Дело № 2-557/2025

УИД № 44RS0001-01-2024-008959-36

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

28 января 2025 года г. Кострома

Свердловский районный суд г. Костромы в составе 

Председательствующего судьи Комиссаровой Е.А., 

С участием прокурора Михиной Д.А., 

при секретаре Приказчиковой Н.А.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску К.И. к ОГБУЗ «Родильный дом № 1 города Костромы» о взыскании компенсации морального вреда, 

у с т а н о в и л:

К.И. обратилась в суд с иском к ОГБУЗ «Родильный дом города Костромы» (далее Роддом) о взыскании компенсации морального вреда, мотивируя свои требования тем, что она после трех беременностей имеет трех детей: К.М., 

<

дата> года рождения, К.Е., 

<

дата> года рождения и К.Б., 

<

дата> года рождения. При этом дети К.Е. и К.Б. по состоянию здоровья являются инвалидами. Беременность, которая завершилась родоразрешением К.Б., в 

<

дата> году протекала тяжело, у К.И. в анамнезе имелись заболевания: ....

В связи с наличием проблем со здоровьем, риском рождения ребенка с осложнениями по состоянию здоровья, по медицинским показаниям К.И. было принято решение подвергнуться хирургической стерилизации, сразу же после кесарево сечения.

<

дата> операцию родоразрешения путем кесарево сечения и хирургическую стерилизацию К.И. проводил врач Роддома Ш.Р.. Хирургическая стерилизация для К.И. являлась единственно возможным и верным решением, поскольку рожденные ею дети имели и имеют серьезные проблемы со здоровьем, рожать детей с патологиями она не желала.

В июне 2024 года в ходе подготовки к плановой операции ... необходимой по медицинским показаниям, К.И. при прохождении ультразвукового исследования узнала, что находится в состоянии беременности со сроком - беременность малого срока. Данная новость шокировала К.И., поскольку она была убеждена, что наступление беременности ввиду проведенной хирургической стерилизации - невозможно. в связи с беременностью пришлось отказаться от планового оперативного вмешательства. Заявления, согласия на стерилизацию К.И. не писала, медицинскими работниками и врачом Роддома не разъяснялись и последствия, возможные осложнения хирургической стерилизации, до нее не была доведена информация о целях, методах оказания помощи, связанным с ним рисками, возможных вариантах медицинского вмешательства, его последствиях, а также о предполагаемых результатах оказания помощи. Роддом при оказании медицинской услуги по стерилизации не довел до К.И. необходимую информацию о методе стерилизации (не предупредили о том, что стерилизация не дает 100% контрацептивного эффекта), в результате чего не обеспечил К.И. право на получение информации о ее правах и обязанностях. Наступление беременности после проведенной хирургической стерилизации К.И. связывает с некачественно проведенной операцией по стерилизации. Прервать беременность по религиозным и внутренним убеждениям К.И. не решилась. В связи с беременностью обострились имеющиеся у нее заболевания.

Согласно ответа АО «МАКС-М» в г. Костроме от 

<

дата> №: В результате проведенных экспертных мероприятий выявлены дефекты оформления медицинской документации по поводу выполнения стерилизации во время операции кесарева сечения: в первичной медицинской документации отсутствует информированное добровольное согласие на проведение стерилизации, с указанием метода, возможных рисков и осложнений, в выписном эпикризе не указана информация о стерилизации. Кроме того, выявлены нарушения качества медицинской помощи в период лечения в стационаре ОГБУЗ «Родильный дом г. Костромы»: невыполнение и ненадлежащее выполнение необходимых диагностических исследований и консультаций врачей специалистов в соответствии с клиническими рекомендациями по профилю оказания медицинской помощи.

К.И. до настоящего времени испытывает шок, глубокие нравственные страдания: переживает за состояние здоровья еще не рожденного ребенка, претерпевает ухудшения здоровья, ввиду непроведенной плановой операции. Неполучение от врачей полной информации о хирургической стерилизации лишили возможности К.И. исключить наступление беременности.

Просит взыскать с Роддома в пользу К.И. компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 руб.

К участию в деле в качестве третьих лиц привлечены АО «МАКС-М», врачи ОГБУЗ «Родильный дом г. Костромы» Л.О.., Ш.Р., Ш.Е.

Истица К.И. в судебное заседание не явилась, о дне слушания дела извещена, ранее в судебном заседании иск поддержала, указала, что если бы ей было разъяснено о том, что медицинская стерилизация не исключает беременность, вероятнее всего она приняла бы решение не выполнять данную процедуру и пользовалась иными методами контрацепции.

