Дело № г. Дзержинск

№

Р Е Ш Е Н И Е

именем Российской Федерации

26 марта 2025 года Дзержинский городской суд Нижегородской области в составе председательствующего судьи Юровой О.Н.,

при секретаре Нефедове Н.В. 

с участием прокурора Адиатулиной Л.А., 

истца ФИО9 и его представителя по доверенности ФИО4, представителя ответчика по доверенности ФИО5,

рассмотрел в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО9 к АО «53 Арсенал» о взыскании компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО9 обратился с иском к АО "53 Арсенал", мотивируя тем, что он являлся работником ответчика, 22.05.2024 работал в первую смену, к нему подошел бригадир и попросил в срочно починить покрасочную камеру. Истец обнаружил, что механизм камеры не работает из-за скопившейся засохшей краски, камера была отключена для чистки ремня. После проведенной работы камеру включили, но это не привело к возобновлению ее работы. Истец стал искать другую причину неполадки, оказалось, что она в другом ремне, который стоял на месте при вращающимся двигателе. 

<

данные изъяты> Бригадир, стоявший за ним, оказал ему первую помощь. Он сказал, что электрик ФИО1 отвезет его в БСМП, и чтобы он не указывал на производственную травму. В пути с территории с ФИО1 истец встретил временно исполняющего обязанности начальника цеха ФИО6, который тоже просил его не указывать на производственную травму. В лечебном учреждении истцу оказали первую помощь. Акт о несчастном случае на производстве ответчик не составлял. В результате производственной травмы у истца 

<

данные изъяты>, что причиняет ему нравственные страдания, поскольку 

<

данные изъяты>. Истец испытывает 

<

данные изъяты>, что истцу морально тяжело переживать, готовиться к ответам на неприятные вопросы. Руководитель службы безопасности работодателя сказал истцу, что при обращении с жалобами на данный случай работодатель оставляет за собой право сообщить об этом факте на новые места работы истца, прямо говоря о том, что попытка защиты истцом прав приведет к увольнению. 

ФИО9 просит суд взыскать с АО "53 Арсенал" компенсацию морального вреда в размере 500000 руб., неустойку по ключевой ставке ЦБ РФ на день фактического исполнения решения от запрашиваемой суммы компенсации морального вреда. 

Истец ФИО9 в судебном заседании заявленные исковые требования поддержал, пояснил, что он был принят на работу производственным рабочим, спустя некоторое время стал просить, чтобы его перевели на должность 

<

данные изъяты>, ему разрешили исполнять обязанности слесаря, но не оформили перевод на эту должность, поскольку не было свободных мест. 22.05.2024 в начале смены ФИО2, который являлся бригадиром, попросил его отремонтировать покрасочную камеру. В процессе работы у него 

<

данные изъяты>, в результате чего 

<

данные изъяты>. Все это видел ФИО2, который оказал ему первую помощь. ФИО2 на тот момент официально не перевели на должность бригадира, однако вышестоящее начальство сообщило всей смене, что он является бригадиром и все должны ему подчиняться. ФИО1 вызвался, чтобы отвезти его в ГБУЗ НО "БСМП г. Дзержинска" в город. ФИО2 вызвал автомобиль, на котором он и ФИО1 поехали на пропускной пункт. На первом пропускном пункте он, истец, встретил ФИО8 - временно исполняющего обязанности начальника цеха, который просил его не сообщать, что он получил производственную травму. Его и ФИО1 довезли до второго пропускного пункта, откуда они уехали на автомобиле ФИО1 По дороге в БСМП он записывал видеоролик. В больнице им пришлось ожидать около 40 минут. О том, что рука была повреждена при исполнении трудовых обязанностей, он в лечебном учреждении не сказал. Ему сделали операцию, отправили открывать больничный лист в поликлинику, поэтому он и ФИО1 доехали до дома ФИО1, где он взял мотоцикл и поехал на работу, а он, истец, поехал на автомобиле ФИО1 в поликлинику. Вечером этого дня ему написала ФИО3, которая также ранее получила травму на производстве у ответчика. Спустя дня три он позвонил ФИО8, чтобы узнать, каким образом работодатель будет возмещать ему причиненный вред, на что ФИО8 сказал, что нужно решать этот вопрос с 

<

данные изъяты>, который пообещал ему компенсировать причиненный вред путем выплаты премии, но в итоге вопрос с возмещением вреда остался неразрешенным. В августе 2024г. он уволился с работы. 

