РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

26 февраля 2024 года город Тула

Зареченский районный суд города Тулы в составе:

председательствующего Алехиной И.Н.,

при секретаре Харченко А.В., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, судебных расходов.

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском, уточненным в порядке ст. 39 ГПК РФ к ФИО2 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, судебных расходов, указав в обоснование своих требований на то, что в результате дорожно-транспортного происшествия 15.03.2023 года по адресу: 

<

...> было повреждено транспортное средство BMW X3, государственный регистрационный знак №. ДТП имело место по вине водителя ФИО2, управлявшего транспортным средством УАЗ-236321, государственный регистрационный знак №, который при перестроении не убедился в безопасности маневра и не уступил дорогу транспортному средству, двигающемуся без изменения траектории движения. Гражданская ответственность ФИО2 на момент ДТП не была застрахована.

В момент ДТП транспортное средство BMW X3, государственный регистрационный знак № находилось под управлением водителя ФИО3, гражданская ответственность которого на момент ДТП была застрахована в САО «Ресо-гарантия» полис серия №. В результате ДТП транспортное средство BMW X3, государственный регистрационный знак № получило механические повреждения, стоимость восстановительного ремонта составила 264 289 руб. Просил суд взыскать в свою пользу с ответчика ФИО2 материальный ущерб в размере 264 289 руб., расходы по оплате оценки в размере 10 000 руб., расходы по оплате госпошлины 3200 руб., расхода по оплате нотариальной доверенности 2180 руб.

Протокольными определениями по делу в качестве третьих лиц привлечены САО «Ресо-гарантия», ФИО4, ФИО3, ФИО5

Истец ФИО1 в судебное заседание не явился, о дате, времени и месте слушания дела извещался надлежащим образом. 

Представитель ФИО1 по доверенности ФИО6 в судебном заседании уточненные исковые требования поддержала, просила суд их удовлетворить в полном объеме. При этом заявила ходатайство о назначении по делу повторной экспертизы, поскольку экспертом не была проведена натуральная реконструкция, а выводы сделаны исходя из составления схемы, в программе, которая была приобретена нелегально и нет лицензии, там не указан никакой масштаб, схему невозможно развернуть, понять, где транспортные средства находились в натуральном их виде. Что касается производства расчета стоимости восстановительного ремонта, то транспортные средства экспертом осмотрены не были, были взяты фотографии и был сделан вывод о том, что бампер не имеет трещин, в то время как допрошенный в судебном заседании в качестве эксперта ФИО16, пояснил о том, что им при производстве осмотров применялся аналитический метод, он трогал, щупал и смотрел и было, рассоединение материала, То есть пластик имел трещину, поэтому просит исковые требования удовлетворить в полном объеме. Обратила внимание на то, что третье лицо Маркарян пояснял ранее ей, что он включал указатель поворота и его полоса, на которую он перестраивался была свободна, впереди транспортное средство не показывало сигналов к тому, что намерен изменить траекторию движения, третье лицо начал перестраиваться, перестроился и когда уже ехал по своей полосе, стал перестраиваться ответчик, в результате чего и произошло столкновение, то есть он полагал, что именно действия ответчика ФИО2 привели к ДТП. Водитель BMW X3 ехал по свое полосе, тот есть на тот момент, кого он осуществлял действия по перестроению, они были безопасными для участников дорожного движения.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании уточненные исковые требования не признал, по доводам, изложенным в письменных возражениях. При этом обратил внимание на то, что одновременного перестроения транспортных средств не было, его автомобиль следовал в крайней левой полосе движения, за ним в крайней левой полосе также следовал автомобиль BMW X3 с большей скоростью. Впереди в попутном направлении следовал автомобиль Лада Х RAY, который остановился в левом крайнем ряду. Он остановился за ним. Справа полоса для движения была свободно. Он подал сигнал поворота вправо, поскольку позади по левому крайнему ряду следовал автомобиль BMW X3. В момент начала его перестроения автомобиль BMW X3 еще находился в левой крайней полосе. В тот момент, когда водитель автомобиля BMW X3 стал смещаться из крайнего левого ряда в средний, он остановил автомобиль и движение не осуществлял, в связи, с чем требований п. 8.4 ПДД не нарушал.

