Дело № 2-635/2018 

<

****>

Р Е Ш Е Н И Е

И М Е Н Е М Р О С С И Й С К О Й Ф Е Д Е Р А Ц И И 

17 октября 2018 года г. Кимры

Кимрский городской суд Тверской области в составе

председательствующего судьи Смирновой Г.М.,

при секретаре судебного заседания Дементьеве М.В., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Боярских ФИО16 к акционерному обществу «Кимрская фабрика имени Горького» о возмещении вреда здоровью, причиненного производственной травмой, компенсации морального вреда, 

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратилась в Кимрский городской суд Тверской области с иском к акционерному обществу «Кимрская фабрика имени Горького» о возмещении вреда здоровью, причиненного производственной травмой, компенсации морального вреда.

Исковые требования мотивированы тем, что она, ФИО1, состояла в трудовых отношениях с ответчиком на основании трудового договора. Работодателем допущены существенные нарушения ее трудовых прав. По вине работодателя ею получена производственная травма, в результате которой произошла травматическая ампутация 1 пальца левой руки на уровне ногтевой фаланги, 2 пальца на уровне проксимального фалангового сустава. Указанные телесные повреждения непоправимы.

Она, истец, работала в должности сборщика деталей и изделий в цехе по производству респираторов в АО «Кимрская фабрика им. Горького». Стаж работы в указанной должности составлял на момент несчастного случая на производстве 1 месяц 12 дней. 22 декабря 2017 г. произошел несчастный случай на участке по производству респираторов «СПИРО», установка для вырубки отверстия клапана модель №* головка пресса с вырубным ножом.

Ответчиком составлен акт №* о несчастном случае на производстве от 25 декабря 2018 г. При этом в п. 6 акта №* работодатель указывает, что проводился первичный вводный инструктаж по занимаемой ею должности сборщика деталей и изделий 10 ноября 2017 г. Однако фактически никакой инструктаж не проводился, с инструкцией ее по охране труда при выполнении работ на прессе для вырубки отверстия клапана №* (инструкция №*) никто не знакомил. Факт ознакомления с инструкцией носил формальный характер. Стажировка по занимаемой должности не проводилась, обучение отсутствовало. Оборудованием, использование которого привело к несчастному случаю, являлась установка для вырубки отверстия клапана №* (Китай). В акте №* от 25 декабря 2017 г. указаны следующие обстоятельства несчастного случая: 22 декабря 2017 г. сборщик деталей и изделий ФИО1 выполняла работу на установке по вырубке отверстия под клапан выдоха для респиратора «СПИРО-300», нарушила инструкцию по охране труда, рукой поправляла заготовку респиратора и одновременно нажала на педаль пуска оборудования. В результате этого сборщик деталей и изделий ФИО1 получила травму большого и указательного пальцев левой руки. Происшествие произошло в результате воздействия движущихся вращающихся деталей оборудования, механизмов и инструментов.

В результате ей, ФИО1, произвели ампутацию 1 пальца левой руки на уровне ногтевой фаланги, 2 пальца на уровне проксимального фалангового сустава, данное телесное повреждение не относится к тяжелым. В качестве причины несчастного случая работодатель необоснованно указал нарушение требований инструкции по охране труда «Инструкция по охране труда при выполнении работ на прессе для вырубки отверстия клапана №* инструкция №*. Она, ФИО1, указана в качестве лица, допустившего нарушения требований охраны труда, степень вины пострадавшего указана в размере 20 %. 

Считает, что данные обстоятельства не соответствуют действительности. Работодатель в нарушение действующего трудового законодательства скрывал действительные обстоятельства несчастного случая, произошедшего с ней на производстве. Ее, истца, вины в произошедшем нет, в связи с чем она вынуждена была обратиться с жалобой в Государственную инспекцию труда в Тверской области с целью проведения проверки. Государственной инспекцией труда в Тверской области проведено расследование на основании требований ст. 229 Трудового кодекса Российской Федерации. Согласно заключению государственного инспектора труда в ходе проведенного расследования установлено, что она, ФИО1, работала в должности сборщика деталей и изделий с 10 ноября 2017 г. в соответствии с трудовым договором. 22 декабря 2017 г. в 19:45 во время вырубки отверстия клапана респиратора на установке №* ФИО1 получила производственную травму кисти левой руки. 

В ходе проведения расследования несчастного случая в соответствии со ст. 229.3 Трудового кодекса Российской Федерации государственным инспектором труда Государственной инспекции труда в Тверской области ФИО2 установлено: в АО «Кимрская фабрика им. Горького» ФИО1 прошла вводный инструктаж, инструктаж на рабочем месте; стажировку, обучение и проверку знаний требований охраны труда по профессии сборщик деталей и изделий ФИО1 на момент несчастного случая не проходила; ввод в эксплуатацию установки вырубки отверстия клапана №* - 27 сентября 2017 г.; в соответствии с журналом осмотра оборудования установка вырубки отверстия клапана №* на момент осмотра 19 декабря 2017 г. была в рабочем состоянии, дефекты при осмотре не обнаружены; в соответствии с п. 3.1 технологической инструкции № №*, утвержденной главным инженером предприятия ФИО3 22 сентября 2017 г., для правильного выполнения вырубки отверстия в прессе HD-0209 необходимо «двумя руками взять маску респиратора в местах приварки зажимов (лент оголовья), одеть на плиту приспособления, совмещая респиратор по обтюрации с фиксатором (ограничителем) конфигурации» в соответствии с п. 3.2 «пройти вырубку отверстия под клапан выхода, нажав ногой на педаль. После выполнения операции ногу с педали убрать»; в соответствии с протоколом опроса ФИО4, сборщика деталей изделий АО «Кимрская фабрика им. Горького», работающей на установке вырубки отверстия клапана №* 22 декабря 2017 г., до момента несчастного случая жалоб на работу пресса у нее не было. Она отсидела на этой машине три недели до случая с ФИО1 и по сей день работает на нем; в результате осмотра оборудования, анализа технической документации на установку вырубки отверстия клапана №*, опроса должностных лиц и работников, осуществляющих работу и технический осмотр установки, государственный инспектор труда пришел к выводу, что на момент несчастного случая с ФИО1 механизм пресса был технически исправен и приведен в движение в результате случайного нажатия ногой педали.

