Дело № 12-51/2017

Р Е Ш Е Н И Е

 

г. Санкт-Петербург 27 марта 2017 года

Судья Октябрьского районного суда г. Санкт-Петербурга Вайтекунас Э.С., с участием:

лица, в отношении которого ведется дело об административном правонарушении, ФИО1, 

защитника Спицыной А.И., действующей на основании ордера№ и удостоверения адвоката№, 

рассмотрев жалобу ФИО1 на постановление мирового судьи судебного участка №3 Санкт-Петербурга Тихомировой О.Г. от 15 декабря 2016 года, которым ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженцу г.

<

данные изъяты>, за совершение административного правонарушения, предусмотренного ст.12.27. ч.3 КоАП РФ, назначено наказание в виде штрафа в размере 30.000 руб. с лишением права управления транспортными средствами сроком на 1 год и 6 месяцев, 

у с т а н о в и л:

Постановлением мирового судьи судебного участка №3 г. Санкт-Петербурга Тихомировой О.Г. от 15 декабря 2016 года ФИО1 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ст.12.27. ч.3 КоАП РФ, и ему назначено наказание в виде штрафа в размере 30.000 руб. с лишением права управления транспортными средствами сроком на 1 год и 6 месяцев.

ФИО1 обратился в суд с жалобой на данное решение мирового судьи, в которой просил его отменить и производство по делу прекратить за отсутствием состава данного правонарушения, поскольку полагал, что мировой судья не вправе был переквалифицировать его действия на ст. 12.27 ч.3 КоАП РФ со ст. 12.8. ч.1 КоАП РФ, как это было указано сотрудником ГИБДД в протоколе об административном правонарушении, установив отсутствие состава данного правонарушения, а должен был прекратить производство по делу, в том числе, поскольку умысла на совершение правонарушения, предусмотренного ст. 12.27. ч.3 КоАП РФ, судьей в ходе рассмотрения дела не было установлено.

В судебном заседании ФИО1 и его защитник доводы жалобы поддержали и обращали внимание также на то, что дело об административном правонарушении по ст. 12.27. ч.3 КоАП РФ в отношении ФИО1 не возбуждалось, протокол по данной статье не составлялся, в связи с чем он от данного правонарушения не защищался, мировым судьей, вынесшим решение о признании ФИО1 в совершении другого правонарушения, были нарушены процессуальные права ФИО1, умысел последнего на совершение правонарушения, предусмотренного ст. 12.27. ч.3 КоАП РФ, доказан не был, поскольку он (ФИО1) употребил пиво уже после того, как сотрудником ГИБДД было осуществлено разбирательство по факту дорожно-транспортного происшествия ( далее по тексту - ДТП) и вручено ему (ФИО1) постановление о привлечении к административной ответственности по ст. 12.15. ч.1 КоАП РФ. Также защитник обращал внимание и на то, что сотрудником ГИБДД в протоколе по ст. 12.8. ч.1 КоАП РФ указано на отсутствие данного состава в действиях ФИО1 

Исследовав материалы дела, доводы жалобы, выслушав защитника, ФИО1, опросив сотрудника ГИБДД ФИО2, свидетелей ФИО3, ФИО4, суд считает, что поданная ФИО1 жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям. 

Мировой судья пришел к выводу о том, что ФИО1 было совершено правонарушение, предусмотренное ст. 12.27. ч.3 КоАП РФ, поскольку он не выполнил требования Правил дорожного движения Российской Федерации (далее по тексту - ПДД РФ) о запрещении водителю употреблять алкогольные напитки после ДТП, к которому он причастен, до проведения уполномоченным должностным лицом освидетельствования в целях установления состояния опьянения в период с 17 часов 50 минут до 20 часов 00 минут 21 сентября 2016 года, исходя из:

- протокола об административном правонарушении, хотя и составленного по ст. 12.8. ч.1 КоАП РФ, но содержащего сведения о времени и месте ДТП, участником которого был ФИО1, который составлен в соответствии с требованиями КоАП РФ, в присутствии ФИО1, которому процессуальные права были разъяснены, копия протокола ему вручена. При этом доводы защитника о том, что сотрудник ГИБДД согласно тексту протокола не усмотрел в действиях ФИО1 признаков состава административного правонарушения, предусмотренного ст. 12.8. ч.1 КоАП РФ, суд находит не состоятельными, поскольку как следует из данного протокола и пояснений сотрудника ГИБДД ФИО2, которым он был составлен, в нем имеется ссылка на отсутствие не признаков состава правонарушения, предусмотренного ст. 12.8. ч.1 КоАП РФ, что исключает саму возможность составления протокола и направление дела для рассмотрения мировому судье, а на отсутствие признаков состава преступления, предусмотренного ст. 264 ч.1 УК РФ, 

- справки о ДТП, из которой следует, что 21 сентября 2016 года в 17 часов 50 минут у д.87 по наб. реки Фонтанки в Санкт-Петербурге произошло столкновение транспортного средства под управлением ФИО1 и транспортного средства потерпевшей ФИО5, 

- акта освидетельствования на состояние опьянения 78 АО №000804 от 21 сентября 2016 года и приобщенного к нему бумажного носителя, согласно которым освидетельствование было проведено 21 сентября 2016 года в 20 часов 00 минут уполномоченным на то лицом и с помощью технического средства, прошедшего поверку, при этом установлено у ФИО1 состояние алкогольного опьянения, поскольку показания прибора о наличии абсолютного этилового спирта в выдыхаемом воздухе составили 0,603 мг/л, с данными результатами ФИО1 был согласен, о чем проставил свою подпись в акте,

- показаний потерпевшей ФИО5, подтвердившей факт ДТП с участием ФИО1 и проведение последнему в помещении ГИБДД, где она и ФИО1 ожидали разбирательства по факту ДТП, освидетельствования на предмет нахождения ФИО1 в состоянии алкогольного опьянения,

- показаний инспектора ГИБДД ФИО2, подтвердившего выезд на место ДТП, одним из участников которого был ФИО1, который был освидетельствован не на месте ДТП ввиду отсутствия технического средства, а спустя определенный период времени и в помещении ГИБДД, куда ФИО1, как показал ФИО2 суду апелляционной инстанции, был доставлен не только для разбирательства по факту ДТП, но и для освидетельствования на предмет нахождения в состоянии опьянения, о чем он (ФИО2) сообщил ФИО1 в служебной автомашине, поскольку, когда ФИО1 находился в ней и знакомился со схемой ДТП, он (ФИО2) почувствовал запах алкоголя от ФИО1 При этом последний результаты освидетельствования в ГИБДД не оспаривал и пояснил, что выпил пиво, что им (ФИО1) было зафиксировано в протоколе собственноручно. Также ФИО2 настаивал в суде и на том, что ФИО1 вручил копию постановления о привлечении его к ответственности за правонарушение, предусмотренное ст. 12.15. ч.1 КоАП РФ, после того, как было проведено его освидетельствование, при этом никаких сведений о том, что ФИО1 употребил спиртное в автомашине К-вых до освидетельствования, он (ФИО1 ) ему ( ФИО2) не сообщал, 

- показаний свидетелей ФИО4, ФИО3, которые подтвердили факт употребления пива ФИО1 после совершения им ДТП, в их автомашине у здания ГИБДД, после чего они (ФИО3 и Коновалова_Ю.В.) уехали, оставив ФИО1 

Данные доказательства мировым судьей приведены в обжалуемом постановлении, им дана соответствующая оценка, для их переоценки суд не находит оснований.

Защитник в обоснование поданной жалобы ссылался на то, что мировым судьей в виду переквалификации действий ФИО1 без возбуждения дела об административном правонарушении по ст. 12.27. ч.3 КоАП РФ, без составления соответствующего протокола, без разъяснения ФИО1 его прав по новому делу ( по ст. 12.27. ч.3 КоАП РФ) были нарушены процессуальные права ФИО1 и его право на защиту. Однако в соответствии с материалами дела ФИО1 как при составлении протокола об административном правонарушении 21 сентября 2016 года ( т.е. с момента возбуждения дела), так и в последующем неоднократно при рассмотрении дела мировым судьей, его процессуальные права, предусмотренные ст. 25.1. КоАП РФ, были неоднократно разъяснены, о чем имеются соответствующие отметки в протоколе и расписках ФИО1 То обстоятельство, что ФИО1 разъяснялись его процессуальные права первоначально, т.е. до вынесения мировым судьей решения о переквалификации его действий, по делу об административном правонарушении, предусмотренном ст. 12.8. ч.1 КоАП РФ, не влечет за собой основания полагать, что по делу, об административном правонарушении, предусмотренном ст. 12.27. ч.3 КоАП РФ, в совершении которого мировым судьей был признан виновным ФИО1 в последующем, у него (ФИО1) возникли иные процессуальные права, ранее ему не разъясненные мировым судьей. Более того, правонарушения предусмотренные ст. 12.8. ч.1 КоАП РФ и ст. 12.27. ч.3 КоАП РФ, имеют единый родовой объект посягательства, в связи с чем мировой судья, установив доказанным факт нахождения ФИО1 в состоянии опьянения после ДТП вследствие употребления им пива после ДТП, но до проведения освидетельствования с целью установления состояния опьянения или до принятия решения об освобождении от проведения такового освидетельствования, - обоснованно пришел к выводу о наличии в действиях ФИО1 признаков состава правонарушения, предусмотренного ст. 12.27. ч.3 КоАП РФ, и привлечение его к административной ответственности именно за данное правонарушение, что не влечет за собой нарушение процессуальных прав ФИО1 и не препятствовало ему защищаться и от данного правонарушения, поскольку запрет употреблять водителю алкогольные, наркотические, психотропные или иные одурманивающие вещества после ДТП, к которому он причастен либо после того, как транспортное средство было остановлено по требованию сотрудников полиции, до проведения освидетельствования с целью установления состояния опьянения или до принятия решения об освобождении от проведения такового освидетельствования, закреплен в п. 2.7 ПДД РФ, который ФИО1, как лицо, имеющее право на управление транспортными средствами, обязан знать и соблюдать, в том числе он (ФИО1) не был лишен возможности знать, что нарушение данных требований ПДД РФ влечет за собой административную ответственность по ст. 12.27. ч.3 КоАП РФ. 

Доводы ФИО1 о том, что материалами дела и в суде не был доказан его умысел на употребление пива до проведения освидетельствования в нарушение требований п.2.7. ПДД РФ, суд находит не состоятельными, поскольку, освидетельствование ФИО1 имело место в ОГИБДД по Адмиралтейскому району 21 сентября 2016 года в 20.00 часов, оно проведено с соблюдением требований КоАП РФ, результаты его ФИО1 не оспаривал. В то время как в ОГИБДД ФИО1 был доставлен как для разбирательства по факту ДТП с его участием, так и для освидетельствования. Доводы защитника о том, что сотрудник ГИБДД ФИО2 дал недостоверные показания, в части того, что сообщал ФИО1 о его освидетельствовании при доставлении с места ДТП в ОГИБДД, что ему была вручена копия постановления о привлечении к административной ответственности по ст. 12.15. ч.1 КоАП РФ после освидетельствования, суд находит не состоятельными, а выводы защитника о наличии у сотрудника ГИБДД оснований для оговора ФИО1 вследствие интересов службы и имея обиду на ФИО1, надуманными в целях защиты ФИО1, поскольку данные доводы защитника не основаны на каких-либо объективных данных. Так в служебные обязанности сотрудника ГИБДД в соответствии с законом «О полиции» и нормативно-правовыми актами, а также КоАП РФ, входит выявление и пресечение административных правонарушений, установление лиц, их совершивших, и привлечение их к административной ответственности, что само по себе не влечет за собой вывод, что сотрудник ОГИБДД ФИО2, выявив факт совершения М.А.НБ. правонарушения, был в последующем заинтересован в даче ложных показаний в отношении ФИО1, как лица, совершившего данное правонарушение. Доводы защитника о наличии у сотрудника ГИБДД ФИО2 обиды на ФИО1 и как следствие возникновение оснований не доверять показаниям ФИО2, являются голословными, поскольку со стороны ФИО1, как пояснил последний, так и подтвердил ФИО2 в суде, по отношению к нему (ФИО2) на месте ДТП какие-либо незаконные действия не предпринимались. Факт вызова сотрудником ГИБДД ФИО2 руководства ОМОНА на место ДТП вследствие участия в нем сотрудника ОМОНА (ФИО1), нахождение на месте ДТП пассажира автомашины под управлением ФИО1, который был в состоянии опьянения и который при разбирательстве сотрудника ГИБДД на месте о причинах ДТП и лицах его совершивших, т.е. при выполнении им своих служебных обязанностей, допустил по отношению к нему действия, препятствующие выполнению им таковых обязанностей, сам по себе не свидетельствует о том, что вследствие действий иного лица ( пассажира - неустановленного сослуживца ФИО1) привели к возникновению обиды у сотрудника ГИБДД ФИО2 по отношению к ФИО1, который никаких противоправных действий по отношению к нему (ФИО2) не предпринимал. Таким образом, суд не находит оснований не доверять показаниям ФИО2, фактически не заинтересованного в исходе дела.

В то время как к показаниям свидетелей К-вых, данным ими в апелляционной инстанции по ходатайству защитника, суд относится критически в той части, что они показали суду, что в автомашине, где они предложили выпить ФИО1 пиво, последний им сообщил, что разбирательство в ОГИБДД по факту ДТП уже состоялось и показывал им документы, среди которых, как настаивал защитник и ФИО1, находилось постановление по делу об административном правонарушении, предусмотренном ст. 12.15. ч.1 КоАП РФ, что, по их мнению, свидетельствует о том, что ФИО1, будучи убежденным, что разбирательство по делу о ДТП состоялось и не осведомленный о том, что ему предстоит пройти освидетельствование, выпил пива. Поскольку никто из свидетелей К-вых не смог показать суду апелляционной инстанции, какие именно они видели документы у ФИО1 и было ли среди них вышеуказанное постановление. Более того, о наличии таковых документов свидетели, ранее допрошенные мировым судьей 23 ноября 2016 года, суду не сообщали. Напротив, дали таковые показания только при рассмотрении дела в апелляционной инстанции, т.е. когда ФИО1 выдвинул версию об отсутствии у него умысла на употребление спиртного в нарушение п. 2.7. ПДД РФ. Данные обстоятельства в совокупности с тем, что свидетели являются хорошими знакомыми ФИО1 влекут за собой выводы у суда, что данные свидетели в силу ложного понимания солидарности с ФИО1, отрицавшим в свою очередь вину в совершении правонарушения, влекущего за собой лишение права управления транспортными средствами, дали недостоверные показания, противоречащие в свою очередь показаниям сотрудника ГИБДД ФИО2, не заинтересованного в исходе дела, который настаивал на том, что ФИО1 при доставлении с места ДТП в ОГИБДД знал, что будет освидетельствован, что ему было вручено постановление о привлечении его как лица, виновного в нарушении требований ПДД, повлекшее за собой ДТП, т.е. по ст. 12.15. ч.1 КоАП РФ, только после того, как было проведено его освидетельствование на предмет нахождения в состоянии опьянения. При этом показания сотрудника ГИБДД согласуются и с показаниями потерпевшей ФИО5, которая также показал мировому судье, что при прибытии ее в ОГИБДД ей сообщили, что будет проводиться освидетельствование ФИО1, после чего она, ожидая этого, видела, как ФИО1 покидал помещение ОГИБДД, выходя на улицу. Незначительные расхождения в показаниях ФИО5 и ФИО2 о том, каким образом ФИО1 покидал помещение ОГИБДД, не влияют на достоверность показаний данных лиц в целом. 

Доводы защитника, что мировым судьей не были рассмотрены заявленные ею и ФИО1 ходатайства опровергаются имеющимися в материалах дела определениями, вынесенными по результатам рассмотрения всех ходатайств ФИО1 и его защитника. То обстоятельство, что данные определения были вынесены мировым судьей на месте, а впоследствии приобщены к делу в виде письменных определений, не противоречит закону и обусловлены отсутствием протокола судебного заседания, который не велся, что допускается нормами КоАП РФ. 

Также защитник полагал, что мировой судья обязан был принять процессуальное решение по делу об административном правонарушении, предусмотренном ст. 12.18.ч.1 КоАП ПФ, вину в совершении которого он не установил в ходе рассмотрения данного дела. Однако нормами КоАП РФ не предусмотрено вынесение процессуальных решений о прекращении производства по делу в случае переквалификации действий лица на другой состав. 

Учитывая вышеизложенное, а также то, что мировым судьей версия ФИО1, выдвинутая им при рассмотрении дела, о том, что он в момент управления транспортным средством до ДТП в состоянии опьянения не находился, а употребил пиво после ДТП, находясь у здания ОГИБДД, была тщательно проверена, все доводы защитника и ФИО1 оценены в обжалуемом постановлении, для переоценки выводов мирового судьи о доказанности вины ФИО1 в совершении правонарушения, предусмотренного ст. 12.27. ч.3 КоАП РФ, суд не находит оснований, и поскольку обжалуемое постановление постановлено на допустимых и достоверных доказательствах, наказание назначено предусмотренное законом и справедливое в пределах срока давности привлечения лица к административном ответственности, суд не находит каких-либо оснований для отмены решения мирового судьи судебного участка №3 г. Санкт-Петербурга Тихомировой О.Г. от 15 декабря 2016 год и прекращения производства по делу. 

На основании изложенного и руководствуясь ст.30.6,30.7 КоАП РФ, суд

р е ш и л:

Постановление мирового судьи судебного участка№3 Санкт-Петербурга Тихомировой О.Г. от 15 декабря 2016 года, которым ФИО1 за совершение административного правонарушения, предусмотренного ст.12.27. ч.3 КоАП РФ, назначено наказание в виде штрафа в размере 30.000 руб. с лишением права управления транспортными средствами сроком на 1 год и 6 месяцев, оставить без изменения, а поданную ФИО1 жалобу - без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в порядке надзора.

Судья