ВЕРХОВНЫЙ СУД

РЕСПУБЛИКИ БУРЯТИЯ

УИД 04RS0021-01-2025-005335-97 

апелляционное определение

судья Ломако Н.Н. изготовлено 16.02.2026 г.

дело поступило 11.12.2025 г. № 33-181/2026

А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е О П Р Е Д Е Л Е Н И Е

4 февраля 2026 г. г. Улан-Удэ

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Бурятия в составе председательствующего судьи Ивановой В.А., судей коллегии Хаыковой И.К., Тараевой И.А. при секретаре Юможаповой Н.Г. рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Республике Бурятия о включении периодов работы в страховой стаж и стаж работы в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, возложении обязанности досрочно назначить страховую пенсию по старости

по апелляционной жалобе Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Республике Бурятия на решение Советского районного суда г.Улан-Удэ от 8 октября 2025 г., которым постановлено:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Включить в стаж работы в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, периоды работы ФИО1 в ЗАО «Артель старателей «Рассвет» с 01.02.1996 г. по 09.06.1997 г., с 01.08.2000 г. по 16.03.2001 г.

Обязать Отделение Фонда пенсионного и социального страхования РФ по Республике Бурятия (ИНН 

<

***>) назначить ФИО1 (паспорт 

<

...>) страховую пенсию по старости с 5 октября 2022 г.

В остальной части исковые требования оставить без удовлетворения.

Заслушав доклад судьи Хаыковой И.К., ознакомившись с материалами дела, доводами апелляционной жалобы, возражений на жалобу, выслушав объяснения представителя ответчика ФИО2, истца ФИО1, судебная коллегия

У С Т А Н О В И Л А:

обращаясь в суд с иском к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Республике Бурятия (далее – ОСФР по Республике Бурятия), ФИО1 просил включить в стаж работы в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, периоды работы с 01.02.1996 г. по 09.06.1997 г., с 01.08.2000 г. по 16.03.2001 г. в ЗАО «Артель старателей «Рассвет»; включить в страховой стаж и стаж работы в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, период работы с 10.06.1997 г. по 28.02.1999 г. в ЗАО «Артель старателей «Рассвет», возложить обязанность досрочно назначить страховую пенсию по старости с даты обращения в пенсионный орган 5 октября 2022 г.

В обоснование требований указано на то, что по заявлению истца о назначении досрочно страховой пенсии по старости от 5 октября 2022 г. ОСФР по Республике Бурятия вынесено решение от 17 января 2023 г. об отказе в назначении досрочно страховой пенсии по старости, мотивированное тем, что на дату обращения недостаточно продолжительности стажа работы в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера. Выписка из индивидуального лицевого счета застрахованного лица от 28.11.2022 г. подтверждает работу ФИО1 в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, в период с 04.02.1994 г. по 16.03.2001 г.

В судебном заседании суда первой инстанции ФИО1 исковые требования поддержал и просил их удовлетворить.

Представитель ОСФР по Республике Бурятия ФИО3 возражала против удовлетворения иска, поддержав доводы отзыва на иск.