Представитель ответчика ФИО2 по доверенности ФИО7 в судебном заседании уточненные исковые требования не признал, по доводам, изложенным в письменных возражениях. При этом обратил внимание на то, что в судебном заседании был допрошен эксперт ФИО17, который пояснил, что исследование переднего бампера автомобиля BMW-X3 на наличие более ранних механических повреждений до ДТП от 15.04.2023 года и более раннего периода им не производилось, при этом в ходе судебной экспертизы перед экспертом был поставлен вопрос: имел ли передний бампер механические повреждения до данного ДТП. Судебной экспертизой было установлено, что нарушен слой лакокрасочного покрытия переднего бампера автомобиля BMW-X3, а также имеются следы более ранних повреждений относительно происшедшего ДТП от 15.04.2023 года. Экспертом сделан однозначный вывод, что передний бампер имел механические повреждения до указанного ДТП, о чем свидетельствуют признаки вторичной окраски его поверхности. Эксперт ФИО18 был исключен из СРО. Повреждения автомобиля, возникшие в ходе эксплуатации, такие как наезд на препятствие, наезд на столб самим участником, они, как правило, не оформляются официально, то есть в рамках ГИБДД. 

Третье лицо ФИО3 в судебное заседание не явился, о времени и месте слушания дела извещен надлежащим образом. Ранее в судебном заседании указал, что виновником ДТП считает ответчика ФИО2 Не согласен с тем, что указано в заключение эксперта ФИО19 относительно одновременного перестроения автомобилей УАЗ и BMW X3, поскольку автомобиль BMW X3 в момент удара находился в среднем ряду, а автомобиль ответчика находился в крайнем левом ряду. Когда расстояние от передней части автомобиля BMW X3 до задней оси колеса автомобиля УАЗ было около метра, то водитель автомобиля УАЗ неожиданно изменил направление своего движения вправо, в результате чего произошло столкновение. Согласен с выводами эксперта ФИО20 о том, что бампер имел трещину.

Третье лицо ФИО4 в судебное заседание не явился, о времени и месте слушания дела извещен надлежащим образом, представил в суд заявление о рассмотрении дела в его отсутствие. При этом ранее в судебном заседании указал, что не согласен с тем, что указано в экспертизе относительно движения его автомобиля, поскольку он ехал в крайней левой полосе параллельно с трамваем, и в момент столкновения, он притормаживал и ехал накатом, так как перед ним остановились машины на запрещающий сигнал светофора и в этот момент услышал звук тормозов. До этого видел, что за ним едет УАЗ и начал перестроение.

Третье лицо ФИО5 в судебное заседание не явилась, о времени и месте слушания дела извещена надлежащим образом.

Представитель САО «Ресо-гарантия» в судебное заседание не явился, о времени и месте слушания дела извещен надлежащим образом.

Суд в силу ст. 167 ГПК РФ счел возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц, извещенных о времени и месте слушания дела надлежащим образом.

Выслушав объяснения сторон, допросив экспертов, исследовав письменные материалы дела, материал ДТП, обозрев диск, флешку, суд приходит к следующему. 

В соответствии со ст. 12 ГК РФ, одним из способов защиты гражданских прав является возмещение убытков. 

В соответствии с пунктом 3 статьи 1079 ГК РФ вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064).

Согласно статье 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Как усматривается из материалов дела и установлено судом, ФИО1 являлся собственником транспортного средства BMW X3, государственный регистрационный знак №.

15.04.2023 года примерно в 13 часов 55 минут в районе ул. Октябрьская, д. 44 г. Тулы произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля BMW X3, государственный регистрационный знак № под управлением водителя ФИО3, автомобиля УАЗ -236321, государственный регистрационный знак № под управлением водителя ФИО2 и автомобиля Лада Х RAY, государственный регистрационный знак № под управлением водителя ФИО4, в результате которого автомобиль BMW X3, государственный регистрационный знак № получил механические повреждения, что подтверждается сведениями об участниках ДТП от 15.04.2023 года и административным материалом ДТП.

Собственником автомобиля УАЗ -236321, государственный регистрационный знак № является ФИО2, собственником автомобиля Лада Х RAY, государственный регистрационный знак № является ФИО5

Из постановления дела о прекращении дела об административном правонарушении от 15.06.2023 года следует, что дело об административном правонарушении прекращено за истечением срока давности привлечения к административной ответственности.

Суд принимает во внимание, что вопросы о виновности лиц, участвовавших в дорожно-транспортном происшествии, рассматриваются в рамках гражданского судопроизводства. Административным правонарушением в силу ч. 1 ст. 2.1 КоАП РФ признается противоправное, виновное действие (бездействие) физического или юридического лица, за которое Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях или законами субъектов Российской Федерации об административных правонарушениях установлена административная ответственность. При рассмотрении дела об административном правонарушении разрешается вопрос относительно того, имело ли место совершение лицом противоправных действий, за совершение которых наступает административная ответственность, предусмотренная КоАП РФ. 

Пунктом 1.5 Правил дорожного движения РФ участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

Согласно пункту 8.1 Правил дорожного движения Российской Федерации перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны - рукой. При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения. 

Подача сигнала не дает водителю преимущества и не освобождает его от принятия мер предосторожности; при перестроении уступить дорогу транспортным средствам, движущимся попутно без изменения направления движения, не должен начинать, возобновлять или продолжать движение, осуществлять какой-либо маневр, если это может вынудить других участников движения, имеющих по отношению к нему преимущество, изменить направление движения или скорость; перед поворотом заблаговременно занять соответствующее крайнее положение на проезжей части, предназначенной для движения в данном направлении.

При перестроении водитель должен уступить дорогу транспортным средствам, движущимся попутно без изменения направления движения. При одновременном перестроении транспортных средств, движущихся попутно, водитель должен уступить дорогу транспортному средству, находящемуся справа (п. 8.4 Правил дорожного движения РФ).

Пунктом 9.10 Правил дорожного движения установлено, что водитель должен соблюдать такую дистанцию до движущегося впереди транспортного средства, которая позволила бы избежать столкновения, а также необходимый боковой интервал, обеспечивающий безопасность движения.

Из объяснений водителя ФИО3 от 15.04.2023 года следует, что 15.04.2023 года он следовал по ул. Октябрьской по направлению к ул. Арсенальная с допустимой скоростью. Подъезжая к перекрестку с ул. Арсенаьная с левой стороны в него перестроился автомобиль УАЗ и ударил в переднее левое колесо. Для предотвращения ДТП он подал звуковой сигнал и предпринял экстренное торможение, одна избежать ДТП не удалось. Автомобиль после удара отлетел в Lada XRAY.

Из объяснений водителя ФИО2 от 15.04.2023 года следует, что автомобиль УАЗ двигался в крайней левой полосе. Двигался медленно. Из своей полосы начал перестраиваться в правый средний ряд. В правом среднем ряду автомобилей перед началом перестроения не было. Он выкрутил вправо передние колеса для перестроения и начал движение, после чего произошел удар в правое переднее колесо. До этого автомобиль BMW X3 двигался в потоке за УАЗ. От удара в переднее колесо руль повернуло в противоположную сторону, после чего произошел наезд на стоящий автомобиль Lada XRAY.

Из объяснений водителя ФИО4 от 15.04.2023 года следует, что автомобиль Lada XRAY располагался в крайнем левом ряду по ул. Октябрьская. Почувствовал удар в районе правого заднего колеса. Предпринял экстренное торможение. Виновным считает водителя УАЗ.

В судебном заседании третье лицо ФИО3 настаивал на то, что автомобиль BMW X3 в момент удара находился в среднем ряду, а автомобиль ответчика находился в крайнем левом ряду. Когда расстояние от передней части автомобиля BMW X3 до задней оси колеса автомобиля УАЗ было около метра, то водитель автомобиля УАЗ неожиданно изменил направление своего движения вправо, в результате чего произошло столкновение. 

В судебном заседании ответчик ФИО2 не согласился, как с размером ущерба, так и с тем, что он является виновником ДТП, в связи, с чем по делу была назначена судебная автотовароведческая экспертиза, производство которой было поручено экспертам ООО «Тульская Независимая Оценка».

Согласно заключению эксперта № от 18.12.2023 года, в сложившейся дорожной ситуации водитель УАЗ, начиная совершать маневр перестроения из левой полосы в среднюю, соответствии с п. 8.1 ПДД РФ обязан подавать сигналы световыми указателями правого поворота. 

При выполнении маневра перестроения из левой полосы в среднюю водитель автомобиля УАЗ в соответствии с п. 9.10 ПДД РФ должен соблюдать такую дистанцию до впереди идущего автомобиля Lada XRAY, которая позволила бы избежать столкновения, а также необходимый боковой интервал, обеспечивающий безопасность движения. Фактическое столкновение автомобилей УАЗ с автомобилем Lada XRAY, вследствие поворота его передних колес влево указывает на несоответствие действий водителя УАЗ требованиям п. 9.10 ПДД РФ в виде несоблюдения безопасного бокового интервала. 

В соответствии с п. 8.4 ПДД РФ при одновременном перестроении с автомобилем BMW X3, движущимся попутно с большей скоростью, водитель автомобиля УАЗ должен уступить ему дорогу, поскольку он (BMW X3) находится справа от него. Фактическое столкновение автомобилей УАЗ и BMW X3 указывает на несоответствие действий водителя автомобиля УАЗ требованиям п. 8.4 ПДД РФ.

