Мировой судья Бакишева И.М. Дело № 10-2/2019

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Котельниково 15 мая 2019 года

Котельниковский районный суд Волгоградской области в составе:

председательствующего судьи Молодцовой Л.И.

при секретаре Павловой Т.В.,

с участием государственного обвинителя Кульгускина А.Н.,

подсудимого ФИО1,

защитника Серго Н.А., представившего ордер № от 11.04.2019 года,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела по апелляционной жалобе ФИО1 и апелляционному представлению заместителя прокурора Котельниковского района Волгоградской области на постановление мирового судьи судебного участка № 25 Волгоградской области от 05 марта 2019 года, которым: 

уголовное дело в отношении ФИО1, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.118 УК РФ, возвращено прокурору Котельниковского района Волгоградской области на основании п.6 ч.1 ст.237 УПК РФ, для устранения препятствий его рассмотрения судом,

УСТАНОВИЛ:

По постановлению мирового судьи судебного участка №25 Волгоградской области от 05 марта 2019 года уголовное дело в отношении ФИО1, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.118 УК РФ, возвращено прокурору Котельниковского района Волгоградской области на основании п.6 ч.1 ст.237 УПК РФ, для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Мировым судьей постановлено указанное решение.

В апелляционном представлении заместитель прокурора Котельниковского района Волгоградской области Фадеев В.А. выражает свое несогласие с данным решением, считает его незаконным и необоснованным, просит его отменить, с возвращением дела иному мировому судье судебного участка Волгоградской области. В обоснование доводов указывает, что мировой судья неправильно применил уголовный закон, нарушил нормы уголовно-процессуального законодательства при оценке доказательств по делу, влекущим ухудшение положения подсудимого. Органами предварительного следствия ФИО1 обвиняется в совершении преступления, предусмотренного ст.118 ч.1 УК РФ при обстоятельствах, указанных в обвинительном заключении. Согласно обвинительному заключению, ФИО1 вменяется нарушение положений п.2.2.8, п. 2.3.2, п.2.3.42 Инструкции по охране труда для машиниста экскаватора, предусматривающих обязанность машиниста экскаватора во время движения трактора соблюдать правила охраны труда: руководствоваться Правилами дорожного движения, не проводить какие- либо работы при нахождении людей между забоем и экскаватором, осуществлять работы только в присутствии лица, ответственного за проведение работ. Нарушение каких-либо положений правил выполнения строительных работ ФИО1 не вменяется. Из показаний обвиняемого ФИО1 на стадии предварительного расследования следует, что он действительно по просьбе плотника ФИО18 28.06.2016 осуществлял вывоз песка с территории 

<

данные изъяты> Уголовная ответственность за нарушение правил безопасности при ведении горных, строительных или иных работ предусмотрена ст.216 УК РФ. Судом не установлено и не следует из обвинительного заключения, что действия ФИО1, в результате которых причинен вред здоровью Потерпевший №1, осуществлялись в рамках выполнения им строительных работ в установленном законом порядке, мировым судьей не установлено, что его действия входили в состав строительных работ, определенных разрешением на строительство, полученным в установленном законом порядке. Выполнение ФИО1 работ по просьбе плотника (не уполномоченного на реализацию предприятием строительных работ лица, выполняющего узкий круг плотницких работ) не свидетельствует о его действиях в рамках осуществления предприятием строительных работ в установленном законом порядке. Судом не определены характеристики выполняемых ФИО1 в момент совершения несчастного случая работ, как строительных работ. Судом не дана оценка показаниям свидетелей ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО17, ФИО10. Указал, что из материалов дела следует, что наезд экскаватора на потерпевшего произошел в связи с тем, что ФИО1 не убедился в безопасности для окружающих совершения маневра экскаватора, а не в связи с ненадлежащим выполнением строительных работ, на которые он был уполномочен мастером участка. Причиной наезда экскаватора на потерпевшего послужили неправильные действия ФИО1 именно при эксплуатации транспортного средства - экскаватора, который в момент совершения маневра покатился назад, а не нарушение правил ведения строительных работ, на которые ФИО1 также и не был уполномочен ответственным лицом - мастером участка. Кроме того, при рассмотрении судами уголовных дел о преступлениях, предусмотренных ст.216 УК РФ, свидетельствует о том, что установление судом действий виновных лиц в рамках разрешения на строительство или при осуществлении строительных работ при отсутствии необходимости получения разрешения на строительство, имеет существенно значение для квалификации. Указал, что преступления, предусмотренные ст.216 ч.1 УК РФ и ст.118 УК РФ являются однородными по своей категории, предусмотренной ст.15 УК РФ, преступлениями небольшой тяжести и соответственно, при установлении мировым судьей оснований для переквалификации действий ФИО1 на одну из указанных статей УК РФ, препятствий к этому не имелось.

