Дело № 2-2857/2017

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

05 июля 2017 года г. Барнаул

Центральный районный суд г.Барнаула Алтайского края в составе:

председательствующего Паниной Е.Ю.

при секретаре Гончаровой А.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску ФИО2 к Министерству Финансов РФ, МВД России о компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратился в суд с иском к Министерству Финансов РФ в лице Управления Федерального казначейства по Алтайскому краю о компенсации морального вреда в связи с ненадлежащими условиями содержания под стражей в ИВС МО МВД ....

В обоснование требований истец ссылается на положения ст.ст. 151, 1069, 1070, 1071 Гражданского кодекса РФ, положения Федерального закона от 15.07.1995 №103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» РФ, нормы международного права.

Указывает, что в период с ДД.ММ.ГГГГ периодически содержался в ИВС МО МВД России .... где условия содержания не соответствовали требованиям Федерального закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых», нарушения имели место в части нормы санитарной площади на одного человека, недостаточности солнечного света, отсутствия лавочек, несоблюдения требований приватности санитарного узла, отсутствия радио, бетонного покрытия стен (шуба), отсутствия ночного освещения, отсутствия возможности помывки в бане более 10 дней. 

Истец испытывал чувство унижения человеческого достоинства, неполноценности, не возможностью изменить либо прекратить нарушения, что является основанием для взыскания компенсации морального вреда. При этом уровень переживаний превысил неизбежный уровень переживаний связанных с лишением свободы.

По таким основаниям заявлены исковые требования о взыскании компенсации морального вреда в размере 3 000 руб. В уточняющем заявлении указано о том, что заявлено о взыскании компенсации морального вреда в размере 300 000 руб.

Судом на стадии подготовки дела к судебному разбирательству к участию в деле в качестве третьих лиц привлечены МВД России, ГУ МВД России по Алтайскому краю, УМВД России по г.Бийску.

В ходе рассмотрения дела МВД России привлечено в качестве соответчика.

В судебное заседание истец не явился, извещен надлежаще по месту отбывания наказания ФКУ ИК-1 УФСИН России по Алтайскому краю.

Представитель МВД России и ГУ МВД России по Алтайскому краю ФИО4 в судебном заседании просила в удовлетворении требований отказать по основаниям, указанным в возражениях на иск.

Согласно возражениям ГУ МВД России по Алтайскому краю, в удовлетворении исковых требований ФИО2 просит отказать в полном объеме. Ссылается на пропуск истцом трехмесячного срока (ст. 219 КАС РФ) для обращения в суд с заявлением о признании условий содержания в ИВС незаконными и взыскании в связи с этим компенсации морального вреда. Считает, что отсутствуют предусмотренные законом основания для удовлетворения заявленных требований истца вследствие недоказанности ФИО2 юридически значимых для данного спора обстоятельств, а именно: не представлено доказательств противоправных действий сотрудников ИВС и наличие причинно-следственной связи между их якобы незаконными действиями (бездействиями) и наступившими у истца негативными последствиями, и что нравственные страдания явились следствием ненадлежащих условий. Также указывает, что документы об условиях содержания в 1990 году уничтожены по истечению сроков хранения.

Представитель ответчика Министерства финансов РФ в лице Управления Федерального казначейства по Алтайскому краю ФИО5 полагал исковые требования не подлежащими удовлетворению по основаниям, изложенным в отзыве на иск.

В отзыве на исковое заявление Министерством финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Алтайскому краю указано, что при рассмотрении дела должна быть установлена противоправность действий должностных лиц, факт причинения морального вреда (физические и нравственные страдания), а также причинная связь между действиями должностных лиц и наступившим моральным вредом. С учетом положений судебной практики и на основании положений Бюджетного кодекса РФ полагает, что МинФин РФ является ненадлежащим ответчиком по делу. Изложенные истцом нарушения не подтверждены документально, в материалах дела отсутствуют доказательства. Считает, что факт причинения морального вреда истцом не доказан. 

Иные лица, участвующие в деле в суд не явились, извещены надлежащим образом.

От третьего лица МУ МВД России «Бийское» имеются возражения, в которых содержатся доводы в опровержение доводов искового заявления. Также указано на отсутствие доказательств незаконности действий (бездействий) должностных лиц, на длительное не обращение с данным иском, уничтожение документации об условиях содержания в 1990 году и уничтожение журналов регистрации лиц, содержащихся в ИВС по истечению сроков хранения. Кроме того, считает, что требования к полу и стенам камер не предусмотрены действующим законодательством.