Начиная совершать маневр перестроения из левой полосы в среднюю, в соответствии с п.8.1 ПДД РФ обязан подавать сигналы световыми указателями правого поворота. При выполнении маневра перестроения из левой полосы в среднюю одновременно с впереди идущим автомобилем УАЗ, движущимся с меньшей скоростью, водитель автомобиля BMW X3 в соответствии с п. 9.10 ПДД РФ должен соблюдать такую дистанцию до автомобиля УАЗ, которая позволила бы избежать столкновение, а также необходимый боковой интервал, обеспечивающий безопасность движения. Фактическое столкновение автомобилей УАЗ и BMW X3 с фактическим повреждением левого зеркала заднего вида автомобиля BMW X3 указывает на несоответствие действий водителя автомобиля BMW X3 требованиям п. 9.10 ПДД РФ в виде несоблюдения безопасного бокового интервала.

В сложившейся дорожной ситуации автомобили УАЗ и BMW X3 не представляли опасности для движения для водителя автомобиля Lada XRAY, требующих от него каких-либо действий. 

По мнению эксперта, начало выполнение водителем автомобиля УАЗ маневра перестроения из левой полосы в среднюю, при одновременном выполнении такого же маневра водителя автомобиля BMW X3, движущимся следом с большей скоростью, привело к возникновению опасной дорожной ситуации. Продолжение движения водителем автомобиля BMW X3 с большей скоростью, относительно автомобиля УАЗ, несмотря на сокращение бокового интервала до небезопасного значения привело к трансформации опасной ситуации в аварийную, при которой наступило контактное взаимодействие автомобилей BMW X3 и УАЗ.

Действия, как водителя автомобиля УАЗ, связанные с маневром перестроения одновременно с автомобилем BMW X3, находящемся справа от него, так и действия водителя автомобиля BMW X3, связанные с увеличением скорости, сокращением дистанции и бокового интервала, привели к контактному взаимодействию участников ДТП. 

В сложившейся дорожной ситуации водитель автомобиля УАЗ должен был действовать в соответствии с п. 8.1, 8.4 и 9.10 ПДД, его действия не соответствовали требованиям 8.4 и 9.10 ПДД РФ. Водитель автомобиля BMW X3 должен был действовать в соответствии с п. 8.1 и 9.10 ПДД РФ, его действия не соответствовали п. 9.10 ПДД РФ.

Допрошенный в судебном заседании эксперт ФИО8 поддержал заключение, при этом пояснил, согласно фотоматериалу автомобиль Lada XRAY левыми колесами примыкает к правому краю трамвайного пути попутного направления, автомобиль УАЗ правым передним колесом стоит на линии разметки, разделяющей левую и среднюю полосы движения по ул. Октябрьской и имеет больший поворот вправо относительно указанной автомобиль BMW ХЗ также имеет больший поворот вправо относительно указанной линии, его передняя часть расположена напротив начала въезда на прилегающую территорию в начале д. 44. 

Механизм ДТП в общем случае можно разделить на три стадии: приближение транспортных средств перед столкновением; их взаимодействие при ударе и отбрасывание (движение после столкновения). Первая стадия - процесс сближения начинается с момента возникновения опасности для дорожного движения, когда для предотвращения происшествия (или уменьшения тяжести последствий) водитель должен немедленно принять необходимые меры, и заканчивается в момент первичного контакта транспортных средств. Кульминационным моментом ДТП является вторая стадия, связанная со взаимодействием транспортных средств участников ДТП. Начинается в момент их первичного контакта и заканчивается в момент, когда действие одного транспортного средства на второе прекращается, и они начинают свободное движение. На второй и третьей стадиях происшествия автомобили преимущественно разворачиваются под действием непреодолимых сил, возникающих в соответствии с законами механики. 

Так в начале второй стадии ДТП контактировали передний бампер автомобиля BMW X3 с выступающими элементами грязезацепов наружной боковой шины переднего правого колеса автомобиля УАЗ с образованием периодически повторяющихся дугообразных следов на бампере, а также боковина шины переднего левого колеса и наружный обод диска автомобиля BMW ХЗ с колпаком диска переднего правого колеса автомобиля УАЗ с образованием. Указанное контактное взаимодействие в второй стадии ДТП возможно только при условии значительно повернутых вправо передних колес неподвижного автомобиля УАЗ, на что указывает фактическое расположение зоны повреждения колпака переднего правого колеса автомобиля УАЗ на месте ДТП. В результате такового взаимодействия неизбежен поворот влево передних автомобиля и продолжение перемещения автомобиля BMW ХЗ вдоль неподвижного автомобиля УАЗ с образованием в конце второй стадии ДТП касательных следов, параллельных опорной поверхности. На третьей стадии ДТП автомобиль BMW ХЗ продолжал движение вплоть до конечного положения. 

Следствием поворота передних колес автомобиля УАЗ влево на четвертой стадии ДТП его левое переднее колесо контактировало с правым задним колесом и задним бампером автомобиля Lada XRAY, находящегося слева от него. Результатом такого взаимодействия явилось образование повреждений автомобиля Lada XRAY в виде деформации его заднего бампера в правой части с образованием массива горизонтальных касательных следов и нарушением сопряжения с правой задней боковиной; образование касательных следов с наслоением вещества черного цвета на диске левого переднего колеса автомобиля УАЗ. Характер следообразования указывает на неподвижность автомобиля УАЗ и движение автомобиля Lada XRAY в результате такого контакта вперед вплоть до конечного положения. 

Автомобили УАЗ и BMW находились на левой полосе движения, следуя друг за другом, УАЗ впереди, BMW ХЗ сзади. Транспортные средства начали перестраиваться одновременно, поскольку их положение указывает на то, что они начали перестраиваться. Повернутые колеса вправо автомобиля УАЗ и положение автомобиля BMW ХЗ в момент столкновения указывает на его движение в условиях перестроения с левой полосы на среднюю, левое заднее колесо автомобиля BMW ХЗ находится приблизительно на линии, разделяющей левую полосу движения и среднюю. И продольная ось автомобиля BMW ХЗ, повернутая вправо, указывает на фактическое перестроение автомобиля BMW ХЗ перед контактным взаимодействием. След на зеркале сообщает о том, что автомобили перемещались практически параллельно вдоль друг друга. Первичный удар пришел четко колесо в колесо. УАЗ остановился и совершал маневр настолько близко к автомобилю Lada XRAY, что в результате всего лишь поворота влево его колес произошел контакт. Удар в правой части заднего бокового автомобиля Lada XRAY наступил в результате поворота колес автомобиля УАЗ влево. BMW ХЗ толкнуло автомобиль УАЗ в правое переднее колесо, колеса повернулись. Удар в правое колесо заставил его повернуться и повернуть левое переднее колесо, которое контактировало с правой частью заднего бампера автомобиля Lada XRAY. При этом обратил внимание на то, что боковой интервал был допущен настолько мал, что достаточно было поворота колеса, для того чтобы получился контакт. 

Представитель истца ФИО1 по доверенности ФИО6 в судебном заседании заявила ходатайство о назначении повторной судебном автотехнической экспертизы, указав в обоснование своих доводов на то, что экспертное заключение, выполненное ООО «Тульская независимая оценка» составлено без осмотра транспортных средств участников ДТП. Экспертом ФИО21 не была проведена натуральная реконструкция обстоятельств ДТП, а была составлена схема в программе «Компас», которое ООО «Тульская независимая оценка» не приобреталось, лицензия на него отсутствует. Эксперт утверждал, что перестроение транспортных средств под управлением истца и ответчика было одновременным, однако на вопрос о времени, когда это перестроение началось, в каком месте и как долго длилось, эксперт пояснить не смог, в связи, с чем возникли сомнения в верности вывода о том, что перестроение было одновременным. Кроме того, водитель автомобиля Lada XRAY пояснил, что транспортное средство, которым он управлял, в момент контактного взаимодействия с транспортным средством ответчика находилось в движении, что противоречит выводам эксперта о том, что оно находилось в неподвижном состоянии. Неправомерно из перечня заменяемых деталей исключен бампер передний. Передний бампер имеет трещину, что было выявлено в ходе проведения осмотра экспертом ФИО9. 

Согласно п. 2 ст. 87 ГПК РФ в связи с возникшими сомнениями в правильности или обоснованности ранее данного заключения, наличием противоречий в заключениях нескольких экспертов, суд может назначить по тем же вопросам повторную экспертизу, проведение которой поручается другому эксперту или другим экспертам.

Оценивая указанное заключение, суд учитывает, что оно соответствует критериям относимости, допустимости и достоверности, поскольку отвечает требованиям ст. 86 ГПК РФ, составлено экспертом, обладающим специальными познаниями в области проведенных исследований на основе изучения всех имеющихся в деле документов и непосредственного осмотра спорного объекта. Эксперт предупрежден об уголовной ответственности, предусмотренной ст. 307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения. 

В судебном заседании эксперт ФИО8 дал пояснения по представленному им заключению, ответил на вопросы участников процесса. Для анализа механизма контактного взаимодействия автомобилей экспертом был изучен административный материал, предоставленные фотографии и другие материалы дела. 

Экспертом составлена схема сопоставления транспортных средств в масштабе, то есть, выполнена масштабная визуализация с соблюдением масштаба путем наложения на спутниковый снимок данной улицы, на которой произошло ДТП. Эксперт произвел сопоставление версий водителей-участников ДТП на соответствие фактическим обстоятельствам, изложенным в административном материале. Выводы эксперта основаны на положениях нормативных правовых актов, измерениях и расчетах, дающих возможность проверить их достоверность, проиллюстрированы схемами места ДТП, выполненными в масштабе. 