Представитель К.И. адвокат К.Н. требования поддержала, указала, что ненадлежащее ведение ответчиком медицинской документации привело к дезинформированию пациента К.И., что привело к принятию решения о дополнительном хирургическом вмешательстве - стерилизации, как цели лишения человека способности к воспроизводству потомства. Неполучение от врачей полной информации о хирургической стерилизации лишили возможности К.И. исключить наступление беременности.

Представитель ОГБУЗ «Родильный дом г. Костромы С.Е. иск не признала.

Ранее в судебном заседании представители ОГБУЗ «Родильный дом г. Костромы» С.Е. и С.В. поясняли, что медицинская стерилизация как метод контрацепции был предложен в ФИО2 в 

<

дата> году перед операцией по кесарево-сечению с учетом имеющихся у нее заболеваний, исключающих использование контрацептивов с гормональной составляющей. Безусловно вся информация ей была предоставлена, она написала собственноручное заявление, которое имеется в медицинской карте, стерилизация была выполнена, в течение более года беременность у истца не наступала, что означает, что стерилизация выполнена качественно. Стерилизация как отдельная услуга ей не оказывалась, она была выполнена в ходе операции по кесарево-сечению, на которое именно и было взято информированное добровольное согласие. Медицинская стерилизация как и любая контрацепция не является 100% гарантией от беременности, при этом дополнительных мер для контрацепции в данном случае никто не рекомендует. Полагают, что вреда здоровью истца причинено не было.

Третье лицо ФИО3 иск не признала, указала, что являлась лечащим врачом К.И. в 

<

дата> году при поступлении последней в Роддом. Была запланирована дата операции по кесарево-сечению, оформлены все необходимые документы, она обсудила с пациентом процедуру по медицинской стерилизации. Медицинских показаний у нее для стерилизации не имелось, пациент пожелала воспользоваться данным методом контрацепции, который в ее случае был наиболее оптимальным. Считает, что данная процедура не требовала получение информированного добровольного согласия на медицинское вмешательство, так как выполнялась в рамках операции по кесарево-сечению. Операцию К.И. сделали в ее отсутствие, так как роды начались преждевременно.

Третье лицо Ш.Р. и его представитель С.С. возражали против удовлетворения иска, указывали, что все процедуры выполнены качественно, вред здоровью не наступил, форма заявления информированного добровольного согласия на медицинскую стерилизацию не разработана и не применяется, в связи с чем К.И. был подписан документ произвольной формы (заявление).

Третье лицо Ш.Е. АО «МАКС-М» в судебное заседание не явились, о дне слушания дела извещены.

Выслушав участников процесса, изучив материалы дела, выслушав заключение прокурора, полагавшей иск подлежащим частичному удовлетворению, суд приходит к следующему.

Судом установлено и следует из медицинской карты (история родов) №, что К.И. 

<

дата> поступила в ОГБУЗ «Родильный дом г. Костромы» сроком беременности 37 недель. В анамнезе 2 родов путем кесарево сечения.

<

дата> К.И. было подписано Согласие пациента на обработку персональных данных.

<

дата> К.И. было подписано Информированное добровольное согласие на медицинские вмешательства.

<

дата> К.И. было подписано Согласие пациента на предложенный план профилактики венозных тромбоэмболических осложнений при беременности.

<

дата> К.И. было подписано Информированное добровольное согласие на отдельные виды медицинских вмешательств (катетеризация периф. вены, мочевого пузыря, операция лапаротомия Кесарево сечение)

7 августа К.И. написала заявление, согласно которого просит во время операции кесарево сечения перевязать ей маточные трубы

Плановая операция кесарево сечения была запланирована лечащим врачом Л.О. на 

<

дата>.

<

дата> в экстренном порядке (при наличии показаний) К.И. врачом Ш.Р. была выполнена операция - лапаротомия кесарево сечение, вакуум-экстракция плода за головку. Стерилизация по Мадленеру. Имеется Информированное согласие пациента на проведение анестезиологического пособия при акушерско-гинекологических операциях и вмешательствах от 

<

дата>.

К.И. выписана из стационара 

<

дата>.

Как следует из пояснений истца и третьих лиц К.И. после рождения третьего ребенка не желала более иметь детей, имела в анамнезе ряд серьезных заболеваний. С лечащим врачом ФИО3 ею обсуждался вопрос дальнейшей контрацепции, по результатам обсуждений К.И. написала заявление с просьбой перевязать ей маточные трубы во время операции кесарево сечение. Из пояснений сторон следует, что в данном случае имелась ввиду медицинская хирургическая стерилизация.

В июне 2024 года в ходе подготовки к плановой операции «Продольная резекция желудка» К.И. узнала, что находится в состоянии беременности на малых сроках.

<

дата> адвокат К.Н., действующая в интересах К.И. обратилась в Филиал АО «МАКС-М» в г. Костроме с жалобой на некачественное проведение процедуры хирургической стерилизации, в которой указала, что Роддом при оказании медицинской услуги по стерилизации не довел ло К.И. необходимую информацию о методе стерилизации (не предупредили о том, что стерилизация не дает 100% контрацептивного эффекта), в результате чего не обеспечил К.И. право на получение информации о ее правах и обязанностях.

Согласно протокола экспертного заключения по результатам экспертизы качества медицинской помощи, выполненной АО «МАКС-М» филиал в г. Костроме от 3 сентября 2024 года наряду с иными нарушения, допущенными при оказании медицинской помощи установлено отсутствие в документации информированного добровольного согласия застрахованного лица на медицинское вмешательство или отказа застрахованного лица от медицинского вмешательства в установленных законодательством Российской Федерации случая. Код дефекта 4.3., даны рекомендации усилить контроль за оформлением ИДС на медицинское вмешательство или отказа от медицинского вмешательства.

В ответе К.И. медицинская страховая организация указала, что в результате проведенных экспертных мероприятий выявлены дефекты оформления медицинской документации по поводу выполнения стерилизации во время операции кесарева сечения: в первичной медицинской документации отсутствует информированное добровольное согласие на проведение стерилизации, с указанием метода, возможных рисков и осложнений, в выписном эпикризе не указана информация о стерилизации.

Ссылаясь на указанные обстоятельства К.И. обратилась в суд, указывая, что со стороны ответчика ей причинены физические и нравственные страдания.

Статьей 41 Конституции Российской Федерации закреплено, что каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь.

Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, регулирует Федеральный закон от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" (далее - Федеральный закон "Об основах охраны здоровья граждан в РФ").

Здоровье - состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма (пункт 1 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в РФ").

Статьей 4 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в РФ" установлено, что к основным принципам охраны здоровья относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

Медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в РФ").

В пункте 21 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в РФ" определено, что качество медицинской помощи - совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (часть 1 статьи 37 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в РФ").

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части 2 статьи 64 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Приказом Минздрава России от 10 мая 2017 г. N 203н утверждены критерии оценки качества медицинской помощи.

