Районный суд : Кислухина Э.Н.

ГСК: Копотев И.Л. (предс.)

Иванова М.А. (докл)

Батршина Ф.Р.

№ 44-г- 26 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

ПРЕЗИДИУМА ВЕРХОВНОГО СУДА УДМУРТСКОЙ РЕСПУБЛИКИ

г. Ижевск 29 ноября 2019 года

Президиум Верховного Суда Удмуртской Республики в составе:

Председательствующего – Полушкина А.В.,

Членов Президиума Никулина А.Л., Калмыкова В.Ю., Зиминой Е.Г. 

по докладу – судьи Сундукова А.Ю.,

рассмотрев кассационную жалобу представителя ответчика С. – М. на апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Удмуртской Республики от 15 июля 2019 года по делу по иску Е., действующей в интересах С., к С. о взыскании денежных средств, переданную на рассмотрение П. определением судьи Верховного Суда Удмуртской Республики Сундукова А.Ю. от ДД.ММ.ГГГГ

установил:

Е., действуя в интересах недееспособного В. обратилась в суд с иском к С. о взыскании денежных средств, обосновав исковые требования тем, что 21 февраля 2013 года между К. и С. заключен договор ренты, по условиям которого К. передала безвозмездно в собственность плательщика ренты – ответчика, квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>. Размер ежемесячного содержания получателя ренты К. сторонами был определен в размере 

<

данные изъяты> руб. В нарушение условий договора ренты от 21 февраля 2013 года ответчиком обязанности по внесению рентных платежей не исполнялись. 31 января 2018 года К. умерла. Истец является братом умершей К. и единственным наследником. В установленный законом срок истец обратился к нотариусу г. Глазова К. с заявлением о принятии наследства. В связи с тем, что с момента заключения договора ренты 21 февраля 2013 года и до момента смерти получателя ренты 31 января 2018 года рентные платежи не выплачивались, размер задолженности за данный период составляет 

<

данные изъяты> руб.

Просит взыскать с С. в пользу В. задолженность по рентным платежам в размере 

<

данные изъяты> руб.

В ходе рассмотрения дела Е. в соответствии со ст. 39 ГПК РФ изменила основание иска, уменьшила исковые требования. Просила взыскать с С. в пользу В. задолженность по рентным платежам в размере 

<

данные изъяты> руб., указав в обоснование иска, что в соответствии с условиями договора ренты от 21 февраля 2013 года в обмен на полученную квартиру плательщик ренты обязуется выплачивать получателю ренты на весь период жизни последнего ренту в сумме 

<

данные изъяты> руб. ежемесячно по окончании каждого календарного месяца не позднее 10 числа следующего месяца с последующей индексацией пропорционально увеличению установленного законом минимального размера оплаты труда. В нарушение данного соглашения С. не производила индексацию рентных платежей пропорционально увеличению установленного законом минимального размера труда.

В судебном заседании Е. исковые требования поддержала, дополнительно пояснила, что супруг К. давно умер, совместных детей у них не было. О том, что при жизни К. был заключен договор ренты, В. не знал. В установленный законом для принятия наследства срок обращались к нотариусу, но так как в документах В. имелись разночтения, документы нотариусу в срок поданы не были. Каких-либо действий, свидетельствующих о фактическом принятии В. наследства после смерти К., совершено не было.

Ответчик С. в судебное заседание не явилась, представила заявление о рассмотрении дела в ее отсутствие. Дело рассмотрено в отсутствие ответчика в порядке ст. 167 ч. 5 ГПК РФ.

Представитель ответчика М. в судебном заседании исковые требования Е. не признал, пояснил, что истец обратился к нотариусу по истечении срока для принятия наследства, с заявлением о восстановлении пропущенного срока не обращался. Поскольку истец в права наследования не вступил, у него отсутствует право на обращение с иском. Кроме того, по договору ренты арендная плата увеличивается пропорционально увеличению минимального размера оплаты труда. Законом индексация не производилась, минимальный размер оплаты труда не изменялся. 

Третье лицо К., извещенная надлежащим образом, в судебное заседание не явилась, представила заявление о рассмотрении дела без ее участия. Дело рассмотрено в ее отсутствие.

