№ 03RS0004-01-2024-004407-08

дело № 1 - 184/2024

П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

<

адрес> 25 июля 2024 года

Ленинский районный суд 

<

адрес> Республики Башкортостан в составе председательствующего судьи Якуповой Э. Ф., 

при секретаре Лоиковой Д. Э.,

с участием представителей государственного обвинения ФИО1, ФИО2,

подсудимого ФИО3 и его защитника – адвоката Деньгуб Е. М., ордер в уголовном деле, 

потерпевшего С.А.Г., 

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении

ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, 

<

адрес>, гражданина РФ, 

<

адрес>

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 105 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО3 совершил покушение на убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку, на территории 

<

адрес> РБ, при следующих обстоятельствах.

Так, ДД.ММ.ГГГГ, около ДД.ММ.ГГГГ., у ФИО3, находившегося в состоянии алкогольного опьянения, на крыльце дома по адресу: РБ, 

<

адрес>, на почве систематического употребления его сыном С.А.Г. алкогольных напитков, ведения последним аморального образа жизни, сложились неприязненные отношения к своему сыну С.А.Г. В указанные время и месте, между ФИО3 и С.А.Г. произошел конфликт на почве употребления С.А.Г. алкогольных напитков, его нахождения в состоянии опьянения, слушавшего громко музыку, в ходе которого у ФИО3 возникли личные неприязненные отношения к С.А.Г. и преступный умысел, направленный на умышленное причинение смерти последнему, путем нанесения удара ножом в область сердца.

ДД.ММ.ГГГГ, в период времени с ДД.ММ.ГГГГ., ФИО3, находясь в состоянии алкогольного опьянения, на крыльце дома по вышеуказанному адресу, с целью реализации своего преступного умысла, направленного на причинение смерти С.А.Г., на почве личных неприязненных отношений к последнему, вооружился кухонным ножом, взяв его в правую руку на кухонном столе в доме, и, осуществляя свой преступный умысел, направленный на причинение смерти С.А.Г., умышленно, осознавая общественно опасный характер своих действий и неизбежность наступления общественно опасных последствий в виде наступления смерти от его действий С.А.Г., и желая этого, с целью убийства последнего, держа в правой руке кухонный нож, используя его в качестве оружия, высказав в адрес С.А.Г. слова угрозы, со значительной физической силой нанес им не менее одного удара в область расположения жизненно-важных органов человека – в область грудной клетки С.А.Г., при этом целясь в область его сердца.

Однако преступный умысел ФИО3, направленный на совершение убийства С.А.Г., не был доведен до конца по независящим от него обстоятельствам, поскольку ФИО3, нанося удар ножом, не попал в сердце С.А.Г., супруга ФИО3 - С.К.И., перегородила путь ФИО3, и пресекла его активные преступные действия, и С.А.Г. был своевременно госпитализирован сотрудниками скорой медицинской помощи в ГБУЗ РКБ им. Куватова 

<

адрес>, где ему оказана своевременная квалифицированная медицинская помощь, вследствие чего он остался жив. 

ФИО3 своими умышленными преступными действиями, направленными на причинение смерти С.А.Г., причинил последнему телесные повреждения в виде проникающего торакоабдоминального колото-резаного ранения справа с повреждением правого купола диафрагмы и печени, осложненного правосторонним гемотораксом, внутрибрюшным кровотечением, гемоперитонеумом, которые квалифицируются, как причинение тяжкого вреда здоровью по признаку опасности вреда здоровью для жизни человека, и по своему характеру непосредственно создает угрозу для жизни.

Подсудимый ФИО3 по существу предъявленного обвинения вину признал частично и суду показал, что не хотел убивать потерпевшего, а хотел только напугать, в связи с чем взял нож и пырнул им С.А.Г. Последний постоянно употреблял спиртные напитки со своей сожительницей, его избивал, сломал ему нос, выгонял из дома. Конфликт возник между ним и С.А.Г. ДД.ММ.ГГГГ на фоне распития спиртных напитков. 

Из оглашенных в судебном заседании, по ходатайству государственного обвинителя, показаний подсудимого ФИО3 на следствии следует, что проживает с сыном С.А.Г., супругой С.К.И., Я.Л.С., сожительницей С.А.Г. С.А.Г. и Я.Л.С. ведут аморальный образ жизни, практически, каждый день употребляют спиртные напитки. Между ним и С.А.Г. на протяжении многих лет возникают конфликтные ситуации. Они много раз ругались, дрались, общий язык между собой найти не могут. Он неоднократно угрожал своему сыну, говорил, что устал его терпеть и его сожительницу, что убьет его когда-нибудь, при этом, действительно, имел такие намерения. ДД.ММ.ГГГГ, в вечернее время, он, С.К.И., С.А.Г. и Я.Л.С. находились в доме по адресу: 

