АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 № 22-20/2020

24 марта 2020 года Санкт-Петербург 

1-й Западный окружной военный суд в составе 

председательствующего – судьи Карнаухова А.В., 

при секретаре судебного заседания Лаврове А.Д., с участием государственного обвинителя – военного прокурора отдела военной прокуратуры Западного военного округа подполковника юстиции Апалькова А.Н., осужденного ФИО1, защитника – адвоката Магомедкасумова Т.Н., представителя потерпевшей и гражданского истца Потерпевший№1 – ФИО15. рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам защитника – адвоката Магомедкасумова Т.Н. на приговор Санкт-Петербургского гарнизонного военного суда от ДД.ММ.ГГГГ, которым 

<

данные изъяты> 

ФИО1, 

<

данные изъяты>,

осужден за совершение преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ, к наказанию в виде лишения свободы сроком на 2 года в колонии-поселении с лишением права заниматься определенной деятельностью в виде лишения права управления транспортными средствами сроком на 2 года 6 месяцев.

Судом частично удовлетворен гражданский иск потерпевшей и с ФИО1 постановлено взыскать в качестве возмещения морального вреда, причиненного преступлением, в пользу Потерпевший№1 1000000 рублей.

Судом также разрешен вопрос о вещественных доказательствах.

Заслушав выступления осужденного ФИО1 и его защитника – адвоката Магомедкасумова Т.Н., в поддержание доводов апелляционных жалоб, возражения представителя потерпевшей и гражданского истца – ФИО15., а также государственного обвинителя Апалькова А.Н., полагавших необходимым приговор оставить без изменения, а апелляционные жалобы – без удовлетворения, окружной военный суд

установил:

Питель признан виновным в нарушении правил дорожного движения при управлении автомобилем, повлекшем по неосторожности смерть человека, при следующих изложенных в приговоре обстоятельствах.

Так, около 20 часов 35 минут ДД.ММ.ГГГГ Питель, управляя технически исправным автомобилем 

<

данные изъяты>», государственный регистрационный знак №, в условиях хорошей видимости следовал по 

<

адрес>.

В это же время по тому же шоссе в направлении из 

<

адрес> на технически исправном тягаче седельном «

<

данные изъяты>», государственный регистрационный знак №, с полуприцепом-цистерной №, государственный регистрационный знак № (далее автопоезд), по указанному шоссе следовал водитель ФИО2, который собирался совершить поворот налево на 

<

адрес>, то есть должен был пересечь полосу движения автомобиля «

<

данные изъяты>».

Питель, проявляя небрежность при управлении автомобилем, не предвидя возможность наступления общественно опасных последствий своих действий, но при необходимой внимательности и осмотрительности, имея реальную возможность для этого, в нарушение п. 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 года № 1090 (далее ПДД), обязывающих водителя при возникновении опасности для движения, которую он в состоянии обнаружить, принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства, располагая технической возможностью предотвратить дорожно-транспортное происшествие (далее ДТП) при выполнении данных требований ПДД, продолжил движение прямо, вследствие чего на 

<

адрес> на пересечении с 

<

адрес> совершил столкновение с указанным автопоездом, врезавшись в первую ось полуприцепа-цистерны, что повлекло по неосторожности причинение находившейся в автомобиле «

<

данные изъяты>» пассажирке ФИО3 тупой сочетанной травмы головы, туловища и конечностей, повреждений внутренних органов, переломов костей, повлекших ее смерть.

В апелляционных жалобах защитник – адвокат Магомедкасумов, считая приговор незаконным и необоснованным, вследствие несоответствия выводов суда, изложенным в приговоре, фактическим обстоятельствам дела, а также неправильного применения уголовного закона, просит приговор отменить, а Пителя – оправдать.

Утверждая об обосновании выводов суда недопустимыми доказательствами, защитник отмечает, что суд не указал, в какой части противоречивые показания свидетелей ФИО4, ФИО5 и ФИО6 подтверждают вину Пителя.