По результатам проведения проверки работодателю выдано предписание об устранении нарушений законодательства об охране труда: акт № 8 (ф. Н-1) от 25 декабря 2017 г. признать утратившим силу; составить и утвердить новый акт (ф. Н-1) о несчастном случае на производстве с ФИО1 в полном соответствии с заключением государственного инспектора руда в Тверской области ФИО2 от 09 февраля 2017 г. В отношении АО «Кимрская фабрика им. Горького» возбуждены дела об административных правонарушениях по ч. 1 ст. 5.27.1 КоАП РФ, ч. 2 ст. 5.27 КоАП РФ, ч. 3 ст. 5.27.1 КоАП РФ.

Согласно медицинскому заключению о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести, выданного ГБУЗ ТО «Кимрская ЦРБ», травма, полученная ею, истцом, - «Травматическая ампутация 1 пальца левой кисти на уровне ногтевой фаланги, II пальца на уровне проксимального фалангового сустава» относится к категории легких производственных травм. Государственный инспектор труда в заключении пришел к выводам, что причинами, вызвавшими несчастный случай являются: основная причина: 5.1. недостатки в организации и проведении подготовки работников по охране труда (код 10).

Таким образом, на момент несчастного случая на производстве, в 19:45 22 декабря 2017 г. она, ФИО1, была допущена к исполнению трудовых обязанностей без прохождения в установленном порядке проверки знаний требований охраны труда. В нарушение требований ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель АО «Кимрская фабрика им. Горького» не обеспечил ее ознакомление под роспись с принятым локальным нормативным актом, непосредственно связанным с ее трудовой деятельностью, а именно технологической инструкцией № №* утвержденной главным инженером ФИО3 22 сентября 2017 г. Сопутствующей причиной несчастного случая явилось также нарушение технологического процесса (код 05). В нарушение ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации недостаточный контроль со стороны должностных лиц АО «Кимрская фабрика им. Горького» за безопасным осуществлением ею, ФИО1, технологического процесса по вырубке отверстия под клапан выхода до респиратора «СПИРО-300» на установке №*. Ответственным лицом за допущенные нарушения требований законодательных и иных нормативно-правовых актов, локальных нормативных актов, приведшие к несчастному случаю, являются ФИО17 - мастер производственного участка респираторного производства АО «Кимрская фабрика им. Горького», ФИО7 – инженер-технолог АО «Кимрская фабрика им. Горького». 

Она, истец, считает, что вред здоровью причинен ей по вине ответчика и подлежит возмещению. Кроме того, в результате несчастного случая на производстве ответчиком был причинен ей, ФИО1, моральный вред, выразившийся в ее физических и нравственных страданиях. В результате полученной травмы она испытала физическую боль, была вынуждена длительное время проходить курс реабилитационного лечения, принимать лекарственные препараты, ограничена в своей жизнедеятельности, не может поднимать тяжести, имеются ограничения по труду. Потери являются невосполнимыми, она, истец, никогда не сможет полноценно осуществлять деятельность поврежденной рукой, всю жизнь будет испытывать неудобства, в том числе с эстетической точки зрения. В связи с этим она страдает и нравственно, испытывает чувство неполноценности, которое будет сохраняться всю жизнь.

