№ 2-1267/2019

УИД 26RS0002-01-2018-007817-77

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

20 февраля 2019 года город Ставрополь 

Ленинский районный суд города Ставрополя 

в составе:

председательствующего судьи Полякова О.А.,

при секретаре Трофименко М.Н.,

с участием: представителя ответчика ФКУ СИЗО -1 УФСИН России по СК по доверенности ФИО1, представителя ответчиков ФСИН России и УФСИН России по СК по доверенности ФИО2, представителя третьего лица ФКУЗ «МСЧ №26 ФСИН» по доверенности ФИО3, 

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по иску ФИО4 к ФКУ СИЗО -1 УФСИН России по СК, ФСИН России, УФСИН России по СК о компенсации морального вреда, 

у с т а н о в и л:

ФИО4 обратился в суд с иском к ФКУ СИЗО -1 УФСИН России по СК о компенсации морального вреда в размере 400000 руб. 

Судом в качестве соответчиков привлечены ФСИН России, УФСИН России по СК.

В обоснование заявленных требований в иске указано, что 03.04.2010 истец был помещен в СИЗО-1. В камере, в которой он находился, было еще тридцать человек, туалетное отделение было в виде дырки в полу, с одной стороны огороженной перегородкой чуть больше метра. Дверь отсутствовала, сливочного бочка в туалете не было, нечистоты были скоплены в дырке, невыносимый запах распространялся на все помещение. Освещение в камере было тусклое, вентиляция отсутствовала, отсутствовали рамки на окнах, в помещении было очень холодно. По всей камере бегали мыши, тараканы, клопы. Ночью он был лишен спального места и постельных принадлежностей. Утром все тело было в пятнах от укусов клопов. Врачи учреждения не обратили внимания на его жалобы. На следующий день его перевели в другую камеру, где была идентичная ситуация, задержанные спали в три смены, так как камера была переполнена. Потолок от сырости сыпался на обеденный стол. Кроме того, было плохое питание, нередко использовались испорченные продукты. Санитарно – гигиенические условия в душе отсутствовали, на стенах налет неизвестного происхождения, отсутствовали настольные игры, библиотека и радиоточка. Из-за плохого освещения произошло снижение зрения. В камерах, где он содержался, одновременно с ним находились больные туберкулезом, чесоткой, гепатитом, ВИЧ-инфицированные. 

03.04.2010 по прибытию в СИЗО-1 медицинский работник не обследовал его, не зафиксированы в медицинской карте побои на теле, его правый глаз не видел от удара по голове. Однако, в амбулаторной карте записано было, что он здоров. 05 апреля 2010 года его осматривали невропатолог и окулист, ему был поставлен диагноз парез сфинктера правого глаза. 12 мая 2010 года его обследовали в ФКУ ИК-3, где был поставлен диагноз «последствия ЧМТ в виде отдельных органических знаков. Отслойка сетчатки правого глаза». По вине медработников СИЗО-1 у него наступила слепота правого глаза. Размер компенсации морального вреда истец оценивает в сумме 400000 руб. 

В судебное заседание истец ФИО4 не явился, отбывает наказание в ФКУ ИК-11 ГУФСИН Р. по Нижегородской области. О времени и месте проведения судебного заседания ФИО4 извещен надлежащим образом и в срок. 

ГПК РФ и другие федеральные законы не предоставляют лицам, отбывающим по приговору суда наказание в исправительных учреждениях, право на личное участие в разбирательстве судами их гражданских дел (по которым они являются истцами, ответчиками, третьими лицами или другими участниками процесса). УИК РФ предусматривает возможность этапирования осужденных из мест лишения свободы в следственные изоляторы лишь для их участия в судебных разбирательствах по уголовным делам (ст.77.1 УИК РФ).

В соответствии с п. 16 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.06.2013 № 21 «О применении судами общей юрисдикции Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 04 ноября 1950 года и Протоколов к ней» лишенное свободы лицо вправе участвовать в судебном разбирательстве по гражданскому делу.

При этом в ГПК РФ и других федеральных законах не предусмотрена возможность этапирования лиц, отбывающих наказания в исправительных учреждениях, для обеспечения их права на личное участие в разбирательстве судами гражданских дел, по которым они являются истцами, ответчиками, третьими лицами или другими участниками процесса.