Несогласие представителя истца с выводами по результатам проведенной экспертизы, при отсутствии доказательств недостоверности содержащихся в заключениях выводов, не исключают возможность принятия заключений эксперта в качестве доказательства по делу. Каких-либо противоречий данное экспертное заключение не содержит, в связи, с чем суд не усматривает правовых оснований для назначения повторной экспертизы по имеющимся в материалах дела документам и полагает возможным положить в основу решения указанное заключение эксперта. 

Между тем, исходя из предмета заявленных требований, для решения вопроса о вине в ДТП его участников, а также степени данной вины, необходимо установить не только сам по себе факт наличия в действиях водителей нарушений ПДД, но и то, каким образом такие нарушения повлекли возникновение и развитие той причинно-следственной связи, которая привела к ДТП.

То есть, даже при наличии нарушений ПДД, лицо может не быть виновным в ДТП, поскольку допущенные им нарушения не находятся в причинно-следственной связи с его возникновением.

Оценив представленные сторонами доказательства, в том числе показания эксперта ФИО22, данные в судебном заседании, суд приходит к выводу, что именно действия водителя автомобиля УАЗ, связанные с маневром перестроения из левой полосы в среднюю с нарушением требований пункта 8.4 ПДД РФ, при одновременном выполнении такого же маневра водителем автомобиля BMW X3, движущимся следом с большей скоростью, привели к возникновению опасной дорожной ситуации, поскольку водитель автомобиля УАЗ не убедился в безопасности своего маневра, не уступил дорогу автомобилю BMW X3, находящемуся справа от него, что позволило бы избежать столкновение с ним. А последующие действия водителя автомобиля BMW X3, явились следствием созданной для него помехи со стороны водителя автомобиля УАЗ, в результате которой водитель автомобиля BMW X3 допустил нарушений требований п. 9.10 ПДД РФ, вследствие чего и произошло ДТП. 

При этом, из заключения эксперта №, находящегося в материалах ДТП следует, что водитель автомобиля BMW ХЗ при скорости 50 км/ч не располагал технической возможностью предотвратить столкновение с автомобилем УАЗ путем применения экстренного торможения в момент возникновения опасности движения. Доказательств того, что водитель BMW X3 двигался со скоростью не допустимой на указанном участке дороги в материалах дела не имеется. 

Таким образом, нарушение водителем автомобиля УАЗ требований п. 8.4 ПДД РФ состоит в прямой причинной связи с дорожно-транспортным происшествием и наступившими последствиями, поскольку именно действия водителя автомобиля УАЗ послужили причиной данного ДТП, так как при выполнении маневра он не должен был создавать опасность для движения, помехи другим участникам дорожного движения; при данном перестроении должен был уступить дорогу автомобилю BMW X3, находящемуся справа от него, в связи, с чем суд не усматривает в данном ДТП вины водителя автомобиля BMW X3.

На основании изложенного, суд полагает, что виновником дорожно-транспортного происшествия, произошедшего 15.04.2023 года примерно в 13 часов 55 минут в районе ул. Октябрьская, д. 44 г. Тулы является именно водитель автомобиля УАЗ -236321, государственный регистрационный знак № ФИО2, который нарушил п.8.4 ПДД РФ, что привело к столкновению с автомобилем, принадлежащим истцу, в связи с чем доводы ответчика о том, что он не нарушал п. 8.4 ПДД РФ являются несостоятельными.

Согласно п. 1 ст. 4 (далее ФЗ «Об ОСАГО») владельцы транспортных средств обязаны на условиях и в порядке, которые установлены настоящим Федеральным законом и в соответствии с ним, страховать риск своей гражданской ответственности, которая может наступить вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц при использовании транспортных средств.

Пунктом 2 указанной статьи предусмотрено, что при возникновении права владения транспортным средством (приобретении его в собственность, получении в хозяйственное ведение или оперативное управление и тому подобном) владелец транспортного средства обязан застраховать свою гражданскую ответственность до регистрации транспортного средства, но не позднее чем через десять дней после возникновения права владения им.

В силу ст. 15 ГК РФ, лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии с п. 3 ст. 1079 ГК РФ вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064 ГК РФ).

На основании п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Как следует из ст. 1072 ГК РФ юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (ст. 931, п. 1 ст. 953 ГК РФ), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба. 

Риск гражданской ответственности ответчика ФИО2, как лица, допущенного к управлению транспортным средством УАЗ -236321, государственный регистрационный знак № в установленном порядке застрахован не был.

В соответствии с п. 6 ст. 4 ФЗ «Об ОСАГО» владельцы транспортных средств, риск ответственности которых не застрахован в форме обязательного и (или) добровольного страхования, возмещают вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу потерпевших, в соответствии с гражданским законодательством.

