№ 2-1281/2020

УИД № 03RS0014-01-2020-001229-24

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

город Октябрьский 08 июля 2020 года

Октябрьский городской суд Республики Башкортостан в составе

председательствующей судьи Алексеевой О.В., 

с участием прокурора Хафизовой А.К.,

при секретаре Ибрагимовой Г.В., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации, Министерству внутренних дел Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с вышеуказанным иском, мотивировав тем, что 24.05.2010 в отношении него следователем СО при ОВД по г. Октябрьский РБ вынесено Постановление о возбуждении головного дела и принятия его к производству № по признакам преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 160 УК РФ в отношении ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, 14.09.2010 – предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 160 УК РФ. Определением Октябрьского городского суда от 22.03.2011 уголовное дело возвращено прокурору г. Октябрьский для устранения препятствий его рассмотрения судом. Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставлена без изменений. Постановлением следователя СО отдела МВД РФ по г. Октябрьский от 20.10.2011 уголовное дело и уголовное преследование в отношении ФИО1 прекращено за отсутствием состава преступления. За ФИО1 признано право на реабилитацию. В результате уголовного преследования истец претерпел морально-нравственные страдания, заключающиеся в длительном ограничении в правах и свободах, испытании чувства волнения, тревоги и унижения, что привело к невозможности вести нормальный образ жизни. Вышеуказанные морально-нравственные страдания истец оценивает в 800 000 руб., считает данную сумму разумной и справедливой. 

ФИО1 просит суд взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 800 000 руб., судебные расходы по оплате услуг представителя – в размере 20 000 руб. 

В судебном заседании представитель истца ФИО2 исковые требования поддержал, пояснил суду, что истец просит суд взыскать солидарно с обоих ответчиков компенсацию морального вреда и судебные расходы. Также представитель истца пояснил, что истец испытывал морально-нравственные страдания также в связи с тем, что он находился на руководящей должности, необоснованное предъявление ему обвинения подрывало его авторитет в коллективе. 

Истец ФИО1 в судебное заседание не явился, надлежащим образом извещен о месте и времени рассмотрения дела. 

Представитель ответчика МВД РФ и третьего лица СО при ОВД по г. Октябрьский РБ ФИО3 в судебном заседании исковые требования не признала по доводам, изложенным в письменных возражениях на исковое заявление. 

Ответчик Министерство финансов Российской Федерации извещалось о месте и времени судебного разбирательства, однако явку своего представителя не обеспечило, правом на участие не воспользовалось, ранее представило возражения, в которых просило в удовлетворении заявленных требований отказать.

Прокуратура Республики Башкортостан, обеспечив участие старшего помощника прокурора города Октябрьский Хафизову А.К., оценив все обстоятельства дела, полагала, что заявленные требования о компенсации морального вреда подлежат удовлетворению в размере 180 000 руб., представила письменный отзыв анна исковое заявление. 

Выслушав участвующих по делу лиц, оценив материалы дела в пределах заявленных исковых требований и представленных доказательств, суд, обозрев материалы уголовного дела №, возбужденного в отношении ФИО1 по признакам преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 160 УК РФ, приходит к следующему выводу.

Конституция Российской Федерации закрепляет право каждого на возмещение государством вреда, причинённого незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц (ст. 53), реализация которого гарантируется конституционной обязанностью государства в случае нарушения органами публичной власти и их должностными лицами охраняемых законом прав обеспечивать потерпевшим доступ к правосудию, компенсацию причинённого ущерба (ст. 52) и государственную, в том числе судебную, защиту прав и свобод человека и гражданина (ст. 45, ч. 1 ст. 46).

Конституционным гарантиям находящегося под судебной защитой права на возмещение вреда корреспондируют положения Всеобщей декларации прав человека 1948 г. (ст. 8), Международного пакта и гражданских и политических правах 1966 г. (пп. «а» п. 3 ст. 2, п. 5 ст. 9, п. 6 ст. 14), Конвенции о защите прав человека и основных свобод 1950 г. (п. 5 ст. 5) и Протокола № 7 к данной Конвенции (ст. 3), закрепляющие право каждого, кто стал жертвой незаконного ареста, заключения под стражу или осуждения за уголовное преследование, на компенсацию, если вынесенный ему приговор был впоследствии отменен или ему было даровано помилование на том основании, что какое-либо новое или вновь открывшееся обстоятельство убедительно доказывает наличие судебной ошибки.

Согласно положениям ст.ст. 133, 136 Уголовного процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту УПК РФ), право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда. Право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеет подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор. Иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства.

