Гр.дело № 2-10/2019 

УИД: 24RS0049-01-2018-000259-37

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

09 сентября 2019 года г. Сосновоборск

Сосновоборский городской суд Красноярского края 

в составе: председательствующего судьи Петраковой Е.В.,

при секретаре Габдулиной М.В., 

с участием представителя истца ФИО1 – ФИО2, действующего по доверенности от 20.02.2018г., 

ответчика ФИО3 и ее представителя - ФИО4, действующего по доверенности от 05.04.2018г. 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО5 

<

данные изъяты> к ФИО6 

<

данные изъяты> о взыскании ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО3 о взыскании ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, ссылаясь на то, что 10.09.2017г. около 13 час 10 мин. в районе 

<

...> в г. Красноярске произошло ДТП с участием автомобиля 

<

данные изъяты>, под управлением водителя ФИО3, и автомобиля 

<

данные изъяты> под управлением водителя ФИО1 ДТП произошло при следующих обстоятельствах: водитель ФИО3, управляя автомобилем Toyota Camry, принадлежащем ФИО7, двигалась по ул. Одесская, имеющей одностороннее движение, со стороны ул. Пограничников в сторону п. Березовка. В районе дома 7д по ул. Одесская при перестроении влево, в нарушение требований п. 8.4. ПДД РФ, не уступила дорогу автомобилю Hyundai VF I под управлением водителя ФИО1, который двигался по ул. Одесская в попутном направлении по крайней левой полосе движения. В результате столкновения автомобиль Hyundai VF I отклонился от траектории первоначального движения влево, в результате чего произошел наезд на препятствие – бетонное ограждение. В результате ДТП ФИО1 получил телесное повреждение, согласно заключения судебно-медицинской экспертизы от 08.11.2017г. № 11014 вред причиненный здоровью не определен. Постановлением по делу од административном правонарушении от 12.12.2017г., вынесенном инспектором ИАЗ № 2 ОГИБДД МУ МВД России Красноярское, производство по делу в отношении ФИО3 прекращено по основаниям, предусмотренным ст. 1.5 и п. 2 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ. Постановлением по делу од административном правонарушении от 12.12.2017г., вынесенном инспектором ИАЗ № 2 ОГИБДД МУ МВД России Красноярское, производство по делу в отношении ФИО1 прекращено по основаниям, предусмотренным ст. 1.5 и п. 2,6 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ. Таким образом, ОГИБДД МУ МВД России Красноярское виновность в нарушении ПДД РФ в действиях ФИО1 и ФИО3 не определена. В соответствии с требованиями п. 8.4 ПДД РФ при перестроении водитель должен уступить дорогу транспортным средствам, движущимся попутно без изменения направления движения. При одновременном перестроении транспортных средств, движущихся попутно, водитель должен уступить дорогу транспортному средству, находящемуся справа. По обстоятельствам ДТП истец двигался по крайней левой полосе движения в намерении в дальнейшем осуществить поворот налево в соответствии с требованиями п. 8 ПДД РФ в котором указано, что перед поворотом направо, налево или разворотом водитель обязан заблаговременно занять соответствующее крайнее положение на проезжей части, предназначенной для движения в данном направлении, кроме случаев, когда совершается поворот при въезде на перекресток, где организовано круговое движение. При этом, ответчик, двигаясь справа от полосы движения, истца заблаговременно не заняла крайнее левое положение и осуществляла перестроение налево в целях в дальнейшем осуществить поворот налево. Таким образом, истец считает, что в данном ДТП виновна ФИО3 и нарушение ФИО3 п. 8.4. ПДД состоит в прямой причинной связи с фактом ДТП и наступившими последствиями. Вышеуказанные обстоятельства подтверждаются материалами дела об административном правонарушении, а именно объяснениями участников ДТП, схемой ДТП. В результате ДТП автомобилю Hyundai VF I причинены механические повреждения. Автогражданская ответственность ФИО3 на момент ДТП не застрахована, в связи с чем, взыскание ущерба подлежит с ответчика. Согласно отчету, проведенному ООО ЦНЭ «Профи» от 16.02.2018г. № 5632/2018, размер ущерба с учетом износа поврежденных частей, узлов, агрегатов и деталей, подлежащих замене, составил 809575 рублей. Согласно заключению ООО ЦНЭ «Профи» величина утраты товарной стоимости в результате повреждения и последующих ремонтных воздействий автомобиля Hyundai VF I составляет 46272 рубля 60 копеек. Таким образом, ущерб в результате ДТП составляет 855847,60 руб. (809575 руб. + 47272,60 руб.). Кроме того, истцом понесены расходы: по оплате услуг ООО «Телекомсервис» 419 руб. (копия телеграммы и чека от 05.02.2018).; по оплате услуг оценки ущерба и утраты товарной стоимости в размере 12000 руб. (копия квитанции от 19.02.2018г.); по оплате услуг эвакуатора 4000 руб. (копия квитанции ВБ 218338 от 12.10.2017г.); по оплате услуг эвакуатора 2500 руб. (квитанция ВБ 218433 от 10.09.2017г.); по оплате услуг автостоянки 6560 руб. (копия квитанции от 21.02.2018). Для защиты своих прав истец обратился к помощи представителя, размер расходов составил 30000 рублей. Также, истцом оплачена гос. пошлина в размере 11883 рублей. 

