Дело № 12-31/2017 18 мая 2017 года

РЕШЕНИЕ

Судья Сестрорецкого районного суда Санкт-Петербурга Богданова Н.Л., рассмотрев жалобу ФИО1, 

<

данные изъяты>, 

на постановление мирового судьи судебного участка № 113 Санкт-Петербурга от 14.03.2017 по делу об административном правонарушении № 5-17/2017-113, предусмотренном ч. 1 ст. 12.26 КРФоАП, 

УСТАНОВИЛ:

Постановлением мирового судьи судебного участка № 113 Санкт-Петербурга от 14.03.2017 ФИО1 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 КРФоАП, с назначением наказания в виде административного штрафа в размере 30 000 руб. с лишением права управления транспортными средствами на срок 1 год 8 месяцев.

Не согласившись с указанным постановлением, ФИО1 обратился с жалобой, ссылаясь на его незаконность и необоснованность.

ФИО1 в судебное заседание не явился, о рассмотрении жалобы извещен, ходатайство об отложении судебного разбирательства не заявил. 

Защитник Голубева Е.С. в судебное заседание явилась, доводы жалобы поддержала, пояснила, что мировой судья обязан был вернуть поступивший к нему материал, поскольку в нем отсутствовало определение должностного лица о передаче дела в суд для рассмотрения; видеозапись, приобщенная к материалам дела, является недопустимым доказательством, поскольку проведенное освидетельствование ФИО1 на состояние опьянения показало отрицательный результат, такой признак алкогольного опьянения, как запах алкоголя, указанный в процессуальных документах, надуман; в протоколе права, предусмотренные ст. 51 Конституции Российской Федерации и ст. 25.1 КРФоАП, разъяснены после дачи ФИО1 объяснений; в протоколе об административном правонарушении не указаны основания для направления водителя на медицинское освидетельствование, в связи с чем данный документ является ненадлежащим доказательством; протокол об отстранении от управления транспортным средством, акт освидетельствования на состояние опьянения и протокол о направлении на медицинское освидетельствование – недопустимые доказательства, поскольку ФИО1 не разъяснялись положения ст. 27.12 КРФоАП, понятые не присутствовали.

Изучив материалы дела об административном правонарушении, доводы жалобы, выслушав объяснения защитника, суд приходит к следующим выводам.

В силу п. 2.3.2 Правил дорожного движения Российской Федерации, водитель по требованию должностных лиц, которым предоставлено право государственного надзора и контроля за безопасностью дорожного движения и эксплуатации транспортного средства, обязан проходить освидетельствование на состояние алкогольного опьянения и медицинское освидетельствование на состояние опьянения.

Невыполнение водителем законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения, если такие действия (бездействие) не содержат уголовно наказуемого деяния, образует состав административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 КРФоАП.

При рассмотрении дела мировым судьей установлено, что 13.08.2016 в 04 часа 50 минут ФИО1, управляя автомобилем марки «ВАЗ 21074», г.р.з. №, с признаками алкогольного опьянения (запах алкоголя изо рта, резкое изменение окраски кожных покровов лица, поведение, не соответствующее обстановке), у д. 2 по Новому шоссе п. Белоостров Курортного района Санкт-Петербурга в нарушение требования п. 2.3.2 ПДД РФ не выполнил законное требование уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения, основанием для направления на которое явилось наличие достаточных данных полагать, что он находится в состоянии опьянения при отрицательном результате освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, совершив тем самым административное правонарушение, предусмотренное ч. 1 ст. 12.26 КРФоАП.

Факт совершения административного правонарушения и виновность ФИО1 подтверждены совокупностью доказательств, а именно: протоколом № об административном правонарушении от 13.08.2016, в котором в графе «Объяснения лица» он указал «отказался в связи с тем, что срочно должен был быть дома, довезти лекарства»; протоколом № об отстранении от управления транспортным средством от 13.08.2016; актом № освидетельствования на состояние алкогольного опьянения с приложенной к нему распечаткой результатов исследования на бумажном носителе от 13.08.2016, которыми зафиксирован отрицательный результат освидетельствования на состояние алкогольного опьянения; протоколом № о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения от 13.08.2016, в котором ФИО1 собственноручно указал, что отказывается от прохождения медицинского освидетельствования, так как дома находится больная мать.

