УИД 65RS0№-33

Дело №

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

16 января 2024 года 

<

адрес>

Углегорский городской суд 

<

адрес> в составе:

председательствующего судьи – Лбовой Ю.С.,

при секретаре – ФИО2, 

с участием прокурора ФИО3, 

с участием представителя истца ФИО14, действующего на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ, представителя ответчика ФИО7, действующего на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ, 

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Углегорского городского суда гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «Бошняковский угольный разрез» о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 обратилась в суд с иском к ООО «Бошняковский угольный разрез» о взыскании компенсации морального вреда, указав в обоснование заявленных исковых требований, что она работала у ответчика в должности горнорабочего 2 разряда на участке отдела технического контроля. ДД.ММ.ГГГГ она работала в первую смену, которая начинается с 08.00 час. и заканчивается в 20.00 час. В 14.30 час. в помещении проборазделки она вместе с мастером М.Е.В. приступили к разделке пробы угля, засыпали необходимое количество угля в дробильный аппарат. По окончании дробления, примерно через 20 минут, истец выключила дробильный аппарат, дождалась полной его остановки, вытащила решетку из дробильного аппарата для очистки, то есть для подготовки аппарата к следующей партии угля. При отсутствии решетки в дробильном аппарате она, как обычно, с помощью левой руки, одетой в перчатку, попыталась произвести очистку пазов для решетки, и в этот момент включился дробильный аппарат, в него затянуло руку истца, которую она резко выдернула, появилась резкая боль и ей сразу стало плохо, она упала. Была вызвана скорая помощь. В результате произошедшего случая ею получена травма – открытый раздробленный перелом костей кисти левой руки и предплечья слева. Обширная разможженая рана слева. Данное повреждение относится к категории – тяжкая. Длительное время она находилась на больничном листе и только ДД.ММ.ГГГГ была уволена по п. 8 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации. Согласно акту о несчастном случае на производстве от ДД.ММ.ГГГГ причинами несчастного случая явились неудовлетворительная организация производства работ; недостаточность контроля за соблюдением горнорабочей производственной трудовой дисциплины, а также охраны труда и техники безопасности. До момента увольнения она перенесла 4 операции, связанные с восстановлением руки. До настоящего времени утрачены функции левой руки. Кроме того, она была направлена в ФБГУ «НМИЦ ТО имени академика И.Г.А.» по вопросу восстановления руки. Действиями ответчика, а именно необеспечением надлежащего места и условий работы, послужившего основанием получения травмы, в результате которой ей была установлена инвалидность 2 группы, ей причинен моральный вред, который она оценивает в размере 3 000 000 рублей и просит, с учетом уточнений исковых требований, взыскать компенсацию морального вреда в указанном размере в ее пользу с ответчика. 

ДД.ММ.ГГГГ представителем ответчика ООО «Бошняковский угольный разрез» К.Т.В., действующим на основании доверенности, суду представлен отзыв на исковое заявление, в котором выражено несогласие с заявленными требованиями, полагая, что доказательств вины работодателя в причинении вреда здоровью истицы не представлено, вред здоровью причинен в результате нарушений требований охраны труда самой истицы, просил отказать истцу в удовлетворении заявленных требований в полном объеме. 

В судебное заседание не явился истец ФИО1, о времени и месте рассмотрения дела извещена надлежащим образом, ходатайствовала о рассмотрении дела в своё отсутствие.

Суд, руководствуясь положениями ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ), полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившегося лица.

В судебном заседании представитель истца ФИО14, действующий на основании доверенности, исковые требования поддержал по основаниям, изложенным в исковом заявлении. Дополнительно суду пояснил, что сумма компенсации морального вреда в заявленном истцом размере обусловлена тем, что истцом получена травма на производстве тяжелой степени тяжести, она перенесла четыре операции, до настоящего времени находится в состоянии нетрудоспособности, продолжает лечение, ей установлена степень утраты профессиональной трудоспособности 80%, инвалидность 2 группы. Истец испытывает нравственные и физические страдания в связи с полученной травмой.

В судебном заседании представитель ответчика ООО «Бошняковский угольный разрез» ФИО7, действующий на основании доверенности, поддержав доводы отзыва на исковое заявление, полагал, что вина работодателя в произошедшем несчастном случае отсутствует, причиной несчастного случая на производстве явилось несоблюдение правил техники безопасности самой истицей, в связи с чем просил отказать в удовлетворении заявленных требований. 

