УИД 66RS0001-01-2025-001860-41

Дело № 33-15992/2025

Мотивированное 

определение

 изготовлено 12.01.2026

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Екатеринбург 18 декабря 2025 года

Судебная коллегия по гражданским делам Свердловского областного суда в составе председательствующего Редозубовой Т.Л.,

судей Хрущевой О.В., Пономарёвой А.А.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Григорьевой Е.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «УК «ТРАНССИБУРАЛ» об установлении факта трудовых отношений, восстановлении на работе, взыскании заработной платы, компенсации морального вреда,

по апелляционной жалобе сторон на решение Верх-Исетского районного суда г. Екатеринбурга от 07.08.2025 (дело № 2-3560/2025).

Заслушав доклад судьи Пономарёвой А.А., объяснения истца и её представителя по доверенности ФИО2, представителя ответчика ФИО3, действующего на основании Устава, представителя ответчика и третьего лица по доверенности ФИО4, заключение помощника прокурора отдела по обеспечению участия прокуроров в гражданском процессе прокуратуры Свердловской области Беловой К.С., судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратилась в суд с двумя исками к обществу с ограниченной ответственностью «УК «ТРАНССИБУРАЛ» (далее - ООО «УК «Транссибурал»), в которых просила:

признать отношения между ней и ответчиком в период с 20.12.2024 трудовыми по бессрочному трудовому договору, возложить обязанность внести в трудовую книжку запись о трудовом договоре бессрочно, взыскать задолженность по заработной плате в размере 127175,92 руб., компенсацию за невыплату заработной платы в размере 6038, 42 руб. с продолжением ее начисления до дня фактической оплаты, компенсацию морального вреда в размере 20 000 руб.;

признать увольнение 19.12.2024 (приказ № 54 от 19.12.2024) незаконным, возложить обязанность исключить из трудовой книжки запись о расторжении трудового договора, восстановить на работе в ООО «УК «Транссибурал» с 20.12.2024 по основному месту работы, взыскать заработную плату в размере 127175,92 руб., компенсацию за невыплату заработной платы в размере 13516,36 руб. по состоянию на 28.04.2025 с продолжением ее начисления до дня фактической оплаты, компенсацию морального вреда в размере 20 000 руб.

Определением Верх-Исетского районного суда г. Екатеринбурга от 06.08.2025 гражданские дела объединены в одно производство.

В обоснование заявленных требований истец пояснила, что 13.07.2022 заключила с ООО «УК «Транссибурал» трудовой договор, который был расторгнут по настоянию работодателя 19.12.2024 в связи с потенциальной продажей доли в ООО «УК «Транссибурал», одновременно все сотрудники, в том числе истец, были приняты на работу в другую организацию - ООО «Транссибурал инвест». Директором ООО «УК «Транссибурал» и ООО «Транссибурал инвест» является ФИО3 В последующем истцу стало известно, что продажа доли ООО «УК «Транссибурал» не состоялась, фактически организация продолжила ведение деятельности. Начиная с 20.12.2024, истец продолжала выполнять исполнять трудовые обязанности в ООО «УК «Транссибурал», дополнительно выполняла трудовые обязанности в ООО «Транссибурал инвест». А именно после увольнения истец регулярно, на постоянной основе выполняла следующие трудовые обязанности у ответчика ООО «УК «Транссибурал»: рассматривала договоры, от имени организации участвовала в судебных заседаниях (09.01.2025 по делу № А60-31307/2024 в АС Свердловской области, 15.01.2025 по делу № А40- 84235/2024, в АС г. Москвы и др.), для чего ей была выдана доверенность № 1/Ю от 10.01.2025 взамен доверенности с истекшим сроком действия, выполняла иные распоряжения руководителя. Трудовые отношения с ответчиком в период с 20.12.2024 до настоящего времени с истцом не оформлены, заработная плата за период с 20.12.2024 по 22.01.2025 не выплачена, несмотря на неоднократные обращения истца к директору.

Начиная с 23.01.2025, истец находится в отпуске по уходу за ребенком до 1,5 лет (внуком).

Истец полагает свое увольнение из ООО «УК «Транссибурал» вынужденным, совершенным под давлением руководителя, а именно работодатель ввел истца в заблуждение, сообщив о продаже доли в организации, после чего истец не могла оставаться работать, поскольку не знала бы нового директора, учредителя, что является для неё значимым условием, изменение условий труда было бы существенным, в том числе изменилось бы место нахождения организации. Истец является предпенсионером, что делает затруднительным её трудоустройство в дальнейшем, поэтому предложенный вариант трудоустройства в другую организацию ООО «Транссибурал инвест» на озвученных «тех же условиях» было обоснованным согласием для истца. Истец полагает, что указанные обстоятельства явились способом давления на нее, увольнение на основании пункта 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации (по собственному желанию) состоялось в день написания истцом заявления о расторжении трудового договора 19.12.2024 и уже 20.12.2024 её приняли на работу в другую организацию с тем же директором и учредителем (бенефициаром). По-мнению истца подобная спешка свидетельствует о злоупотреблениях со стороны работодателя, поскольку она не имела возможности отозвать свое заявление на увольнение.

Истец заявила просьбу о восстановлении срока обращения в суд с иском о восстановлении на работе в связи с её нахождением в отпуске по уходу за ребенком, а также предпринятыми попытками самостоятельного досудебного урегулирования спора.