Причина, изложенная ФИО1 в процессуальных документах, послужившая отказом от прохождения медицинского освидетельствования, не может служить основанием для освобождения от административной ответственности, предусмотренной ч. 1 ст. 12.26 КРФоАП за невыполнение законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения. Факт отказа ФИО1 от прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения зафиксирован в протоколе об административном правонарушении, что в соответствии с п. 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.10.2006 № 18 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Особенной части Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» является основанием для привлечения к административной ответственности по ст. 12.26 КРФоАП.

Оценив представленные доказательства всесторонне, полно, объективно, в их совокупности, в соответствии с требованиями ст. 26.11 КРФоАП, мировой судья пришел к обоснованному выводу о виновности ФИО1 в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 КРФоАП.

Сотрудниками ГИБДД при получении доказательств, положенных в основу постановления мирового судьи о назначении административного наказания, процессуальных нарушений, которые могли бы повлиять на их оценку, допущено не было.

Все меры обеспечения производства по делу об административном правонарушении были применены к ФИО1 в присутствии двух понятых в соответствии с требованиями ст. 27.12 КРФоАП и положениями Правил освидетельствования лица, которое управляет транспортным средством, на состояние алкогольного опьянения и оформления его результатов, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 26.06.2008 № 475.

Довод защитника относительно того, что понятые при проведении процессуальных действий не присутствовали, были приглашены позже, не нашел своего подтверждения при рассмотрении дела в суде первой инстанции и опровергается материалами дела. Замечаний со стороны ФИО1 относительно отсутствия понятых при совершении в отношении него процессуальных действий, в том числе, при направлении его на медицинское освидетельствование не поступило. При этом ФИО1 имел возможность изложить в соответствующих процессуальных документах свои замечания и возражения относительно недостоверности изложенных в них сведений в случае наличия таковых, однако, данным правом не воспользовался.

Утверждение защитника о том, что ФИО1 не понимал требования сотрудников ГИБДД, несостоятельны. Содержание составленных в отношении ФИО1 процессуальных документов изложено в достаточной степени ясности, поводов, которые давали бы основания полагать, что он не осознавал содержание и суть подписываемых документов, что на момент составления административного материал ФИО1 не понимал суть происходящего и не осознавал последствий своих действий, не имеется. Основания полагать, что понятые не понимали сути происходящего, также отсутствуют. Процессуальные документы, оформленные по делу, составлены в соответствии с требованиями ст. 27.12 КРФоАП, обоснованно признаны допустимыми доказательствами, содержащиеся в них данные не противоречат иным материалам дела. Достоверность внесенных в процессуальные документы сведений удостоверена подписями понятых, которым разъяснялась ст. 25.7 КРФоАП, сомнений не вызывает. Выполнение положений ст. 27.12 КРФоАП подтверждается, в том числе, объяснениями ИДПС ОБ № 4 УГИБДД ФИО2, данными им при рассмотрении дела мировым судьей. Из них следует, что сотрудник ГИБДД разъяснял ФИО1 в присутствии двух понятых основания его отстранения от управления транспортным средством, в связи с выявленными у него признаками опьянения, далее было предложено пройти освидетельствование на состояние алкогольного опьянения, с чем ФИО1 согласился, но так как результат был отрицательным и имелись основания полагать, что освидетельствуемое лицо находится в состоянии наркотического опьянения, было предложено пройти медицинское освидетельствование и разъяснены последствия отказа от прохождения данной процедуры. От прохождения медицинского освидетельствования ФИО1 отказался. Материалы дела об административном правонарушении не дают оснований усомниться в достоверности сообщенных инспектором мировому судье сведений. 

