С.Е. Митрофанова Дело № 33-2409

АПЕЛЛЯЦИОННОЕОПРЕДЕЛЕНИЕ

«08» декабря 2025 года

Судебная коллегия по гражданским делам Костромского областного суда в составе:

председательствующего Н.Н. Демьяновой,

судей И.П. Жукова, А.В. Ивковой,

при секретаре М.Н. Агафоновой

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело №2-39/2025 (УИД 44RS0001-01-2022-003026-52) по апелляционным жалобам ФИО1, представителя ФИО2, ФИО3 - ФИО4, ФИО5 на решение Свердловского районного суда г.Костромыот 05 июня 2025 года по иску ФИО1 к ФИО5, ФИО2, ФИО3, администрации г. Костромы о признании сделок недействительными, применении последствий недействительности сделок, обращении взыскания на имущество.

Заслушав доклад судьи Н.Н. Демьяновой,выслушав объяснения ФИО1 и его представителя ФИО6, представителя ФИО2 и ФИО3 – ФИО4, судебная коллегия

у с т а н о в и л а:

07 июля 2020 года ФИО1 обратился в Свердловский районный суд г. Костромы с иском к ФИО9 о взыскании задолженности по договору займа от 08 декабря 2017 года, судебных расходов.

Определением судьи от 08 июля 2020 года иск ФИО1 принят к производству с возбуждением гражданского дела № 2-2789/2020, по итогам рассмотрения которого заочным решением суда от 04 сентября 2020 года, вступившим в законную силу 23 октября 2020 года, исковые требования ФИО1 удовлетворены частично, в его пользу с ФИО9 взыскана задолженность по договору займа в общем размере 1 874 853 руб., судебные расходы по уплате госпошлины в сумме 17 574, 27 руб.

15 июля 2021 года на основании выданного районным судом исполнительного листа в соответствии с вышеназванным заочным решением суда в отношении ФИО9 в пользу ФИО1 возбуждено исполнительное производство.

26 мая 2022 года ФИО1 обратился в Свердловский районный суд г. Костромы с иском к ФИО9 о признании сделок недействительными, применении последствий недействительности сделок, обращении взыскания на имущество, указав, что требования исполнительного документа ответчиком до настоящего времени не исполнены.

При этом ему, истцу, в ходе исполнительного производства стало известно, что непосредственно перед его обращением в суд с иском по делу № 2-2789/2020 ФИО9 произвёл отчуждение принадлежащих ему 1/2 доли земельного участка и 1/2 доли жилого дома по адресу: 

<

адрес> по договорам купли-продажи своему брату ФИО9.

Со ссылкой на совершение сделокаффилированными лицами, явную цель ФИО9 избежать обращение взыскания на имущество, наличие признаков мнимости сделок, поскольку в случае реального получения денежных средств по договорам ФИО9 имел возможность погасить долговые обязательства, однако этого не сделал, ФИО1 просил о признании сделок по отчуждению имущества (договоров купли-продажи между ФИО9 и ФИО9) недействительными на основании статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (сделка, совершённая со злоупотреблением правом; мнимая сделка) с применением последствий недействительности сделок в виде аннулирования соответствующих регистрационных записей, взыскании с ответчика судебных расходов по уплате госпошлины.

Определением судьи от 26 мая 2022 года иск ФИО1 принят к производству с возбуждением гражданского дела.

В связи с установлением в ходе судебного разбирательства факта заключения ФИО9 с ФИО9 одного договора купли-продажи по отчуждению долей земельного участка и жилого дома 03 июля 2020 года (переход права собственности зарегистрирован 06 июля 2020 года), привлечением ФИО9 к участию в деле в качестве соответчика ФИО1, действуя через представителя ФИО6, уточнил исковые требования, не поддержав доводы о мнимости сделки, в окончательном виде просил о признании совершённой ответчиками сделки по отчуждению долей в праве собственности на земельный участок и жилой дом недействительной как сделки, совершённой со злоупотреблением правом, и притворной с применением правил, относящихся к договору дарения, с применением последствий недействительности сделки в виде аннулирования соответствующих регистрационных записей. Помимо этого просил об обращении взыскания на долю ФИО9 в праве собственности на земельный участок и жилой дом с определением самого порядка обращения взыскания судебными приставами-исполнителями, взыскании с ответчиков понесённых судебных расходов.