Как указывает защитник, показания данных свидетелей являются непоследовательными, так ФИО6 сначала утверждал о скорости автомобиля «

<

данные изъяты>» свыше 100, а затем 90-100 км/ч, а автопоезда 5-10 км/ч, ФИО5 же в ходе допросов ДД.ММ.ГГГГ указывала скорость автомобиля «

<

данные изъяты>» свыше 70 км/ч, а ДД.ММ.ГГГГ сообщала, что не видела автомобиль «

<

данные изъяты>», скорость и траекторию его движения, автопоезд же двигался со скоростью 5 км/ч.

Также защитник указывает на противоречия в показаниях данных свидетелей в части движения автопоезда: так ФИО6 ДД.ММ.ГГГГ, а ФИО5 3, ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ утверждали, что автопоезд остановился перед перекрестком и пешеходным переходом на красный сигнал светофора и после включения зеленого сигнала начал поворот, однако после демонстрации следователем видеозаписи и постановки наводящих вопросов ФИО6 ДД.ММ.ГГГГ, а ФИО5 ДД.ММ.ГГГГ показали, что автопоезд останавливался за пешеходным переходом. 

По мнению защитника, следователь был не вправе таким незаконным способом устранять возникшие противоречия.

Как указано в жалобах, все противоречия следователю устранить не удалось, поскольку оба данных свидетеля последовательно утверждали о сухом асфальте во время ДТП, при том, что согласно справке о погоде в то время и месте прошел дождь.

По утверждению автора жалоб, эти противоречивые показания свидетелей и полученные доказательства легли в основу проведенных следственных экспериментов и экспертиз, на их основании эксперт делал вывод о наличии, с технической точки зрения, в действиях осужденного нарушений ПДД.

С учетом изложенного защитник делает вывод о том, что заключение эксперта автотехника ФИО7 построено на предположениях свидетелей о скорости, характере движения транспортных средств и состоянии дорожного покрытия, а, следовательно оно не верно, поэтому было необходимо проведение комплексной авто и видео-технической экспертизы, в чем гарнизонный военный суд стороне защиты необоснованно отказал. 

О недостоверности и необъективности выводов эксперта в заключении №, по мнению автора жалоб, свидетельствует заключение специалиста ФИО8 №, в котором отмечено об отсутствии в экспертном заключении иллюстрирующих материалов, схем, цифровых, процентных и фактических данных, сведений о постоянных коэффициентах и переменных, что не позволяет провести проверку проведенных экспертом расчетов и сделанных выводов.

С учетом этих обстоятельств, защитник также полагает, что показания эксперта ФИО7 о проведении расчетов, исходя из мокрого и сухого асфальтового покрытия, а также о невозможности движения грузового автомобиля перед столкновением со скоростью 45 км/ч, являются его субъективными, неподтвержденными расчетами, суждениями.

В жалобах защитник, не соглашаясь с решением суда об оставлении без внимания заключения специалиста ФИО8, отмечает, что та на момент подготовки заключения обладала полной информацией по рассматриваемому делу, поскольку ранее проводила по нему же техническую экспертизу. 

По утверждению автора жалоб, в действиях осужденного судом не установлены противоречия требованиям ПДД, причинно-следственная связь между этими действиями и ДТП, а также последствиями в виде гибели пассажира, поскольку единственной причиной этих последствий являлись неправомерные действия водителя автопоезда, не убедившегося в безопасности поворота и не пропустившего двигавшийся прямо автомобиль осужденного, что судом учтено не было. 

Как утверждает автор жалобы, все вышеприведенные стороной защиты недостатки, были очевидны и военному прокурору Санкт-Петербургского гарнизона, который указал их в своем постановлении от ДД.ММ.ГГГГ о возвращении уголовного дела для производства дополнительного следствия.