В дополнительных возражениях МУ МВД России «Бийское» указано на необоснованность доводов истца о ненадлежащих условиях содержания в 2008 году и на отсутствие обращений от ФИО2 на ненадлежащие условия содержания.

Суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

Согласно ст. 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.

В пункте 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 октября 2003 года № 5 «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации» указано на необходимость учитывать, что в соответствии со ст. 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и требованиями, содержащихся в постановлениях Европейского Суда по правам человека, условия содержания обвиняемых под стражей должны быть совместимы с уважением к человеческому достоинству. Унижающим достоинство обращением признается, в частности, такое обращение, которое вызывает у лица чувство страха, тревоги и собственной неполноценности. При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом практических требований режима содержания. Оценка указанного уровня осуществляется в зависимости от конкретных обстоятельств, в частности от продолжительности неправомерного обращения с человеком, характера физических и психических последствий такого обращения. В некоторых случаях принимаются во внимание пол, возраст и состояние здоровья лица, которое подверглось бесчеловечному или унижающему достоинство обращению.

В соответствии с ч. 1 ст. 17 Конституции РФ в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией РФ. 

В силу п. 1 ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно положениям ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации к нематериальным благам относятся жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Порядок и условия содержания под стражей, гарантии прав и законных интересов лиц, которые в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации задержаны по подозрению в совершении преступления, а также лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, в отношении которых в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, в настоящее время регламентируются Федеральным законом от 15 июля 1995 года №103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» (далее – Федеральный закон № 103-ФЗ).

В соответствии со ст.4 Федерального закона № 103-ФЗ содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей.

В силу ст. 15 Федерального закона №103-ФЗ в местах содержания под стражей устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а также выполнение задач, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации. Обеспечение режима возлагается на администрацию, а также на сотрудников мест содержания под стражей, которые несут установленную законом ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение служебных обязанностей.

Согласно ст. 16 названного Закона в целях обеспечения режима в местах содержания под стражей федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере исполнения уголовных наказаний по согласованию с Генеральным прокурором Российской Федерации утверждаются Правила внутреннего распорядка в местах содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений.

Главой II Федерального закона №103-ФЗ регулируются права подозреваемых и обвиняемых и их обеспечение во время содержания под стражей (статьи 17-31).

В статье 23 указано, что подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности. Подозреваемым и обвиняемым предоставляется индивидуальное спальное место, бесплатно выдаются постельные принадлежности, посуда и столовые приборы, туалетная бумага, а также по их просьбе в случае отсутствия на их лицевых счетах необходимых средств индивидуальные средства гигиены (как минимум мыло, зубная щетка, зубная паста (зубной порошок), одноразовая бритва (для мужчин), средства личной гигиены (для женщин), все камеры обеспечиваются средствами радиовещания, а по возможности телевизорами, холодильниками и вентиляционным оборудованием. Норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере четырех квадратных метров.

Федеральный закон №103-ФЗ вступил в силу с даты официального опубликования – 17.07.1995. При этом для положений, предусмотренных ч. 1, 2 и 5 ст. 23 названного закона (в части требований гигиены и санитарии, предоставления индивидуального спального места, нормы санитарной площади) ст. 52 закона предусмотрено вступление в силу с момента создания соответствующих условий, но не позднее 1 января 1998 года.

До вступления в силу Федерального закона №103-ФЗ порядок и условия содержания под стражей регламентировались Положением о предварительном заключении под стражу, утв. Законом СССР от 11.07.1969 N 4075-VII, которым требований в части указанных истцом нарушений не установлено.

Вместе с тем, само по себе отсутствие нормативного положения, предусматривающего определенные требования к условиям размещения лиц, заключенных под стражу, при нахождении в условиях, унижающих достоинство личности, не исключает право лица на компенсацию причиненного в связи с этим вреда личным неимущественным правам.

При этом суд отмечает, что на территории Российской Федерации впервые закон, предусматривающий возможность возмещения морального вреда, причиненного неправомерными виновными действиями причинителя вреда, присуждением в его возмещение денежной компенсации, был принят 31 мая 1991 года. Статьей 131 Основ законодательства Союза ССР и республик от 31 мая 1991 года было установлено, что моральный вред (физические или нравственные страдания), причиненный гражданину неправомерными действиями, возмещается причинителем вреда при наличии его вины.