В рассмотрении дела в качестве третьих лиц участвовали Управление Росреестра по Костромской области, УФССП России по Костромской области.

Решением Свердловского районного суда г. Костромы от 17 марта 2023 года, оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Костромского областного суда от 26 июня 2023 года, в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказано.

Суды, отклонив доводы ФИО1 о притворности сделки, по результатам оценки доказательств, сделав вывод о реальности заключенной ответчиками сделки, не усмотрели основания для её признания недействительной и в силу статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации ввиду того, что при наличии признаков злоупотребления правом в действиях ФИО9 (должника) непосредственно ФИО9 является добросовестным покупателем.

Не оспаривая выводы судебных инстанций в части отказа в признании сделки притворной и применении правил, относящихся к договору дарения, ФИО1 обжаловал судебные постановления в остальной части в кассационном порядке.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Второго кассационного суда общей юрисдикции от 07 сентября 2023 года постановленные по делу судебные акты отменены с направлением дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Суд кассационной инстанции со ссылкой на правовые позиции, приведённые в определениях Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 07 июня 2022 года № 11-КГ22-5-К6, от 27 июля 2021 года № 56-КГ21-10-К9, от 20 сентября 2016 года № 49-КГ16-18, от 14 июня 2016 года № 52-КГ16-4,указал, что сделка была совершена между родственниками в период, когда ФИО1 потребовал возврата долга по договору займа и обратился в суд, такие действия подлежали оценке с учётом положений статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, судами в полном объёме не проанализировано на предмет добросовестности и поведение самого должника ФИО9.

Определением судьи Свердловского районного суда г. Костромы от 23 октября 2023 года дело после возвращения из суда кассационной инстанции принято к производству.

При этом 18 сентября 2023 года ФИО9 по договору купли-продажи произвёл отчуждение в целом земельного участка и жилого дома по адресу: 

<

адрес> 

<

адрес>, а другая 1/ 2 доля в имуществе ФИО9 принадлежала ещё до сделки с ФИО9, ФИО2, ФИО3, за которыми 19 сентября 2023 года зарегистрировано право общей совместной собственности на земельный участок и жилой дом.

С учётом изложенного в судебном заседании 24 января 2024 года ФИО2, ФИО3 судом привлечены к участию в деле в качестве соответчиков.

В связи со смертью ФИО9 (должника) 27 февраля 2024 года определением суда от 27 июня 2024 года производство по делу приостановлено до определения правопреемников ФИО9.Определением суда от 18 октября 2024 года производство по делу возобновлено, 16 января 2025 года на стороне ФИО9 привлечена администрация г. Костромы ввиду отсутствия иных лиц, принявших наследство.

К участию в деле в качестве третьих лиц судом дополнительно привлеченыТ.С. ФИО8, ФИО9,ФИО9, ФИО10, ПАО Сбербанк, АО «ТБанк», Управление имущественных и земельных отношений администрации г. Костромы, Управление муниципальным жилищным фондом администрации г. Костромы.

ФИО1 неоднократно уточнял, дополнял исковые требования, в окончательном виде просил признать сделку между ФИО9 и ФИО9 по отчуждению долей в праве собственности на земельный участок и жилой дом от 03 июля 2020 года, сделку между ФИО9 и ФИО2, ФИО3 по отчуждению земельного участка и жилого дома от 18сентября 2023 года недействительными как совершённые со злоупотреблением правом, с применением последствий недействительности сделок в виде аннулирования соответствующих регистрационных записей, обратить взыскание на 1/ 2 долю в праве собственности на земельный участок и жилой дом, ранее принадлежащие ФИО9, с определением порядка обращения взыскания судебными пристава-исполнителями, взыскать с ответчиков понесённые судебные расходы.

Решением Свердловского районного суда г. Костромы от 05 июня 2025 года исковые требования ФИО1 удовлетворены частично.

Признаны недействительными договор купли – продажи 1/2 доли жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: 

<

адрес> заключенный 03 июля 2020 года между ФИО9 и ФИО9, договор купли -продажи жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: 

<

адрес> 

<

адрес>, заключенный 18 сентября 2023 года между ФИО9 и ФИО2, ФИО3 в части купли – продажи 1/2 доли указанного жилого дома и земельного участка.

С ФИО9 в пользу ФИО1 взысканы расходы по уплате госпошлины в размере 300 руб.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказано.

В апелляционной жалобе ФИО1 просит решение суда отменить, принять по делу новое решение о полном удовлетворении его исковых требований.

Полагая ошибочным применение судом при разрешении спора правовых позиций, выраженных в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 21 апреля 2003 года № 6-П «По делу о проверке конституционности положений пунктов 1 и 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14 и ФИО15», указывает, что суд, признав недействительной сделку между ФИО9 и ФИО9, вообще не привёл мотивов отказа в применении последствий недействительности, в то время как недействительность этой сделки влияет на последующую сделку ФИО9 с ФИО16.

Настаивая на отсутствии у него, вопреки выводу суда, иного способа защиты своих прав и законных интересов помимо признания сделок недействительными, считает, что суд неправомерно отдал предпочтение интересам ФИО16 в сравнении с его интересами.

В апелляционной жалобе представитель ФИО2, ФИО3 – ФИО4 просит об отмене решения суда в части признания недействительным договора купли-продажи земельного участка и жилого дома от 18 сентября 2023 года (в части 1/2 доли), принятии по делу в этой части нового решения об отказе в удовлетворении указанных исковых требований ФИО1.

Отмечая, что при констатации добросовестности ФИО9 в сделке с ФИО9, ФИО2 и ФИО3 в последующей сделке, у суда не имелось оснований для признания сделок недействительными, так как злоупотребление правом должно быть в действиях всех сторон сделки, при этом считает неверным вывод суда о недобросовестности ФИО9 во второй сделке. Исходя из обстоятельств дела, полагает, что истца нельзя считать заинтересованным лицом для оспаривания договора купли-продажи от 18 сентября 2023 года, выражает несогласие и с мотивами суда касательно защиты прав ФИО16, в этой части суд должен был основываться исключительно на положениях статьи 302 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В апелляционной жалобе ФИО9 просит решение суда отменить, принять по делу новый судебный акт об оставлении заявленных ФИО1 исковых требований без удовлетворения.

Приводя подробные доводы о своей добросовестности при совершении двух сделок и обращая внимание на реальность договора купли-продажи, заключенного с ФИО9, наличие у него преимущественного права покупки, считает, что судебное решение основано на неправильном применении норм материального права, поскольку установление злоупотребления правом в действиях только одной стороны двусторонней сделки является недостаточным для её признания недействительной по иску третьего лица (кредитора).

В возражениях относительно апелляционной жалобы представителя ФИО2 и ФИО3 – ФИО4, апелляционной жалобы ФИО9, ФИО1 просит об их отклонении. В частности полагает, что гражданское законодательство не связывает признание сделки недействительной по иску третьего лица по основанию статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации со злоупотреблением правом всех сторон сделки. Считает, что в рамках настоящего спора в отношении первой сделки для её признания недействительной было достаточным установление недобросовестности должника ФИО9, что влияет на оценку последующей сделки.

В настоящем судебном заседании ФИО1 и его представитель ФИО6, представитель ФИО2 и ФИО3 – ФИО4 поддержали доводы своих апелляционных жалоб.

С учётом положений статьи 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации дело рассматривается в отсутствие ФИО9, ФИО2, ФИО3, представителя администрации г. Костромы, третьих лиц, которые о месте и времени судебного разбирательства извещались надлежащим образом, об его отложении не ходатайствовали.

Проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции по правилам статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии с пунктами 3 и 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В силу статьи 10 указанного Кодекса не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом) (пункт 1).

Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (пункт 5).

Согласно пункту 1 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 данной статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений разделаI части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости об обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, сделка, нарушающая законодательный запрет на злоупотребление правом, при отсутствии в законе специального основания недействительности, может быть признана недействительной судом по требованию лица, чьё право нарушено этой сделкой, на основании статьи 10 и пункта 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

По делу видно, что помимо заочного решения суда от 04 сентября 2020 года имеется определение Свердловского районного суда г. Костромы от 14 сентября 2022 года, которым с ФИО9 в пользу ФИО1 в счёт индексации присуждённых сумм взыскано 427 304, 07 руб.

Кроме того, заочным решением того же суда от 14 сентября 2022 года по делу № 2- 3493/2022 с ФИО9 в пользу истца дополнительно взысканы проценты по договору займа, проценты за просрочку возврата заёмных средств всего с учётом судебных расходов по уплате госпошлины в размере 289 057, 87 руб., а также проценты на будущее до момента фактического исполнения обязательства.

На основании выданных районным судом исполнительных листов в пользу ФИО1 возбуждены исполнительные производства, требования всех исполнительных документов, в том числе исполнительного листа по заочному решению суда от 04 сентября 2020 года, до настоящего времени не исполнены ввиду отсутствия имущества, на которое может быть обращено взыскание.

При этом право общей долевой собственности ФИО9, ФИО9 на земельный участок и жилой дом по адресу: 

<

адрес> возникло в порядке наследования после смерти матери ФИО9, умершей 20 февраля 2016 года, свидетельства о праве на наследство по закону выданы 07 декабря 2016 года.

Разрешая спор, суд первой инстанции, оценив доказательства, признал установленным, что после смерти ФИО9, проживавшей в доме, сначала домом стал пользоваться ФИО9, но в 2017 году ФИО9 из дома выехал, а в дом вселился и стал постоянно проживать ФИО9 с семьёй. Между братьями в 2017 году была достигнута договорённость о выкупе ФИО9 доли ФИО9 в жилом доме и земельном участке при появлении необходимых денежных средств.

Перед заключением договора от 03 июля 2020 года ФИО9, имеющий преимущественное право покупки, продал принадлежащую ему квартиру по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес>, ранее приобретённую с использованием кредитных средств по договору с Газпромбанк от 02 июля 2013 года, за 3 750 000 руб., из которых денежные средства в размере 2 200 000 руб. в дальнейшем были переданы ФИО9 в счёт цены заключённой с братом сделки.

Указанные обстоятельства, реальность уплаты ФИО9 денежных средств по договору от 03 июля 2020 года ФИО9, отсутствие оснований для квалификации сделки от 03 июля 2020 года в качестве мнимой или притворной в апелляционных жалобах, в том числе стороны истца, не оспариваются.

Оценивая действия сторон сделки от 03 июля 2020 года на предмет добросовестности, суд исходил из того, что добросовестность ФИО9 (покупателя) участниками процесса тоже не оспаривается.

Между тем в действиях ФИО9 (должника), знавшего о наличии долговых обязательств, заключившего сделку с братом незадолго до предъявления ФИО1 иска в суд, не принявшего мер к погашению долга перед истцом и другими кредиторами после получения средств от продажи имущества, несмотря на отсутствие обеспечительных мер в виде запрета по распоряжению имуществом, имеется злоупотребление правом, что позволяет признать договор купли-продажи, заключенный между ФИО9 и ФИО9, недействительным.

По второй сделке суд, приняв во внимание её совершение ФИО9 после отмены судебных постановлений по делу судом кассационной инстанции, посчитал, что в отношении сделки от 18 сентября 2023 года, невзирая на неоспариваемую участниками процесса добросовестность ФИО2 и ФИО3, со стороны ФИО9 имеется недобросовестное поведение.

При таких обстоятельствах суд, признав заинтересованность ФИО1 только в отношении ранее принадлежащей должнику доли в праве собственности на земельный участок и жилой дом, пришёл к выводу о признании договора купли-продажи, заключённого между ФИО9 и ФИО16, недействительным, но не полностью, а лишь в части 1/2 доли в праве собственности на имущество.

Одновременно суд отклонил доводы ответчиков о квалификации жилого помещения по указанному адресу в качестве единственного жилья ФИО9, на которое не может быть обращено взыскание.

Вместе с тем со ссылкой на то, что аннулирование регистрационных записей не отвечает критерию последствий недействительности сделок, суд, приведя правовые позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженные в Постановлении от 21 апреля 2003 года № 6-П, не усмотрел основания для применения последствий недействительности второй сделки (в части) в виде двусторонней реституции, указав, что ФИО1 вправе возместить убытки за счёт установленных недобросовестных лиц, то есть воспользоваться другим способом защиты права.

Соответственно, в удовлетворении исковых требований ФИО1 об обращении взыскания на имущество с определением его порядка судебными приставами-исполнителями судом также было отказано.

Решение суда обжаловано ФИО1, представителем ФИО2 и ФИО3 – ФИО4, ФИО9, доводы апелляционных жалоб стороны ответчиков об отсутствии оснований для признания сделок недействительными (договора купли-продажи от 18 сентября 2023 года в части) судебная коллегия находит заслуживающими внимания.

Несмотря на настойчивую позицию ФИО1 и его представителя ФИО6, материальный закон не предполагает возможность признания двусторонней сделки недействительной по иску третьего лица (кредитора) при наличии злоупотребления правом только в действиях одной стороны сделки (должника истца).

На это же, вопреки утверждениям истца и его представителя, имеется указание в многочисленных судебных актах Верховного Суда Российской Федерации.

Так, в определениях Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 14 июня 2016 года №52-КГ16-4, от 20 сентября 2016 года № 49-КГ16-18, от 27 июля 2021 года № 56-КГ21-10-К9, от 07 июня 2022 года № 11-КГ22-5-К6, на которые сослался суд кассационной инстанции в определении от 07 сентября 2023 года, имеется указание на необходимость оценки на предмет добросовестности действий ответчиков (во множественном числе, то есть сторон сделки), в том числе с учётом родственных отношений между ними (в ряде дел).

Вопреки утверждению ФИО1 и его представителя ФИО6, вывода о наличии оснований для признания договора купли-продажи от 03 июля 2020 года недействительным ввиду злоупотребления правом только в действиях ФИО9 определение суда кассационной инстанции по настоящему делу не содержит. В контексте ссылок на вышеприведённые судебные акты суду первой инстанции при новом рассмотрении дела следовало оценить действия ответчиков, исходя из заключения договора купли-продажи от 03 июля 2020 года между братьями.

Вывод суда о наличии злоупотребления правом в действиях ФИО9 при продаже доли в праве собственности на земельный участок и жилой дом является правильным, в апелляционных жалобах стороны ответчиков по существу не оспорен.

Вместе тем при констатации добросовестности ФИО9 в отношении первой сделки, а суд указал, что добросовестность покупателя участниками процесса при новом судебном разбирательстве не оспаривалась, основания для признания договора купли-продажи от 03 июля 2020 года недействительным в силу статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации у суда отсутствовали.

Последовательность позиции высшего судебного органа в этом вопросе является очевидной, так, в Определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 03 марта 2023 года № 41-КГ22-46-К4 указано, что для признания сделки недействительной не только по основанию мнимости, как ошибочно считает ФИО1 и его представитель ФИО6, но и по статье 10, пункту 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо, чтобы недобросовестно действовали обе стороны сделки.

В Определении от 21 января 2025 года № 16-КГ24-35-К4 высший судебный орган также указал, что для признания двусторонней сделки недействительной по основанию злоупотребления правом следует установить, что злоупотребление правом допущено обеими сторонами, если злоупотребление правом стороны сделки не установлено, то в силу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации предполагается, что она действовала добросовестно.

В Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 25 июня 2025 года № 305-ЭС23-24052 (3) тоже указано, что применительно к оспариванию сделки в интересах кредиторов для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки, их сознательное, целенаправленное поведение на причинение вреда иным лицам, злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер.

Судебная коллегия отмечает, что по этому делу сделка была заключена между двоюродными сёстрами, суд кассационной инстанции указал, что само по себе родство проживающих раздельно лиц не создаёт признаков осведомлённости у другой стороны сделки не только о финансовых обязательствах (срочных или просроченных) одной из сторон, но и о цели этой стороны скрыть имущество от правопритязаний кредиторов, при недоказанности злоупотребления правом со стороны приобретателя имущества наличие у должника неисполненных обязательств перед кредиторами на момент совершения сделки не имеет правового значения.

В настоящем судебном заседании на вопрос суда апелляционной инстанции сторона истца пояснила, что считает ФИО9 в первой сделке, а ФИО2 и ФИО3 во второй сделке добросовестными, суду следует исходить из этих обстоятельств.

Между тем в силу вышеприведённого убеждённость стороны истца о достаточности установления злоупотребления правом для признания сделки недействительной только в действиях одного контрагента является ошибочной.

Несмотря на отсутствие доводов об опровержении добросовестности ФИО9, судебная коллегия, принимая во внимание отмену ранее постановленных по делу судебных актов в кассационном порядке, считает необходимым указать, что в данном случае родство между ФИО9 и ФИО9 под сомнения добросовестность ФИО9 (покупателя) не ставит.

На момент сделки 03 июля 2020 года каких-либо обременений в отношении 1/2 доли в праве собственности ФИО9 на земельный участок и жилой дом не имелось, заключение договора купли-продажи со стороны ФИО9 было обусловлено ранее достигнутой договорённостью о выкупе доли брата в наследственном имуществе.

При этом ФИО9 до заключения сделки уже длительное время проживал в доме с семьёй, как долевой сособственник имел право преимущественной покупки, для оплаты цены договора использовал вырученные от продажи своего имущества (квартиры) денежные средства, соглашение о задатке с покупателями квартиры было заключено ещё 23 апреля 2020 года, сделка от 03 июля 2020 года реально исполнена (часть вырученных от продажи квартиры средств использована ФИО9 для оплаты ФИО9, часть – для погашения ранее взятого ипотечного кредита).

Основания полагать, что ФИО9 знал о долговых обязательствах своего брата, из дела не усматриваются.Отклонение общей цены сделки (2 200 000 руб.) от определённой экспертным путём рыночной стоимости (3 092 000 руб.), с учётом сопоставимости цены сделки с кадастровой стоимостью имущества, достаточным для вывода о злоупотреблении правом в действиях покупателя в данном случае не является. Расходование ФИО9 денежных средств вопреки интересам кредиторов находится за рамками ответственности ФИО9.

Таким образом, судебная коллегия исходит из добросовестности ФИО9 при заключении договора купли-продажи с ФИО9, с чем собственно по результатам нового рассмотрения дела согласна и сторона истца. Вместе с тем добросовестное поведение ФИО9 не позволяет признать договор купли-продажи от 03 июля 2020 года недействительным по избранному истцом основанию.

Указанный вывод судебной коллегии не входит в противоречия с определением суда кассационной инстанции по делу, сделан по результатам оценки доказательств и с учётом занятой участниками процесса позиции при новом рассмотрении дела, предусмотренных статьёй 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации пределов рассмотрения дела судом апелляционной инстанции.

С учётом изложенного последующее отчуждение ФИО9 земельного участка и жилого дома ФИО16, после отмены судебных актов судом кассационной инстанции, не может быть признано недобросовестным поведением применительно к статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Судебная коллегия отмечает, что продажу имущества ФИО9 объяснял сменой места жительства, отсутствием сведений о результатах разрешения дела судом кассационной инстанции.

Кроме того, действительность сделки между ФИО9 (должником истца) и ФИО9 исключает заинтересованность ФИО1 в признании второй сделки недействительной в какой-либо части безотносительно от доводов апелляционных жалоб стороны ответчиков со ссылкой на не опровержение добросовестности ФИО2, ФИО3.

В соответствии с изложенным судебная коллегия приходит к выводу в целом об удовлетворении апелляционных жалоб ФИО9, представителя ФИО2, ФИО3 – ФИО4, отмене решения суда первой инстанции с принятием по делу нового решения об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО9, ФИО2, ФИО3, администрации г. Костромы о признании сделок недействительными (ничтожными), применении последствий недействительности сделок, обращении взыскания на имущество.

При этом апелляционная жалоба ФИО1 подлежит отклонению.

Руководствуясь статьёй 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

Апелляционные жалобы ФИО5, представителя ФИО2, ФИО3 – ФИО4 удовлетворить.

Решение Свердловского районного суда г. Костромы от 05 июня 2025 года отменить.

Принять по делу новое решение.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО5, ФИО2, ФИО3, администрации г. Костромы о признании сделок недействительными (ничтожными), применении последствий недействительности сделок, обращении взыскания на имущество отказать.

Апелляционную жалобу ФИО1 оставить без удовлетворения.

Апелляционное определение

 может быть обжаловано в течение трёх месяцев с момента вынесения в окончательной форме во Второй кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции.

Председательствующий:

Судьи:

апелляционное определение в окончательной форме изготовлено 09 декабря 2025 г.