Судом первой инстанции постановлено вышеуказанное решение, с которым не согласилось ОСФР по Республике Бурятия, поставив в апелляционной жалобе вопрос об отмене решения суда и ссылаясь на неправильное применение норм материального и процессуального права. Основным условием предоставления гражданам права на досрочное пенсионное обеспечение по п.2 ч.1 ст. 32 Федерального закона № 400-ФЗ является документальное подтверждение работы в особых климатических условиях. Согласно архивной справке от 10.11.2022 г., выданной Баунтовским архивом по архивному фонду ЗАО «Артель Старателей «Рассвет», по периодам с 01.02.1996 г. по 09.06.1997 г. имеется приказ ... от 05.02.1996 г. о переводе истца разнорабочим-сторожем базы в г.Чите с 01.01.1996 г. (не командировка). В подтверждение данного факта в табелях учета рабочего времени с июня 1996 г. по сентябрь 1996 г., за май 1997 г. указано место работы ФИО1 в г.Чите, не относящемся к местностям, приравненным к районам Крайнего Севера. С октября 1996 г. по январь 1997 г. в табелях учета рабочего времени отсутствует подтверждение работы в «северных» условиях. Период работы с августа 2000 г. по декабрь 2000 г., с февраля по март 2001 г. в табелях учета рабочего времени не значится. Согласно выписке из индивидуального лицевого счета в спорные периоды страхователем не указан код льготы «северные условия». Таким образом, данные периоды не могут быть включены в стаж на соответствующих видах работ, так как страхователем не подтвержден льготный характер труда истца. На дату обращения с заявлением в пенсионный орган 05.10.2022 г. возраст ФИО1 составлял 60 лет, а продолжительность страхового стажа составила 28 лет 5 месяцев 23 дня, стаж работы в районах Крайнего Севера составил 6 лет 8 месяцев 27 дней при требуемой продолжительности не менее 7 лет 6 месяцев, в связи с чем требование о назначении досрочно страховой пенсии по старости не соответствует нормам пенсионного законодательства.

ФИО1 поданы возражения на апелляционную жалобу, в которых содержится просьба об оставлении решения суда первой инстанции без изменения, а апелляционной жалобы – без удовлетворения.

В суде апелляционной инстанции представитель ОСФР ФИО2 доводы апелляционной жалобы поддержала и просила ее удовлетворить, полагая, что надлежащих доказательств осуществления истцом в спорные периоды трудовой деятельности в местности, приравненной к районам Крайнего Севера, не представлено.

ФИО1 возражал против удовлетворения апелляционной жалобы, пояснив суду, что фактически он работал водителем в артели старателей, объяснений причин издания приказа о переводе на работу разнорабочим-сторожем на базу в г.Читу не имеет.

Изучив материалы гражданского дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражений на жалобу, выслушав объяснения участников процесса, проверив законность решения суда в соответствии с положениями части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса РФ в пределах доводов жалобы, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Из материалов дела следует, что ФИО1, ... рождения, 05.10.2022 г. обратился в ОСФР по Республике Бурятия с заявлением о назначении досрочно страховой пенсии по старости в соответствии с п. 6 ч. 1 ст. 32 Федерального закона "О страховых пенсиях". В системе обязательного пенсионного страхования истец зарегистрирован 13.01.2000 г.

Решением ответчика от 17.01.2023 г. N 

<

...> ФИО1 отказано в назначении досрочно страховой пенсии по старости, поскольку на дату обращения продолжительность страхового стажа составила 28 лет 5 месяцев 23 дня при требуемой продолжительности не менее 25 лет, продолжительность стажа работы в районах Крайнего Севера составила 6 лет 8 месяцев 27 дней при требуемой продолжительности не менее 7 лет 6 месяцев.

При этом в стаж работы в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, не включены периоды работы истца:

- с 01.02.1996 г. по 09.06.1997 г., с 01.08.2000 г. по 16.03.2001 г. в ЗАО «Артель старателей «Рассвет», поскольку в архивной справке от 10.11.2022 г. № 

<

...> имеются сведения о приказе о переводе истца с 1 февраля 1996 г. в г.Читу, приказ об окончании данного периода отсутствует. По сведениям лицевых счетов за январь-ноябрь 1996 г., 1997 г., табелей учета рабочего времени за период с 01.08.2000 г. по 16.03.2001 г. ФИО1 в данных документах не значится;

- с 18.03.2011 г. по 21.10.2013 г. - в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Республике Бурятия, поскольку согласно справке от 20.10.2022 г. и сведениям индивидуального (персонифицированного) учета данный период работы страхователем учтен в объеме 0,5 ставки;

- период нахождения в учебном отпуске с 29.03.2000 г. по 24.04.2000 г., поскольку включение периодов нахождения работников в учебных отпусках в стаж, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости, не предусмотрено;

- с 10.06.1997 г. по 28.02.1999 г. - в ЗАО «Артель старателей «Рассвет», с 20.03.2001 г. по 19.12.2006 г. - в ООО «Кардинал», с 02.06.2016 г. по 03.11.2016 г. – у ИП ФИО11