Основы института компенсации морального вреда в Российской Федерации были заложены в статье 151 ГК РФ, часть первая которого введена в действие с 1 января 1995 года. В соответствии со статьей 5 Федерального закона РФ от 30 ноября 1994 года N 52-ФЗ «О введении в действие части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», часть первая Гражданского кодекса применяется к правоотношениям, возникшим после введения ее в действие. По гражданским правоотношениям, возникшим до введения ее в действие, часть первая Кодекса применяется к тем правам и обязанностям, которые возникнут после введения ее в действие.

В силу части 1 статьи 4 ГК РФ акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие.

Как следует из разъяснений, данных в п. 6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 года N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", если моральный вред причинен до введения в действие законодательного акта, предусматривающего право потерпевшего на его компенсацию, требования истца не подлежат удовлетворению, в том числе и в случае, когда истец после вступления этого акта в законную силу испытывает нравственные или физические страдания, поскольку на время причинения вреда такой вид ответственности не был установлен и по общему правилу действия закона во времени закон, усиливающий ответственность по сравнению с действовавшим на время совершения противоправных действий, не может иметь обратной силы (пункт 1 статья 54 Конституции РФ).

В связи с чем право на компенсацию морального вреда может возникнуть только в случае установления факта нарушения прав истца за период после 03.08.1992, т.е. после введения в действие Основ гражданского законодательства Союза ССР, предусмотревших такой вид ответственности.

Действующие «Правила внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел» утверждены Приказом МВД России от 22 ноября 2005 года N 950 (далее – Правила).

Согласно п. 42 Правил подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, пожарной безопасности, нормам санитарной площади в камере на одного человека, установленным Федеральным законом.

Подозреваемые и обвиняемые, содержащиеся в ИВС, обеспечиваются ежедневно бесплатным трехразовым горячим питанием по нормам, определяемым Правительством Российской Федерации.

В соответствии с п. 43 Правил подозреваемые и обвиняемые обеспечиваются для индивидуального пользования: спальным местом; постельными принадлежностями: матрацем, подушкой, одеялом; постельным бельем: двумя простынями, наволочкой; полотенцем; столовой посудой и столовыми приборами на время приема пищи: миской, кружкой, ложкой. Указанное имущество выдается бесплатно во временное пользование.

Бритвенные принадлежности (безопасные бритвы либо станки одноразового пользования, электрические или механические бритвы) выдаются подозреваемым и обвиняемым по их просьбе с разрешения начальника ИВС в установленное время не реже двух раз в неделю. Пользование этими приборами осуществляется этими лицами под контролем сотрудников ИВС.

Согласно п. 45 Правил камеры ИВС оборудуются: индивидуальными нарами или кроватями; столом и скамейками по лимиту мест в камере; шкафом для хранения индивидуальных принадлежностей и продуктов; санитарным узлом с соблюдением необходимых требований приватности; краном с водопроводной водой; вешалкой для верхней одежды; полкой для туалетных принадлежностей; бачком для питьевой воды; радиодинамиком для вещания общегосударственной программы; кнопкой для вызова дежурного; урной для мусора; светильниками дневного и ночного освещения закрытого типа; приточной и/или вытяжной вентиляцией; детскими кроватями в камерах, где содержатся женщины с детьми; тазами для гигиенических целей и стирки одежды.

В соответствии с п. 47 Правил не реже одного раза в неделю подозреваемые и обвиняемые проходят санитарную обработку, им предоставляется возможность помывки в душе продолжительностью не менее 15 минут. Смена постельного белья осуществляется еженедельно после помывки в душе.

Ранее действовавшими нормативно-правовыми актами также предусматривались требования к условиям содержания под стражей.

Положением о предварительном заключении под стражу, утвержденным Законом СССР от 11.07.1969 №4075-VII (действующим до 1995 года) предусмотрено, что лицам, заключенным под стражу, обеспечиваются необходимые жилищно-бытовые условия, соответствующие правилам санитарии и гигиены.

Согласно разделу 3 «Правил внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел», утвержденных Приказом МВД РФ от 26.01.1996 №41, камеры ИВС оборудуются столом; санитарным узлом; краном с водопроводной водой; вешалкой для верхней одежды; полкой для туалетных принадлежностей; бачком для питьевой воды; радиодинамиком; урной для мусора. Норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере четырех квадратных метров.

В период с 2000 года действовал Приказ Министерства юстиции РФ от 12.05.2000 № 148 «Об утверждении Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно - исполнительной системы Министерства юстиции Российской Федерации», также предусматривающий определенные требования к условиям содержания под стражей.