Ею, ФИО1, также понесены дополнительные расходы на лечение, приобретались лекарственные препараты и средства по назначению врача на основании выписного эпикриза от 09 января 2018 г. №*. Дополнительно понесенные расходы, связанные с повреждением здоровья, подтверждаются следующими документами: товарный чек от 17 января 2018 г. № №* на сумму 371,00 руб. (пикамилон таблетки 50 мг, тауфон капли глазные 4% 10 мл, хлогексидин спрей 100 мл), товарный чек от 16 января 2018 г. № №* на 88,00 руб. ( хлогексидин спрей 100 мл), товарный чек от 15 января 2018 г. № №* на сумму 824,98 (кальция глюконат р-р 100 мл, шприц 3-компонентный 5 мл 5 шт, аркоксиа таблетки 90 мг, ципролет таблетки 500 мг, 10 пачек), товарный чек от 17 февраля 2018 г. № №* на сумму 800,00 руб. (аркоксиа таблетки 120 мг), товарный чек от 19 января 2018 г. №* на сумму 76,00 руб. (флуконазол капли 150 мг 4 штуки), товарный чек от 28 марта 2018 г. №* на сумму 1258,70 руб. (мидокалм 10% 1 мл амп., амелотекс р-р для в/м введ. 15 мг амп. 1,5 мл, вольтарен 1% 20,0 эмульгель, шприц 5 мл), товарный чек от 25 февраля 2018 г. №* на сумму 125,00 руб. (левомеколь мазь 40 гр.), товарный чек от 16 февраля 2018 г. №* на сумму 1742,00 руб., товарный чек от 11 июня 2018 г. № №* на сумму 1199,40 руб. (комбилипен р-р для в/м введ. 2 мл (амелотекс р-р для в/м введения 10 мг/мл амп. 1,5 мл, мидокалм – рихтер р-р д/ин 10 мг, шприц 3-компонентный 5 мл 15 штук), товарный чек от 02 апреля 2018 г. №* на сумму 455,00 руб., товарный чек от 03 апреля 2018 г. № №* на сумму 592,00 руб., товарный чек от 31 января 2018 г. №* на сумму 117,37 руб. (левомеколь мазь), товарный чек от 17 января 2018 г. на сумму 556,00 руб. (лютеин 60 таблеток), товарный чек от 19 января 2018 г. №* на сумму 147,00 руб. (хлоргексидин спрей 100 мл), товарный чек от 09 марта 2018 г. №* на сумму 283,00 руб. (левомеколь 40 мг, эластичные бинты). Общая сумма расходов составила 8634,85 руб. 

Указанные медицинские расходы были понесены в связи с восстановлением ею, ФИО1, здоровья, поврежденного в результате рассматриваемого несчастного случая на производстве, расходы подтверждаются товарными чеками, лекарственные препараты были приобретены в количестве и дозировках, рекомендованных врачом. 

В связи со случившимся она, истец, обратилась за юридической помощью по вопросу возмещения вреда, причиненного здоровью.

10 января 2018 г. между ООО «ЮрЛэнд» и ею заключен договор на оказание юридических услуг по составлению жалобы в Государственную инспекцию труда в Тверской области, а также 12 июля 2018 г. заключен договор с ООО «ЮрЛэнд» по подготовке и составлению искового заявления. Стоимость услуг по договорам составила 7000,00 руб.

На основании изложенного просит взыскать с АО «Кимрская фабрика им. Горького» в ее, ФИО1, пользу денежную сумму в счет компенсации морального вреда в размере 400000,00 руб., дополнительно понесенные медицинские расходы в связи с производственной травмой в размере 8634,85 руб., судебные расходы в размере 7000,00 руб., а всего 415634,85 руб.

От ответчика АО «Кимрская фабрика им. Горького» 13 августа 2018 г. поступил отзыв на исковое заявление ФИО1, согласно которому ФИО1 работала в АО «Кимрская фабрика им. Горького» на должности «Сборщик деталей и изделий (респираторов СПИРО)» на основании заключенного между работником и работодателем трудового договора от 10 ноября 2017 г. № 51.

22 декабря 2017 г. в 19:45 в результате грубого нарушения истцом инструкции по охране труда и техники безопасности при выполнении своих должностных обязанностей произошел несчастный случай, выразившейся в защемлении большого и указательного пальца левой руки установкой для вырубки отверстия клапана выдоха для респиратора «СПИРО» HD-0209. По факту несчастного случая истцу была оказана первая медицинская помощь, а также совершен вызов скорой медицинской помощи. В 20:20 бригадой скорой медицинской помощи истец была доставлена в ГБУЗ ТО «Кимрская ЦРБ». Согласно выданному ГБУЗ ТО «Кимрская ЦРБ» медицинскому заключению о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени тяжести травма полученная истцом относится к категории легких производственных травм.

Считают исковые требования ФИО1 необоснованными, не подлежащими удовлетворению. Выразили несогласие с доводами истца о формальном ее ознакомлении с инструкцией, так как ознакомление истца с вышеуказанной инструкцией проводилось при прохождении ею первичного инструктажа на рабочем месте, что подтверждается подписью ФИО1 в журнале регистрации инструктажа по охране труда на рабочем месте, а также отражено в заключении государственного инспектора при проведении проверки в отношении ответчика.

Считают, что в исковом заявлении содержится необоснованный довод о непроведении обучения и стажировки по занимаемой должности. Обучение безопасным методам и приемам выполнения работ проходит каждый работник ответчика в виде тематического инструктажа, согласно программы первичного инструктажа на рабочем месте работников. Отражение факта прохождения проверки знаний по безопасным методам и приемам выполнения работ не предусмотрено Постановлением Минтруда России, Минобразования России от 13 января 2003 г. № 1/19 «Об утверждении Порядка обучения по охране труда и проверки знаний требований охраны труда работников организаций» (далее- Постановление).

В силу ч. 2 ст. 225 Трудового кодекса Российской Федерации стажировку на рабочем месте должны проходить только лица, поступившие на работу с вредными и (или) опасными условиями труда. 

Согласно п. 2.2.2 Постановления работодатель (или уполномоченное им лицо) обеспечивает обучение лиц, принимаемых на работу с вредными и (или) опасными условиями труда, безопасным методам и приемам выполнения работ со стажировкой на рабочем места и сдачей экзаменов, а в процессе трудовой деятельности - проведение периодического обучения по охране труда и проверки знаний требований охраны труда. Работники рабочих профессий, впервые поступившие на указанные работы либо имеющие перерыв в работе по профессии (виду работ) более года, проходят обучение и проверку знаний требований охраны труда в течение первого месяца после назначения на эти работы.

