Дело № 2-941/2019

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

25 ноября 2019 года город Севастополь

Нахимовский районный суд города Севастополя в составе:

председательствующего судьи Дзюба В.Г., с участием

ответчика ФИО1 В,А.,

представителя ответчика ФИО1 - ФИО2, действующего на основании доверенности, № выданной 11.01.2019 нотариусом г. Севастополя, сроком на 2 года, зарегистрированной в реестре нотариуса . за №

третьего лица ФИО3,

при секретаре судебного заседания Эрзихановой С.Ф.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску СПАО «Ингосстрах» к ФИО1 В,А., третье лицо, не заявляющее самостоятельные требования относительно предмета спора – ФИО3 о возмещении убытков в порядке суброгации,

установил:

СПАО «Ингосстрах» обратилось в суд с иском к ФИО1 о возмещении убытков в порядке суброгации, ссылаясь на то, что 17.03.2016 по вине водителя ФИО1 транспортному средству, принадлежащему ООО В, в результате ДТП были причинены механические повреждения. СПАО «Ингосстрах» по договору имущественного страхования произвело выплату ООО «Валеант» в размере 70 310 руб. Поскольку гражданская ответственность виновника ДТП не была застрахована, страховая компания, ссылаясь на ст.ст. 387, 1072, 1079 ГК РФ, просила суд взыскать с ФИО1 в пользу СПАО «Ингосстрах» в порядке суброгации денежную сумму в размере 64 310 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 2 129 руб. 

Определением Нахимовского районного суда города Севастополя от 17.06.2019 в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечена второй участник ДТП от 17.03.2016 – ФИО3, управлявшая автомобилем «Хендай Солярис» г/н №.

Истец СПАО «Ингосстрах», надлежащим образом извещенный о времени и месте рассмотрения данного дела, в судебное заседание своего представителя не направил. Согласно представленному в материалы дела заявлению, просил рассматривать дело в отсутствие представителя истца. При таком положении, суд считает возможным рассмотрение дела в отсутствие представителя истца в порядке ч. 5 ст. 167 ГПК РФ. 

В судебном заседании ответчик ФИО1 заявленные требования не признал, в удовлетворении иска просил отказать.

Представитель ответчика ФИО1 - ФИО2, действующий на основании доверенности, в удовлетворении исковых требований просил отказать по доводам недоказанности вины его доверителя в ДТП, а также отсутствия документа, подтверждающего виновность ФИО1 в рассматриваемом событии.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельные требования относительно предмета спора – ФИО3 полагала заявленные истцом требования обоснованными и подлежащими удовлетворению. 

Исследовав материалы настоящего гражданского дела, выслушав явившихся лиц, суд приходит к следующим выводам.

Согласно статье 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права.

Согласно пункту 1 статьи 929 ГК РФ по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).

В силу пункта 2 статьи 9 Закона РФ от 27.11.1992 N 4015-1 "Об организации страхового дела в Российской Федерации" страховым случаем является совершившееся событие, предусмотренное договором страхования или законом, с наступлением которого возникает обязанность страховщика произвести страховую выплату страхователю, застрахованному лицу, выгодоприобретателю или иным третьим лицам.

Судом установлено, что между СПАО «Ингосстрах» и ООО «Валеант» заключен договор страхования средств транспорта (КАСКО), объектом страхования явился автомобиль марки «Хендай Солярис», г/н №, срок действия договора с 01.12.2015 по 30.11.2016 (л.д. 13 т.1).

17.03.2016 в 

<

...> имело место дорожно-транспортное происшествие с участием, принадлежащего ООО В автомобилем «Хендай Солярис» г/н № под управлением ФИО3 и автомобилем «Киа» г/н № под управлением ФИО1 (л.д. 81 т.1).

В результате указанного ДТП автомобилю «Хендай Солярис» были причинены механические повреждения.

Постановлением по делу об административном правонарушении от 15.04.2016 производство прекращено за отсутствием состава административного правонарушения. При этом в рамках производства по делу об АП установлено, то действия водителя ФИО1 не соответствуют требованиям п.п. 10.1, с технической точки зрения находятся в причинной связи с ДТП (л.д. 71 т.1). 

СПАО «Ингосстрах» признало случай страховым и выплатило страхователю ООО В страховое возмещение в размере 70 310 руб. (л.д. 30).

Как следует из материалов дела, а также не оспаривалось ответчиком ФИО1, его гражданская ответственность на момент ДТП застрахован не была.