Выслушав участников процесса, заключение прокурора, участвующего в деле, полагавшего исковые требования истца подлежащими удовлетворению, исследовав материалы дела и оценив совокупность собранных по делу доказательств, суд приходит к следующему.

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации).

Частью 3 статьи 37 Конституции Российской Федерации установлено, что каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены.

В целях защиты прав и законных интересов лиц, работающих по трудовому договору, в Трудовом кодексе Российской Федерации введено правовое регулирование трудовых отношений, возлагающее на работодателя дополнительную ответственность за нарушение трудовых прав работника.

В силу положений абзацев четвертого и четырнадцатого части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.

Этим правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абзацы четвертый, пятнадцатый и шестнадцатый части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абзац второй части 1 статьи 210 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью 1 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов (абзац второй части 2 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации).

Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (абзацы второй и тринадцатый части 1 статьи 219 Трудового кодекса Российской Федерации).

В силу статьи 230 ТК РФ по каждому несчастному случаю, квалифицированному по результатам расследования как несчастный случай на производстве и повлекшему за собой необходимость перевода пострадавшего в соответствии с медицинским заключением, выданным в порядке, установленном федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, на другую работу, потерю им трудоспособности на срок не менее одного дня либо смерть пострадавшего, оформляется акт о несчастном случае на производстве по установленной форме в двух экземплярах, обладающих равной юридической силой, на русском языке либо на русском языке и государственном языке республики, входящей в состав Российской Федерации.

Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1 статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации).

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Исходя из приведенного нормативного правового регулирования работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда. При получении работником во время исполнения им трудовых обязанностей травмы или иного повреждения здоровья, исходя из положений трудового законодательства, предусматривающих обязанности работодателя обеспечить работнику безопасные условия труда и возместить причиненный по вине работодателя вред, в том числе моральный, а также норм гражданского законодательства о праве на компенсацию морального вреда, работник имеет право на возмещение работодателем, не обеспечившим работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, морального вреда, причиненного в результате повреждения здоровья работника.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении (п. 25).

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (п. 26).

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага (п. 27).

Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего (п. 28).

В соответствии с пунктом 30 вышеуказанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 33 при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ).

В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.

Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.

Возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, осуществляется в рамках обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (ч. 8 ст. 216.1 ТК РФ). Однако компенсация морального вреда в порядке обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний не предусмотрена и согласно п. 3 ст. 8 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" осуществляется причинителем вреда (абз. 2 п. 46 Постановления от ДД.ММ.ГГГГ N 33).

При разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника или третьего лица, не состоящего в трудовых отношениях с данным работодателем (абз. 5 п. 46 Постановления от ДД.ММ.ГГГГ N 33).

Согласно разъяснениям в п. 47 Постановления от ДД.ММ.ГГГГ N 33, суду при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя. В частности, реализация права работника на труд (ст. 37 Конституции Российской Федерации) предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: на справедливую оплату труда, на отдых, на безопасные условия труда, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др.

Размер компенсации морального вреда, присужденный к взысканию с работодателя в случае причинения вреда здоровью работника вследствие профессионального заболевания, причинения вреда жизни и здоровью работника вследствие несчастного случая на производстве, в том числе в пользу члена семьи работника, должен быть обоснован, помимо прочего, с учетом степени вины работодателя в причинении вреда здоровью работника в произошедшем несчастном случае.

Как установлено судом, приказом № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 принята на работу с ДД.ММ.ГГГГ в ООО «Бошняковский угольный разрез» на участок ОТК горнорабочей 2 разряда, с работником заключен трудовой договор № от ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно журналу регистрации ДД.ММ.ГГГГ с ФИО1 проведен вводный инструктаж. 

Согласно журналу регистрации ДД.ММ.ГГГГ с ФИО1 проведен инструктаж на рабочем месте ОТК. 

С инструкцией по охране труда № для горнорабочей 2 разряда ОТК ФИО1 ознакомлена, о чем свидетельствует личная подпись истца от ДД.ММ.ГГГГ.

На основании приказа от ДД.ММ.ГГГГ №-б с 02 февраля по ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 прошла стажировку в количестве 4 смен.

