Судья Куралевская А.Б. Дело № 22-24/2020 

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Магадан 29 января 2020 года

Магаданский областной суд в составе:

председательствующего судьи Хомутова А.А., 

при секретаре Морозове В.С.,

с участием: 

прокурора отдела прокуратуры Магаданской области Мусина Р.Р.,

защитника оправданного ФИО1 – адвоката Магаданской областной коллегии адвокатов Куприс М.В., представившей удостоверение №... от 

<

дата> и ордер №... от 

<

дата>,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя – прокурора Северо-Эвенского района Магаданской области Маричук Т.С. на приговор Среднеканского районного суда Магаданской области от 27 ноября 2019 года, которым

ФИО1, 

<

.......> судимый:

- 29 ноября 2018 года приговором Северо-Эвенского районного суда Магаданской области по п. «в» ч.1 ст.256 УК РФ к исправительным работам на срок 1 год с удержанием в доход государства 10% заработка ежемесячно, с самостоятельным исполнением приговора от 12 апреля 2018 года. Постановлением Северо-Эвенского районного суда Магаданской области от 11 июня 2019 года неотбытая часть исправительных работ сроком 7 месяцев 26 дней заменена лишением свободы на срок 2 месяца 18 дней. Снят с учета по отбытии наказания;

- 25 июля 2019 года приговором Северо-Эвенского районного суда Магаданской области по ч.4 ст.222 УК РФ к ограничению свободы на срок 1 год,

оправдан в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч.2 ст.115 УК РФ.

Мера процессуального принуждения в виде обязательства о явке отменена по вступлению приговора в законную силу.

Приговором разрешен вопрос в части вещественных доказательств.

Оправданному ФИО1 разъяснено право на возмещение вреда, причиненного незаконными действиями органа дознания согласно ст.1070 ГК РФ, а также право на реабилитацию.

Заслушав председательствующего, изложившего краткое содержание обжалуемого приговора и доводы апелляционного представления, выслушав прокурора Мусина Р.Р., который поддержал апелляционное представление и просил приговор суда первой инстанции в отношении ФИО1 отменить, выступление защитника оправданного ФИО1 - адвоката Куприс М.В., просившей об оставлении оправдательного приговора суда без изменения, а апелляционного представления без удовлетворения, суд

у с т а н о в и л :

согласно материалам дела, органом дознания ФИО1 обвинялся в том, что он 6 марта 2019 года в период времени с 9 часов 00 минут до 13 часов 00 минут, находясь по своему месту жительства в квартире №... дома №... по 

<

адрес>, будучи в состоянии алкогольного опьянения, в ходе ссоры, возникшей на почве личных неприязненных отношений, действуя умышленно, осознавая общественную опасность совершаемых им действий и желая наступления общественно опасных последствий, направленных на причинение телесных повреждений Б., выхватил у последней из руки кухонный нож, используемый в качестве оружия и действуя умышленно с целью причинения вреда здоровью, с применением ножа в качестве оружия, нанес один удар в область левой брови Б., причинив ей телесное повреждение в виде раны мягких тканей области левой брови, которое, согласно заключению экспертов №.../ж от 21 марта 2019 года, квалифицируется как причинившее легкий вред здоровью, по признаку кратковременного расстройства здоровья сроком до 21 дня.

Указанные действия ФИО1 квалифицированы по п. «в» ч.2 ст.115 УК РФ, как умышленное причинение легкого вреда здоровью, вызвавшего кратковременное расстройство здоровья, с применением предмета, используемого в качестве оружия.

Однако вопреки предъявленному обвинению, судом первой инстанции в ходе разбирательства по делу было установлено, что 6 марта 2019 года в период времени с 9 часов 00 минут до 13 часов 00 минут, ФИО1 и Б. находились по своему месту жительства в квартире №... дома №... по 

<

адрес>, где распивали спиртные напитки. В ходе распития, на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений между Б. и ФИО1 возникла ссора, в ходе которой Б. прошла в кухню, взяла со стола кухонный нож, вернулась в комнату, и подойдя к сидящему в кресле ФИО1 на близкое расстояние стала размахивать перед ним ножом высказывая при этом в его адрес угрозу убийством, произнося слова «я тебя убью». В сложившейся ситуации ФИО1 воспринял слова и действия агрессивно настроенной и находящейся в состоянии алкогольного опьянения Б. как реальную угрозу убийством. Затем Б. этим же ножом нанесла ФИО1 два удара в жизненно важную область тела – грудную клетку, в связи с чем, ФИО1 объективно воспринимая реальную угрозу для своей жизни, вскочил с кресла, выхватил у Б. из руки нож, рукояткой которого нанес один удар в область левой брови Б., причинив последней телесное повреждение в виде раны мягких тканей в области левой брови, квалифицированное как причинившее легкий вред здоровью, по признаку кратковременного расстройства здоровья сроком до 21 дня.

