Дело № 2-1051/2024

УИД 74RS0021-01-2024-001269-53

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Карталы 20 сентября 2024 года 

Карталинский городской суд Челябинской области в составе:

председательствующего Маняповой Т.В.,

при секретаре Массальской О.О.,

с участием старшего помощника Карталинского городского прокурора Маркова С.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, действующей за себя и в интересах несовершеннолетней ФИО2 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Районная больница г. Карталы», о взыскании компенсации морального вреда, убытков,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1, действующая за себя и в интересах несовершеннолетней ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, обратилась в суд с иском к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Районная больница г. Карталы» о взыскании в пользу ФИО2 компенсации морального вреда в размере 200 000 рублей, в свою пользу транспортных расходов на дорогу к месту проведения медицинских консультаций, лечения в размере 4 150 рублей, расходов по оплате медицинской консультации в размере 700 рублей; судебных расходов по оплате государственной пошлины в размере 300 рублей, по оплате юридических услуг в размере 5 500 рублей.

В обоснование заявленных требований указала, что с ДД.ММ.ГГГГ года у дочери ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, заболел зуб, она обратилась в ГБУЗ «Районная больница г.Карталы» за оказанием стоматологической помощи для удаления молочного зуба. ДД.ММ.ГГГГ на приеме у ортодонта в ГБУЗ «Детская стоматологическая поликлиника», когда ребенку сделали рентгеновский снимок, было установлено, что при удалении молочного зуба, был удален зачаток постоянного зуба. Имплант на место отсутствующего зуба можно будет поставить только в 18 лет. Выявлены дефекты оказания медицинской помощи – дефекты обследования, диагностики, планирования и оказания стоматологической помощи, которые находятся в причинно-следственной связи с удалением зачатка постоянного зуба, рана десны отнесена к легкому вреду здоровью. К врачу стоматологу ФИО3 вынесено замечание, он лишен стимулирующих выплат. Частичное отсутствие зубов влияет на качество жизни, отсутствие даже одного зуба может привести к развитию феномена Попова-Годона, прямого или отраженного травматических узлов, в результате чего развивается воспаление в десне, деструкция костной ткани и развитие патологических карманов в области зубов, необходимо восстановление зубного ряда ортодонтическими либо ортопедическими методами. Во время удаления зачатка постоянного зуба ребенок испытала сильную физическую боль, страх, сильно плакала, у нее было сильное кровотечение, после удаления в течение не менее трех дней она давала ребенку обезболивающие препараты, ребенок жаловался на боль в десне, дочь просыпалась от боли по ночам, несколько дней не могла нормально принимать пищу, не сходил отек со щеки. В настоящее время имеющее пространство между зубов доставляет неудобства ребенку, во время еды, во время разговора она стала шепелявить, требуется дополнительное стоматологическое вмешательство для правильного формирования зубного ряда, дочь стесняется при общении, переживает, что ей вновь придется испытывать болезненные ощущения. 

В судебном заседании истец ФИО1 на удовлетворении иска настаивала по основаниям, изложенным в нем, дополнительно пояснила, что ДД.ММ.ГГГГ у дочери ФИО2 заболел зуб, были праздничные дни, их приняли в ГБУЗ «Районная больница г.Карталы» врач стоматолог ФИО3, сказал, что необходимо удалить разрушившийся молочный зуб, удалив зуб, сказал, что остался осколок зуба, который нужно удалить, снимок не сделал, во время его удаления дочь сильно плакала, было много крови, она просила еще обезболить, но врач сказал, что уже поставил обезболивающее. Дочь несколько дней плохо себя чувствовала, у нее болело место удаления зуба, ночью тоже была боль, она не могла спать, не могла нормально есть. В связи удалением постоянного зуба дочери, ортодонт рекомендовал носить съемный протез одного зуба на месте отсутствующего, который они заказали, ребенок вынужден его носить, постоянно снимать, одевать, испытывает неудобства, стеснение, в связи с поездками в стоматологические детские клиники г.Магнитогорска, г.Челябинска она понесла расходы, не известно сколько еще им предстоит посещать стоматологов, носить протезы, по достижении совершеннолетия придется устанавливать имплант. 

