УИД: 66RS0057-01-2024-002214-69

Гр. дело №2-180/2025

(Мотивированное 

решение

 изготовлено 20 февраля 2025) 

ЗАОЧНОЕРЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

10февраля 2025 годаг. Талица

Талицкийрайонный суд Свердловской области в составе: 

судьи Жерновниковой С.А.,

при секретаре Черновой Е.В.,

с участием истца ФИО1,

представителя истца - ФИО9,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО14(до перемены фамилии ФИО15) Алексея Андреевича к ФИО15, ФИО18 о лишении права на меры социальной поддержки, признании,утратившими право на получение выплат, предоставляемых родителям военнослужащего, в связи с его гибелью,

у с т а н о в и л:

ФИО21 обратился к ответчикам с приведенным выше иском, который он обосновал тем, что ДД.ММ.ГГГГ в ходе выполнения специальных задач при проведении СВО на территории Украины, ДНР и ЛНР погиб его родной брат ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец 

<

адрес>.

ФИО7 приходится им родной сестрой, а ответчикиих биологическиеродители. 

Их мать - ФИО18 решением Бековского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ была ограничена в родительских правах в отношении истца, а также его погибшего брата и сестры. Все они были помещены в детский дом в 

<

адрес>, о чем в 1996 году был уведомлен их отец - ФИО15,и было предложено их забрать.

ФИО15 несколько раз ездил в 

<

адрес>, собирая необходимые документы, и осенью 1997 года он привез их всех в 

<

адрес>. 

С этого времени они стали жить по адресу: 

<

адрес> супруги отца - ФИО5, которая сразу приняла истца и его брата с сестрой, как родных, так как своих детей у нее не было.Они стали называть её мамой.

Свою биологическую маму - ФИО18 они больше никогда не видели, она с ними, в том числе, и с братом Евгениемна связь не выходила. Материальной помощи им никогда не оказывала, их судьбой не интересовалась. 

Между ФИО18, истцом, его сестрой и братом ФИО8 никогда не существовало детско-родительских отношений.

В последующем решением Бековского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ,ФИО18 была лишена родительских прав, в отношении истца, так как ФИО8 к тому моменту был уже совершеннолетним. Также в отношении ФИО18 имеется вступивший в законную силу приговор мирового судьи судебного участка в границах 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГг., которым она была признана виновной в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.157 УК РФ.

В начале 2005 года ФИО15 уехал в 

<

адрес> на заработки, в первое время иногда приезжал домой, материально помогал семье, а затем увлекся игровыми автоматами, перестал присылать денежные средства на содержание детей и перестал приезжать домой. Все трое детей ФИО15 остались проживать с ФИО5, так как всегда считали её своей матерью. В 2006 году ФИО15 один раз приехал домой, но для того, чтобы спрятаться от своих кредиторов. Он нигде не работал, материально содержать истца, его брата и сестру матери не помогал. Через два месяца отец уехал и больше не приезжал. Он не звонил, денег не высылал, с ними не общался, их судьбой, в том числе судьбой ФИО8 до его совершеннолетия,ФИО15 не интересовался. Он не звонил ему, не передавал для него подарков, денежных средств на содержание, не поздравлял с днем рождения.

В то время, когда отец проживал с ними, он очень часто жестоко избивал ФИО8, чем унижал его человеческое достоинство, полагая, что так он его воспитывает, а брат из-за этого убегал из дома. 

Зарегистрирован Женя был по адресу: 

<

адрес>, но по месту регистрации никогда не проживал. Эта квартира принадлежала ФИО15

В 2010 году БелоносоваН.A. обратилась в суд с иском к ФИО15 о лишении его родительских прав в отношении истца, её иск был удовлетворен судом.На тот момент ФИО8 уже исполнилось 18 лет, а ФИО7 училась в 

<

адрес> в Железнодорожном колледже, поэтому мама обратилась с таким иском только в отношении ФИО1

ДД.ММ.ГГГГ ФИО8 поступил на военную службу по контракту и уехал в зону СВО на Украину. Затем он пропал без вести. В марте стало известно, что ФИО8 ДД.ММ.ГГГГ погиб. 

Истец, как родной брат погибшего, в марте 2024г. ездил в 

<

адрес> и сдавал ДНК на экспертизу для установления родства с останками ФИО8, совпадение ДНК составило 99,9 процентов.

Похоронили Женю ДД.ММ.ГГГГ. Он и его сестра сообщали отцу о гибели брата и дате его похорон, но ФИО15 на похороны старшего сына решил не приезжать, как он потом пояснял суду в ходе другого судебного разбирательства, у него было много работы, он считает себя «трудоголиком». Поэтому на похороны он приехать не мог.

Вышеизложенные обстоятельства свидетельствуют об отсутствии права ответчиков на выплаты, так как участия в жизни ФИО8 в возрасте с 13-ти до 18-ти лет они не принимали.Не заботились о нем, о его физическом и психологическом здоровье, материально не обеспечивали, алименты не выплачивали, своих обязанностей родители не осуществляли, все заботы взяла на себя ФИО5, которую они с братом всегда считали мамой. 

Она не чинила препятствий ФИО15 и ФИО18 в общении с ними, но всегда защищала ФИО8 от агрессивного поведения отца.

ФИО6 и ФИО18 не поддерживали никаких отношений с ним во время нахождения ФИО8 на СВО. Не интересовались его судьбой, а затем не приехали проводить сына в последний путь.В подготовке похорон также не участвовали, поэтому прав у них на получение: страховой суммы, предусмотренной ФЗ РФ от 28.03.1998 года № 52-ФЗ; выплату единовременного пособия на основании ФЗ от 07.11.2011 года №306-Ф3; единовременную выплату, установленную Указом Президента РФ от 05.03.2022 года № 98;единовременную выплату, установленную Постановлением Правительства Свердловской области от 01.04.2022 года № 205-п «Об установлении дополнительных мер социальной поддержки в форме единовременной выплаты отдельным категориям граждан, принимающим (принимавшим) участие в специальной военной операции, и членам их семей, на меру социальной поддержки в форме ежемесячного пособия проживающим в Свердловской области семьям погибших (умерших) военнослужащих, в том числе пребывавших в добровольческих формированиях, содействующих выполнению задач, возложенных на Вооруженные Силы РФ в ходе специальной военной операции, заключивших с Министерством обороны РФ контракт о пребывании в добровольческом формировании (о добровольном содействии выполнению задач, возложенных на Вооруженные Силы РФ), сотрудников органов внутренних дел, лиц, проходивших службу в войсках национальной гвардии РФ», нет.

На основании изложенного, истец, ссылаясь на положенияст. 1, 38 Конституции РФ; абзаца 4 п. 1 ст. 24 Федерального закона от 27 мая 1998 г. N76-ФЗ "О статусе военнослужащих"; ст. 2, п.п. 2,9 ст. 5 Федерального закона от 28 марта 1998 г. N52-ФЗ "Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовноисполнительной системы, сотрудников войск национальной гвардии Российской Федерации, сотрудников органов принудительного исполнения Российской Федерации»; ч. ч. 8-10 ст. 3 Федерального закона от 7 ноября 2011г. N306-ФЗ "О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат"; Указ Президента Российской Федерации от 5 марта 2022 г. N98 "О дополнительных социальных гарантиях военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей"; абзац четвёртый пункта 2 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 17 июля 2014 г. N22-П; ст.ст. 1, 61 - 65, 69, 73 Семейного кодекса Российской Федерации; 69, статья 73 Семейного кодекса Российской Федерации) (абзацы первый, второй пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 14 ноября 2017 г. N44), полагает, что права родителя, в том числе на получение различных государственных пособий и выплат, основанных на факте родства с ребёнком, не относятся к числу неотчуждаемых прав гражданина, поскольку законом предусмотрена возможность лишения гражданина такого права в случае уклонения от выполнения им обязанностей родителя и просит: лишить ответчиков ФИО15, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца 

<

адрес>, ФИО18, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженку совхоза 

<

адрес>, права на все меры социальной поддержки, предусмотренные в связи с гибелью военнослужащего ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца 

<

адрес>, умершего ДД.ММ.ГГГГ, в том числе, признать утратившими право на получение выплаты страховой суммы и единовременного пособия, иных льгот, прав и привилегий, предоставляемых родителям военнослужащего, в случае его гибели (смерти) при исполнении обязанностей военной службы.

В судебном заседании истец Никонов (до перемены фамилии ФИО15) ФИО22,заявленные исковые требования поддержал, настаивал на их удовлетворении по приведенным в иске доводам, указав, что он сам, его погибший брат ФИО8 и сестра ФИО7, воспитывались супругой их отца -ФИО20.Их мама была ограничена в родительских правах,в связи с этим их всех изъяли из семьи и поместили в детский дом 

<

адрес>, откуда их в последующем забрал отец. Отец всегда плохо относился к ФИО8, онбил и ругал его. У Жени была задержка в развитии и отца это очень раздражало. В 6 классе отец оформил Женю в интернат, так как от побоев он стал убегать из дома и его забрали в реабилитационный центр. Однакоиз интерната ФИО8 всегда приходил ночевать домой, когда там не было отца. Примерно в 2005 году отец уехал на заработки в Екатеринбург, первое время он изредка общался с ними, помогал им материально, но эта помощь была несущественной, а примерно с 2006 года он совсем пропал. Отец полностью прекратил общение с истцом, его братом и сестрой, не занимался их воспитанием, ничего о них не знал, он фактически их бросил. Все эти годы о них заботилась, только ФИО5, которую и ФИО14 и его погибший брат Женя всегда считали своей матерью и так ее называли. Женя до самой смерти не прекращал общения с ФИО5 и был к ней очень привязан, она всегда относилась к нему по - доброму. Отец много лет не принимал никакого участия в жизни ФИО8, всегда плохо к нему относился, жестоко с ним обращался. Свою биологическую мамуЕвгений в последний раз видел когда ему было года четыре, после того как их привезли в Талицу они с ней больше не общались и она никогда не пыталась наладить отношения с истцом его сестрой и братом. ФИО7, уже, будучи взрослой, нашла телефон их биологической матери и позвонила ей, но та никакого интереса к ней не проявила. Позже ФИО14 в социальных сетях написал какой-то мальчик, он объяснил, что он тоже сын ФИО18, то есть их брат ив отношении него ФИО18 тоже лишена родительских прав.Этот мальчик вырос в приемной семье. ФИО14 считает, что право на выплаты, положенные в связи с гибелью военнослужащего принадлежит ФИО16, их родители права на это не имеют, поэтому он обратился в суд, желая защитить интересы ФИО16. 

Представитель истца - ФИО9 полностью поддержала его доводы, полагая, что факт ненадлежащего исполнения родителями погибшего военнослужащего на протяжении многих лет своих родительских обязанностей по отношению к нему установлен, что, безусловно является основанием для лишения их прав на получение всех предусмотренных законом мер поддержки. 

Ответчики, представители третьих лиц Министерства обороны Российской Федерации, Социального фонда России, военного комиссариата Свердловской области в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом, ходатайств об отложении рассмотрения дела не заявляли. 

Суд, заслушав доводы истца, его представителя, и исследовав материалы дела, приходит к следующему. 

Пунктом 1 статьи 969 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что в целях обеспечения социальных интересов граждан и интересов государства законом может быть установлено обязательное государственное страхование жизни, здоровья и имущества государственных служащих определенных категорий. Обязательное государственное страхование осуществляется за счет средств, выделяемых на эти цели из соответствующего бюджета министерствам и иным федеральным органам исполнительной власти (страхователям).

Обязательное государственное страхование осуществляется непосредственно на основании законов и иных правовых актов о таком страховании указанными в этих актах государственными страховыми или иными государственными организациями (страховщиками) либо на основании договоров страхования, заключаемых в соответствии с этими актами страховщиками и страхователями (пункт 2 статьи 969 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 2 статьи 1 Федерального закона от 27 мая 1998 года N 76-ФЗ "О статусе военнослужащих" военнослужащие обладают правами и свободами человека и гражданина с некоторыми ограничениями, установленными названным федеральным законом, федеральными конституционными законами и федеральными законами. На военнослужащих возлагаются обязанности по подготовке к вооруженной защите и вооруженная защита Российской Федерации, которые связаны с необходимостью беспрекословного выполнения поставленных задач в любых условиях, в том числе с риском для жизни. В связи с особым характером обязанностей, возложенных на военнослужащих, им предоставляются социальные гарантии и компенсации.

Военнослужащие и граждане, призванные на военные сборы, подлежат обязательному государственному личному страхованию за счет средств федерального бюджета. Основания, условия и порядок обязательного государственного личного страхования указанных военнослужащих и граждан устанавливаются федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (пункт 1 статьи 18 Федерального закона от 27 мая 1998 года N 76-ФЗ "О статусе военнослужащих").

Условия и порядок осуществления обязательного государственного страхования жизни и здоровья военнослужащих и иных приравненных к ним лиц определены в Федеральном законе от 28 марта 1998 года N 52-ФЗ "Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, сотрудников войск национальной гвардии Российской Федерации, сотрудников органов принудительного исполнения Российской Федерации".

В силу статьи 1 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 52-ФЗ (в редакции на момент смерти ФИО3 - ДД.ММ.ГГГГ) к застрахованным лицам по обязательному государственному страхованию относятся, в том числе военнослужащие, за исключением военнослужащих, военная служба по контракту которым в соответствии с законодательством Российской Федерации приостановлена.

В статье 4 Федерального закона от 28 марта 1998 года N 52-ФЗ названы страховые случаи при осуществлении обязательного государственного страхования, среди которых гибель (смерть) застрахованного лица в период прохождения военной службы, службы, военных сборов.

В статье 5 Федерального закона от 28 марта 1998 года N 52-ФЗ определены страховые суммы, выплачиваемые выгодоприобретателям, размер которых ежегодно увеличивается (индексируется) с учетом уровня инфляции в соответствии с федеральным законом о федеральном бюджете на очередной финансовый год и плановый период. Решение об увеличении (индексации) указанных страховых сумм принимается Правительством Российской Федерации. Указанные страховые суммы выплачиваются в размерах, установленных на день выплаты страховой суммы (абзац девятый пункта 2 статьи 5 Федерального закона от 28 марта 1998 года N 52-ФЗ).

В силу статьи 2 Федерального закона от 28 марта 1998 года N 52-ФЗ выгодоприобретателями по обязательному государственному страхованию в случае гибели (смерти) застрахованного лица являются, в том числе родители (усыновители) застрахованного лица и его фактические воспитатели.

Согласно части 9 статьи 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 года N 306-ФЗ "О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат" (в редакции на момент смерти ФИО3 - ДД.ММ.ГГГГ) в случае гибели (смерти) военнослужащего или гражданина, призванного на военные сборы, наступившей при исполнении им обязанностей военной службы, либо смерти, наступившей вследствие военной травмы, каждому члену его семьи выплачивается ежемесячная денежная компенсация, которая рассчитывается путем деления ежемесячной денежной компенсации, установленной частью 13 данной статьи для инвалида I группы, на количество членов семьи (включая погибшего (умершего) военнослужащего или гражданина, проходившего военные сборы).

Частью 11 статьи 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 года N 306-ФЗ "О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат" предусмотрено, что членами семьи военнослужащего, гражданина, призванного на военные сборы, или инвалида вследствие военной травмы, имеющими право на получение единовременного пособия, предусмотренного частью 8 данной статьи, и ежемесячной денежной компенсации, установленной частями 9 и 10 данной статьи, независимо от нахождения на иждивении погибшего (умершего, пропавшего без вести) кормильца или трудоспособности считаются в том числе родители военнослужащего, гражданина, призванного на военные сборы, или инвалида вследствие военной травмы. При этом право на ежемесячную денежную компенсацию, установленную частями 9 и 10 данной статьи, имеют родители, достигшие возраста 50 и 55 лет (соответственно женщина и мужчина) или являющиеся инвалидами.

В соответствии с подпунктом "а" пункта 1 Указа Президента Российской Федерации от 5 марта 2022 года N 98 в случае гибели (смерти) военнослужащих, лиц, проходящих службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации и имеющих специальное звание полиции, принимавших участие в специальной военной операции на территориях Донецкой Народной Республики, Луганской Народной Республики и Украины, военнослужащих, выполнявших специальные задачи на территории Сирийской Арабской Республики, либо смерти указанных военнослужащих и лиц до истечения одного года со дня их увольнения с военной службы (службы), наступившей вследствие увечья (ранения, травмы, контузии) или заболевания, полученных ими при исполнении обязанностей военной службы (службы), членам их семей осуществляется единовременная выплата в равных долях. Категории членов семей определяются в соответствии с частью 1.2 статьи 12 Федерального закона от 19 июля 2011 года N 247-ФЗ "О социальных гарантиях сотрудникам органов внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" и частью 11 статьи 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 года N 306-ФЗ "О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат".