Представитель истца по доверенности ФИО4 в судебном заседании заявленные исковые требования поддержала, указала, что работодатель акт о несчастной случае на производстве не оформлял, просил истца скрыть это обстоятельство, а затем отказался компенсировать истцу причиненный вред. Имеется переписка истца со свидетелем ФИО1, где ФИО1 просит не впутывать его в это дело, поскольку он не пойдет против работодателя, ему не нужны проблемы с работой. 

Представитель ответчика АО "53 Арсенал" по доверенности ФИО5 в судебном заседании исковые требования не признала, указала, что доказательств причинения вреда истцу на рабочем месте суду не представлено, из справки ГБУЗ НО "БСМП г. Дзержинска" следует, что истец обратился за помощью по причине получения бытовой травмы. О получении травмы на рабочем месте истец не заявлял, поэтому акт о несчастном случае на производстве не оформлялся. 06.08.2024 ФИО9 уволился. ФИО9 пропущен трехмесячный срок для обращения в суд за разрешением трудового спора. Показания истца и свидетеля ФИО2 противоречивы. ФИО2 уволился с работы из-за трений с руководством, к его показаниям следует отнестись критически. ФИО6, о котором истец пишет в иске, с 16.05.2024 по 26.05.2024 находился в отпуске в 

<

адрес>. Свидетелю ФИО1 ФИО9 причину необходимости поехать в больницу не сообщил.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, Государственной инспекции труда в Нижегородской области в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом, просит провести судебное заседание в отсутствие представителя. Суд полагает возможным дело рассмотреть в отсутствие представителя третьего лица. 

Выслушав стороны, свидетелей, прокурора, указавшего, что факт получения истцом травмы на работе доказан, а потому в его пользу подлежит взысканию компенсация морального вреда в размере 200000 руб., изучив материалы дела и оценив собранные по делу доказательства в их совокупности, суд приходит к следующему.

Статьей 227 ТК РФ предусмотрено, что расследованию в установленном порядке как несчастные случаи подлежат события, в результате которых пострадавшими были получены: телесные повреждения (травмы), в том числе нанесенные другим лицом; тепловой удар; ожог; обморожение; утопление; поражение электрическим током, молнией, излучением; укусы и другие телесные повреждения, нанесенные животными и насекомыми; повреждения вследствие взрывов, аварий, разрушения зданий, сооружений и конструкций, стихийных бедствий и других чрезвычайных обстоятельств, иные повреждения здоровья, обусловленные воздействием внешних факторов, повлекшие за собой необходимость перевода пострадавших на другую работу, временную или стойкую утрату ими трудоспособности либо смерть пострадавших, если указанные события произошли, в частности, в течение рабочего времени на территории работодателя либо в ином месте выполнения работы, в том числе во время установленных перерывов, а также в течение времени, необходимого для приведения в порядок орудий производства и одежды, выполнения других предусмотренных правилами внутреннего трудового распорядка действий перед началом и после окончания работы, или при выполнении работы за пределами установленной для работника продолжительности рабочего времени, в выходные и нерабочие праздничные дни.

На основании статьи 230 ТК РФ по каждому несчастному случаю, квалифицированному по результатам расследования как несчастный случай на производстве, оформляется акт о несчастном случае на производстве по установленной форме в двух экземплярах, обладающих равной юридической силой.

В силу п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными гл. 59 "Обязательства вследствие причинения вреда" (ст. 1064 - 1101 ГК РФ) и ст. 151 ГК РФ.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (п. 2 ст. 1101 ГК РФ).

Как разъяснено в п. 32 постановления Пленума Верховного Суда от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", при определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

В соответствии со ст. 1084 ГК РФ вред, причиненный жизни или здоровью гражданина при исполнении договорных обязательств, а также при исполнении обязанностей военной службы, службы в полиции и других соответствующих обязанностей возмещается по правилам, предусмотренным настоящей главой, если законом или договором не предусмотрен более высокий размер ответственности.

Согласно разъяснениям, указанным в пункте 57 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 марта 2016 года N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" обязанность причинителя вреда по уплате процентов, предусмотренных статьей 395 ГК РФ, возникает со дня вступления в законную силу решения суда, которым удовлетворено требование потерпевшего о возмещении причиненных убытков, если иной момент не указан в законе, при просрочке их уплаты должником.

Судом установлено, что ФИО9 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, заключил с АО «53 Арсенал» трудовой договор № от 20.03.2023, на основании которого принят на работу на должность 

<

данные изъяты> в структурном подразделении производственный цех - участок №, 06.08.2024 был уволен по собственному желанию. Должностные обязанности истца определены должностной инструкцией 

<

данные изъяты>, где указано, что производственный рабочий подчиняется непосредственно бригадиру и мастеру участка. 

22.05.2024 в 07.44 ч. ФИО9 обратился в ГБУЗ НО "Больница скорой медицинской помощи г. Дзержинска" с 

<

данные изъяты>. В справке, выданной лечебным учреждением, указано, что травма бытовая - при ремонте автомобиля. Истец после оказания ему первой медицинской помощи был направлен в поликлинику. С 22.05.2024 по 10.06.2024 истец находился на амбулаторном лечении, выписан к труду 11.06.2024. 

ФИО9 обратился в суд с требованиями о взыскании с АО «53 Арсенал» компенсации морального вреда в связи с получением указанной травмы при исполнении трудовых обязанностей, однако работодатель акт о несчастном случае на производстве не оформлял, отрицает получение травмы истцом при исполнении трудовых обязанностей. 

Так, свидетель ФИО2, опрошенный в судебном заседании 17.03.2025, показал, что он работал в АО «53 Арсенал» 

<

данные изъяты>, уволился около месяца назад. Он просил руководство, чтобы его перевели на должность 

<

данные изъяты>, ему разрешили исполнять обязанности 

<

данные изъяты>, поэтому ФИО9 подчинялся ему. Истец по документам работал 

<

данные изъяты>, но исполнял обязанности 

<

данные изъяты>. 22.05.2024 в покрасочной камере стерся ремень, он дал задание ФИО9 поменять ремень. В процессе работы у ФИО9 ремнем был поврежден 

<

данные изъяты>. В момент повреждения 

<

данные изъяты> он, свидетель, стоял рядом с истцом. Истец остался 

<

данные изъяты>. Он обмотал истцу 

<

данные изъяты>, позвонил мастеру ФИО8 и сообщил о случившемся, на что ФИО8 спросил, может ли истец сам идти, и велел отправлять его в больницу. Отвезти в больницу ФИО9 вызвался ФИО1. ФИО1 с ФИО9 уехали в больницу, где-то к 10 ч. ФИО1 вернулся на работу. Вся смена видела, что 

<

данные изъяты> ФИО9 повредил на работе. Ему, свидетелю, поступали звонки от ответчика, чтобы он не ходил в суд по делу ФИО9 

Свидетель ФИО7 в судебном заседании 12.03.2025 пояснил, что он работает в АО «53 Арсенал» в должности 

<

данные изъяты>. ФИО9 работал 

<

данные изъяты>. В производственном цехе около 1000 человек. В период с 17.05.2024 по 24.05.2024 он, свидетель, находился в очередном отпуске, на рабочем месте отсутствовал, ездил в 

<

адрес> О том, что ФИО9 получил на работе травму, ему известно ничего не было. 

Свидетель ФИО1, опрошенный в судебном заседании 12.03.2025, пояснил, что он работает в АО «53 Арсенал» 

<

данные изъяты>, ФИО9 работал 

<

данные изъяты>. Он отвозил ФИО9 с работы в ГБУЗ НО «БСМП г. Дзержинска» на своем автомобиле и затем вернулся на работу. Истец попросил его отвезти в город в больницу, но что с ним случилось, он не выяснял. Истец ни на что не жаловался, что случилось, не рассказывал, видимых телесных повреждений у него не было. 

Свидетель ФИО8 в судебном заседании 26.03.2025 пояснил, что он работает в АО «53 Арсенал» в должности 

<

данные изъяты>, ФИО9 работал 

<

данные изъяты>. 22.05.2024 с ФИО9 не встречался, какой-либо информации о том, что он получил травму на рабочем месте, ему никто не передавал. 

Из пояснений свидетеля ФИО2 следует, что ФИО9 22.05.2024 при исполнении трудовых обязанностей получил травмы 

<

данные изъяты>, о чем ФИО2 сообщил вышестоящему руководству – и.о. заместителя начальника производственного цеха – ФИО8, на что тот дал указание доставить ФИО9 в лечебное учреждение, что и было поручено сделать ФИО1

Пояснения ФИО9 и ФИО2 не противоречат друг другу, взаимно дополняют друг друга. Пояснения свидетеля ФИО2 ответчиком не опровергнуты. К показаниям свидетеля ФИО1 о том, что ему неизвестно, чем была вызвана необходимость отвезти ФИО10 в лечебное учреждение, суд относится критически, поскольку это представляется суду нелогичным - на территории предприятия ответчика действует пропускной режим, в начале рабочей смены данный свидетель, не выясняя у ФИО9 причину срочной необходимости поехать в больницу, покидает с ФИО9 рабочее место, ожидает ФИО9 в больнице, затем отдает ему в пользование свой автомобиль и возвращается на работу. 

Доводы ответчика о том, что ФИО9 мог получить травму не на рабочем месте, а ранее, судом отклоняются, поскольку такая ситуация, что истец прибыл на работу к началу рабочей смены, прошел пропускные пункты, скрыв травму руки – 

<

данные изъяты>, а затем заявил о полученной травме на рабочем месте, представляется суду объективно невозможным. Каких-либо пояснений ответчика, не признающего факт получения истцом травмы на рабочем месте, по каким причинам ФИО9 с рабочего места был доставлен в больницу в сопровождении ФИО1, суду не представлено. 

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу, что ФИО9 доказано, что травма левой руки им получена при исполнении трудовых обязанностей. 

При этом суд отмечает, что ФИО9, являющийся производственным рабочим, исполнял обязанности 

<

данные изъяты> без документального перевода его на эту должность, в отсутствие прохождения инструктажа по безопасности труда при осуществлении трудовой функции 

<

данные изъяты> и в отсутствие надлежащего контроля со стороны работодателя. 

Сроки обращения работника в суд за разрешением индивидуального трудового спора установлены статьей 392 ТК РФ. Работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки или со дня предоставления работнику в связи сего увольнением сведений о трудовой деятельности (статья 66.1 настоящего Кодекса) у работодателя по последнему месту работы. За разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении (часть 2 статьи 392 ТК РФ).

При наличии спора о компенсации морального вреда, причиненного работнику вследствие нарушения его трудовых прав, требование о такой компенсации может быть заявлено в суд одновременно с требованием о восстановлении нарушенных трудовых прав либо в течение трех месяцев после вступления в законную силу решения суда, которым эти права были восстановлены полностью или частично (ч. 3 ст. 392 ТК РФ).

В соответствии с абзацем 2 пункта 11 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" на требования о компенсации морального вреда, вытекающие из нарушения имущественных или иных прав, для защиты которых законом установлена исковая давность или срок обращения в суд, распространяются сроки исковой давности или обращения в суд, установленные законом для защиты прав, нарушение которых повлекло причинение морального вреда. Например, требование о компенсации морального вреда, причиненного работнику нарушением его трудовых прав, может быть заявлено в суд одновременно с требованием о восстановлении нарушенных трудовых прав (с соблюдением установленных сроков обращения в суд с требованием о восстановлении нарушенных трудовых прав) либо в течение трех месяцев после вступления в законную силу решения суда, которым эти права были восстановлены полностью или частично (часть третья статьи 392 ТК РФ).

В соответствии с п. 4 ст. 208 ГК РФ, исковая давность не распространяется на требования о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина.

Таким образом, на требования ФИО9 о взыскании с бывшего работодателя компенсации морального вреда в связи с причинением вреда здоровью при исполнении трудовых обязанностей исковая давность не распространяется. 

В силу положений абзацев четвертого и четырнадцатого части 1 статьи 21 ТК РФ работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом РФ, иными федеральными законами.

Этим правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом РФ, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абзацы четвертый, пятнадцатый и шестнадцатый части 2 статьи 22 ТК РФ).

Частью 1 статьи 212 ТК РФ определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов (абзац второй части 2 статьи 212 ТК РФ).

В Трудовом кодексе РФ не содержится положений, касающихся понятия морального вреда и определения размера компенсации морального вреда. Такие нормы предусмотрены гражданским законодательством.

Пунктом 1 статьи 150 ГК РФ определено, что жизнь и здоровье, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со статьей 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу пункта 1 статьи 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 ГК РФ) и статьей 151 ГК РФ.

В силу статьи 150 ГК РФ жизнь и здоровье - это нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения; согласно статье 128 ГК РФ нематериальные блага относятся к объектам гражданских прав. При этом ГК РФ не содержит понятия здоровья гражданина. В статье 2 Федерального закона от 21.11.2011 N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" дано понятие здоровья: здоровье - состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма. Исходя из данного понятия, вред здоровью - это нарушение упомянутого состояния физического, психического и социального благополучия человека.

Исходя из анализа норм главы 59 ГК РФ, можно заключить, что вред здоровью - это последствие поведения (действий, бездействия) причинителя вреда, которое выражается в появлении у потерпевшего болезненных изменений, телесных повреждений, физических дефектов (увечья, профессионального заболевания и т.п.). Сам факт получения гражданином телесных повреждений свидетельствует о том, что такой гражданин является пострадавшим, что его здоровью причинен вред.

Следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Как разъяснено в пункте 22 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", моральный вред подлежит компенсации независимо от формы вины причинителя вреда (умысел, неосторожность). Вместе с тем, при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает форму и степень вины причинителя вреда (статья 1101 ГК РФ).

Причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе, при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда; отсутствие заболевания или иного повреждения здоровья, находящегося в причинно-следственной связи с физическими или нравственными страданиями потерпевшего, само по себе не является основанием для отказа в иске о компенсации морального вреда (пункты 14 - 16 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33).

Согласно разъяснениям п. 27 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33, тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред; характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда, а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда; последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни. Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего. При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ). В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту. Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении (пункты 28, 30 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33).

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащей взысканию с ответчика в пользу истца, суд учитывает, что травма была получена истцом при исполнении трудовых обязанностей, характер травмы -

<

данные изъяты> с последствием в виде 

<

данные изъяты>, длительность амбулаторного лечения истца, степень его физических и нравственных страданий, испытанных как в момент повреждения руки, так и при последующем лечении, его возраст, степень вины работодателя, допустившего исполнение работником не предусмотренной трудовым договором трудовой функции, приведшее к несчастному случаю на производстве, поведение работодателя, отрицающего сам факт несчастного случая, и приходит к выводу о взыскании в пользу истца с ответчика компенсации морального вреда в размере 200000 руб.

В соответствии со ст. 98, 103 ГПК РФ с ответчика в доход местного бюджета следует взыскать госпошлину, от уплаты которой истец при подаче иска был освобожден, в размере 3000 руб. 

Руководствуясь ст. 12, 56, 67, 98, 198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО9 удовлетворить частично.

Взыскать с АО «53 Арсенал» (

<

данные изъяты>) в пользу ФИО9 (

<

данные изъяты>) компенсацию морального вреда в размере 200000 руб. 

В удовлетворении исковых требований в остальной части - отказать.

Взыскать с АО «53 Арсенал» госпошлину в доход местного бюджета в размере 3000 руб. 

Решение может быть обжаловано в Нижегородский областной суд в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы в Дзержинский городской суд.

Решение изготовлено в окончательной форме 9 апреля 2025 года. 

Судья: п/п О.Н. Юрова

Копия верна.

Судья: О.Н. Юрова