судья Бойко И.Б. Дело №22к-961/2025

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Мурманск 18 июля 2025 года

Мурманский областной суд в составе: 

председательствующего судьи Шиловской Ю.М.,

при секретаре судебного заседания Смолиной А.В.,

рассмотрел в открытом судебном заседании материалы дела по апелляционной жалобе защитника – адвоката Федюнина М.Ю. в интересах Х. на постановление Североморского районного суда Мурманской области от 12 июля 2025 года, которым

Х., ***, несудимому,

подозреваемому в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.291.1 УК РФ, 

избрана мера пресечения в виде заключения под стражу сроком на 02 месяца, то есть по 09 сентября 2025 года.

Проверив материалы дела, выслушав выступления обвиняемого Х. (посредством видео-конференц-связи) и его защитника – адвоката Репиной М.С., поддержавших доводы жалобы, мнение прокурора Тригуб С.Г., полагавшего постановление законным и обоснованным, суд апелляционной инстанции

установил:

обжалуемым постановлением Х. избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, поскольку суд согласился с доводами руководителя следственного органа о том, что оказавшись на свободе, подозреваемый может скрыться от органа предварительного следствия и суда и воспрепятствовать производству по уголовному делу.

В апелляционной жалобе защитник – адвокат Федюнин М.Ю. находит постановление суда незаконным, необоснованным и немотивированным. По мнению защитника, следствием не представлено убедительных доказательств наличия рисков того, что подозреваемый может скрыться и воспрепятствовать производству по делу, а суд не дал надлежащей оценки доводам защиты об их отсутствии. Защитник полагает, что утверждения следствия о возможном побеге Х. основаны лишь на тяжести преступления, в котором он подозревается, и возможности назначения наказания, однако сама по себе тяжесть не свидетельствует о необходимости ареста, а конкретные доказательства реальных попыток подозреваемого скрыться отсутствуют. При этом отмечает, что Х. является гражданином РФ, имеет постоянную регистрацию и место жительства в г. Москве, где у него работа и несовершеннолетний ребенок, то есть устойчивые социальные связи. Ссылки суда на смену подозреваемым места жительства и сим-карт находит голословными, поскольку Х. прибыл в Мурманскую область по вызову следственных органов, где постоянного жилья у него не было, что объясняет необходимость арендовать жилье для возможного домашнего ареста, наличие загранпаспорта само по себе не означает подготовку к побегу, а доказательства того, что он предпринимал реальные действия к выезду, материалы дела не содержат. Указывает, что доводы следователя о намерении обвиняемого скрыться, со ссылкой на переписку Х., основаны на предположениях, поскольку такие высказывания могли носить эмоциональный или гипотетический характер, а реальная угроза побега не доказана должным образом. 

Обращает внимание на то, что Х. инкриминируется посредничество в прошлом и каких-либо сведений о намерении совершать новые преступления или таковой возможности, следствием не представлено, в связи с чем довод о возможности его подзащитного продолжить преступную деятельность находит несостоятельным.

Указывает, что каких-либо фактов оказания Х. воздействия на участников процесса либо угроз в их адрес, попыток воспрепятствовать правосудию не представлено, а поведение подозреваемого при обыске, когда он не сразу впустил оперативных сотрудников и не желал добровольно выдавать искомые предметы, не выходит за рамки его прав, гарантированных ст.51 Конституции РФ, при этом принудительное изъятие предметов было произведено, доказательства изъяты, однако суд не принял во внимание, что к моменту рассмотрению ходатайства основные доказательства уже собраны и уничтожить их Х. не имел возможности.

Таким образом, по мнению защитника, реальные основания, предусмотренные ст. 97 УПК РФ для избрания ареста не установлены. 