Просит взыскать с ФИО6 

<

данные изъяты> в свою пользу денежные средства в размере 855847,60 рублей в счет возмещения причиненного ущерба в результате ДТП, а также судебные расходы 67362 руб. 

Истец ФИО1 в судебное заседание не явился, о дне, времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом, в суд направил своего представителя ФИО2 В судебном заседании 16.04.2018г. ФИО1 пояснил, что 10.09.2017г. около 13 часов ехал на своем автомобиле (Hyundai) из г. Красноярск в сторону пос. Березовка в районе моста «777», двигался к кольцу с указанного моста. На участке дороги с односторонним движением занял крайнее левое положение, включил сигнал поворота, хотел ехать по кольцу налево в сторону пос. Березовка, двигался в левом ряду не менее 0,5 м от обочины, не выезжая на линию разметки. Впереди него примерно на 1/2-1/4 корпуса двигался автомобиль Toyota. Не заезжая на кольцо, получил удар от Toyota в правое переднее колесо и правое переднее крыло. Toyota врезалась левым порогом, левым передним колесом. Место удара - это место въезда на заправку. Он двигался со скоростью примерно 60-70 км/час, скорость автомобиля Toyota примерно такая же. По какой причине водитель Toyota не увидела его автомобиль, пояснить не может, левый сигнал поворота у Toyota включен не был. 

Представитель истца ФИО2 в судебном заседании исковые требования поддержал, по основаниям, изложенным в иске. 

Ответчик ФИО3 в судебном заседании исковые требования не признала, ссылаясь на то, что не считает себя виновной в рассматриваемом ДТП, относительно обстоятельств ДТП пояснила, что 10 сентября 2017 г. около 13 часов она двигалась на своем автомобиле «Toyota Camry» со стороны моста «777» в сторону кольца, а затем пос. Березовка. После съезда с моста заняла крайнюю левую полосу, двигаясь с небольшой скоростью. Перед въездом на кольцо в районе знака «Уступи дорогу», остановилась, пропуская автомобиль, двигавшийся по кольцу. В этот момент ей стали сигналить другие автомобили. После, она продолжила движение, никуда не смещалась, затем получила удар с левой стороны в дверь и порог. В месте удара имеется расширение для поворота на заправку. Кроме того, Ответчик ФИО3 представила письменные возрождения, согласно которым, считает, что дорожно-транспортное происшествие произошло по вине водителя ФИО1, который, в нарушение требований п. 11.2. ПДД РФ, управляя технически исправным автомобилем «Hyndai VF I40» Н 808 КК/24, двигался по ул. Одесской со стороны моста "777" через р. Енисей в сторону кругового движения на ул. Одесской, в попутном направлении с ее автомобилем. После того как она, включила сигнал левого поворота, остановилась на въезде на кольцо кругового движения, пропуская автомобиль имеющий преимущество в движении, водитель ФИО1 попытался совершить обгон ее автомобиля с выездом на расширение примыкания второстепенной дороги с автозаправочной станции. При этом он не учел, того что ее автомобиль уже начал движение с выездом на дорогу с круговым движением и он не успевает закончить обгон и вернуться на полосу своего движения не создавая помехи для движения ее автомобиля. Пытаясь обогнать ее автомобиль он в нарушение п. 9.10 ПДД РФ не выдержал безопасный боковой интервал, вследствие чего допустил столкновение с ее автомобилем, после чего не справившись с управлением совершил наезд на препятствие в виде бетонных блоков ограждающих обочину на дороге с круговым движением. Нарушение водителем ФИО1 правил дорожного движения состоит в прямой причинной связи с ДТП и наступившими последствиями. Данные обстоятельства подтверждаются материалами дела об административном правонарушении, проведенном 