В соответствии с приказом от ДД.ММ.ГГГГ №-а ФИО1 допущена к самостоятельной работе горнорабочей 2 разряда участка ОТК с ДД.ММ.ГГГГ. 

В соответствии с книгой нарядов ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 выдан наряд на работу по набору и разделке угля. Инструктаж по технике безопасности проведен. 

ДД.ММ.ГГГГ в ООО «Бошняковский угольный разрез» произошёл несчастный случай на производстве, в результате которого ФИО1 получила травмы тяжелой степени тяжести.

Во исполнение положений статьи 229 ТК РФ работодателем ООО «Бошняковский угольный разрез» ДД.ММ.ГГГГ издан приказ №-б о создании комиссии по расследованию и проведении расследования обстоятельств несчастного случая, произошедшего ДД.ММ.ГГГГ с горнорабочей участка ОТК ФИО1

По результатам расследования составлен акт о несчастном случае на производстве № по установленной форме Н-1, из которого следует, что ДД.ММ.ГГГГ в первую смену в 08-00 мастер отдела технического контроля М.Е.В. выдала наряд № б/н от ДД.ММ.ГГГГ горнорабочей 2 разряда ФИО1 на учет вывозки угля со склада «Экспор» в порт и на разделку угля, для определения качественных характеристик. Мастер ОТК М.Е.В. провела инструктаж ФИО1 по охране труда, промышленной безопасности и технике безопасности с отметкой в книге нарядов под роспись. Во время работы ДД.ММ.ГГГГ в 14-30 в помещении проборазделки мастер М.Е.В. вместе с горнорабочей ФИО1 приступили к разделке пробы угля. По окончании дробления уголь был влажный, необходимо всегда проверять колосниковую решетку. Выключив проборазделочную машину МПЛ-150 (отключив щит) горнорабочая ФИО1 вытащила из корпуса дробилки колосниковую решетку и засунула руку для зачистки, не дождавшись полной остановки. Услышав крики ФИО1 мастер М.Е.В. увидела поврежденную руку и сообщила диспетчеру Б.С.В., а также вызвала скорую помощь. На пострадавшей было надето: белье нательное, костюм летний, каска и подшлемник летний, жилет, сапоги, перчатки хлопчатобумажные. 

В соответствии с медицинским заключением о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести, выданным ГБУЗ «Углегорская ЦРБ» от 17 июля 2020 года, пострадавший получил: открытый раздробленный перелом костей левой кисти и предплечья. Согласно схеме определения степени тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве, указанное повреждение относится к категории тяжелой.

Стороной ответчика факт получения истцом телесных повреждений, указанных в медицинском заключении, и степень их тяжести в ходе судебного разбирательства не оспаривались.

Согласно акту о несчастном случае на производстве № от ДД.ММ.ГГГГ, причинами несчастного случая явились: неудовлетворительная организация производства работ (код 08); недостаточность контроля за соблюдением горнорабочей производственной и трудовой дисциплины, соблюдения охраны труда и техники безопасности. Должностная инструкция начальника ОТК № от ДД.ММ.ГГГГ п. 2.2, п.2.11, п.2.14; должностная инструкция мастера погрузки и ОТК № от ДД.ММ.ГГГГ п. 2.6, п.2.10. 

Лицами, допустившими нарушения требований охраны труда, признаны: А.Ю.А. – начальник отдела технического контроля ООО «Бошняковский угольный разрез» - не обеспечила контроль за выполнением исполнителями работ требований (п.п. 2.2, 2.11, 2.14 должностной инструкции начальника ОТК № от ДД.ММ.ГГГГ). М.Е.А. – мастер ОТК ООО «Бошняковский угольный разрез» - не обеспечила контроль в смене соблюдения рабочими требований ОТ, ПТЭ, инструкций. (п.2.6, 2.10 должностной инструкции мастера погрузки и ОТК № от ДД.ММ.ГГГГ). 

Приказом генерального директора ООО «Бошняковский угольный разрез» №-б от ДД.ММ.ГГГГ начальнику ОТК А.Ю.А. и мастеру ОТК М.Е.В. объявлены выговоры за нарушение должностных инструкций. В качестве основания указан – акт о расследовании тяжелого несчастного случая от ДД.ММ.ГГГГ. 