Также защитник полагает, что суд не дал надлежащей оценки доводам защиты о возможности применения более мягких мер пресечения, на которых настаивала защита, и не мотивировал убедительно невозможность их применения. Указывает, что защита просила избрать домашний арест в арендованной отцом подозреваемого квартире в г. Мурманске, где отец Х. очевидно мог бы обеспечивать бытовое устройство последнего, однако суд необоснованно отказал в этом. Также суд отказал в применении залога в размере 20 миллионов рублей, сославшись на то, что наличие денежных средств в такой сумме у подозреваемого или его отца не подтверждено. При этом суд вовсе не рассмотрел возможность применения запрета определенных действий или подписки о невыезде, тем самым нарушив принцип индивидуального подхода и минимального ограничения свободы подозреваемого, соразмерности меры пресечения предполагаемому наказанию, а также не попытался устранить формальные недостатки, препятствующие, по мнению суда, избранию указанных более мягких мер пресечения. 

Просит постановление отменить, избрать подозреваемому более мягкую меру пресечения, не связанную с лишением свободы в виде домашнего ареста, денежного залога, запрета определенных действий либо подписки о невыезде и надлежащем поведении.

Проверив представленные материалы, изучив доводы апелляционной жалобы, суд не находит оснований для её удовлетворения и отмены судебного постановления, приходя к выводу, что решение об избрании Х. меры пресечения в виде заключения под стражу принято с соблюдением положений ст.108 УПК РФ, основано на конкретных фактических данных уголовного дела, надлежаще мотивировано.

Ходатайство заявлено руководителем следственного органа и рассмотрено судом в пределах срока предварительного следствия по уголовному делу, возбужденному 10 июля 2025 года в отношении Х. по признакам преступления, предусмотренного ч.4 ст.291.1 УК РФ, которое соединено в одно производство с уголовным делом *, срок следствия по которому продлен до 21 сентября 2025 года.

Вопреки доводам жалобы, процедура рассмотрения судом ходатайства следователя соответствует требованиям уголовно-процессуального закона, судебное заседание проведено с учётом принципов состязательности и равноправия сторон. Из протокола судебного заседания следует, что председательствующий в соответствии с положениями, содержащимися в ч.3 ст.15 УПК РФ, создал все необходимые условия для исполнения сторонами своих процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им законом прав. Из текста обжалуемого постановления не следует, что суд выступил на одной из сторон участников уголовного судопроизводства, как видно из обжалуемого постановления, суд первой инстанции учел доводы и обстоятельства, указанные защитником и обвиняемым, дал им должную оценку при вынесении решения.

Каких-либо нарушений уголовно-процессуального закона, которые путём лишения или ограничения гарантированных законом прав участников процесса, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путём повлияли или могли повлиять на принятие судом законного и обоснованного решения при рассмотрении вопроса об избрании Х. меры пресечения в виде содержания под стражей судом первой инстанции не допущено. 

Наличие признаков события преступления и обоснованность подозрения в причастности Х. к инкриминируемому преступлению подтверждается представленными органом предварительного следствия материалами уголовного дела, которые были исследованы судом первой инстанции и получили надлежащую оценку. На основании исследованных в судебном заседании материалов судом первой инстанции дана оценка тяжести, характеру и направленности преступления, в котором подозревается Х., обстоятельствам его задержания, а именно – наличию для этого достаточных оснований, что, вопреки доводам защитника в судебном заседании, свидетельствует о том, что судом надлежащим образом проверена обоснованность подозрения в причастности задержанного к тому преступлению, в совершении которого он подозревается. При этом суд обоснованно не входил в обсуждение допустимости и достаточности имеющихся у органа следствия доказательств, квалификации его действий.

Удовлетворяя ходатайство, суд правильно принял во внимание начальную стадию расследования, подозрение Х. в совершении умышленного особо тяжкого преступления, направленного против государственной власти, интересов государственной службы и службы в органах местного самоуправления, за которое уголовным законом предусмотрено, в том числе, наказание в виде лишения свободы на длительный срок. При этом, согласно представленным материалам, Х. высказывал намерение скрываться от органов предварительного следствия, покинуть территорию РФ, не проживал по месту регистрации, не использовал личный номер телефона, а также воспрепятствовал производству по уголовному делу, отказавшись предоставлять доступ в жилище во время обыска, скрывая предметы, имеющие значение для уголовного дела. 

