Дело № 2-1844/18

Р Е Ш Е Н И Е

именем Российской Федерации

15 ноября 2018 года г. Казань

Московский районный суд г. Казани в составе:

председательствующего судьи Е.В. Самойловой,

с участием прокурора М.В. Вавилина, 

при секретаре И.И. Габитовой,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Открытому акционерному обществу «Российские железные дороги» о взыскании морального вреда, причиненного в результате несчастного случая на производстве, 

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратился в суд с иском к филиалу ОАО «Российские железные дороги» о взыскании морального вреда, причиненного в результате несчастного случая на производстве. В обоснование исковых требований указано, что 08.12.2014г. в 16 часов 56 минут по вине ответчика с истцом произошел несчастный случай на производстве. Истец работал слесарем-ремонтником в Эксплуатационном вагонном депо Юдино Горьковской дирекции инфраструктуры Центральной дирекции инфраструктуры - филиала ОАО «Российские железные дороги». Согласно проведенной проверке, истец получил производственную травму при проведении работ по устранению ледяной пробки в воздуховоде, подведенному к устройству зарядки, и опробования тормозов подвижного состава (УЗОТ-РМ). Работы проводились в составе бригады под совместным руководством главного инженера ФИО2 и главного механика ФИО3. В ходе работ было произведено отсоединение с одной стороны участка трубопровода длинной 15 метров от основной магистрали, после чего бригадой осуществлялось отстукивание и отогрев воздуховода газовой горелкой участка обледенения, при этом в воздуховоде продолжалась подача воздуха под давлением 7 атм. В результате, в 16 часов 57 минут из воздуховода произошел выброс сжатого воздуха с включениями наледи, после чего отсоединенный участок воздуховода сорвался с опор высотой 0,6 м и, сместившись на расстояние 1,5 м, ударил по ногам истца. Указанные события подтверждены Актом № о несчастном случае на производстве от 12.02.2015г. Удар воздуховода сбил истца с ног, и истец почувствовал сильнейшую боль в ногах, лежал, от боли не мог встать. Истец был доставлен скорой помощью в ОАО «Городская клиническая больница №», где диагностировали закрытый оскольчатый внутрисуставной перелом проксимального эпиметафиза левой большеберцовой кости со смещением, закрытый перелом в левой малоберцовой кости со смещением, а также повреждение внутренней боковой и передней крестообразной связки левого коленного сустава. Актом № о несчастном случае на производстве от 12.02.2015г. установлено отсутствие вины истца в произошедшем. Производственная травма получена в результате нарушения технологического процесса со стороны главного инженера ФИО2 и главного механика ФИО3. 

В результате получения производственной травмы истец был вынужден проходить длительное лечение, в частности, согласно выписке из медицинской карты № от 23.12.2014г. ОАО «Городская клиническая больница №», 08.12.2014г. истцу была проведена операция - открытая репозиция, остеосинтез (хирургическое восстановлении костных отломков при помощи фиксирующих конструкций) левой большеберцовой кости пластиной LCP и винтами. Иммобилизация нижней конечности гипсовой лонгетой. В данной больнице истец стационарно лечился до 23.12.2014г. После чего истец был выписан на амбулаторное лечение по месту обслуживания. Согласно выписке № от 02.07.2018г. из медицинской карты негосударственного учреждения здравоохранения «Отделенческая клиническая больница на станции Казань ОАО «Российские железные дороги», амбулаторное лечение в поликлинике по месту жительства продолжалось до 11.06.2015г. (период нетрудоспособности 186 дней). С 01.07.2015г. по 28.08.2015г. (59 дней) истец находился на амбулаторном лечении в поликлинике на 

<

адрес> с диагнозом: состояние после остеосинтеза; посттравматический левосторонний гоноартроз (разрушение хрящевой ткани). Поскольку боли в ноге не проходили, истец обратился в ГАУЗ «Республиканская клиническая больница МЗ РТ», где ему был поставлен диагноз: неправильно срастающийся внутрисуставной перелом проксимального эпиметафиза левой большеберцовой кости, фиксированный металлоконструкцией; посттравматический гонартроз слева 2 степени с болевым синдромом; сросшийся перелом верхней трети малоберцовой кости. С 07.12.2015г. по 21.12.2015г. (15 дней), с 22.12.2015г. по 31.12.2015г. (10 дней) истец снова проходил амбулаторное лечение в поликлинике по месту жительства. В период с 05.03.2016г. по 09.03.2016г. истец находился на стационарном лечении в ГАУЗ «Городская клиническая больница №» 

<

адрес>, где была проведена операция по удалению металлоконструкции. Далее амбулаторное лечение по 29.03.2016г. (25 дней). Несмотря на удаление металлоконструкции, подвижность левого коленного сустава истца была нарушена, были боли при ходьбе, истец с 21.06.2016г. по 12.07.2016г. (17 дней) снова амбулаторно лечился по месту жительства у хирурга с диагнозом: сросшийся закрытый перелом левой большеберцовой кости со смещением и закрытый перелом в/з левой малоберцовой кости со смещением; посттравматический левосторонний гонартроз. Гонартроз левого коленного сустава явился последствием полученной на производстве травмы, трудно излечивается, беспокоя постоянными болями при ходьбе, в связи с чем истец вынужден периодически обращаться за медицинской помощью. Так, с 05.12.2017г. по 29.12.2017г. (25 дней) истец вновь проходил амбулаторное лечение у хирурга в поликлинике на 

<

адрес> с диагнозом: посттравматический гонартроз левого коленного сустава; повреждение связок. Подтверждением неудовлетворительного состояния коленного сустава левой ноги в результате травмы, полученной на производстве, являются результаты мультиспиральной компьютерной томографии и магнитно-резонансной томографии, проведенные в 2017 году. Результаты данный исследований подтверждают, что даже через 3 года с момента получения травмы, коленный сустав на левой ноге до конца не восстановлен и имеет многочисленные нарушения и повреждения, которые и в настоящее время беспокоят истца болевым ощущениями при ходьбе и иных нагрузках на ногу. Истец полагает, что по вине ответчика, не обеспечившего безопасные условия труда, он испытал и продолжает испытывать нравственные и физические страдания, получения в результате причинения вреда его здоровью.

На основании изложенного ФИО1 просил взыскать ответчика в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 500000 рублей, судебные издержки, состоящие из расходов по оплате услуг представителя, в размере 20000 рублей, а также расходы по уплате государственной пошлины.

В ходе судебного разбирательства произведена замена ответчика с филиала ОАО «Российские железные дороги» на ОАО «Российские железные дороги».

Истец и его представитель в судебном заседании поддержали исковые требования по основаниям, изложенным в исковом заявлении, просили их удовлетворить в полном объеме, пояснив, что исходя из продолжительности лечения истца, ему был причинен тяжкий вред его здоровью, в связи с чем просят взыскать с ответчика заявленную сумму компенсации морального вреда.

Представитель ответчика в судебном заседании иск не признала, просила в удовлетворении иска отказать, а также поддержала доводы, изложенные в письменном отзыве на иск, пояснив, что необходимо учесть время, истекшее с момента несчастного случая, отсутствие письменных обращений с жалобами или пожеланиями в адрес работодателя, а также принять во внимание, что истец трудоспособность не утратил, инвалидность ему не установлена. 

Выслушав стороны, заключение прокурора, считающего исковые требования подлежащими удовлетворению с учетом требования разумности и справедливости, исследовав материалы гражданского дела, суд приходит к следующему.

В силу статьи 37 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, на вознаграждение за труд без какой бы то ни было дискриминации и не ниже установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда, а также право на защиту от безработицы.