Основанием обращения ФИО2 в суд явились, по его мнению, ненадлежащие условия содержания в ИВС МУ МВД ФИО8 в период с ДД.ММ.ГГГГ.

В соответствии с положениями ст. 1064 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Вред, причиненный правомерными действиями, подлежит возмещению в случаях, предусмотренных законом. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Обязанность возмещения причиненного вреда как мера гражданско-правовой ответственности применяется при наличии состава правонарушения, включающего, наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступлением вреда, а также его вину.

В силу ст. 1069 Гражданского кодекса РФ ответственность за незаконные действия государственных органов у государства наступает при совокупности таких условий, как противоправность действий (бездействия) должностного лица, наличие вреда и доказанность его размера, причинно-следственная связь между действиями причинителя вреда и наступившими у истца неблагоприятными последствиями. Недоказанность одного из названных условий влечет за собой отказ в удовлетворении исковых требований.

В соответствии со статьями 12, 56 ГПК РФ, гражданское судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон; каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений. 

На сторону истца в данном случае возложена обязанность доказать наличие вреда, причинно-следственную связь между причинением вреда и действиями (бездействием) причинителя вреда. 

Поскольку истец ограничен в средствах доказывания заявленных оснований иска, судом в целях оказания содействия истцу в собирании доказательств на основании ст.57 ГПК РФ направлены запросы в соответствующие органы о предоставлении имеющихся документов, подтверждающих доводы истца и имеющие значение для дела.

Судом исследованы следующие доказательства.

По информации УФСИН России по Алтайскому краю ФИО2 с 1990 года находился в ИВС МУ МВД ФИО8 в следующие периоды: с ДД.ММ.ГГГГ (в связи с арестом РОВД) – по ДД.ММ.ГГГГ (2 мес); этапировался на 1 день в ИВС – ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ; этапировался на 1 день в ИВС - ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; этапировался на 1 день в ИВС - ДД.ММ.ГГГГ; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; этапировался на день в ИВС – ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ; этапировался на день в ИВС – ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; этапировался на день в ИВС – ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ.

Таким образом, пребывание истца в ИВС МО МВД России ФИО8 периодически с 1990 года по 2015 год подтверждено материалами дела. 

За период пребывания 1990 – 1991 г.г. оснований для компенсации морального вреда не имеется, поскольку в указанный период соответствующих положений гражданского законодательства, предусматривающих возможность такой компенсации не имелось. 

За последующий период – с 1993 года общая продолжительность пребывания истца в ИВС составляет не более 3 мес. При этом в основном имело место этапирование на 1 день для проведения следственных действий, что предполагает непродолжительное пребывание в камере ИВС (в случае размещения в соответствующей камере). 

По информации прокуратуры г.Бийска обращения ФИО2 на ненадлежащие условия содержания в ИВС МО МВД России ФИО8 не поступали. 

В материалы дела представлена копия технического паспорта на административное здание ИВС МУ МВД России ФИО8 по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ, согласно техпаспорту в ИВС было 15 камер, лимит мест 42, санузлов в камерах 15, оконные проемы укреплены металлической решеткой и металлической сеткой «рабицей», имелись душевые кабинки.

Также представлена копия справки начальника МОБ УВД г.Бийска о том, что в ИВС имеется 15 помещений камерного типа общей площадью 169 кв.м., камеры оборудованы двухярусными кроватями, раковинами и унитазами с проточной водой, холодное водоснабжение осуществляется от сетей городского водопровода, канализация подключена к городскому коллектору, имеется дезинфекционная камера и душевая, освещение в камерах искусственное в виде ламп накаливания.

Согласно акту обследования технической укрепленности ИВС на 2009 год, год постройки здания 1970, общая камерная площадь составляет 171,1 кв.м., количество камер из расчета 4 кв.м. одноместных – 1, двухместных – 8, в том числе 2 для административно задержанных, трехместных - 3, четырехместных - 1, пятиместных - 1, шесть и более - 1, матрацев – 42, подушек - 42, наволочек - 42, полотенец - 42, простыней – 85, вентиляция - естественная и принудительная, унитазов – 15, полок для туалетных принадлежностей – 15, раковин - 15, кроватей - 42, стульев - 24, наличие радиоточки - 15, душевой комнаты, водонагревателя, металлическая решетка на окнах, с внутренней стороны «рабица» – имеется, половое покрытие деревянное.

Согласно санитарного паспорта ИВС УВД по г.Бийску за 2010 год постройки здания 1969, общее количество камер 15, лимит наполнения 42, водоснабжение централизованное, холодное, отопление центральное, освещение искусственное, вентиляции приточно-вытяжная, раковины - 15, покрытие полов бетонное, отделка стен и потолков - оштукатуривание, побелка, покраска, кроватей - 42, столов - 15, одеяла - 41, подушки - 40, стены окрашены, количество душевых стоек - 2.

Согласно санитарного паспорта ИВС УВД по г.Бийску за 2013 год постройки здания 1969, общее количество камер 15, лимит наполнения 42, водоснабжение централизованное, холодное, отопление центральное, освещение искусственное, вентиляции приточно-вытяжная, раковины - 15, покрытие полов деревянное - 8, бетонное - 7, отделка стен и потолков - оштукатуривание, побелка, покраска, кроватей - 42, столов - 15, одеяла - 50, подушки - 50.

Согласно журналов медицинских осмотров лиц, содержащихся в ИВС как при поступлении так и при убытии в 2008 и 2015гг. жалоб на состояние здоровья ФИО2 не предъявлялось.

Согласно письменным возражениям МУ МВД России «Бийское» книги учета лиц, содержащихся в ИВС, уничтожены. Также уничтожена документация по условиям содержания в ИВС 1990 года, журналы регистрации жалоб и другая документация в связи с истечением срока их хранения.

Таким образом, не представляется возможным установить, в каких камерах содержался истец и с каким количеством лиц.

Из пояснений представителя ответчика и третьего лица в судебном заседании следует, что журналы покамерного учета в ИВС не ведутся.

Оценивая совокупность собранных по делу доказательств, суд приходит к выводу о том, что доказательств, подтверждающих наличие указанных истцом нарушений условий содержания не подтверждено.

Доказательств, свидетельствующих об отсутствии оборудования санузла в соответствии с требованиями приватности, в материалы дела не представлено. Оборудования перегородок санузла высотой до 1 м не подлежат отражению в технической документации на здание.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения требований истца о взыскании компенсации морального вреда.

При этом суд не соглашается с доводами ответчиков о пропуске установленного КАС РФ срока на обращение в суд, поскольку при обращении в порядке искового производства указанные положения не применяются.

В части определения надлежащего ответчика, суд отмечает, что согласно п.15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» в соответствии со статьей 16 ГК РФ публично-правовое образование (Российская Федерация, субъект Российской Федерации или муниципальное образование) является ответчиком в случае предъявления гражданином или юридическим лицом требования о возмещении убытков, причиненных в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов. Такое требование подлежит рассмотрению в порядке искового производства. Предъявление гражданином или юридическим лицом иска непосредственно к государственному органу или к органу местного самоуправления, допустившему нарушение, или только к финансовому органу само по себе не может служить основанием к отказу в удовлетворении такого иска. В этом случае суд привлекает в качестве ответчика по делу соответствующее публично-правовое образование и одновременно определяет, какие органы будут представлять его интересы в процессе.

Согласно ст. 1069 ГК вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

В силу ст. 1071 ГК в случаях, когда в соответствии с названным Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 ГК эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

Как указано в п. 3 ст. 125 ГК в случаях и в порядке, предусмотренных федеральными законами, указами Президента Российской Федерации и постановлениями Правительства Российской Федерации, нормативными актами субъектов Российской Федерации и муниципальных образований, по их специальному поручению от их имени могут выступать государственные органы, органы местного самоуправления, а также юридические лица и граждане.

Согласно подп. 1 п. 3 ст. 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации по искам к Российской Федерации, субъекту Российской Федерации, муниципальному образованию о возмещении вреда, причиненного физическому лицу или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, по ведомственной принадлежности, в том числе в результате издания актов органов государственной власти, органов местного самоуправления, не соответствующих закону или иному правовому акту, в качестве представителя ответчика в суде выступает главный распорядитель средств федерального бюджета, бюджета субъекта Российской Федерации, бюджета муниципального образования соответственно от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального образования.

С учетом изложенного, надлежащим ответчиком по предъявленным требованиям является МВД России как главный распорядитель бюджетных средств, выделяемых на цели финансирования органов внутренних дел.

Руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ,

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО2 к Министерству Финансов РФ, МВД России о компенсации морального вреда оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Алтайский краевой суд через Центральный районный суд г. Барнаула в течение 1 месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

Судья Е.Ю. Панина

Копия верна:

Судья Е.Ю. Панина

Секретарь А.Н. Гончарова