Решением Глазовского районного суда Удмуртской Республики от 03 апреля 2019 года исковые требования Е., действующей в интересах В. к С. о взыскании денежных средств оставлены без удовлетворения.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Удмуртской Республики от 15 июля 2019 года решение Глазовского районного суда Удмуртской Республики от 03 апреля 2019 года отменено. По делу принято новое решение, которым исковые требования Е., действующей в интересах В. к С. о взыскании денежных средств удовлетворены частично.

Постановлено взыскать с С. в пользу Е., действующей в интересах В. задолженность по договору пожизненной ренты от 21 февраля 2013 года в размере 

<

данные изъяты> рублей. Взыскать с С. в доход местного бюджета муниципального образования «город Глазов» государственную пошлину в размере 

<

данные изъяты> рублей.

Не согласившись с апелляционным определением, 17 сентября 2019 года представитель ответчика С. – М. действующий на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ, обратился в Президиум Верховного Суда Удмуртской Республики с кассационной жалобой, в которой просил апелляционное определение отменить и оставить в силе решение суда первой инстанции. 

В качестве оснований для отмены апелляционного определения заявитель ссылается на существенные нарушения норм материального и процессуального права, в том числе на неверное применение и толкование ст.1154 Гражданского кодекса РФ и абзаца 8 пункта 38 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 мая 2012 года №9 «О судебной практике по делам о наследовании». 

Изучив материалы гражданского дела, проверив доводы кассационной жалобы и законность принятых по делу судебных постановлений, выслушав пояснения явившихся лиц, Президиум приходит к следующему.

В соответствии со статьей 387 Гражданского процессуального кодекса РФ основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального или процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.

Такого характера существенные нарушения норм процессуального права были допущены судом апелляционной инстанции. 

Из материалов гражданского дела усматривается и по делу установлено, что В. является братом К., умершей 31 января 2018 года, и наследником второй очереди по закону. Наличие иных наследников первой либо второй очереди по закону после смерти К., в ходе рассмотрения дела не установлено. 

Решением Глазовского районного суда Удмуртской Республики от 24 мая 2018 года В. признан недееспособным (л.д. 46-47).

04 июля 2018 года Е. временно назначена опекуном совершеннолетнего недееспособного В. сроком действия на 6 месяцев (л.д. 31).

13 ноября 2018 года Е. назначена опекуном совершеннолетнего недееспособного В. (л.д. 15-16).

21 февраля 2013 года между К. и С. заключен договор пожизненной ренты, по условиям которого К. передала в собственность С. квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>, а С. обязалась в обмен на полученную квартиру выплачивать получателю ренты К. на весь период жизни последнего ренту в сумме 

<

данные изъяты> руб. ежемесячно по окончании каждого календарного месяца не позднее 10 числа каждого следующего месяца с последующей индексацией указанной суммы пропорционально увеличению установленного законом минимального размера оплаты труда (п.п. 1,3) (л.д. 8-9). 

Право собственности С. на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>, зарегистрировано 04 марта 2013 года (выписка из ЕГРН от ДД.ММ.ГГГГ) (л.д. 11-12).

31 октября 2018 года с заявлением о принятии наследства обратилась Е., действующая от имени В. (л.д 26).

Суд первой инстанции, разрешая спор по существу и применяя к спорным правоотношениями положения ст.ст.1110,1112,1114,1152-1154 Гражданского кодекса РФ, указал, что значимыми по делу обстоятельствами будут являться: факт открытия наследства, наличие наследственного имущества, принадлежавшего получателю ренты К., принятие наследниками (истцом) наследства. 

Оценивая в совокупности представленные доказательства, суд первой инстанции пришел к выводу о недоказанности истцом вышеуказанных обстоятельств, значимых для разрешения спора. Так суд установил, что каких-либо действий, свидетельствующих о принятии В. наследства после смерти сестры, он не осуществлял, с заявлением о принятии наследства обратился к нотариусу за пределами установленного законом срока, свидетельства о праве на наследство после смерти К. ему не выдавались. 

Таким образом, отказывая в удовлетворении заявленного иска, суд первой инстанции исходил из того, что права наследодателя по договору пожизненной ренты от 21 февраля 2013 года к В. не перешли.