Военная служба, как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, представляет собой особый вид государственной службы. В случае гибели военнослужащего при исполнении воинского долга или смерти вследствие ранения, травмы, контузии, полученных при исполнении обязанностей военной службы, Российская Федерация, как социальное государство принимает на себя обязательства по оказанию социальной поддержки членам его семьи, исходя из того, что их правовой статус произволен от правового статуса самого военнослужащего и обусловлен спецификой его служебной деятельности.

При определении круга членов семьи погибшего (умершего) военнослужащего, имеющих право на выплаты, федеральный законодатель, действуя в рамках своих дискреционных полномочий, исходил из целевого назначения данных выплат, заключающегося в восполнении материальных потерь, связанных с утратой возможности для этих лиц как членов семьи военнослужащего получать от него, в том числе в будущем, соответствующее содержание.

Таким образом, установленная федеральным законодателем система социальной защиты членов семей военнослужащих, погибших при исполнении обязанностей военной службы, направлена на максимально полную компенсацию связанных с их гибелью материальных потерь.

Такое правовое регулирование, гарантирующее членам семей военнослужащих, погибших при исполнении обязанностей военной службы, названные выплаты, имеет целью не только восполнить связанные с этим материальные потери, но и выразить от имени государства признательность гражданам, вырастившим и воспитавшим достойных членов общества - защитников Отечества (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 17 июля 2014 года N 22-П и от 19 июля 2016 года N16-П).

В случае гибели военнослужащего при исполнении воинского долга или смерти вследствие ранения, травмы, контузии, полученных при исполнении обязанностей военной службы, Российская Федерация как социальное государство также принимает на себя обязательства по оказанию социальной поддержки членам его семьи, исходя из того, что их правовой статус производен от правового статуса самого военнослужащего и обусловлен спецификой его служебной деятельности (абзац четвертый пункта 2 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 17 июля 2014 г. N 22-П).

Публично-правовой механизм возмещения вреда, причиненного гибелью (смертью) военнослужащего, наступившей при исполнении им обязанностей военной службы, в том числе по призыву, членам его семьи в настоящее время включает в себя, в частности, пенсионное обеспечение в виде пенсии по случаю потери кормильца, назначаемой и выплачиваемой в соответствии с пенсионным законодательством Российской Федерации (пункт 1 статьи 24 Федерального закона от 27 мая 1998г. N 76-ФЗ "О статусе военнослужащих"), страховое обеспечение по государственному страхованию жизни и здоровья военнослужащих (пункт 3 статьи 2, статья 4 и пункт 2 статьи 5 Федерального закона от 28 марта 1998 г. N 52-ФЗ "Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарнойслужбы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, сотрудников войск национальной гвардии Российской Федерации, сотрудников органов принудительного исполнения Российской Федерации") и такие меры социальной поддержки, как единовременное пособие и ежемесячная денежная компенсация, предусмотренные частями 8 - 10 статьи 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 г. N 306-ФЗ "О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат", единовременная выплата, установленная Указом Президента Российской Федерации от 5 марта 2022 г. N 98 "О дополнительных социальных гарантиях военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей".

Такое правовое регулирование, гарантирующее членам семей военнослужащих, погибших при исполнении обязанностей военной службы, названные выплаты, имеет целью не только восполнить связанные с этим материальные потери, но и выразить от имени государства признательность гражданам, вырастившим и воспитавшим достойных членов общества - защитников Отечества (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 17 июля 2014 г. N 22-П, от 19 июля 2016 г. N 16-П).

Пунктом 4 части 11 статьи 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 г. N 306-ФЗ "О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат", вступившим в силу с 11 августа 2020 г., к членам семьи военнослужащего, имеющим право на получение единовременного пособия, предусмотренного частью 8 данной статьи, и ежемесячной денежной компенсации, установленной частями 9 и 10 этой статьи, независимо от нахождения на иждивении погибшего (умершего, пропавшего без вести) кормильца или трудоспособности отнесены лица, признанные фактически воспитывавшими и содержавшими военнослужащего в течение не менее пяти лет до достижения им совершеннолетия (фактические воспитатели).

Категории членов семей, имеющие право на получение выплат в соответствии с Указом Президента Российской Федерации от 5 марта 2022 г. N 98 "О дополнительных социальных гарантиях военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей" определяются в соответствии с частью 1.2 статьи 12 Федерального закона от 19 июля 2011 г. N 247-ФЗ "О социальных гарантияхсотрудникам органов внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" и частью 11 статьи 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 г. N 306-ФЗ "О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат", к числу которых отнесены лица, признанные фактически воспитывавшими и содержавшими военнослужащего в течение не менее пяти лет до достижения ими совершеннолетия. 

Конституционным Судом Российской Федерации в постановлении от 22 ноября 2013 г. N 25-П выражена позиция, согласно которой любая дифференциация, приводящая к различиям в правах граждан в той или иной сфере правового регулирования, должна отвечать требованиям Конституции Российской Федерации, в том числе ее статей 17 (часть 3), 19 (части 1 и 2) и 55 (часть 3), в силу которых такие различия допустимы, если они объективно оправданы, обоснованы и преследуют конституционно значимые цели, а используемые для достижения этих целей правовые средства соразмерны им; из конституционных принципов справедливости, равенства и соразмерности вытекает обращенный к законодателю запрет вводить различия в правовом положении лиц, принадлежащих к одной категории, которые не имеют объективного и разумного оправдания (запрет различного обращения с лицами, находящимися в одинаковых или сходных ситуациях).

В постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2017 г. N 29-П указано, что федеральный законодатель не освобождается от обязанности соблюдать конституционные принципы равенства и справедливости, поддержания доверия граждан к закону и действиям государства, которые, помимо прочего, как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, требуют для субъектов права при равных условиях равного положения, означают запрет вводить не имеющие объективногои разумного оправдания различия в правах лиц, принадлежащих к одной и той же категории (постановления от 24 мая 2001 г. N 8-П, от 5 апреля 2007 г. N 5-П, от 3 февраля 2010 г. N 3-П, от 27 февраля 2012 г. N 3-П, от 15 октября 2012 г. N 21-П и др.).

Из приведенных нормативных положений и правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации следует, что законодатель, гарантируя военнослужащим, выполняющим конституционно значимые функции, связанные с обеспечением обороны страны и безопасности государства, общественного порядка, законности, прав и свобод граждан, в том числе военнослужащим, принимавшим участие в специальной военной операции, материальное обеспечение и компенсации в случае причинения вреда их жизни или здоровью, установил и систему мер социальной поддержки членам семьи военнослужащих, погибших (умерших) при исполнении обязанностей военной службы. 

Законодатель, предусмотрел в качестве лиц, имеющих право на получение страховой суммы, фактических воспитателей военнослужащих. Цель такой выплаты - компенсировать лицам, которые длительное время надлежащим образом воспитывали военнослужащего, оставшегося без родителей, содержали его до совершеннолетия и вырастили защитника Отечества, нравственные и материальные потери, связанные с его гибелью в период прохождения военной службы, осуществляемой в публичных интересах.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61 Семейного кодекса Российской Федерации Родители имеют равные права и несут равные обязанности вотношении своих детей (родительские права).

Родители имеют право и обязаны воспитывать своих детей. Родители несут ответственность за воспитание и развитие своих детей. Они обязаны заботиться о здоровье, физическом, психическом, духовном и нравственном развитии своих детей (абзацы первый и второй пункта 1 статьи 63 Семейного кодекса Российской Федерации).

Родитель, проживающий отдельно от ребенка, имеет право на общение с ребенком, участие в его воспитании и решении вопросов получения ребенком образования (пункт 1 статьи 66 Семейного кодекса Российской Федерации).

В пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 14 ноября 2017 года N 44 "О практике применения судами законодательства при разрешении споров, связанных с защитой прав и законных интересов ребенка при непосредственной угрозе его жизни или здоровью, а также при ограничении или лишении родительских прав" разъяснено, что уклонение родителей от выполнения своих обязанностей по воспитанию детей может выражаться в отсутствии заботы об их здоровье, о физическом, психическом, духовном и нравственном развитии, обучении. Разрешая вопрос о том, имеет ли место злостное уклонение родителя от уплаты алиментов, необходимо, в частности, учитывать продолжительность и причины неуплаты родителем средств на содержание ребенка.

Суд, заслушав доводы истца, его представителя, исследовав материалы дела, приходит к следующему. 

Семейная жизнь предполагает наличие тесной эмоциональной связи между ее членами, в том числе между родителями и детьми, взаимную поддержку и помощь членов семьи, ответственность перед семьей всех ее членов. 

При этом основной обязанностью родителей в семье является воспитание, содержание детей, защита их прав и интересов. Уклонение родителей от выполнения своих обязанностей по воспитанию детей может выражаться в том числе в отсутствии заботы об их здоровье, о физическом, психическом, духовном и нравственном развитии, обучении. Невыполнение по вине родителей родительских обязанностей, в том числе по содержанию детей, может повлечь для родителей установленные законом меры ответственности, среди которых, в том числе лишение родительских прав. В числе правовых последствий лишения родительских прав - утрата родителем (родителями) права на льготы и государственные пособия, установленные для граждан, имеющих детей.

Таким образом, права родителя, в том числе на получение различных государственных пособий и выплат, основанные на факте родства с ребенком, не относятся к числу неотчуждаемых прав гражданина, поскольку законом предусмотрена возможность лишения гражданина такого права в случае уклонения от выполнения им обязанностей родителя.

При определении наличия у ответчиков -родителей погибшего при проведении СВО военнослужащего права на меры социальной поддержки, установлению и оценке подлежат действия последних по воспитанию, физическому, умственному, духовному, нравственному, социальному развитию и материальному содержанию погибшего и имеющихся между ними фактических семейных связей.

То есть юридически значимыми обстоятельствами по данному делу является то, принимали ли ответчики участие в воспитании сына, оказывали ли ему моральную, физическую, духовную поддержку, содержали ли его материально, предпринимали ли какие-либо меры для создания ребенку условий жизни, необходимых для его развития, имелись ли между ответчиками и их сыном фактические семейные и родственные связи.

Как установлено судом мать ФИО3- ФИО18 решением Бековского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ была ограничена в родительских правах в отношении истца, а также его погибшего брата и их сестры ФИО7. Несовершеннолетние были помещены в детский дом в 

<

адрес>, о чем в 1996 году был уведомлен их отец - ФИО15,которому было предложено несовершеннолетних забрать.

С указанного времени истец, его сестра, а также их погибший брат ФИО3 свою биологическую мать - ФИО18 больше не видели. С детьми она, в том числе, и ФИО3 никогда не общалась, участия в их жизни, воспитании, материальном обеспечении не принимала. В родительских правах ответчица восстановлена не была, детско -родительские отношения между ФИО18 и ее детьми были полностью утрачены, и мер для их восстановления она никогда не предпринимала, хотя препятствий для этого не имела.В последующем решением Бековского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО18 была лишена родительских прав, в отношении истца, а позже была привлечена к уголовной ответственности за неуплату алиментов на его содержание. ФИО16.А. к тому моменту был уже совершеннолетним (л.д. 18-21, 25-30, 44-46). 

Решением Талицкого районного суда (л.д. 44-46), вступившим в законную силу фактическим воспитателем, погибшего в ходе специальной военной операции военнослужащего ФИО3 была признана его мачеха - ФИО5

Судом было установлено, что ФИО5 и ответчик - ФИО6 с 2001 года состояли в зарегистрированном браке, фактически они проживали с 2006 года. 

Совместных детей у супругов не было,ФИО6 имел троих малолетних детей: сыновей ФИО8 и ФИО2 и дочь ФИО7, с их матерью – ФИО4, он в браке не состоял, отношений со своими детьми не поддерживал. 

В 1996 году ФИО6 был уведомлен о том, что его несовершеннолетние дети находятся в Детском 

<

адрес>, куда они были помещены в связи с ограничением их матери в родительских правах. Ответчику было предложено забрать детей, что он и сделал, по настоянию своей супруги ФИО5

С 2007 года истец, его погибший на СВО брат ФИО8 и их сестра ФИО7 стали проживать в семье ФИО6 и его супруги ФИО5 по адресу: 

<

адрес>. ФИО8 на тот момент было около пяти лет, ФИО7 около четырех лет, а истцу(ФИО2)было чуть больше года.

ФИО5 приняла детей, как своих, любила их, ухаживала за ними, занималась их воспитанием, водила в детский сад, а затем в школу. Дети тоже сразу привязались к ней и стали называть мамой. 

При этом их отец- ответчик ФИО15 должной любви и заботы к несовершеннолетним не проявлял, ругал и наказывал их, в том числе с применением физического насилия, особенно жестоко он обращался с ФИО3, так как мальчик отставал в развитии, имел отклонения в поведении, чем очень раздражал своего отца. В период обучения ФИО3 в шестом классе ответчик инициировал оформление его для проживания в Талицкую школу-интернат, где ребенок находился периодически, возвращаясь ночевать и на выходные домой, но только когда там не было его отца, которого он боялся, и общения с ним всегда избегал. 

В 2005 году ФИО15 уехал в 

<

адрес> на заработки.Некоторое время он хоть и не существенно, но материально помогал семье, а начиная с 2006 года, делать это перестал. В последний раз Белоносовпосетил семью в 2006 году, а с указанного времени общение с женой и детьми полностью прекратил. При этом все трое его малолетних детей остались проживать со своей, мачехой, которая все последующие годы одна занималась их воспитанием и материальным обеспечением. ФИО15 никакого участия в воспитании своих детей не принимал, материальной помощи им не оказывал, место его жительства жене и детям было неизвестно. В 2010 годуответчик был лишен родительских прав в отношении истца (сына ФИО2),ФИО3 на тот момент уже исполнилось 18 лет, а дочь ФИО7 училась в 

<

адрес> в Железнодорожном колледже (л.д. 44-46 ).

В ходе рассмотрении гражданского дела по искуФИО5 о признании ее фактическим воспитателем, погибшего военнослужащего ФИО3, последняя пояснила, что с 2001 года она состояла в браке сБелоносовымАндреем ФИО6. Фактически они проживали с июля 1996 года. У ФИО6 на тот момент уже было трое несовершеннолетних детей: сыновья ФИО8, ФИО2 и дочь ФИО7. С их матерью ФИО15 зарегистрирован не был и с семьей он не проживал.В 1996 годуФИО6 получил уведомление из Детского домаг. Пензы, о том, что его дети находятся в указанном учреждении, мать детей была ограничена в отношении них родительских прав. Отцу было предложено забрать детей к себе. ФИО5 сама стала настаивать на том, чтобы супруг забрал детей, так как изначально он хотел забрать только дочь, а мальчиков оставить. ФИО15 некоторое время занимался оформлением документов, а осенью 1997 года он привез детей в 

<

адрес> и они стали жить все вместе. ФИО2 был совсем маленьким, ему исполнился 1год 2 месяца, Жене было 5 лет, а ФИО7 4 года. ФИО5 сразу приняла их как родных, так как своих детей у нее не было, а дети стали называть ее мамой. В период их совместного проживания ФИО15, всегда жестоко относился к ФИО8, кричал на него, часто бил его. У ФИО8 были проблемы со здоровьем и отец, не любил его. Затем ФИО16 по своей инициативе в 6 класс оформил ФИО8 в интернат в 

<

адрес>, ФИО16 была против этого, но он отец и ее не спросил. Интернат был с временным пребыванием и Женя постоянно приходил ночевать домой, оставался там, только когда дома был его отец. Женя боялся его и старался с ним не встречаться. В отсутствие отца с мальчиком никаких проблем не было, а когда ФИО16 был дома, он не хотел туда идти. В начале 2005 года ФИО15 уехал в 

<

адрес> на заработки. В первое время, примерно может год или чуть больше он иногда приезжал домой, раз или два в месяц, мог привезти какие-то продукты, но реальной существенной материальной помощи семье не оказывал, поэтому ФИО16 было очень трудно с тремя маленькими детьми. Она работала на нескольких работах, вязала вещи на продажу, чтоб как-то их прокормить. Никакого участия в воспитании детей с 2005 года ФИО15 не принимал. В 2011 году они развелись уже официально, но фактически перестали проживать задолго до этого, в последний раз ФИО16 видела супруга в 2006 году.Все дети остались жить с ней, всегда называли ее мамой, а она считала их своими детьми. В отношении младшего сына ФИО2 отец был лишен родительских прав, а Женя к тому времени был уже совершеннолетним, поэтому в отношении него этот вопрос не решался. Таня после девятого класса уехала учиться в 

<

адрес>, ФИО8 начал работать и всегда относился к истцу, как к матери, он старался помогать ей материально, поздравлял со всеми праздниками. Также к ней относился и относится младший сын ФИО2. С Таней у них тоже были хорошие отношения, но в последнее время она по какой-то причине обиделась на ФИО16, хотя та к ней по-прежнему относится, помогает ей с детьми. Когда ФИО8 ушел на СВО, именно ее он указал в военкомате в личном деле, как свою маму, постоянно писал ей оттуда, отправлял деньги, обращался только мама и мамуля. Своего отца он не простил, от него у Жени вся голова была в шрамах. Защитить мальчика ФИО16 не могла, так как супруг никого не слушал, доставалось и ей. Она отговаривала его от подписания контракта, но он не послушал. Именной ей сообщили о его смерти, когда он погиб, его отец даже не приехал на похороны Жени, хотя знал о его смерти(л.д. 44-46 ).

ФИО1, участвуя в деле в качестве ответчика, доводыФИО5, полностью поддержал, указав, что именно она растила их с братом и сестрой с малолетнего возраста, относилась к ним как к своим детям, а они всегда считали ее матерью и так к ней обращались. Обстоятельства того как они попали в семью из детского дома ФИО1 не помнит, так как он тогда был еще очень маленьким. Отец плохо относился к ним ко всем, бил их, ругал, но их с Таней реже и не так жестоко как Женю. Брату доставалось постоянно. У Жени была задержка в развитии, он трудно адаптировался и отца это крайне раздражало. Он в 6 классе оформил его в интернат, так как от побоев Женя стал убегать из дома и его забрали в реабилитационный центр. Мама была против этого, но он ее не послушал. Из интерната ФИО8 всегда приходил ночевать домой, он оставался там, только когда дома был отец. Примерно в 2005 году ответчик уехал на заработки в Екатеринбург, первое время он изредка приезжал, отправлял им какие-то продукты, но существенной помощи не оказывал, одежды не покупал, а потом и совсем пропал. Отец много лет не принимал участия в их жизни, материально не помогал, все заботы были на маме - ФИО16. У них сгорел дом все имущество, но она все равно никого из них не бросила. Отец как-то забрал их жить на пару недель в свою квартиру на нефтебазу, он их бил, кричал на них. ФИО1 сбежал, ночевал на теплотрассе, пока его не привели обратно к маме. Истец никогда сильно не ругала Женю, когда он задерживался и поздно приходил домой, была рада, что пришел. Ответчик указал, что его брат, как и он сам всегда считал ФИО5 своей матерью. Они с детства называли ее мамой и никак иначе. Женя всегда заботился о ней, он до самой смерти общался с ФИО5 и был к ней очень привязан. Причину, по которой его сестра ФИО7 затаила обиду на Белоносу, он объяснить не может, мама ко всем троим, относилась одинаково, в том числе, и Тане. Она ругала ее за то, что сестра не хочет учиться, не хочет работать. Они ездили к маме всегда и когда выросли. Приезжали, как домой, как дети ездят к матери, и он и Женя и Таня с детьми, она всегда их принимала(л.д. 44-46 ).

ФИО7, в целом также не оспаривала Доводы ФИО16 о поведении своего отца, его негативном отношении к ФИО8, пояснив что они действительно с детства жили с ФИО5 и своим отцом ФИО15, потом примерно в 2005 году отец уехал в 

<

адрес> и с 2006 года он общаться с ними перестал. Они жили одни с мачехой, а в девятом классе она выставила ФИО19 из дома и она уехала учиться в 

<

адрес>. Объяснить по какой причине ее брат хорошо относился к ФИО5, она не может (л.д. 44-46 ).

ФИО6, доводы о проживании его детей с малолетнего возраста со своей бывшей супругой не оспаривал, но настаивал на том, что детей из детского дома он забрал сам, ФИО16 его не заставляла это делать, а мамой они называли истца, так как он сам называл супругу мамой, а дети повторяли. Когда ответчик проживал в 

<

адрес>, то постоянно оказывал помощь своим несовершеннолетним детям, хотя подтвердить этого ничем не может. К ФИО8 он действительно относился чрезмерно строго, но это было с целью воспитания, так как тот убегал из дома и совершал противоправные поступки. В воспитании детей он участия не принимал, так как был сильно занят работой. В судебное заседание о лишении его родительских прав в отношении ФИО2 он не приезжал. В настоящее время ФИО6 проживает в 

<

адрес>, но назвать своего точного адреса он не может, так как постоянного места для проживания у него нет. О смерти сына он действительно знал, но на его похороны не приехал, так как его не отпустили с работы. Назвать суду данные работодателя, который не отпустил его на похороны, погибшего сына он не может (л.д. 44-46).

СвидетелиФИО10, ФИО11, ФИО12, допрошенные при рассмотрении дела по ходатайству истца,полностью подтвердили доводы ФИО16, указав, что они были знакомы с семьей ФИО16 и ее супруга на протяжении многих лет и знают, что ФИО5 с малолетнего возраста воспитывала несовершеннолетних детей своего бывшего супруга ФИО6, ФИО2, ФИО7 и ФИО8.ФИО16 привез детей, когда они были еще совсем маленькими. Истец всегда относилась к ним, как к родным, они называли ее мамой. Она водила их всех в детский сад, потом в школу, ходила на собрания. Первое время в их семье все было относительно благополучно, дети всегда хорошо одеты, в доме порядок. Через некоторое время ФИО15 уехал в Екатеринбург на заработки, вначале он изредка приезжал, а потом пропал, и ФИО16 растила, троих маленьких детей одна(л.д. 44-46 ).