Автомобиль является источником повышенной опасности, в связи с чем, порядок возмещения ущерба, причиненного в результате его использования, подлежит возмещению по правилам ст. 1079 ГК РФ, согласно положениям, которой обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т. п.).

В соответствии с указанной правовой нормой граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих, обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Обязанность по возмещению вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на законном основании. Владелец источника повышенной опасности может быть полностью или частично освобожден судом от ответственности по основаниям, предусмотренным п. п. 2 и 3 ст. 1083 ГК РФ, то есть при наличии грубой неосторожности со стороны потерпевшего или с учетом имущественного положения причинителя вреда. Вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях, то есть в соответствии со ст. 1064 ГК РФ в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно ст. 1082 ГК РФ, удовлетворяя требование о возмещении вреда, суд в соответствии с обстоятельствами дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре (предоставить вещь того же рода и качества, исправить поврежденную вещь и т.п.) или возместить причиненные убытки (ч. 2 ст. 15 ГК РФ).

С учетом изложенных обстоятельств, учитывая, что вина ФИО2 в произошедшем дорожно-транспортном происшествии установлена, что подтверждено указанными выше письменными доказательствами, учитывая положения ст. 1079 ГК РФ, суд считает, что транспортное средство УАЗ -236321, государственный регистрационный знак № в момент дорожно-транспортного происшествия находилось под управлением ФИО2 на законном основании, в связи с чем, последний является ответственным лицом за причинение вреда источником повышенной опасности, ввиду чего суд приходит к выводу о том, что ФИО2 является надлежащим ответчиком по рассматриваемому спору, и именно с него подлежат взысканию в пользу истца ущерб, причиненный в результате дорожно-транспортного происшествия. Доказательств того, что автомобиль был застрахован на дату ДТП, материалы дела не содержат. 

Разрешая требования истца о сумме, подлежащей взысканию в счет возмещения ущерба, причиненного в результате ДТП, суд приходит к следующему.

Согласно заключению эксперта № от 02.05.2023 года, выполненного экспертом ФИО9 стоимость восстановительного ремонта 264 289 руб.

Согласно заключению эксперта № от 18.12.2023 года выполненного ООО «Тульская независимая оценка» рыночная стоимость восстановительного ремонта автомобиля BMW X3 составила 135 829 руб. 

На момент ДТП дизайн оригинального диска колеса переднего левого 8 Jx18 Alu с каталожным номером 36 11 3 415 614 по внешнему виду соответствует дизайну диска колеса, зафиксированного по результатам осмотра от 24.04.2023 года самозанятым экспертом-техником ФИО23 Необходимость установления оригинальности бампера переднего отсутствует. Бампер имел механические повреждения до данного ДТП, о чем свидетельствуют признаки вторичной окраски его поверхности. 

В судебном заседании эксперт ФИО24 подтвердил, по каким причинам исключил из перечня заменяемых деталей бампер передний. 

В судебном заседании по ходатайству представителя истца был допрошен эксперт ФИО25, который проводил осмотр транспортного средства BMW ХЗ и подготовил заключение эксперта № от 02.05.2023 года, который показал, что с мнением эксперта ФИО26 он не согласен, автомобиль осматривал визуально, органо-элиптическим методом, на котором имелась трещина в левой боковой части в левой части отражателя желтого именно трещина бампера. Есть паутинки трещины ЛКП, но также имелась трещина самого элемента, то есть, нарушена целостность самого элемента. Характер повреждения, как раз трещина и нарушение целостности элемента в левой боковой части – верхний светоотражатель, а также разъединение частей, говорит о нарушение целостности бампера. В справке о ДТП был указан диск, повреждение самой шины, опять же это локальная зона повреждения, шина повреждена именно в том месте, где поврежден диск, имеется задир на диске, там есть разрыв на самой шине, поэтому однозначно это относится к рассматриваемому событию. Если пластик имеет трещину, то соответственно, он меняется, если диск имеет глубокий задир он меняется тоже, разрыв шины, это замена элемента.

Из письменных пояснений эксперта ФИО27 данных суду следует, что объем и качество предоставляемого фотоматериала с повреждениями автомобиля BMW ХЗ в полной мере позволил сделать выводы относительно характера и локализации повреждений его элементов. Передний бампер в левой части имеет недостаток в виде отслоения слоя ремонтного ЛКП в области контактного взаимодействия автомобилей в рассматриваемом ДТП с образованием сетки трещин в месте примыкания к верхней задней части его левого отражателя, и не свидетельствует о разрушении самого бампера с образованием трещины. Кромка оставшегося на бампере разрушенного ремонтного слоя ЛКП представляет собой ломаную темного цвета с волокнистой структурой. Сплошность материала самого бампера, отсутствие разрешения в виде трещины, также подтверждается присутствием продолжения сетки трещин на не отслоившемся слое ЛКП, в связи с чем можно однозначно утверждать об отсутствии разрушения бампера с образованием трещины.

