Дело № 2-935/2017 

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

31 мая 2017 года Ленинский районный суд г. Магнитогорска Челябинской области в составе:

председательствующего судьи: Васильевой Т.Г.,

при секретаре: Засядько Ю.Е.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2 и просил взыскать компенсацию морального вреда в сумме 50000 рублей, а также расходы по оплате услуг представителя в сумме 15000 рублей. В обоснование иска ФИО1 указал, что 25 мая 2016 года между истцом и ответчиком произошел конфликт, в ходе которого ФИО2 нанес истцу удар по лицу, затем схватил за одежду и повалил на асфальт. В результате падения истец ударился головой о стену, кроме того, ответчик нанес ему не менее трех ударов кулаком по голове. Согласно акту судебно-медицинского обследования ФИО2 причинил кровоподтек в височной области справа, три ссадины на правой верхней конечности, ссадину на левой нижней конечности, все повреждения возникли от воздействия тупых твердых предметов, не повлекли за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности. По указанному факту истец обратился в полицию, на момент причинения телесных повреждений действия ФИО2 содержали в себе признаки преступления, предусмотренного ч.1 ст.116 УК РФ, однако в связи с изменениями в законе, указанные действия были декриминализованы, поэтому ФИО2 не был привлечен к уголовной ответственности. 

В судебном заседании ФИО1 и его представитель ФИО3 (ордер от 15.05.2017 года) поддержали заявленные требования.

Ответчик ФИО2 и его представитель ФИО4 (доверенность от 08.04.2017 года) возражали против удовлетворения иска и пояснили, что обращаясь в суд с иском к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда, ФИО1 пытается выстроить линию защиты по уголовному делу по обвинению ФИО5 в причинении ФИО2 вреда здоровью средней тяжести. ФИО2 отрицал в судебном заседании факт причинения ФИО5 телесных повреждений. Пояснил, что ФИО5 спровоцировал конфликт, обозвал его и первый начал наносить ему телесные повреждения. Защищаясь от нападения ФИО1, он схватил его за руки, и они вместе упали на асфальт. ФИО1 встал и убежал. Никаких телесных повреждений у ФИО5 25.05.2016 года не было зафиксировано, от медицинской помощи он отказался. Между тем, он был госпитализирован, поскольку ФИО1 где-то взял палку и избил его возле школьного двора.

Выслушав объяснения участников процесса, исследовав доказательства, суд пришел к выводу, что требования истца подлежат частичному удовлетворению.

В соответствии с требованиями ст.151 Гражданского кодекса РФ, если гражданину причинен моральный вред действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие материальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины ответчика и иные заслуживающие внимания обстоятельства, степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому был причинен вред.

В соответствии со ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Как установлено судом, 25 мая 2016 года ФИО2 умышленно нанес ФИО1 не менее одного удара по голове, не менее трех ударов по рукам, и не менее одного удара по ноге.

Указанные обстоятельства помимо объяснений истца подтверждены показаниями свидетелей Ф.О.А. и К.Т.К., которые являлись непосредственными очевидцами причинения телесных повреждений.

У суда нет оснований не доверять показаниям указанных свидетелей, поскольку они последовательны, и подтверждены актом судебно-медицинского обследования от 30 мая 2016 года, где зафиксированы телесные повреждения, имевшие место у ФИО1.

Согласно акту судебно-медицинского обследования № 228 «А» от 30 мая 2016 года у ФИО1 имеют место кровоподтек в височной области справа; три ссадины на правой верхней конечности; ссадина на левой нижней конечности. Все эти повреждения возникли от воздействия (удар, соударения) тупых твердых предметов и, как в совокупности, так и каждое в отдельности, не повлекли за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности и поэтому вреда здоровью не причинили.

Показания свидетелей Ф.О.А. и К.Т.К. об обстоятельствах имевшего место конфликта, нанесения телесных повреждений совпадают с локализацией телесных повреждений, зафиксированных судебным экспертом у ФИО1.

Более того, ФИО2 не отрицал, что видел как К.Т.К., живущая в квартире на первом этаже их подъезда мыла окна, в момент, когда произошел конфликт.

ФИО2 не отрицал и присутствие Ф.О.А. во дворе, когда произошел конфликт.

При таких обстоятельствах, у суда нет оснований ставить под сомнение показания свидетелей, поскольку они действительно являлись очевидцами имевшего место конфликта и причинения телесных повреждений.

Доводы ответчика о том, что указанные свидетели его оговаривают, не подтверждены доказательствами.

