№ 2-60/2019

Решение

Именем Российской Федерации

20 июня 2019 года г. Киров

Пермский гарнизонный военный суд в открытом судебном заседании в составе: председательствующего Вострикова И.Л., 

при секретарях Левиной А.Г. и Ивахтине Н.Л.,

с участием ответчика – ФИО1,

рассмотрев гражданское дело по исковому заявлению войсковой части *** к бывшему военнослужащему войсковой части *** ФИО1 о возмещении ущерба, причинённого военнослужащим при исполнении обязанностей военной службы,

установил:

Командир войсковой части *** обратился в военный суд с иском к ФИО1, в котором указал, что ответчик проходил военную службу по контракту в войсковой части *** на должности старшины эксплуатационно-ремонтного отделения и, являясь материально ответственным лицом, принял на ответственное хранение имущество согласно прилагаемой справки.

В ходе инвентаризации имущества ответчика при сдаче дел и должности была выявлена недостача имущества на общую сумму 31872 рубля 37 копеек, которое числится за ФИО1 До настоящего времени материальные средства ФИО1 не возвращены, в связи с чем истец просит взыскать с ответчика указанную сумму.

Истец – командир войсковой части *** надлежащим образом извещённый о дате, времени и месте рассмотрения дела в суд не явился, ходатайствовал о рассмотрении дела без его участия.

Надлежаще уведомленное судом о времени и месте судебного заседания третье лицо – Федеральное казенное учреждение (далее – ФКУ) «Отдел финансового обеспечения Министерства обороны Российской Федерации по Республике Марий Эл, Удмуртской республике и Кировской области» в суд не явилось. Начальник указанного учреждения направил в суд заявление о рассмотрении дело без своего участия, в котором указал, что требования истца о взыскании с ФИО1 суммы ущерба поддерживает.

Ответчик ФИО1 требований, изложенных в исковом заявлении, не признал и пояснил, что указанное в раздаточных ведомостях имущество на ответственное хранение им не принималось и подписи в них ему не принадлежат. Имущество – набор слесаря – имеется в наличии. Ввиду того, что он находился в отпуске и при проведении инвентаризации не присутствовал, членам инвентаризационной комиссии имущество представлено не было. Инвентаризационная опись не является приходно-расходным документом, вследствие чего его подпись в инвентаризационной описи от ДД.ММ.ГГГГ не является доказательством получения этого имущества. ДД.ММ.ГГГГ командир части в присутствии ФИО-1 и ФИО-2, сообщив ему о предстоящем проведении инвентаризации его имущества, даты её проведения не доводил, поэтому о периоде её проведения ему ничего не было известно. Ключи от помещения в котором хранилось имущество, были у другого военнослужащего и доступа к нему у ФИО1 не было, поэтому его сохранность он обеспечить не мог, однако несмотря на то, что такое положение вещей его не устраивало, он об этом никому не докладывал. Ссылаясь на положения приказа Министра финансов Российской Федерации от 13 июня 1995 года № 49 считает, что при проведении инвентаризации были допущены серьезные нарушения этого приказа – инвентаризация проведена без его участия и в помещения, где хранилось имущество, имелся доступ посторонних лиц. После отпуска он прибыл в часть ДД.ММ.ГГГГ, но так как принимающего имущество ФИО-3 не было в части, он имущество не передавал и ДД.ММ.ГГГГ был исключён из списков личного состава части. Просит в удовлетворении требований отказать.

Выслушав доводы ответчика, исследовав материалы гражданского дела и оценив представленные сторонами доказательства, военный суд приходит к следующим выводам.

Часть 1 ст. 28 Федерального закона от 27 мая 1998 года № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих» предусматривает, что военнослужащий в зависимости от характера и тяжести совершенного им правонарушения привлекается к дисциплинарной, административной, материальной, гражданско-правовой и уголовной ответственности в соответствии с настоящим Федеральным законом и другими федеральными законами.

В соответствии с ч. 1 ст. 3 Федерального закона от 12 июля 1999 года № 161-ФЗ «О материальной ответственности военнослужащих» (далее – Закон) определено, что военнослужащие несут материальную ответственность только за причиненный по их вине реальный ущерб. По смыслу данной статьи, основанием для привлечения военнослужащего к материальной ответственности, наряду с наличием реального ущерба, является его вина в данном ущербе и наличие причинной связи между действием (бездействием) и причиненным ущербом.