Согласно п. 2.2. критерии качества в стационарных условиях и в условиях дневного стационара включают; ведение медицинской документации - медицинской карты стационарного больного, истории родов, истории развития новорожденного (далее - стационарная карта): заполнение всех разделов, предусмотренных стационарной картой; наличие информированного добровольного согласия на медицинское вмешательство; первичный осмотр пациента и сроки оказания медицинской помощи в приемном отделении или профильном структурном подразделении (далее - профильное отделение) (дневном стационаре) или отделении (центре) анестезиологии-реанимации медицинской организации: оформление результатов первичного осмотра, включая данные анамнеза заболевания, записью в стационарной карте; установление предварительного диагноза врачом приемного отделения или врачом профильного отделения (дневного стационара) или врачом отделения (центра) анестезиологии-реанимации медицинской организации не позднее 2 часов с момента поступления пациента в медицинскую организацию; формирование плана обследования пациента при первичном осмотре с учетом предварительного диагноза; формирование плана лечения при первичном осмотре с учетом предварительного диагноза, клинических проявлений заболевания, тяжести заболевания или состояния пациента, лабораторных и инструментальных методов исследования (при наличии); назначение лекарственных препаратов с учетом инструкций по применению лекарственных препаратов, возраста пациента, пола пациента, тяжести заболевания, наличия осложнений основного заболевания (состояния) и сопутствующих заболеваний; указание в плане лечения метода (объема) хирургического вмешательства при заболевании (состоянии) и наличии медицинских показаний, требующих хирургических методов лечения и (или) диагностики; установление клинического диагноза на основании данных анамнеза, осмотра, данных лабораторных и инструментальных методов обследования, результатов консультаций врачей-специалистов, предусмотренных стандартами медицинской помощи, а также клинических рекомендаций: установление клинического диагноза в течение 72 часов с момента поступления пациента в профильное отделение (дневной стационар) медицинской организации; установление клинического диагноза при поступлении пациента по экстренным показаниям не позднее 24 часов с момента поступления пациента в профильное отделение; внесение в стационарную карту в случае особенностей течения заболевания, требующих дополнительных сложных и длительно проводимых методов исследований, соответствующей записи, заверенной подписью заведующего профильным отделением (дневным стационаром): принятие решения о необходимости проведения дополнительных исследований вне данной медицинской организации врачебной комиссией медицинской организации с оформлением протокола и внесением в стационарную карту; принятие при затруднении установления клинического диагноза и (или) выбора метода лечения решения консилиумом врачей с оформлением протокола и внесением в стационарную карту; оформление обоснования клинического диагноза соответствующей записью в стационарной карте, подписанного лечащим врачом и заведующим профильным отделением (дневным стационаром); проведение в обязательном порядке осмотра заведующим профильным отделением (дневным стационаром) в течение 48 часов (рабочие дни) с момента поступления пациента в профильное отделение (дневной стационар) медицинской организации, далее по необходимости, но не реже 1 раза в неделю, с внесением в стационарную карту соответствующей записи, подписанной заведующим профильным отделением (дневным стационаром); проведение коррекции плана обследования и плана лечения с учетом клинического диагноза, состояния пациента, особенностей течения заболевания, наличия сопутствующих заболеваний, осложнений заболевания и результатов проводимого лечения: проведение коррекции плана обследования и плана лечения по результатам осмотра лечащего врача профильного отделения (дневного стационара), осмотра заведующим профильным отделением (дневным стационаром) после установления клинического диагноза; проведение коррекции плана обследования и плана лечения по результатам осмотра лечащего врача профильного отделения (дневного стационара), осмотра заведующим профильным отделением (дневным стационаром) при изменении степени тяжести состояния пациента; назначение лекарственных препаратов, не включенных в перечень жизненно необходимых и важнейших лекарственных препаратов для медицинского применения 

<

11> и перечень медицинских изделий, имплантируемых в организм человека при оказании медицинской помощи в рамках программы государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи 

<

12>, врачебной комиссией медицинской организации, с оформлением решения протоколом с внесением в стационарную карту; осуществление при наличии медицинских показаний перевода пациента в другое профильное отделение внутри медицинской организации с принятием решения о переводе заведующими соответствующими структурными подразделениями (из которого переводится пациент и в которое переводится пациент) с внесением соответствующей записи в стационарную карту; осуществление при наличии медицинских показаний перевода пациента в другую медицинскую организацию, имеющую оборудование в соответствии со стандартом оснащения и кадры в соответствии с рекомендуемыми штатными нормативами, утвержденными соответствующими порядками оказания медицинской помощи по профилям или группам заболеваний, с принятием решения о переводе врачебной комиссией медицинской организации, из которой переводится пациент (с оформлением протокола и внесением в стационарную карту), и согласованием с руководителем медицинской организации, в которую переводится пациент; проведение экспертизы временной нетрудоспобности в установленном порядке; отсутствие расхождения клинического диагноза и патолого-анатомического диагноза; оформление по результатам лечения в стационарных условиях и в условиях дневного стационара выписки из стационарной карты с указанием клинического диагноза, данных обследования, результатов проведенного лечения и рекомендаций по дальнейшему лечению, обследованию и наблюдению, подписанной лечащим врачом, заведующим профильным отделением (дневным стационаром) и заверенной печатью медицинской организации, на которой идентифицируется полное наименование медицинской организации в соответствии с учредительными документами, выданной на руки пациенту (его законному представителю) в день выписки из медицинской организации.

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов), так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в РФ").

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 ГК РФ).

В силу пункта 1 статьи 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 ГК РФ) и статьей 151 ГК РФ.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 ГК РФ, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Статья 1101 ГК РФ предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" (далее - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1) разъяснено, что по общему правилу, установленному статьей 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

По смыслу приведенных нормативных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. Необходимыми условиями для возложения обязанности по компенсации морального вреда являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда.