Согласно информации отделения фонда социального страхования Российской Федерации по 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ заключением по экспертизе страхового случая № от ДД.ММ.ГГГГ несчастный случай на производстве, произошедший с ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ, признан страховым. 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

На основании приказа № от ДД.ММ.ГГГГ трудовой договор прекращен с ФИО1 на основании п. 8 ч. 1 ст. 77 ТК РФ. 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>

Из результатов, проведенной ГБУЗ «Сахалинская областная клиническая больница» ДД.ММ.ГГГГ рентгенографии, также следует, что у ФИО15 выявлены признаки остеомиелита 1-го пальца и 1-ой пястной кости левой кисти, посттравматический остеопороз. 

Из установленных судом обстоятельств следует, что на момент несчастного случая, повлекшего причинение тяжких повреждений ФИО1, последняя состояла в трудовых отношениях с ООО «Бошняковский угольный разрез», находилась на рабочем месте, выполняя трудовые функции, работа выполнялась по заданию работодателя, который обязан был обеспечить безопасные условия труда, наличие грубой неосторожности в действиях ФИО1 не установлено.

Противоправность действий работодателя ООО «Бошняковский угольный разрез» выразилась в виде недостаточного контроля со стороны работодателя, в лице начальника отдела технического контроля А.Ю.А. за выполнением исполнителями работ требований должностной инструкции, и мастера ОТК М.Е.А. за соблюдением рабочими требований ОТ, ПТЭ, инструкций. 

С учетом вышеуказанных обстоятельств, суд приходит к выводу, что между действием ответчика, то есть недостаточного контроля со стороны начальника и мастера ОТК за безопасным выполнением работ, и причинением здоровью ФИО1 вреда, имеется причинно-следственная связь.

Доводы ответчика о том, что несчастный случай на производстве произошел по вине самой ФИО1 ввиду наличия в ее действия грубой неосторожности и несоблюдения ею техники безопасности на производстве, не может быть принят судом во внимание.

В соответствии с ч.ч. 4, 5 ст. 230 Трудового кодекса РФ в акте о несчастном случае на производстве должны быть подробно изложены обстоятельства и причины несчастного случая, а также указаны лица, допустившие нарушения требований охраны труда. В случае установления факта грубой неосторожности застрахованного, содействовавшей возникновению вреда или увеличению вреда, причиненного его здоровью, в акте указывается степень вины застрахованного в процентах, установленная по результатам расследования несчастного случая на производстве.

После завершения расследования акт о несчастном случае на производстве подписывается всеми лицами, проводившими расследование, утверждается работодателем (его представителем) и заверяется печатью (при наличии печати).

Таким образом, в соответствии с приведенными нормами акт о несчастном случае на производстве - это документ, оформляемый по результатам расследования несчастного случая комиссией, созданной работодателем, в котором указываются, в том числе, причины несчастного случая, лица, допустившие нарушения требований охраны труда, предложения по устранению выявленных нарушений, причин несчастного случая и предупреждению аналогичных несчастных случаев. При несогласии с актом заинтересованные лица вправе оспорить его в судебном порядке.

Акт о несчастном случае на производстве N 2 от ДД.ММ.ГГГГ (согласно которому вины ФИО1 в несчастном случае, грубой неосторожности с её стороны, а также факта нахождения её в состоянии алкогольного опьянения не установлено, тяжелый несчастный случай с ней произошел в рабочее время, при исполнении трудовых обязанностей в интересах работодателя и по вине работников последнего) составлен по результатам расследования комиссией, созданной работодателем, утвержден генеральным директором ООО «Бошняковский угольный разрез» Т.В.В., в установленном законом порядке оспорен не был и незаконным не признан, а потому является надлежащим и достоверным доказательством, подтверждающим обстоятельства и причины несчастного случая с истцом. В этой связи не имеют правового значения и не могут быть приняты судом во внимание доводы ответчика о том, что в несчастном случае имеется и вина самого истца в виде грубой неосторожности, так как данные доводы, по существу, направлены на оспаривание акта о несчастном случае, для чего законодателем установлен иной порядок.

