Судья Перепечина Е.В.

Гр. дело №33-59345/2025

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

09 декабря 2025 года.

Судебная коллегия по гражданским делам Московского городского суда

в составе председательствующего Пашкевич А.М.

и судей Горьковой И.Ю., Кочетыговой Ю.В.

при помощнике судьи Михеевой З.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании по докладу судьи Пашкевич А.М.

гражданское дело №2-1254/2025 по апелляционной жалобе ответчиков ФИО1, ФИО2 на решение Замоскворецкого районного суда г. Москвы от 25 июня 2025 года, которым постановлено:

Признать недействительной сделкой договор дарения от 08.04.2016, заключенный между ФИО1 и ФИО2, ФИО3 в отношении недвижимого имущества – квартиры, расположенной по адресу: адрес, кадастровый номер 77:01:0006013:1338.

Применить последствия недействительности сделки в виде восстановления права собственности ФИО1 на квартиру, расположенную по адресу: адрес, кадастровый номер 77:01:0006013:1338.

Взыскать с ФИО1, ФИО2, ФИО3 в пользу АО «НСТ-Банк» в лице конкурсного управляющего Государственной корпорации Агентство по страхованию вкладов госпошлину в размере сумма в равных долях.

Решение является основанием для внесения сведений в единый государственный реестр недвижимости,

установила:

Истец АО «НСТ-Банк» в лице конкурсного управляющего Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» обратился с иском к ответчикам ФИО4, ФИО3, ФИО2 о признании договора дарения квартиры недействительным, применении последствий недействительности сделки. Заявленные требования мотивированы тем, что приказом Банка России у кредитной организации АО «АКБ «Носта» (далее АО «НСТ-Банк») с 16 ноября 2015 года отозвана лицензия на осуществление банковских операций. Решением Арбитражного суда Оренбургской области от 11 января 2016 года по делу № А47-12571/2015 АО «НСТ-Банк» признан несостоятельным (банкротом) и в отношении него открыто конкурсное производство. Функции конкурсного управляющего возложены на Государственную корпорацию «Агентство по страхованию вкладов». 16 ноября 2018 года в Арбитражный суд Оренбургской области конкурсным управляющим направлено заявление о привлечении контролировавших Банк лиц ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО1, ФИО11, ФИО12 к субсидиарной ответственности по обязательствам банка в общем размере сумма Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 29 мая 2021 года по делу №А47-12571/2015 признано доказанным наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО1, ФИО11, ФИО12 Рассмотрение вопроса об установлении размера ответственности приостановлено до окончательного расчета с кредиторами банка. Согласно информации, полученной истцом из ЕГРН, ФИО1 08 апреля 2016 года произвела отчуждение недвижимого имущества, расположенного по адресу: адрес, кадастровый номер 77:01:0006013:1338, кадастровой стоимостью сумма по договору дарения в пользу своих дочерей – ФИО2, ФИО3 Истец указывает, что ФИО1 в период конкурсного производства совершила указанную сделку, направленную на отчуждение имущества, с целью сокрытия имущества от обращения на него взыскания.

Истец просит признать недействительной сделкой договор дарения от 08 апреля 2016 года, заключенный между ФИО1 и ФИО2, ФИО3 в отношении объекта недвижимого имущества – квартиры, расположенной по адресу: адрес, применить последствия недействительности сделки в виде восстановления права собственности ФИО1 на указанную квартиру, взыскать с ответчиков госпошлину в размере сумма

В судебное заседание представитель истца по доверенности ФИО13 явилась, исковые требования поддержала.

Представитель ответчика ФИО1 адвокат Волох М.В. в судебное заседание явилась, просила в удовлетворении требований отказать по доводам письменных возражений на иск.

Ответчики ФИО3, ФИО2 в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного разбирательства извещены.

Суд постановил изложенное выше решение, об отмене которого просят ответчики ФИО1, ФИО2 по доводам апелляционной жалобы.

Представитель ответчиков ФИО1, ФИО2 адвокат Волох М.В. в заседание судебной коллегии явилась, доводы апелляционной жалобы поддержала.

Представитель истца АО «НСТ-Банк» в лице конкурсного управляющего Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» по доверенности ФИО13 в заседание судебной коллегии явилась, против доводов апелляционной жалобы возражала.

Ответчик ФИО3 в заседание судебной коллегии не явилась, о времени и месте судебного разбирательства извещена.

Проверив материалы дела, выслушав объяснения представителя ответчиков ФИО1, ФИО2 адвоката Волох М.В., представителя истца АО «НСТ-Банк» в лице конкурсного управляющего Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» по доверенности ФИО13, обсудив доводы апелляционной жалобы ответчиков ФИО1, ФИО2, судебная коллегия не находит оснований для отмены решения суда, постановленного в соответствии с требованиями норм материального и процессуального права – ст. ст. 10, 166, 167, 168, 170, 572 Гражданского кодекса РФ, ст. ст. 12, 56, 67, 94, 98 Гражданского процессуального кодекса РФ.

В соответствии с п. 1 ст. 209 Гражданского кодекса РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

На основании п. 2 ст. 218 Гражданского кодекса РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В соответствии со ст.572 Гражданского кодекса РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Пунктом 1 статьи 166 Гражданского кодекса РФ предусмотрено, что сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо. Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной (п. 3 ст. 166 Гражданского кодекса РФ).

На основании ст. 167 Гражданского кодекса РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (пункт 1). При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре, возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (пункт 2).

Мнимая сделка, т.е. сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (п. 1 ст. 170 Гражданского кодекса РФ).

Как установлено судом первой инстанции и подтверждается материалами дела, приказом Банка России у кредитной организации АО «АКБ «Носта» (далее АО «НСТ-Банк») с 16 ноября 2015 года отозвана лицензия на осуществление банковских операций.

Решением Арбитражного суда Оренбургской области от 11 января 2016 года по делу № А47-12571/2015 АО «НСТ-Банк» признан несостоятельным (банкротом) и в отношении него открыто конкурсное производство. Функции конкурсного управляющего возложены на государственную корпорацию «Агентство по страхованию вкладов».

16 ноября 2018 года в Арбитражный суд Оренбургской области направлено заявление о привлечении контролировавших Банк лиц ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО1, ФИО11, ФИО12 к субсидиарной ответственности по обязательствам банка в общем размере сумма

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 29 мая 2021 года по делу №А47-12571/2015 признано доказанным наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО1, ФИО11, ФИО12 Рассмотрение вопроса об установлении размера ответственности приостановлено до окончательного расчета с кредиторами банка.

18 февраля 2016 года между ФИО1 (даритель) и ФИО3, ФИО2 (одаряемые) в простой письменной форме был заключен договор дарения квартиры, в соответствии с которым ФИО1 подарила ФИО3, ФИО2 квартиру по адресу: адрес, кадастровый номер 77:01:0006013:1338, кадастровой стоимостью сумма

Государственная регистрация права собственности ответчиков ФИО3, ФИО2 была произведена Управлением Росреестра по г. Москве 08 апреля 2016 года.

В ходе судебного разбирательства представителем ответчика заявлено о пропуске истцом срока исковой давности. Данное заявление являлось предметом обсуждения в ходе судебного разбирательства в суде первой инстанции, и суд пришел к выводу о том, что срок исковой давности не пропущен. Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции, поскольку они основаны на законе.

При установленных по делу обстоятельствах суд первой инстанции пришел к выводу о том, что имея значительный долг перед истцом, ФИО1 по безвозмездной сделке передала свое имущество дочерям ФИО3, ФИО2 Суд первой инстанции оценил данные действия ответчика ФИО1 по отчуждению спорной квартиры как злоупотребление правом исходя из положений ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку эти действия были направлены на уклонение от исполнения своих обязательств перед истцом. Кроме того, совершая безвозмездные сделки по отчуждению недвижимого имущества, ФИО1 сменила титульного собственника, оставив имущество в семье. В результате указанных действий истец не может рассчитывать на удовлетворение своих требований за счет имущества субсидиарного ответчика – ФИО1

Удовлетворяя исковые требования о признании договора дарения недействительным, суд первой инстанции пришел к правильному выводу, что сделка по отчуждению ФИО1 спорного имущества является мнимой, то есть совершена без намерения создать соответствующие юридические последствия с целью избежать возможного обращения взыскания на принадлежащее ей имущество.

При этом суд указал, что ФИО1, будучи контролирующим лицом должника АО «НСТ-Банк», при отчуждении квартиры по адресу: адрес, кадастровый номер 77:01:0006013:1338, кадастровой стоимостью сумма, на безвозмездной основе по договору дарения не могла не знать о том, что является субъектом субсидиарной ответственности по обязательствам Банка.

При этом через непродолжительное время после привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности произвела отчуждение имущества по договору дарения в пользу близкого родственника - дочерей ФИО3, ФИО2 с целью сокрытия имущества от обращения взыскания на него, что свидетельствует о злоупотреблении правом.

Выводы суда первой инстанции сделаны на основании правильно и полно установленных юридически значимых обстоятельств по делу, при верном применении норм материального права, судебная коллегия с ними согласна.

Проверив дело с учетом требований ч.1 ст.3271 Гражданского процессуального кодекса РФ, согласно которой суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления, судебная коллегия считает, что судом все юридически значимые обстоятельства по делу определены верно, доводы участников процесса судом проверены с достаточной полнотой, выводы суда, изложенные в решении, соответствуют собранным по делу доказательствам, нормам материального права, регулирующим спорные правоотношения, и решение судом по делу вынесено правильное, законное и обоснованное.