Разрешая заявленные по настоящему делу исковые требования, суд первой инстанции пришел к выводу, что ФИО1 представлено достаточно доказательств, подтверждающих осуществление трудовой деятельности в периоды с 01.02.1996 г. по 09.06.1997 г., с 01.08.2000 г. по 16.03.2001 г. в ЗАО «Артель старателей «Рассвет» в Баунтовском районе Республики Бурятия, в связи с чем включил указанные периоды в стаж работы в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера. При этом суд не усмотрел оснований для удовлетворения требований о включении периода работы истца с 10.06.1997 г. по 28.02.1999 г. в ЗАО «Артель старателей «Рассвет» в страховой стаж и стаж работы в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, ссылаясь на отсутствие надлежащих доказательств работы в указанный период в местности, приравненной к районам Крайнего Севера.

Судебная коллегия полагает, что выводы суда не соответствуют нормам материального права, регулирующим спорные правоотношения, по следующим основаниям.

Основания возникновения и порядок реализации права граждан Российской Федерации на страховые пенсии установлены Федеральным законом от 28 декабря 2013 года N 400-ФЗ N «О страховых пенсиях» (далее также - Федеральный закон "О страховых пенсиях"), вступившим в силу с 1 января 2015 года.

Согласно части 1 статьи 4 Федерального закона "О страховых пенсиях" право на страховую пенсию имеют граждане Российской Федерации, застрахованные в соответствии с Федеральным законом от 15 декабря 2001 года N 167-ФЗ "Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации", при соблюдении ими условий, предусмотренных настоящим Федеральным законом.

Пунктом 6 части 1 статьи 32 Федерального закона "О страховых пенсиях" предусмотрено, что страховая пенсия по старости назначается ранее достижения возраста, установленного статьей 8 настоящего Федерального закона, при наличии величины индивидуального пенсионного коэффициента в размере не менее 30 мужчинам по достижении возраста 60 лет и женщинам по достижении возраста 55 лет (с учетом положений, предусмотренных приложениями 5 и 6 к настоящему Федеральному закону), если они проработали не менее 15 календарных лет в районах Крайнего Севера либо не менее 20 календарных лет в приравненных к ним местностях и имеют страховой стаж соответственно не менее 25 и 20 лет. Гражданам, работавшим как в районах Крайнего Севера, так и в приравненных к ним местностях, страховая пенсия устанавливается за 15 календарных лет работы на Крайнем Севере. При этом каждый календарный год работы в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, считается за девять месяцев работы в районах Крайнего Севера. Гражданам, проработавшим в районах Крайнего Севера не менее 7 лет 6 месяцев, страховая пенсия назначается с уменьшением возраста, установленного статьей 8 настоящего Федерального закона, на четыре месяца за каждый полный календарный год работы в этих районах. При работе в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, а также в этих местностях и районах Крайнего Севера каждый календарный год работы в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, считается за девять месяцев работы в районах Крайнего Севера.

Страховой стаж - это учитываемая при определении права на страховую пенсию и ее размера суммарная продолжительность периодов работы и (или) иной деятельности, за которые начислялись или уплачивались страховые взносы в Фонд пенсионного и социального страхования Российской Федерации, а также иных периодов, засчитываемых в страховой стаж (пункт 2 статьи 3 Федерального закона "О страховых пенсиях").

В соответствии с частью 1 статьи 11 Федерального закона "О страховых пенсиях" в страховой стаж включаются периоды работы и (или) иной деятельности, которые выполнялись на территории Российской Федерации лицами, указанными в части 1 статьи 4 настоящего Федерального закона, при условии, что за эти периоды начислялись или уплачивались страховые взносы в Фонд пенсионного и социального страхования Российской Федерации.

Из приведенных нормативных положений следует, что право на страховую пенсию по старости имеют граждане Российской Федерации, застрахованные в соответствии с Федеральным законом от 15 декабря 2001 года N 167-ФЗ "Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации", при наличии определенных условий, в числе которых страховой стаж, то есть суммарная продолжительность периодов работы и (или) иной деятельности, в течение которых уплачивались страховые взносы в Фонд пенсионного и социального страхования Российской Федерации, а также иных периодов, засчитываемых в страховой стаж.

