «Энергоспецстрой» и указан адрес: ул. Белградская д.26, который еще не был присвоен объекту долевого строительства, а также, что сторонами не принимались меры к исполнению договора, поскольку отсутствует деловая переписка сторон как до 25 июня 2006 года, так и после.

В частности, условия договора, установленные п. 2.4.-2.9. договора, предусматривают совершение ФИО1 определенных действий для совершения ФИО4 встречных действий по исполнению договора, однако в материалы дела истцом не представлены доказательства об исполнении принятых по договору обязательств и направлении ответчику требований об исполнении встречных обязательств.

Из объяснений ответчика ФИО4 следует, что представленный истцом акт приема-передачи денег был составлен совершенно к другому договору, который впоследствии был аннулирован.

Также ответчик заявил о том, что деньги в размере 94000 долларов США от истца не получал, указав, что Рева А.Н. на тот момент не мог располагать указанной суммой денег. В 2013 году ответчик поручил истцу и третьему лицу собрать справки, подготовить кадастровый паспорт на принадлежащие ему объекты недвижимого имущества, в том числе квартиру № 162 в доме 26 корпус 8 по ул. Белградской, и продать эти объекты за цену и на условиях по своему усмотрению, с 2014 года по 2018 года истец по его поручению сдавал указанную квартиру, связи с чем, истец знал о фактическом положении дел с данной квартирой. 

Таким образом, истец считает, что ответчик узнал о нарушении своих прав еще в 2013 году, в связи с чем, срок исковой давности истек в 2016 году.

Одновременно ответчик указал, что с момента подписания договора от 25 июня 2006 года до обращения истца в суд прошло 13 лет, поэтому истец, действуя добросовестно, с учетом наличия высшего образования и опыта руководящей работы, имел возможность подать иск к ответчику в пределах срока исковой давности и не ожидать более 10 лет. 

В обоснование доводов о том, что стороны допустили описку при составлении договора и акта, истец Рева А.Н. в ходе рассмотрения дела в порядке ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не представил доказательств. 

В отсутствие каких-либо доказательств заключения между ФИО1 и ФИО4 договора уступки права требования от 09 июня 2006 года, заявленные истцом ко взысканию денежные средства в размере 6184260 руб. следует квалифицировать в качестве неосновательного обогащения ответчика.

Между тем, в соответствии с п. 6.1. договора от 25 июня 20006 года указано, что настоящий договор начинает свое действие в день выполнения ФИО2 п. 3.1. договора об оплате ФИО3 за переуступку доли и действует до полного выполнения сторонами своих обязательств по договору. 

Оценив в совокупности представленные истцом доказательства, суд приходит к выводу о том, что у ФИО3 не возникло обязательств по передаче ФИО2 прав требований к ЗАО «СМУ «Энергоспецстрой» на 86/136 доли в объекте долевого участия – 

<

адрес> корпус 8 по 

<

адрес>, поскольку ФИО2 не исполнил обязательство по оплате уступаемого имущественного права и не обратился с требованием об извещении ЗАО «СМУ «Энергоспецстрой» о переуступке прав требования.

В соответствии с п. 1 ст. 406 ГК РФ кредитор считается просрочившим, если он отказался принять предложенное должником надлежащее исполнение или не совершил действий, предусмотренных законом, иными правовыми актами или договором либо вытекающих из обычаев делового оборота или из существа обязательства, до совершения которых должник не мог исполнить своего обязательства.

Соответственно, должник не считается просрочившим, пока обязательство не может быть исполнено вследствие просрочки кредитора.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что в отсутствие факта противоправной не передачи ФИО3 прав на объект долевого участия оснований для привлечения ФИО3 к ответственности по правилам ст.ст. 15 и 393 ГК РФ не имеется, поскольку ФИО2 не выполнил п. 3.1. договора об оплате ФИО3 за переуступку права требования.

Согласно ст. 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

В соответствии с п. 1 ст. 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

В силу ст. 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Как указано в пункте 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 43, истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

Из материалов дела следует, что 20 декабря 2013 года ФИО4 поручил Реве А.Н. и ФИО8 подготовить и получить справки и документы (кадастровый паспорт, технический паспорт, выписки из ЕГРП и т.д.), а также продать любому лицу за цену и на условиях по своему усмотрению объекты недвижимости, в том числе квартиру № 162 в доме 26 корпус 8 по ул. Белградская, которая была образована в результате перепланировки квартиры 11 по данному адресу и в отношении которой был составлен договор уступки права требований от 25 июня 2006 года между ФИО1 и ФИО4, следовательно, о нарушении своих прав, вызванных неисполнением ФИО4 договора от 25 июня 2006 года, Рева А.Н. узнал не позднее 20 декабря 2013 года, трехлетний срок исковой давности истекал в данном случае 20 декабря 2016 года, а с настоящим иском обратился в суд 19 марта 2019 года (по почте), то есть с пропуском срока исковой давности.

Принимая во внимание, что истечение срока исковой давности, о котором заявлено ответчиком, является самостоятельным основанием для отказа в иске, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований в полном объеме.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 98, 100, 193-199 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО4 отказать. 

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд через Фрунзенский районный суд Санкт-Петербурга в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме. 

Судья И.Н. Грибов 

Мотивированное решение суда составлено ДД.ММ.ГГГГ.