Не согласившись с решением суда, ответчики ФИО1, ФИО2 в апелляционной жалобе ссылаются на то, что суд неверно применил нормы материального и процессуального права. Между тем судебная коллегия не находит оснований, установленных ст.330 Гражданского процессуального кодекса РФ, для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке.

Доводы апелляционной жалобы о том, что истцом не представлено достаточных доказательств мнимости сделок, поскольку заключение договора дарения было направлено на передачу права собственности ФИО3, ФИО2, опровергаются материалами дела.

Согласно ст. 10 Гражданского кодекса РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом) (п. 1).

В случае несоблюдения требований, предусмотренных приведенным выше пунктом, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (п. 2).

Как разъяснил Верховный Суд Российской Федерации в п. 1 Постановления Пленума от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права.

Одной из форм негативных последствий является материальный вред, под которым понимается всякое умаление материального блага. Сюда могут быть включены уменьшение или утрата дохода, необходимость новых расходов.

В частности, злоупотребление правом может выражаться в отчуждении имущества с целью предотвращения возможного обращения на него взыскания.

По своей правовой природе злоупотребление правом является нарушением запрета, установленного в ст. 10 Гражданского кодекса РФ, в связи с чем злоупотребление правом, допущенное при совершении сделок, влечет ничтожность этих сделок, как не соответствующих закону (ст. ст. 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Заключая спорные договоры дарения, ФИО1, безусловно, знала об возможных негативных последствиях в связи с привлечением ее к субсидиарной ответственности по обязательствам АО «НСТ-Банк». Тем самым, в результате заключения указанной сделки объект недвижимости были выведен из имущества, на которое могло быть обращено взыскание по ее долгам. Исходя из принципа добросовестности осуществления гражданских прав и исполнения гражданских обязанностей в данной ситуации ответчику следовало исполнить свое обязательство по возврату суммы долга, а затем распоряжаться своим имуществом.

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Верховного Суда РФ от 23 декабря 2019 года №305-ЭС19-13326, вред кредиторам может быть причинен не только доведением должника до банкротства, но и умышленными действиями, направленными на создание невозможности получения кредиторами полного исполнения за счет имущества контролирующих лиц, виновных в банкротстве должника, в том числе путем приобретения их имущества родственниками по действительным безвозмездным сделкам, не являющимся мнимыми, о вредоносной цели которых не мог не знать приобретатель. При этом не имеет правового значения, какое именно имущество контролирующих лиц освобождается от притязаний кредиторов на основании подобной сделки - приобретенное за счет незаконно полученного дохода или иное, поскольку контролирующее лицо отвечает перед кредиторами всем своим имуществом, за исключением того, на которое в соответствии с законом не может быть обращено взыскание (статья 24 Гражданского кодекса). В этом случае возмещение причиненного кредиторам вреда ограничено по размеру стоимостью имущества, хотя и сменившего собственника, но, по сути, оставленного в семье (статья 1082 Гражданского кодекса).

Учитывая объективные особенности доверительных отношений между близкими родственниками, ФИО1 не могла не знать о противоправной цели заключения договора дарения, поскольку признается заинтересованным лицом. Скоординированные действия по заключению договора дарения на невыгодных для ФИО1 условиях имели целью создание препятствий для получения кредиторами полного исполнения обязательств за счет имущества контролирующих лиц, виновных в несостоятельности должника.

Таким образом, судебная коллегия полагает, что выводы суда первой инстанции основаны на правильном применении норм материального и процессуального права и представленных сторонами доказательствах, которые всесторонне и тщательно исследованы судом и которым судом в решении дана надлежащая правовая оценка.

В целом доводы апелляционной жалобы ответчиков сводятся к повторению правовой позиции, выраженной при рассмотрении дела в суде первой инстанции, получившей надлежащую оценку суда, содержат ссылки на обстоятельства, не имеющие правового значения для разрешения заявленных требований с учетом установленных при разрешении спора обстоятельств, направлены к оспариванию выводов суда, но не опровергают их, не свидетельствуют о наличии обстоятельств, оставленных без внимания судом первой инстанции и имеющих правовое значение для правильного разрешения заявленных требований, а потому не могут быть положены в основу отмены законного и обоснованного решения суда первой инстанции.

Нормы материального права при рассмотрении дела применены правильно. Нарушений норм процессуального права, влекущих отмену решения, судом не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 328, 329 Гражданского процессуального кодекса РФ, судебная коллегия

определила:

Решение Замоскворецкого районного суда г. Москвы от 25 июня 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ответчиков ФИО1, ФИО2 – без удовлетворения.

Председательствующий:

Судьи:

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 08 февраля 2026 года.