Согласно карте специальной оценки условий труда работников № №* класс условий труда на рабочем месте истца соответствует классу условий труда 2 (допустимые), в связи с чем прохождение стажировки истцом не является обязательным.

Вышеуказанные обстоятельства о проведении обучения безопасным методам и приемам выполнения работ, а также необходимости стажировки на рабочем месте являлись предметом спора между ответчиком и органом в Московском районном суде г. Твери. Решением Московского районного суда г. Твери постановление о привлечении к административной ответственности по ч. 3 ст. 5.27.1 КоАП РФ от 13 февраля 2018 г. № 7-34-18-ОБ/153/9/Ю с назначением административного наказания в виде штрафа в размере 111000,00 руб. было отменено, дело было направлено на новое рассмотрение. По результатам повторного рассмотрения административного материала постановлением от 25 мая 2018 г. производство по делу об административном правонарушении в отношении ответчика было прекращено в связи с отсутствием состава административного правонарушения. 

Доводы истца о возбуждении дела об административном правонарушении органом в отношении ответчика по ч. 1 ст. 5.27.1 КоАП РФ (неознакомление работника под роспись с принятым локальным нормативным актом, непосредственно связанным с ее трудовой деятельностью, а именно технологической инструкцией № №* по ч. 2 ст. 5.27.1 КоАП РФ (отсутствие подписи работника в карте специальной оценки с ее результатами), как причины повлекшие и сопутствующие возникновению несчастного случая, также являются необоснованными.

Ознакомление работников ответчика с технологической документацией, в том числе с инструкцией № еЧ.25201.00192 происходит в рамках обучающего курса при прохождении программы тематического инструктажа согласно «Программы, первичного инструктажа на рабочем месте работников». В ходе рассмотрения органом возбужденных в отношении ответчика дел об административных правонарушениях по ч. 1 ст. 5.27.1 КоАП РФ ответчик привлечен к административной ответственности с назначением наказания в виде предупреждения (постановление от 13 февраля 2018 г. № 7-34-18-ОБ/153/9/11), по ч. 2 ст. 5.27.1 КоАП РФ ответчик привлечен к административной ответственности с назначением наказания виде предупреждения (постановление № 7-34-18- ОБ/153/9/12).

Согласно ст. 3.4 КоАП РФ предупреждение - мера административного наказания, выраженная в официальном порицании физического или юридического лица. Предупреждение выносится в письменной форме. Предупреждение устанавливается за впервые совершенные административные правонарушения при отсутствии причинения вреда или возникновения угрозы причинения вреда жизни и здоровья людей, объектам животного и растительного мира. Таким образом, привлечение ответчика к административной ответственности органом за вышеуказанные деяния не являются причиной несчастного случая, а носят характер нарушения не относящейся к рассматриваемому инциденту.

Согласно исковому заявлению истец требует взыскать с ответчика моральный вред в размере 400000,00 руб. По мнению ответчика, размер морального вреда значительно завышен истцом и не соответствует соразмерности нравственных и физических страданий истца.

В соответствии п. 17 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», если при причинении вреда жизни или здоровью гражданина имела место грубая неосторожность потерпевшего и отсутствовала вина причинителя вреда, когда его ответственность наступила независимо от вины, размер возмещения вреда должен быть уменьшен судом, но полностью отказ в возмещении вреда в этом случае не допускается (п. 2 ст. 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При определении размера морального вреда ответчик просит учесть суд, что вред был причинен виновными действиями истца, а именно выразился в грубом нарушении ею установленных норм техники безопасности. 

Кроме того, истец заявляет требование о взыскания с ответчика расходов на дополнительное лечение, выразившееся в приобретении истцом лекарственных средств, согласно выписному эпикризу от 09 января 2018 г. №*. Вышеуказанное требование о взыскании с ответчика расходов на дополнительное лечение является безосновательным, а перечень лекарственных средств, заявленных истцом, подлежащем сомнению. Согласно выписному эпикризу от 09 января 2018 г. №* в рекомендациях лечащий врач указывает на применение повязок с хлоргексидином. В списке лекарственных препаратов, перечисленном истцом в исковом заявлении, есть указание на приобретение капель глазных тауфон 4% 10 мл., которые, по мнению ответчика, не относятся к необходимым препаратам в рассматриваемом случае, таким образом, ставя под сомнение весь список лекарств, перечисленных истцом, а также добросовестность действий истца в целом по смыслу ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Истец требует взыскать с ответчика расходы, понесенные ею на оплату услуг юридического характера по договорам с ООО «ЮрЛэнд» за услуги по составлению жалобы в Государственную инспекцию труда в Тверской области в размере 3000,00 руб. и искового заявления в размере 4000,00 руб. Считают, что составление жалобы в Государственную инспекцию труда Тверской области подразумевает под собой административный характер рассмотрения трудового спора в государственном надзорном органе и не имеет отношение к издержкам, связанным с рассмотрением искового заявления в суде. Также считают, что сумма в размере 4000,00 руб. за составление искового заявления является завышенной и не соответствует объему оказанных услуг ООО «ЮрЛэнд».

На основании изложенного просят в удовлетворении заявленных ФИО1 исковых требований о взыскании с АО «Кимрская фабрика им. Горького» денежной суммы в счет компенсации морального вреда в размере 400000,00 руб., компенсации дополнительно понесенных медицинских расходов в связи с травмой в размере 8634,85 руб., судебных расходов в размере 7000,00 руб. отказать.

Определением Кимрского городского суда Тверской области от 24 августа 2018 г. к участию в рассмотрении гражданского дела в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечены Государственная инспекция труда в Тверской области, Государственное учреждение - Тверское региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации.

Представители третьих лиц Государственной инспекции труда в Тверской области, Государственного учреждения - Тверское региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации в судебное заседание не явились. О времени и месте рассмотрения дела извещались судом надлежащим образом. 

От заместителя руководителя Государственной инспекции труда в Тверской области – заместителя главного государственного инспектора труда в Тверской области ФИО8 поступило ходатайство о рассмотрении дела в отсутствие их представителя. Указал, что все обстоятельства несчастного случая, произошедшего 22 декабря 2017 г. с работником ФИО1 в связи с выполнением своих трудовых обязанностей у работодателя АО «Кимрская фабрика им. Горького», изложены в заключение государственного инспектора труда ФИО2 от 09 февраля 2018 г. Данное заключение было направлено ФИО1 заказным письмом с уведомлением посредством почтовой связи. 

Управляющий Государственным учреждением – Тверское региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации ФИО9 представила отзыв на исковое заявление ФИО1, согласно которому произошедший с ФИО1 22 декабря 2017 г. несчастный случай на производстве признан ГУ ТРОФСС страховым случаем. С 16 мая 2018 г. учреждением МСЭ ФИО1 установлена степень утраты профессиональной трудоспособности - 10%. На основании заявлений ФИО1 от 12 июля 2018 г. ГУ ТРОФСС назначило и выплатило ей единовременную и ежемесячную страховую выплаты в соответствии с нормами Федерального закона от 24 июля 1998 г. № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний». В соответствии с программой реабилитации пострадавшего от 16 мая 2018 г., выданной на 1 год, ФИО1 нуждается в санаторно-курортном лечении. По заявлению пострадавшей путевка на санаторно-курортное лечение будет предоставлена ГУ ТРОФСС. Иных форм реабилитации указанный документ не содержит. В соответствии с ч. 3 ст. 8 Федерального закона № 125-ФЗ возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда. Поскольку заявленные исковые требования не затрагивают интересов регионального отделения, просила провести судебное заседание без участия их представителя.

На основании ст. 167 ГПК РФ суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц. 

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержала и просила их удовлетворить в полном объеме, по доводам, изложенным в исковом заявлении. 

Представитель ответчика АО «Кимрская фабрика им. Горького» ФИО10 исковые требования не признал, поддержал доводы, изложенные в отзыве на исковое заявление. Считал, что оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1 не имеется, поскольку несчастный случай с ФИО1 произошел в результате грубого нарушения истцом инструкции по охране труда и техники безопасности при выполнении своих должностных обязанностей. Причинение морального вреда истцу по вине ответчика ничем не подтверждено и не доказано, в связи с чем просил исковые требования ФИО1 оставить без удовлетворения. 

Суд, заслушав истца ФИО1, представителя ответчика ФИО10, оценив показания свидетелей ФИО6, ФИО5, являющихся работниками АО «Кимрская фабрика имени Горького», указавших, что несчастный случай на производстве произошел с ФИО1 в результате нарушения последней технологического процесса при выполнении своих должностных обязанностей, пояснения специалиста – врача травматолога, ортопеда ФИО11, являвшейся лечащим врачом истца, исследовав материалы дела, обозрев медицинскую карту амбулаторного больного ФИО1, материал проверки № №* по факту получения производственной травмы ФИО1, выслушав заключение прокурора Кочергина С.А., полагавшего необходимым удовлетворить исковые требования ФИО1 частично и взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 100000,00 руб., в счет возмещения материального вреда 7850,80 руб. и судебные расходы в размере 7000,00 руб., приходит к следующему.

В соответствии с положениями ст. ст. 20, 41 Конституции Российской Федерации, ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье являются нематериальными благами, принадлежащими гражданину от рождения.

В соответствии со ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

Согласно ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым Кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Судом установлено, что 10 ноября 2017 г. между АО «Кимрская фабрика имени Горького» в лице генерального директора ФИО12 и ФИО1 заключен трудовой договор №*, в соответствии с которым последняя с 10 ноября 2017 г. принята на работу в цех по производству респираторов для выполнения работы по профессии (должности) – сборщик деталей и изделий (респираторов СПИРО) 4 разряда. 

22 декабря 2017 г. в 19:45 в период выполнения должностных обязанностей – во время вырубки отверстия клапана респиратора на установке №* произошел несчастный случай, в результате которого истец получила производственную травму большого и указательного пальцев левой руки. Указанная травма была получена в результате воздействия движущихся вращающихся деталей оборудования, механизмов и инструментов, что привело к травматической ампутации 1 пальца левой кисти на уровне ногтевой фаланги, ампутация 2 пальца левой кисти на уровне первого (проксимального) межфалангового сустава. 