С наличием страхового стажа определенной продолжительности, а также специального стажа работы в определенных условиях связывается и право отдельных работников на досрочное назначение страховой пенсии по старости, в том числе по п. 6 ч. 1 ст. 32 Федерального закона "О страховых пенсиях".

Условия и порядок подтверждения страхового стажа, в том числе для досрочного назначения страховой пенсии по старости, определены статьей 14 Федерального закона «О страховых пенсиях».

При подсчете страхового стажа периоды, которые предусмотрены статьями 11 и 12 данного федерального закона, до регистрации гражданина в качестве застрахованного лица в соответствии с Федеральным законом от 1 апреля 1996 г. N 27-ФЗ "Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования" (далее – Федеральный закон "Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования") подтверждаются на основании сведений индивидуального (персонифицированного) учета за указанный период и (или) документов, выдаваемых работодателями или соответствующими государственными (муниципальными) органами в порядке, установленном законодательством РФ (ч. 1 ст. 14 Федерального закона "О страховых пенсиях").

При подсчете страхового стажа периоды, которые предусмотрены статьями 11 и 12 этого Федерального закона, после регистрации гражданина в качестве застрахованного лица в соответствии с Федеральным законом "Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования" подтверждаются на основании сведений индивидуального (персонифицированного) учета (ч. 2 ст. 14 Федерального закона "О страховых пенсиях").

Согласно части 4 статьи 14 Федерального закона "О страховых пенсиях" правила подсчета и подтверждения страхового стажа, в том числе с использованием электронных документов или на основании свидетельских показаний, устанавливаются в порядке, определяемом Правительством Российской Федерации.

Постановлением Правительства РФ от 2 октября 2014 года N 1015 утверждены Правила подсчета и подтверждения страхового стажа для установления страховых пенсий (далее - Правила).

В силу пункта 10 названных Правил периоды работы подтверждаются на основании сведений индивидуального (персонифицированного) учета. В случае если в сведениях индивидуального (персонифицированного) учета содержатся неполные сведения о периодах работы либо отсутствуют сведения об отдельных периодах работы, периоды работы подтверждаются документами, указанными в пунктах 11 - 17 настоящих Правил.

Пунктом 11 Правил установлено, что документом, подтверждающим периоды работы по трудовому договору, является трудовая книжка установленного образца (далее трудовая книжка). При отсутствии трудовой книжки, а также в случае, если в трудовой книжке содержатся неправильные и неточные сведения либо отсутствуют записи об отдельных периодах работы, в подтверждение периодов работы принимаются письменные трудовые договоры, оформленные в соответствии с трудовым законодательством, действовавшим на день возникновения соответствующих правоотношений, трудовые книжки колхозников, справки, выдаваемые работодателями или соответствующими государственными (муниципальными) органами, выписки из приказов, лицевые счета и ведомости на выдачу заработной платы.

Следовательно, письменные трудовые договоры, справки, выдаваемые работодателями или соответствующими государственными (муниципальными) органами, выписки из приказов, лицевые счета и ведомости на выдачу заработной платы являются надлежащими доказательствами периодов работы, включаемых в страховой стаж.

Из положений статьи 3 Федерального закона "Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования" следует, что целями индивидуального (персонифицированного) учета являются в том числе создание условий для назначения страховых и накопительной пенсий в соответствии с результатами труда каждого застрахованного лица; обеспечение достоверности сведений о стаже и заработке (доходе), определяющих размер страховой и накопительной пенсий при их назначении (абзацы первый - третий статьи 3 Федерального закона от 1 апреля 1996 года N 27-ФЗ "Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования").