Заявляя исковые требования СПАО «Ингосстрах» ссылается на то обстоятельство, что, оплатив стоимость ремонта поврежденного автомобиля «Хендай Солярис» страховая компания имеет право в соответствии с действующим законодательством требовать от лица, ответственного за убытки, в данном случае ФИО1 возмещения материального ущерба в полном объеме, который составляет 64 310 руб.: 70 310 руб. (выплаченная сумма) – 6 000 руб. (безусловная франшиза, предусмотренная договором страхования).

Согласно пункту 1 статьи 965 ГК РФ если договором имущественного страхования не предусмотрено иное, к страховщику, выплатившему страховое возмещение, переходит в пределах выплаченной суммы право требования, которое страхователь (выгодоприобретатель) имеет к лицу, ответственному за убытки, возмещенные в результате страхования.

В соответствии со статьей 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

В соответствии со статьей 387 ГК РФ при суброгации происходит перемена лица в обязательстве на основании закона, поэтому страховщик, выплативший страховое возмещение занимает место потерпевшего в обязательстве, возникшем вследствие причинения вреда.

В соответствии с пунктом 2 статьи 965 ГК РФ перешедшее к страховщику право требования осуществляется им с соблюдением правил, регулирующих отношения между страхователем (выгодоприобретателем) и лицом, ответственным за убытки.

Основания возникновения обязательств вследствие причинения вреда регламентированы положениями главы 59 ГК РФ, из общих положений данной главы следует, что гражданско–правовая ответственность наступает при наличии следующих признаков: противоправности поведения субъекта, наступления вреда, причинной связи между противоправностью поведения лица и фактом возникновения вреда у потерпевшего, вина лица, причинившего вред.

Ответчик, оспаривая вину в совершении ДТП и как следствие отсутствие обязательств по возмещению ущерба, ссылается на то, что дорожно-транспортное происшествие имело место вследствие действий водителя ФИО3

В качестве доводов возражений на исковое заявление, представитель ответчика ФИО1 указал, что вред подлежит возмещению лицом, чья вина доказана и установлена компетентным органом, при этом суд в рамках рассматриваемого спора, таким органом не является. Страховая компания, считая вину ФИО1 в ДТП от 17.03.2016 установленной, выплатила страховое возмещение незаконно, однако доказательства виновности ФИО1 в совершенном ДТП в материалах дела отсутствуют, при этом определение о прекращении производства по делу за отсутствием состава административного правонарушения таким документом не является. Согласие ФИО1 о нарушении им правил дорожного движения в материалах административного производства отсутствуют, отсутствует подпись ФИО1, как и отсутствует фиксация процесса подписания им каких-либо документов имеющихся материале административного производства. 

Как следует из материала административного производства 17.03.2016 в 14:00 водитель ФИО1, управляя автомобилем «Киа» г/н №, двигался по ул. Горпищенко со стороны п. Дергачи в направлении ул. Паршина. Напротив дома № 51 ул. Горпищенко, водитель ФИО1, при возникновении опасности для движении, которую в состоянии обнаружить, не принял возможных мер к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства, в результате чего, совершил наезд на стоящий справа автомобиль «Хендай» №, под управлением ФИО3

Согласно пояснениям, данным ФИО1 в ходе рассмотрения дела, в середине марта 2016г. он двигался на своем автомобиле «Киа» г/н № по улице, на которой находится памятник Горпищенко, в сторону улицы Паршина, с правой стороны дороги, имеющей две полосы движения, вдоль улицы Горпищенко стояли припаркованные машины в ряд. Внимание ФИО1 было обращено на встречную полосу. Машину второго участника ДТП - ФИО3, ФИО1 видел, машина «Хендй» стояла, а когда автомобили поровнялись, машина «Хендай» неожиданно начала сдавать назад и выезжать, вследствие чего автомобиль «Киа» наехал на автомобиль «Хендай» и перевернулся на крышу на встречную полосу. Правое переднее колесо автомобиля «Киа» наехало на заднее левое колесо автомобиля «Хендай». Скорость автомобиля «Киа» составляла около 40 км/ч. Как указал ФИО1, у него вследствие ДТП были телесные повреждения, он сам вылез из машины через правую дверь, поскольку левую заклинило. Относительно присутствия в момент составления сотрудниками ГИБДД схемы ДТП, ФИО1 затруднился пояснить, указал, что не помнит данных обстоятельств, поскольку его увезла машина скорой помощи. Справку о ДТП ФИО1 не получал, с материалами административного производства не знакомился.