Не гарантировано данное право и Конвенцией о защите прав человека и основных свобод, поскольку статья 6 Конвенции гарантирует не право на личное присутствие в суде по гражданским делам, а более общее право эффективно представлять свое дело в суде и находиться в равном положении по отношению к противной стороне.

В случае же участия осужденного к лишению свободы в качестве стороны в гражданском деле его право довести до суда свою позицию может быть реализовано и без личного участия в судебном разбирательстве (Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 11.07.2006 № 351-О, от 16.11.2006 № 538-О, от 21.02.2008 № 94-О-О).

Суд может обеспечить личное участие в судебном заседании лица, отбывающего наказание, если из существа дела вытекает необходимость дачи им пояснений, которые не могут быть изложены в письменном виде, либо представителем указанного лица.

ФИО4 разъяснено право на представление доказательств и дополнительных письменных объяснений. Материалы дела свидетельствуют, что права истца на представление доказательств не нарушены. 

В соответствии со ст. 167 ГПК РФ дело рассмотрено в отсутствие истца. 

Представитель ответчика – ФКУ СИЗО -1 УФСИН России по СК по доверенности ФИО1 иск не признал, просил в его удовлетворении отказать, представив письменные возражения на иск, в которых указал, что истец не представил доказательства причинения ему ответчиком моральных и физических страданий, справок, медицинских документов больного, результатов его обследования. 

Представитель ответчиков ФСИН России и УФСИН России по СК по доверенности ФИО2 просила в иске отказать, пояснив, что документального подтверждения изложенных в иске фактов, ФИО4 суду не представлено. 

Представитель третьего лица ФКУЗ «МСЧ №26 ФСИН» по доверенности ФИО3 считала, что оснований для удовлетворения иска не имеется. 

Выслушав участников процесса, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. 

В силу ст. 59 ГПК РФ суд принимает только те доказательства, которые имеют значение для рассмотрения и разрешения дела. 

В силу ч.2 ст. 195 ГПК РФ суд основывает решение только на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании.

Приказом ФСИН России от 11.06.2015 № 518 «Об утверждении положений о территориальных органах Федеральной службы исполнения наказаний» утверждено Положение об УФСИН России по Ставропольскому краю, согласно пунктам 1, 4 которого УФСИН России по Ставропольскому краю является территориальным органом ФСИН России, осуществляющим в пределах своих полномочий правоприменительные функции, функции по контролю и надзору в сфере исполнения уголовных наказаний в отношении осужденных, функции по содержанию лиц, подозреваемых либо обвиняемых в совершении преступлений, и подсудимых, находящихся под стражей, их охране и конвоированию, а также функции по контролю за поведением условно осужденных и осужденных, которым судом предоставлена отсрочка отбывания наказания, и по контролю за нахождением лиц, подозреваемых либо обвиняемых в совершении преступлений, в местах исполнения меры пресечения виде домашнего ареста и за соблюдением ими наложенных судом запретов и (или) ограничений.

Из представленной ответчиком справки по личному делу от 04.02.2019 следует, что ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, содержался в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Ставропольскому краю со 02.04.2010 по 14.05.2010, с 09.06.2010 по 09.09.2010, и убыл 09.09.2010 в учреждение ИЗ-50/10 УФСИН России по Московской области.

Доказательства обращения с заявлениями по вопросу условий содержания в следственном изоляторе к руководству ФБУ ИЗ-26/1 УФСИН России по СК, ФИО4 суду не представил.

Согласно справке начальника канцелярии ФИО5 от 18.02.2019, а также журналу приема подозреваемых, обвиняемых и осужденных по личным вопросам инв. № 294), ФИО4 обращался лишь по вопросу отправки писем, с заявлениями о ненадлежащих условиях содержания в СИЗО-1 истец не обращался. 

Из представленных ответчиком ФКУ СИЗО-1 документов следует, что в период содержания в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Ставропольскому краю со 02.04.2010 по 14.05.2010, с 09.06.2010 по 09.09.2010, ФИО4 содержался в помещениях камерного типа № № 73, 97, 81, 80, 81.