Эти фактические обстоятельства, вопреки доводам жалобы, позволили суду прийти к обоснованному выводу, что, оказавшись в условиях, исключающих изоляцию от общества, Х. может скрыться от органа предварительного следствия и суда, опасаясь строгого наказания, воспрепятствовать производству по уголовному делу, в том числе, путем сокрытия либо уничтожения доказательств. 

Вышеприведённые основания, предусмотренные ст.97 УПК РФ, характер и обстоятельства инкриминируемого Х. преступления, сведения о его личности, свидетельствовали об исключительном характере рассматриваемого случая, в связи с чем, суд первой инстанции пришёл к правильному выводу об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении Х., обладающего процессуальным статусом подозреваемого.

Вопреки доводам жалобы, избирая Х. меру пресечения, суд не учитывал наличие таких оснований, как возможность подозреваемого продолжить заниматься преступной деятельностью и угрожать участникам уголовного судопроизводства, в связи с чем данных выводов по объективным причинам и не содержится в обжалуемом постановлении.

Данные о личности Х., в том числе те, на которые ссылается защитник в апелляционной жалобе, были известны суду первой инстанции, учтены при принятии решения.

Наличие у Х. регистрации, ребенка и трудовой деятельности в г.Москве не могут быть отнесены к сдерживающим факторам, препятствующим возможному противоправному поведению обвиняемого, и не являются безусловным основанием для отмены постановления и изменения ему меры пресечения.

В обжалуемом постановлении содержатся обоснованные выводы о том, что данные о личности Х., в том числе и состояние его здоровья, не препятствуют содержанию его под стражей. 

Судом первой инстанции правильно указано на невозможность избрания Х. иной, более мягкой меры пресечения, чем заключение под стражу, поскольку только столь строгая мера пресечения может обеспечить защиту интересов государства и общества от преступной деятельности и гарантировать возможность справедливого разбирательства в данном деле. Вывод суда о невозможности избрания подозреваемому более мягкой меры пресечения, вопреки доводам жалобы, в постановлении мотивирован, и суд апелляционной инстанции с ним соглашается. С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции также не находит оснований для избрания Х. иной, более мягкой меры пресечения, в том числе в виде домашнего ареста, запрета определенных действий, денежного залога, подписки о невыезде и надлежащем поведении. 

Таким образом, обжалуемое постановление отвечает требованиям ст.7 УПК РФ: все содержащиеся в обжалуемом постановлении выводы соответствуют фактическим обстоятельствам, основаны на исследованных в судебном заседании материалах, подтверждены достоверными и проверенными судом фактами и, вопреки доводам жалобы, с достаточной полнотой мотивированы в обжалуемом постановлении.

В настоящее время Х. является обвиняемым, обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.291.1 УК РФ, ему предъявлено 15 июля 2025 года.

Нарушений норм уголовно-процессуального законодательства РФ, прав Х., влекущих изменение или отмену обжалуемого постановления, в том числе по доводам апелляционной жалобы, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь ст.ст.389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции 

постановил:

постановление Североморского районного суда Мурманской области от 12 июля 2025 года в отношении Х. оставить без изменения, апелляционную жалобу его защитника – адвоката Федюнина М.Ю. – без удовлетворения.

Постановление суда апелляционной инстанции может быть обжаловано вместе с постановлением суда первой инстанции в кассационном порядке, установленном главой 471 УПК РФ, непосредственно в Третий кассационный суд общей юрисдикции. В случае рассмотрения кассационной жалобы обвиняемый вправе ходатайствовать о своем участии в заседании суда кассационной инстанции.

Председательствующий Ю.М. Шиловская