78RS0008-01-2023-008370-81

Дело № 2-1323/2024 (2-8087/2023)

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Санкт-Петербург 02 мая 2024 г.

Красногвардейский районный суд Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи Каменко П.Е., 

с участием помощника Санкт-Петербургского транспортного прокурора Явкина Н.С.,

при секретаре Романовой Е.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску исполняющего обязанности Санкт-Петербургского транспортного прокурора Терентьева Р.О. к ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4 о применении последствий недействительности ничтожных сделок, взыскании денежных средств в доход Российской Федерации,

УСТАНОВИЛ:

исполняющий обязанности Санкт-Петербургского транспортного прокурора Терентьев Р.О. обратился в Красногвардейский районный суд Санкт-Петербурга с исковым заявлением к ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО5 о применении последствий недействительности ничтожных сделок, совершенных между ФИО5 и ФИО1, ФИО2, ФИО3, выразившихся в получении незаконного денежного вознаграждения за совершение преступных действий на общую сумму 169 000 рублей, взыскании с ФИО1, ФИО2, ФИО3 солидарно в доход бюджета Российской Федерации денежных средств в указанном размере. 

В обоснование заявленных требований указывает, что приговором Смольнинского районного суда Санкт-Петербурга от 21 сентября 2021 года ФИО1 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного пп. «а, в» ч. 5 ст. 290 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее – УК РФ), с назначением наказания в виде штрафа в доход государства в размере 1 500 000 рублей; ФИО2 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного пп. «а, в» ч. 5 ст. 290 УК РФ, с назначением наказания в виде штрафа в доход государства в размере 1 500 000 рублей. Приговор суда вступил в законную силу 02.10.2021. 

Приговором Смольнинского районного суда Санкт-Петербурга от 19 марта 2021 года ФИО3 признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных пп. «а, в» ч. 5 ст. 290, ч. 1 ст. 285 УК РФ, с назначением наказания в виде штрафа в доход государства в размере 825 000 рублей, с лишением права занимать определенные должности, связанные с осуществлением функций представителя власти на срок три года. Приговор суда вступил в законную силу 30.03.2021. 

Указанными судебными актами установлено, что в период с 1 мая 2018 года по 30 сентября 2019 года ФИО1, ФИО2, ФИО3, действуя умышленно, в группе лиц по предварительному сговору, из корыстных побуждений на системной основе, лично или через посредника, получили взятку в виде денег от ФИО5 в крупном размере 169 000 рублей. 

Действия ФИО1, ФИО2, ФИО3 совершены с целью, противоречащей основам правопорядка, посягают на основополагающие принципы общественной, политической, правовой и экономической организации общества, являются ничтожными сделками, влекут последствия, предусмотренные статьей 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также взыскание в доход государства денежных средств, полученных в качестве взятки, в размере 169 000 рублей.

В ходе рассмотрения настоящего дела истец заявил об изменении в части предмета исковых требований, просил взыскать с ответчиков ФИО1, ФИО2, ФИО3 денежные средства в размере 169 000 рублей солидарно в доход бюджета Российской Федерации в лице Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации. 

Помощник Санкт-Петербургского транспортного прокурора Явкин Н.С. в судебном заседании иск поддержал в полном объеме. 

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела, о причинах неявки в суд не сообщил, представил письменное возражение на иск, согласно которому просил в удовлетворении заявленных требований отказать, в ходе производства по делу заявлял ходатайство о рассмотрении дела в его отсутствие.

Ответчик ФИО1 в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела, о причинах неявки в суд не сообщил, представил письменное возражение на иск, согласно которому просил в удовлетворении заявленных требований отказать, в ходе производства по делу заявлял ходатайство о рассмотрении дела в его отсутствие.

Ответчики ФИО3, ФИО5 в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела, о причинах неявки в суд не сообщили, ходатайств об отложении судебного заседания не заявляли. 

Руководствуясь положениями части 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, дело рассмотрено судом при указанной явке. 

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, выслушав представителя истца, суд приходит к следующим выводам.

Согласно пункту 1 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

В соответствии с подпунктом 1 пункта 1 названной статьи одним из оснований возникновения гражданских прав и обязанностей являются договоры и иные сделки, предусмотренные законом, а также договоры и иные сделки, хотя и не предусмотренные законом, но не противоречащие ему.

В силу статьи 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В соответствии с частью 1 статьи 14 УК РФ преступлением признается виновно совершенное общественно опасное деяние, запрещенное данным кодексом под угрозой наказания.

Таким образом, действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей, в частности, по передаче денежных средств и иного имущества (сделки), в случае их общественной опасности и обусловленного этим уголовно-правового запрета могут образовывать состав преступления, например, сделки с объектами гражданских прав, оборотоспособность которых ограничена законом, передача денежных средств и имущества в противоправных целях и т.п.