Суд, признав в действиях ФИО1 элементы необходимой обороны, постановил по делу оправдательный приговор.

В апелляционном представлении государственный обвинитель – прокурор Северо-Эвенского района Магаданской области Маричук Т.С. считает приговор не соответствующим ч.4 ст.7 и ст.297 УПК РФ и подлежащим отмене в связи с несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам дела, неправильным применением уголовного закона.

Ссылаясь на правовые позиции Конституционного Суда РФ, а также нормы уголовно-процессуального закона, выражает несогласие с выводом суда о том, что действия, совершенные ФИО1 по причинению легкого вреда здоровью Б., в силу ч.1 ст.37 УК РФ, не являются преступлением, поскольку он противоречит п.7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 сентября 2012 года № 19.

Обращает внимание на то, что суд, в нарушение требований закона, не принял во внимание показания ФИО1, согласно которым он ударил Б. рукояткой ножа не защищаясь от ее действий, а желая причинить ей боль, понимая при этом, что мог просто оттолкнуть ее от себя, вследствие чего посягательство на него со стороны Б. было бы окончено, ограничившись утверждением о том, что действия Б. для него были неожиданными, и в случае, если бы он не выхватил нож, реальная угроза посягательства на его жизнь сохранилась.

По мнению государственного обвинителя, такой вывод суда является голословным, носит характер произвольных суждений, не подтверждается материалами дела, поскольку в судебном заседании потерпевшая Б. пояснила, что когда Ачече забирал у нее нож, она не оказывала сопротивления, не пыталась его удержать, не желала наносить ему еще удары ножом.

Полагает, что действия ФИО1 по причинению телесных повреждений потерпевшей не были обусловлены необходимостью защиты от посягательства, а были совершены из чувства личной к ней неприязни, поэтому не являются необходимой обороной.

Кроме того, обращает внимание на то, что Б. является женщиной в возрасте 49 лет и физически слабее ФИО1, который является молодым мужчиной в возрасте 33 лет, превосходит потерпевшую по росту и весу.

Указывает, что не нашли отражения и не были надлежащим образом оценены выводы заключения судебно-медицинской экспертизы №.../ж от 21 марта 2019 года, согласно которым у ФИО1 имеются две непроникающие колото-резанные раны грудной клетки слева, рекомендовано амбулаторное лечение.

Считает, что допущенные судом первой инстанции нарушения правил оценки доказательств, а также игнорирование и искажение доказательств стороны обвинения привели к постановлению неправосудного акта, искажающего саму суть правосудия.

Просит приговор в отношении ФИО1 отменить, дело направить на новое судебное разбирательство в тот же суд в ином составе.

На апелляционное представление прокурора, защитником оправданного ФИО1 - адвокатом Карпенко В.М. поданы возражения, в которых он считает приговор суда законным и справедливым, просит оставить его без изменения, а апелляционное представление без удовлетворения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционного представления, возражений на них, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены приговора по следующим основаниям.

Согласно ч.1 ст.37 УК РФ, не является преступлением причинение вреда посягающему лицу в состоянии необходимой обороны, то есть при защите личности и прав обороняющегося или других лиц, охраняемых законом интересов общества или государства от общественно опасного посягательства, если это посягательство было сопряжено с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия.