<

данные изъяты> России «Красноярское». По результатам административного расследования установлено, что в ее действиях нарушений ПДД РФ не имеется и дело прекращено в связи с отсутствием в ее действиях состава административного правонарушения. В результате ДТП автомобилю «

<

данные изъяты> были причинены технические повреждения. Гражданская ответственность водителя ФИО1 застрахована в порядке обязательного страхования гражданской ответственности в САО «Надежда». 25.01.2018 г. владелец автомобиля ФИО7 обратился с заявлением о возмещении вреда причиненного в результате повреждения автомобиля в САО «Надежда», где было заведено страховое дело № 7399720 и выдано направление на экспертизу. Экспертом был произведен осмотр и определение стоимости ущерба. После этого 15.02.2018 г. страховой компанией ему было выплачено страховое возмещение в размере 20650 рублей. Поэтому считает, что утверждения ФИО1 о том, что она виновна в ДТП не соответствуют действительности. Кроме того, в соответствии с экспертным заключением стоимость восстановительного ремонта составила 809 575 рублей, в то же время рыночная стоимость автомобиля в марте 2016 г. составляла 1 142 000 рублей. Таким образом, на момент ДТП рыночная стоимость автомобиля фактически не превышала стоимости восстановительного ремонта. А в этом случае ущерб рассчитывается как рыночная стоимость минус стоимость годных остатков. Таким образом, размер ущерба так же не доказан. 

Представитель ответчика ФИО4 в судебном заседании исковые требования не признал, поддержал доводы ответчика ФИО3 

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельного требования, относительно предмета спора, на стороне ответчика ЗАО СО «Надежда» в судебное заседание не явился, о дне и времени рассмотрения дела извещен надлежащим образом, о причинах неявки суду не сообщил.

Заслушав стороны, свидетелей, экспертов, исследовав материалы дела, административного материала, суд приходит к выводу, что исковые требования не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно пункту 1 статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В силу пункта 2 статьи 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии с ч. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно ст. 1079 ГК РФ юидические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.). Владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц. Владельцы источников повышенной опасности солидарно несут ответственность за вред, причиненный в результате взаимодействия этих источников (столкновения транспортных средств и т.п.) третьим лицам по основаниям, предусмотренным пунктом 1 настоящей статьи. Вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064).

Согласно ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Как установлено в судебном заседании, 10 сентября 2017 г. около 13 часов 10 минут в районе дома № 7д на ул. Одесской в г. Красноярске произошло дорожно –транспортное происшествие с участием автомобиля «Hyndai VF I 40» Н 808 КК/24, под управлением водителя ФИО8, принадлежащего ему на праве собственности, с автомобилем «Toyota Camry» X 035 ЕВ/124 под управлением ФИО3, принадлежащим на праве собственности ее супругу ФИО7

Установлено, что ФИО3, управляя автомобилем «Toyota Camry» двигалась по ул. Одесская со стороны моста «777» через реку Енисей в сторону кругового движения по указанной улице, в дальнейшем намереваясь проследовать в сторону пос. Березовка. Водитель Пасынков двигался по аналогичному маршруту в попутном направлении. Водитель ФИО1 двигался позади автомобиля ФИО3 

Согласно ст. 67 ГПК РФ, суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

В связи с рассмотрением дела судом истребован и изучен в полном объеме административный материал, в котором имеется, в том числе, схема места ДТП, составленная непосредственно после произошедших событий 10.09.2017г. в 17.00 часов сотрудником ДПС, схема происшествия, составленная 08.11.2017г. в рамках административного расследования, а также заключение эксперта № 1092, в соответствии с выводами которого в момент первоначального контакта величина угла между продольными осями автомобилей, участников ДТП, составляла около 5 градусов; определить взаимное расположение ТС в момент первоначального контакта относительно элементов проезжей части, определить какой из автомобилей изменял направление движения, скорость автомобиля «Toyota Camry» не представилось возможным, в связи недостаточностью комплекса признаков сопутствующих определению координат места столкновения (отсутствия на проезжей части следов).

По ходатайству стороны ответчика, в связи с тем, что имеющиеся в административном материале схемы ДТП не отражали в полном объеме фактическую дорожную обстановку, судом в соответствии с определением от 08.08.2018г. привлечен в качестве специалиста ФИО9, которому поручено проведение с участием сторон и их представителей дополнительного осмотра места ДТП и составление подробной масштабированной схемы с указанием расположения элементов проезжей части, расстояний относительно элементов, и хорд изгибов участка дороги, проведение дополнительных замеров, указания расположения дорожных знаков, разметки, расположения автомобилей после ДТП, с учетом замеров, проведенных сотрудником ДПС при составлении первоначальной и дополнительной схем, схемы организации дорожного движения на рассматриваемом участке. 

В соответствии с заключением эксперта № 

<

данные изъяты>. представлена масштабированная схема. Кроме того, в связи с возникшими вопросами, в судебном заседании допрошен эксперт ФИО9 

Суд полагает, что указанная схема, составленная с участием сторон и их представителей, является допустимым доказательством, объективно отражает дорожную обстановку в момент рассматриваемого ДТП и подлежит оценке наравне со схемами, составленными сотрудниками ДПС, дополняет и конкретизирует их. 

Кроме того, судом по ходатайству сторон назначены и проведены судебная автотехническая экспертиза и дополнительная автотехническая судебная экспертиза. В соответствии с заключением эксперта от 14.02.2019г. величина безопасного бокового интервала между автомобилями сторон при их движении в попутном направлении в условиях места происшествия составляла 1,1-1.4 м в зависимости от скорости движения; величина безопасной дистанции между впереди идущим «Toyota Camry» и сзади идущим «Hyndai VF I 40» в условиях место происшествия составляла 2,2-36,7 м ; скорость движения автомобиля «Hyndai VF I 40» была выше скорости автомобиля «Toyota Camry». 

В соответствии с заключением эксперта № 269/2019 (дополнительная экспертиза) в случае движения автомобиля «Hyndai VF I 40» до момента столкновения в месте въезда на АЗС в границах полосы для движения на указанном участке для автомобилей, движущихся на кольце в дальнейшем налево в сторону пос. Березовка, столкновение транспортных средств в месте столкновения, определенном на схеме места ДТП, составленной сотрудниками 

<

данные изъяты>., с технической точки зрения было возможно. 

В судебном заседании допрошен свидетель ФИО10, который показал, что автомобиль «Toyota Camry» ехал впереди автомобиля «Hyndai VF I 40» примерно на размер крыла, при этом, «Hyndai VF I 40» ехал в крайней левой полосе с включенным сигналом левого поворота, а автомобиль «Toyota Camry» без сигнала, после чего «Toyota Camry» стал поворачивать налево и произошло столкновение. Автомобиль «Toyota Camry» двигался вправо, занимая 2 полосы, не останавливаясь перед кольцом, резко повернул влево и ударил «Hyndai VF I 40». К указанным показаниям суд относится критически, считает их недостоверными, поскольку, данные показания противоречивы, опровергаются показаниями самих участников ДТП, а также материалам дела, при этом, свидетель ФИО10 не смог пояснить с какого места он наблюдал рассматриваемые события, двигался ли его автомобиль или стоял, пояснил, что оставил свой телефон именно водителю «Hyndai VF I 40», так как водитель «Toyota Camry» была агрессивна. Кроме того, из объяснений ФИО3 от 10.09.2017г. следует, что после столкновения примерно минут через 15-20 подъехал автомобиль темного цвета, водитель этой машины общался только с водителем «Hyndai VF I 40», к ней не подходил, и вопросов не задавал. Каких-либо свидетелей, остановившихся после ДТП не было, никто из водителей не останавливался, не подходил, помощь не предлагал. 