Согласно заключению эксперта от 29 марта 2018 г. №*, произведенного на основании постановления УУП МО МВД России «Кимрский» ФИО13 о назначении судебно - медицинской экспертизы ФИО1, ампутация 1 и 2 пальцев левой кисти сопровождалась причинением среднего вреда здоровью, так как она повлекла за собой длительное расстройство, продолжительностью свыше 21 дня, а также вызвала стойкую утрату общей трудоспособности, свыше 10%, но не менее чем на одну треть (Пункт 9 Правил определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека). 

Иных экспертных заключения в материалы дела не представлено. 

Ответчиком 25 декабря 2017 г. составлен акт №* по форме Н-1, в п. 8 которого указано, что 22 декабря 2017 г. сборщик деталей и изделий ФИО1 выполняла работу на установке по вырубке отверстия под клапан выдоха для респиратора «СПИРО – 300», нарушила инструкцию по охране труда, рукой поправляла заготовку респиратора и одновременно нажала на педаль пуска оборудования, в результате чего получила травму большого и указательного пальцев левой руки. Лицом, допустившим нарушение требований охраны труда, указана ФИО1, нарушившая требования инструкции по охране труда № №*. Степень вины пострадавшего – 20 % (п. 10 акта от 25 декабря 2017 г. № 08). 

Не согласившись с данным актом, истец обратилась в Государственную инспекцию труда в Тверской области. 

По заключению государственного инспектора труда ФИО2 от 09 февраля 2018 г. несчастный случай, произошедший с ФИО1 22 декабря 2017 г., квалифицирован как связанный с производством, подлежит оформлению актом формы Н-1 и учету в АО «Кимрская фабрика имени Горького», так как несчастный случай с ФИО1 произошел в рабочее время, на территории работодателя, при выполнении работ в интересах работодателя. Основной причиной, вызвавшей несчастный случай, явились недостатки в организации и проведении подготовки работников по охране труда, то есть впервые поступившая на указанную работу ФИО1 не прошла проверку знаний требований охраны труда в течение первого месяца после назначения на эти работы. ФИО1 была допущена к исполнению ею трудовых обязанностей без прохождения в установленном порядке проверки знаний требований охраны труда. Работодатель не обеспечил ознакомление под роспись ФИО1 с принятым локальным нормативным актом, непосредственно связанным с ее трудовой деятельностью, а именно с технической инструкцией № еЧ.25201.00192, утвержденной главным инженером ФИО3 22 сентября 2017 г. Сопутствующей причиной явился недостаточный контроль со стороны должностных лиц АО «Кимрская фабрика имени Горького» за безопасным осуществлением ФИО1 технологического процесса по вырубке отверстия под клапан выхода для респиратора «СПИРО – 300» на установке HD-0209. 

Ответственными лицами за допущение нарушения требований законодательных и иных нормативных правовых актов, локальных нормативных актов, приведшие к несчастному случаю, являются ФИО6 – мастер производственного участка респираторного производства АО «Кимрская фабрика имени Горького», ФИО7 – инженер-технолог АО «Кимрская фабрика имени Горького». 

В соответствии с вышеуказанным заключением в отношении АО «Кимрская фабрика имени Горького» было возбужденно три дела об административных правонарушениях по ч. 1 ст. 5.27.1, ч. 2 ст. 5.27.1, ч. 3 ст. 5.27.1 КоАП РФ. Постановлениями Государственной инспекции по труду в Тверской области от 13 февраля 2017 г. АО «Кимрская фабрика им. Горького» было привлечена к административной ответственности в виде предупреждения по ч. 1 ст. 5.27.1, ч. 2 ст. 5.27.1 КоАП РФ. 

В соответствии с решением Московского районного суда г. Твери от 11 апреля 2018 г. по жалобе АО «Кимрская фабрика им. Горького» на постановление по делу об административном правонарушении от 13 февраля 2018 г. № 7-34-18-ОБ/153/9/Ю на основании ст. 4.5 КоАП РФ дело возращено на новое рассмотрение в Государственную инспекцию труда в Тверской области. 25 мая 2018 г. в связи с установлением новых обстоятельств дела, а именно в соответствии с представленным АО «Кимрская фабрика им. Горького» письмом заместителя начальника Управления государственного надзора в сфере труда JI.B. Коваль от 13 ноября 2017 г. № ГТГ/27502-03-3, в котором говорится, что, если у работника рабочей профессий на рабочем месте отсутствуют вредные условия труда (на рабочем месте ФИО1 класс условий труда - допустимые), то не предусмотрено оформление результатов проверки теоретических знаний требований охраны труда и практических навыков безопасности работы. Постановлением Государственной инспекции по труду в Тверской области от 25 мая 2018 г. прекращено производство по делу в связи с отсутствием состава административного правонарушения по ч. 3 ст. 5.27.1 КоАП РФ в отношении АО «Кимрская фабрика имени Горького». 

Процессуальным законом в качестве общего правила закреплена процессуальная обязанность каждой из сторон доказывать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений если иное не предусмотрено законом (ч. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Доказательственная деятельность в первую очередь связана с поведением участников процесса, процессуальная активность которых по доказыванию ограничена процессуальными правилами об относимости, допустимости, достоверности и достаточности доказательств (ст. 56, 59, 60, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Оценивая доказательства, представленные сторонами, суд не может согласиться с позицией ответчика, которая подтверждается лишь показаниями свидетелей, являющихся сотрудниками АО «Кимрская фабрика имени Горького» и имеющих прямую заинтересованность в исходе дела в пользу ответчика, о том, что несчастный случай с истцом произошел в результате допущения последней грубого нарушения инструкции по охране труда и техники безопасности при выполнении своих должностных обязанностей, поскольку опровергается заключением Государственного инспектора труда в Тверской области ФИО2 от 09 февраля 2018 г., которое ответчиком не оспорено, а наоборот, предписания, указанные ответчику, выполнены. 

Так 13 февраля 2018 г. АО «Кимрская фабрика имени Горького» утвержден новый акт б/н о несчастном случае на производстве с ФИО1 в полном соответствии с заключением Государственного инспектора труда в Тверской области ФИО2 от 09 февраля 2018 г. Постановлениями Государственной инспекции труда в Тверской области от 13 февраля 2018 г. № 7-34-18-ОБ/153/9/11 и № 7-34-18-ОБ/153/9/11 АО «Кимрская фабрика имени Горького» признано виновным в совершении административных правонарушений, предусмотренных ч. 1, 2 ст. 5.27.1 КоАП РФ, и назначено административное наказание в виде предупреждения. Данные постановления ответчиком не обжалованы. 

Таким образом, с учетом совокупности представленных доказательств, относясь критически к показаниям свидетелей ФИО6 и ФИО5, которые к тому же не являлись очевидцами произошедшего, суд приходит к выводу о том, что причины несчастного случая, произошедшего с ФИО1 на производстве, изложенные в заключении Государственного инспектора труда в Тверской области ФИО2 от 09 февраля 2018 г. и акте от 13 февраля 2018 г., указывают на виновные действия со стороны должностных лиц АО «Кимрская фабрика имени Горького», между действиями которых и причинением вреда здоровью истца имеется причинно-следственная связь, поскольку событие, в результате которого истец получила повреждение здоровью, произошло в рабочее время и в связи с выполнением последней действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем. Грубой неосторожности со стороны истца не установлено. 

Отсутствие непосредственных очевидцев получения травмы истцом не является основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований, так как получение истцом травмы на производстве подтверждается совокупностью вышеприведенных доказательств, и сам факт получения травмы ответчиком не оспаривается. 

За время прохождения лечения после несчастного случая на производстве истец понесла расходы на приобретение лекарств в размере 8634,85 руб. Факт несения указанных расходов подтверждается представленными в материалы дела чеками. Однако, как следует из объяснений специалиста ФИО11, являющейся лечащим врачом ФИО1, из указанного перечня лекарственных средств, приобретенных истцом, для лечения травмы, лекарственные средства, указанные в чеках, такие как: мидокалм 10% 1 мл № №* амп, амелотекс р-р для в/м введ. 15 мг амп. 1,5 мл № №* вольтаран 1% 20,0 эмульгель, хлоргекседин спрей д/наружн. прим. (спирт) 0,5 % бут. ПЭ с распыл. 100 мл. № №*, ригла бинт эластичный Интэкст трубчатый латексно-полиэфирный 0,15мх2см № №* ригла бинт эластичный Интэкст трубчатый латексно-полиэфирный 0,15мх2,5см № №*, хлоргексидин спрей спиртовой 0,5 % 100мл пласт. фл., бинт трубч эласт р-р № 1, амелотекс р-р д/ин 15мг № №*, лютеин комплекс 0,5 № №* табл., мидокалм рихтер р-р д/ин 100мг + 2,5 мг/мл амп.1 мл № №*, пикамилон табл. 50мг, тафон капл. глаз. 4%, хлоргексидин спрей д/наружн. прим. (спирт) 0,5 %, комбилипен р-р, ципролет табл. 500мг, истцу не назначались, а были назначены неврологом ФИО14 в связи с другим заболеванием. Для лечения травмы, полученной на производстве, ФИО1 были назначены лекарственные препараты левомеколь мазь, аркоксиан таблетки, флуконазол капли, хлорофиллипт, детралекс таблетки, тромбо АСС таблетки, кальция глюканат, шприцы. 

Таким образом, разрешая спор в части взыскания дополнительно понесенных истцом расходов на лечение, суд, исходя из пояснений специалиста ФИО11, не доверять которой оснований не имеется, заинтересованности в исходе дела не установлено, приходит к выводу о частичном удовлетворении требований истца, то есть с ответчика подлежит взысканию сумма расходов, понесенных истцом на лечение в связи с повреждением здоровья, вызванным несчастным случаем на производстве, в размере 4493,00 руб., за исключением стоимости лекарственных средств, не назначенных врачом для лечения полученной ФИО1 травмы. 

Согласно приказам Государственного учреждения – Тверское региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации от 20 июля 2018 г. № 2806-В, № 2804-В истцу назначены и выплачены единовременная и ежемесячная страховые выплаты в соответствии с нормами Федерального закона от 24 июля 1998 г. № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний». 

Доказательств того, что ФИО1 имела право на получение бесплатно медицинских препаратов, назначенных врачом для лечения травмы, по программам медицинского или социального страхования, суду не представлено.

В силу ст. 3 Федерального закона Российской Федерации от 24 июля 1998 г. № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» несчастным случае на производстве является событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных настоящим Федеральным законом случаях как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем, и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.

Возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве, осуществляется причинителем вреда (п. 3 ст. 8 названного Федерального закона).

В соответствии со ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Согласно ст. 151 Гражданского Кодекса Российской Федерации при определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно п. 2 ст. 1101 Гражданского Кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права.

Как следует из п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда.

При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

В соответствии с п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 марта 2011 г. № 2 «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» надлежащим ответчиком по требованиям о компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием либо несчастным случаем на производстве является работодатель (страхователь) или лицо, ответственное за причинение вреда. 

Установив, что несчастный случай с ФИО1 произошел на производстве по вине работодателя – АО «Кимрская фабрика имени Горького», который обязан возместить вред, причиненный работнику в связи с исполнением им трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред, суд полагает, что заслуживают внимание следующие обстоятельства: тяжесть полученной травмы, длительность прохождения лечения, характер и степень нравственных страданий, которые истец вынуждена претерпевать в связи с производственной травмой. 

В ходе рассмотрения гражданского дела умысла со стороны истца, направленного на получение травмы, судом не установлено, в связи с чем оснований для освобождения ответчика от ответственности у суда не имеется.

Кроме того, суд принимает во внимание, что компенсация морального вреда должна носить реальный, а не символический характер, а также то, что к числу наиболее значимых человеческих ценностей относится жизнь и здоровье, а их защита должна быть приоритетной (ст. 3 Всеобщей декларации прав человека и ст. 11 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах). Право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, относится к числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, поскольку является непосредственно производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленных в Конституции Российской Федерации.

Таким образом, при определении размера компенсации вреда, с учетом фактических обстоятельств дела, степени физических и нравственных страданий истца, соразмерности размера компенсации причиненного морального вреда требованиям разумности и справедливости, учитывая степень вины работодателя и его действия, а также учитывая, что полученная истцом травма не относится к тяжелым, последствия получения травмы, сопровождавшиеся причинением среднего вреда здоровью, утратой трудоспособности свыше 10 %, суд приходит к выводу о взыскании с ответчика в пользу истца в счет компенсации морального вреда 100000,00 руб. 

Указанный размер денежной компенсации, по мнению суда, является достаточным и необходимым для возмещения причиненного истцу морального вреда, в полном объеме отвечающим требованиям разумности и справедливости.

Заявляя требования о взыскании компенсации морального вреда в размере 400000,00 руб., истец в нарушение требований ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не представила доказательств необходимости возмещения морального вреда в столь значительном размере, который, по мнению суда, с учетом исследованных обстоятельств дела, является завышенным. 

В соответствии с ч. 1 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных ч. 2 ст. 96 настоящего Кодекса.

Согласно ч. 1 ст. 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Пунктами 10, 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» предусмотрено, что лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек. Разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (ч. 3 ст. 111 АПК РФ, ч. 4 ст. 1 ГПК РФ, ч. 4 ст. 2 КАС РФ). 

Судом установлено, что в связи со случившимся несчастным случаем на производстве и необходимостью составления жалобы в Государственную инспекцию труда в Тверской области истец 10 января 2018 г. заключила договор с ООО «ЮрЛэнд» на оказание юридических услуг и понесла расходы на сумму 3000,00 руб., что подтверждается квитанцией от 10 января 2018 г. Кроме того, реализуя свои права на обращение в суд, истец понесла расходы по составлению искового заявления по договору с ООО «ЮрЛэнд» от 12 июля 2018 г., что подтверждается квитанцией от 12 июля 2018 г. на сумму 4000,00 руб.

По убеждению суда, факт несения указанных выше судебных расходов и связь между понесенными истцом расходами и данным гражданским делом бесспорно доказаны, в связи с чем указанные суммы подлежат взысканию с ответчика в пользу истца. При этом суд не может согласиться с позицией ответчика о том, что понесенные истцом расходы на составление жалобы в Государственную инспекцию труда в Тверской области подразумевает под собой административный характер рассмотрения трудового спора, поскольку заключение Государственного инспектора труда в Тверской области является доказательством по настоящему гражданскому делу, признанным судом допустимым и положенным в основу настоящего решения. 

Согласно ч. 1 ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

Принимая во внимание освобождение истца от уплаты государственной пошлины при подаче иска, с ответчика в доход муниципального образования «Город Кимры Тверской области» подлежит взысканию государственная пошлина в размере 700,00 руб. (400,00 руб. за требование имущественного характера, 300,00 руб. – за требование неимущественного характера).

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194 – 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования Боярских ФИО18 к акционерному обществу «Кимрская фабрика имени Горького» о возмещении вреда здоровью, причиненного производственной травмой, компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с акционерного общества «Кимрская фабрика имени Горького» в пользу ФИО19 в возмещение имущественного вреда 4493 (четыре тысячи четыреста девяносто три) рубля 00 копеек, компенсацию морального вреда в размере 100000 (сто тысяч) рублей 00 копеек, всего 104493 (сто четыре тысячи четыреста девяносто три) рубля 00 копеек.

Взыскать с акционерного общества «Кимрская фабрика имени Горького» в доход муниципального образования «Город Кимры Тверской области» государственную пошлину в размере 700 (семьсот) рублей 00 копеек.

В удовлетворении исковых требований ФИО20 к акционерному обществу «Кимрская фабрика имени Горького», превышающих 104493 (сто четыре тысячи четыреста девяносто три) рубля 00 копеек, отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Тверского областного суда через Кимрский городской суд Тверской области в течение месяца со дня его вынесения.

Решение в окончательной форме принято 05 ноября 2018 года.

Судья Г.М. Смирнова