Доводы ответчика о том, что с истцом проводилось обучение и инструктаж по охране труда, она обеспечивалась средствами индивидуальной защиты, была допущен к работе после прохождения инструктажа, получила первую медицинскую помощь сразу после несчастного случая, не свидетельствуют о наличии оснований для освобождения ответчика от возмещения компенсации морального вреда, причиненного истцу, так как обязанностью работодателя является обеспечение таких условий труда, в которых травмирование работника исключалось бы в принципе. Несмотря на проведение ответчиком указанных им мероприятий по охране труда, обязанность по обеспечению безопасных условий труда им выполнена ненадлежащим образом, что повлекло за собой наступление несчастного случая. 

Относительно доводов о том, что ответчик в досудебном порядке оказывал содействие по перевозке истца в лечебные учреждения, то указанные обстоятельства не исключают вину работодателя и не освобождают его от обязанности возместить работнику вред, причиненный в результате несчастного случая, а могут лишь повлиять на размер денежной компенсации морального вреда.

Доводы о недоказанности факта причинения истцу морального вреда вследствие несчастного случая на производстве, суд отклоняет, поскольку они противоречат приведенным выше разъяснениям Верховного Суда РФ, содержащимся в постановлении от ДД.ММ.ГГГГ №.

Факт наличия вины ответчика в несчастном случае как работодателя, не обеспечившего истцу безопасные условия труда, нашел свое подтверждение в ходе рассмотрения дела, подтвержден совокупностью надлежащих доказательств, равно как и факт причинения вреда здоровью истца в результате несчастного случая на производстве. Соответственно, факт причинения истцу морального вреда вследствие полученной производственной травмы презюмируется и доказыванию истцом не подлежит, вопреки ошибочному суждению ответчика об обратном.

Как следует из не опровергнутых ответчиком пояснений истца в исковом заявлении и в ходе рассмотрения дела, в результате несчастного случая ФИО1 перенесла значительные физические страдания, проходила длительное лечение, была неоднократно прооперирована. Кроме того, испытывала нравственные переживания по поводу необратимости последствий травмы, необходимости прохождения лечения, наличия затруднений в самообслуживании, осуществлении гигиенических процедур, невозможности трудиться, вести привычный образ жизни.

С учетом вышеприведенных норм материального права и разъяснений по их применению, оценив в совокупности имеющиеся в деле доказательства, свидетельствующие о причинении ФИО1 физических и нравственных страданий, принимая во внимание обстоятельства, при которых наступил несчастный случай, степень вины работодателя в произошедшем несчастном случае по необеспечению достаточного контроля за соблюдением работниками безопасных условий труда, индивидуальные особенности истца, лишившейся в результате полученной травмы возможности полноценно трудиться, вести привычный образ жизни, длительность лечения и психотравмирующей ситуации, наступление последствий полученной травмы, в том числе при последующем лечении возможной ампутации конечности, нуждаемость в реабилитации, установление истцу инвалидности второй группы и 80% утраты профессиональной трудоспособности, учитывая также принятие ответчиком мер к заглаживанию своей вины в несчастном случае и оказание содействия истцу в передвижении в учреждения здравоохранения для прохождения лечения, суд с учетом требований разумности и справедливости определяет размер компенсации в размере 1 000 000 рублей.

В соответствии с ч.1 ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Учитывая, что истец при обращении в суд освобожден от уплаты государственной пошлины, то суд взыскивает с ответчика государственную пошлину в бюджет Углегорского городского округа, в размере, установленном ст. 333.19 Налогового кодекса РФ.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО4 к Обществу с ограниченной ответственностью «Бошняковский угольный разрез» о взыскании компенсации морального вреда – удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Бошняковский угольный разрез» (ИНН 

<

***>, КПП 650801001, ОГРН 

<

***>) в пользу ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, паспорт серия 

<

адрес> №, выдан ТП УФМС России по 

<

адрес> в 

<

адрес>, ДД.ММ.ГГГГ, код подразделения №, компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 (одного миллиона) рублей 00 копеек.

В удовлетворении исковых требований ФИО4 к Обществу с ограниченной ответственностью «Бошняковский угольный разрез» о взыскании компенсации морального вреда в большем объеме – отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Бошняковский угольный разрез» (ИНН 

<

***>, КПП 650801001, ОГРН 

<

***>) государственную пошлину в бюджет Углегорского городского округа в размере 300 (триста) рублей.

На решение суда могут быть поданы апелляционная жалоба, представление в Сахалинский областной суд через Углегорский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Мотивированное решение составлено 19 января 2024 года.

Председательствующий судья Ю.С. Лбова