Статьи 5, 6, 7 Закона предусматривают, что военнослужащие несут материальную ответственность в полном размере ущерба в случаях, когда ущерб причинен, в том числе военнослужащим, которому имущество было передано под отчет для хранения, перевозки, выдачи, пользования и других целей. Размер причиненного ущерба определяется по фактическим потерям, на основании данных учета имущества воинской части и исходя из цен, действующих в данной местности на день обнаружения ущерба. Командир воинской части при обнаружении ущерба обязан назначить административное расследование для установления причин ущерба, его размера и виновных лиц. Административное расследование может не проводиться, если причины ущерба, его размер и виновные лица установлены судом, в ходе разбирательства по факту совершения военнослужащим дисциплинарного проступка либо в результате ревизии, проверки, дознания или следствия.

Часть 1 ст. 8 Закона устанавливает, что вопрос о возмещении ущерба, размер которого превышает один оклад месячного денежного содержания военнослужащего и одну месячную надбавку за выслугу лет, решается судом по иску командира воинской части.

Из выписки из приказа командира войсковой части *** от ДД.ММ.ГГГГ № *** видно, что ФИО1 уволен с военной службы в запас по истечении срока контракта о прохождении военной службы и с ДД.ММ.ГГГГ исключен из списков личного состава части, что подтверждается выпиской из приказа командира войсковой части *** № *** от ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно копии накладной на внутреннее перемещение объектов нефинансовых активов от ДД.ММ.ГГГГ № *** ФИО1 получено 7 наименований имущества, среди которых указан набор слесаря. Накладная подписана ответчиком и им не оспаривалась.

Из копий раздаточных ведомостей от ДД.ММ.ГГГГ № ***, от ДД.ММ.ГГГГ № ***, от ДД.ММ.ГГГГ № ***, от ДД.ММ.ГГГГ№ ***, от ДД.ММ.ГГГГ № ***, от ДД.ММ.ГГГГ № *** и от ДД.ММ.ГГГГ № *** усматривается, что ФИО1 получено, кроме прочего, следующее имущество: мыло туалетное 34,2 кг., мыло жидкое 68,4 кг., мыло хозяйственное 3,9 кг, крем обувной 30,95 кг., крем обувной для гидрофобной кожи 3,25 кг., туалетная бумага 342 рулона, нитки армированные белого, оливкового и чёрного цветов по 16,240 м. При этом подлинность подписей на раздаточных ведомостях от ДД.ММ.ГГГГ № ***, от ДД.ММ.ГГГГ № ***, от ДД.ММ.ГГГГ № ***, от ДД.ММ.ГГГГ № *** и от ДД.ММ.ГГГГ № ***, как и факт получения указанного имущества, ФИО1 подставлены под сомнение.

Согласно копии инвентаризационной описи по объектам нефинансовых активов от ***, подписанной ответчиком, видно, что на указанную дату всё имущество, перечисленное в инвентаризационной описи, включая имущество, поименованное в указанных выше раздаточных ведомостях, находится на ответственном хранении ответчика, причём подлинность подписей в инвентаризационной описи ответчиком не оспаривалась.

Из акта о результатах инвентаризации от ДД.ММ.ГГГГ видно, что инвентаризационной комиссией выявлена недостача указанных выше материальных средств.