При этом законом установлена презумпция вины причинителя вреда, которая предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Законодатель, закрепив в статье 151 ГК РФ общие правила компенсации морального вреда, не установил ограничений в отношении случаев, когда допускается такая компенсация. При этом согласно пункту 2 статьи 150 ГК РФ нематериальные блага защищаются в соответствии с этим кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и тех пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12 ГК РФ) вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" (далее также - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33) разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Из норм Конституции Российской Федерации, Семейного кодекса Российской Федерации, положений статей 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации в их взаимосвязи и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относятся жизнь и здоровье, охрана которых гарантируется государством в том числе путем оказания медицинской помощи. В случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому лицу.

В пунктах 48, 49 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 указано, что медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (статья 19 и части 2, 3 статьи 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья.

При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода.

На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда.

Согласно части 1 статьи 22 Федерального закона от 22 ноября 2011 г. N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" каждый имеет право получить в доступной для него форме имеющуюся в медицинской организации информацию о состоянии своего здоровья, в том числе сведения о результатах медицинского обследования, наличии заболевания, об установленном диагнозе и о прогнозе развития заболевания, методах оказания медицинской помощи, связанном с ним риске, возможных видах медицинского вмешательства, его последствиях и результатах медицинской помощи. Согласно разъяснениям, изложенных в п. п. 1, 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" одним из способов защиты гражданских прав является компенсация морального вреда (статьи 12, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В зависимости от согласия лица на медицинскую стерилизацию как вмешательство следует различать: медицинскую стерилизацию, проводимую с согласия гражданина (либо его законного представителя), и медицинскую стерилизацию, проводимую без согласия гражданина (его законного представителя).

В соответствии со статьей 57 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" медицинская стерилизация как специальное медицинское вмешательство в целях лишения человека способности к воспроизводству потомства или как метод контрацепции может быть проведена только по письменному заявлению гражданина в возрасте старше тридцати пяти лет или гражданина, имеющего не менее двух детей, а при наличии медицинских показаний и информированного добровольного согласия гражданина - независимо от возраста и наличия детей.

Перечень медицинских показаний для медицинской стерилизации определяется уполномоченным Федеральным органом исполнительной власти.

В силу ч. 1 ст. 20 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" необходимым предварительным условием большинства медицинских вмешательств является дача информированного добровольного согласия гражданина или его законного представителя (в установленных законом случаях) на медицинское вмешательство на основании предоставленной медицинским работником в доступной форме полной информации о целях, методах оказания медицинской помощи, связанном с ними риске, возможных вариантах медицинского вмешательства, о его последствиях, а также о предполагаемых результатах оказания медицинской помощи.

Несмотря на то, что форма информированного добровольного согласия на проведение медицинской стерилизации нормативно-правовыми актами не утверждалась, положения ст. 20 Федерального закона № 323-ФЗ получают конкретизацию в ч. 1 ст. 57 данного Закона: медицинская стерилизация как специальное медицинское вмешательство в целях лишения человека способности к воспроизводству потомства или как метод контрацепции может быть проведена только по письменному заявлению гражданина. Таким образом, добровольная медицинская стерилизация требует информированного добровольного согласия управомоченного лица и соответствующего письменного заявления.

В этой связи вопрос адекватного, правильного и своевременного оформления необходимой документации для проведения медицинской стерилизации имеет важное правовое значение. Оформление такой документации должно предшествовать самому вмешательству, форма должна быть письменной, а содержание - соответствовать требованиям закона (указаны: цель вмешательства, применяемый метод (способ), возможные (существующие) варианты решения конкретной проблемы, предполагаемый результат, существующие риски).

Между тем, указанная обязанность ответчиком при проведении истице медицинской стерилизации выполнена не была. Имеющееся в медицинской карте заявление К.И. с просьбой выполнить ей перевязку маточных труб не свидетельствует о наличии у пациента понимания о какой медицинской процедуре идет речь и с каким медицинским вмешательством связана ее просьба.

Суд полагает, что ответчиком допущено нарушение прав истца на получение достоверной информации относительно производимых ей медицинских манипуляций.

Сторона истца в ходе рассмотрения спора не связывала действия медицинского учреждения с причинением вреда ее здоровью, в обоснование своих требований иных доводов (кроме вышеописанных), связанных с некачественным оказанием медицинской услуги в период с 5 августа по 13 августа 2020 года не приводила.

Суд соглашается с доводами истца и полагает, что несмотря на то, что установленные заключением медицинской страховой организации дефекты оказания медицинской помощи (код дефекта 4.3) не оказали влияние на состояние здоровья истца, данные обстоятельства не могут являться основанием для освобождения ответчика от ответственности в виде компенсации морального вреда, поскольку нарушение установленных в соответствии с законом порядка и стандарта оказания медицинской помощи, в том числе в оформлении медицинской документации, при наличии дефектов лечения является нарушением требований к качеству медицинской услуги.