В соответствии с п.2 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 19 от 27 сентября 2012 года общественно опасное посягательство, сопряженное с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, представляет собой деяние, которое в момент его совершения создавало реальную опасность для жизни обороняющегося или другого лица. О наличии такого посягательства могут свидетельствовать, в частности: причинение вреда здоровью, создающего реальную угрозу для жизни обороняющегося или другого лица (например, ранения жизненно важных органов), применение способа посягательства, создающего реальную угрозу для жизни обороняющегося или другого лица (применение оружия или предметов, используемых в качестве оружия, удушение, поджог и т.п.).Непосредственная угроза применения насилия, опасного для жизни обороняющегося или другого лица, может выражаться, в частности, в высказываниях о намерении немедленно причинить обороняющемуся или другому лицу смерть или вред здоровью, опасный для жизни, демонстрации нападающим оружия или предметов, используемых в качестве оружия, взрывных устройств, если с учетом конкретной обстановки имелись основания опасаться осуществления этой угрозы.

Согласно п.8 указанного постановления Пленума Верховного Суда РФ, состояние необходимой обороны может иметь место, в том числе в случаях, когда защита последовала непосредственно за актом хотя и оконченного посягательства, но исходя из обстоятельств, для оборонявшегося лица не был ясен момент его окончания и, лицо ошибочно полагало, что посягательство продолжается.

Переход оружия или других предметов, использованных в качестве оружия при посягательстве, от посягавшего лица к оборонявшемуся лицу сам по себе не может свидетельствовать об окончании посягательства, если с учетом интенсивности нападения, числа посягавших лиц, их возраста, пола, физического развития и других обстоятельств сохранялась реальная угроза продолжения такого посягательства.

Как следует из п.10 данного постановления, при защите от общественно опасного посягательства, сопряженного с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия (часть 1 статьи 37 УК РФ), обороняющееся лицо вправе причинить любой по характеру и объему вред посягающему лицу.

Судом первой инстанции фактически установлено, что вопреки требованиям уголовно-процессуального закона орган предварительного следствия, излагая содержание предъявленного обвинения, не привел ряд существенных сведений, характеризующих обстоятельства возникновения конфликта между подсудимым и потерпевшей. В частности, в обвинении отсутствует указание о том, что моменту нанесения ФИО1 ударов рукояткой ножа потерпевшей Б. предшествовали действия последней, выразившиеся в том, что она размахивала перед ФИО1 ножом, угрожала его убить, после чего дважды ударила ножом ему в грудь.

В противоположность органу следствия, суд первой инстанции тщательно проанализировал эти обстоятельства и объективно установил фактическую картину произошедшего.

Выводы суда о наличии в действиях ФИО1 необходимой обороны, в момент, когда он наносил удар рукояткой ножа Б., соответствуют фактическим обстоятельствам, установленным судом первой инстанции, подтверждаются совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, в отношении которых не имеется оснований для признания их недопустимыми.

Так, оправданный ФИО1 на протяжении предварительного следствия и судебного разбирательства не отрицал, что 6 марта 2019 года он в квартире №... дома №...-а по 

<

адрес> распивал спиртные напитки с братом А. и сожительницей Б. При распитии между ним и Б. произошел конфликт, в ходе которого Б. размахивала перед ним ножом, кричала, что убьет его. Данную угрозу он воспринимал реально, поскольку у Б. было злое выражение лица, она в ярости приближалась к нему, продолжая размахивать ножом. Учитывая, что он находился в состоянии алкогольного опьянения, сил у него было немного, заступиться за него было некому, он осознавал, что Б. вполне могла осуществить высказанные угрозы. В какой-то момент Б. резко подошла к нему и два раза ударила ножом в грудь. Опасаясь за свою жизнь, он вскочил с кресла, в котором сидел в момент нанесения ударов, выхватил из рук Б. нож и нанес рукояткой этого ножа удар в область левой брови Б.. После этого Б. ушла из квартиры.

Суд первой инстанции обосновано посчитал показания ФИО1 достоверными, поскольку они являлись последовательными, не противоречивыми, а кроме того нашли свое подтверждение в совокупности других представленных суду доказательств: показаний потерпевшей Б., инициатора конфликта, которая не отрицала того, что угрожала сидящему в кресле ФИО1 убийством размахивая перед ним ножом, а затем нанесла два удара ножом ему в грудь, вследствие чего последний вскочил с кресла, выхватил у нее из руки нож и рукояткой ударил ей в область левой брови; заключения судебно-медицинской экспертизы №.../ж от 21 марта 2019 года, согласно которому у ФИО1 установлены телесные повреждения в виде двух колото-резанных ран мягких тканей передней и переднебоковой поверхности грудной клетки, квалифицированные как причинившие легкий вред здоровью; протоколов осмотра места происшествия от 7 марта 2019 года и от 28 марта 2019 года; протоколов допросов ФИО1 в качестве подозреваемого от 1 и 13 апреля 2019 года, проверки его показаний на места от 12 апреля 2019 года, иными изложенными в приговоре доказательствами.