Ответчик исковые требования не признал, пояснил, что первоначально между истцом и ООО «УК «Транссибурал» был заключен трудовой договор от 13.07.2022 на 0,5 ставки на условиях внешнего совместительства, данный трудовой договор расторгнут 31.03.2023. В последующем с истцом был заключен трудовой договор от 01.04.2023 по основному месту работы на полную ставку. Данный трудовой договор расторгнут 19.12.2024 по инициативе работника. С 20.12.2024 по настоящее время истец состоит в трудовых отношениях с ООО «Транссибурал инвест», находится с 23.01.2025 в отпуске по уходу за ребенком (внуком), в ООО «УК «Транссибурал» осуществляются мероприятия по продаже активов (доли). Принуждения со стороны работодателя по фактическому переводу истца в другую организацию не было, необходимость продажи активов и возможность трудоустройства в иную организацию были доведены до коллектива на общем собрании в ноябре 2024 года, гарантированная часть заработной платы у нового работодателя истцу увеличена. Одновременно работать на полной ставке в нескольких организациях работник не может, основным местом работы истца является ООО «Транссибурал инвест», в спорный период истец по внешнему совместительству также работала в ООО «АСГ» с рабочим днем с 18:00 до 21:00 часов ежедневно. До даты увольнения 19.12.2024 истец вела договорную и судебную работу в ООО «УК «Транссибурал», после увольнения договорной работой истец не занималась, осуществила присутствие в судебных заседаниях по ранее поданным заявлениям о правопреемстве от имени ООО «УК «Транссибурал» по выданной доверенности, данная работа осуществлялась в силу наличия между ООО «УК «Транссибурал» и ООО «Транссибурал инвест» договора об оказании услуг от 01.11.2024. В частности, оплата перелета истца в г. Москва для участия в судебном заседании по заявлению о правопреемстве осуществлена ООО «Транссибурал инвест». Иная юридическая и корпоративная работа, связанная с продажей доли ООО «УК «Транссибурал», осуществлялась по договору ООО «Уральский горнопромышленный холдинг». В спорный период осуществление трудовых функций осуществлялось истцом в пределах установленного рабочего времени в ООО «Транссибурал инвест» с 08:00 до 17:00 часов, заработная плата выплачена истцу в полном объеме. Кроме того, ответчик полагал, что истцом пропущен срок обращения в суд по требованию об оспаривании увольнения без уважительных причин.

Решением Верх-Исетского районного суда г. Екатеринбурга от 07.08.2025 исковые требования ФИО1 удовлетворены частично.

Установлен факт трудовых отношений между ФИО1 и ООО «УК «Транссибурал» в период с 20.12.2024 в должности ведущего юрисконсульта.

На ООО «УК «Транссибурал» возложена обязанность внести в трудовую книжку ФИО1 запись о приеме на работу в ООО «УК «Транссибурал» на должность ведущего юрисконсульта с 20.12.2024.

С ООО «УК «Транссибурал» в пользу ФИО1 взыскана задолженность по заработной плате в размере 127175 руб. 92 коп., денежная компенсация в порядке статьи 236 Трудового кодекса Российской Федерации по состоянию на 17.03.2025 в размере 6038 руб. 42 коп. с продолжением начисления процентов в соответствии со статьей 236 Трудового кодекса Российской Федерации на сумму задолженности 127175 руб. 92 коп. за период с 18.03.2025 по дату погашения задолженности, с удержанием при выплате сумм компенсации НДФЛ, компенсация морального вреда в размере 5000 руб.

В удовлетворении оставшейся части исковых требований отказано.

С ООО «УК «Транссибурал» в доход бюджета взыскана государственная пошлина в размере 7 997 руб.

С решением не согласились стороны.

В апелляционной жалобе истец просит решение суда изменить, удовлетворить требования о признании увольнения незаконным, восстановлении на работе и взыскании компенсации морального вреда в размере 20000 руб. Поясняет, что в суде первой инстанции не просила удовлетворять оба своих требования вместе, обратилась в суд с двумя самостоятельными исками. Считает, что необходимо удовлетворить её требование о признании увольнения незаконным и восстановлении на работе, поскольку удовлетворение данных требований является наиболее справедливым. Полагает, что возможна последовательная судебная защита её нарушенных прав: сначала установление наличие трудовых отношений, затем правовая оценка законности увольнения. Решением суда трудовые права истца полностью не восстановлены. Также истец полагает, что определенная судом сумма компенсации морального вреда является чрезмерно заниженной.

В апелляционной жалобе ответчик просит решение суда отменить, принять по делу новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований в полном объеме. Полагает, что судом первой инстанции искажены свидетельские показания, кроме того, допрошенные судом свидетели находятся в дружеских отношениях с истцом. Указывает на то, что суд изначально занял предвзятую позицию по отношению к ответчику. Договор от 01.11.2024, заключенный между ООО «УК «Транссибурал» и ООО «Транссибурал инвест», является действующим, его действительность не оспорена, своевременный отзыв доверенности на представление в судах входил в обязанности истца, данную обязанность при уходе в отпуск по уходу за ребенком истец не исполнила, в связи с этим, отзыв доверенности осуществлен работодателем после оформления отпуска истца. Также ответчик ссылается на то, что суд исказил цель приказа от 22.01.2025 о приеме-передаче дел в связи с оформлением истцу отпуска по уходу за ребенком, данная обязанность не была своевременно исполнена именно истцом. Полагает, что со стороны истца имеется злоупотребление правом. В остальной части ответчик поддержал ранее заявленные им возражения, ранее представленные в суд первой инстанции.