В дополнительной апелляционной жалобе защитник Магомедкасумов, помимо приведенных доводов, ссылаясь на заключение специалиста от ДД.ММ.ГГГГ, утверждает, что показания свидетелей и сделанные на их основании выводы суда в приговоре о времени ДТП и обстоятельствах движения автопоезда, опровергаются данным заключением, которым на основании видеозаписи установлена скорость грузового транспортного средства перед ДТП, которая составила 35, 2 км/ч. По мнению защитника, это противоречит выводу суда о том, что грузовое транспортное средство останавливалось перед поворотом на перекрестке, а также свидетельствует о неполноте предварительного расследования, не установившего точное время ДТП.

В заключение жалобы ее автор делает вывод, что приговор основан на недопустимых, полученных с нарушением требований действующего законодательства доказательствах, а поэтому является незаконным, необоснованным и несправедливым.

В возражениях на апелляционную жалобу государственный обвинитель – военный прокурор отдела военной прокуратуры Западного военного округа подполковник юстиции Апальков, опровергая приведенные в ней доводы, просит оставить жалобу без удовлетворения, а приговор – без изменения.

Рассмотрев материалы дела, выслушав стороны, обсудив доводы апелляционных жалоб и возражений, окружной военный суд приходит к следующему.

Выводы суда первой инстанции о виновности Пителя в совершении вышеуказанного преступления соответствуют установленным в ходе судебного разбирательства фактическим обстоятельствам дела, основанным на совокупности относимых и допустимых, вопреки отмеченным в жалобах доводам, как полученных в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, объективно приведенных в приговоре доказательствах, всесторонне исследованных в судебном заседании, и не вызывают сомнений в своей правильности.

Так, факт управления Пителем автомобилем во время, месте и обстоятельствах, при которых произошло ДТП, повлекшее по неосторожности смерть ФИО3 подтверждаются обоснованно приведенными в приговоре доказательствами и стороной защиты не оспариваются.

Виновность Пителя в совершении указанного ДТП и наступивших в результате него последствий, несмотря на утверждения стороны защиты об обратном, подтверждается следующими доказательствами.

Судебно-медицинской экспертизой достоверно подтверждено наличие причинно-следственной связи между наступлением смерти ФИО3 и причинением ей телесных повреждений в результате ДТП.

Согласно показаниям свидетеля ФИО5, водителя автомобиля «

<

данные изъяты>», следовавшей непосредственно за автопоездом, на перекрестке последний, проехав пешеходный переход, остановился с включенным левым сигналом поворота перед пересечением со встречной полосой движения и лишь после включения зеленого сигнала светофора начал поворот налево, где затем произошло столкновения со встречным легковым автомобилем, движение которого она не видела и звуков его торможения не слышала.

Аналогичные показания в суде дал и свидетель ФИО9, следовавший в указанное время пассажиром в автомобиле ФИО5.

Эти показания также в деталях согласуются с показаниями водителя автопоезда свидетеля ФИО10, который после остановки на перекрестке, начав поворот на зеленый сигнал светофора, не увидел следовавший прямо автомобиль «

<

данные изъяты>», возможно по причине выключенного у того света фар в темное время суток. Как уточнил свидетель, при окончании поворота с первой осью полуприцепа-цистерны столкнулся автомобиль «

<

данные изъяты>», при этом на месте происшествия следы торможения последнего отсутствовали и звука его торможения он не слышал.

Приведенные показания подтверждены указанными свидетелями в ходе проведенных следственных экспериментов с их участием, протоколы которых были исследованы судом первой инстанции.

Показания перечисленных свидетелей согласуются с показаниями допрошенных свидетелями следователя ФИО11, эксперта ФИО12, понятого ФИО13, инспектора ГИБДД ФИО14 и не противоречат показаниям находившегося вблизи места ДТП свидетеля ФИО6.