В силу пунктов 1, 2 статьи 11 Федерального закона "Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования" страхователи представляют предусмотренные пунктами 2 - 6 настоящей статьи сведения для индивидуального (персонифицированного) учета в органы Фонда по месту своей регистрации, а сведения, предусмотренные пунктом 8 настоящей статьи, - в налоговые органы в соответствии с законодательством Российской Федерации о налогах и сборах. Страхователь представляет о каждом работающем у него застрахованном лице сведения, в том числе о периодах деятельности, включаемых в стаж на соответствующих видах работ.

В соответствии со статьей 28 Федерального закона "О страховых пенсиях" физические и юридические лица несут ответственность за достоверность сведений, содержащихся в документах, представляемых ими для установления и выплаты страховой пенсии, фиксированной выплаты к страховой пенсии (с учетом повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии), а работодатели, кроме того, - за достоверность сведений, представляемых для ведения индивидуального (персонифицированного) учета в системах обязательного пенсионного страхования и обязательного социального страхования.

По смыслу приведенных нормативных положений, индивидуальный (персонифицированный) учет используется в целях назначения страховой и накопительной пенсий в соответствии с результатами труда каждого застрахованного лица на основе страхового стажа конкретного застрахованного лица и его страховых взносов, обязанность по уплате которых законом возложена на страхователей. Страхователь (работодатель) представляет в Социальный фонд Российской Федерации о каждом работающем у него застрахованном лице сведения, в том числе о периодах деятельности, включаемых в стаж на соответствующих видах работ. При этом страхователи (работодатели) несут ответственность за достоверность сведений, представляемых ими для ведения индивидуального (персонифицированного) учета в системе обязательного пенсионного страхования.

По общему правилу периоды работы до регистрации гражданина в качестве застрахованного лица подтверждаются документами, выдаваемыми в установленном порядке работодателями или соответствующими государственными (муниципальными) органами (например, архивными данными, справками работодателя, уточняющими занятость работника в соответствующих должностях и учреждениях, которые засчитываются в специальный стаж, дающий право на досрочную страховую пенсию по старости). Периоды работы после регистрации гражданина в качестве застрахованного лица подтверждаются выпиской из индивидуального лицевого счета застрахованного лица, сформированной на основании сведений индивидуального (персонифицированного) учета. В случае отсутствия в сведениях индивидуального (персонифицированного) учета данных о периодах работы и (или) иной деятельности, с учетом которых досрочно назначается страховая пенсия по старости, и оспаривания достоверности таких сведений гражданином, претендующим на досрочное назначение страховой пенсии по старости, выполнение им такой работы и, как следствие, недостоверность сведений индивидуального (персонифицированного) учета могут быть подтверждены в судебном порядке путем представления гражданином письменных доказательств, отвечающих требованиям статей 59, 60 Гражданского процессуального кодекса РФ.

Однако суд первой инстанции при рассмотрении настоящего спора неправильно применил к спорным отношениям нормативные акты, устанавливающие порядок и условия подтверждения стажа, наличие которого дает право на досрочное назначение страховой пенсии по старости, и вследствие этого пришел к неправомерному выводу о доказанности факта работы ФИО1 в спорные периоды в ЗАО «Артель старателей «Рассвет» в местности, приравненной к районам Крайнего Севера.

Устанавливая правовые основания и условия назначения пенсий и предусматривая для отдельных категорий граждан, занятых определенной профессиональной деятельностью либо осуществляющих трудовую деятельность в особых климатических условиях, возможность досрочного назначения страховой пенсии по старости, законодатель связывает право на назначение пенсии ранее достижения общеустановленного пенсионного возраста не с любой работой в определенной сфере профессиональной деятельности, а лишь с такой, выполнение которой сопряжено с неблагоприятным воздействием различного рода факторов, повышенными психофизиологическими нагрузками, обусловленными спецификой и характером труда, в том числе особыми неблагоприятными климатическими условиями труда.

Юридически значимым обстоятельством при решении вопроса о досрочном назначении страховой пенсии по старости по п. 6 ч. 1 ст. 32 Федерального закона "О страховых пенсиях" является подтверждение совокупности определенных условий: осуществление работы и факт проживания в экстремальных природно-климатических условиях.