В соответствии с имеющимися в материалах дела, в том числе составленными сотрудниками ДПС после ДТП, а также экспертом Центрально-Сибирской Торгово-промышленной палаты Красноярского края ФИО9 03.10.2018г., схемами дорожно-транспортного происшествия, а также схемой организации дорожного движения в районе дома № 7 по ул. Одесская г. Красноярска, на рассматриваемом участке ДТП, имеется перекресток, на котором организовано круговое движение и который обозначен знаком 4.3. При этом, до места установки знака 4.3. имеется 2 полосы для движения в попутном направлении

Как следует из пояснений ФИО3 (данных ею в судебном заседании, а также непосредственно после происшедшего ДТП сотрудникам ДПС) и не опровергается материалами дела, в том числе и пояснениями ФИО1 и его представителя, ФИО3 заняла крайнюю левую полосу, включила левый сигнал поворота и в соответствии с требованиями п. 13.11.(1) ПДД при въезде на перекресток, на котором организовано круговое движение и который обозначен знаком 4.3., остановилась, уступая дорогу транспортным средствам, движущимся по такому перекрестку. 

Учитывая, что ФИО3 необходимо было совершить маневр поворота налево в сторону пос. Березовка, то выехав непосредственно на перекресток и двигаясь в дальнейшем, ФИО3 обязана была двигаться также в левой полосе, соответственно в границах данной полосы. 

Истец ФИО1 и его представитель, утверждают, что автомобиль Toyota двигался от автомобиля истца справа, при этом не утверждают, что ФИО3 двигалась в правой полосе. Давая объяснения непосредственно после ДТП (объяснения в административном материале от 10.09.2017г.), истец ФИО1 пояснил, что автомобиль Toyota двигался при этом в средней полосе и резко повернул налево. Однако, установлено, что на рассматриваемом участке имеется всего 2 полосы для движения в попутном направлении, одна для движения налево по кольцу в сторону пос. Березовка, другая для движения прямо. Никакой средней полосы не имеется. В месте ДТП имеется расширение для заезда (выезда) с АЗС. Учитывая данные пояснения истца, а также отсутствие в этом месте дорожной разметки в момент ДТП, следует вывод, что истец не верно оценивал организацию дорожного движения, количество полос для движения и их размеры. 

Кроме того, истец ФИО1 в судебном заседании пояснил, что скорость движения его автомобиля была примерно 60-70 км/час, давая объяснения 10.09.2017г. он пояснял, что скорость была 42-45 км/час. 

В судебном заседании достоверно установлено, что ФИО3 двигаясь по левой полосе, с момента выезда на перекресток, продолжила движение также в данной полосе и не совершала перестроения в правую полосу, доказательств этому не представлено стороной истца. Более того, как следует из пояснений сторон, в том числе и из объяснений в административном материале, движение было интенсивным, а учитывая, что отрезок дороги, на котором произошли рассматриваемые события составил 62 метра (расчет произведен исходя из размеров, указанных в схеме ДТП, составленной ФИО9) совершить указанные маневры перестроения из одной полосы в другую и обратно, в рассматриваемых условиях не только затруднительно, но и не рационально. 

Стороной истца не оспаривается, что место столкновения приходится на участок полосы, где имеется выезд (въезд) с прилегающей территории (АЗС), где также имеется расширение данной полосы (имеется асфальтовое покрытие). 

Общая ширина проезжей части на рассматриваемом участке ДТП составляет 8,7 м, движение является односторонним, для движения имеется 2 полосы.

При этом, каждая из сторон в судебном заседании поясняла, что имеется мнимый край проезжей части в месте примыкания к АЗС, на данном участке имеется асфальт, с нанесенным слоем щебня, грязи. Движение по данному участку не запрещено и технически возможно. С учетом данной особенности, движение водителями осуществляется по «накатанной» траектории, в связи с чем, и имеется асфальт, с нанесенным слоем щебня, грязи, по которому водители не осуществляют движение. 

В соответствии с заключением эксперта от 14.02.2019г. скорость движения автомобиля истца была больше скорости автомобиля ответчика. Суд полагает данный вывод эксперта является обоснованным, оснований сомневаться в данном заключении не имеется. После столкновения автомобиль истца продолжил движения, после чего произошло столкновение с бетонным блоком. Учитывая, что контактирование в момент столкновения автомобилей пришлось правой частью «Hyndai VF I 40»,, а также в соответствии с заключением эксперта № 1092 (административный материал), то не вызывает сомнения, что столь серьезные повреждения левой передней части данного автомобиля произошли при ударе о бетонный блок, более того, в результате удара, данный блок был сдвинут. Указанные обстоятельства подтверждают пояснения ответчика о том, что автомобиль «Hyndai VF I 40» пытался совершить маневр опережения автомобиля Тойота в месте расширения левой полосы.

Из схемы ДТП, составленной инспектором ДПС 10.09.2017г. следует, что ширина проезжей части в месте прилегания АЗС составляет 12 м. (дополнительной схемы – 11,86м), из схемы, составленной ФИО9 ширина составляет 11,8м. Далее, из схемы от 10.09.2017г. следует, что расстояние от точки замера данной величины (12 м) до места столкновения со слов водителей составило 5.5 м. Как следует из схемы, составленной ФИО9, если применить данную величину (5,5 м), то место столкновения не просто приходится на участок прилегания АЗС, а находится за пределами левой полосы для движения, то есть за пределами мнимого края данной полосы, на участке, обозначенном как асфальт с нанесенным слоем щебня, грязи. Соответственно, учитывая, что контактирование произошло левой (Тойота) и правой («Hyndai VF I 40»,) частями автомобилей, с учетом ширины левой полосы и ширины автомобиля «Hyndai VF I 40», последний в момент столкновения мог двигаться за пределами левого края данной полосы. При этом, автомобиль Тойота двигался в границах данной полосы, впереди автомобиля «Hyndai VF I 40», и не менял направления движения. 

Таким образом, установлено, что водитель ФИО3 двигалась в левой полосе (с учетом необходимости поворота в пос. Березовка), в границах данной полосы, впереди автомобиля «Hyndai VF I 40». 

Вопреки доводам стороны истца автомобиль под управлением ФИО3 не осуществлял какое-либо перестроение по ходу движения в момент столкновения (справа налево). Напротив, проехав место пересечения с полосой для движения автомобилей, движущихся по кольцу, ФИО3 продолжила движение без изменения траектории движения, не маневрируя, а двигаясь по кругу, совершая поворот налево. Данное обстоятельство подтверждается также выводами эксперта о том, что в момент первоначального контакта величина угла между продольными осями автомобилей, участников ДТП, составляла около 5 градусов. 

В свою очередь, ФИО1, двигающийся сзади автомобиля ФИО3, при совершении маневра опережения, в нарушение требований п. 8.1 ПДД, не убедился в его безопасности, не соблюдал боковой интервал, обеспечивающий безопасность движения, а также вел автомобиль со скоростью, которая не обеспечила ему постоянный контроль за движением транспортного средства, и допустил столкновение с автомобилем ответчика.

Оценивая представленные в материалы дела доказательства по правилам ст. ст. 59, 60, 67, 71 ГПК РФ, суд приходит к выводу, что истцом были нарушены пункты 8.1, 9.10, 10.1 ПДД, что стоит в прямой причинно-следственной связи с произошедшим ДТП.

В нарушение требований ст. 56 ГПК РФ, достоверные, допустимые и достаточные доказательства, свидетельствующие о вине ответчика ФИО3, стороной истца, не представлены, и судом не установлены.

Таким образом, суд не находит правовых оснований для взыскания с ответчика 855847,60 рублей в счет возмещения причиненного ущерба в результате ДТП, как и вытекающих из предмета спора, требований о взыскании судебных расходов в размере 67362 рублей.

При установленных обстоятельствах, суд приходит к выводу, что в удовлетворении требований ФИО1 к ФИО3 о взыскании ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, надлежит отказать в полном объеме.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

В удовлетворении исковых требований ФИО5 

<

данные изъяты> к ФИО6 

<

данные изъяты> о взыскании ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, отказать в полном объеме.

Решение может быть обжаловано в течение одного месяца в апелляционную инстанцию путем подачи апелляционной жалобы в Красноярский краевой суд через Сосновоборский городской суд Красноярского края.

Председательствующий: Е.В. Петракова