Все указанные показания также полностью согласуются с данными в протоколах осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ, осмотра предметов – видеозаписи от ДД.ММ.ГГГГ, транспортных средств от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ о вещно-следовой обстановке на месте происшествия и характере повреждений транспортных средств, с заключениями эксперта ФИО8 № от ДД.ММ.ГГГГ об отсутствии каких-либо технических неисправностей у автомобиля «

<

данные изъяты>», которые могли бы привести к ДТП, а также эксперта ФИО7 № и №, № от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ, соответственно, согласно которым признана несостоятельной версия Пителя относительно скоростей столкнувшихся автомобилей и их взаимного расположения при возникновении опасности, при этом в сложившейся ситуации Питель имел техническую возможность избежать столкновения при выполнении им пункта 10.1 ПДД в части, касающейся применения мер к снижению скорости вплоть до остановки при возникновении опасности.

Поскольку показания приведенных свидетелей, ранее не знакомых с Пителем, в полной мере согласуются с иными доказательствами по делу, оснований сомневаться в их достоверности, в том числе и по приведенным в апелляционных жалобах мотивам, не имеется. 

Вопреки доводам защитника все существенные противоречия в показаниях свидетелей ФИО5, ФИО9 и ФИО10 были устранены как в ходе предварительного расследования, так и в суде первой инстанции. Так, проведенным следователем ДД.ММ.ГГГГ следственным экспериментом установлено, что автопоезд, с учетом результатов осмотра видеозаписи, мог остановиться на перекрестке, не попав в зону видимости видеокамеры, только проехав стоп линию перед пешеходным переходом.

Устранение следователем возникших противоречий в показаниях указанных свидетелей путем повторного их допроса, с постановкой уточняющих вопросов после просмотра приобщенной к делу видеозаписи, вопреки мнению автора жалоб, действующему уголовно-процессуальному законодательству не противоречит.

Не влияют на законность приговора и возникавшие при рассмотрении уголовного дела судом первой инстанции противоречия в показаниях данных свидетелей, учитывая, что противоречия объяснимы давностью происходивших событий, а также различным субъективным восприятием свидетелями скорости движения транспортных средств. При этом все существенные противоречия в показаниях свидетелей были устранены путем исследования ранее данных ими показаний, которые свидетели в суде подтвердили.

Не ставит под сомнение достоверность показаний свидетелей и тот факт, что они указывали в своих показаниях на то, что дорожное покрытие в момент описываемых событий было сухим, поскольку согласно представленным сведениям о погоде на участке дороги в районе ДТП метеорологические наблюдения не производились, а слабые дожди в период ДТП наблюдались на ближайшей метеорологической станции 

<

адрес> (т. 3, л.д. 206).

Приведенное несоответствие показаний свидетелей метеорологическим данным на законность приговора не повлияло, поскольку при проведении автотехнических экспертиз ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ экспертом ФИО7, согласно его показаниям в суде, использовались заданные ему параметры мокрого дорожного покрытия, при сухом же дорожном покрытии сделанные им выводы о наличии у осужденного технической возможности избежать столкновения при выполнении требований ПДД только усилятся, поскольку расстояния для торможения на сухом покрытии требуется меньше.

Вопреки доводам жалоб, суд надлежащим образом мотивировал, почему он берет в основу приговора заключения эксперта ФИО7, проведенные по делу с соблюдением норм действующего уголовно-процессуального закона, на основании достоверных сведений, подтвержденных материалами уголовного дела.

Не усматривается из материалов уголовного дела и содержания протокола судебного заседания допущенных нарушений судом первой инстанции при назначении, проведении в ходе судебного разбирательства дополнительной судебной автотехнической экспертизы и постановке вопросов эксперту. Экспертиза в ходе судебного заседания назначена по ходатайству государственного обвинителя в порядке ст. 283 УПК РФ и главы 27 УПК РФ, с участием сторон, в том числе осужденного и его защитника – адвоката, после заслушивания их позиции по заявленному ходатайству и рассмотрения представленных сторонами вопросов эксперту. На экспертизу представлены все необходимые материалы уголовного дела.

Заключение эксперта от ДД.ММ.ГГГГ исследовано в ходе судебного заседания, обстоятельств, предусмотренных ст. 70 и 61 УПК РФ, препятствующих проведению судебной экспертизы экспертом, заключение которого положено в основу приговора, вопреки утверждениям в жалобах, из материалов уголовного дела не усматривается.