На апелляционную жалобу ответчика истец подала возражения, в которых просит оставить апелляционную жалобу ответчика без удовлетворения, полагает, что судом дана надлежащая оценка письменных доказательств и показаний свидетелей.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции истец и её представитель апелляционную жалобу поддержали, в удовлетворении апелляционной жалобы ответчика просили отказать. Истец дополнительно пояснила, что организации ООО «УК «Транссибурал» и ООО «Транссибурал инвест» располагаются в одном помещении, в ООО «УК «Транссибурал» истец после 20.12.2024 выполняла договорную работу, осуществляла представительство в судах, выполняла трудовые функции около 3-х часов в день, в том числе, разрабатывала формы договоров, осуществляла подготовку уведомлений контрагентам о переходе деятельности на ООО «Транссибурал инвест», рассматривала обращения работников ООО «Транссибурал инвест», которые ранее работали с ней в ООО «УК «Транссибурал», участвовала в судебных заседаниях, судебные акты по которым представлены в материалы дела. Бланк приказа от 22.01.2025 о передаче дел был составлен и представлен новым юристом ООО «Транссибурал инвест». Считает, что с 20.12.2024 работала по основному месту работы в ООО «УК «Транссибурал» и по внешнему совместительству с ООО «Транссибурал инвест». Настаивает на неотносимости представленного ответчиком договора услуг от 01.11.2024 к выполняемой ей трудовой функции в интересах работодателя.

Представители ответчика ФИО3 и ФИО5 в судебном заседании апелляционную жалобу поддержали, апелляционную жалобу истца просили оставить без удовлетворения. Дополнительно пояснили, что в спорный период истец выполняла трудовые функции в ООО «Транссибурал инвест» в пределах установленной трудовым договором продолжительности рабочего времени, в должностные обязанности истца в данной организации входила договорная и претензионно-судебная работа. В случае, если истец полагает, что объем выполняемой ей работы был увеличен, возможно было решение вопроса о доплате, однако с данным вопросом истец не обращалась, заявив иск к ООО «УК «Транссибурал».

В заключении по делу по требованиям о признании увольнения незаконным и восстановлении на работе помощник прокурора Белова К.С. указала на отсутствие оснований для удовлетворения апелляционной жалобы истца, отдельно отметив пропуск истцом срока обращения в суд с данным требованием без уважительных причин.

Заслушав лиц, участвующих в деле, заключение прокурора, изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб сторон, проверив законность и обоснованность решения суда в пределах доводов апелляционных жалоб, судебная коллегия приходит к следующему.

Судом установлено, что 13.07.2022 между ООО «УК «Транссибурал» и ФИО1 был заключен трудовой договор № 02 о выполнении работы в должности ведущего юрисконсульта на 0,5 ставки по совместительству (том 1 л.д.14-15).

01.04.2023 между ООО «УК «Транссибурал» и ФИО1 заключен трудовой договор № 4 о выполнении работы в должности ведущего юрисконсульта по основному месту работы (том 1 л.д.41-43).

Приказом ООО «УК «Транссибурал» № 54 от 19.12.2024 трудовой договор расторгнут 19.12.2024 по пункту 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации (по инициативе работника), основанием для увольнения явилось заявление ФИО1 от 19.12.2024 (том 1 л.д.49-50).

20.12.2024 между ООО «Транссибурал инвест» и ФИО1 заключен трудовой договор № 37 о выполнении работы в должности ведущего юрисконсульта по основному месту работы, в условиях 40-часовой рабочей недели, с рабочим временем: понедельник-пятница с 08:00 до 17:00, перерывом для отдыха и питания с 12:00 до 13:00 (том 1 л.д. 124-125).

В соответствии с должностной инструкцией в перечень должностных обязанностей ведущего юрисконсульта ООО «Транссибурал инвест» входит: осуществление правовой экспертизы проектов приказов, инструкций, положений, стандартов и других актов правового характера, участие в случае необходимости в подготовке этих документов; организация подготовки заключений по правовым вопросам, возникающим в деятельности Общества, а также проектам нормативных актов, поступающих на отзыв Общества; осуществление методического руководства правовой работой в Обществе, разъяснение действующего законодательства и порядка его применения, оказание правовой помощи структурным подразделениям в претензионной работе, подготовке и передаче необходимых материалов в судебные и арбитражные органы; представление интересов Общества в суде, арбитражном суде, а также в государственных и общественных организациях при рассмотрении правовых вопросов, осуществление ведение судебных и арбитражных дел; участие в подготовке, разработке и осуществление мероприятий по укреплению трудовой дисциплины, регулированию социально-трудовых отношений; организует оказание юридической помощи по договорам оказания услуг с иными организациями и пр. (том 1 л.д. 163-168).

Согласно табелю учета рабочего времени ООО «Транссибурал инвест» в период с 20.12.2024 по 31.12.2024 ФИО1 отработана норма рабочего времени 7 рабочих дней, 56 часов, исходя из 8 часов в день, в период с 01.01.2025 по 22.01.2025 отработано 8 рабочих дней, 64 часа, исходя из 8 часов в день, с 15.01.2025 по 16.01.2025 работник находилась в командировке (том 1 л.д. 147-148).