Вместе с тем квалификация одних и тех же действий как сделки по нормам Гражданского кодекса Российской Федерации и как преступления по нормам Уголовного кодекса Российской Федерации влечет разные правовые последствия: в первом случае - признание сделки недействительной (ничтожной) и применение последствий недействительности сделки судом в порядке гражданского судопроизводства либо посредством рассмотрения гражданского иска в уголовном деле, во втором случае - осуждение виновного и назначение ему судом наказания и иных мер уголовно-правового характера, предусмотренных Уголовным кодексом Российской Федерации, либо освобождение от уголовной ответственности и наказания или прекращение дела по нереабилитирующим основаниям в порядке, предусмотренном Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации.

При этом признание лица виновным в совершении преступления и назначение ему наказания по нормам УК РФ сами по себе не означают, что действиями осужденного не были созданы изменения в гражданских правах и обязанностях участников гражданских правоотношений, а также не означают отсутствия необходимости в исправлении таких последствий.

Гражданским кодексом Российской Федерации недействительность сделок, нарушающих требования закона или иного правового акта, в отсутствие иных, специальных оснований недействительности сделки предусмотрена статьей 168 данного кодекса.

Однако если сделка не просто незаконна, а совершена с целью, противной основам правопорядка и нравственности, что очевидно в случае ее общественной опасности и уголовно-правового запрета, такая сделка является ничтожной в силу статьи 169 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которой сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, ничтожна.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 8 июня 2004 г. N 226-О, статья 169 Гражданского кодекса Российской Федерации указывает, что квалифицирующим признаком антисоциальной сделки является ее цель, то есть достижение такого результата, который не просто не отвечает закону или нормам морали, а противоречит - заведомо и очевидно для участников гражданского оборота - основам правопорядка и нравственности. Антисоциальность сделки, дающая суду право применять данную норму Гражданского кодекса Российской Федерации, выявляется в ходе судопроизводства с учетом всех фактических обстоятельств, характера допущенных сторонами нарушений и их последствий.

Вместе с тем, статьей 169 ГК РФ предусмотрено, что такая сделка влечет последствия, установленные статьей 167 данного кодекса. В случаях, предусмотренных законом, суд может взыскать в доход Российской Федерации все полученное по такой сделке сторонами, действовавшими умышленно, или применить иные последствия, установленные законом.

Согласно статье 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (пункт 1).

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (пункт 2).

Как разъяснено в пункте 85 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», в качестве сделок, совершенных с указанной целью, могут быть квалифицированы сделки, которые нарушают основополагающие начала российского правопорядка, принципы общественной, политической и экономической организации общества, его нравственные устои. К названным сделкам могут быть отнесены, в частности, сделки, направленные на производство и отчуждение объектов, ограниченных в гражданском обороте (соответствующие виды оружия, боеприпасов, наркотических средств, другой продукции, обладающей свойствами, опасными для жизни и здоровья граждан, и т.п.); сделки, направленные на изготовление, распространение литературы и иной продукции, пропагандирующей войну, национальную, расовую или религиозную вражду; сделки, направленные на изготовление или сбыт поддельных документов и ценных бумаг; сделки, нарушающие основы отношений между родителями и детьми.

Нарушение стороной сделки закона или иного правового акта, само по себе не означает, что сделка совершена с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности.

Для применения статьи 169 ГК РФ необходимо установить, что цель сделки, а также права и обязанности, которые стороны стремились установить при ее совершении, либо желаемое изменение или прекращение существующих прав и обязанностей заведомо противоречили основам правопорядка или нравственности и хотя бы одна из сторон сделки действовала умышленно.

Сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, влечет общие последствия, установленные статьей 167 ГК РФ (двусторонняя реституция). В случаях, предусмотренных законом, суд может взыскать в доход Российской Федерации все полученное по такой сделке сторонами, действовавшими умышленно, или применить иные последствия, установленные законом.

Таким образом, признание сделки ничтожной на основании статьи 169 ГК РФ влечет общие последствия, предусмотренные статьей 167 этого кодекса, в виде двусторонней реституции, а взыскание в доход Российской Федерации всего полученного по такой сделке возможно в случаях, предусмотренных законом.

Однако в качестве такого закона, устанавливающего гражданско-правовые последствия недействительности сделок, не могут рассматриваться нормы Уголовного кодекса Российской Федерации о конфискации имущества.

Так, в силу статьи 2 УК РФ задачами данного кодекса являются: охрана прав и свобод человека и гражданина, собственности, общественного порядка и общественной безопасности, окружающей среды, конституционного строя Российской Федерации от преступных посягательств, обеспечение мира и безопасности человечества, а также предупреждение преступлений (часть 1).

Для осуществления этих задач данный кодекс устанавливает основание и принципы уголовной ответственности, определяет, какие опасные для личности, общества или государства деяния признаются преступлениями, и устанавливает виды наказаний и иные меры уголовно-правового характера за совершение преступлений (часть 2).

Согласно части 1 статьи 3 УК РФ (принцип законности) преступность деяния, а также его наказуемость и иные уголовно-правовые последствия определяются только данным кодексом.