Между тем, из материалов дела следует, что согласно трудовой книжке 

<

...> от 4 февраля 1994 г. ФИО1 04.02.1994 г. принят на работу водителем-токарем в ТОО Старательская артель «Рассвет» в местности, приравненной к районам Крайнего Севера – п.Маловск Баунтовского района Республики Бурятия; 12.03.1998 г. старательская артель «Рассвет» реорганизована в ЗАО «Артель старателей «Рассвет»; 16.03.2001 г. он уволен с работы по собственному желанию по статье 31 Кодекса законов о труде РФ.

Включая в стаж работы в местности, приравненной к районам Крайнего Севера, периоды работы истца с 01.02.1996 г. по 09.06.1997 г., с 01.08.2000 г. по 16.03.2001 г., суд первой инстанции исходил из того, что осуществление трудовой деятельности в местности с неблагоприятными климатическими условиями подтверждается материалами дела.

В выписке из индивидуального лицевого счета застрахованного лица в спорные периоды работы в ЗАО «Артель старателей «Рассвет» код льготы по территориальным условиям проставлен за период с 01.04.2000 г. по 20.10.2000 г.

Однако согласно архивной справке местной администрации муниципального образования «Баунтовский эвенкийский район» Республики Бурятия от 10.11.2022 г. 

<

...> по сведениям архивного фонда ЗАО «Артель старателей «Рассвет» в личной карточке формы Т-2, приказах по личному составу за 1994-2001 г.г. имеются сведения о том, что ФИО1 был принят на работу водителем-трактористом с 04.02.1994 г. и приказом от 05.02.1996 г. был переведен на работу разнорабочим-сторожем базы в г.Чите с оплатой согласно Положению «Об оплате труда по ТОО с\а «Рассвет» с 01.02.1996 г.; уволен с работы с 16.03.2001 г. за прогулы без уважительной причины приказом от 19.03.2001 г. ....

В личной карточке профессия ФИО1 указана как водитель, имеются сведения о приеме на работу 04.02.1994 г. водителем-трактористом и работе с 01.02.1996 г. разнорабочим-сторожем, увольнении с работы по пункту 4 статьи 33 Кодекса законов о труде РФ.

При этом в табелях учета рабочего времени ЗАО «Артель старателей «Рассвет» за период 1994-2001 г.г. относительно спорных периодов работы ФИО1 имеются сведения о том, что в 1996 г. в июне, июле, августе, сентябре истец работал на базе артели старателей «Рассвет» в г.Чите; в период с октября по декабрь в табелях не значится, с января по май – непосредственное место работы не указано;

в 1997 г.: в мае истец указан как работник базы в г.Чите-Антипихе, в январе, в период с июня по декабрь истец в табелях учета рабочего времени не значится, с февраля по апрель непосредственное место работы не указано;

в 2000 г.: в апреле, в период с августа по декабрь истец не значится, с января по март, с мая по июль непосредственное место работы не указано, значится водителем и слесарем (в мае);

в 2001 г.: в период с февраля по март истец не значится, в январе указан работающим водителем.

При этом в табелях учета рабочего времени за 1998 г. сведений о ФИО1 не имеется.

Также из вышеуказанной архивной справки следует, что согласно расчетно-платежным ведомостям по начислению заработной платы за период 1994-2001 г.г. имеются сведения о начислении ФИО1 заработной платы в декабре 1996 г., в 2000 г. – за 79,6 трудодней, в 2001 г. – за 13,3 трудодня, в ведомостях за 1997 г. истец не значится.

Таким образом, между представленными суду ФИО1 документами о трудовой деятельности в ЗАО «Артель старателей «Рассвет» - трудовой книжкой, личной карточкой, сведениями табелей учета рабочего времени, расчетно-платежных ведомостей по начислению заработной платы имеются существенные противоречия, не позволяющие прийти к выводу о доказанности факта осуществления истцом в спорные периоды трудовой деятельности в ЗАО «Артель старателей «Рассвет» в Баунтовском районе Республики Бурятия, относящемся к местности, приравненной к районам Крайнего Севера.