Частью 1 статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

Суд, сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, осуществляет руководство процессом, разъясняет лицам, участвующим в деле, их права и обязанности, предупреждает о последствиях совершения или несовершения процессуальных действий, оказывает лицам, участвующим в деле, содействие в реализации их прав, создает условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законодательства при рассмотрении и разрешении гражданских дел (часть 2 статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Согласно части 1 статьи 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.

В силу части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Частью 2 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

В соответствии с частью 1 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы (часть 2 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности (часть 3 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими (часть 4 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Судом принимаются во внимание заключения страховой медицинской организации АО «МАКС-М» с результатами экспертизы качества медицинской помощи, которым были выявлены дефекты оформления первичной медицинской документации по коду дефекта 4.3 (Отсутствие в медицинской документации информированного добровольного согласия застрахованного лица на медицинское вмешательство или отказа застрахованного лица от медицинского вмешательства, в установленных законодательством Российской Федерации случаях).

Вместе с тем, несмотря на то, что вред здоровью К.И. при получения медицинской услуги не причинен, данные обстоятельства не могут являться основанием для освобождения ответчика от ответственности в виде компенсации морального вреда, поскольку нарушение установленных в соответствии с законом порядка и стандарта оказания медицинской помощи, в том числе оформление медицинской документации, является дефектом и нарушает права пациента, поскольку влечет невозможность надлежащего врачебного контроля за состоянием здоровья пациента.

Размер компенсации морального вреда определяется по правилам ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации с учетом разъяснений п. 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина", п. п. 2, 8, 22 и 49 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда": в зависимости от характера причиненных истцу физических и нравственных страданий, которые оцениваются с учетом установленных фактических обстоятельств оказания истцу медицинской помощи, поведения ответчика, формы и степени его вины, индивидуальных особенностей истца, а также юридически значимых обстоятельств, с учетом требований разумности и справедливости.

Безусловно, установленные судом обстоятельства нарушений при оказании медицинской помощи не могут не вызывать у истца тревогу, переживания при ненадлежащем врачебном контроле, под которым следует понимать всю совокупность действий в рамках медицинской услуги, в том числе и по оформлению медицинской документации.

При определении размера компенсации морального вреда, подлежащего взысканию в пользу К.И., суд принимает во внимание вышеуказанные обстоятельства, а также то, что имели место нарушающие психическое благополучие обстоятельства, страх за будущее. В то же время в ходе рассмотрения дела не установлено наступления неблагоприятных последствий в результате действий\бездействия ответчика, в связи с чем суд полагает, что оснований для взыскания компенсации морального вреда в размере заявленном истицей у суда не имеется, поскольку данный размер (в целом 1 000 000 руб.) необоснованно завышен, несоразмерен последствиям нарушения прав.

Определяя размер компенсации морального вреда суд считает необходимым взыскать с ОБГУЗ «Родильный дом г. Костромы» в пользу истца 20 000 рублей.

Так, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, а потому суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав пострадавшей стороны как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон.

По смыслу действующего правового регулирования, размер компенсации морального вреда определяется исходя из установленных при разбирательстве дела характера и степени понесенных истцом физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями его личности, и иных заслуживающих внимания обстоятельств дела.

Моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах, денежная компенсация должна отвечать признакам справедливого возмещения потерпевшему перенесенных страданий.

По мнению суда, определенная денежная компенсация будет способствовать восстановлению прав истца при соблюдении баланса между последствиями нарушения прав истца и степенью ответственности, применяемой к ответчику.

В связи с тем, что истица была освобождена от уплаты госпошлины при подаче иска с ответчика подлежит взысканию в доход бюджета госпошлина в сумме 300 рублей.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ, суд

Р е ш и л :

Требования К.И. удовлетворить частично.

Взыскать с ОГБУЗ «Родильный дом г. Костромы» в пользу К.И. компенсацию морального вреда в сумме 20 000 рублей.

Взыскать с ОГБУЗ «Родильный дом г. Костромы» в доход бюджета муниципального образования городской округ город Кострома государственную пошлину в сумме 300 руб.

Решение может быть обжаловано в Костромской областной суд в течение месяца через Свердловский районный суд г. Костромы.

Судья 

Решение в окончательной форме изготовлено 11 февраля 2025 года