В соответствии с приказом № 161 от 28.05.2001 Минюста РФ «Об утверждении норм проектирования следственных изоляторов и тюрем», указанные помещения камерного типа были оборудованы достаточным количеством спальных мест, что подтверждается справкой заместителя начальника ОР и Н ФИО6

Согласно данной справке в камере 

<

номер обезличен> количество мест в камере -14, количество человек -14, в камере 

<

номер обезличен> количество мест – 5, количество человек -4, в камере 

<

номер обезличен> количество мест -5, количество человек -5, в камере 

<

номер обезличен> количество мест -7, количество человек -5, в камере 

<

номер обезличен> количество мест -5, количество человек -4. 

Согласно справке начальника ОИХО ФКУ СИЗО-1 ФИО7, ФИО4 содержался в помещениях камерного типа, указанные камеры оборудованы спальными местами, приточно - вытяжной вентиляцией, освещение организовано путем наличия дневного освещения (зарешеченное окно), лампами дневного освещения и дежурного освещения.

За период нахождения в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Ставропольскому краю ФИО4 был обеспечен индивидуальным спальным местом, горячим питанием, были созданы все коммунально-бытовые условия.

В соответствии с требованиями п. 45 приказа Минюста России от 14.10.2005 №189 «Об утверждении Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы» смена постельного белья осуществляется еженедельно после помывки в душе.

Из справки начальника ОИХО ФКУ СИЗО-1 ФИО7 следует, что в 

учреждении имеется банно-прачечный комбинат. Все постельное белье, сдаваемое содержащимися под стражей, отправляется в стирку. Прачка учреждения оборудована пятью стиральными машинами (три машины на 50 кг сухого белья, одна - на 25 кг сухого белья, одна - на 10 кг сухого белья), двумя центрифугами (25 и 10 кг) для отжима белья, гладильным станком. 

Питание подозреваемых, обвиняемых и осужденных, содержащихся в учреждении, организовано в соответствии с постановлением Правительства РФ от 11.04.2005 № 205.

Согласно справке начальника ОИХО ФКУ СИЗО-1 ФИО7 при приготовлении пищи используются продукты с не истекшим сроком годности, все продукты имеют соответствующие сертификаты качества ГОСТ или ТУ, закладка продуктов в котлы производится согласно накладной в присутствии ДПНСИ, о чем делается соответствующая запись в Книге контроля за качеством приготовления пищи. До начала раздачи готовой пищи, поварами ее качество проверяется заведующим столовой с медицинским работником, о чем также делается соответствующая запись в Книге контроля за качеством приготовления пищи. 

Из справки также следует, что санитарная обработка камер дезинсекция и дератизация в СИЗО-1 в период нахождения там ФИО4 производилась в установленные сроки. Для осуществления дезинсекции и дератизации ПКТ был заключен договор № 14 от 23.04.2010 с ООО «Деза», к которому претензий ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по СК не имеет. 

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В соответствии со ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и ст. 151 ГК РФ. Моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда. Необходимым условием компенсации морального вреда являются именно неправомерные действия.

Следовательно, истец должен был доказать наличие прямой причинно-следственной связи между нарушением его прав и законных интересов и физическими или моральными страданиями возникшими в результате нарушения его прав. Под физическими страданиями понимается физическая боль, испытываемая при ухудшении здоровья истца. Такое ухудшение здоровья подтверждается соответствующими медицинскими документами, где зафиксированы резкие ухудшения состояния здоровья, легкий или тяжкий вред здоровью или вред здоровью средней тяжести.

Однако, истцом не представлено относимых и допустимых доказательств причинения ему физических и моральных страданий в результате неправомерных действий или бездействий сотрудников ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по СК. 

Доводы, изложенные истцом, о содержании его в 2010 году в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по СК в условиях, не соответствующих установленным требованиям, в результате чего ФИО4 причинен моральный вред, в ходе рассмотрения дела не нашли своего подтверждения. 

Следовательно, правовых оснований для удовлетворения иска ФИО4 не имеется. 

Руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

р е ш и л:

в удовлетворении исковых требований ФИО4 к ФКУ СИЗО -1 УФСИН России по СК, ФСИН России, УФСИН России по СК о компенсации морального вреда в размере 400000 рублей, отказать. 

Решение может быть обжаловано в Ставропольский краевой суд путем подачи апелляционной жалобы через Ленинский районный суд города Ставрополя в течение месяца со дня принятия его в окончательной форме.

Мотивированное решение составлено 25 февраля 2019 года. 

Судья О.А. Поляков