Из объяснений истца – командира войсковой части *** подполковника ФИО-4, данных им в судебных заседаниях 27 мая и 10 июня 2019 года следует, что факт не принадлежности подписей ФИО1 в раздаточных ведомостях от ДД.ММ.ГГГГ № ***, от ДД.ММ.ГГГГ № ***, от ДД.ММ.ГГГГ № ***, от ДД.ММ.ГГГГ № *** и от ДД.ММ.ГГГГ № *** им не оспаривается, поскольку сложившаяся в воинской части практика получения расходного имущества (к которому относится имущество указанное в этих ведомостях), предполагает получение этого имущества различными старшинами друг за друга. Это имущество, вследствие его постоянного списания и обновления в книгу учёта наличия и движения материальных ценностей части (форма № 10), также по сложившейся практике не вносится, однако вносится в книгу учёта наличия и движения материальных ценностей подразделения (форма № 8), которую вёл ответчик. Кроме того учёт этого имущества ведётся у бухгалтера в ФКУ «Отдел финансового обеспечения Министерства обороны Российской Федерации по Республике Марий Эл, Удмуртской республике и Кировской области» до его списания установленным порядком. О числящемся за ним имуществе ФИО1 узнал в ММ.ГГГГ года из инвентаризационной описи, где расписался за его ответственное хранение. Информацию о необходимости сдачи дел и должности в связи с увольнением он довёл ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ, тогда же он сообщил ему о времени работы инвентаризационной комиссии, когда тот просил у него отпуск за 2019 год. ФИО1 прибывал в часть ДД.ММ.ГГГГ в период работы комиссии. Выявленная недостача явилась следствием его безответственного отношения к исполнению своих обязанностей.

Из показаний допрошенного в судебном заседании свидетеля ФИО-1 следует, что он является начальником эксплуатационно-ремонтного отделения войсковой части *** и являлся членом инвентаризационной комиссии по приёму имущества у ФИО1 Имущество хранилось в двух помещениях. Перечень имущества, числящегося за ФИО1 комиссия получила в отделении ФКУ «Отдел финансового обеспечения Министерства обороны Российской Федерации по Республике Марий Эл, Удмуртской республике и Кировской области». ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 прибывал в часть, но в инвентаризации не участвовал, лишь показав, где хранится имущество, поэтому комиссия была проведена без его участия.

Аналогичные показания дал допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО-5 – техник эксплуатационно-ремонтного отделения войсковой части ***, являвшийся членом инвентаризационной комиссии по приёму имущества у ФИО1 и ФИО-2 – заместитель командира войсковой части ***, являвшийся председателем инвентаризационной комиссии. Кроме прочего ФИО-2 дополнительно пояснил, что в его присутствии командир войсковой части *** сообщил ФИО1, прибывшему с рапортом на отпуск о необходимости сдачи дел и должности и проведении инвентаризации с ДД по ДД.ММ.ГГГГ. Перечень имущества, числящегося за ФИО1, был получен в отделении ФКУ «Отдел финансового обеспечения Министерства обороны Российской Федерации по Республике Марий Эл, Удмуртской республике и Кировской области» и находился у него.

Свидетель ФИО-3, дав показания относительно работы комиссии и участия в ней ДД.ММ.ГГГГ ответчика, аналогичные изложенным выше добавил, что он принимал имущество у ФИО1 и участвовал в работе инвентаризационной комиссии, причём накладные на получение имущества и инвентаризационные описи в финансовой службе он получил у бухгалтера в ФКУ «Отдел финансового обеспечения Министерства обороны Российской Федерации по Республике Марий Эл, Удмуртской республике и Кировской области» до проведения инвентаризации, поскольку без указанных документов подсчёт имущества невозможен.

Из показаний допрошенной в судебном заседании свидетеля ФИО-6 следует, что она является бухгалтером ФКУ «Отдел финансового обеспечения Министерства обороны Российской Федерации по Республике Марий Эл, Удмуртской республике и Кировской области» и ведёт учёт имущества за материально ответственными лицами, в том числе и за ФИО1 Учёт имущества она ведёт в программе «1С» в электронной форме и по запросам выдаёт перечень имущества, числящегося за материально ответственными лицами. Сверки имущества материально ответственными лицами проводятся со службами по книгам формы № 10. Конкретно по имуществу, числящемуся за ФИО1 свидетель пояснила, что это расходное имущество, которое обычно сразу списывается, поэтому в книгу форма № 10 оно, как правило, не заносится, но учитывается в программе в электронной форме и списывается на основании ведомостей на выдачу имущества. Инвентаризационные описи числящегося за ФИО1 имущества она выдала ДД.ММ.ГГГГ, но в книгу учёта выданных документов заносить не стала.