В силу статей 21, 22 Трудового кодекса Российской Федерации (далее ТК РФ) работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором; возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

Работодатель обязан обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

В силу статей 151, 1099-1101 Гражданского кодекса Российской Федерации суд может возложить обязанность денежной компенсации морального вреда, если гражданину причинен моральный вред действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, в том числе жизнь, здоровье. Компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме, ее размер определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда, с учетом требований разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Порядок и условия возмещения морального вреда работнику определены статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В пункте 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что в соответствии со статьей 237 названного Кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Судом установлено, что ФИО1 с 01.03.2011г. работал в порядке перевода слесарем-ремонтником ремонтно-механического участка в эксплуатационном вагонном депо Юдино Горьковской дирекции инфраструктуры Горьковской железной дороги - филиала ОАО «Российские железные дороги», с 01.10.2012г. - переведен слесарем-ремонтником ремонтно-механического участка в эксплуатационном вагонном депо Юдино Горьковской дирекции инфраструктуры Центральной дирекции инфраструктуры - филиала ОАО «Российские железные дороги», с 29.01.2013г. - переведен слесарем-ремонтником 5-го разряда ремонтно-механического участка, с 01.02.2018г. - переведен слесарем-сантехником 4-го разряда в Казанский цех эксплуатации Казанского участка эксплуатации Юдинского участка производств Горьковской дирекции по эксплуатации зданий и сооружений - структурного подразделения Горьковской железной дороги - филиала Открытого акционерного общества «Российские железные дороги», что подтверждается записями в трудовой книжке истца (л.д.8-13).

ДД.ММ.ГГГГ в 16 часов 56 минут в эксплуатационном вагонном депо Юдино Горьковской дирекции инфраструктуры Центральной дирекции инфраструктуры - филиала ОАО «Российские железные дороги» произошел несчастный случай, в результате которого согласно медицинскому заключению ОАО «Городская клиническая больница №» 

<

адрес> от 10.12.2014г. истцу причинены повреждения, а именно: закрытый оскольчатый внутрисоставной перелом проксимального эпиметафиза левой большеберцовой кости со смещением, закрытый перелом в/3 левой малоберцовой кости со смещением, повреждение внутренней боковой и передней крестообразной связки левого коленного сустава (код S 82.1), что согласно Схеме определения тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве относится к категории легких производственных травм (л.д. 71).

При расследовании несчастного случая на производстве установлены его причины, а именно: нарушение технологического процесса (05) в части: - выполнения работ по устранению ледяной пробки в воздухопроводе без отсоединения воздухопровода с обеих сторон от находящейся под давлением основной магистрали (основная причина) - в нарушение п.3.3.3, п.3.3.4 Технологической инструкции по ремонту и эксплуатации технических средств на опасных производственных объектах в эксплуатационном вагонном депо Юдино от 21.01.2014г., ст.212 Трудового кодекса Российской Федерации; - отогрев открытым огнем находящегося под давлением воздухопровода (сопутствующая причина) - в нарушение п.3.3.4, п.3.3.6.3 Технологической инструкции по ремонту и эксплуатации технических средств на опасных производственных объектах в эксплуатационном вагонном депо Юдино от 21.01.2014г., ст.212 Трудового кодекса Российской Федерации.

Согласно акту № о несчастном случае на производстве, утвержденного начальником эксплуатационного вагонного депо Юдино ДД.ММ.ГГГГ, лицами, допустившими нарушения требований охраны труда, установлены главный инженер Эксплуатационного вагонного депо ФИО4 ФИО2 и главный механик Эксплуатационного вагонного депо ФИО5 ФИО3. Степень вины пострадавшего ФИО1 не установлена (л.д.14-20).

Из выписки из медицинской карты №_х/1993 от 23.12.2014г. ОАО «Городская клиническая больница №» следует, 08.12.2014г. истцу была проведена операция - открытая репозиция, остеосинтез левой большеберцовой кости пластиной LCP и винтами. Иммобилизация нижней конечности гипсовой лонгетой. 23.12.2014г. истец выписан из больницы, ему рекомендовано амбулаторное лечение у травматолога по месту обслуживания. 