Доказательств опровергающих, что бампер не мог иметь механические повреждения до данного ДТП в нарушении ст. 56 ГПК РФ истцом не представлено.

Давая оценку заключению эксперта № от 02.05.2023 года, выполненному ФИО9 суд исходит из того, что оно не свидетельствует о недостоверности заключения эксперта № от 18.12.2023 года, выполненного ООО «Тульская Независимая Оценка», является субъективным мнением другого специалиста, не опровергают выводов судебного эксперта ФИО28, а потому относит заключение ООО «Тульская Независимая Оценка» к числу достоверных и допустимых доказательств по настоящему делу, и полагает необходимым определить размер ущерба, причиненного автомобилю истца в результате ДТП, в соответствии с данным заключением.

Таким образом, стоимость восстановительного ремонта автомобиля истца ФИО1 составляет 135 829 руб. 

Принимая во внимание, что установленное судом нарушение водителем автомобиля УАЗ -236321, государственный регистрационный знак № ФИО2 правил дорожного движения состоит в прямой причинно-следственной связи с причинением механических повреждений автотранспортному средству истца ФИО1, в соответствии с положениями ст. ст. 1064, 1079 ГК РФ суд находит обоснованными требования истца о взыскании материального ущерба, в связи с чем, с ФИО2 в пользу ФИО1 подлежит взысканию в счет возмещения ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия стоимость восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства, определенная заключением эксперта № от 18.12.2023 года, выполненным ООО «Тульская Независимая Оценка». 

Таким образом, разрешая исковые требования, суд определяет к взысканию с ответчика ФИО2 в пользу ФИО1 сумму ущерба в размере 135 829 руб. При этом, суд учитывает, что оснований для освобождения ответчика от ответственности не имеется.

Разрешая требования истца в части взыскания судебных расходов, суд приходит к следующему.

Согласно ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 ГПК РФ. 

Как следует из материалов дела, в целях установления стоимости восстановительного ремонта истец как было указано выше обращался к эксперту ФИО9, за проведение экспертизы истцом было уплачено 10 000 руб. (чек от 02.05.2023 года, данные расходы суд признает необходимыми. 

Истцом также были понесены расходы по оплате нотариальной доверенности в размере 2180 руб., которые суд признает необходимыми. 

При этом положениями ст. 98 ГПК РФ предусмотрено, что в случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований. 

Истцом в процессе рассмотрения дела были заявлены требования в размере 264 289 руб. удовлетворены судом на сумму 135 829 руб., что составляет 51,39% от удовлетворенных требований и 48,61% от неудовлетворенных.

Таким образом, в пользу истца ФИО1 подлежат взысканию с ответчика ФИО2 расходы по оплате экспертизы в размере 5 139 руб. пропорционально удовлетворенным требованиям (10 000 руб. (расходы по экспертизе) х51,39%). 

Таким образом, в пользу истца ФИО1 подлежат взысканию с ответчика ФИО2 расходы по оплате доверенности в размере 1 120 руб. 30 коп. пропорционально удовлетворенным требованиям (2180 руб. (расходы по оплате доверенности) х51,39%). 

Истцом при подаче иска была уплачена госпошлина в размере 3200 руб., что подтверждается чеком-ордером от 28.06.2023 года, впоследствии исковые требования увеличены до 264 289 руб., однако госпошлина не была доплачена, в связи, с чем суд полагает необходимым довзыскать с ответчика ФИО2 госпошлину за требование имущественного характера в доход бюджета муниципального образования г. Тула в размере 716 руб. 58 коп., исчисленную по правилам пп.1, пп.3 п.1 ст. 333.19 Налогового кодекса РФ и взыскать с ответчика ФИО2 в пользу истца ФИО1 расходы по оплате госпошлины в размере 3 200 руб.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ суд

решил:

исковые требования ФИО1 к ФИО2 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, судебных расходов удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 материальный ущерб, причиненный в результате дорожно-транспортного происшествия в размере 135 829 руб., расходы по оплате заключения о стоимости восстановительного ремонта в размере 5 139 руб., расходы по составлению доверенности в размере 1 120 руб. 30 коп., расходы по оплате государственной пошлины в размере 3 200 руб.

Взыскать с ФИО2 государственную пошлину в доход бюджета муниципального образования г. Тула в размере 716 руб. 58 коп.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Тульский областной суд путем подачи апелляционной жалобы в Зареченский районный суд г. Тулы в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Мотивированное решение суда изготовлено 04.03. 2024 г.

Председательствующий/подпись/ И.Н. Алехина

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>