Основываясь на совокупности собранных по делу доказательств, суд пришел к правильному выводу о наличии в действиях ФИО1 признаков необходимой обороны, поскольку последний подвергся нападению со стороны Б., в ходе которого она применила к ФИО1 насилие опасное для его жизни и здоровья, нанеся ему неоднократные удары ножом в область груди. Действия нападавшей были агрессивными, непосредственно перед нападением она высказывала в адрес ФИО1 угрозу убийством, которую он воспринял реально, из поведения Б. не было очевидно, что она намерена прекратить свои противоправные действия. При таких обстоятельствах у ФИО1 имелись все основания опасаться за свою жизнь и здоровье, и в силу ст.37 УК РФ право защищать себя любыми возможными способами, в том числе путем причинения вреда посягающему на него лицу предметом, который последний использовал в качестве оружия.

При этом в согласно ч.3 ст.37 УК РФ право на самооборону распространяется на любое лицо, в том числе и при обстоятельствах, когда у него имеется возможность избежать общественно опасного посягательства, либо обратиться за помощью к другим лицам или органам власти.

При таких обстоятельствах, доводы представления о том, что ФИО1 мог не причинять вред Б., не основаны на законе.

Из представленных материалов, в частности, из протокола судебного заседания усматривается, что все доводы обвинения, аналогичные тем, которые приводятся в апелляционном представлении, судом первой инстанции тщательно проверялись, им была дана соответствующая оценка, обоснование которой надлежаще изложено в приговоре.

Все доказательства представленные суду, всесторонне, полно и объективно исследованы. В соответствии с требованиями ст.ст.87, 88 УПК РФ суд проверил, сопоставил представленные доказательства между собой и дал оценку с точки зрения их относимости, допустимости и достоверности, а их совокупность достаточной для признания ФИО1 невиновным в инкриминируемом ему преступлении.

Выводы суда, изложенные в приговоре, основаны только на исследованных в ходе судебного разбирательства доказательствах, и соответствуют им, вследствие чего с доводами апелляционного представления о несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам дела, суд согласиться не может.

Вопреки доводам представления, судом в результате тщательной проверки представленных доказательств, сделан верный и обоснованный вывод о том, что они не опровергают показания ФИО1, а напротив, свидетельствуют о совершении на него опасного для жизни нападения со стороны потерпевшей Б., защищаясь от которого он и причинил последней телесные повреждения.

В силу опасности примененного Б. насилия к ФИО1, обстоятельств нападения на последнего, действия обвиняемого, применившего рукоятку ножа для защиты своей жизни, нельзя признать неадекватными, не соразмерными степени общественной опасности совершенного на него посягательства.

Доводы стороны обвинения о том, что ФИО1 причинил Б. телесные повреждения не с целью обороны, а желая, чтобы она испытала чувство боли, оценены судом первой инстанции и обоснованно не приняты во внимание, поскольку в силу ч.1 ст.37 УК РФ и изложенных в п.10 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 19 от 27 сентября 2012 года разъяснений ФИО1 был вправе защищаться любым доступным ему способом, в том числе и путем умышленного причинения телесных повреждений лицу, посягающему на его жизнь. 

Каких-либо новых доводов (доказательств) в апелляционном представлении государственным обвинителем не приведено, в связи с чем, его нельзя признать обоснованным. 

Таким образом, содержание выводов и мотивы принятого судом первой инстанции решения надлежаще изложены в приговоре, не согласиться с указанными выводами оснований не имеется.

Судом первой инстанции дело рассмотрено с соблюдением требований уголовного и уголовно-процессуального закона, нарушений влекущих изменение или отмену приговора, допущено не было и с учетом изложенного, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для удовлетворения апелляционного представления.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

п о с т а н о в и л :

приговор Среднеканского районного суда Магаданской области от 27 ноября 2019 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, а апелляционное представление государственного обвинителя Маричук Т.С. – без удовлетворения.

Судья А.А. Хомутов