Принимая во внимание исследованные в судебном заседании материалы уголовного дела, связанные с порядком назначения и проведения в суде дополнительной автотехнической экспертизы, и показания допрошенного судом первой инстанции эксперта ФИО7, вопреки изложенным в апелляционных жалобах мотивам, его экспертные заключения от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ, которые по форме и содержанию соответствуют требованиям ст. 204 УПК РФ, являются научно обоснованными, ясными, полными, согласуются с иными доказательствами по делу и противоречий не содержат, правильно положены судом в основу выводов о виновности Пителя в инкриминируемом ему преступлении.

С учетом вышеприведенных данных, свидетельствующих, вопреки доводам в апелляционных жалобах, об отсутствии оснований для проведения как дополнительной, так и повторной автотехнической экспертизы, гарнизонный военный суд обоснованно отказал в удовлетворении соответствующего ходатайства стороны защиты, не усматривает таких оснований и суд апелляционной инстанции.

По этим же основаниям доводы стороны защиты о недопустимости указанных экспертных заключений являются несостоятельными.

Приведенные в апелляционных жалобах доводы относительно невиновности осужденного в совершении преступления и выдвинутая осужденным версия произошедшего аналогичны изложенным стороной защиты в суде первой инстанции, были тщательно исследованы гарнизонным военным судом в ходе судебного разбирательства и с учетом совокупности исследованных доказательств, в том числе выводов в заключениях по результатам проведенных автотехнических экспертиз, опровергнуты в приговоре с приведением убедительных мотивов принятого решения, которое не вызывает сомнений в своей правильности. 

Вопреки заявлениям осужденного при рассмотрении дела судом апелляционной инстанции, с учетом совокупности исследованных доказательств, гарнизонным военным судом дана надлежащая мотивированная оценка его показаниям относительно большой скорости движения автопоезда и отсутствии с учетом момента возникновения опасности технической возможности для предотвращения столкновения с ним, которая не вызывает сомнений в своей обоснованности.

Судом в приговоре также дана оценка доказательствам стороны защиты, обоснованно не принято во внимание заключение специалиста ФИО8, которое является рецензией на заключение эксперта ФИО7 №, а не альтернативным мнением по вопросам, входящим в ее компетенцию. 

В судебном заседании исследованы все существенные для принятия законного решения по делу представленные сторонами доказательства, разрешены все заявленные ходатайства. Нарушений принципа состязательности сторон, необоснованных отказов подсудимому и его защитнику в исследовании доказательств, которые могли иметь существенное значение для итогового решения, нарушений процессуальных прав участников, повлиявших или могущих повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, по делу не допущено. Не предоставляя какой-либо из сторон преимущества, суд создал необходимые условия для исполнения ими процессуальных обязанностей и осуществления прав.

Исходя из сведений, содержащихся в исследованных по делу доказательствах, суд пришел к правильному выводу о нарушении Пителем требований п. 10.1 ПДД.

По смыслу ст. 264 УК РФ, ответственность лица, нарушившего при управлении транспортом ПДД, может иметь место лишь тогда, когда между допущенным нарушением и наступившими последствиями имеется причинно-следственная связь.

Совокупность вышеприведенных, изложенных в приговоре доказательств, позволила гарнизонному военному суду прийти к выводу о том, что, несмотря на установленное несоответствие требованиям ПДД действий водителя ФИО10 (материалы уголовного дела в отношении которого выделены в отдельно производство), нарушение осужденным Пителем требований п. 10.1 ПДД, вопреки доводам апелляционных жалоб, находится в прямой причинно-следственной связи с наступившими последствиями – столкновением с другим транспортным средством, что повлекло за собой по неосторожности смерть пассажирки ФИО3 

Оснований не соглашаться с данным выводом, в том числе по приведенным в жалобах доводам, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Беспредметной является ссылка защитника в жалобах на постановление военного прокурора Санкт-Петербургского гарнизона от ДД.ММ.ГГГГ о возвращении уголовного дела для производства дополнительного следствия, поскольку ДД.ММ.ГГГГ оно отменено как незаконное (т. 6, л.д. 12-16).

Описательно-мотивировочная часть приговора соответствует требованиям ст. 307 УПК РФ и содержит описание преступного деяния, признанного судом доказанным, в том числе, вопреки утверждениям защитника в жалобах, достаточно точное время и место его совершения.

Правильно установив фактические обстоятельства совершенного преступления, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о виновности Пителя в совершении преступления и квалификации его действий по ч. 3 ст. 264 УК РФ, как совершение нарушения лицом, управляющим автомобилем, ПДД, повлекшее по неосторожности смерть человека.

Иные доводы апелляционных жалоб направлены на переоценку установленных по делу обстоятельств и исследованных судом первой инстанции доказательств, а также принятых по делу судебных решений и, с учетом вышеприведенных выводов о виновности осужденного, на законность и обоснованность приговора не влияют.

Приобщенное по ходатайству защитника в заседании суда апелляционной инстанции заключение специалиста ФИО8 от ДД.ММ.ГГГГ, в котором она на основании видеозаписи пришла, среди прочего, к выводу о наличии у водителя автопоезда технической возможности совершить остановку на перекрестке за пешеходным переходом, вопреки мнению защитника об обратном, полностью согласуется с показаниями свидетелей 

<

данные изъяты>, видеозаписью, результатами следственных экспериментов, осмотра места происшествия и заключениями проведенных экспертиз. 

При определении Пителю наказания судом первой инстанции приняты во внимание характер и степень общественной опасности совершенного преступления, учтены личность виновного, и другие, влияющие на решение данного вопроса обстоятельства.

Так, в приговоре прямо указано, что обстоятельствами, смягчающими наказание, суд признал то, что ранее Питель ни в чем предосудительном замечен не был, характеризовался, в том числе по месту прохождения военной службы, положительно. 

Вместе с тем, с учетом характера совершенного осужденным преступления, суд обоснованно не усмотрел оснований для применения положений ч. 6 ст. 15 и ст. 73 УК РФ, не усматривает их и суд апелляционной инстанции.

С учетом совокупности вышеприведенных обстоятельств и данных о личности осужденного, основное и дополнительное наказания Пителю назначены в соответствии с требованиями ст. 6 и 60 УК РФ, отвечают целям уголовного наказания, определенным в ст. 43 УК РФ, и по своему виду и размеру не могут быть, в том числе и по приведенным в апелляционных жалобах мотивам, признаны несправедливыми.

Вопреки доводам защитника при апелляционном рассмотрении дела, исковые требования потерпевшей Потерпевший№1 с учетом признания доказанной вины осужденного, разрешены судом в строгом соответствии с требованиями ст. 151, 1099-1101 ГК РФ.

При определении суммы компенсации морального вреда, подлежащей взысканию в пользу потерпевшей, судом первой инстанции обоснованно учтены характер причиненных ей нравственных страданий, степень вины Пителя, его материальное положение и возможность получения им денежного дохода, а также требования разумности и справедливости, о чем суд указал в приговоре, мотивируя частичное удовлетворение заявленных исковых требований. Размер удовлетворенных требований, по мнению суда апелляционной инстанции, завышенным не является.

На основании изложенного, поскольку судом каких-либо существенных нарушений норм уголовно-процессуального закона и неправильного применения уголовного закона, которые повлияли или могли повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, не допущено, оснований для удовлетворения поданных апелляционных жалоб не имеется.

Руководствуясь ст. 389.20, 389.28 и 389.33 УПК РФ, окружной военный суд

постановил:

приговор Санкт-Петербургского гарнизонного военного суда от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 оставить без изменения, а апелляционные жалобы защитника – адвоката Магомедкасумова Т.Н. – без удовлетворения.

Председательствующий подпись

Верно.

Судья 1-го Западного 

окружного военного суда А.В. Карнаухов