Согласно выписке из медицинской карты негосударственного учреждения здравоохранения «Отделенческая клиническая больница на станции Казань ОАО «Российские железные дороги» № от 02.07.2018г. следует, что амбулаторное лечение истца в поликлинике по месту жительства продолжалось до 11.06.2015г. С 01.07.2015г. по 28.08.2015г. истец находился на амбулаторном лечении в поликлинике на 

<

адрес> с диагнозом: состояние после остеосинтеза; посттравматический левосторонний гонартроз. Консультирован ортопедом травматологом в РКБ 18.08.2015г. 22.12.2015г. на приеме у хирурга зарегистрирован лист нетрудоспособности из Госпиталя ветеранов по месту жительства с 07.12.2015г. по 21.12.2015г. с диагнозом: посттравматический артроз-артрит правового коленного сустава. 19.01.2016г. на приеме у хирурга зарегистрирован лист нетрудоспособности из Госпиталя ветеранов по месту жительства с 22.12.2015г. по 31.12.2015г. 08.02.2016г. истец обратился за выпиской в страховую компанию ВТБ о том, что лечился у хирурга с 01.07.2015г. по 28.08.2015г. с диагнозом: последствие производственной травмы; посттравматический артроз левого коленного сустава с ограничением функций и болевым синдромом; закрытый перелом проксимального эпиметафиза левой большеберцовой кости со смещением; закрытый перелом в/з левой малоберцовой кости со смещением; повреждение внутренней боковой связки левого коленного сустава. 15.03.2016г. и 29.03.2016г. на приеме у хирурга зарегистрирован лист нетрудоспособности, ФИО1 лечился стационарно в ГКБ № в травматологическом отделении с 05.03.2016г. по 09.03.2016г., проведена операция по удалению металлоконструкций, далее амбулаторное лечение в ГКБ № по 29.03.2016г. С 21.06.2016г. по 12.07.2016г. истец лечился у хирурга по месту жительства с диагнозом: сросшиеся закрытый перелом левой большеберцовой кости со смещением и закрытый перелом в/3 левой малоберцовой кости со смещением; посттравматический левосторонний гонартроз. С 28.08.2017г. по 11.09.2017г. ФИО1 лечился у хирурга по месту жительства в ГВВ, диагноз: гонартроз слева. В период с 05.12.2017г. по 29.12.2017г. истец проходил амбулаторное лечение у хирурга в поликлинике на 

<

адрес> с диагнозом: посттравматический гонартроз левого коленного сустава; повреждение связок. Проведены RO-графия, МРТ левого коленного сустава, МСКТ левого коленного сустава (л.д. 25-26).

Исследовав собранные по делу доказательства в их совокупности, суд находит установленным факт причинения ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ вреда здоровью в результате несчастного случая на производстве.

При таких обстоятельствах, имеются основания для компенсации истцу морального вреда, причиненного ему в связи с понесенными физическими и нравственными страданиями, связанными с причинением легкого вреда его здоровью, поскольку нормами трудового законодательства обеспечение здоровых и безопасных условий труда возлагается на работодателя, который должен обеспечить соответствие производственного оборудования, технологических процессов требованиям, обеспечивающим здоровые и безопасные условия труда, а из акта № о несчастном случае от 12.02.2015г. следует, что причиной несчастного случая, произошедшего с истцом на производстве, явились нарушение технологического процесса, неудовлетворительная организация и контроль за производством работ, выразившиеся в недостаточном контроле за соблюдением технологического процесса, главным инженером ФИО2 и главным механиком ФИО3. 

При этом ссылка представителя ответчика на ранее составленный акт о несчастном случае от 11.12.2014г., которым была установлена степень вины истца в произошедшем в размере 5%, несостоятельна, поскольку из акта № о несчастном случае от 12.02.2015г. следует, что он составлен по заключению государственного инспектора труда ГИТ в РТ от 09.02.2015г. с учетом всех документов и обстоятельств случившегося.

На основании изложенного, суд усматривает, что работодателем ОАО «Российские железные дороги» было нарушено право истца, предусмотренное статьей 37 Конституции Российской Федерации, на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности, в связи с чем, в соответствии со статьей 22 Трудового кодекса Российской Федерации, он обязан компенсировать моральный вред, причиненный работнику в связи с исполнением им трудовых обязанностей.

При определении размера компенсации морального вреда суд исходит из требований разумности и справедливости, принимает во внимание степень вины ответчика, не исполнившего свои обязательства по обеспечению безопасности и условий труда, степень страданий истца, связанных с причинением вреда его здоровью, относящегося к легким производственным травмам, и считает разумным и справедливым определить размер подлежащей взысканию с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда в сумме 30000 рублей.