Данные доказательства по сведениям о трудовой деятельности не соответствуют друг другу и в совокупности не являются подтверждением доводов истца, приведенных в обоснование иска, поскольку согласно приказу работодателя от 05.02.1996 г., о котором также указано в личной карточке ФИО1, он был переведен на работу разнорабочим-сторожем на базу в г.Читу, не относящемуся к районам Крайнего Севера и местности, приравненной к районам Крайнего Севера, однако в табелях учета рабочего времени истец значится работающим на базе в г.Чите, начиная с июня 1996 г., и окончание периода его работы разнорабочим-сторожем в архивной документации ЗАО «Артель старателей «Рассвет» отсутствует.

При наличии в табелях учета рабочего времени сведений о работе ФИО1 в период с января по сентябрь 1996 г. и с февраля по май 1997 г. согласно расчетно-платежным ведомостям заработная плата была ему начислена лишь в декабре 1996 г., а в ведомостях по начислению заработной платы за 1997 г. истец не значится; в табелях учета рабочего времени в 2000 г. истец указан работавшим в период с января по март, с мая по июль и в январе 2001 г.

При этом не соответствуют друг другу и сведения об основаниях увольнения ФИО1 с работы, учитывая, что в трудовой книжке указано об его увольнении по статье 31 Кодекса законов о труде РФ, а в архивных документах содержатся сведения об его увольнении с работы в ЗАО «Артель старателей «Рассвет» за прогулы по статье 33 Кодекса законов о труде РФ.

Таким образом, в материалах дела отсутствуют какие-либо документы, подтверждающие выполнение истцом работы в спорные периоды в Баунтовском районе Республике Бурятия, отнесенном к местности, приравненной к районам Крайнего Севера, и дающей право на досрочное назначение страховой пенсии по старости по пункту 6 части 1 статьи 32 Федерального закона "О страховых пенсиях", и истцом не представлено доказательств выполнения им работы в климатически неблагоприятных условиях труда.

Приведенные истцом в подтверждение его трудовой деятельности в Баунтовском районе Республики Бурятия ссылки на документацию ЗАО «Артель старателей «Рассвет»: приходный ордер от 25.03.1997 г., расходный кассовый ордер от 11.03.1996 г., платежные ведомости ... за март 1996 г., ... за март 1997 г., краткую опись пачки индивидуальных сведений, реестр приемки-сдачи документов за март 1997 г., отчет «по расходу ГСМ на заправку а/м базы с\а «Рассвет» за февраль, март в основу удовлетворения иска положены быть не могут, поскольку ни один из этих документов не содержит сведений о работе ФИО1 в Баунтовском районе Республики Бурятия, сам по себе факт выдачи ему либо возврата наличных денежных средств работодателю, начисления заработной платы подтверждением данного обстоятельства не является и не исключает его работу на базе артели старателей в г. Чите.

При таких обстоятельствах у суда не имелось законных оснований для удовлетворения требований о включении в стаж, дающий право на назначение досрочной страховой пенсии по старости по п. 6 ч. 1 ст. 32 Федерального закона "О страховых пенсиях", периодов работы ФИО1 в ЗАО «Артель старателей «Рассвет» с 01.02.1996 г. по 09.06.1997 г., с 01.08.2000 г. по 16.03.2001 г.

Таким образом, судом первой инстанции при разрешении настоящего спора неправильно определены обстоятельства, имеющие значение для дела, неправильно применены нормы материального права, в связи с чем решение суда не может быть признано законным и обоснованным, подлежит отмене с принятием по делу нового решения об отказе в удовлетворении исковых требований.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 328-330 Гражданского процессуального кодекса РФ, судебная коллегия

О П Р Е Д Е Л И Л А:

решение Советского районного суда г.Улан-Удэ от 8 октября 2025 г. отменить и принять по делу новое решение суда, которым исковые требования ФИО1 оставить без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции, расположенный в г.Кемерово, в течение трех месяцев путем подачи кассационной жалобы через суд, рассмотревший дело в качестве суда первой инстанции.

Председательствующий:

Судьи: