№ 2-2609/17

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

10 июля 2017 года

Орджоникидзевский районный суд г. Екатеринбурга в составе: 

председательствующего судьи Никулиной А.Л., 

с участием прокурора Курочкиной В.А.,

при секретаре Батуриной И.В.

с участием истца, представителя истца, ответчика, представителя ответчика,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Кострикина И. В. к индивидуальному предпринимателю Байрамалову А. Б. о признании повреждения здоровья несчастным случаем на производстве, обязании выдать акт о несчастном случае, взыскании утраченного заработка, компенсации морального вреда, судебных издержек, 

установил:

истец Кострикин И.В. обратился в суд с иском к индивидуальному предпринимателю Байрамалову А. Б. о признании повреждения здоровья несчастным случаем на производстве, обязании выдать акт о несчастном случае, взыскании утраченного заработка, компенсации морального вреда, судебных издержек, указав, что он с 

<

 дд.мм.гггг > состоит в трудовых отношениях с Индивидуальным предпринимателем Байрамаловым А. Б. (ОГРНИП 

<

 № >), в должности монтажника 

<

 данные изъяты > разряда в структурном подразделении - санитарно-технический участок. 

<

 дд.мм.гггг > по указанию работодателя истец выполнял монтажные работы на территории строящегося дворца спорта, на высоте. При выполнении работ произошел несчастный случай на производстве: истец упал в шахту строительного объекта. При госпитализации в МАУ ГБ 

<

 № > «Травматологическая» в 

<

 данные изъяты > истцу был установлен диагноз: 

<

 данные изъяты >. Согласно справке выданной МАУ ГБ 

<

 № >, травма установлена как производственная. Однако, после произошедшего несчастного случая работодатель попытался скрыть факт произошедшего несчастного случая, неоднократно склонял истца к получению единовременной денежной компенсации взамен проведению расследования несчастного случая и оформлению материалов расследования. Таким образом, работодатель уклоняется от признания повреждения здоровья несчастным случаем на производстве, чем нарушает права и законные интересы истца. Согласно трудовому договору истцу была установлена почасовая оплата труда, а именно: 1 час - 168 руб. 44 коп. + 15% районный коэффициент, при этом 1 рабочая смена - 8 часов. Исходя из получаемой среднедневной заработной платы в размере 1 542 рубля 15 копеек, работодатель обязан компенсировать стоимость утраченного заработка на период нетрудоспособности. Размер компенсации утраченного заработка при повреждении здоровья работника вследствие несчастного случая на производстве по состоянию на 15.05.2017 составляет 64 770 рублей 30 копеек. Кроме того в результате полученных травм истец испытывает физическую боль, а также психологические и нравственные страдания, вызванные интенсивным лечением, бытовыми неудобствами и ограничением активной общественной жизни. Более того, нравственные страдания отягощаются неправомерным уклонением работодателя от расследования и оформления акта о несчастном случае на производстве. Своими действиями работодатель лишает истца гарантированных мер социальной поддержки, нарушая психическое благополучие. Истец является единственным кормильцем семьи, поскольку супруга находится в отпуске по уходу за ребенком до полутора лет, и невыплата со стороны работодателя положенных компенсаций, еще больше отягощает материальное положение.

На основании изложенного, истец просил суд признать повреждение здоровья в результате несчастного случая, произошел него с Кострикиным И. В. несчастным случаем на производстве, подлежащим расследованию и учету, как несчастный случай на производстве; обязать Индивидуального предпринимателя Байрамалова А. Б. оформить акт о несчастном случае на производстве по установленной форме Н-1; взыскать с Индивидуального предпринимателя Байрамалова А. Б. в пользу истца сумму возмещения утраченного заработка на период нетрудоспособности с 

<

 дд.мм.гггг > по дату вынесения решения; денежные средства в размере 800 000 руб. в счет компенсации причиненного истцу морального вреда; денежные средства в размере 24 700 руб. в счет возмещения убытков, понесенных на оплату юридических услуг.

В судебном заседании истец и представитель истца на исковых требованиях настаивали в полном объеме, указав, что несчастный случай был расследован и акт составлен, но от требований не отказались.

Ответчик и представитель ответчика в судебном заседании исковые требования не признали, указав, что несчастный случай не скрывался, был расследован в установленные законом сроки, истец опрашивался, акт ему вручался, следовательно, истец вводит суд в заблуждение о том, что ответчик не расследовал случай и не составил акт. Все листки о временной нетрудоспособности истцу оплачены в полном объеме. Последний листок еще не сдавался на оплату истцом. В счет компенсации морального вреда истцу ответчиком уже выплачено 70 000 рублей, однако истец о них умолчал.

Заслушав истца, представителя истца, ответчика, представителя ответчика, исследовав письменные материалы дела, заслушав заключение прокурора, полагавшего, что утраченный заработок должен быть взыскан по 02.06.2017, так как истец в настоящее время на больничном и он не закрыт и за вычетом выплаченных пособий по временной нетрудоспособности, а компенсация морального вреда должна быть снижена до 300 000 рублей 00 копеек, а также должны быть учтены выплаченные в счет компенсации 70 000 рублей 00 копеек, сопоставив в совокупности все представленные по делу доказательства, суд пришел к следующему.

В силу ч. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Судом установлено и подтверждается представленными суду письменными доказательствами, что Кострикин И.В. был принят на работу к ИП Байрамалову А.Б. 

<

 дд.мм.гггг > в санитарно-технический участок монтажником 3 разряда, о чем составлен приказ 

<

 № > от 

<

 дд.мм.гггг >, с которым истец ознакомлен под роспись 

<

 дд.мм.гггг >. 

С истцом, ответчиком был заключен трудовой договор 

<

 № > от 

<

 дд.мм.гггг >.

<

 дд.мм.гггг > произошел несчастный случай, при котором Кострикин И.В. упал в приямок венткамеры дымоудаления на объекте - Центральный стадион по адресу 

<

 адрес >.

<

 дд.мм.гггг > приказом 

<

 № > была создана комиссия по расследованию тяжелого несчастного случая. Председатель комиссии - начальник отдела по государственному контролю (надзору) за соблюдением законодательства по охране труда в строительстве и при производстве строительных материалов Государственной инспекции труда в Свердловской области - главный государственный инспектор труда в Свердловской области - ФИО

Кострикин И.В. был уведомлен о создании комиссии по расследованию, что подтверждается уведомлением 

<

 № > от 

<

 дд.мм.гггг > с отметкой о получении его истцом 

<

 дд.мм.гггг >.

<

 дд.мм.гггг > был проведен осмотр места несчастного случая, что подтверждается протоколом осмотра, который составлен 

<

 дд.мм.гггг >.

<

 дд.мм.гггг > было проведено заседание комиссии, на котором был рассмотрен протокол осмотра места несчастного случая. Были опрошены главный инженер ООО «Кедр» ФИО2, мастер ФИО3, очевидец несчастного случая - электрогазосварщик ФИО4

<

 дд.мм.гггг > Кострикин И.В. был опрошен в качестве пострадавшего, подано в комиссию заявление о том, что он доверяет ей расследование несчастного случая, который произошел с ним.

<

 дд.мм.гггг > было проведено заседание комиссии, на котором были опрошены очевидцы и должностные лица. Также на заседании в связи с новыми открывшимися обстоятельства, председателем было принято решение о подаче запроса в МАУ ГБ 

<

 № > для уточнения диагноза, а также о дополнительном опросе Кострикина И.В. Были опрошены электромонтер по ремонту и обслуживанию электрооборудования ООО «Кедр» ФИО5, электромонтер по ремонту и обслуживанию электрооборудования ООО «Кедр» ФИО6, главный энергетик ООО «Кедр» ФИО7, очевидец несчастного случая - монтажник Фио7

<

 дд.мм.гггг > было проведено заседание комиссии и составлен протокол работы комиссии по расследованию тяжелого несчастного случая, согласно данному протоколу в ходе работы были опрошены работодатель - ИП Байрамалов А.Б. и работник - Кострикин И.В.

<

 дд.мм.гггг > было проведено заседание комиссии, на котором был окончательно подготовлен акт о расследовании тяжелого несчастного случая.

<

 дд.мм.гггг > был составлен акт о расследовании тяжелого несчастного случая. Приложением к данному акту является акт 

<

 № > о несчастном случае на производстве от 

<

 дд.мм.гггг > формы Н-1.

17.04.2017 Кострикин И.В. получил акт 

<

 № > о несчастном случае на производстве от 

<

 дд.мм.гггг > формы Н-1 на руки, лично, о чем имеется отметка на экземпляре работодателя.

Таким образом, требования истца признать произошедшее повреждения здоровья несчастным случаем на производстве, а также обязать оформить акт Н-1 является необоснованным и удовлетворению не подлежит, так как несчастный случай был признан, было проведено расследование, акт по форме Н-1 истцу вручен задолго до подачи искового заявления.

При таких обстоятельствах, заявление данных требований истцом, суд расценивает как злоупотреблением правом, так как именно получив акт на руки до подачи иска, истец к исковому заявлению его не прикладывает, а, напротив указывает, что его не составляли. Более того, в судебном заседании от данных необоснованных требований не отказывается.

Право на жизнь и на охрану здоровья относится к числу общепризнанных, основных, неотчуждаемых прав и свобод человека, подлежащих государственной защите; Российская Федерация является социальным государством, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь человека (ст. ст. 2, 7, ч. 1 ст. 20, ст. 41 Конституции Российской Федерации).

Одним из основных направлений государственной политики в области охраны труда согласно ст. 210 Трудового кодекса Российской Федерации являются: обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников; защита законных интересов работников, пострадавших от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, а также членов их семей на основе обязательного социального страхования работников от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний.

Как установлено в судебном заседании и подтверждено исследованными в ходе рассмотрения дела по существу письменными доказательствами, Кострикин И.В. 

<

 дд.мм.гггг > результате падения в приямок ОВ в помещении венткамеры дымоудаления сектора В в осях D118-D119 с высоты 4,7 метра получил травму: 

<

 данные изъяты >. В соответствии с Медицинским заключением о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести от 

<

 дд.мм.гггг > травма, полученная Кострикиным И.В. относится к категории тяжелых.

С 

<

 дд.мм.гггг > по настоящее время находится на листке временной нетрудоспособности.

Составленным работодателем актом формы Н-1 от 

<

 дд.мм.гггг > установлено, что причинами несчастного случая являются: неудовлетворительная организация производства работ, выразившаяся в части отсутствия защитного ограждения приямка ОВ на границах зон с постоянным присутствием опасных производственных факторов т.е. мест вблизи неогражденных перепадов по высоте 1,8 м и более на расстоянии ближе 2 м от границы перепада по высоте. (Код 008). Нарушение п.п. 10, 12 «Правил по охране труда в строительстве» (Утверждены приказом Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации от 01 июня 2015 г. № ЗЗбн). Допуск работника к самостоятельной работе по профессии «Монтажник» без проведения инструктажей, стажировки, обучения по охране труда и проверки знаний требований охраны труда, (код 010). Нарушение ст.ст. 212, 225 ТК РФ, п.п. 2.1.1, 2.1.2, 2.1.4, 2.2.1, 2.2.2 «Порядка обучения по охране труда и проверки знаний требований охраны труда работников организаций». Допуск к работе работника, не прошедшего обязательный предварительный (при приёме на работу) медицинский осмотр, (код 015). Нарушение ст. 212, 213 Трудового Кодекса РФ: п.п. 2, 5 Приложения N 3 к Приказу Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 12 апреля 2011 г. N 302н «Об утверждении перечней вредных и (или) опасных производственных факторов и работ, при выполнении которых проводятся предварительные и периодические медицинские осмотры (обследования), и Порядка проведения предварительных и периодических медицинских осмотров (обследований) работников, занятых на тяжелых работах и на работах с вредными и (или) опасными условиями труда».

Лицами, допустившими требований охраны труда установлены: ФИО2 - главный инженер ООО «Кедр» - допустил наличие неогражденного защитным ограждением приямка ОВ на границах зон с постоянным присутствием опасных производственных Факторов т.е. мест вблизи неогражденных перепадов по высоте 1,8 м и более на расстоянии ближе 2 м от границы перепада по высоте - ответственен за нарушение п.п. 10, 12 «Правил по охране труда в строительстве» (Утверждены приказом Министерства труда PI социальной зашиты Российской Федерации от 01 июня 2015 г. № ЗЗбн), п. 2,13 раздел 2. «Должностные обязанности» «Должностной инструкцией главного инженера»; ИП Байрамалов А. Б. - допустил работника к самостоятельной работе по профессии «Монтажник» без проведения инструктажей, стажировки, обучения по охране труда и проверки знаний требований охраны труда; допустил к работе работника, не прошедшего обязательный предварительный (при приёме на работу) медицинский осмотр - ответственен за нарушение ст.ст. 212, 225 ТК РФ, п.п. 2.1.1. 2.1.2. 2.1,4. 2.2.1, 2.2.2 «Порядка обучения по охране труда и" проверки знаний требований охраны труда работников организаций»; ст. 212, 213 Трудового Кодекса РФ; п.п. 2, 5 Приложения N 3 к Приказу Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 12 апреля 2011 г. N 302н «Об утверждении перечней вредных и ("или") опасных производственных факторов и работ, при выполнении которых проводятся предварительные и периодические медицинские осмотры ("обследования), и Порядка проведения предварительных и периодических медицинских осмотров (обследований) работников, занятых на тяжелых работах и на работах с вредными и (или) опасными условиями труда»; ФИО3 - мастер участка - допустил работника к самостоятельной работе по профессии «Монтажник» без проведения инструктажей, стажировки, обучения по охране труда и проверки знаний требований охраны труда - ответственен за нарушение ст.ст. 212. 225 ТК РФ; п.п. 2.1.1. 2.1.2, 2.1.4, 2.2.1, 2.2.2 «Порядка обучения по охране труда и проверки знаний требований охраны труда работников организаций»; п. 2.10, раздел 2. «Должностные обязанности мастера участка » «Должностной инструкцией мастера участка».

В силу положений ст. ст. 229.2, 230 Трудового кодекса Российской Федерации если при расследовании несчастного случая с застрахованным установлено, что грубая неосторожность застрахованного содействовала возникновению или увеличению вреда, причиненного его здоровью, то с учетом заключения выборного органа первичной профсоюзной организации или иного уполномоченного работниками органа комиссия (в предусмотренных настоящим Кодексом случаях государственный инспектор труда, самостоятельно проводящий расследование несчастного случая) устанавливает степень вины застрахованного в процентах. В случае установления факта грубой неосторожности застрахованного, содействовавшей возникновению вреда или увеличению вреда, причиненного его здоровью, в акте указывается степень вины застрахованного в процентах, установленной по результатам расследования несчастного случая на производстве.

Поскольку грубой неосторожности истца, содействовавшей возникновению или увеличению вреда, причиненного его здоровью, им не было допущено, процент его вины в акте правомерно не был отражен.

Данный акт в порядке ст. 231 Трудового кодекса Российской Федерации истцом не был оспорен.

Таким образом, принимая во внимание положения ст. ст. 209, 212 Трудового кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу, что именно на работодателя законодатель возложил обязанность по обеспечению безопасных условий и охраны труда, включая обеспечение: безопасности работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов; соответствующих требованиям охраны труда условий труда на каждом рабочем месте; организации контроля за состоянием условий труда на рабочих местах; принятия мер по предотвращению аварийных ситуаций, сохранению жизни и здоровья работников при возникновении таких ситуаций, в том числе по оказанию пострадавшим первой помощи.

Из материалов дела следует, что работодатель не обеспечил безопасность условий труда истца на рабочем месте, где сама деятельность представляет повышенную опасность, не создал необходимых условий для возможности исполнения истцом правил техники безопасности при выполнении трудовых обязанностей, чтобы минимизировать вероятность несчастного случая на производстве.

Установленная ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия вины должен представить сам ответчик. Таких доказательств в соответствии с требованиями ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации им не представлено.

При указанных обстоятельствах, суд, оценив в совокупности представленные доказательства, с учетом императивно возложенной на работодателя обязанности по обеспечению работнику безопасных условий труда, которая в данном случае работодателем не была выполнена, приходит к выводу о наличии вины работодателя (бездействия) в причинении вреда здоровью истца в связи с указанным выше несчастным случаем на производстве.

В соответствии с ч. 1 ст. 184 Трудового кодекса Российской Федерации при повреждении здоровья или в случае смерти работника вследствие несчастного случая на производстве либо профессионального заболевания работнику (его семье) возмещаются его утраченный заработок (доход), а также связанные с повреждением здоровья дополнительные расходы на медицинскую, социальную и профессиональную реабилитацию либо соответствующие расходы в связи со смертью работника.

Виды, объемы и условия предоставления работникам гарантий и компенсаций в указанных случаях определяется федеральными законами.

Таким образом, названная норма закона гарантирует возмещение как утраченного заработка, так и дополнительных затрат на восстановление здоровья и трудоспособности.

Вред, причиненный здоровью или жизни работника при исполнении трудовых обязанностей, возмещается путем предоставления обеспечения по обязательному социальному страхованию от несчастных случаев и профессиональных заболеваний. Правовые экономические и организационные основы этого вида социального страхования, а также порядок возмещения вреда, включая условия, виды и размеры (объемы) обеспечения, предусмотрены Федеральным законом от 24.07.1998 N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний".

Вместе с тем названный закон не ограничивает права застрахованных на возмещение вреда в соответствии с другими законами, если обеспечение в порядке обязательного социального страхования не возмещает причиненный вред в полном объеме.

В соответствии с Федеральным законом "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" обязанность по возмещению вреда работнику утраченного им в результате несчастного случая на производстве либо профессионального заболевания заработка возложена на Фонд социального страхования Российской Федерации, который предоставляет застрахованному в полном объеме все необходимые виды обеспечения по страхованию.

Так, согласно ст. 9 названного закона, пособие по временной нетрудоспособности в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональном заболевании выплачивается за весь период временной нетрудоспособности застрахованного до его выздоровления или установления стойкой утраты профессиональной трудоспособности в размере 100 процентов его среднего заработка, исчисленного в соответствии с законодательством Российской Федерации о пособиях по временной нетрудоспособности.

В силу ст. 14 Федерального закона РФ "Об обязательном социальном страховании на случай временной нетрудоспособности" пособие по временной нетрудоспособности исчисляется исходя из среднего заработка застрахованного лица, рассчитанного за два календарных года, предшествующих году наступления временной нетрудоспособности.

Вместе с тем, судом установлено, что истец до приема его на работу к ответчику 

<

 дд.мм.гггг > с 21.01.2014 в трудовых отношениях ни с кем не состоял, следовательно заработка за два года, предшествовавших несчастному случаю на производстве не имел.

При таких обстоятельствах, согласно представленным документам за период с 

<

 дд.мм.гггг > по 

<

 дд.мм.гггг > листки по временной нетрудоспособности были оплачены работодателем в полном объеме в сумме 22 968 рублей 92 копейки, исчисляемые из МРОТ.

Тогда как, согласно представленному суду трудовому договору и расчетным листкам, определенно мог иметь заработную плату в большем размере, чем ему выплачено пособие по временной нетрудоспособности.

На основании ст. 1072 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего, в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.

П. 2 ст. 1 Федерального закона "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" прямо установлено, что указанный Федеральный закон не ограничивает права застрахованных на возмещение вреда, осуществляемого в соответствии с законодательством Российской Федерации, в части, превышающей обеспечение по страхованию, осуществляемое в соответствии с этим Федеральным законом.

Данный закон устанавливает обязательный уровень возмещения вреда, но не ограничивает права застрахованных на возмещение вреда в размерах, превышающих обеспечение по страхованию.

Указанная правовая позиция также отражена в п. 6 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10.03.2011 N 2 "О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", согласно которому в соответствии с п. 2. ст. 1 Федерального закона от 24.07.1998 N 125-ФЗ права застрахованных лиц на возмещение вреда, осуществляемое в соответствии с законодательством Российской Федерации, в части, превышающей обеспечение по страхованию, производимое на основании данного Федерального закона, не ограничиваются: работодатель (страхователь) несет ответственность за вред, причиненный жизни или здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, в порядке, закрепленном гл. 59 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Таким образом, суд приходит к выводу, что истец вправе требовать возмещения вреда в части, превышающей обеспечение по страхованию, а именно, в виде разницы между пособием по временной нетрудоспособности и заработком, который он определенно мог иметь за этот период 

<

 дд.мм.гггг > по 02.06.2017, в размере 63 808 рублей 68 копеек из расчета: истцу установлена 40 часовая рабочая неделя, оплата в час 193 рубля 70 копеек с учетом районного коэффициента (начислено 39903,44/206 отработанных часов = 193,70 в час); с 

<

 дд.мм.гггг > по 02.06.2017 - 56 рабочих дней согласно производственному календарю х 8 часов в день при 40 часовой рабочей неделе = 448 часов х 193,70 руб. = 86777,60 - 22968,92 выплаченное пособие = 63808,68 руб.).

Таким образом, суд приходит к выводу, о взыскании с ответчика в пользу истца утраченного заработка за период с 

<

 дд.мм.гггг > по 02.06.2017 в сумме 63 808 рублей 68 копеек.

Суд не принимает доводы истца о взыскании утраченного заработка по день вынесения решения суда, так как суд считает данные требования заявленными преждевременно, так как последний листок нетрудоспособности, выданный с 03.06.2017 на день вынесения решения суда не закрыт и работодателем не оплачен, из чего суд не может сделать вывод о нарушении ответчиком прав истца либо об отсутствии такого нарушения.

Доводы истца об ином размере заработной платы также судом не принимаются, так как доказательств истцом суду не представлено.

Разрешая иск истца о взыскании компенсации морального вреда, суд исходит из следующего.

Право работника на компенсацию морального вреда, причиненного неправомерными действиями или бездействием работодателя, закреплено в ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации.

В соответствии с ч. 3 ст. 8 Закона РФ от 24.07.1998 № 125-ФЗ, возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

В соответствии с п. 1 ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В п. 2 Постановления Пленума от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», Верховный Суд Российской Федерации указал, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с невозможностью продолжать активную общественную жизнь, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

Верховный Суд Российской Федерации в п. 32 постановления Пленума № 1 от 26.01.2010 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» указал, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания. При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

В соответствии с п. 2 ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, при определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Согласно ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В соответствии с разъяснениями, данными в п. 8 Постановления Пленума Верховного Суд РФ от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств, и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Судом установлено, что в результате несчастного случая на производстве здоровью истца причинен вред, в связи с полученной травмой в виде 

<

 данные изъяты >, он с 

<

 дд.мм.гггг > по 

<

 дд.мм.гггг > находился на лечении в стационаре, истцу была проведена операция.

Определяя степень вины работодателя в произошедшем с Кострикиным И.В. несчастном случае, суд учитывает, что работодатель, своевременно и в полном объеме произвел расследование данного несчастного случая, своевременно и в полном объеме оплачивает листки временной нетрудоспособности, в счет компенсации морального вреда за период с 

<

 дд.мм.гггг > по день вынесения решения уже выплатил истцу 70 000 рублей 00 копеек.

С учетом изложенного, принимая во внимание характер причиненной истцу в результате несчастного случая на производстве травмы, учитывая степень физических и нравственных страданий истца, испытание истцом сильной физической боли при лечении и реабилитации, степень вины ответчика, предпринявшего все меры к урегулированию возникшего спора, длительность нарушения прав истца, исходя из фактических обстоятельств по делу, при которых был причинен моральный вред, а также принципов разумности и справедливости, суд приходит к выводу о наличии оснований для взыскания с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда, размер которой с учетом изложенных обстоятельств полагает возможным определить в сумме 300 000 рублей 00 копеек.

Таким образом, с учетом выплаченной ответчиком истцу суммы в счет компенсации морального вреда, как указал ответчик, в размере 70 000 рублей 00 копеек, с ответчика в пользу истца должна быть взыскана компенсация морального вреда в сумме 230 000 рублей 00 копеек (300000-70000=230000).

Согласно ст. ст. 88, 94, 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела. Размер и порядок уплаты государственной пошлины устанавливаются федеральными законами о налогах и сборах.

К издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся: суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам; расходы на оплату услуг переводчика, понесенные иностранными гражданами и лицами без гражданства, если иное не предусмотрено международным договором Российской Федерации; расходы на проезд и проживание сторон и третьих лиц, понесенные ими в связи с явкой в суд; расходы на оплату услуг представителей; расходы на производство осмотра на месте; компенсация за фактическую потерю времени в соответствии со статьей 99 настоящего Кодекса; связанные с рассмотрением дела почтовые расходы, понесенные сторонами; другие признанные судом необходимыми расходы.

Стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Согласно ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

В качестве обоснования расходов на оплату юридических услуг в сумме 24 700 рублей 00 копеек истцом суду представлен договор об оказании юридических услуг от 17.03.2017, заключенный между Гриневичем А.М. и Обществом с ограниченной ответственностью «Дигестъ», согласно которому именно Общество с ограниченной ответственностью «Дигестъ» обязалось оказывать услуги по составлению искового заявления, написанию жалоб в прокуратуру, Территориальный отраслевой исполнительный орган государственной власти Свердловской области Управления социальной политики Министерства социальной политики Свердловской области, Инспекцию по труду, но не указано по какому делу и кому будут оказываться эти услуги. Исковое заявление подписано и подано в суд самим истцом, жалобы, поданные в иные органы и организации к делу не имеют никакого отношения. Представленный суду договор поручения от 17.03.2017 вызывает у суда сомнения, так как на этом же листе имеется отчет о выполненном поручении без указания даты данного отчета. Истец Гриневичу А.М. денежных средств не передавал.

При таких обстоятельствах расходы на оплату юридических услуг в сумме 24 700 рублей 00 копеек взысканию не подлежат.

В силу ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации. С учетом положений ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

В связи с тем, что исковые требования были удовлетворены в части с ответчика в доход местного бюджета должна быть взыскана госпошлина в размере 2 414 рублей 00 копеек.

Доказательств обратного суду не представлено, и в ходе судебного разбирательства не добыто.

Руководствуясь ст.ст. 12, 194-199,Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования Кострикина И. В. к индивидуальному предпринимателю Байрамалову А. Б. о признании повреждения здоровья несчастным случаем на производстве, обязании выдать акт о несчастном случае, взыскании утраченного заработка, компенсации морального вреда, судебных издержек удовлетворить в части.

Взыскать с индивидуального предпринимателя Байрамалова А. Б. (ОГРНИП 

<

 № >) в пользу Кострикина И. В. утраченный заработок за период с 

<

 дд.мм.гггг > по 02.06.2017 в сумме 63 808 рублей 68 копеек, в счет компенсации морального вреда 230 000 рублей 00 копеек, всего взыскать 293 808 рублей 68 копеек.

В удовлетворении оставшейся части исковых требований Кострикина И. В. отказать.

Взыскать с индивидуального предпринимателя Байрамалова А. Б. (ОГРНИП 

<

 № >) в доход местного бюджета расходы по оплате госпошлины в сумме 2 414 рублей 26 копеек.

Решение может быть обжаловано в Свердловский областной суд с подачей апелляционной жалобы через Орджоникидзевский районный суд г. Екатеринбурга в течение месяца с момента изготовления решения в окончательной форме.

Мотивированное решение будет составлено в течение пяти дней.

Судья А.Л. Никулина

Мотивированное решение составлено 12.07.2017.

Судья А.Л. Никулина