Из письменного заявления подполковника ФИО-6 следует, что в ММ.ГГГГ года он являлся председателем инвентаризационной комиссии материальных средств в войсковой части ***, числящихся за материально ответственными лицами части. ФИО1 присутствовал при подсчёте комиссией имущества, числящегося за ним и недостачи или излишков материальных ценностей у него выявлено не было. Данная информация ответчиком не оспаривалась.

Проанализировав показания свидетелей и письменные документы, суд приходит к выводу, что они согласуются между собой и с исследованными в судебном заседании документами и находит их достоверными и правдивыми, а приводимый довод ответчика о недостоверности этих показаний ввиду нахождения свидетелей в зависимости от истца в данном случае является несостоятельным, поскольку ничем не подтверждён. Перед началом допроса свидетели предупреждались об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний и неприязненных отношений с ФИО1 ни у кого из них нет, что не оспаривалось ответчиком. При таких обстоятельствах за высказанным ответчиком аргументом нельзя признать определяющего значения при оценке показаний этих свидетелей, в связи с чем каких-либо оснований не доверять показаниям названных свидетелей не имеется.

При этом разность показаний ФИО-3 с показаниями ФИО-6, касающаяся даты выдачи инвентаризационных описей признаётся судом несущественной и на выводы суда не влияет, поскольку в любом случае на момент подсчёта имущества инвентаризационные ведомости находились в распоряжении инвентаризационной комиссии, что следует из показаний всех свидетелей.

Утверждения ответчика о том, что он не был ознакомлен с датами проведения инвентаризации, суд признаёт несостоятельными и расцениваются судом как защитная позиция по делу, поскольку они опровергаются последовательными и согласующимися между собой показаниями, как истца, так и свидетелей ФИО-1, ФИО-5, ФИО-2 и ФИО-3, однозначно утверждавших о прибытии ФИО1 в период проведения инвентаризации в часть. Кроме того, обстоятельства и факт доведения ему информации о необходимости сдачи дел и должности истцом в присутствии свидетелей ФИО-2 и ФИО-1 ответчиком не оспаривались, что в совокупности с объяснениями как истца, так и свидетелей, утверждавших о сообщении ФИО1 периодов работы комиссии, а также установленной даты (ДД.ММ.ГГГГ) нахождения ответчика в части вызывает у суда сомнения в достоверности утверждений ответчика о неизвестности периода проведения инвентаризации. Помимо прочего, объективное поведение ответчика, вызывает у суда сомнения о его намерении участвовать в проведении инвентаризации и передавать имущество вообще, поскольку из его показаний следует, что зная о необходимости сдать дела и должность и прибыв в часть после отпуска ДД.ММ.ГГГГ он имущество ФИО-3 не передавал и к командованию по данному вопросу не обращался. Кроме того, в ходе судебного заседания ответчику, утверждавшему о наличии имущества, неоднократно предлагалось предоставить недостающее имущество или доказательства его наличия, что никакого результата не принесло.

Учитывая, что действующие нормативно-правовые акты, регламентирующие порядок проведения инвентаризации не содержат запрета на участие в ней лица, находящегося в отпуске и принимая во внимание установленную судом дату нахождения надлежаще уведомлённого ответчика в воинской части в период её проведения, доводы ФИО1 о нарушениях при проведении инвентаризации суд отклоняет, а проведение инвентаризации имущества, числящегося за ФИО1 без его участия при конкретных установленных обстоятельствах суд признаёт законным.

Согласно положениям п.п. 10, 15, 16 и 19 Порядка проведения инвентаризации имущества и обязательств в Вооруженных Силах Российской Федерации, утвержденного приказом Министра обороны Российской Федерации от 16 октября 2010 года № 1365, проверка фактического наличия имущества определяется путем их взвешивания по массе (весу), обмера объема и другими способами с применением проверенных в установленном порядке средств измерений массы и объема, а также путем замера горючего в баках машин, резервуарах и другой таре, пересчета штучных предметов, измерения материальных ценностей, учитываемых в метрах.

Если в ходе инвентаризации обнаруживаются материальные ценности, данные по которым в регистрах учета отсутствуют или не соответствуют действительности, инвентаризационная комиссия указывает в инвентаризационных описях правильные данные или технические характеристики.

Сведения о фактическом наличии имущества и реальности учтенных обязательств записываются в инвентаризационные описи (сличительные ведомости),

Инвентаризационные описи (сличительные ведомости) подписываются всеми членами инвентаризационной (рабочей) комиссии и материально ответственными лицами. В конце инвентаризационной описи (сличительной ведомости) материально ответственные лица дают расписку, подтверждающую проверку инвентаризационной комиссией имущества в их присутствии, а также об отсутствии к членам комиссии каких-либо претензий и принятии перечисленного в инвентаризационной описи (сличительной ведомости) имущества на ответственное хранение.

В случаях, когда материально ответственные лица обнаружат после инвентаризации ошибки в инвентаризационных описях (сличительных ведомостях), они немедленно сообщают об этом председателю инвентаризационной комиссии до вскрытия соответствующих помещений для хранения имущества. Инвентаризационная комиссия осуществляет проверку указанных фактов и в случае их подтверждения производит в установленном порядке исправления выявленных ошибок.

Не оспаривая получения имущества по накладной от ДД.ММ.ГГГГ № АК000238 и раздаточным ведомостям от ДД.ММ.ГГГГ № *** и от ДД.ММ.ГГГГ № ***, ответчик, вместе с тем, отрицал факт получения имущества по раздаточным ведомостям от ДД.ММ.ГГГГ № ***, от ДД.ММ.ГГГГ № ***, от ДД.ММ.ГГГГ № ***, от ДД.ММ.ГГГГ № *** и от ДД.ММ.ГГГГ № ***, обосновывая это тем, что подпись в них ему не принадлежит.

Оценивая указанные доводы, и учитывая признание их истцом, суд считает установленным, что имущество в даты, указанные в раздаточных ведомостях от ДД.ММ.ГГГГ № ***, от ДД.ММ.ГГГГ № ***, от ДД.ММ.ГГГГ № ***, от ДД.ММ.ГГГГ № *** и от ДД.ММ.ГГГГ № *** ответчиком не получалось. Вместе с тем, несмотря на эти доводы, суд учитывает, что ответчик, присутствовавший в ММ.ГГГГ года при подсчёте его имущества инвентаризационной комиссией и узнав о наличии этого имущества из инвентаризационной описи, об ошибках в ней председателю комиссии до вскрытия соответствующих помещений для хранения имущества не заявил и дал расписку, подтверждающую проверку инвентаризационной комиссией имущества в его присутствии, а также об отсутствии к членам комиссии каких-либо претензий и принятии перечисленного в инвентаризационной описи имущества на ответственное хранение. Итоги и порядок проведения инвентаризации не оспаривал, тем самым согласившись на приём всего перечисленного в описях имущества на ответственное хранение, и, следовательно, с указанного дня принял на себя обязанность за сохранность указанного в описи имущества, в том числе, и за имущество полученное по раздаточным ведомостям, подписи в которых ему не принадлежат, что безусловно влечет за собой правовые последствия для ФИО1 в виде материальной ответственности в случае их утраты.

Таким образом, приведенные обстоятельства, указывают на фактическое нахождение имущества на ответственном хранении ответчика, что подразумевает за собой наступление негативных последствий в случае его утраты.

Данный вывод суда согласуется с правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 27 января 2015 года № 208-КГ14-6.

Таким образом, суд, исходя из фактических обстоятельств дела считает установленным, что в период прохождения военной службы по контракту в войсковой части *** ФИО1 передано под отчет и для выдачи имущество, отсутствие которого было выявлено в ходе инвентаризации в ММ.ГГГГ.

В соответствии со ст. 154 Устава внутренней службы Вооруженных Сил Российской Федерации, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 10 ноября 2007 года № 1495 (далее – Устав) старшина роты помимо прочего отвечает за состояние и сохранность вооружения, военной техники и другого военного имущества роты. Согласно ст. 155 старшина роты обязан своевременно получать и осматривать поступающие в роту оружие и другое военное имущество, строго следить за их наличием, правильной эксплуатацией и своевременно отправлять в ремонт; ежемесячно сверять книги учета военного имущества роты с книгами учета служб полка и вести установленные учет и отчетность. Статья 16 Устава обязывает всех военнослужащих беречь военное имущество.

Согласно ст. ст. 242 Руководства по войсковому (корабельному) хозяйству в Вооруженных силах Российской Федерации, утвержденного приказом Министра обороны Российской Федерации от 03 июня 2014 года № 333, должностные лица соединения (воинской части), в том числе старшина роты, осуществляющие хозяйственную деятельность, выполняют обязанности в соответствии с Уставом и обязаны организовывать хранение, сбережение и освежение запасов материальных ценностей; принимать меры по предотвращению утрат материальных ценностей; организовывать контроль и устранение выявленных недостатков; организовывать ведение учета имущества.

Таким образом, ФИО1 в период исполнения обязанностей старшины подразделения был обязан организовать хранение и сбережение вверенного имущества и принимать меры по предотвращению утрат материальных ценностей, организовывать ведение учета имущества, однако не сделал этого, что привело к утрате материальных ценностей.

В связи с изложенным довод ФИО1 о невозможности обеспечения сохранности имущества в связи с отсутствием доступа в помещение, где хранились материальные средства и непричастности в связи с этим к недостаче имущества, является несостоятельным. Помимо этого, указанный довод опровергается показаниями свидетелей, утверждавших о беспрепятственном посещении помещения в случае возникновения такой необходимости.

После ознакомления с приказом командира войсковой части *** об увольнении с военной службы, являясь материально ответственным лицом и в силу занимаемой должности, ФИО1 был обязан знать о необходимости сдать дела и должность, однако каких-либо действий, направленных на это, не предпринял. Неназначение командованием воинской части военнослужащего, который обязан был исполнять должностные обязанности ФИО1 в период его отсутствия, не освобождали ответчика от исполнения им своих должностных обязанностей по организации хранения, сбережения и учета имущества, в том числе путем передачи другому военнослужащему при убытии в отпуск по акту указанных материальных средств.

Таким образом, до настоящего времени за ФИО1 числится перечисленное выше имущество. Доказательств списания этого имущества или выдачи этого имущества военнослужащим подразделения ответчиком не представлено.

Согласно ч. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Обстоятельства, на которых истец обосновал заявленные им требования, подтверждены исследованными документами и показаниями свидетелей, доказательств же в их опровержение ответчиком суду не представлено.

На основании изложенного, поскольку ответчик в результате ненадлежащего исполнения обязанностей по обеспечению сохранности переданного ему под отчет имущества причинил государству в лице воинской части материальный ущерб, суд приходит к выводу об обоснованности иска командира части о привлечении ФИО1 к полной материальной ответственности.

Разрешая вопрос о размере подлежащих взысканию с ответчика денежных средств, суд исходит из того, что из представленных истцом справок следует, что общая стоимость недостающего имущества составляет 31872 рубля 37 копеек. Указанная сумма, порядок расчёта и стоимость предметов имущества ответчиком не оспаривались.

Учитывая изложенное, суд полагает необходимым удовлетворить исковые требования путем взыскания с ФИО1 в счет возмещения ущерба 31872 рублей 37 копеек.

В соответствии с ч. 1 ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и ч. 1 ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, подлежит взысканию с ФИО1, не освобожденного от уплаты судебных расходов, в сумме 1156 рублей.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, военный суд,

решил:

Исковое заявление войсковой части *** к бывшему военнослужащему войсковой части *** ФИО1 о возмещении ущерба, причинённого военнослужащим при исполнении обязанностей военной службы – удовлетворить.

Взыскать с ФИО1 в пользу войсковой части *** денежную сумму в счёт возмещения причинённого ущерба в размере 31872 (тридцати одной тысячи восьмисот семидесяти двух) рублей 37 копеек. Денежные средства перечислить на лицевой счёт Федерального казённого учреждения «Отдел финансового обеспечения Министерства обороны Российской Федерации по Республике Марий Эл, Удмуртской республике и Кировской области» ***.

Взыскать с ФИО1 в доход местного бюджета (Управление Федерального казначейства по Пермскому краю) государственную пошлину в сумме 1156 (одной тысячи ста пятидесяти шести) рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Приволжский окружной военный суд через Пермский гарнизонный военный суд в течение одного месяца, т.е. с 25 июня 2019 года.

Председательствующий И.Л. Востриков