В апелляционной жалобе подсудимый ФИО1 сослался на преждевременность выводов мирового судьи для квалификации его действий как более тяжкого преступления по ст.216 УК РФ или ст.217 УК РФ, из-за недостаточно исследованных данных, с нарушением его права на предоставление доказательств. Им как на предварительном следствии, так и при рассмотрении дела мировым судьей указывалось, что описанный потерпевшим и свидетелями Мокану, Джавадян и ФИО2 механизм причинения телесных повреждений потерпевшему противоречит фактическим обстоятельствам дела, а именно – отсутствием каких-либо повреждений кожных покровов на ноге потерпевшего при протаскивании ноги по грунту, имеющем отсыпку крупной фракцией щебня 20-тонным экскаватором. В связи с чем, им заявлялось ходатайство о назначении по делу ситуационной судебно-медицинской экспертизы для установления причинной связи между обнаруженными у потерпевшего телесными повреждениями и возможным указанным им взаимодействием с экскаватором. Однако данное ходатайство, предусматривающее исследование и возможности причинения обнаруженных у потерпевшего телесных повреждений путем падения на подвернутую ногу на неровной поверхности, мировым судьей не было удовлетворено в нарушение его прав на предоставление доказательств и обязанности суда установить все обстоятельства по делу. Считает, что в материалах дела отсутствуют допустимые доказательства причинения потерпевшему тяжкого вреда здоровью, а заключение судмедэксперта ФИО3 не является допустимым доказательством. Ссылается, что мировым судьей было отказано в проведении автотехнической экспертизы для установления возможности скатывания экскаватора, находящегося на наклонной поверхности. Указал, что при рассмотрении мировым судьей уголовного дела причинная связь между обнаруженными у потерпевшего повреждениями и действиями машин и механизмов (в данном случае экскаватора под его управлением) установлена не была, в связи с чем, направление уголовного дела прокурору было преждевременным.

Потерпевший Потерпевший №1 в судебное заседание не явился.

В судебном заседании помощник прокурора Котельниковского района Волгоградской области Кульгускин А.Н. поддержал доводы апелляционного представления, указывая на правильность квалификации в обвинительном заключении, с доводами апелляционной жалобы не согласился.

Подсудимый ФИО1 и его защитник Серго Н.А. поддержали доводы апелляционной жалобы в полном объеме, с апелляционным представлением согласились в части отмены постановления мирового судьи и с возвращением дела иному мировому судье судебного участка Волгоградской области, с доводами апелляционного представления не согласились.

Проверив материалы дела, частично исследовав материалы дела, обсудив доводы апелляционного представления прокурора и апелляционной жалобы подсудимого, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

В силу п.6 ч.1 ст.237 УПК РФ судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случаях, если фактические обстоятельства, изложенные в обвинительном заключении, обвинительном акте, обвинительном постановлении, постановлении о направлении уголовного дела в суд для применения принудительной меры медицинского характера, свидетельствуют о наличии оснований для квалификации действий обвиняемого, лица, в отношении которого ведется производство о применении принудительной меры медицинского характера, как более тяжкого преступления, общественно опасного деяния либо в ходе предварительного слушания или судебного разбирательства установлены фактические обстоятельства, указывающие на наличие оснований для квалификации действий указанных лиц как более тяжкого преступления, общественно опасного деяния.

Однако оспариваемое постановление не соответствует данным требованиям закона в достаточной мере.

Согласно ч.1 ст.220 УПК РФ в обвинительном заключении, наряду с другими данными, должно содержаться существо обвинения, место, время совершения преступления, его способы, мотивы, цели, последствия, данные о потерпевшем, характере и размере вреда, причиненного ему преступлением и другие обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела.

Из обвинительного заключения, утвержденного 06.09.2018 года прокурором Котельниковского района Волгоградской области ФИО13 следует, что 28 июня 2016 года в 18 часов 00 минут ФИО1 находился на рабочем месте около корпуса №, расположенного на территории 

<

данные изъяты> 

<

адрес>, управлял экскаватором Е-140, государственный регистрационный знак №, в это время по просьбе плотника филиала ООО «Новомосковск - ремстройсервис» ФИО18 ФИО1 заехал в корпус №, расположенный на территории 

<

данные изъяты> 

<

адрес>, для того чтобы вывезти из него песок, и во время поднятия металлического аутригера произвел его частью зацепление металлической арматуры. В этот момент бетонщик Потерпевший №1 подбежал к экскаватору, предупредив ФИО1 о том, что снимет арматуру, и ФИО1 продолжит движение. Потерпевший №1 снял арматуру с правого аутригера, после чего ФИО1, проявляя преступную небрежность, несмотря на то, что имелась возможность неожиданного наезда на человека, в нарушение п. 2.3.2, п. 2.3.36, п. 2.3.42 Инструкции по охране труда, при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть последствия, не убедился в безопасности маневра, то есть, не имея умысла на причинение тяжкого вреда здоровью, не предвидя возможности наступления общественно-опасных последствий своих действий, самонадеянно рассчитывая, что Потерпевший №1 ушел в сторону, и он ему не причинит телесных повреждений, без достаточных к тому оснований, самонадеянно рассчитывая на то, что общественно опасных последствий не наступит, начал движение назад и совершил наезд аутригером экскаватора на Потерпевший №1 В результате противоправных действий ФИО1 Потерпевший №1 согласно заключению эксперта № от 26 января 2018 года получил телесные повреждения в виде закрытого перелома средней трети обеих костей правой голени со смещением, что согласно п. 6.11.8 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, относятся к категории повреждений, причинивших тяжкий вред здоровью, как повлекшие значительную стойкую утрату трудоспособности не менее чем на 1/3 (свыше 30%).

Таким образом, обвинение сводится к тому, что ФИО1 при движении на экскаваторе Е-140 назад, совершил наезд аутригером экскаватора на Потерпевший №1, в результате чего Потерпевший №1 получил телесные повреждения в виде закрытого перелома средней трети обеих костей правой голени со смещением, то есть тяжкий вред здоровью.

Между тем, в материалах дела имеются документы, в которых установлены иные обстоятельства причинения Потерпевший №1 телесных повреждений.

Из акта № о несчастном случае на производстве, утвержденного 04.07.2016 года работодателем, следует, что 28.06.2016 года в 17-30 час. – 18-00 час., ФИО1, закончив разработку песка, включил световую сигнализацию, подал звуковой сигнал и начал поднимать аутригеры. За один (правый) аутригер зацепилась арматура, которая лежала на краю котлована. В непосредственной близости от места разработки песка, а именно на монолитной ж/б плите, бригада бетонщиков выполняла работу по армированию плиты. Потерпевший №1 увидев, что за аутригер экскаватора зацепилась арматура, покинул свое рабочее место, проявив тем самым невнимательность к поданному машинистом экскаватора звуковому сигналу, побежал к экскаватору и снял арматуру с выдвижной опоры. ФИО1, не убедившись в том, что Потерпевший №1 отошел на безопасное расстояние, начал выезжать. Когда выезжал, экскаватор немного покатился вперед, так как был большой уклон и полный ковш песка. ФИО1, услышав крики строителей, остановился. Посмотрев по сторонам, он увидел бетонщика Потерпевший №1, который находился возле правых колес экскаватора. Экскаватор качнуло вперед и балкой, на которую крепятся аутригеры, придавило ногу бетонщику, потащив Потерпевший №1 по щебню. Далее экскаватор отъехал в сторону, а пострадавший оставался лежать на месте (л.д.209-214 т.3).

Из данного акта и медицинского заключения о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести, выданного ООО «Новомосковск-Ремстройсервис» 30.06.2016 года, по Схеме определения степени тяжести и повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве указанное повреждение относится к категории – легкая.

Согласно заключения эксперта ФИО3 №, телесные повреждения у Потерпевший №1 образовались от воздействия тупых твердых предметов.

Определением Цимлянского районного суда Ростовской области от 05.09.2017 года по иску Потерпевший №1 к ООО «Новомосковск-ремстройсервис» о возмещении материального вреда, причиненного в результате несчастного случая на производстве и компенсации морального вреда, было утверждено мировое соглашение между Потерпевший №1 и ООО «Новомосковск-ремстройсервис» о выплате потерпевшему денежной суммы в связи с причинением повреждений на производстве. Из установленных судом обстоятельств следует, что 28.06.2016 года в 18-00 часов, на территории 

<

данные изъяты> 

<

адрес> произошел несчастный случай на производстве: при выполнении сменного задания, производстве работ по разработке песка в корпусе №, машинист экскаватора цеха механизации строительно-монтажного управления филиала ООО «Новомосковск-ремстройсервис» ФИО1, не убедился, что бетонщик Потерпевший №1 отошел от экскаватора на безопасное расстояние, начал движение, в результате которого, балкой крепления аутригеров придавило ногу Потерпевший №1, в результате несчастного случая Потерпевший №1 получил повреждения (закрытый перелом обеих костей правой голени со смещением, множественные ссадины, трофические нарушения кожи). Определение суда вступило в законную силу 21.09.2017 года.

На указанные обстоятельства, а именно, что телесные повреждения были причинены Потерпевший №1 не в результате наезда экскаватора на него, а при иных обстоятельствах, подсудимый ФИО1 указывал и на предварительном следствии и при рассмотрении дела мировым судьей. Однако доводы подсудимого не были проверены мировым судьей, в удовлетворении его ходатайств о назначении экспертиз с целью проверки таких доводов и причинно-следственной связи от действий подсудимого и полученных потерпевшим телесных повреждений, было отказано.

При указанных обстоятельствах, доводы подсудимого, указанные в апелляционной жалобе, суд апелляционной инстанции считает обоснованными.

Кроме того, ссылка мирового судьи, в обоснование вывода об ином более тяжком преступлении, предусмотренном ст.216 УК РФ или ст.217 УК РФ, не в полной мере согласуется с положениями уголовно-процессуального законодательства о доказательствах в уголовном судопроизводстве и правилах их оценки (ст.74, 88 УПК РФ).

Постановлением Конституционного суда РФ от 02 июля 2013 года №16-П, положения части первой статьи 237 УПК Российской Федерации признаны не соответствующими Конституции Российской Федерации, ее статьям 10, 17 (часть 1), 19 (части 1 и 2), 21 (часть 1), 45, 46 (части 1 и 2), 55 (часть 3), 118 (части 1 и 2) и 120 (часть 1), в той мере, в какой эти положения в системе действующего правового регулирования, в том числе во взаимосвязи с частью второй статьи 252 данного Кодекса, исключающей в судебном разбирательстве возможность изменения обвинения в сторону, ухудшающую положение подсудимого, препятствуют самостоятельному и независимому выбору судом подлежащих применению норм уголовного закона в случаях, когда он приходит к выводу, что фактические обстоятельства, изложенные в обвинительном заключении, обвинительном акте или обвинительном постановлении, свидетельствуют о наличии в действиях обвиняемого признаков более тяжкого преступления либо когда в ходе предварительного слушания или судебного разбирательства им установлены фактические обстоятельства, являющиеся основанием для квалификации деяния как более тяжкого преступления.

Как видно из оспариваемого решения, основанием для возвращения уголовного дела прокурору послужил вывод суда о наличии в действиях подсудимого более тяжкого состава преступления, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения по делу на основании данного обвинительного заключения.

Однако указание мировым судьей о наличии в действиях подсудимого по составу ст.118 ч.1 УК РФ более тяжкого преступления по ст.216 УК РФ или ст.217 УК РФ, не соответствует материалам дела и исследованным в судебном заседании доказательствам, представленным дополнительным доказательствам.

Неверен вывод мирового судьи и о том, что преступление, предусмотренное ст.216 УК РФ или ст.217 УК РФ является более тяжким по отношению к преступлениям, предусмотренным ст.216 УК РФ и ст.217 УК РФ, и что переквалификация действий подсудимого с ч.1 ст.118 УК РФ на ст.216 УК РФ и ст.217 УК РФ ухудшит положение ФИО1, поскольку санкции данных статей идентичны, все эти преступления относятся к преступлениям небольшой тяжести.

Таким образом, в указанной части доводы заместителя прокурора о незаконности оспариваемого постановления, являются обоснованными.

При указанных выше основаниях, у мирового судьи не было оснований для возвращения уголовного дела прокурору.

В связи с чем, данное постановление мирового судьи нельзя признать законным и обоснованным.

Согласно ст.389.15 УПК РФ основанием отмены или изменения судебного решения в апелляционном порядке является существенное нарушение уголовно-процессуального закона. В связи с существенным нарушением уголовно-процессуального закона, допущенным судом при вынесении постановления, суд апелляционной инстанции полагает постановление мирового судьи отменить, уголовное дело направить на рассмотрение мировому судье судебного участка №24 Волгоградской области со стадии судебного разбирательства.

Меру пресечения ФИО1 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставить без изменения.

Руководствуясь ст.ст.389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление мирового судьи судебного участка №25 Волгоградской области от 05 марта 2019 года о возвращении уголовного дела в отношении ФИО1, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.118 УК РФ, прокурору Котельниковского района Волгоградской области на основании п.6 ч.1 ст.237 УПК РФ, для устранения препятствий его рассмотрения судом, - отменить.

Уголовное дело направить на новое судебное рассмотрение мировому судье судебного участка №24 Волгоградской области со стадии судебного разбирательства.

ФИО1 меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставить без изменения.

Постановление суда апелляционной инстанции может быть обжаловано в вышестоящий суд в порядке, установленном главами 47.1 УПК РФ в течение 1 года с момента его провозглашения.

Судья Л.И.Молодцова