Доводы истца о причинении ему тяжкого вреда здоровью суд находит не состоятельными на основании следующего. 

В силу п. 1 Приказа Минздравсоцразвития РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 160 "Об определении степени тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве", в соответствии с пунктом ДД.ММ.ГГГГ Положения о Министерстве здравоохранения и социального развития Российской Федерации, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 321 (Собрание законодательства Российской Федерации, 2004, N 28, ст. 2898), установлено, что определение степени тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве осуществляется в соответствии с прилагаемой Схемой определения степени тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве (далее -Схема).

В соответствии с вышеуказанной Схемой:

1. Несчастные случаи на производстве по степени тяжести повреждения здоровья подразделяются на 2 категории: тяжелые и легкие.

2. Квалифицирующими признаками тяжести повреждения здоровья при несчастном случае на производстве являются:

- характер полученных повреждений здоровья и осложнения, связанные с этими повреждениями, а также развитие и усугубление имеющихся хронических заболеваний в связи с получением повреждения;

- последствия полученных повреждений здоровья (стойкая утрата трудоспособности).

Наличие одного из квалифицирующих признаков является достаточным для установления категории тяжести несчастного случая на производстве.

Признаками тяжелого несчастного случая на производстве являются также повреждения здоровья, угрожающие жизни пострадавшего. Предотвращение смертельного исхода в результате оказания медицинской помощи не влияет на оценку тяжести полученной травмы.

В пункте 3 данной схемы перечислены повреждения, относящиеся к тяжелым несчастным случаям на производстве.

Согласно п. 4 данной Схемы к легким несчастным случаям на производстве относятся повреждения, не входящие в пункт 3 настоящей Схемы.

Поскольку среди повреждений, указанных в пункте 3 данной Схемы и относящихся к тяжелым несчастным случаям на производстве, повреждений, полученных истцом в результате рассматриваемого несчастного случая, нет, то, следовательно, отнесение полученных истцом повреждений к категории легких производственных травм является правомерным и обоснованным.

Иных доказательств причинения истцу тяжкого вреда здоровью в результате несчастного случая на производстве суду не представлено.

Ссылка представителя истца на неоднократное нахождение истца на лечении не может служить основанием для признания причиненного истцу вреда здоровью тяжким, поскольку не установлена причинно-следственная связь между необходимостью такого лечения с последствиями именно вышеуказанного несчастного случая, а не с иными причинами.

Также суд учитывает, что в результате полученных травм истец трудоспособность не утратил, продолжал работать у работодателя, при этом с просьбой о компенсации морального вреда до обращения в суд к работодателю не обращался. Кроме того, с момента причинения вреда здоровью истца до момента обращения в суд с настоящим иском прошло более трех с половиной лет.

На основании изложенного, суд находит исковые требования ФИО1 о компенсации морального вреда подлежащими частичному удовлетворению в размере 30000 рублей.

Согласно пункту 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

В соответствии с пунктом 1 статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Истец просит взыскать расходы за оказание юридических услуг в размере 20000 рублей, в обоснование представив договор № от ДД.ММ.ГГГГ об оказании юридических услуг и квитанцию к приходному кассовому ордеру № от ДД.ММ.ГГГГ.

Принимая во внимание сложность дела, объем произведенной представителем работы по представлению интересов истца, его участие в судебных заседаниях, а также с учетом принципа разумности и справедливости, суд считает возможным взыскать с ответчика в пользу истца расходы по оплате услуг представителя в полном объеме в размере 20000 рублей.

Также с ответчика в пользу истца подлежат взысканию расходы по оплате государственной пошлины в размере 300 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 12, 56, 194, 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

Иск ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с Открытого акционерного общества «Российские железные дороги» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 30000 рублей, расходы по оплате услуг представителя в размере 20000 рублей, расходы по оплате государственной пошлины в размере 300 рублей. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Татарстан в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Московский районный суд 

<

адрес>.

Судья: Е.В. Самойлова