<

адрес>. Он немного употребил пиво в этот день, в утреннее время. С.А.Г. и Я.Л.С. с утра употребляли спиртные напитки. Они были пьяны, громко разговаривали, это его сильно раздражало. Он был зол на своего сына, так как тот пропивал все деньги, которые зарабатывал, не помогая своим родителям. В период времени с ДД.ММ.ГГГГ., С.А.Г. сидел с Я.Л.С. на крыльце дома, во дворе, в пьяном состоянии. Он подошел к ним, посмотрел на С.А.Г., увидел, что около него стоит баллон пива, взял указанный баллон и сказал им, что пошел спать, при этом намерений идти спать не имел. Пройдя в спальную комнату, где находилась С.К.И., со стола взял кухонный нож с рукояткой черного цвета, с лезвием около 10 см, это видела С.К.И., при этом говорил, что убьет когда-нибудь С.А.Г. Далее, у него возник умысел на причинение смерти С.А.Г. Он хотел воспользоваться моментом, что тот сидит на крыльце спиной, чтобы последний перестал пьянствовать и вести такой образ жизни навсегда. С целью убить своего сына, подошел к нему сзади с ножом в правой руке, в этот момент С.А.Г. сидел на крыльце. Я.Л.С. сидела с ним рядом, напротив, на корточках. С целью отвлечь С.А.Г., чтобы тот не увидел у него в руках нож, он хлопнул его по плечу с правой стороны, и со словами: «Я же говорил, что убью тебя! Умри, …!», выразившись при этом нецензурной бранью, целенаправленно, умышленно, с целью причинения смерти С.А.Г., нанес ему правой рукой один удар ножом. В этот момент С.А.Г. сидел на крыльце, к нему спиной, обернувшись, повернув свою голову в правую сторону. Удар ножом планировал нанести в область сердца, попал в область грудной клетки, старался его нанести так, чтобы нож вошел глубоко, с целью убить своего сына. Далее, когда нанес удар С.А.Г. ножом и попал в область грудной клетки, полностью воткнув лезвие ножа в его тело, Я.Л.С. начала кричать. С.А.Г., прикрыв рукой рану, из которой сразу же начала сочиться кровь, немного наклонился в правый бок, затем встал с крыльца и направился в сторону выхода. Он понял, что не убил сына, хотя имел намерение на его убийство, при этом стоял и держал нож в правой руке. На крики из комнаты на крыльцо вышла С.К.И., которая стала кричать на него, он продолжал говорить: «Сказал убью, значит убью!», при этом хотел снова подойти к С.А.Г. и добить его, но С.К.И. ему перегородила путь, и он не стал к нему подходить. Далее, Я.Л.С. вызвала скорую медицинскую помощь, которая приехала минут через 10 - 15, С.А.Г. госпитализировали в РКБ им. Куватова. Вину в покушении на убийство в отношении С.А.Г. признает, поскольку хотел этого, и имел намерение его убить уже длительное время, он говорил ему об этом. Какой-либо помощи С.А.Г. не оказывал, скорую медицинскую помощь не вызывал, и не имел намерений, вызывала Я.Л.С., также она звонила в полицию. Нож взял, чтобы нанести удар С.А.Г. в область сердца. Он осознавал, что своими действиями наносит С.А.Г. удар в жизненно-важную область тела, что от его действий может наступить смерть С.А.Г., имел прямой умысел на совершение убийства С.А.Г. В содеянном раскаивается, сожалеет, что все так случилось, вину признает (т. 1 л. д. 121 – 126).

Аналогичные показания подсудимый ФИО3 давал и на очных ставках с потерпевшим С.А.Г., свидетелем С.К.И. ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ (соответственно), из которых следует, что нанес удар ножом С.А.Г. в область грудной клетки, целился в сердце, умышленно, с целью убить его, но не смог довести задуманное до конца, так как он выжил. Удар наносил со словами: «Я же сказал, что убью, умри, …», выражаясь при этом нецензурной бранью (т. 1 л. д. 160 – 165, 140 – 142).

В ходе проверки показаний на месте ДД.ММ.ГГГГ ФИО3, в присутствии защитника, показал, что ДД.ММ.ГГГГ, в период времени с ДД.ММ.ГГГГ., находясь по адресу: 

<

адрес>, нанес кухонным ножом один удар С.А.Г., сидящему на крыльце. Хотел убить его, целился в сердце, но попал в грудную клетку справа. Кухонный нож в последующем бросил на крыльцо указанного дома (т. 1 л. д. 127 - 136).

После оглашения показаний подсудимого ФИО3 на следствии, последний показал, что убивать потерпевшего не хотел, показания подписал, не читая.

Между тем, эти показания ФИО3 на предварительном следствии, которые были оглашены в судебном заседании, вопреки его утверждениям о том, что подписывал протоколы не читая, получены с соблюдением всех требований уголовно-процессуального закона, с участием защитника, с предварительным разъяснением ему процессуальных прав, в том числе права отказаться свидетельствовать против самого себя, и последствий неиспользования этого права, с проверкой показаний на месте, то есть в обстановке, исключающей возможность какого-либо воздействия на допрашиваемого. ФИО3 и его защитник никаких замечаний по поводу проведения допросов и получения показаний не имели. 

Эти показания подсудимого о месте совершения преступления, о наличии умысла на убийство, о нанесении удара ножом в область грудной клетки потерпевшего являются последовательными, согласуются, как с показаниями потерпевшего, свидетелей, так и с протоколом осмотра места происшествия, заключением судебно-медицинской экспертизы, а также иными материалами дела, исследованными в судебном заседании, оценка которым дана ниже. 

Таким образом, у суда нет препятствий для использования приведенных показаний ФИО3 в качестве доказательства по делу. 

Оценивая показания ФИО3 в части отсутствия умысла на совершение убийства потерпевшего, в совокупности с другими доказательствами по делу, суд приходит к выводу о том, что подсудимый стремится смягчить ответственность за совершенное им преступление.

Исследовав в ходе судебного заседания доказательства, представленные сторонами обвинения и защиты, суд приходит к следующему.

Потерпевший С.А.Г. суду показал, что дату не помнит, примерно месяц назад, сидели с отцом, ФИО3, и сожительницей, Я.Л.С., на крыльце 

<

адрес>, выпивали. Далее ФИО3 взял баллон пива и пошел домой спать, а через 5 минут вышел, подкрался к нему сзади, хлопнул его по плечу и со словами: «Я же обещал тебя зарезать, умри», воткнул ему нож в грудную клетку. Далее ФИО3 вытащил нож, и он в это время отбежал от него, при этом заметил идущую у него из раны кровь. После этого ФИО3 ещё бегал по двору с ножом, «добить», наверное, хотел, а сожительница вызвала скорую. Его мать С.К.И. была дома, и вышла, когда он постучал в окно. Далее скорая помощь увезла его в больницу. До произошедших событий между ним и ФИО3 ежедневно возникали конфликты. Последний, находясь в состоянии алкогольного опьянения, постоянно выражал свое недовольство, угрожал убийством, говорил, что зарежет его. 

Из оглашенных в судебном заседании, по ходатайству государственного обвинителя, показаний потерпевшего С.А.Г. на следствии следует, что ФИО3 постоянно говорил, что убьет его, и он был уверен, что тот, действительно, имел такие намерения. Вызвано это было тем, что он не имеет собственного жилья и употребляет спиртные напитки с Я.Л.С. ДД.ММ.ГГГГ, в вечернее время, он, С.К.И., ФИО3, Я.Л.С. находились в доме по адресу: 

<

адрес>. ФИО3 в этот день употреблял пиво, но находился в нормальном состоянии. Он и Я.Л.С. также употребляли пиво. ФИО3 на протяжении всего дня высказывал в их адрес слова недовольства, говорил, что они громко разговаривают, слушают музыку, раздражают его. ДД.ММ.ГГГГ, в период времени с ДД.ММ.ГГГГ., он сидел с Я.Л.С. на крыльце дома, во дворе, они находились в состоянии алкогольного опьянения, слушали музыку и разговаривали, употребляли пиво. В указанный период времени, ФИО3 подошел к нему, посмотрел на него недовольным взглядом, Я.Л.Г. в это время находилась рядом. Около него стоял баллон пива. ФИО3 в раздраженном состоянии, взял указанный баллон пива и сказал, что пойдет в комнату спать. С.К.И. в это время находилась в своей комнате. Далее услышал, как ФИО3 подошел сзади, наклонился к нему, так как он сидел на крыльце, прихлопнул его по правому плечу сзади, на что он обернулся к нему в правую сторону, и со словами: «Я же сказал, что убью тебя! Умри, …!», выражаясь при этом нецензурной бранью, в этот момент он увидел в его правой руке кухонный нож с рукояткой черного цвета и лезвием около 10 см из металла, быстрым движением руки нанес ему удар в область грудной клетки справа. Он почувствовал, что удар был сильным, испытал сильную физическую боль. ФИО3 после того, как воткнул нож ему в тело, сразу его вытащил и держал в руке. Он в это время находился с голым торсом, и в шортах. Я.Л.С. сразу же встала, она сидела напротив его, и стала кричать на ФИО3 Он, немного нагнувшись от боли, также встал с крыльца дома и начал кричать на ФИО3, при этом ФИО3 стоял с ножом рядом, не имея намерений прекращать свои действия, это было видно по его лицу, пытался приблизиться к нему небольшими шагами, как он понял, чтобы еще раз нанести ему удар ножом, хотел его «добить». Он в этот момент побежал к окну комнаты, где находилась С.К.И., постучался и сказал, что отец его зарезал. С.К.И. сразу же выбежала на улицу, и стала преграждать путь ФИО3, чтобы тот к нему не приближался. Я.Л.С. находилась рядом, вызвала скорую медицинскую помощь и полицию. ФИО3 ходил по двору дома со словами: «Говорил же убью!». С.К.И. его успокаивала. ФИО3 не желал оказывать ему какую-либо медицинскую помощь, вызвать скорую медицинскую помощь, по нему было видно, что он не сожалел о том, что сделал, а сожалел, что так и не убил его. Примерно минут через 10 - 15 после случившегося приехала скорая медицинская помощь, и его госпитализировали в ГБУЗ РКБ им. Куватова, где ему провели экстренную операцию, был поставлен предварительный диагноз в виде колото-резаного ранения справа, с повреждением правого купола диафрагмы и печени, осложнение: «Правосторонний гемоторакс, внутрибрюшное кровотечение, гемоперитонеум» (т. 1 л. д. 78 – 81).

Аналогичные показания потерпевший С.А.Г. дал и на очной ставке с подсудимым ФИО3, из которых следует, что ФИО3 подошел к нему сзади, наклонился, прихлопнул его по правому плечу, на что он обернулся к ФИО3 в правую сторону, и тот, со словами: «Я же сказал, что убью тебя! Умри, …!», выражаясь при этом нецензурной бранью, нанес ему удар ножом в область грудной клетки, полностью засунув лезвие ножа. Затем он резко вытащил нож. Далее ФИО3, держа в руке нож, хотел еще раз подойти к нему, «добить» его, но его сдержала С.К.И. Ранее ФИО3 неоднократно говорил ему, что убьет его, зарежет (т. 1 л. л. 160 – 166).

После оглашения показаний потерпевшего С.А.Г., последний подтвердил их.

Не доверять данным показаниям потерпевшего С.А.Г., у суда нет оснований, поскольку они логичны и последовательны на протяжении всего предварительного и судебного следствия, согласуются, как с показаниями свидетелей, так и с письменными доказательствами, исследованными в судебном заседании, оценка которым дана в приговоре.

Что же касается некоторых расхождений, имеющихся в показаниях потерпевшего, они не касаются существенных обстоятельств, имеющих значение для выводов суда о виновности подсудимого и правовой оценки его действий, поскольку юридически значимыми не являются. 

Согласно сообщению, поступившему от Я.Л.С., зарегистрированному в ОП № Управления МВД России по 

<

адрес> в книге учета сообщений о преступлениях за № от ДД.ММ.ГГГГ, в ДД.ММ.ГГГГ., по адресу: РБ, 

<

адрес> произошло «ножевое ранение», «отец нанес ножевое ранение сыну, 37 лет, в грудную клетку» (т. 1 л. д. 9)

Из сообщения из больницы, зарегистрированного в ОП № Управления МВД России по 

<

адрес> в книге учета сообщений о преступлениях за № от ДД.ММ.ГГГГ, поступившего от дежурного врача ГБУЗ РКБ им. Куватова, следует, что к ним с диагнозом в виде проникающего колото-резаного ранения передней стенки грудной клетки обратился С.А.Г., который сообщил, что «отец ударил его ножом» (т. 1 л. д. 10).

Согласно протоколу осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, произведен осмотр места происшествия по адресу: РБ, 

<

адрес>, в ходе которого с крыльца дома по указанному адресу изъят кухонный нож с черной рукоятью, упакован, опечатан и скреплен подписями участвующих лиц (т. 1 л. д. 12 - 18).

Протоколом осмотра предметов (документов) от ДД.ММ.ГГГГ, из которого следует, что осмотрены изъятые:

- ДД.ММ.ГГГГ, в ходе осмотра места происшествия по адресу: РБ, 

<

адрес>, кухонный нож,

- в процедурном кабинете ГБУЗ РКБ им. Куватова марлевый тампон с образцами крови потерпевшего С.А.Г.

В последующем, ДД.ММ.ГГГГ, данные предметы признаны и приобщены к уголовному делу вещественными доказательствами (т. 1 л. д. 65 - 67, 68).

Результатами судебно-медицинской экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ, у С.А.Г., согласно предоставленным медицинским документам, установлены телесные повреждения в виде проникающего торакоабдоминального колото-резаного ранения справа с повреждением правого купола диафрагмы и печени, осложненного правосторонним гемотораксом, внутрибрюшным кровотечением, гемоперитонеумом, которые причинены острым предметом, не исключается в сроки, конкретно указанные в представленном постановлении, то есть ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается признаками заживления раны, данными представленных медицинских документов. Указанные повреждения квалифицируются как причинение тяжкого вреда здоровью по признаку опасности вреда здоровью для жизни человека, который по своему характеру непосредственно создает угрозу для жизни (основание: п. 6.1.9 Приложения приказа Минздравсоцразвития России от ДД.ММ.ГГГГ №н «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека») (т. 1 л. д. 54 – 56).

Свидетель С.К.И. суду показала, что примерно месяц назад во дворе их дома, по адресу: 

<

адрес>, сын, С.А.Г., употреблял со своими друзьями спиртное. Ее супруг, ФИО3, также выпил четыре баллона пива, был в состоянии опьянения. Во дворе громко играла музыка. Около ДД.ММ.ГГГГ, когда она легла спать, в комнату зашел ФИО3, взял нож и вышел. Примерно в ДД.ММ.ГГГГ., постучался в окно С.А.Г., который говорил, что его зарезал отец. Сама не видела нанесение удара ножом ФИО3 С.А.Г. Выйдя на улицу, увидела Я.Л.С., находившуюся рядом с С.А.Г., друга С.А.Г., который сразу убежал, и ФИО3, он в это время сидел на крыльце дома, никуда не бежал, на С.А.Г. не кидался, ему не угрожал. Далее приехали сотрудники полиции, скорая помощь, С.А.Г. госпитализировали. Между ФИО3 и С.А.Г. в состоянии опьянения возникали конфликты. Она боялась их обоих. Считает, что ФИО3 не выдержал пьянок С.А.Г., осознанно это сделал. 

Из оглашенных в судебном заседании, по ходатайству государственного обвинителя, показаний свидетеля С.К.И. на следствии следует, что ФИО3 постоянно ругался с С.А.Г., злился на него из-за того, что тот не помогал по хозяйству, пил, ранее судим. ФИО3 постоянно ему угрожал, на протяжении 10 лет, что убьет его, порежет, высказывал ему слова брани, в том числе из-за того, что он выпивал со своей сожительницей Я.Л.С. Сама лично это слышала неоднократно. ДД.ММ.ГГГГ весь день она, ФИО3, С.А.Г., Я.Л.С. находились в доме по адресу: 

<

адрес>. ФИО3 в этот день, в утреннее время, употребил немного пиво. С.А.Г. и Я.Л.С. с самого утра стали употреблять спиртные напитки, слушали громко музыку и разговаривали, в доме постоянно от них был беспорядок. ФИО3 неоднократно заходил в комнату, где находилась она, и говорил, что «они достали его», что его достал С.А.Г. Также ФИО3 пару раз сказал, что его «убьет и зарежет». В период времени с ДД.ММ.ГГГГ. увидела, как ФИО3 прошел в комнату, взял со стола кухонный нож, которым она готовила еду, и вышел из комнаты. Примерно, по истечении около 10 - 15 минут, услышала, как что-то кричит Я.Л.С., и увидела, как ее сын, С.А.Г., стучится в окно, при этом говорил, что папа его зарезал. Она тут же выбежала во двор и увидела, как ФИО3 держит в правой руке ранее указанный нож с рукояткой черного цвета, была ли кровь, не обратила внимания. При этом он говорил: «Я же сказал, что зарежу, значит, зарежу», и снова хотел подойти к С.А.Г. во дворе дома, но она стала на него кричать, спрашивать его, зачем он так сделал. Далее, увидела, что у сына из области грудной клетки течет кровь, рану он прикрывал рукой. С.А.Г. был одет только в шорты, с голым торсом. Я.Л.С. вызвала скорую медицинскую помощь, звонила ли в полицию, не знает. Каких-либо действий ФИО3 по оказанию первой медицинской помощи С.А.Г. не предпринимал, скорую помощь не вызывал. Она знала, что ФИО3 хочет убить сына, он много раз об этом говорил ей и С.А.Г. Считает, что ФИО3 целенаправленно пошел убивать сына, так как давно хотел это сделать. Он высказывал слова о его убийстве. Нож, которым ФИО3 нанес удар, последний оставил на крыльце дома (т. 1 л. д. 88 - 91).

После оглашения показаний свидетеля С.К.И., последняя подтвердила их, однако на уточняющие вопросы сторон, показала, что она не говорила, что ФИО3 хотел убить потерпевшего, не слышала угроз с его стороны. 

Также, из оглашенных в судебном заседании, по ходатайству государственного обвинителя, показаний свидетеля С.К.И. на очной ставке с С.А.Г. от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 неоднократно заходил в комнату, где она находилась, и говорил, что они «достали его», его «достал ФИО3», пару раз сказал, что убьет и зарежет. Примерно, в период с ДД.ММ.ГГГГ., увидела, как ФИО3 прошел в ее комнату, взял со стола кухонный нож, и вышел из комнаты. Примерно через 10 – 15 минут услышала крик Я.Л.С., и увидела, что в окно стучится С.А.Г., который говорил, что его зарезал отец. Она выбежала во двор и увидела, как ФИО3 держит в правой руке нож с рукоятью черного цвета, при этом говорил: «Я же сказал, что зарежу, значит зарежу». Также ФИО3 снова хотел подойти к сыну во дворе дома, но она стала на него кричать, спрашивать его, зачем он это сделал. По высказываниям и действиям ФИО3 она поняла, что он снова хотел ударить С.А.Г. ножом, то есть убить его, довести свое дело до конца, и снова нанести ему удары ножом, но она его не пустила. Каких-либо действий по оказанию первой медицинской помощи С.А.Г. ФИО3 не предпринимал. Она знала, что ФИО3 хочет убить сына, он много раз об этом говорил ей и ему. Считает, что ФИО3 целенаправленно, умышленно пошел убивать С.А.Г. (т. 1 л. д. 140 – 142).

После оглашения показаний свидетеля С.К.И. на очной ставке с подсудимым ФИО3, свидетель С.К.И. подтвердила их правильность.

Свидетель Я.Л.С. суду показала, что ДД.ММ.ГГГГ она, ее сожитель, С.А.Г., и его друг находились у С.А.Г. во дворе 

<

адрес>, сидели на крыльце, выпивали пиво, а его родители, ФИО3 и С.К.И., в это время были дома. Она сидела рядом с С.А.Г., когда ФИО3 подошел к нему со спины и пырнул его ножом. При этом не слышала, что говорил ФИО3 Также не видела ножа. По просьбе С.А.Г. вызвала скорую помощь и полицию. С.А.Г. увезли в больницу. 

Из оглашенных в судебном заседании, по ходатайству государственного обвинителя, показаний свидетеля Я.Л.С. на следствии следует, что ФИО3 неоднократно высказывал в адрес С.А.Г., что он его когда-нибудь убьет, зарежет. Со слов С.А.Г., ФИО3 на протяжении многих лет слышит указанное от своего отца. С.К.И. постоянно пыталась уладить их конфликты с отцом. ФИО3 всегда говорил, что он устал их терпеть, что убьет С.А.Г., по его убедительным высказываниям было ясно, что он, действительно, имеет такие намерения. Вызвано это было тем, что С.А.Г. не имеет собственного жилья и употребляет спиртные напитки с ней. ДД.ММ.ГГГГ, в вечернее время, она, С.К.И., ФИО3, С.А.Г. находились в доме по адресу: 

<

адрес>. ФИО3 в указанный день выпивал пиво, но находился в нормальном состоянии. Она и С.А.Г. также весь день пили пиво. ФИО3 на протяжении всего дня высказывал в их адрес слова недовольства, говорил, что они громко разговаривают и слушают музыку, раздражают его. В этот же день, в период времени с ДД.ММ.ГГГГ., она сидела с С.А.Г. на крыльце 

<

адрес>, во дворе, они находились в состоянии алкогольного опьянения, слушали музыку и разговаривали, употребляли пиво. В указанный период времени, ФИО3 подошел к С.А.Г., посмотрел на него недовольным взглядом, она в этот момент находилась рядом, сидела перед С.А.Г. на корточках. Около С.А.Г. стоял баллон пива. ФИО3 в раздраженном состоянии взял указанный баллон пива и сказал, что пойдет в комнату спать. С.К.И. в данное время находилась в своей комнате. Она увидела, как ФИО3 подошел к С.А.Г. очень тихо сзади, как будто подкрадывался, и, стоя позади него, наклонился к нему, так как в указанный момент тот сидел на крыльце, прихлопнул его по правому плечу сзади, на что С.А.Г. обернулся к нему в правую сторону, и произнес слова: «Я же сказал, что убью тебя! Умри», выражаясь при этом нецензурной бранью. Далее, увидела правую руку ФИО3, в которой был кухонный нож с рукоятью черного цвета и лезвием, около 10 см, из металла. Быстрым движением правой рукой ФИО3 нанес С.А.Г. один удар в область грудной клетки справа. Она увидела, как С.А.Г. немного пригнулся от боли. ФИО3 после того, как воткнул нож в тело С.А.Г., сразу же его вытащил и держал в своей руке. С.А.Г. при этом находился с голым торсом, был только в шортах. Она стала кричать на ФИО3 С.А.Г., немного нагнувшись от боли, встал с крыльца дома и тоже начал кричать на ФИО3 Она видела, что ФИО3 стоит рядом с С.А.Г., с ножом, при этом он не имел намерений прекращать свои действия, это было видно по его лицу, ФИО3 пытался приблизиться к С.А.Г. небольшими шагами, по его движениям было понятно, чтобы еще раз нанести удар ножом С.А.Г. Она стала звонить в скорую медицинскую помощь, в полицию. С.К.И. сразу выбежала на улицу, и начала преграждать путь ФИО3, чтобы тот не приблизился к С.А.Г. ФИО3 стал ходить по двору дома со словами: «Говорил же убью!». С.К.И. пыталась его успокоить. ФИО3 не пытался оказать С.А.Г. какую-либо медицинскую помощь, вызвать скорую медицинскую помощь, по нему было видно, что он не сожалел о том, что сделал. Минут через 10 - 15 после случившегося приехала скорая медицинская помощь, и С.А.Г. был госпитализирован в ГБУЗ РКБ им. Куватова, где ему провели экстренную операцию (т. 1 л. д. 95 - 99).

