Мотивированное 

апелляционное постановление

 изготовлено 4 апреля 2023 года

Судья Шаклеина Н.И. Дело № 22 – 1520/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

30 марта 20023 года город Екатеринбург 

Свердловский областной суд в составе председательствующего Кузнецовой М.В.,

с участием: прокурора апелляционного отдела прокуратуры Свердловской области

ФИО1,

осужденных ФИО2, ФИО3,

адвокатов:

Козлова А.В. в интересах осужденного ФИО2,

ФИО4 в интересах осужденного ФИО3,

при ведении протокола помощником судьи Яковщенко Н.Р., 

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осужденного ФИО3, адвоката Козлова А.В. в интересах осужденного ФИО2 на приговор Новоуральского городского суда Свердловской области от 27 декабря 2022 года, которым 

ФИО2,

<

дата> года рождения, ранее не судимый

осужден за совершение преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 33, ч. 1 ст. 285 УК РФ, к наказанию в виде штрафа в размере 50000 рублей;

ФИО3,

<

дата> года рождения, ранее не судимый,

осужден за совершение преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 285 УК РФ, к наказанию в виде штрафа в размере 60000 рублей.

Мера пресечения ФИО2 и ФИО3 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора в законную силу оставлена без изменения.

Разрешена судьба вещественных доказательств.

Заслушав выступления адвокатов и осужденных, просивших об отмене приговора и постановлении оправдательного приговора, прокурора, просившего приговор оставить без изменения, суд апелляционной инстанции

у с т а н о в и л :

приговором суда ФИО2 признан виновным в подстрекательстве должностного лица ФИО3 к использованию своих служебных полномочий вопреки интересам службы из иной личной заинтересованности, что повлекло существенное нарушение прав и законных интересов граждан и охраняемых законом интересов общества и государства.

ФИО3 признан виновным в том, что, занимая должность инспектора дорожно-патрульной службы ОВ ДПС ГИБДД МУ МВД России по Новоуральскому ГО и МО «п. Уральский», использовал свои служебные полномочия вопреки интересам службы из иной личной заинтересованности, что повлекло существенное нарушение прав и законных интересов граждан и охраняемых законом интересов общества и государства.

Преступление было совершено 05 января 2022 года на территории г.Новоуральск Свердловской области при обстоятельствах, изложенных в приговоре. 

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней адвокат Козлов А.В. в интересах осужденного ФИО2 просит приговор отменить, ФИО2 оправдать.

В обоснование доводов жалобы указывает, что приговор основан на предположениях, в его основу положены противоречивые выводы.

Предъявленное ФИО2 обвинение не конкретизировано.

В основу приговора судом положены показания свидетелей, которые не являлись очевидцами произошедшего.

Судом не проверена допустимость доказательств, полученных в результате оперативно-розыскных мероприятий; оставлены без внимания допущенные на досудебной стадии нарушения уголовно-процессуального закона; вывод о совершении преступления основан на неверном толковании закона.

Доводы стороны защиты судом не приняты во внимание. 

Перечисленные судом полномочия ФИО2 05 января 2022 года не использовал, ФИО3 у него в подчинении не находился. 

Обстоятельства выполнения ФИО3 регламента по установлению в действиях Е. состава административного правонарушения в ходе предварительного следствия не выяснялись. 

Перечисленные следствием и судом последствия, наступившие в результате совершения инкриминируемого преступления, не предусмотрены диспозицией ч. 1 ст. 285 УК РФ, основаны на предположениях.

Осужденный ФИО3 в апелляционной жалобе и дополнениях к ней указывает на незаконность приговора, который основан на предположениях, в связи с чем просит его отменить, постановить оправдательный приговор в связи с отсутствием события преступления. 

Выводы суда противоречивы, обвинение не конкретизировано.

Допрошенные свидетели не являлись очевидцами инкриминируемых ему событий.

Оспаривает допустимость доказательств, полученных в результате оперативно-розыскных мероприятий; нарушения уголовно-процессуального закона, допущенные на досудебной стадии, судом оставлены без внимания.

Техническая возможность установить наличие у ( / / )10 права управления транспортным средством у него отсутствовала, доказательств совершения ( / / )11 правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.7 КоАП РФ, у него не было. ( / / )12 был привлечен к административной ответственности в связи с наличием признаков другого правонарушения.

Оспаривает вывод суда о наличии уговоров со стороны ФИО2, который опровергается представленной аудиозаписью телефонных переговоров. 

Обращает внимание, что Е. имеет достаточные навыки вождения транспортного средства, угрозы безопасности дорожного движения создано не было, в связи с чем последствия, предусмотренные ч. 1 ст. 285 УК РФ, не наступили, соответственно отсутствует событие преступления.

Заместитель прокурора ЗАТО г. Новоуральска ФИО5 в возражениях просит отказать в удовлетворении апелляционной жалобы адвоката Козлова А.В.

Проверив материалы дела, изучив доводы апелляционных жалоб, поступивших возражений, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Вывод суда о виновности ФИО2 в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 33, ч. 1 ст. 285 УК РФ, ФИО3 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст.285 УК РФ, при обстоятельствах, изложенных в приговоре, основан на совокупности представленных по делу доказательств, правильно изложенных в приговоре.

Обстоятельства, подлежащие доказыванию при производстве по уголовному делу, предусмотренные ст. 73 УПК РФ, судом установлены верно, подтверждены исследованными в судебном заседании доказательствами, которые согласуются между собой, получены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, проверены и оценены судом в соответствии с требованиями ст. ст. 87, 88 УПК РФ. Правильность оценки доказательств сомнений у суда апелляционной инстанции не вызывает.

Приведенные в приговоре доказательства, а именно показания осужденных, свидетелей, результаты оперативно-розыскных мероприятий, протоколы следственных действий, иные письменные материалы, оценены судом и обоснованно признаны допустимыми и достаточными для постановления обвинительного приговора.

Суд апелляционной инстанции также не усматривает предусмотренных ст.75 УПК РФ оснований для признания положенных в основу приговора доказательств недопустимыми. 

Доводы о невиновности осужденных судом первой инстанции надлежащим образом проверены и обоснованно отклонены, поскольку не подтверждаются представленными по делу доказательствами, противоречат установленным судом фактическим обстоятельствам дела.

На основании представленных и непосредственно исследованных доказательств суд правильно установил, что 5 января 2022 года ФИО3, занимавший должность инспектора дорожно-патрульной службы ОВ ДПС ГИБДД МУ МВД России по Новоуральскому ГО и МО «п. Уральский», находясь на службе, произвел остановку транспортного средства под управлением ( / / )13, лишенного права управления транспортным средством и не выполнившего по истечении срока назначенного наказания условий для возврата ранее сданного удостоверения на право управления транспортным средством. Установив наличие в действиях ( / / )14 признаков административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.7 КоАП РФ, ФИО3 пригласил его в служебный автомобиль для проведения административного разбирательства. В это время ( / / )15 с целью избежания привлечения его к административной ответственности позвонил своему знакомому ФИО2 и попросил оказать в этом содействие. ФИО2, используя личное знакомство с ФИО3, являющимся его сослуживцем, посредством мобильной связи связался с ним и сообщил, что ( / / )17 является лицом, не имеющим права управления транспортным средством, и попросил ФИО3 не привлекать ( / / )16 к административной ответственности по ч. 1 ст. 12.7 КоАП РФ. Таким образом, ФИО2 путем уговора склонил ФИО3 к совершению преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 285 УК РФ, на что последний согласился в силу сложившихся продолжительных товарищеских отношений.

В тот же день ФИО3, не желая надлежащим образом исполнять свои должностные обязанности, желая угодить ФИО2, а также в целях уменьшения объема своей работы, действуя из личной заинтересованности, явно злоупотребляя своими должностными полномочиями, вопреки интересам службы, мер по привлечению ( / / )18 к административной ответственности по ч. 1 ст. 12.7 КоАП РФ не принял, административный материал по факту совершения указанного правонарушения не составил, позволил ( / / )19 управлять автомобилем, продолжить движение и уехать с места остановки.

Бездействие ФИО3 повлекло последствия, указанные в приговоре.

Установленные судом обстоятельства остановки ( / / )20 05 января 2022 года при управлении им транспортным средством, факт телефонного звонка ( / / )21 ФИО2, ФИО2 ФИО3, осужденные и свидетель ( / / )22 при даче показаний подтвердили. Свидетель ( / / )23 также подтвердил отсутствие у него права на управление транспортным средством, что также следует из письменных доказательств. 

Согласно данным видеорегистратора патрульного автомобиля, сведениям о детализации телефонных переговоров 05 января 2022 года: в 08:52 ( / / )24 был остановлен; в 08:54 зафиксирован звонок ( / / )25 ФИО2; в 08:57 ФИО2 позвонил ФИО3; с 09:01 до 09:08 Е. и ФИО3 находились в салоне служебного автомобиля, по результатам чего в отношении ФИО6 ФИО3 был составлен административный протокол за переход проезжей части в неположенном месте.

Осужденные ФИО2, ФИО3, свидетель ( / / )26 сообщили, что состоявшиеся между ними 5 января 2022 года телефонные переговоры не были связаны с разрешением вопроса об оказании ( / / )27 содействия избежать административную ответственность за правонарушение.

Показания осужденных и свидетеля в данной части, также как и аналогичные доводы авторов апелляционных жалоб, объективно опровергаются представленными в материалах дела результатами оперативно-розыскной деятельности.

Из протоколов исследования стенограмм телефонных переговоров осужденных и свидетеля ( / / )28 следует, что: ( / / )29 в телефонном разговоре сообщил ФИО2 об отсутствии у него права управления транспортным средством и остановке автомобиля под его управлением сотрудником ГИБДД, просил оказать помощь в не привлечении его к ответственности; ФИО2 в телефонном разговоре сообщил ФИО3 о том, что он остановил его одноклассника, который не получил водительское удостоверение на право управления транспортным средством, предложил оформить в отношении Е. переход дороги в неположенном месте.

Суд первой инстанции дал правильную оценку содержанию телефонных переговоров ФИО2, ФИО3 и Е..

Содержание представленных переговоров однозначно свидетельствует о совершенных осужденными преступлениях, не вызывают сомнений в преследуемых участниками переговоров целях. Коммуникативная речь ФИО2, позвонившего по просьбе Е. задержавшему его ФИО3, содержит фразы-уговоры, побуждающие ФИО3 к совершению преступных действий, связанных с неисполнением им своих должностных обязанностей, в интересах ФИО6. 

Доводы стороны защиты о наличии оснований для проведения лингвистической экспертизы в отношении содержания зафиксированных переговоров суд апелляционной инстанции находит неубедительными. 

К числу обязательных экспертиз в силу ст. 196 УПК РФ данный вид экспертизы не относится. Специальных познаний для оценки содержания разговоров, состоявшихся между Е. и ФИО2, ФИО2 и ФИО3, в силу их прямолинейности, по данному делу не требуется. 

Предлагаемая стороной защиты оценка содержания разговоров, в том числе основанная на представленном заключении специалиста, сводится к переоценке правильных выводов суда, оснований для чего суд апелляционной инстанции не усматривает.

Доводы осужденного ФИО3 об отсутствии у него объективной возможности проверить наличие у Е. прав на управление транспортным средством также были проверены судом и обоснованно отклонены. 

Осужденный ФИО3 не оспаривает тот факт, что Е. прав на управление транспортным средством не представил, что согласуется с показаниями свидетеля Е., в связи с чем какая-либо дополнительная проверка для выяснения данного обстоятельства не требовалась. Из стенограммы телефонного разговора, состоявшегося между ФИО2 и ФИО3, также следует, что ФИО2 сообщил ФИО3 об отсутствии у Е. права на управление транспортного средства.

Объем прав и должностных полномочий ФИО3, которые закреплены в различных нормативных актах, содержание которых приведено в приговоре суда, были непосредственно изучены судом первой инстанции в судебном заседании, что позволило суду правильно установить, что осужденный ФИО3, являясь должностным лицом, использовал свои служебные полномочия вопреки интересам службы из иной личной заинтересованности, что повлекло существенное нарушение прав и законных интересов граждан и охраняемых законом интересов общества и государства.

Таким образом, вывод суда о том, что ФИО3 является субъектом преступления, предусмотренного ст. 285 УК РФ, является обоснованным.

В то же время, суд апелляционной инстанции считает необходимым исключить из приговора выводы суда о том, что ФИО2 преступление было совершено с использованием своего должностного положения, в связи с осуществлением им как должностным лицом своих прав и обязанностей. Вывод суда в этой части противоречит фактическим обстоятельствам дела, из которых следует, что, совершая подстрекательство ФИО3 к злоупотреблению им своими должностными полномочиями, ФИО2 использовал личное знакомство с ФИО3, своим служебным положением при совершении преступления не пользовался. 

Вносимые изменения не влияют на квалификацию действий осужденных, на объем совершенных ФИО2 преступных действий.

Всесторонне, полно и объективно исследовав обстоятельства дела, проверив и оценив представленные сторонами доказательства, суд пришел к обоснованному выводу о достаточности доказательств для разрешения дела, правильно признав К.М.ЮБ. виновным по ч. 4 ст. 33, ч. 1 ст. 285 УК РФ, а ФИО3 - по ч. 1 ст.285 УК РФ.

Оснований для иной квалификации действий осужденных, как и для их оправдания, суд апелляционной инстанции также не усматривает.

Доводы стороны защиты об отсутствии в действиях ФИО2 признаков подстрекательства были проверены судом и обоснованно отклонены, поскольку объективно установлено, что до звонка ФИО2 ФИО3 действовал в соответствии с требованиями нормативно-правовых актов. Обнаружив отсутствие у остановленного за управлением автомобилем Е. права на управление транспортным средством, ФИО3 для проведения административного разбирательства проследовал вместе с ним в служебный автомобиль, и только в результате воздействия на него позвонившего ФИО2, ФИО3 допустил злоупотребление своими должностными полномочиями.

Суд правильно установил, что преступление было совершено осужденным ФИО3 из иной личной заинтересованности, желая угодить своему сослуживцу ФИО2, с которым у него сложились товарищеские отношения, а также в целях уменьшения объема своей работы. 

Умысел ФИО2 на подстрекательство ФИО3 к совершению преступления в интересах своего одноклассника Е. установлен. Являясь старшим инспектором ДПС, ФИО2 понимал, что Е. совершено административное правонарушение, которое выявлено ФИО3 и должно быть зафиксировано в установленном порядке, однако путем уговоров склонил последнего к освобождению Е. от ответственности за совершенное административное правонарушение.

Доводы об отсутствии указанных в ч. 1 ст. 285 УК РФ последствий, аналогичны позиции стороны защиты в суде первой инстанции, судом были обсуждены и обоснованно отвергнуты. С данным выводом соглашается суд апелляционной инстанции.

Судом правильно установлено, что в результате совершенного ФИО3 преступления Е. был освобожден от административной ответственности за то, что управлял автомобилем, не имея права управления транспортным средством; он не был отстранен от управления автомобилем, которым продолжил управлять. 

Кроме того, были существенно нарушены гарантированные государством права и законные интересы граждан на безопасные условия движения по дорогам; конституционные права в сфере защиты жизни, здоровья, собственности, охраны общественного порядка и обеспечения общественной безопасности, создало угрозу безопасности для всех участников дорожного движения, нарушило равенство всех перед законом. 

Также, злоупотребление осужденными своими полномочиями повлекло нарушение законных интересов общества и государства, выразившееся в дискредитации, подрыве авторитета и доверия граждан к органам государственной власти - органам внутренних дел Российской Федерации, и, в частности, к ОВ ДПС ГИБДД МУ МВД России по Новоуральскому ГО и МО «п. Уральский». Подобные последствия не способствовали формированию уважительного отношения к государственным органам, сформировали отрицательное мнение о их работе. 

Утверждение о том, что распространение информации о совершенном преступлении было совершено правоохранительными органами, в связи с чем осужденные не должны нести за это ответственность, носит субъективный характер, не основано на нормах права и не влияет на объем наступивших последствий и вывод суда об их существенном характере.

Суд пришел к правильному выводу о том, что действия (бездействие) ФИО3, на совершение которых его подстрекал ФИО2, и наступившие последствия находятся в прямой причинно-следственной связи.

Вывод суда о существенном нарушении в результате совершенного преступления прав и законных интересов граждан и охраняемых законом интересов общества и государства, не выходит за пределы, установленные ст. 252 УПК РФ, соответствует диспозиции ч. 1 ст. 285 УК РФ, доводы стороны защиты об ином являются несостоятельными. 

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора суда, в ходе предварительного и судебного следствия допущено не было. 

Оснований для признания положенных в основу приговора доказательств недопустимыми, вопреки доводам жалоб стороны защиты, не имеется.

Оперативно-розыскное мероприятие «Прослушивание телефонных переговоров, снятие информации с технических каналов связи» было проведено на основании постановления Свердловского областного суда от 27 октября 2021 года № 3619, выданного сроком на 120 суток, что подтверждается ответом судьи Свердловского областного суда (т. 1 л.д. 84). 

Отсутствие в материалах дела судебного постановления обусловлено тем, что уполномоченным органом ходатайство о выдаче такого решения не рассекречено, в связи с чем отсутствует решение и о рассекречивании самого судебного акта. Однако, изложенное не ставит под сомнение законность проведенного оперативно-розыскного мероприятия, поскольку факт его проведения на основании судебного решения, полученного в установленном законом порядке, объективно установлен. 

Предусмотренный ст. 89 УПК РФ, ст. ст. 6 - 9, 11 - 14 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности» порядок проведения оперативно-розыскного мероприятия соблюден. 

Полученные на основании результатов проведенных ОРМ доказательства (протоколы исследования предметов и документов (стенограмм телефонных переговоров), иные доказательства, приведенные в приговоре, отвечают признакам относимости и допустимости. 

Результаты оперативно-розыскной деятельности представлены органам следствия с соблюдением «Инструкции о порядке представления результатов оперативно-розыскной деятельности органу дознания, следователю или в суд», что объективно подтверждается материалами дела.

Нарушений уголовно-процессуального закона в ходе предварительного расследования и судебного разбирательства допущено не было. 

Обвинительное заключение составлено в соответствии с требованиями ст.220 УПК РФ, предусмотренных ст. 237 УПК РФ оснований для возвращения уголовного дела прокурору у суда не имелось, не усматривает таких и суд апелляционной инстанции.

Суд первой инстанции обеспечил полное равноправие сторон в судебном заседании, принял все меры по реализации принципа состязательности, создал необходимые условия для исполнения сторонами процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав. 

Как видно из протокола судебного заседания, сторона защиты пользовалась правами, предоставленными законом, участвовала в исследовании доказательств и разрешении процессуальных вопросов. Заявленные в ходе судебного следствия ходатайства были разрешены судом в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, что отражено в протоколе судебного заседания.

Приговор суда в полной мере соответствует требованиям уголовно-процессуального закона. Выводы суда, изложенные в приговоре, основаны на непосредственно исследованных в ходе судебного следствия доказательствах.

Противоречия в выводах суда отсутствуют. Доводы о том, что приговор основан на предположениях, несостоятельны.

Нарушений ст. 259 УПК РФ при составлении протокола судебного заседания не допущено.

Наказание осужденным ФИО2 и ФИО3 назначено в соответствии с ч.1 ст. 60 УК РФ справедливое в пределах, предусмотренных санкцией ч. 1 ст. 285 УК РФ, с учетом положений Общей части УК РФ.

Как видно из материалов дела и приговора, при назначении осужденным наказания суд учел характер и степень общественной опасности содеянного каждым; представленные данные о личностях осужденных; влияние назначенного наказания на их исправление и на условия жизни их семей; совокупность полно и правильно установленных смягчающих наказание обстоятельств; отсутствие отягчающих обстоятельств. 

Каких-либо иных обстоятельств, подлежащих согласно закону обязательному учету в качестве смягчающих наказание, сведения о которых имеются в деле, но оставлены судом без внимания, по настоящему делу не установлено.

Новых обстоятельств, способных дополнительно смягчить наказание, сторонами не приведено. 

Размер назначенного осужденным наказания определен в пределах санкции ч. 1 ст. 285 УК РФ с учетом требований ч. 3 ст. 46 УК РФ, чрезмерно суровым не является. 

Исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью виновных, их поведением во время или после совершения преступления, других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности содеянного, позволяющих применить положения ст. 64 УК РФ, по делу не установлено

Исходя из конкретных обстоятельств дела, суд апелляционной инстанции находит назначенное судом первой инстанции наказание отвечающим требованиям закона, целям восстановления социальной справедливости и соразмерным содеянному.

Вносимые в приговор изменения в отношении ФИО2 не влекут смягчение назначенного ему наказания, поскольку объем выполненных им действий не уменьшился.

Оснований для изменения категории совершенных осужденными преступлений в порядке ч. 6 ст. 15 УК РФ не имеется.

Нарушений уголовно-процессуального закона и неправильного применения уголовного закона, влекущих отмену приговора или его изменения в части квалификации, вида и размера назначенного наказания, по делу не допущено.

Руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.19, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции 

П О С Т А Н О В И Л

приговор Новоуральского городского суда Свердловской области от 27 декабря 2022 года в отношении ФИО2, ФИО3 изменить.

Исключить из приговора выводы суда о том, что преступление К.М.ЮВ. было совершено с использованием своего должностного положения, в связи с осуществлением им как должностным лицом своих прав и обязанностей.

В остальной части приговор оставить без изменения.

Апелляционное постановление вступает в законную силу со дня его провозглашения и может быть обжаловано в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции в порядке главы 47.1 УПК РФ в течение шести месяцев со дня его вынесения.

В случае подачи кассационных жалоб, представления, осужденные вправе ходатайствовать о своем участии при рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции. 

Судья