В соответствии с расчетными листками ООО «Транссибурал инвест» за отработанных 7 рабочих дней (56 часов) за декабрь 2024 года ФИО1 начислена и выплачена заработная плата в сумме 45999,93 руб., за 8 дней (64 часов) за январь 2025 года и 2-х дней командировки – 31975,90 руб. после удержания НДФЛ (том 3 л.д.58).

На основании заявления от 21.01.2025 (том 1 л.д.138) приказом ООО «Транссибурал инвест» № 1 от 21.01.2025 (том 1 л.д.139) ФИО1 предоставлен отпуск по уходу за ребенком (внуком) до достижения возраста 1,5 лет с 23.01.2025 по 05.07.2026.

Разрешая заявленные требования, суд исходил из того, что заявленные истцом требования (установление факта трудовых отношений и признание увольнения незаконным с восстановлением на работе) являются взаимоисключающими. Проанализировав письменные доказательства, показания свидетелей, суд на основании ст.ст. 15,16,22, 56, 67, 68, 77, 129, 130, 142, 234 Трудового кодекса Российской Федерации и разъяснений постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» пришел к выводу о том, что после увольнения истца 19.12.2024 фактически трудовые отношения между истцом и ООО «УК «Транссибурал» не прекратились, не были оформлены должным образом, в связи с чем, с 20.12.2024 подлежит установлению факт трудовых отношений между сторонами в должности ведущего юрисконсульта. При определении подлежащей взысканию суммы задолженности по заработной плате суд исходил из того, что заявленный истцом оклад в сумме 158620 руб. ответчиком не оспорен, в связи с чем, взыскал за период с 20.12.2024 по 22.01.2025 сумму задолженности по заработной плате за фактически отработанное время в размере 127175,92 руб. На основании статьи 236 Трудового кодекса Российской Федерации на сумму задолженности суд начислил и взыскал денежную компенсацию в размере 6038,42 руб. с удержанием НДФЛ. Применяя положения статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации и установив факт нарушения трудовых прав истца, суд также взыскал с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда, сумма которой 5000 рублей определена с учетом степени вины работодателя, объема и характера причиненных истцу нравственных переживаний.

Судебная коллегия с приведенными выводами суда не соглашается, полагает, что доводы апелляционной жалобы ответчика заслуживают своего внимания, поскольку судом неправильно установлены фактические обстоятельства дела и неверно применены нормы материального права, регулирующие спорные правоотношения.

Трудовые отношения - это отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором (часть 1 статьи 15 ТК РФ).

Согласно части 1 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с настоящим Кодексом.

Трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен (часть 3 статьи 16 ТК РФ).

В силу статьи 56 Трудового кодекса Российской Федерации под трудовым договором понимается соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

В части 1 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами.

Трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе, а если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии были признаны трудовыми отношениями, - не позднее трех рабочих дней со дня признания этих отношений трудовыми отношениями, если иное не установлено судом (часть 2 статьи 67 ТК РФ).

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2018 N 15 "О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям" (далее - Постановление Пленума от 29.05.2018 N 15) содержатся разъяснения, являющиеся актуальными для всех субъектов трудовых отношений.

В целях надлежащей защиты прав и законных интересов работника при разрешении споров по заявлениям работников, работающих у работодателей - физических лиц (являющихся индивидуальными предпринимателями и не являющихся индивидуальными предпринимателями) и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям, судам следует устанавливать наличие либо отсутствие трудовых отношений между ними. При этом суды должны не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации, был ли фактически осуществлен допуск работника к выполнению трудовой функции (абзацы 1 и 2 пункта 17 Постановления Пленума от 29.05.2018 N 15).

К характерным признакам трудовых отношений в соответствии со статьями 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка, графику работы (сменности); обеспечение работодателем условий труда; выполнение работником трудовой функции за плату (абзац 3 пункта 17 Постановления Пленума от 29.05.2018 N 15).

О наличии трудовых отношений может свидетельствовать устойчивый и стабильный характер этих отношений, подчиненность и зависимость труда, выполнение работником работы только по определенной специальности, квалификации или должности, наличие дополнительных гарантий работнику, установленных законами, иными нормативными правовыми актами, регулирующими трудовые отношения (абзац 4 пункта 17 Постановления Пленума от 29.05.2018 N 15).

Отсутствие оформленного надлежащим образом, то есть в письменной форме, трудового договора не исключает возможности признания в судебном порядке сложившихся между сторонами отношений трудовыми, а трудового договора - заключенным при наличии в этих отношениях признаков трудового правоотношения, поскольку из содержания статей 11, 15, части 3 статьи 16 и статьи 56 ТК РФ во взаимосвязи с положениями части 2 статьи 67 ТК РФ следует, что трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. Датой заключения трудового договора в таком случае будет являться дата фактического допущения работника к работе. Неоформление работодателем или его уполномоченным представителем, фактически допустившими работника к работе, в письменной форме трудового договора в установленный статьей 67 ТК РФ срок, вопреки намерению работника оформить трудовой договор, может быть расценено судом как злоупотребление со стороны работодателя правом на заключение трудового договора (статья 22 ТК РФ) (пункт 20 Постановления Пленума от 29.05.2018 N 15).

При разрешении споров работников, с которыми не оформлен трудовой договор в письменной форме, судам, исходя из положений статей 2, 67 ТК РФ, необходимо иметь в виду, что, если такой работник приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным. В связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель - физическое лицо (являющийся индивидуальным предпринимателем и не являющийся индивидуальным предпринимателем) и работодатель - субъект малого предпринимательства, который отнесен к микропредприятиям (пункт 21 Постановления Пленума от 29.05.2018 N 15).

Из приведенного правового регулирования и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что в целях защиты прав и законных интересов работника как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении при разрешении трудовых споров по заявлениям работников (в том числе о признании гражданско-правового договора трудовым) суду следует устанавливать наличие либо отсутствие трудовых отношений между работником и работодателем. При этом суды должны не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации.

Применительно к заявленному спору при заявленных истцом требованиях о взыскании задолженности именно по заработной плате, исходя из отработанного времени, и указанных истцом фактических обстоятельствах (постоянная занятость в ООО «УК «Транссибурал» с 20.12.2024 как по основному месту работы в должности ведущего юрисконсульта, нахождение с 23.01.2025 в отпуске по уходу за ребенком) судом подлежали установлению следующие обстоятельства: выполнение истцом с 20.12.2024 по 22.01.2025 трудовой функции в должности ведущего юрисконсульта в ООО «УК «Транссибурал» с ведома или по поручению руководителя организации, с подчинением правилам внутреннего трудового распорядка в течение полного рабочего дня и полной рабочей недели.

В абзаце 3 пункта 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2018 N 15 указано, что по смыслу статей 2, 15, 16, 19.1, 20, 21, 22, 67, 67.1 ТК РФ все неясности и противоречия в положениях, определяющих ограничения полномочий представителя работодателя по допущению работников к трудовой деятельности, толкуются в пользу отсутствия таких ограничений.

Однако, вопреки ошибочным выводам суда, приведенные выше юридически значимые обстоятельства представленными в материалы дела доказательствами не подтверждаются, каких-либо неясностей и противоречий, которые подлежат толкованию в пользу истца и выводов о наличии фактических трудовых отношений с 20.12.2024 между истцом и ответчиком, материалы дела не содержат.

Заявленные истцом определение Арбитражного суда г. Москвы о процессуальном правопреемстве от 15.01.2025 по делу № А40-84235/24-82-609 (том 1 л.д. 224) и определение Арбитражного суда Свердловской области о процессуальном правопреемстве от 20.01.2025 по делу № А60-31307/2024 (том 1 л.д.225-228) свидетельствуют только о факте её участия по доверенности в качестве представителя заинтересованного лица при рассмотрении вопроса о правопреемстве, заявления по которым были ей подготовлены и поданы до увольнения из ООО «УК «Транссибурал». Доказательств подготовки и подачи 20.01.2025 искового заявления ООО «УК «Транссибурал» в Арбитражный суд г. Москвы (том 1 л.д.216-217) непосредственно истцом материалы дела не содержат.

Приложенная истцом переписка в электронной почте за 22.01.2025 (том 1 л.д. 229-234) ведение истцом какой-либо договорной работы после 20.12.2024 в интересах ООО «УК «Транссибурал» также не подтверждает. Исходя из содержания переписки, переписка является общей между работниками ООО «Транссибурал инвест» и связана с обсуждением вопроса наступления страхового случая по договору перевозки, непосредственно от истца имеется только одна фраза (дословно): «Коллеги, добрый день. Полагаю, что правильным и рациональным, учитывая наличие квалифицированного персонала и прямых договоров с ВРК, выгодоприобретателем по страховым случаям будет Лизингополучатель, то есть УК «Транссибурал»».

Иные доказательства выполнения истцом на постоянной основе договорной работы, в частности, согласования условий договоров, разработки их форм в интересах ООО «УК «Транссибурал» в период с 20.12.2024 по 22.01.2025 в материалы дела не представлены.

Приказ от 22.01.2025 «О приеме-передаче дел», составленный на бланке ООО «УК «Транссибурал» (том 1 л.д.235), приведенные выше выводы судебной коллегии об отсутствии доказательств выполнения истцом трудовой функции по должности юрисконсульта в интересах ООО «УК «Транссибурал» с 20.12.2024, не опровергает. Судебная коллегия обращает внимание, что отпуск по уходу за ребенком, в связи с которым осуществлялась передача дел, был оформлен истцу в ООО «Транссибурал инвест», проект приказа от 22.01.2025 для дооформления направлялся от ФИО4 непосредственно истцу (том 1 л.д.234), что предполагало возможность внесения истцом в проект приказа соответствующих дополнений и уточнений. Вместе с тем, согласно перечню передаваемых дел ведущим юрисконсультом ФИО1 переданы судебные споры ООО «УК «Транссибурал», договоры данной организации, а также реестр договоров только за 2022, 2023 и 2024 годы. Ни одного свидетельства о передаче договоров либо судебных дел ООО «УК «Транссибурал» за 2025 год, о ведении работы по которым заявляет истец, представленный приказ не содержит.

