Районный суд: Сабрекова Е.А.

ГСК:

Дубовцев Д.Н.(предс.)

Костенкова С.П. (докл.)

Нургалиев Э.В.

№ 44-г- 20 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

ПРЕЗИДИУМА ВЕРХОВНОГО СУДА УДМУРТСКОЙ РЕСПУБЛИКИ

г. Ижевск 22 июня 2018 года

Президиум Верховного Суда Удмуртской Республики в составе:

Председательствующего –Суханова Ю.В.

Членов Президиума: Емельянова А.В., Полушкина А.В., Калмыкова В.Ю. Зиминой Е.Г.

по докладу – судьи Сундукова А.Ю.,

рассмотрев кассационную жалобу ФИО1 на решение Кезского районного суда Удмуртской Республики от 19 июня 2017 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Удмуртской Республики от 06 декабря 2017 года по делу по иску ФИО1 к Открытому акционерному обществу «

<

данные изъяты>» о компенсации морального вреда вследствие причинения вреда здоровью, переданную на рассмотрение Президиума определением судьи Верховного Суда Удмуртской Республики Сундукова А.Ю. от 04 июня 2018 года

установил:

ФИО1 (далее по тексту – ФИО1, истец) обратился в суд с иском к Открытому акционерному обществу «

<

данные изъяты>» (далее по тексту - ОАО «

<

данные изъяты>», ответчик) о взыскании компенсации морального вреда в размере 

<

данные изъяты> рублей.

Свои требования мотивировал тем, что в период с 

<

данные изъяты> года по 

<

данные изъяты> года состоял в трудовых отношениях с ответчиком, работал в должности 

<

данные изъяты> цеха № 

<

данные изъяты>. При осуществлении трудовых обязанностей истец испытывал на себе воздействие вредных производственных факторов: высокие температуры летом и низкие температуры зимой, сильный шум, вибрация, металлическая пыль с частицами песка. Во время медицинского осмотра в 2009 году у истца было выявлено заболевание «

<

данные изъяты>». При приеме на работу в ОАО «

<

данные изъяты>» данного заболевания у истца не было, он ежегодно проходил медицинские осмотры и допускался к работе. Решением ФКУ «

<

данные изъяты>» от 

<

данные изъяты> истцу была установлена 

<

данные изъяты> группа инвалидности, впоследствии инвалидность была установлена бессрочно, нарушения здоровья носят хронический характер. В связи с наличием заболевания истец не может трудоустроиться. Истец полагает, что указанное заболевание возникло у него вследствие воздействия на него неблагоприятных условий труда в период работы у ответчика. 

В судебном заседании суда первой инстанции ФИО1 и представитель истца П. исковые требования поддержали в полном объеме. 

Представитель ответчика ОАО «

<

данные изъяты>» Т., действующий на основании доверенности, исковые требования ФИО1 не признал.

Решением Кезского районного суда Удмуртской Республики от 19 июня 2017 года в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ОАО «

<

данные изъяты>» о взыскании компенсации морального вреда отказано.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Удмуртской Республики от 06 декабря 2017 года решение Кезского районного суда Удмуртской Республики от 19 июня 2017 года оставлено без изменения, апелляционная жалоба ФИО1 – без удовлетворения.

В кассационной жалобе, поступившей в Верховный Суд Удмуртской Республики 26 марта 2018 года, ФИО1 просит вступившие в законную силу судебные постановления отменить и направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции в ином составе.

В качестве оснований для отмены судебных постановлений заявитель ссылается на существенные нарушения норм процессуального права, выразившиеся в рассмотрении дела данной категории без извещения и участия прокурора.

Изучив материалы гражданского дела, проверив доводы кассационной жалобы и законность принятых по делу судебных постановлений, выслушав заключение заместителя прокурора Удмуртской Республики Перевозчикова А.И., который полагал необходимым отменить судебные постановления, Президиум приходит к следующему.

В соответствии со статьей 387 Гражданского процессуального кодекса РФ основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального или процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.

Такого характера существенные нарушения норм материального и процессуального права были допущены судами обеих инстанций.

Из представленных материалов усматривается, что требования ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда основаны на причинении вреда здоровью вследствие исполнения им трудовых обязанностей и невозможностью дальнейшего трудоустройства из-за полученного на производстве заболевания.

Судебные инстанции, оказывая в удовлетворении исковых требований ФИО1 исходили из отсутствия доказательств наличия причинно-следственной связи между имеющимся у истца заболевания и действиями ответчика.

Разрешая заявленный спор, ни суд первой инстанции, ни суд апелляционной инстанции не учли следующих обстоятельств. 

В силу части 3 статьи 45 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГПК РФ) прокурор вступает в процесс и дает заключение по делам о выселении, о восстановлении на работе, о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью, а также в иных случаях, предусмотренных настоящим Кодексом и другими федеральными законами, в целях осуществления возложенных на него полномочий.

Согласно содержащимся в пункте 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" в соответствии с частью 3 статьи 45 ГПК РФ прокурор вправе участвовать в рассмотрении дел о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, в том числе по делам о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью. Неявка прокурора, извещенного о времени и месте рассмотрения дела, не является препятствием к разбирательству дела.Вместе с тем судебные инстанции в нарушение требований части 3 статьи 45, статьи 167 ГПК РФ и указанных выше разъяснений Пленума Верховного Суда РФ, рассмотрели возникший спор о компенсации морального вреда вследствие причинения вреда здоровью без участия прокурора и дачи им заключения, то есть рассмотрели дело в отсутствие прокурора, участие которого по делам указанной категории в силу закона является обязательным.

Данные об извещении прокурора о времени и месте разрешения настоящего спора в материалах гражданского дела отсутствуют.

Кроме того, в интересах законности суд кассационной инстанции полагает необходимым выйти за пределы доводов кассационной жалобы и указать в качестве оснований для отмены судебных актов следующие основания.

Судами не верно применены правовые нормы, регулирующие спорные отношения, суды не применили закон, подлежащий применению. Требование истца о взыскании компенсации морального вреда основано на факте наличия заболевания, причиной возникновения которого явились неблагоприятные условия труда. Порядок расследования и учета профессиональных заболеваний, установленный Постановлением Правительства РФ от 15.12.2000 г., которым утверждено Положение о расследовании и учете профессиональных заболеваний, перечень профессиональных заболеваний, установленный приказом Минсоцразвития. Исходя из указанных нормативно-правовых актов, факт наличия, либо отсутствия профессионального заболевания, может быть установлен только в установленном законом порядке.

Так, в соответствии с данным Постановлением Правительства РФ Работодатель обязан организовать расследование обстоятельств и причин возникновения у работника профессионального заболевания (далее именуется - расследование).

Работодатель в течение 10 дней с даты получения извещения об установлении заключительного диагноза профессионального заболевания образует комиссию по расследованию профессионального заболевания (далее именуется - комиссия), возглавляемую главным врачом центра государственного санитарно-эпидемиологического надзора. В состав комиссии входят представитель работодателя, специалист по охране труда (или лицо, назначенное работодателем ответственным за организацию работы по охране труда), представитель учреждения здравоохранения, профсоюзного или иного уполномоченного работниками представительного органа.

В расследовании могут принимать участие другие специалисты.

Работодатель обязан обеспечить условия работы комиссии.

Для проведения расследования работодатель обязан:

а) представлять документы и материалы, в том числе архивные, характеризующие условия труда на рабочем месте (участке, в цехе);

б) проводить по требованию членов комиссии за счет собственных средств необходимые экспертизы, лабораторно-инструментальные и другие гигиенические исследования с целью оценки условий труда на рабочем месте;

в) обеспечивать сохранность и учет документации по расследованию.

В процессе расследования комиссия опрашивает сослуживцев работника, лиц, допустивших нарушение государственных санитарно-эпидемиологических правил, получает необходимую информацию от работодателя и заболевшего.

Для принятия решения по результатам расследования необходимы следующие документы:

а) приказ о создании комиссии;

б) санитарно-гигиеническая характеристика условий труда работника;

в) сведения о проведенных медицинских осмотрах;

г) выписка из журналов регистрации инструктажей и протоколов проверки знаний работника по охране труда;

д) протоколы объяснений работника, опросов лиц, работавших с ним, других лиц;

е) экспертные заключения специалистов, результаты исследований и экспериментов;

ж) медицинская документация о характере и степени тяжести повреждения, причиненного здоровью работника;

з) копии документов, подтверждающих выдачу работнику средств индивидуальной защиты;

и) выписки из ранее выданных по данному производству (объекту) предписаний центра государственного санитарно-эпидемиологического надзора;

к) другие материалы по усмотрению комиссии.

На основании рассмотрения документов комиссия устанавливает обстоятельства и причины профессионального заболевания работника, определяет лиц, допустивших нарушения государственных санитарно-эпидемиологических правил, иных нормативных актов, и меры по устранению причин возникновения и предупреждению профессиональных заболеваний.

По результатам расследования комиссия составляет акт о случае профессионального заболевания по прилагаемой к данному постановлению форме.

Исходя из смысла данного Постановления Правительства бремя доказывания в части отсутствия причинно-следственной связи между вредными условиями труда и возникшим заболеванием должно быть возложено на работодателя- ответчика по настоящему иску.

Кроме того, в соответствии с п.1 ст.10 Федерального Закона Российской Федерации от 24 июля 1998 года №125-ФЗ «Об обязательном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» факт утраты профессиональной трудоспособности устанавливается по заключению учреждения Медико-социальной экспертизы.

Заключение проведенной по делу комплексной судебно-медицинской экспертизы, на котором основаны выводы суда, не может быть признано допустимым доказательством, подтверждающим факт отсутствия профессионального заболевания. 

В силу изложенного Президиум полагает необходимым решение Кезского районного суда Удмуртской Республики от 19 июня 2017 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Удмуртской Республики от 06 декабря 2017 года отменить. Дело направить в Кезский районный суд УР на новое рассмотрение.

На основании изложенного, и руководствуясь п.2 ч.1 ст.390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации 

постановил:

кассационную жалобу ФИО1 удовлетворить. 

Решение Кезского районного суда Удмуртской Республики от 19 июня 2017 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Удмуртской Республики от 06 декабря 2017 года отменить.

Гражданское дело по иску ФИО1 к Открытому акционерному обществу «

<

данные изъяты>» о компенсации морального вреда вследствие причинения вреда здоровью направить на новое рассмотрение в Кезкий районный суд Удмуртской Республики.

Председательствующий: Ю.В.Суханов