Как следует из объяснений ФИО1 от 21.03.2016, имеющихся в материале административного производства, ФИО1 17.03.2016 выехал из поселка Кача около 14.00, управлял автомобилем «Киа» г/н №, двигался по ул. Горпищенко со стороны поселка Дергачи в сторону площади Паршина, скорость движения составляла 45-50 км/ч, расстояние до правого бордюра было примерно 2 метра, через некоторое время у ФИО1 помутнело в глазах, услышал удар и машина перевернулась, поскольку справа у обочины машины стояли довольно плотно, особое внимание обращал на встречное движение, время суток светлое, видимость хорошая. 

Согласно пояснениям, данным ФИО3 в ходе рассмотрения дела, 17 марта 2016г. она, следуя по служебному маршруту, остановилась около 13:50 возле аптеки по адресу: улица Горпищенко, 53, машина была припаркована параллельно бордюру, колеса выровнены. ФИО3 вышла из машины и достала документы из багажника автомобиля, через какое-то время услышала хлопок и увидела чуть впереди от своего автомобиля перевернутую машину «Киа». За рулем в момент столкновения не находилась. 

Как следует из объяснений ФИО3, имеющихся в материале административного производства, 17.03.2016 в 14:00 управляла автомобилем «Хендай» г/н №. Двигалась по ул. Горпищенко в сторону по ул. Паршина со скоростью 40 км/ч. Подъехав по адресу ул. Горпищенко, 51 припарковала автомобиль возле тротуарного камня. Выйдя из машины в сторону аптеки по служебному маршруту. В 14:05 автомобиль «Киа» произвел наезд на транспортное средство «Хендай», после чего автомобиль «Киа» произвел опрокидывание на проезжую часть дороги. Проезжая часть сухая, время суток светлое. 

В целях установления механизма столкновения автомобилей «Хендай Солярис» г/н № и «Киа Церато» г/н № в ДТП от 17.03.2016, расположения транспортных средств относительно проезжей части, а также соответствия версий водителей ФИО1 и ФИО3 обстоятельствам ДТП от 17.03.2016, определением суда от 31.07.2019 была назначена судебная транспортно-трасологическая экспертиза, производство которой было поручено в ООО П».

Согласно заключению судебной экспертизы № 444/19-АТ от 22.10.2019, выполненного ООО П следовая информация, наблюдаемая на проезжей части ул. Горпищенко, в условиях места происшествия, свидетельствует о том, что место контакта автомобилей «Киа Церато» и «Хендай Солярис», с технической точки зрения, расположено в районе нахождения левого заднего габаритного угла автомобиля «Хендай Солярис» на проезжей части улицы, т.е. так как зафиксировано на схеме происшествия. Автомобиль «Хендай Солярис» в момент первичного контакта с автомобилем «Киа Церато», с технической точки зрения, находился в неподвижном состоянии. В момент столкновения автомобиль «Киа Церато» своей правой передней частью, в районе правого овала облицовки переднего бампера произвел контакт с левым овалом облицовки заднего бампера автомобиля «Хендай Солярис», при этом продольные оси автомобилей в этот момент находились друга относительно друга под углом около 0±10°. В этот момент автомобиль «Хендай Солярис» располагался у правого края проезжей части улицы в неподвижном состоянии. 

На вопрос о соответствии версий участников ДТП от 17.03.2016 (ФИО3 или ФИО1) обстоятельствам ДТП от 17.03.2016, эксперт указал, что показания водителя ФИО3 о механизме происшествия, данные ею как в процессе опроса сотрудником ГИБДД, так и в ходе рассмотрения дела в суд, с технической точки зрения, состоятельны. При этом показания водителя ФИО1, данные им в ходе рассмотрения дела в суде о том, что в момент столкновения автомобиль «Хендай Солярис двигался» задним ходом, с технической точки зрения, не состоятельны (л.д. 205-230 т. 1).