Иных доказательств, свидетельствующих о систематическом выполнении истцом в интересах ответчика трудовой функции в должности ведущего юрисконсульта в спорный период на условиях как полной, так и частичной занятости, в материалах дела не имеется. Напротив, вопреки доводам истца, ответчиком в материалы дела представлена совокупность письменных доказательств, опровергающих заявленный истцом факт бессрочных трудовых отношений с ООО «УК «Транссибурал», начиная с 20.12.2024.

Как было приведено выше, переданный истцом при оформлении отпуска по уходу за ребенком перечень документов не содержит свидетельств осуществления истцом в интересах ООО «УК «Транссибурал» договорной и претензионно-исковой работы после её увольнения. По делам, находящимся в производстве арбитражного суда, заявления о правопреемстве были подготовлены истцом и направлены в суд до момента её увольнения, что следует из текста судебных актов и истцом не оспаривается. Нахождение истца в командировке с 15.01.2025 по 16.01.2025 в г. Москве для участия в судебном заседании по заявлению о правопреемстве оплачено ООО «Транссибурал инвест», вопросов у данного работодателя по оплате проезда изначально не возникало, представленные истцом документы по оплате проезда на ООО «УК «Транссибурал» предложено оформить надлежащим образом на ООО «Транссибурал инвест» (том 1 л.д.222), оплата истцу командировки следует из расчетного листка. Вся необходимая договорная работа в ООО «УК «Транссибурал», связанная с переходом деятельности на ООО «Транссибурал инвест», уступкой требований и переводе долга, подготовке необходимых уведомлений осуществлена истцом в период до её увольнения, что прямо следует из представленной переписки из электронной почты (том 2 л.д. 85-118, том 3 л.д. 195-200).

Доводы истца о том, что представленный ответчиком договор оказания услуг от 01.11.2024 (том 1 л.д. 71-72), заключенный между ООО «УК «Транссибурал» и ООО «Транссибурал инвест» об оказании различного рода услуг, к правоотношениям, возникшим у истца с ответчиком после 20.12.2024, не относим, судебной коллегией отклоняются, поскольку само по себе наличие в должностной инструкции ведущего юрисконсульта ООО «Транссибурал инвест» обязанности по организации юридической помощи по договорам оказания услуг с иными организациями (пункт 2.16) истцом по существу не оспаривается.

Показания допрошенных судом свидетелей 

<

...>. и 

<

...>. наличие между истцом и ответчиком фактических трудовых отношений после 20.12.2024 также не подтверждают, поскольку согласно заключенному между ООО «УК «Транссибурал» и ООО «Транссибурал инвест» договору оказания услуг от 01.11.2024 свидетели, работающие в спорный период в ООО «Транссибурал инвест», непосредственно оказывали указанные им в показаниях услуги ООО «УК «Транссибурал» по организации, содержанию, эксплуатации имущества, в том числе транспорта, железнодорожных вагонов, предусмотренные данным договором.

Отдельно судебная коллегия обращает внимание на то, что в спорный период времени истец на условиях полного рабочего дня и полной рабочей недели осуществляла трудовую функцию в должности ведущего юрисконсульта в ООО «Транссибурал инвест», что ей не оспаривается. Заработная плата за заявленный в иске период с 20.12.2024 по 22.01.2025 выплачена истцу данной организацией, исходя из отработанного истцом 8-часового рабочего дня. Одновременно истец работала по совместительству на основании трудового договора о дистанционной работе № 3 от 01.02.2024 юристом в ООО «Аарон Строй Групп» (том 2 л.д. 46-47), согласно табелям учета рабочего времени истец в декабре 2024 года и до 21.01.2025 работала в организации на условиях 5-дневной рабочей недели 3 часа в день (том 1 л.д. 50). Соответственно, доводы истца о том, что она работала в интересах и под контролем ООО «УК «Транссибурал» как по основному месту работы, предполагающим выполнение трудовой функции в течение полного рабочего дня, в целом несостоятельны и подлежат отклонению.

Истец в судебном заседании суда апелляционной инстанции пояснила о том, что работала в интересах ООО «УК «Транссибурал», в том числе, в обеденный перерыв, предусмотренный для отдыха и питания в ООО «Транссибурал инвест», однако указанное может свидетельствовать (при наличии соответствующих доказательств) только о факте выполнения ей трудовой функции по внешнему совместительству. Вместе с тем, в подтверждение данного факта письменные доказательства в материалы дела также не представлены. Дополнительно исследуя вопрос о возможности выполнения трудовой функции в должности юрисконсульта в ООО «УК «Транссибурал» в спорный период, судебная коллегия обращает внимание, что из распечатки фиксации времени входа и выхода из здания, где располагается офис ответчика и ООО «Транссибурал инвест» (том 1 л.д. 169-171), следует, что за пределами рабочего дня истец в офисном здании для выполнения заявленной трудовой функции в интересах ООО «УК «Транссибурал» не оставалась. Согласно условиям трудового договора от 20.12.2024 и Правилам внутреннего трудового распорядка рабочий день истца в ООО «Транссибурал инвест» начинается в 08:00, заканчивается в 17:00, после 18:00 истец выполняла трудовую функцию по должности юрисконсульта на условиях внешнего совместительства в ООО «Аарон Строй Групп».