Довод жалобы относительно того, что такой признак опьянения как «запах алкоголя изо рта», который среди прочих послужил основанием для направления ФИО1 на медицинское освидетельствование, является надуманным, являлся предметом исследования при рассмотрении дела мировым судьей, ему дана надлежащая оценка, с которой нельзя не согласиться. Кроме того, ФИО1 не был лишен возможности указать в процессуальных документах свои возражения относительно наличия у него выявленных признаков опьянения. Оснований усомниться в законности требования сотрудника полиции о прохождении ФИО1 медицинского освидетельствования на состояние опьянения нет.

Несостоятелен также довод защитника о том, что при составлении протокола об административном правонарушении инспектор ГИБДД не разъяснил ФИО1 права, предусмотренные ст. 25.1 КРФоАП, положения ст. 51 Конституции Российской Федерации. Данному доводу мировым судьей также дана надлежащая оценка. Кроме того, названный протокол составлен на типовом бланке, рекомендованном к использованию Приказом МВД России 02.02.2009 № 185, согласно которому на оборотной стороне копии протокола об административном правонарушении воспроизводятся положения ст. 25.1 КРФоАП и ст. 51 Конституции Российской Федерации. Отсутствие в иных процессуальных документах строки с разъяснением прав, предусмотренных ст. 25.1, ст. 25.7 КРФОАП, не свидетельствует о том, что права участникам процессуальных действий не разъяснялись. 

Утверждение, что объяснения даны ФИО1 под диктовку сотрудника ГИБДД являются голословными, доказательства этому суду не представлены.

Ссылка на то, что в протоколе об административном правонарушении не указаны основания для направления водителя на медицинское освидетельствование, в связи с чем данный документ является ненадлежащим доказательством, несостоятельна, поскольку в нем отражены все признаки опьянения, послужившие основанием для направления ФИО1 на освидетельствование на состояние алкогольного опьянения и медицинское освидетельствование на состояние опьянения, а именно: запах алкоголя изо рта, резкое изменение окраски кожных покровов лица, поведение, не соответствующее обстановке.

Утверждение о том, что мировой судья при поступлении к нему административного материала обязан был вернуть его в орган, составивший протокол, в связи с отсутствием определения должностного лица о передаче дела в суд, не обосновано. 

В соответствии с ч. 1 ст. 23.1 КРФоАП рассмотрение дел об административных правонарушениях, предусмотренных ст. 12.26 КРФоАП, отнесено к компетенции судей, направление протокола об административном правонарушении для рассмотрения дела об административном правонарушении производится в порядке ст. 28.8 КРФоАП, положения указанной статьи должностным лицом выполнены. Составление должностным лицом мотивированного определения о передаче дела на рассмотрение судье требуется в отношении дел об административных правонарушениях, указанных в ч. 2 ст. 23.1 КРФоАП., к которым рассматриваемое нарушение не относится. 

Довод о том, что видеозапись, имеющаяся в материалах дела, не является надлежащим доказательством по делу, подлежит отклонению, так как при вынесении постановления мировым судьей данная видеозапись не исследовалась в качестве доказательства вины ФИО1 и правовая оценка ей не давалась.

Из представленных материалов не усматривается наличие противоречий или неустранимых сомнений по делу, которые могли быть истолкованы в пользу ФИО1; принцип презумпции невиновности не нарушен.

Административное наказание назначено в соответствии с требованиями ст. ст. 3.1, 3.5, 3.8 и 4.1 КРФоАП, в пределах санкции ч. 1 ст. 12.26 КРФоАП.

Порядок и срок давности привлечения к административной ответственности не нарушены.

При таких обстоятельствах, оснований для отмены или изменения судебного решения не имеется.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 30.7 КРФоАП, суд

РЕШИЛ:

Постановление мирового судьи судебного участка № 113 Санкт-Петербурга от 14.03.2017 по делу об административном правонарушении № 5-17/2017-113, предусмотренном ч. 1 ст. 12.26 КРФоАП, в отношении ФИО1 - оставить без изменения, жалобу ФИО1 - без удовлетворения.

Судья Н.Л. Богданова