После оглашения показаний свидетеля Я.Л.С. на следствии, последняя подтвердила их, однако изменение своих показаний в судебном заседании пояснить не смогла.

Анализ показаний в судебном заседании свидетелей С.К.И. о том, что ФИО3 на С.А.Г. не кидался, ему не угрожал; Я.Л.С. о том, что не слышала угроз со стороны ФИО3 в адрес С.А.Г., свидетельствует о том, что они максимально стремятся подстроиться под позицию стороны защиты об отсутствии умысла подсудимого ФИО3 на совершение убийства потерпевшего с целью смягчить ответственность за совершенное им преступление.

В материалах дела отсутствуют какие-либо данные, свидетельствующие о нарушении норм уголовно-процессуального закона при допросах свидетелей С.К.И., Я.Л.С. в ходе следствия, которые проводились после разъяснения им их процессуальных прав, в том числе права не свидетельствовать против себя, своих близких родственников, супруга. По окончании допросов свидетели были ознакомлены с протоколами своих допросов путем личного прочтения, правильность показаний удостоверили собственноручными подписями. 

Суд кладет в основу обвинительного приговора показания свидетелей С.К.И., Я.Л.С. на следствии как наиболее точные, правдивые и заслуживающие доверия, поскольку они последовательны и непротиворечивы, согласуются и дополняют друг друга, соответствуют сложившейся ситуации, и в совокупности создают общую картину преступления, подтверждаясь другими допустимыми доказательствами по делу.

Из оглашенных в судебном заседании, с согласия сторон, показаний свидетелей А.Т.В., С.А.Н. на следствии следует, что ДД.ММ.ГГГГ, в ДД.ММ.ГГГГ., поступил вызов по адресу: 

<

адрес>, по факту нанесения ножевого ранения С.А.Г. По прибытии на место, в ДД.ММ.ГГГГ., пациент С.А.Г. находился у 

<

адрес>, где с ним была женщина. У С.А.Г. имелись признаки алкогольного опьянения, с его слов, ножевое ранение ему нанес отец. С.А.Г. был с голым торсом, у него имелась колото-резаная рана, которая кровоточила с правой стороны, на уровне 3-4 межреберья, по средней ключичной линии. После оказания медицинской помощи С.А.Г. доставили в отделение торакальной хирургии в ГБУЗ РКБ им. Куватова (т. 1 л. д. 104 – 107, 100 - 103).

Из оглашенных в судебном заседании, с согласия сторон, показаний свидетеля А.Ф.Ф. на следствии следует, что ДД.ММ.ГГГГ, около ДД.ММ.ГГГГ., в ходе патрулирования поступил звонок из дежурной части ОП № Управления МВД России по 

<

адрес> о том, что по адресу: 

<

адрес> мужчина нанес своему сыну ножевое ранение в грудную клетку. Он совместно с сотрудником ППСП приехали на служебном автомобиле по указанному адресу. В тот момент, когда они подъезжали к данному дому, от него отъезжала карета скорой медицинской помощи с раненым С.А.Г. Пройдя во двор дома, увидели мужчину, который представился как ФИО3, он не пытался скрыться, воспрепятствовать каким-либо образом, и сразу же сказал, что это он нанес ножевое ранение своему сыну С.А.Г., что метил в сердце, а попал в грудную клетку. Далее, они проехали в ОП № Управления МВД России по 

<

адрес> для выяснения обстоятельств произошедшего. ФИО3 был в состоянии алкогольного опьянения (т. 1 л. д. 108 – 110).

Суд не находит оснований, причин и мотивов не доверять показаниям вышеуказанных свидетелей, никаких оснований для оговора указанными лицами подсудимого, их заинтересованности в привлечении именно ФИО3 к уголовной ответственности, а также умышленного искажения фактических обстоятельств дела, судом не установлено, и стороной защиты не приведено. 

Суд считает, что доказательства, представленные органами предварительного расследования, исследованные в судебном заседании, получены с соблюдением требований действующего уголовно-процессуального закона, являются допустимыми, и в своей совокупности подтверждают виновность подсудимого ФИО3 в совершении покушения на убийство, то есть умышленное причинение смерти потерпевшему С.А.Г. Они же являются относимыми, поскольку подтверждают обстоятельства, подлежащие доказыванию, и достоверными, так как объективно согласуются между собой и другими доказательствами, собранными по делу. Каких-либо существенных нарушений уголовно-процессуального закона при обнаружении, собирании, закреплении и оценке доказательств по делу органами следствия допущено не было. 

Заинтересованности в искусственном создании доказательств обвинения, как и причин для оговора подсудимого, судом не выявлено. Фактов фальсификации доказательств на стадии предварительного следствия, судом не установлено.

При рассмотрении уголовного дела судом не установлены и нарушения, препятствующие рассмотрению дела, постановлению приговора, поэтому оснований для возврата дела прокурору в соответствии со ст. 237 УПК РФ, суд не находит.

Оценивая всю совокупность добытых и исследованных доказательств, которые не противоречат друг другу, а дополняют и конкретизируют обстоятельства происшедшего, признанные судом достоверными и используемые в качестве доказательств по делу, в своей совокупности изобличают подсудимого ФИО3 в совершении покушения на убийство, то есть умышленное причинение смерти потерпевшему.

О наличии умысла ФИО3 на убийство С.А.Г. свидетельствует характер действий подсудимого, который действовал намеренно, на фоне возникших личных неприязненных отношений к потерпевшему, при отсутствии посягательств на его жизнь со стороны С.А.Г. Оснований полагать, что ФИО3 защищался от реального или внезапного нападения либо при превышении пределов необходимой обороны, у суда не имеется. Напротив, судом установлено, что у потерпевшего С.А.Г. в момент нанесения ему удара ножом в область грудной клетки, в руках не имелось никакого оружия, он не совершал действий, объективно свидетельствующих о намерении причинить вред жизни и здоровью ФИО3, а его поведение не представляло опасности, и не создавало реальной угрозы подсудимому. При этом, в ходе следствия подсудимый неоднократно сообщал, что он нанес С.А.Г. удар ножом в область грудной клетки, старался его нанести так, чтобы нож вошел глубоко, с целью убить сына, при этом целился в область его сердца. Данные показания свидетельствуют о намеренности действий подсудимого, который последовательно стремился к достижению своей преступной цели.

Вопреки доводам стороны защиты, отрицавшим наличие умысла ФИО3 на убийство, потерпевший, как в ходе следствия, так и в судебном заседании подтвердил, что намерение убить его ФИО3 выражал своими конкретными активными действиями, высказывая при этом слова угрозы убийством. В тот момент, когда он привстал от удара ножом ФИО3, последний не прекратил свои действия, а напротив, пытался приблизиться к нему, чтобы еще раз нанести ему удар ножом. Выбежавшая на его крик мать, С.К.И., стала преграждать путь ФИО3, чтобы тот к нему не приблизился. При этом ФИО3 говорил, что убьет его. Помимо показаний потерпевшего, на намерение подсудимого продолжить свой умысел указали очевидцы конфликта С.К.И., Я.Л.А. Обстоятельства преступления явно указывают на наличие умысла у ФИО3 на причинение смерти С.А.Г., поскольку свой сформировавшийся умысел на убийство С.А.Г. во время конфликта подсудимый реализовал, прибегнув к использованию ножа, и, рассчитывая на получение желаемого результата, произвел удар в жизненно-важную область человека - грудную клетку, при этом целясь в область его сердца. Таким образом, у ФИО3 имелись условия для осуществления убийства, который оценив поведение потерпевшего, не предполагавшего, что ФИО3 имеет при себе нож, действуя умышленно, осознавая, что от его действий неизбежно наступит смерть, целенаправленно, используя нож, нанес С.А.Г. проникающее колото-резаное ранение в жизненно-важную область человека. Такие действия свидетельствуют о намерении ФИО3 именно на умышленное причинение смерти С.А.Г.

Преступный умысел на убийство потерпевшего не был доведен подсудимым до конца по независящим от него обстоятельствам, обусловленным тем, что ФИО3, нанося удар ножом, не попал в сердце С.А.Г., его активные преступные действия пресекла свидетель С.К.И., и потерпевшему была оказана своевременная квалифицированная медицинская помощь, вследствие чего С.А.Г. остался жив.

Суд, исходя из совокупности всех исследованных доказательств, учитывая способ и выбранное орудие преступления, механизм и локализацию телесных повреждений, причиненных потерпевшему, целенаправленный характер действий подсудимого, а также условия, способствующие совершению преступления, приходит к выводу, что подсудимый ФИО3 желал наступления смерти и действовал с прямым умыслом на убийство потерпевшего.

Мотивом преступления явились личные неприязненные отношения у подсудимого к потерпевшему, на что указывают показания подсудимого, потерпевшего и свидетелей.

Тот факт, что полученные телесные повреждения не привели к смерти потерпевшего, не влияет на квалификацию действий подсудимого, поскольку в данном случае принципиальное значение имеет не фактически наступивший преступный результат, а направленность умысла ФИО3 в момент совершения преступления.

Поведение подсудимого не свидетельствовало о наличии у него признаков физиологического аффекта. Действия ФИО3, как до, вовремя, так и после совершения преступления были последовательными, целенаправленными и осознанными.

Таким образом, суд квалифицирует действия подсудимого ФИО3 по ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 105 УК РФ, как покушение на убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку.

Оснований для переквалификации действий подсудимого на иной состав преступления, о чем ходатайствовала сторона защиты, суд не усматривает.

В обвинительном заключении и в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого указано, что у ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ возник преступный умысел, направленный на умышленное причинение смерти С.А.Г., между тем, преступление совершил ДД.ММ.ГГГГ.

Исходя из текста описания преступного деяния, изложенного в обвинительном заключении и в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого, очевидно, что указание даты преступления – ДД.ММ.ГГГГ является технической ошибкой (опиской).

Между тем, судья не лишен возможности установить в ходе судебного разбирательства верную дату совершения преступления, и необходимость изменения обвинения в части даты совершения преступления в данном случае связана лишь с устранением технической ошибки, а не с установлением каких-либо новых фактических обстоятельств дела, и не приведет к ухудшению положения ФИО3 либо нарушению его права на защиту. Таким образом, следует считать верной дату совершения преступления ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно ст. 196 УПК РФ, предусмотрено обязательное назначение судебной экспертизы в отношении подозреваемого, обвиняемого для определения его психического или физического состояния, только когда возникает сомнение в его вменяемости или способности самостоятельно защищать свои права и законные интересы в уголовном судопроизводстве.

Как следует из материалов уголовного дела и установлено судом, подсудимый ФИО3 на учете у психиатра не состоит. Документально подтвержденные сведения, позволяющие усомниться в психическом либо его физическом состоянии, в деле отсутствуют. Не представлено таких доказательств и стороной защиты.

Анализ поведения подсудимого ФИО3 до, во время и после совершения преступления, а также в судебном заседании свидетельствует о том, что он отдает отчет своим действиям, и должен отвечать за их последствия. 

При изучении личности подсудимого, суд установил, что по месту жительства он характеризуется отрицательно (т. 1 л. д. 239), ранее привлекался к административной ответственности (т. 1 л. д. 187 – 208), на учете у врача-психиатра не состоит (т. 1 л. д. 231). Согласно ответу на запрос № от ДД.ММ.ГГГГ, в настоящее время на диспансерном наблюдении у врача-нарколога не состоит (т. 1 л. д. 234). 