В судебном заседании представитель ответчика ГБУЗ «Районная больница г. Карталы» ФИО4 полагала иск обоснованным частично, считая размер компенсации морального вреда завышенным, полагала разумным размер компенсации морального вреда в размере 20 000 рублей, пояснила, что ДД.ММ.ГГГГ на прием к дежурному врачу стоматологу ГБУЗ «Районная больница г. Карталы» обратилась ФИО1, пациентом была несовершеннолетняя ФИО2, с жалобами на острую боль, усиливающуюся при надкусывании на зуб. Врачом при осмотре пациента ФИО2 было установлено, что коронковая часть зуба 8.5 сильно разрушена и имеет подвижность первой степени, при надкусывании острая боль, установлен диагноз «Обострение хронического апикального периодонтита». В большинстве случаев причиной данного заболевания является кариес и воспаление пульпы, из-за плохой гигиены, отсутствия плановых обследований у стоматолога и своевременного лечения зубов, требует срочной помощи стоматолога, может привести к неблагоприятным последствиям, врачом было принято решение об удалении зуба. Факт того, что при удалении зуба 8.5 был допущен дефект оказания медицинской помощи – не выполнено рентгенологическое обследование для уточнения диагноза, не отрицают. Однако клиника, жалобы и объективный статус в комплексе указывали на данный диагноз, на рентгенологическое исследование возлагается основная нагрузка при постановке правильного диагноза и дифференциальной диагностике с другими заболеваниями с аналогичной симптоматикой, в данном случае диагноз не вызвал сомнений, также имело место запущенности случая. Проведенная мультидисциплинарная внеплановая целевая экспертиза качества медицинской помощи выявила дефекты оказания медицинской помощи, однако описанные возможные осложнения и последствия носят вероятностный характер; рана десны отнесена к легкому вреду здоровья. Само по себе лечение у стоматолога вызывает у детей страх, болевые ощущения, обращение к врачу само по себе подразумевало боль. Врачом применена анестезия в соответствии с возрастом, весом ребенка, она могла снизить свое действие с учетом воспалительного процесса, происходящего в тканях из-за запущенной стадии, дополнительная анестезия могла привести к неблагоприятным последствиям. Долгое восстановление после процедуры, отек явились последствием удаления зуба в острой стадии имеющегося заболевания – хронического апикального периодонтита. Постоянный зуб 8.5 расположен в боковой части нижней челюсти, при разговоре, улыбке его отсутствие незаметно, отсутствие зуба у ребенка в возрасте 11 лет не является единичным случаем и наблюдается у большинства детей этого возраста.

В судебном заседании третье лицо ФИО5 полагал заявленные требования обоснованными, поскольку его дочери ФИО2 никогда уже не вернуть постоянный зуб, зачаток данного зуба был удален в результате действий врача стоматолога, дочь вынуждена постоянно наблюдаться у ортодонта, носить съёмный протез, не известно сколько еще ей придется посетить стоматолога в целях недопущения развития неблагоприятных последствий, вызванных отсутствием зачатка постоянного зуба и соответственно отсутствием постоянного зуба, сколько будут стоить указанные услуги.

В судебном заседании третье лицо ФИО3 полагал заявленные требования обоснованными.

В судебное заседание представители третьих лиц Министерства здравоохранения Челябинской области, Правительства Челябинской области, Территориального фонда обязательного медицинского страхования Челябинской области, ООО СК «Альфа-Страхование ОМС» не явились, о слушании дела извещены надлежащим образом.

Заслушав лиц, участвующих в деле, заключение старшего помощника Карталинского городского прокурора Маркова С.В., полагавшего иск обоснованным и подлежащим удовлетворению с учетом требований разумности, справедливости и соразмерности, исследовав доказательства, представленные сторонами, письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст.41 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений.

Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в российской Федерации, является Федеральный закон от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации».

Согласно ст.2 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», здоровье - состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма (пункт 1);

охрана здоровья граждан - (далее - охрана здоровья) - система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (пункт 2);

медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг (пункт 3);

медицинская услуга - медицинское вмешательство или комплекс медицинских вмешательств, направленных на профилактику, диагностику и лечение заболеваний, медицинскую реабилитацию и имеющих самостоятельное законченное значение (пункт 4);

медицинское вмешательство - выполняемые медицинским работником и иным работником, имеющим право на осуществление медицинской деятельности, по отношению к пациенту, затрагивающие физическое или психическое состояние человека и имеющие профилактическую, исследовательскую, диагностическую, лечебную, реабилитационную направленность виды медицинских обследований и (или) медицинских манипуляций, а также искусственное прерывание беременности (пункт 5);