Конфискация имущества относится к иным мерам уголовно-правового характера (глава 15.1 УК РФ) и согласно части 1 статьи 104.1 названного кодекса состоит в принудительном безвозмездном изъятии и обращении в собственность государства на основании обвинительного приговора следующего имущества: а) денег, ценностей и иного имущества, полученных в результате совершения преступлений, предусмотренных в том числе статьей 290 этого кодекса; б) денег, ценностей и иного имущества, в которые имущество, полученное в результате совершения преступлений, предусмотренных статьями, указанными в пункте "а" данной части, и доходы от этого имущества были частично или полностью превращены или преобразованы.

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 14 июня 2018 г. N 17 "О некоторых вопросах, связанных с применением конфискации имущества в уголовном судопроизводстве", конфискация имущества является мерой уголовно-правового характера, состоящей в принудительном безвозмездном его изъятии и обращении в собственность государства, что связано с ограничением конституционного права граждан на частную собственность и осуществляется в точном соответствии с положениями Конституции Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права и международными договорами Российской Федерации, требованиями уголовного и уголовно-процессуального законодательства.

Согласно абзацу второму пункта 4 Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 14 июня 2018 г. N 17 по делам о коррупционных преступлениях деньги, ценности и иное имущество, переданные в виде взятки или предмета коммерческого подкупа, подлежат конфискации и не могут быть возвращены взяткодателю либо лицу, совершившему коммерческий подкуп, в том числе в случаях, когда они освобождены от уголовной ответственности.

С учетом приведенных выше норм права и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации предусмотренная статьей 104.1 УК РФ конфискация имущества, переданного в виде взятки, является мерой уголовно-правового характера и применяется на основании постановления суда, вынесенного по результатам рассмотрения уголовного дела, а не решения суда по гражданскому делу.

Применение принудительных мер уголовно-правового характера в порядке гражданского судопроизводства, тем более после вступления в законную силу приговора суда, которым определено окончательное наказание лицу, осужденному за совершение преступления, является недопустимым, поскольку никто не может быть повторно осужден за одно и то же преступление (часть 1 статьи 50 Конституции Российской Федерации).

При этом гражданское судопроизводство не может использоваться для исправления недостатков и упущений уголовного процесса, если таковые имели место.

Предусмотренная же статьей 243 Гражданского кодекса Российской Федерации конфискация, не является мерой уголовно-правового характера, однако применяется только в случаях, предусмотренных законом.

Из материалов дела усматривается, что приговором Смольнинского районного суда Санкт-Петербурга от 21 сентября 2021 года ФИО1 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного пп. «а, в» ч. 5 ст. 290 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее – УК РФ), с назначением наказания в виде штрафа в доход государства в размере 1 500 000 рублей; ФИО2 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного пп. «а, в» ч. 5 ст. 290 УК РФ, с назначением наказания в виде штрафа в доход государства в размере 1 500 000 рублей. Приговор суда вступил в законную силу 02.10.2021. 

Приговором Смольнинского районного суда Санкт-Петербурга от 19 марта 2021 года ФИО3 признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных пп. «а, в» ч. 5 ст. 290, ч. 1 ст. 285 УК РФ, с назначением наказания в виде штрафа в доход государства в размере 825 000 рублей, с лишением права занимать определенные должности, связанные с осуществлением функций представителя власти на срок три года. Приговор суда вступил в законную силу 30.03.2021. 

Указанными судебными актами установлено, что в период с 1 мая 2018 года по 30 сентября 2019 года ФИО1, ФИО2, ФИО3, действуя умышленно, в группе лиц по предварительному сговору, из корыстных побуждений на системной основе, лично или через посредника, получили взятку в виде денег от ФИО5 в крупном размере 169 000 рублей. 

При постановлении указанных приговоров суд конфискацию имущества, предусмотренную Уголовным кодексом Российской Федерации, в отношении ФИО1, ФИО2, ФИО3 не применил.

Исходя из указанных обстоятельств, суд не усматривает предусмотренных законом оснований для взыскания в доход Российской Федерации в соответствии со статьей 169 ГК РФ денежных средств в размере 169 000 рублей, полученных ФИО1, ФИО2, ФИО3 от ФИО5 в качестве взятки. 

Исковое заявление исполняющего обязанности Санкт-Петербургского транспортного прокурора не содержит указаний на такие основания, заявленное требование истцом в данной части не обосновано. 

На основании изложенного, руководствуясь статьями 56, 67, 68, 71, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

РЕШИЛ:

В иске исполняющего обязанности Санкт-Петербургского транспортного прокурора Терентьева Р.О. к ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО5 о применении последствий недействительности ничтожных сделок, взыскании денежных средств в доход Российской Федерации - отказать.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца путем подачи апелляционной жалобы через Красногвардейский районный суд Санкт-Петербурга.

Судья 

Мотивированное решение изготовлено 13 мая 2024 года.