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание подсудимого, суд, в соответствии с ч. ч. 1 и 2 ст. 61 УК РФ, учитывает полное признание вины в ходе предварительного следствия, частичное признание вины в ходе судебного заседания, раскаяние в содеянном, извинение перед потерпевшим, аморальное поведение потерпевшего, послужившее поводом для преступления, наличие заболеваний подсудимого, его пожилой возраст и пожилой возраст его супруги, а также активное способствование расследованию преступления, выразившееся в сообщении органам предварительного расследования информации, имеющей существенное значение для установления обстоятельств совершения преступления. В дальнейшем, в ходе следствия ФИО3 показания не изменял, вину признал в объеме предъявленного ему обвинения.

Иных обстоятельств, предусмотренных ч. 1 ст. 61 УК РФ, в обязательном порядке подлежащих признанию смягчающими, судом не установлено, и из материалов дела не усматривается.

По смыслу закона, под явкой с повинной, которая, в силу п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ, является обстоятельством, смягчающим наказание, следует понимать добровольное сообщение лица о совершенном им или с его участием преступлении, сделанное в письменном или устном виде. Не может признаваться добровольным заявление о преступлении, сделанное лицом в связи с его задержанием по подозрению в совершении этого преступления.

Как следует из материалов уголовного дела, ФИО3 признался в совершении преступления, будучи доставленным в отдел полиции, при этом сотрудники полиции располагали сведениями о совершенном преступлении и о лице, его совершившем, в связи с чем оснований для признания в качестве смягчающего наказание обстоятельства его явки с повинной, не имеется.

Обстоятельств, отягчающих наказание, суд не усматривает.

По смыслу закона, само по себе совершение преступления в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя, не является единственным и достаточным основанием для признания такого состояния обстоятельством, отягчающим наказание. В этой связи оснований для признания отягчающим наказание обстоятельством - совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, суд не находит.

Исследовав и сопоставив конкретные обстоятельства совершения преступления, данные о личности подсудимого, наличие смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, исходя из положений ст. 43 УК РФ, согласно которым целями уголовного наказания являются восстановление социальной справедливости, исправление осужденных и предупреждение совершения новых преступлений, принимая во внимание совершение ФИО3 особо тяжкого преступления против личности, суд полагает, что эти цели, в данном случае, могут быть достигнуты лишь при назначении ему наказания в виде реального лишения свободы на срок, соответствующий его тяжести, в целях исправления ФИО3, предупреждения совершения им новых преступлений, а также для восстановления социальной справедливости, и не находит оснований для применения положений ст. 73 УК РФ.

С учетом активного способствования расследованию преступления, предусмотренного в качестве смягчающего наказание обстоятельства п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ, и при отсутствии отягчающих наказание обстоятельств, суд применяет к подсудимому положение ч. 1 ст. 62 УК РФ.

Также, при назначении наказания подсудимому ФИО3 по ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 105 УК РФ суд применяет положение ч. 3 ст. 66 УК РФ.

Суд не находит оснований для назначения ФИО3 дополнительного наказания в виде ограничения свободы. 

Исключительных обстоятельств, позволяющих применить к подсудимому положение ст. 64 УК РФ, по делу судом не установлено. Имеющиеся смягчающие наказание обстоятельства, как по отдельности, так и в совокупности, не являются исключительными, позволяющими назначить подсудимому наказание ниже низшего предела, предусмотренного санкцией статьи.

Поскольку ФИО3 совершил преступление с прямым умыслом, довел свои действия до конца, суд приходит к выводу, что фактические обстоятельства совершенного преступления не свидетельствуют о меньшей степени его общественной опасности, и оснований для изменения установленной законом категории преступления в порядке ч. 6 ст. 15 УК РФ не имеется. 

Отбывание наказания ФИО3, в соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ, следует назначить в исправительной колонии строгого режима.

Учитывая совершение ФИО3 особо тяжкого преступления, направленного против личности, за которое он осуждается к длительному сроку лишения свободы, суд считает необходимым меру пресечения в виде заключения под стражу до вступления приговора в законную силу оставить без изменения. 

Согласно протоколу задержания (т. 1 л. д. 15 - 118), ФИО3 задержан ДД.ММ.ГГГГ, время фактического задержания в протоколе указано верно, подсудимым не оспаривается. 

Срок наказания ФИО3 следует исчислять со дня вступления приговора в законную силу, с зачетом, на основании п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ в срок отбывания наказания время содержания под стражей, с ДД.ММ.ГГГГ до дня вступления приговора в законную силу, из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Гражданский иск по делу не заявлен.

Судьба вещественных доказательств подлежит разрешению в соответствии со ст. 81 УПК РФ.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 307 - 309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

ФИО3 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 105 УК РФ, и назначить ему наказание в виде 6 лет 3 месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима. 

Меру пресечения осужденному ФИО3 в виде заключения под стражу не изменять, оставить прежней до вступления приговора в законную силу, с содержанием в ФКУ СИЗО - 1 УФСИН России по РБ.

Срок наказания исчислять со дня вступления приговора в законную силу. На основании п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ зачесть в срок отбывания наказания время содержания под стражей с ДД.ММ.ГГГГ до дня вступления приговора в законную силу, из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Вещественные доказательства по уголовному делу, указанные в п. 5 списка, приложенного к обвинительному заключению, хранящиеся в камере хранения вещественных доказательств Ленинского межрайонного следственного отдела по 

<

адрес> управления Следственного комитета России по 

<

адрес>, уничтожить по вступлении приговора в законную силу.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Верховный суд Республики Башкортостан в течение 15 суток со дня провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей, в тот же срок со дня вручения ему его копии, через Ленинский районный суд 

<

адрес> РБ. 

В случае апелляционного обжалования, осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в суде апелляционной инстанции.

Председательствующий Э. Ф. Якупова