Суд апелляционной инстанции посчитал выводы районного суда противоречащими положениям материального закона, в связи с чем отменил решение суда первой инстанции.

Анализируя положения ст.1154 ГК РФ и пункта 38 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 мая 2012 года №9 «О судебной практике по делам о наследовании», судебная коллегия указала, что по смыслу пунктов 2 и 3 статьи 1154 ГК РФ, лица, для которых право наследования возникает только вследствие непринятия наследства другим наследником, призванным к наследованию не в связи с открытием наследства, а лишь вследствие отпадения ранее призванных наследников (по завещанию, по закону предшествующих очередей), могут принять наследство в течение трех месяцев со дня, следующего за днем окончания исчисленного в соответствии с пунктами 2 и 3 данной статьи срока для принятия наследства наследником, ранее призванным к наследованию.

Судебная коллегия указала, что срок для принятия наследства не ограничивается шестью месяцами, а для каждой последующей очереди составляет плюс 3 месяца, исчисляемые со дня, следующего после истечения срока принятия наследства наследниками предыдущей очереди. Таким образом, срок принятия наследства наследниками второй очереди может истечь не ранее 9 месяцев со дня открытия наследства (6 мес. для первой очереди + 3 мес. для второй), что в рассматриваемом деле определяется датой 31 октября 2018 года.

Статья 1153 ГК РФ определяет способы принятия наследства, в том числе путем подачи по месту открытия наследства нотариусу или уполномоченному в соответствии с законом выдавать свидетельства о праве на наследство должностному лицу заявления наследника о принятии наследства либо заявления наследника о выдаче свидетельства о праве на наследство.

Суд второй инстанции посчитал, что поскольку Е., будучи законным представителем недееспособного В.., являющегося наследником второй очереди после смерти его родной сестры К., обратилась к нотариусу с заявлением о принятии наследства 31 октября 2018 года, то есть в последний день установленного законом срока, то срок для принятия наследства пропущен не был. 

Однако, делая такие выводы, суд апелляционной инстанции не учел, что положения пунктов 2 и 3 ст.1154 ГК РФ к рассматриваемой ситуации применению не подлежат, поскольку материалы гражданского дела не содержат сведений о наличии иных наследников, кроме истца, а также о том, что какой-либо другой наследник был призван к наследованию, либо кто-то из наследников отказался от наследования, либо произошло отстранение другого наследника от наследования. Не располагают материалы дела и сведениями о том, что истец обращался с заявлением о восстановлении пропущенного срока для принятия наследства.

Поскольку по делу установлено, что наследников по закону предшествующих очередей не имеется, то правила о специальных сроках для принятия наследства (п. 2, 3 ст. 1154 ГК РФ) к наследникам по закону второй и последующих очередей, применению не подлежат. Такие наследники принимают наследство в установленный законом общий шестимесячный срок. Наследники по закону второй и последующих очередей, при отсутствии наследников предыдущих очередей, обратившиеся к нотариусу с заявлением о принятии наследства после истечения шестимесячного срока, являются пропустившими срок принятия наследства.

При установленных по делу обстоятельствах признание В. вступившим в наследство в установленном законом порядке и удовлетворение требований истца о взыскании задолженности по договору ренты от 21 февраля 2013 года, является неправомерным и необоснованным.

Кассационная жалоба подлежит удовлетворению, апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Удмуртской Республики - отмене. Дело следует направить на новое рассмотрение в районный суд.

При новом рассмотрении судебным инстанциям надлежит рассмотреть дело в соответствии с нормами материального процессуального права и постановить по делу законное и обоснованное решение. 

В частности, районному суду следует подробно разъяснить сторонам их процессуальные права и обязанности, среди которых присутствует право истца изменить предмет и основания иска, в том числе заявить требования о восстановлении срока для принятия наследства.

На основании изложенного, и руководствуясь п.2 ч.1 ст.390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации 

постановил:

кассационную жалобу представителя ответчика С. - М. - удовлетворить. 

Апелляционное определение судебного коллегии по гражданским делам Верховного Суда Удмуртской Республики от 15 июля 2019 года отменить.

Гражданское дело направить на новое рассмотрение в Глазовский районный суд Удмуртской Республики.

Председательствующий А.В.Полушкин