На основании изложенного, судебная коллегия приходит к выводу о том, что решение суда в части, которой удовлетворены исковые требования ФИО1 к ООО «УК «Транссибурал», связанные с установлением с 20.12.2024 факта трудовых отношений в должности юрисконсульта, возложении обязанности внести запись в трудовую книжку запись о приеме на работу в должности юрисконсульта с 20.12.2024, взысканием заработной платы и денежной компенсации за задержку выплаты заработной платы, компенсации морального вреда подлежит отмене с принятием нового решения об отказе в удовлетворении названных требований.

Разрешая апелляционную жалобу истца, в которой истцом выражается несогласие с решением суда в части, в которой отказано в удовлетворении требований о признании увольнения 19.12.2024 незаконным, восстановлении на работе, судебная коллегия оснований для отмены решения суда в данной части не усматривает. Как правильно указал суд, требование о признании увольнения незаконным с восстановлением на работе и требование об установлении факта трудовых отношений являются взаимоисключающими, поскольку при восстановлении на работе вследствие незаконного увольнения работник после даты увольнения трудовую деятельность у работодателя не осуществляет, период после даты увольнения до даты восстановления на работе является вынужденным прогулом, оплата за который осуществляется в размере среднего заработка. Истец же заявляет о продолжении работы у работодателя после увольнения, фактически говоря о том, что как таковое увольнение не состоялось, просит взыскать за спорный период заработную плату, которая является платой за труд, указывая на то, что выполняла трудовую функцию у ответчика как работодателя по основному месту работы. В связи с изложенным, применительно к настоящему спору, судебной оценке из требований о признании увольнения незаконным и восстановлении на работе могло подлежать только требование о признании увольнения незаконным, которое в противоречие с заявленным фактическим осуществлением трудовой функции после даты увольнения в противоречие не вступает. Таких оснований для признания незаконным увольнения истца 19.12.2024 с должности ведущего юрисконсульта ООО «УК «Транссибурал» по пункту 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации судебная коллегия не находит.

В соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор может быть прекращен по инициативе работника (статья 80 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью 1 статьи 80 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что работник имеет право расторгнуть трудовой договор, предупредив об этом работодателя в письменной форме не позднее, чем за две недели, если иной срок не установлен данным кодексом или иным федеральным законом. Течение указанного срока начинается на следующий день после получения работодателем заявления работника об увольнении.

По соглашению между работником и работодателем трудовой договор может быть расторгнут и до истечения срока предупреждения об увольнении (часть 2 статьи 80 Трудового кодекса Российской Федерации).

В случаях, когда заявление работника об увольнении по его инициативе (по собственному желанию) обусловлено невозможностью продолжения им работы (зачисление в образовательную организацию, выход на пенсию и другие случаи), а также в случаях установленного нарушения работодателем трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, локальных нормативных актов, условий коллективного договора, соглашения или трудового договора работодатель обязан расторгнуть трудовой договор в срок, указанный в заявлении работника (часть 3 статьи 80 Трудового кодекса Российской Федерации).

До истечения срока предупреждения об увольнении работник имеет право в любое время отозвать свое заявление. Увольнение в этом случае не производится, если на его место не приглашен в письменной форме другой работник, которому в соответствии с данным кодексом и иными федеральными законами не может быть отказано в заключении трудового договора (часть 4 статьи 80 Трудового кодекса Российской Федерации).

Из разъяснений, данных в пункте 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года N 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», следует, что при рассмотрении споров о расторжении по инициативе работника трудового договора, заключенного на неопределенный срок, а также срочного трудового договора (пункт 3 части 1 статьи 77, статья 80 Трудового кодекса Российской Федерации), судам необходимо иметь в виду следующее: а) расторжение трудового договора по инициативе работника допустимо в случае, когда подача заявления об увольнении являлась добровольным его волеизъявлением. Если истец утверждает, что работодатель вынудил его подать заявление об увольнении по собственному желанию, то это обстоятельство подлежит проверке и обязанность доказать его возлагается на работника; б) трудовой договор может быть расторгнут по инициативе работника и до истечения двухнедельного срока предупреждения об увольнении по соглашению между работником и работодателем.

Таким образом, увольнение работника по собственному желанию должно осуществляться при наличии волеизъявления лица, которое должно быть добровольным, в случае вынужденности увольнения, если на это ссылается истец, такие обстоятельства подлежат проверке судом с соблюдением требований гражданского процессуального законодательства.

Таких доказательств, свидетельствующих о вынужденности увольнения из ООО «УК «Транссибурал», истцом не представлено. Из деловой переписки, а также перечня осуществленной истцом до момента увольнения работы следует, что истец заранее знала о предстоящих изменениях в деятельности работодателя, связанных с продажей доли в организации и переоформлением текущей деятельности организации на ООО «Транссибурал инвест», с данной целью она осуществляла подготовку договоров цессии, уведомлений контрагентам, заявлений в арбитражный суд о процессуальном правопреемстве. Таким образом, факт подготовки к продаже доли в ООО «УК «Транссибурал» не являлся для истца неожиданным, заблаговременное предложение руководителя о переходе трудового коллектива из ООО «УК «Транссибурал» в ООО «Транссибурал инвест» истцом не оспорено. При каких условиях и в связи с какими обстоятельствами по состоянию на 19.12.2024 истец могла бы отозвать свое заявление на увольнение, истец суду не указывает, заявляя только о том, что в последующем ей стало известно, что продажа доли в ООО «УК «Транссибурал» до настоящего времени не состоялась. Однако сам по себе факт наличия либо отсутствия продажи доли ООО «УК «Транссибурал» после состоявшегося увольнения на заявленную истцом вынужденность увольнения не влияет, поскольку действия такого рода являются предпринимательской деятельностью и хозяйственным риском самой организации. Иных доводов и доказательств в подтверждение вынужденности увольнения истец не предоставляет.