профилактика - комплекс мероприятий, направленных на сохранение и укрепление здоровья и включающих в себя формирование здорового образа жизни, предупреждение возникновения и (или) распространения заболеваний, их раннее выявление, выявление причин и условий их возникновения и развития, а также направленных на устранение вредного влияния на здоровье человека факторов среды его обитания (пункт 6);

диагностика - комплекс медицинских вмешательств, направленных на распознавание состояний или установление факта наличия либо отсутствия заболеваний, осуществляемых посредством сбора и анализа жалоб пациента, данных его анамнеза и осмотра, проведения лабораторных, инструментальных, патолого-анатомических и иных исследований в целях определения диагноза, выбора мероприятий по лечению пациента и (или) контроля за осуществлением этих мероприятий (пункт 7);

лечение - комплекс медицинских вмешательств, выполняемых по назначению медицинского работника, целью которых является устранение или облегчение проявлений заболевания или заболеваний либо состояний пациента, восстановление или улучшение его здоровья, трудоспособности и качества жизни (пункт 8);

пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункт 9);

качество медицинской помощи - совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата (пункт 21).

В статье 4 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» закреплены такие основные принципы охраны здоровья граждан, как соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи (пункты 1, 2, 5-7).

В соответствии с ч.1 ст.37 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; на основе клинических рекомендаций; с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно ч.2 ст.64 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи и клинических рекомендаций и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (ч.2, 3 ст.98 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов оказания медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со ст.151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу п.1 ст.1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» (статьи 1064-1101) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно п.1, 2 ст.1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Законом или договором может быть установлена обязанность причинителя вреда выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда. Законом может быть установлена обязанность лица, не являющегося причинителем вреда, выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с п.1 ст.1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В п.11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» по общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 статьи 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. В случаях, специально предусмотренных законом, вред возмещается независимо от вины причинителя вреда (пункт 1 статьи 1070, статья 1079, пункт 1 статьи 1095, статья 1100 ГК РФ). Обязанность по возмещению вреда может быть возложена на лиц, не являющихся причинителями вреда (статьи 1069, 1070, 1073, 1074, 1079 и 1095 ГК РФ).

Установленная статьей 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья (например, факт причинения вреда в результате дорожно-транспортного происшествия с участием ответчика), размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

По смыслу приведенных нормативных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, необходимыми условиями для возложения обязанности по компенсации морального вреда являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда. При этом законом установлена презумпция вины причинителя вреда, которая предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий – если это моральный вред), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Как разъяснено в п.48 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (статья 19 и части 2, 3 статьи 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья.

При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода.

На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда.

Родителями несовершеннолетней ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, являются ФИО5 и ФИО1, что следует из записи акта о рождении № от ДД.ММ.ГГГГ.

Из искового заявления следует, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 обратилась за оказанием медицинской помощи её дочери ФИО2 в ГБУЗ «Районная больница г.Карталы» с жалобами на острую боль в нижней челюсти справа.

Из медицинской карты стоматологического больного ГБУЗ «Районная больница г.Карталы» № на имя ФИО2 следует, что ДД.ММ.ГГГГ пациент ФИО2 была на приеме у врача стоматолога, с вышеуказанными жалобами, в ходе осмотра установлено, что слизистая оболочка в области 8.5 зуба гиперемирована, отечна, болезненная при пальпации, коронковая часть зуба разрушена на 2/3, зуб имеет подвижность I степени, перкуссия 8.5 зуба резко-болезненна, термопроба – отрицательная, установлен диагноз: К 04.5 Обострение хронического апикального периодонтита. Проведена экстирпация 8.5 зуба под аппликационной анастезией «Лидоксор гель 10% и мандибулярной анастезией Sol.Lidocayni 2% -2,0 мл проведено удаление молочного зуба 8.5. в ходе удаления произошло осложнение: коронковая часть разрушилась, при удалении осколка элеватором удален зачаток зуба 4.5.

Из медицинской амбулаторной карты ГБУЗ «Детская стоматологическая поликлиника г.Магнитогорска» № на имя ФИО2 следует, что ФИО2 была на приеме у врача ортодонта, установлено, что у пациента удален зачаток постоянного зуба 4.5, имеется рентгеновский снимок челюсти от ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 обратилась в прокуратуру по факту некачественного оказания медицинской помощи её дочери ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ.

Её обращение перенаправлено для рассмотрения по существу в Территориальный фонд обязательного медицинского страхования Челябинской области, который поручил страховой медицинской организации Челябинскому филиалу ООО «АльфаСтрахование – ОМС», застрахованным лицом которой является ФИО2 провести экспертизу качества медицинской помощи.

Из заключения по результатам мультидисциплинарной внеплановой целевой экспертизы качества медицинской помощи от ДД.ММ.ГГГГ №Э и приложений к данному заключению – протоколам экспертных заключений следует, что в период оказания медицинской помощи ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ ГБУЗ «Карталинская городская больница»:

экспертом по специальности «стоматология общей практики», «стоматология терапевтическая» в порядке оформления, ведения первичной медицинской документации установлено, что врачом не в полной мере проведены лечебно-диагностические мероприятия необходимые для планирования оказания стоматологической помощи; выявлен дефект: отсутствуют оформленное должным образом информированное добровольное согласие на все виды вмешательств, включенные в перечень и информированное добровольное согласие на хирургическое стоматологическое вмешательство (нет данных и подписи законного представителя ребенка); дефект обследования, диагностики, планирования и оказания стоматологической помощи: анамнез жизни недостаточен, не выполнена RVG области причинного зуба с диагностической целью и определением состояния, положения зачатка постоянного зуба в челюстной кости и по отношению к временному зубу перед и в процессе вмешательства. При удалении временного зуба не рекомендуется глубоко погружать щечки стоматологических щипцов, проводить кюретаж лунки и использовать элеватор «вслепую» без рентгеновского снимка и в связи с риском повреждения зачатка постоянных зубов. Выявленные дефект обследования могли повлиять на течение заболевания, исход лечения и предотвратить удаление постоянного зачатка постоянного зуба при условии рентген-контроля с диагностической целью перед вмешательством и в его процессе;

экспертом по специальности «стоматологическая хирургия» установлено, что сбор информации при обращении проведен не в полном объеме. Код дефекта 2.13: Отсутствие в документации информированного добровольного согласия застрахованного лица на медицинское вмешательство. Код дефекта 3.2.1: Невыполнение необходимых пациенту диагностических мероприятий в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, на основе клинических рекомендаций и с учетом стандартов медицинской помощи, не повлиявшее на состояние здоровья застрахованного лица (не проведена рентгенография зуба 8.5). Такое осложнение как удаление зачатка постоянного зуба во время удаления молочных зубов многократно описано в медицинской литературе. Рентгенологическое исследование при диагностике хронического периодонтита является обязательным согласно клиническим рекомендациям. Оценка рентгенограмм позволяет определить наличие зачатка постоянного зуба и его соотношение с соседними структурами, в том числе с корнями молочных зубов, что значительно снижает риск повреждения зачатка постоянного зуба при удалении молочного. Код дефекта 3.2.2: Ненадлежащее выполнение необходимых пациенту лечебных мероприятий в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, на основе клинических рекомендаций и с учетом стандартов медицинской помощи, создавшее риск возникновения нового заболевания. Отсутствие в ряду постоянного зуба может оказать влияние на дальнейшее функционирование зубо-челюстной системы, что негативно отражается на здоровье пациента. Частичное отсутствие зубов непосредственным образом влияет на качество жизни пациента. Частичное отсутствие даже одного зуба в любой функционально ориентированной группе зубов может привести к развитию феномена Попова-Годона, прямого или отраженного травматических узлов, в результате чего развивается воспаление в десне, деструкция костной ткани и развитие патологических карманов в области зубов, ограничивающих дефект. Необходимо восстановление непрерывности зубного ряда ортодонтическими либо ортопедическими методами (л.д.158-164).

Также по факту некачественного оказания медицинской помощи несовершеннолетней ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ истец обращалась к главному врачу ГБУЗ «Районная больница г.Карталы» ДД.ММ.ГГГГ.

Из ответа ГБУЗ «Районная больница г.Карталы» от ДД.ММ.ГГГГ № следует, что врачебной комиссией данного учреждения проведен внутренний контроль качества медицинской помощи ФИО2, у врача стоматолога ФИО3 отобрана объяснительная, врач с претензией согласен, ему вынесено замечание за допущенные дефекты при оказании медицинской помощи ФИО2, с лишением стимулирующих выплат, выплата компенсации морального вреда возможна только в судебном порядке (л.д.54).

По факту некачественного оказания медицинской помощи и причинения вреда здоровью несовершеннолетней ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ истец ФИО1 обращалась с заявлением в полицию (КУСП № от ДД.ММ.ГГГГ).

Проведена доследственная проверка, по результатам которой врио начальника ОДН ОУУП и ПДН МО МВД России «Карталинский» ФИО6 ДД.ММ.ГГГГ вынесено постановление, которым отказано в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО3 по признакам преступления, предусмотренного п. «в» ч.2 ст.115 УК РФ на основании п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ за отсутствием в деянии состава преступления. Постановление не обжаловано.

В период проведения доследственной проверки проведена судебно-медицинская экспертиза судебно-медицинским экспертом ФИО7, из заключения которой №-Б следует, что допущенные при удалении зуба 8.5 дефекты диагностики и лечения, установленные мультидисциплинарной внеплановой целевой экспертизой качества медицинской помощи, состоят в прямой причинно-следственной связи с наступившим неблагоприятным последствием в виде удаления у ребенка зачатка постоянного зуба 4.5. удаление зачатка зуба 4.5 расценивается как потеря постоянного зуба 4.5. потеря одного постоянного зуба не влечет за собой стойкой утраты общей трудоспособности, соответственно к данному состоянию не может быть применена судебно-медицинская экспертная оценка. Рана десны, образовавшаяся в результате экстрипации зачатка постоянного зуба 4.5, в случае неосложненного течения раневого процесса, характеризуется временными функциональными нарушениями организма продолжительностью до трех недель от момента причинения травмы, что позволяет отнести рану десны, имевшую место у ФИО2 после событий от ДД.ММ.ГГГГ к категории легкого вреда здоровью. Допущенный при оказании стоматологической помощи дефект обусловил необходимость восстановления непрерывности зубного ряда у ребенка ортодонтическими либо ортопедическими методами.

Вышеуказанные заключение мультидисциплинарной внеплановой целевой экспертизы качества медицинской помощи от ДД.ММ.ГГГГ №Э, заключение судебно-медицинской экспертизы №-Б не оспаривались сторонами.

Таким образом, удаление зачатка постоянного зуба явилось неблагоприятным последствием, вызванным в результате допущения дефектов при оказании медицинской помощи несовершеннолетней. 

Материалами дела, медицинской документацией подтверждено, что ФИО2 по рекомендациям врача ортодонта изготовлен и установлен съемный протез одного зуба – на место отсутствующего зуба, для восстановления непрерывности зубного ряда и недопущения возникновения неблагоприятных последствий для её здоровья, вызванных отсутствием зачатка постоянного зуба, таких как развитие феномена Попова-Годона, прямого или отраженного травматических узлов в результате чего развивается воспаление в десне, деструкция костной ткани и развитие патологических карманов в области зубов.

Указанное дополнительное применение ортодонтического метода обусловлено и находится в причинно-следственной связи с действиями ответчика – допущением дефектов при оказании медицинской помощи несовершеннолетней.

Судом установлено, что врачом, проводившим лечение несовершеннолетней ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ, являлся ФИО3, занимающий должность врача стоматолога в ГБУЗ «Районная больница г.Карталы» на основании приказа от ДД.ММ.ГГГГ №-л.

Таким образом, исходя из представленных сторонами доказательств, медицинской документации, подтверждается, что работником ответчика при оказании медицинской помощи несовершеннолетней ФИО2 были допущены дефекты, повлекшие за собой неблагоприятные последствия – удаление зачатка постоянного зуба, постоянный зуб невозможно восстановить, что безусловно влияет на качество жизни пациента, для избежания иных неблагоприятный последствий для здоровья несовершеннолетней требуется постоянное наблюдение врача ортодонта, ношение съемного протеза, смена протеза по мере роста ребенка, что причиняет неудобства, стеснения и дискомфорт в жизни ребенка, также несовершеннолетней было причинено повреждение, причинившее легкий вред здоровью, безусловно ребенок испытывал болевые ощущения, был вынужден принимать обезболивающие препараты, не мог полноценно питаться, был нарушен сон в течение не менее трех дней после лечения, после оказания медицинской помощи ДД.ММ.ГГГГ ребенок стал испытывать чувство страха. Учитывая изложенное, а также то, что возраст ребенка на момент оказания медицинской помощи составлял 10 лет, требования разумности и справедливости при определении размера возмещения морального вреда, с целью обеспечения надлежащего баланса прав и законных интересов сторон, полагает возможным взыскать с ответчика в пользу несовершеннолетней ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 150 000 рублей. 