Ссылка ответчика в обоснование необходимости критического отношения к показаниям указанных свидетелей на приговор суда в отношении ФИО1 несостоятельна, поскольку суд оценивал показания указанных лиц критически в части того, что они не видели палки у ФИО1, и утверждали, что стороны обоюдно наносили удары, исходя из одного факта конфликтных отношений, без учета медицинского акта о причинении ФИО5 телесных повреждений.

Между тем, сопоставив объяснения сторон с показаниями свидетелей, а также обстоятельствами, указанными в приговоре суда от 21 апреля 2017 года, суд пришел к выводу, что 25 мая 2016 года у подъезда стороны наносили другу умышленные повреждения, в результате чего ФИО1 были причинены телесные повреждения, не вызвавшие расстройства здоровья, затем ФИО1 убежал, а ФИО2 пошел разыскивать свою собаку в сторону школьного двора, где произошел второй конфликт, описанный в приговоре суда.

Доводы ответчика ФИО2, а также показания свидетелей Х.И.П., И.Р.Н., Г.Г.В. о том, что не видели у ФИО1 25 мая 2016 года телесных повреждений, не опровергают доводы истца о причинении ему телесных повреждений, поскольку их локализация на руках, ноге и волосистой части головы исключает их видимость без осмотра. 

При этом в своих объяснениях в полиции ФИО1 жаловался на головную боль, в результате причиненных ему телесных повреждений, 31 мая 2016 года зафиксированы его жалобы на приеме у терапевта, невролога, в связи с чем, ФИО5 назначено лечение по поводу ЗЧМТ.

Ссылка ответчика на фальсификацию медицинской карты, несостоятельна, поскольку медицинская карта истребована судом, оригинал карты обозревался в суде. Медицинская карта содержит обращения ФИО1 с жалобами до 25 мая 2016 года, в медицинской карте имеются лабораторные исследования, и т.п., что исключает ее фальсификацию.

При таких обстоятельствах, взысканию с ответчика в пользу ФИО1 подлежит компенсация морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суд принимал во внимание степень физических и нравственных страданий, перенесенных ФИО1 в результате побоев, необходимость обращения за медицинской помощью к терапевту и неврологу, отсутствие последствий для здоровья.

С учетом требований разумности и справедливости, а также с учетом разъяснений Постановления Пленума Верховного суда РФ «О некоторых вопросах применения законодательства о компенсации морального вреда» от 20 декабря 1994 года, суд полагает правильным удовлетворить требование истца в размере 9000 рублей. 

Определенный размер компенсации морального вреда в наибольшей степени обеспечивает баланс прав и законных интересов потерпевшего от причинения вреда и непосредственно причинителя вреда, компенсируя потерпевшему в некоторой степени утрату здоровья, причиненные физические и нравственные страдания. 

По общему правилу, предусмотренному частью 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

В соответствии с частью 1 статьи 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В силу абзаца 5 статьи 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся расходы на оплату услуг представителей.

В части 1 статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Как следует из содержания указанных норм, они не ограничивают виды подлежащих возмещению расходов, понесенных в связи с участием представителя в судебном заседании, а устанавливают лишь критерий при определении размера оплаты услуг представителя, направленный против его необоснованного завышения.

При разрешении вопроса о судебных издержках расходы, связанные с оплатой услуг представителя, как и иные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, требуют судебной оценки на предмет их связи с рассмотрением дела, а также их необходимости, оправданности и разумности; возмещение стороне расходов на оплату услуг представителя может производиться только в том случае, если сторона докажет, что в действительности имело место несение указанных расходов, объем и оплату которых, в свою очередь, определяют стороны гражданско-правовой сделки между представителем и представляемым лицом.

Определяя размер сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов.

Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Учитывая, что требования ФИО1 удовлетворены, то удовлетворению подлежит требование о возмещении судебных расходов.

Факт несения расходов по оплате услуг представителя подтвержден представленной в суд квитанцией об оплате на сумму 15000 рублей. 

Учитывая принцип разумности, справедливости, характер спорных отношений, участие представителя в трех судебных заседаниях, суд полагает, что возмещению подлежат расходы в сумме 7000 рублей.

Руководствуясь ст.194-198 ГПК РФ суд.

РЕШИЛ:

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 в счет компенсации морального вреда 9000 рублей, расходы и расходы по оплате услуг представителя в размере 7000 рублей, в остальной части иска, отказать.

Решение может быть обжаловано в Челябинский областной суд в течение месяца путем подачи апелляционной жалобы через Ленинский районный суд г. Магнитогорска.

Председательствующий: