Дело № 12-361/2023

РЕШЕНИЕ

«14» сентября 2023 года г. Екатеринбург

Судья Чкаловского районного суда г. Екатеринбурга Федусова А.И., рассмотрев в открытом судебном заседании жалобу ФИО1 на постановление мирового судьи судебного участка № 6 Чкаловского судебного района г. Екатеринбурга ФИО2 от 24.03.2023, которым ФИО1 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, с назначением административного наказания в виде штрафа в размере 30000 рублей с лишением права управления транспортными средствами на срок один год восемь месяцев, 

установил:

Постановлением мирового судьи ФИО1 признан виновным в том, что он 07.09.2022 в 01 час 40 минут по адресу: 

<

адрес>, являясь водителем автомашины 

<

данные изъяты> не выполнил законное требование сотрудника полиции о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения, чем нарушил п. 2.3.2 Правил дорожного движения и совершил административное правонарушение, предусмотренное ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ.

В жалобе ФИО1 просит об отмене постановления о назначении административного наказания и прекращении производства по делу об административном правонарушении. В обоснование жалобы заявитель указал, что в момент остановки его сотрудниками ГИБДД он уже не управлял транспортным средством, выходил со стоянки, где припарковал свой автомобиль и уже после завершения поездки употребил алкоголь. Имеющаяся в материалах дела видеозапись административных процедур явно опровергает содержание как процессуальных документов, так и показания сотрудника ДПС ФИО7, которые были учтены судом как доказательство, при этом показания допрошенного мировым судьей инспектора ДПС ГИБДД не могут быть признаны в качестве доказательств, поскольку он заинтересован в исходе дела. До начала и в ходе процессуальных действий положения ст. 25.1 КоАП РФ и ст. 51 Конституции Российской Федерации ФИО1 не были разъяснены. Указывает, что проведение процедуры освидетельствования не соответствует отраженным в протоколе сведениям в части должностного лица, проводившего освидетельствование, что влечет недопустимость указанного доказательства. Основания для направления на медицинское освидетельствование инспектором ДПС в устной форме сообщены не были, протокол о направлении на медицинское освидетельствование для ознакомления с указанием на какое-либо основание не передан. После составления протокола о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, ознакомиться с протоколом и подписать его предложено не было, что оставлено без внимания мирового судьи. В материалы дела представлена видеозапись не в полном объеме, соответственно, невозможно в полном объеме восстановить события, однако мировым судьей не устраненные сомнения были истолкованы не в его пользу. Мировым судьей проигнорированы его доводы об отсутствии в его действиях состава административного правонарушения, которые не опровергнуты представленными доказательствами, выводы судьи противоречат принципу презумпции невиновности. Полагает, что постановление мирового судьи не соответствует требования ст. 1.5, ч. 1 ст. 1.6, ст. 24.1, 26.1 и 26.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

В судебном заседании ФИО1 на доводах жалобы настаивал, указал, что сотрудники ДПС были явно заинтересованы в привлечении его к административной ответственности, поскольку выполняли план, с ними он ранее знаком не был. Понятые при проведении процессуальных действий присутствовали, однако ему они не были представлены, с ними в контакт он не вступал.

Защитник ФИО3 в судебном заседании также поддержал жалобу по изложенным в ней основаниям, дополнительно указал, что мировой судья был обязан исходить из презумпции невиновности, однако им не было предпринято попыток выслушать ФИО1 и проверить его доводы. Мировой судья был вправе истребовать материалы, в том числе видеозапись, чего не было сделано. При этом полагает, что объяснений ФИО1 было бы достаточно для прекращения производства по делу. Фактически постановление мирового судьи основано на объяснениях инспектора ДПС, который не смог объяснить имеющиеся разногласия между процессуальными документами и имеющейся видеозаписью. В материалах дела имеется видеозапись, выполненная на телефон фрагментами, однако видеофиксация могла производиться с помощью регистраторов, которыми оборудован патрульный автомобиль, однако не представлено сведений об отсутствии технической возможности представить видеозапись полностью. Полагает, что устранить имеющиеся сомнения невозможно, понятые были приглашены уже позднее. При этом у ФИО1 отсутствует обязанность доказывать свою невиновность. Сотрудники полиции указывают, что ФИО1 не выполнил требование об остановке, но при этом протокол об административном правонарушении по этим обстоятельствам составлен не был. Административный материал должен был быть составлен на парковке, а доводы сотрудника полиции, что они покинули парковку для поиска понятых, не соответствует действительности. Согласно п. 43 Приказа МВД России от 23 августа 2017 г. №664, в разговоре с участниками дорожного движения сотрудник обязан быть вежливым, тактичным, обращаться к ним на "Вы", проявлять спокойствие и выдержку, свои требования и замечания излагать в убедительной и понятной форме, исключая возможность ошибочного или двоякого их понимания. Требование о прохождении «медицинского освидетельствования на состояние опьянение» в адрес ФИО1 не выдвигалось, что подтверждается видеозаписью. Законное требование уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения не могло быть подменено высказыванием сотрудника ДПС «пройти медицинское освидетельствование». В тексте постановления смысл высказываний сотрудника ДПС, зафиксированных с помощью видеозаписи, искажен, что является недопустимым. Предложение проехать в медицинское учреждение было высказано инспектором ДПС до составления протокола о направлении на медицинское освидетельствование, что явно противоречит содержанию соответствующего протокола в части последовательности действий. После предполагаемого заполнения протокола о направлении на медицинское освидетельствование, ФИО1 не было предложено пройти медицинское освидетельствование на состояние опьянения, подписать данный документ, а также было запрещено вносить какие-либо замечания, либо объяснения. Обстоятельства проведения освидетельствования не зафиксировано, что незаконно. Несмотря на предвзятость сотрудников полиции, с жалобами на действия должностных лиц не обращались, поскольку это право, а не обязанность лица.

Выслушав пояснения заявителя и его защитника, изучив доводы жалобы и материалы дела, прихожу к следующим выводам. 

Ответственность по ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ предусмотрена за невыполнение водителем транспортного средства законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения.

В силу п. 2.3.2 Правил дорожного движения водитель транспортного средства обязан по требованию должностных лиц, уполномоченных на осуществление федерального государственного надзора в области безопасности дорожного движения, проходить освидетельствование на состояние алкогольного опьянения и медицинское освидетельствование на состояние опьянения. 

Как следует из материалов дела, 07.09.2022 в 01 часа 40 минут по адресу: 

<

адрес>, ФИО1 управлял автомашиной 

<

данные изъяты> признаками алкогольного опьянения – запах алкоголя изо рта, неустойчивость позы, нарушение речи.

В связи с наличием признаков опьянения, должностным лицом в порядке, предусмотренном ст. 27.12 КоАП РФ и Правилами освидетельствования лица, которое управляет транспортным средством, на состояние алкогольного опьянения и оформления его результатов, направления указанного лица на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, медицинского освидетельствования этого лица на состояние опьянения и оформления его результатов, утвержденными Постановлением Правительства Российской Федерации от 26 июня 2008 г. N 475, ФИО1 в присутствии двух понятых предложено пройти освидетельствование на состояние алкогольного опьянения, от прохождения которого он отказался. 

В связи с отказом ФИО1 от прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, в соответствии с п. 10 указанных Правил он направлен для прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения в присутствии двух понятых с соблюдением требований ч. 1.1 ст. 27.12 КоАП РФ.

Вместе с тем, в нарушение п. 2.3.2. Правил дорожного движения, ФИО1 законное требование уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения не исполнил, отказавшись от его прохождения. 

Событие административного правонарушения и виновность ФИО1 в его совершении подтверждаются совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств: отвечающим требованиям ст. 28.2 КоАП РФ протоколом об административном правонарушении № от 07.09.2022; протоколом об отстранении от управления транспортным средством № от 07.09.2022; актом освидетельствования на состояние алкогольного опьянения № от 07.09.2022; протоколом о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения № от 07.09.2022; протоколом о задержании транспортного средства № от 07.09.2022; рапортом инспектора ДПС ФИО4; видеозаписью; показаниями инспектора ДПС ФИО4 при рассмотрении дела, оснований не доверять которым не установлено, поскольку должностное лицо не заинтересовано в привлечении ФИО1 к административной ответственности, доказательств обратного стороной защиты в материалы дела не представлено. 

Оснований полагать, что данные доказательства получены с нарушением закона, не имеется. Достоверность и допустимость данных доказательств сомнений не вызывает.

Мировым судьей исследованы и оценены все доказательства, представленные в дело об административном правонарушении. Результат оценки доказательств по делу нашел свое отражение в обжалуемом судебном постановлении. Оснований для переоценки доказательств не имеется. 

Установив полно и всесторонне при рассмотрении дела фактические обстоятельства совершенного правонарушения на основании исследованных доказательств, и дав им оценку по правилам ст. 26.11 КоАП РФ в их совокупности, мировой судья пришел к правильному выводу о наличии события правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ, и виновности ФИО1 в его совершении.

Обжалуемое судебное постановление обоснованно, мотивировано, и соответствует требованиям ст. 29.10 КоАП РФ.

Доводы жалобы не содержат правовых аргументов, опровергающих выводы мирового судьи, в связи с чем не могут ставить под сомнение состоявшееся по делу постановление о назначении административного наказания.

Доводы защитника о существенных процессуальных нарушениях в ходе применения мер обеспечения производства по делу об административном правонарушении и при составлении протокола об административном правонарушении не могут быть признаны обоснованными. По смыслу ч. 2 ст. 27.12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях при применении мер обеспечения производства обязательно либо присутствие двух понятых, либо производство видеозаписи. Как следует из материалов дела, в данном случае должностным лицом было обеспечено участие двух понятых, которые своими подписями удостоверили правильность и полноту составленных процессуальных документов. 

Присутствие понятых при составлении акта освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, протокола о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, протокола об отстранения от управления транспортным средством не оспаривал в судебном заседании и ФИО1 Его доводы о том, что он был лишен возможности вступить с ними в зрительный контакт, правового значения не имеют. Как следует из представленной в материалы видеозаписи, в момент оформления процессуальных документов понятые находились у водительской двери патрульного автомобиля, непосредственно наблюдали за производимыми действиями. 

Считаю необходимым критически отнестись к доводам заявителя и его защитника о том, что отсутствовали объективные препятствия для обеспечения участия понятых или проведения видеозаписи в случае обнаружения оснований для отстранения на территории парковки, поскольку отстранение от управления транспортным средством – это формализованная процедура, заключающаяся в процессуальном оформлении исключения водителя из дальнейшего участия в дорожном движении, а не фактическое действие, связанное с выходом (извлечением) водителя из салона его автомашины. Своими подписями понятые ФИО5 и ФИО6 подтвердили, что протокол об отстранении от управления ФИО1 от управления транспортным средством составлялся в их присутствии, свои замечания не высказывали. 

Вопреки доводам стороны защиты, не имеется оснований не доверять и показаниям свидетеля ФИО4, допрошенного при рассмотрении дела об административном правонарушении, предупрежденного об ответственности за дачу заведомо ложных показаний, указавшего, что им был замечен автомобиль под управлением ФИО1, который двигался медленно, а при подаче светового сигнала и просьбе остановиться, водитель прибавил скорость и въехал на территорию парковки. При остановке автомобиля ФИО1 уже был в состоянии опьянения, предпринимал попытки уйти от сотрудников ГИБДД, после чего его посадили в патрульный автомобиль и поехали искать понятых.

Доводы о какой-либо заинтересованности должностных лиц в привлечении к административной ответственности ФИО1 ничем не подтверждаются. Как подтвердил в судебном заседании заявитель, он не был знаком ранее с сотрудниками ГИБДД. Не выдерживает критики и версия ФИО1 о том, что сотрудники ГИБДД его остановили в тот момент, когда он был в трезвом состоянии, а встретили его на выходе с охраняемой стоянки уже после того, как он употребил алкоголь, поскольку должностные лица не могли знать о намерении ФИО1 употребить алкоголь около автомобиля. Само по себе исполнение сотрудниками полиции своих должностных обязанностей не свидетельствует об их заинтересованности в привлечении лица к административной ответственности.

Вопреки доводам стороны защиты акт освидетельствования на состояние алкогольного опьянения составлен уполномоченным должностным лицом. Более того, считаю необходимым отметить, что в соответствии с п. 9 Правил освидетельствования лица, которое управляет транспортным средством, на состояние алкогольного опьянения и оформления его результатов, направления указанного лица на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, медицинского освидетельствования этого лица на состояние опьянения и оформления его результатов и правил определения наличия наркотических средств или психотропных веществ в организме человека при проведении медицинского освидетельствования на состояние опьянения лица, которое управляет транспортным средством, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 26.06.2008 N 475, действовавших на момент события административного правонарушения, в случае отказа водителя транспортного средства от прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения составление акта освидетельствования на состояние алкогольного опьянения не обязательно. Соответственно, доводы защитника в части несоответствия должностного лица, составившего акт, лицу, указанному в этом акте, не могут служить основанием для отмены постановления мирового судьи.

Соблюдение последовательности применения мер обеспечения производства по делу подтверждается видеозаписью, из содержания которой также следует, что ФИО1 было предложено сначала пройти освидетельствование на состояние алкогольного опьянения, а после его отказа – пройти медицинское освидетельствование на состояние опьянения, при этом ему разъяснялись последствия отказа от прохождения медицинского освидетельствования, а также ответственность за управление транспортным средством.

Из совокупности представленных в материалы дела доказательств следует, что ФИО1 отказался от прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, а затем и от медицинского освидетельствование на состояние опьянения, при этом отказывался от подписания каких-либо процессуальных документов.

Доводы стороны защиты о том, что ФИО1 не разъяснялись процессуальные права и не вручались процессуальные документы, не могут быть признаны обоснованными, поскольку не подтверждены какими-либо доказательствами. ФИО1 имел реальную возможность указать замечания относительно изложенных в процессуальных документах сведениях, однако этим правом не воспользовался, отказавшись от их подписания, при этом должностным лицом этот факт удостоверен собственноручной подписью. Вопреки доводам стороны защиты ФИО1 неоднократно разъяснялось, что он вправе дать свои объяснения при составлении протокола об административном правонарушении.

Доводы ФИО1 о том, что ему не предоставлялись для ознакомления составленные сотрудниками ГИБДД процессуальные документы и не было предложено их подписать, также опровергаются имеющейся в материалах дела видеозаписью.

Дело рассмотрено в соответствии с требованиями Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, процессуальных нарушений, влекущих отмену судебного акта, не установлено.

Административное наказание в виде штрафа с лишением права управления транспортными средствами назначено ФИО1 с учетом общих правил назначения наказания и в пределах санкции ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ, данных о личности и характере совершенного правонарушения, при отсутствии смягчающих и отягчающих административную ответственность обстоятельств, на срок, соразмерный содеянному и достаточный, по мнению мирового судьи, для исправления, изменения отношения ФИО1 к неукоснительному соблюдению Правил дорожного движения и пресечения совершения им новых правонарушений. 

При таких обстоятельствах основания к отмене или изменению постановления мирового судьи отсутствуют, жалоба ФИО1 не подлежит удовлетворению.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 30.6, п. 1 ч. 1 ст. 30.7 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, судья 

решил:

Постановление мирового судьи судебного участка № 6 Чкаловского судебного района г. Екатеринбурга ФИО2 от 24.03.2023 в отношении ФИО1 – оставить без изменения, жалобу ФИО1 – без удовлетворения. 

Решение вступает в законную силу со дня принятия.

Вступившее в законную силу постановление о назначении административного наказания может быть обжаловано путем подачи жалобы непосредственно в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции.

Судья А.И. Федусова