Кроме того, судом по ходатайству представителя ответчика был допрошен эксперт ФИО4, проводивший исследование, предупрежденный судом об уголовной ответственности за дачу ложного заключения, поддержавший выводы заключения судебной экспертизы, указавший суду о том, что повреждения автомобиля «Хендай Солярис», локализующиеся на левой боковине заднего бампера, представляют собой комплекс трасс в виде следов трения, скольжения царапин лакокрасочного покрытия с направлением сзади вперед относительно продольной оси автомобиля, а также дугообразные следы в виде наслоения вещества темного цвета, направленные сверху вниз и сзади вперед, которые, с технической точки зрения, могли образоваться с вращающейся выступающей частью следообразующего объекта, каковым являлось правое переднее колесо автомобиля «Киа Церато». Следует отметить, что на ободе диска автомобиля «Хендай Солярис» не наблюдается трасс и смещений по ходу вращения колеса, что свидетельствует, с технической точки зрения, что в момент контакта с автомобилем «Киа Церато» левое заднее колесо автомобиля «Хендай Солярис» не вращалось. 

Исходя из принципа процессуального равноправия сторон и, учитывая обязанность истца и ответчика подтвердить доказательствами те обстоятельства, на которые они ссылаются, необходимо в ходе судебного разбирательства исследовать каждое доказательство, представленное сторонами в подтверждение своих требований и возражений, отвечающее требованиям относимости и допустимости (статьи 59, 60 ГПК РФ). При исследовании заключения № 444/19-АТ от 22.10.2019, выполненного ООО П, суду следует проверять его соответствие вопросам, поставленным перед экспертами, полноту и обоснованность содержащихся в нем выводов, на что указано в п.п. 13, 14, 15 постановления Пленума Верховного Суда РФ № от 26.06.2008 № 13 «О применении норм Гражданского процессуального кодекса РФ при рассмотрении и разрешении дел в суде первой инстанции».

Так, суд признает заключение № 444/19-АТ от 22.10.2019, выполненного ООО П допустимым и достоверным доказательством и руководствуется его выводами при определении механизма столкновения автомобилей участников ДТП от 17.03.2016, расположения транспортных средств относительно проезжей части, поскольку при проведении экспертизы соблюдены требования процессуального законодательства, эксперт предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, заключение отвечает требованиям ст.86 ГПК РФ, требованиям Федерального закона «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», содержит подробное описание проведенного исследования, ответы на поставленные судом вопросы.

Судебная экспертиза проведена специалистом, имеющим соответствующую квалификацию, образование, достаточный стаж экспертной деятельности.

В соответствии с положениями ГПК РФ заключение эксперта является доказательством по гражданскому делу (ст. 55), оценка указанного доказательства происходит в совокупности с иными доказательствами в ходе рассмотрения дела (ст. 67), при этом заключение эксперта исследуется в судебном заседании, оценивается судом наряду с другими доказательствами и не имеет для суда заранее установленной силы (ч. 2 ст. 187).

Гарантиями прав участвующих в деле лиц в случае возникновения сомнений в правильности и обоснованности экспертного заключения выступают установленная уголовным законодательством ответственность за дачу заведомо ложного экспертного заключения (ч. 2 ст. 80 ГПК РФ, ст. 307 УК РФ), предусмотренная ч. 2 ст. 87 ГПК РФ возможность ходатайствовать перед судом о назначении повторной экспертизы, проведение которой поручается другому эксперту или другим экспертам, возможность заявить эксперту отвод при наличии оснований, предусмотренных ст. 18 ГПК РФ, а также установленные данным Кодексом процедуры проверки судебных постановлений вышестоящими судами и основания для их отмены или изменения.

С учетом указанного, суд не усматривает оснований ставить под сомнение достоверность выводов заключения судебной экспертизы.

Давая оценку доводам сторон, суд исходит из требований статьи 56 ГПК РФ, в силу которых каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений. Суд, принимая во внимание выводы эксперта, приходит к убеждению о необходимости исследования вопроса соответствия действий ответчика ФИО1 требованиям п.п. 10.1 ПДД РФ в данном конкретном случае исходя из представленных материалов дела. 

Как следует из материалов дела об административном правонарушении действия водителя ФИО1 находятся в причинной связи с ДТП и не соответствуют требованиям п.п. 10.1 ПДД РФ, в результате чего им был осуществлен наезд на стоящий автомобиль «Хендай Солярис». Согласно объяснениям водителя ФИО1 автомобиль «Киа Церато» был технически исправен на момент ДТП, дорога сухая (л.д. 71-89 т.1).