Суд считает указанный размер компенсации морального вреда разумным и справедливым, то есть, позволяющим, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, а с другой стороны - не допустить неосновательного обогащения истца. 

Приходя к указанному выводу, суд принимает во внимание, что истцом размер перенесенных ФИО2 страданий оценивается в сумме, равной 200 000 рублей. При этом суд учитывает конкретные обстоятельства дела и полагает, что оснований для полного удовлетворения требований истца не имеется, поскольку тяжких последствий для здоровья (физического, психического) истца не наступило. 

Доводы ответчика о том, что состояние молочного зуба пациента было запущенным, в результате чего возникло такое осложнение, как удаление зачатка постоянного зуба, суд находит необоснованными и не влияющими на вышеизложенные выводы суда, поскольку при любом диагнозе пациенту должно быть гарантировано оказание качественной медицинской помощи, то есть помощи соответствующей медицинским стандартам качества.

Материалами дела подтверждено, что истцу ФИО1 причинены убытки в результате действий ответчика – расходы, связанные с лечением дочери ФИО2, получением медицинских консультаций: 

транспортные расходы на дорогу к месту проведения медицинских консультаций, лечения в размере 4 150 рублей, что подтверждено железнодорожным билетом на имя ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ от г.Карталы до г.Челябинска, стоимостью 950 рублей; железнодорожным билетом на имя ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ от г.Карталы до г.Челябинска, стоимостью 475 рублей; железнодорожным билетом на имя ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ от г.Челябинска до г.Карталы, стоимостью 950 рублей; железнодорожным билетом на имя ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ от г.Челябинска до г.Карталы, стоимостью 475 рублей; железнодорожным билетом на имя ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ от г.Карталы до г.Магнитогорска, стоимостью 650 рублей; железнодорожным билетом на имя ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ от г.Магнитогорска до г.Карталы, стоимостью 650 рублей; 

расходы по оплате медицинской консультации в размере 700 рублей, что подтверждено кассовым чеком от ДД.ММ.ГГГГ об оплате стоматологических услуг в размере 700 рублей; актом выполненных работ от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому пациенту ФИО2 оказаны стоматологические услуги стоимостью 700 рублей.

Указанные убытки подлежат взысканию с ответчика в пользу истца ФИО1

Поскольку истцом заявлены требования неимущественного характера, а также требования имущественного характера, иск удовлетворен частично по требованиям неимущественного характера, по требованию имущественного характера - в полном объеме, с ответчика в пользу истца ФИО1 подлежат взысканию судебные расходы, понесенные истцом в полном объеме – по оплате юридических услуг в размере 5500 рублей, по оплате государственной пошлины в размере 300 рублей. Факт несения указанных расходов истцом ФИО1 подтвержден квитанцией об оплате юридических услуг (правовая консультация, составление искового заявления) от ДД.ММ.ГГГГ № на сумму 5 500 рублей, чеком от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 300 рублей (л.д.2, 8).

С ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 400 рублей, исходя из суммы удовлетворенных требований истца ФИО1 имущественного характера.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд,

РЕШИЛ:

Иск удовлетворить частично.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Районная больница г. Карталы» (ОГРН №) в пользу ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, 

<

...>, компенсацию морального вреда в размере 150 000 рублей.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Районная больница г. Карталы» (ОГРН №) в пользу ФИО1 (...) транспортные расходы на дорогу к месту проведения медицинских консультаций, лечения в размере 4 150 рублей, расходы по оплате медицинской консультации в размере 700 рублей; судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 300 рублей, по оплате юридических услуг в размере 5 500 рублей, всего в размере 10 650 рублей.

В удовлетворении остальной части иска, - отказать.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Районная больница г. Карталы» (ОГРН №) в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 400 рублей.

Решение может быть обжаловано в Челябинский областной суд через Карталинский городской суд путем подачи апелляционной жалобы в течение месяца со дня вынесения мотивированного решения. 

Председательствующий: Маняпова Т.В.

Мотивированное решение изготовлено 27 сентября 2024 года.