Дополнительно судебная коллегия полагает необходимым отметить, что, несмотря на отсутствие в решении суда исследования вопроса по заявленному ответчиком пропуску истцом срока обращения в суд по требованию об оспаривании увольнения и по соответствующему ходатайству истца о его восстановлении, установленный статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации срок на обращение в суд истцом пропущен без уважительных причин, что является самостоятельным основанием для отказа в заявленном иске об оспаривании увольнения.

В соответствии с частью 1 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки или со дня предоставления работнику в связи с его увольнением сведений о трудовой деятельности (статья 66.1 настоящего Кодекса) у работодателя по последнему месту работы.

На основании части 5 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации при пропуске по уважительным причинам сроков, установленных частями первой, второй, третьей и четвертой настоящей статьи, они могут быть восстановлены судом.

В пункте 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что в качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствовавшие данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора (например, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи).

Таким образом, перечень уважительных причин, при наличии которых пропущенный срок для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора может быть восстановлен судом, законом не установлен. Указанный же в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 перечень уважительных причин пропуска срока обращения в суд исчерпывающим не является.

Соответственно, с учетом положений статьи 392 ТК РФ в системной взаимосвязи с требованиями статей 2, 67, 71 ГПК РФ суд, оценивая, является ли то или иное обстоятельство достаточным для принятия решения о восстановлении пропущенного срока для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора, не должен действовать произвольно, а обязан проверять и учитывать всю совокупность обстоятельств конкретного дела, не позволивших лицу своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора.

Из материалов дела следует, что с приказом об увольнении из ООО «УК «Транссибурал» истец ознакомлена 19.12.2024, на следующий день 20.12.2024 заключила трудовой договор по основному месту работы с ООО «Транссибурал инвест», истец обладает юридическими познаниями, в ее должностные обязанности входило, в том числе, решение правовых вопросов в области трудового права.

Заявленные истцом причины обращения в суд с иском 06.05.2025, связанные с тем, что о нарушении трудовых прав ей стало известно 15.01.2025 после неполучения в ООО «УК «Транссибурал» заработной платы и отказа ответчика восстановить трудовые отношения к заявленному требованию о признании увольнения незаконным не относимы, поскольку при оспаривании увольнения по мотиву отсутствия добровольного волеизъявления на прекращение трудовых отношений вынужденность увольнения может существовать лишь в момент увольнения, к такому действию приводят события, произошедшие до написания работником заявления на увольнение. Соответственно, другие обстоятельства, которые возникли после увольнения, в частности выплата заработной платы у нового работодателя не в полном размере либо невыплата заработной платы у предполагаемого работодателя, во взаимосвязи с требованием об оспаривании законности увольнения не находятся.

Нахождение истца в отпуске по уходу за внуком с 23.01.2025 с учетом наличия у неё необходимого юридического образования и опыта работы по должности юрисконсульта само по себе уважительной причиной обращения в суд с нарушением установленного законом срока также не является. Обращения истца в государственную инспекцию труда Свердловской области и прокуратуру последовали после оформления отпуска 28.02.2025 и 07.03.2025 и с учетом конкретных обстоятельств дела (наличия у истца специальных познаний в области права) отдельным основанием для восстановления пропущенного срока служить не могут. Иные доказательства наличия объективных причин, которые бы препятствовали своевременному обращению в суд, истцом не представлены.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с ч. 4 ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены решения суда первой инстанции, судебная коллегия по материалам дела не усматривает.

Руководствуясь ст.ст. 327.1, 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Верх-Исетского районного суда г. Екатеринбурга от 07.08.2025 в части, которой удовлетворены исковые требования ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «УК «ТРАНССИБУРАЛ» об установлении факта трудовых отношений в период с 20.12.2024 в должности ведущего юрисконсульта, возложении обязанности внести запись в трудовую книжку о приеме на работу на должность юрисконсульта с 20.12.2024, взыскании задолженности по заработной плате в размере 127175 руб. 92 коп., денежной компенсации в порядке статьи 236 Трудового кодекса Российской Федерации по состоянию на 17.03.2025 в размере 6038 руб. 42 коп. с продолжением начисления процентов в соответствии со статьей 236 Трудового кодекса Российской Федерации на сумму задолженности 127175 руб. 92 коп. за период с 18.03.2025 по дату погашения задолженности, с удержанием при выплате сумм компенсации НДФЛ, компенсации морального вреда в размере 5000 руб., а также в части взыскания с общества с ограниченной ответственностью «УК «ТРАНССИБУРАЛ» в доход бюджета государственной пошлины в размере 7997 руб. отменить, принять в данной части новое решение, которым в удовлетворении названных исковых требований ФИО1 отказать.

В остальной части решение Верх-Исетского районного суда г. Екатеринбурга от 07.08.2025 оставить без изменения, апелляционную жалобу истца – без удовлетворения.

Председательствующий Т.Л.Редозубова

Судьи О.В.Хрущева

А.А.Пономарёва