Оценив представленные материалы дела в совокупности с пояснениями сторон и заключением эксперта, суд приходит к выводу, что ссылка ответчика на наличие причинно-следственной связи действий водителя ФИО3 с фактом ДТП 17.03.2016 не обоснована, данные доводы не нашли подтверждения в судебном заседании. По мнению суда, на момент ДТП дорожное покрытие позволяло водителю осуществлять движение транспортного средства и его управление в соответствии с требованиями ПДД РФ, в частности соблюдения п. 10.1 ПДД РФ, предписывающей водителю вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил

Все вышеизложенное позволяет суду сделать вывод о несоответствии действий водителя ФИО1 п.п. 10.1 ПДД РФ, что привело к наезду на автомобиль «Хендай Солярис».

Само по себе не привлечение участника ДТП к административной ответственности за нарушение ПДД РФ не свидетельствует об отсутствии его вины в причинении ущерба и не является обстоятельством, исключающим привлечение такого участника в действительности нарушившего ПДД РФ, к ответственности за причинение вреда имуществу в порядке гражданского судопроизводства.

При таких обстоятельствах, вина ФИО1 в совершении ДТП 17.03.2016 полностью нашла свое подтверждение в ходе рассмотрения настоящего дела, а поэтому на него возлагается обязанность по возмещению причиненного в результате данного ДТП ущерба.

Как следует из представленного истцом в материалы дела платежного поручения № 252313 от 10.04.2018 СПАО «Ингосстрах» произвело выплату путем перечисления денежных средств в размере 70 310 руб. на расчетный счет страхователя ООО В (л.д. 30 т. 1).

Заявленный истцом размер ущерба сторонами не оспорен, ввиду чего суд полагает установленным, что вред, причиненный в результате ДТП от 17.03.2016, составляет 70 310 руб., который в порядке суброгации за вычетом размера безусловной франшизы по договору страхования в размере 6 000 руб., подлежит возмещению с ответчика в пользу страховой компании в размере 64 310 руб. (70 310 руб. - 6 000 руб.).

Оснований для освобождения ответчика от возмещения ущерба не установлено.

В силу пункта 2 статьи 1064 ГК РФ лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Установленная статьей 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик.

Пунктом 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты причинения вреда, наличие убытков (абзац 1).

Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, причинившем вред. Вина в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное (абзац 3).

С учетом положений статьи 1064 ГК РФ, наличия в материалах дела доказательств вины ответчика в причинении ущерба истцу, фактического размера убытков, суд приходит к выводу о взыскании с ответчика в пользу истца суммы материального ущерба в размере 64 310 руб.

В соответствии со ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Согласно ст.94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся: суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам; расходы на оплату услуг переводчика, понесенные иностранными гражданами и лицами без гражданства, если иное не предусмотрено международным договором Российской Федерации; расходы на проезд и проживание сторон и третьих лиц, понесенные ими в связи с явкой в суд; расходы на оплату услуг представителей; расходы на производство осмотра на месте; компенсация за фактическую потерю времени в соответствии со статьей 99 настоящего Кодекса; связанные с рассмотрением дела почтовые расходы, понесенные сторонами; другие признанные судом необходимыми расходы.

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований.

Расходы по уплате государственной пошлины, понесенные истцом, подтверждены платежным поручением (л.д. 7 т.1) и подлежат взысканию с ответчика в пользу СПАО «Ингосстрах» в размере 2 129,30 руб.

Определением Нахимовского районного суда города Севастополя от 31.07.2019 по делу была назначена судебная транспортно-трасологическая экспертиза, производство которой было поручено экспертам ООО «Про.Эксперт», поскольку суду не было представлено доказательств, произведенной оплаты судебной экспертизы, в связи с удовлетворением требований истца, расходы за проведение по делу судебной экспертизы в размере 23 000 руб. (л.д. 235 т. 1) подлежат взысканию с ответчика в пользу экспертного учреждения.

На основании изложенного и, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд,

решил:

исковые требования СПАО «Ингосстрах» к ФИО1 В,А., третье лицо, не заявляющее самостоятельные требования относительно предмета спора – ФИО3 о возмещении убытков в порядке суброгации, удовлетворить.

Взыскать с ФИО1 В,А. в пользу СПАО «Ингосстрах» убытки в порядке суброгации в размере 64 310 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 2 129 руб.

Взыскать с ФИО1 В,А. в пользу ООО П оплату за проведение по делу судебной экспертизы в размере 23 000 руб.

Решение может быть обжаловано в месячный срок с момента изготовления в окончательной форме в Севастопольский городской суд через Нахимовский районный суд города Севастополя.

В окончательной форме решение изготовлено 29 ноября 2019г. 

Судья В.Г. Дзюба