В соответствии со ст. 1069 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

В соответствии с ч.1 ст. 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

Согласно ст.1071 ГК РФ в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 настоящего Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

В силу ч.1 ст.242.2 Бюджетного кодекса Российской Федерации, для исполнения судебных актов по искам к Российской Федерации о возмещении вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) государственных органов Российской Федерации или их должностных лиц, в том числе в результате издания государственными органами Российской Федерации актов, не соответствующих закону или иному нормативному правовому акту, а также судебных актов по иным искам о взыскании денежных средств за счет казны Российской Федерации (за исключением судебных актов о взыскании денежных средств в порядке субсидиарной ответственности главных распорядителей средств федерального бюджета), судебных актов о присуждении компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок за счет средств федерального бюджета документы, указанные в п. 2 ст. 242.1 Кодекса, направляются для исполнения в Министерство финансов Российской Федерации.

Статьей 1100 ГК РФ предусмотрено, что компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ.

Статьей 1101 ГК РФ установлено, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Из абз. 2 ст. 151 ГК РФ следует, что при определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Судом установлено и подтверждается материалами уголовного дела №, что 24.05.2010 в отношении ФИО1 следователем СО при ОВД по г. Октябрьский РБ вынесено Постановление о возбуждении головного дела и принятия его к производству № по признакам преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 160 УК РФ. 13.08.2010 ФИО1 избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде, 14.09.2010 – предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 160 УК РФ. Определением Октябрьского городского суда от 22.03.2011 уголовное дело возвращено прокурору г. Октябрьский для устранения препятствий его рассмотрения судом. Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставлена без изменений. Постановлением следователя СО отдела МВД РФ по г. Октябрьский от 20.10.2011 уголовное дело и уголовное преследование в отношении ФИО1 прекращено на основании ст. 24 ч. 1 п. 2 УПК РФ за отсутствием состава преступления, мера пресечения – подписка о невыезде отменена. За ФИО1 признано право на реабилитацию.

В соответствии с п. 3 ч. 2 ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеет подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 ч. 1 ст. 24 и пунктами 1 и 4 - 6 ч. 1 ст. 27 Кодекса.

Право на реабилитацию, как следует из ч. 1 ст. 133 УПК РФ, включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда. 

Следует при этом учесть позицию Европейского Суда по правам человека, который в своей практике исходит из того, что пункт 2 статьи 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, закрепляющий принцип презумпции невиновности, распространяется на судопроизводство по возмещению ущерба, если получение компенсации обусловливается именно незаконностью привлечения к уголовной ответственности или заключения под стражу, что подтверждено вступившим в силу оправдательным решением.

Данное положение основано на общем правиле, согласно которому после вступившего в силу оправдания даже подозрения, затрагивающие невиновность обвиняемого, являются неприемлемыми (Постановления от 21.03.2000 по делу «Рушити (Rushiti) против Австрии», от 11.02.2003 по делу «Хаммерн (Hammern) против Норвегии» и от 29.06.2006 по делу «Пантелеенко (Panteleyenko) против Украины»).

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу, что прекращение уголовного преследования ФИО1 на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ и признание за ним права на реабилитацию, во всяком случае, указывает на незаконность уголовного преследования, при котором, как указал Конституционный Суд Российской Федерации в своем Постановлении от 02.03.2010 № 5-П, каждый человек испытывает нравственные и физические страдания, а потому является основанием для возмещения ему государством причиненного таким преследованием морального вреда.

Конституция Российской Федерации закрепляет право каждого на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц (статья 53), гарантируя реализацию данного права обязанностью государства обеспечивать полную, эффективную и справедливую защиту прав и свобод человека и гражданина (статья 45, часть 1; статья 46, части 1 и 2), компенсацию ущерба, причиненного злоупотреблениями властью, и доступ потерпевших от таких нарушений к правосудию (статья 52). Конституционным гарантиям находящегося под судебной защитой права на возмещение вреда, в том числе причиненного незаконным или необоснованным уголовным преследованием, корреспондируют положения Конвенции о защите прав человека и основных свобод (пункт 5 статьи 5 и статья 3 Протокола № 7 к Конвенции) и Международного пакта о гражданских и политических правах (подпункт "а" пункта 3 статьи 2, пункт 5 статьи 9 и пункт 6 статьи 14), утверждающие право каждого, кто стал жертвой незаконного ареста, заключения под стражу или судебной ошибки, на компенсацию и обязанность государства обеспечить эффективные средства правовой защиты нарушенных прав (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 17.01.2017 № 61-О).

Как разъяснено в п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10 «О некоторых вопросах применения законодательства о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная 

<

данные изъяты> и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

В соответствии с п. 105 Постановления Европейского Суда по правам человека от 24.07.2003 №, №, некоторые формы морального вреда, включая эмоциональное расстройство по своей природе не всегда могут быть предметом конкретного законодательства. Однако это не препятствует присуждению судом компенсации, если он считает разумным допустить, что заявителю причинен вред, требующий финансовой компенсации. Причинение морального вреда при этом не доказывается документами, а исходит из разумного предположения, что истцу причинен моральный вред незаконными действиями ответчика.

Страдание - это эмоциональное состояние человека, обусловленное негативными переживаниями, возникающими под действием травмирующих его психику событий и влияющими на его настроение, самочувствие и, само собой разумеется, здоровье. Страдания, как правило, сопровождаются стрессом, чувством тревоги, страха, горя, стыда, поэтому наличие этих признаков подтверждает пережитые человеком страдания и может служить доказательством причинения ему нравственного или физического вреда.

На основании изложенного суд делает вывод, что сам по себе факт незаконного уголовного преследования ФИО1 уже свидетельствует о причиненных ему нравственных страданиях, а потому в дополнительных доказательствах не нуждается, о чем в своем Постановлении № 5-П 02.03.2010 указал Конституционный Суд Российской Федерации.

Поскольку компенсация морального вреда не предполагает возможности его точного выражения в определенной денежной сумме, а должна лишь отвечать признакам справедливого и разумного вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания (ст. 1101 ГК РФ), то суд, определяя размер денежной компенсации морального вреда, подлежащей выплате ФИО4, исходит из предполагаемого объема наступивших для неё последствий, связанных с незаконным уголовным преследованием.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п.8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10 «О некоторых вопросах применения законодательства о компенсации морального вреда», степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Кроме того, при определении размера компенсации морального вреда, причиненного гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, необходимо учитывать иные заслуживающие внимания обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями ч. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принципы состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Таким образом, с учетом характера заявленных истцом требований и в силу норм гражданского процессуального законодательства об относимости и допустимости доказательств (ст. 59, 60 ГПК РФ), ей надлежало представить достоверные доказательства, обосновывающие размер заявленной ею к взысканию денежной компенсации морального вреда, наличия причинно-следственной связи между имевшим место незаконным уголовным преследованием и наступившими последствиями, на которые он ссылается в обоснование своих требований.

Как следует из материалов дела, уголовное преследование в отношении ФИО1 осуществлялось с 24.05.2010 по 20.10.2011, когда он осуществлял трудовую деятельность в качестве директора ООО «Октябрьский завод низковольтной аппаратуры». Ему вменялось хищение вверенного ему имущества ООО «Октябрьский завод низковольтной аппаратуры» с использованием служебного положения. 

Мера пресечения в виде подписки о невыезде вне зависимости от намерений лица покинуть место жительства, ограничивает свободу передвижения, поскольку накладывает на него ограничения на выезд и обязательство испрашивать разрешение о необходимости выезда. То есть при незаконном уголовном преследовании, как предполагается, каждый человек испытывает как нравственные, так и физические страдания, и это является общеизвестным фактом, не требующим доказывания в силу ч. 1 ст. 61 ГПК РФ.

Названное также согласуется с правовой позицией, отраженной в Определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 05.03.2019 № 78-КГ18-82.

Таким образом, определяя размер подлежащей взысканию компенсации, суд с учетом фактических обстоятельств дела, характера и степени нравственных страданий, которые претерпел ФИО1 в период его уголовного преследования, его личности, требований разумности и справедливости, объема и тяжести предъявленного обвинения, по которому уголовное преследование прекращено по реабилитирующим основаниям, приходит к выводу о том, что причиненные истцу незаконным уголовным преследованием нравственные страдания подлежат возмещению Министерством финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в размере 200 000 руб.

В соответствии с ч.1 ст.88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Статья 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относит расходы на оплату услуг представителя и другие признанные судом необходимыми расходы.

Судебные расходы по данному делу состоят из расходов по оплате услуг представителя и почтовых расходов по отправке досудебной претензии.

Согласно ст. 100 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах. 

Из материалов дела следует, что истцом понесены расходы по оплате услуг своего представителя по договору на оказание юридических услуг от 09.04.2020, заключенному с ООО ЮА «Голынец и компания» в размере 20 000 руб. по сопровождению настоящего спора. По условиям указанного договора выполнение обязанности по представлению интересов ФИО1 поручено ФИО2

Представитель истца ФИО2 подписал и подал в суд исковое заявление, принимал участие в судебном заседании 08.07.2020.

Оценивая представленные в материалы дела доказательства реально понесенных расходов по оплате соответствующих юридических услуг, подтвержденных соответствующими платежными документами, суд, с учетом качества составления искового заявления, объема и категории сложности дела, количества проведенных судебных заседаний, обоснований своей позиции представителем истца, исходя из требований разумности и справедливости, учитывая возражение ответчиков о чрезмерности заявленной суммы расходов, приходит к выводу о том, что требования истца о взыскании с расходов на оказание юридической помощи подлежат удовлетворению частично. В пользу истца с Министерству финансов Российской Федерации подлежат взысканию судебные расходы по оплате услуг представителя в размере 18 000 руб. 

Руководствуясь ст.ст. 12, 194 – 199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

исковые требования ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации, Министерству внутренних дел Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда, удовлетворить частично. 

Взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием в размере 200 000 (двести тысяч) рублей, судебные расходы по оплате услуг представителя в размере 18 000 (восемнадцать тысяч) рублей. 

В удовлетворении остальной части заявленных требований отказать.

Решение суда может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Башкортостан через Октябрьский городской суд Республики Башкортостан в течение месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме. 

Судья О.В. Алексеева