ФИО10, также указала, что в ЕкатеринбургеФИО15 стал играть в игровые автоматы, никакой материальной помощи семье он не оказывал. Когда ФИО15 изредка приезжал домой, ФИО8 старался там не находиться, так отец его обижал, ругал, применял физическое насилие, поэтому Женя стал убегать из дома. ФИО15 в 6 классе оформил Женю в интернат, хотя истец возражала, но фактически там мальчик находился, только в течение дня, ночевать он ходил домой к ФИО16, она его кормила, одевала. Других родственников у ФИО8 не было и он к ним, никогда не ездил. Свидетель часто общалась с ФИО17, их дети дружили с ее детьми, Женя часто бывал у них в гостях и ФИО16 он всегда называл, только мама или мамочка и никогда не высказывался о ней негативно, своим друзьям ничего плохого о ней он не говорил. Дети помогали ФИО16 по дому, Женя это делал как-то всегда с готовностью, он заботился о маме. ФИО5 много работала, вязала на продажу, чтобы прокормить троих детей. Женя всегда очень трепетно относился к ФИО5, до самой своей смерти никогда не прекращал общения с ней и называл ее только мамочка, мамуля, и в общении с друзьями уже, будучи взрослым, называл ее только так.

ФИО13 указала, что она знакома с ФИО17, более тридцати лет проживала с ними по соседству и часто бывала у них дома, ФИО16 учила ее вязать. Дома у них всегда был порядок, дети ухоженные, хотя истцу было тяжело одной, она много работала, часто брала продукты в магазине в долг, а потом они гасили этот долг частями, так как отец им практически не помогал. ФИО15 первое время изредка приезжал, привозил им продукты, а потом увлекся игровыми автоматами и пропал. ФИО8 отец почему-то не любил, бил, ругал, издевался над ним. Мальчик сам рассказывал свидетелю об этом, а однажды она даже стала этому очевидцем. В 6 классе ФИО15 сдал Женю в интернат, но мальчик там находился только днем, вечером он всегда был дома. ФИО16 его одевала, все его вещи были дома, он в интернат ходил только на занятия, ну оставался там, когда дома находился отец. В последний раз ФИО15 ФИО23 видела весной 2006 года, он шел в валенках и полушубке. Никаких других родственников у ФИО8 не было, к бабушке он никогда не уезжал, о существовании бабушки свидетелю ничего неизвестно. Женя всегда был дома. ФИО16 никогда сильно не ругала его и не наказывала его физически, Женя не жаловался на истца, он говорил лишь о том, что его обижает отец. Гибель Жени стала трагедией для истца, а его отец даже не приехал на похороны.

ФИО12 дала аналогичные показания, указав, что они дружили с ФИО17 семьями. Истец растила детей с малолетнего возраста как своих. Они называли ее мамой, а Женя только мамочка и мамуля до самой смерти, он и с СВО писал ей именно так. При этом отец не любил мальчика, он часто бил его, Женя жаловался на это, супруг ФИО24 даже однажды был вынужден заступаться за мальчика. При этом на ФИО16 Женя никогда не жаловался, он очень любил ее. Когда Женя погиб, об этом сообщили ФИО5, так как она была указана им в военкомате. Отец тоже знал о смерти сына, однако даже не приехал к Жене на похороны.

Согласно выписке из приказа командира войсковой части 11740 от ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 был назначен на воинскую должность старшего наводчика (л.д. 22).

ДД.ММ.ГГГГ в ходе выполнения специальных задач при проведении СВО на территории Украины, ДНР и ЛНР ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец 

<

адрес> погиб. Смерть, связана с исполнением обязанностей военной службы (л.д. 23,24).

Согласно скриншотам выписок телефонных сообщенийФИО3 до самой смерти поддерживал связь со своей мачехой, которую считал матерью и именно так к ней обращался, сведения о том, что, погибший военнослужащий поддерживал родственные связи со своими биологическими родителями суду не представлено (л.д. 44-46). 

Таким образом,по мнению суда с учетом содержания представленных доказательств, очевидно, следует, что факт ненадлежащего исполнения ответчиками своих родительских обязанностей по отношению к своему сыну - погибшему военнослужащему ФИО3, как и факт отсутствия между ФИО3, на протяжении многих лет детско-родительских отношений со своими биологическими родителями, а по достижению совершеннолетия отсутствия каких-либо родственных отношений с ними установлен.

С учетом изложенных обстоятельств, суд находиттребования истца обоснованными и подлежащими удовлетворению.

В силу ст.98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований.

Исковые требования ФИО14 (до перемены фамилии ФИО15) А.А. удовлетворены, однако о взыскании судебных расходов с ответчиков он не просил, в связи с чем затраты истца, взысканию с ответчиков не подлежат.

Руководствуясь ст. ст. 194-198, 235-237 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

р е ш и л:

Исковые требования ФИО14 (до перемены фамилии ФИО15) Алексея Андреевича к ФИО15,ФИО18 о лишении права на все меры социальной поддержки, предусмотренные в связи с гибелью военнослужащего ФИО3, признанииутратившими право на получение выплаты страховой суммы и единовременного пособия, иных льгот, прав и привилегий, предоставляемых родителям военнослужащего, в случае его гибели (смерти) при исполнении обязанностей военной службы удовлетворить.

Признать отсутствующим у ФИО15, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес>,ФИО18, родившейся ДД.ММ.ГГГГ в совхозе 

<

адрес>, права на получение всех мер государственной поддержки, пособий и страховых выплат в связи с гибелью ДД.ММ.ГГГГв ходе специальной военной операции на территориях Украины, Луганской Народной Республики и Донецкой Народной Республики ихсынаФИО3, родившегося ДД.ММ.ГГГГ вс.

<

адрес>. 

Ответчики вправе подать в суд, принявший заочное решение, заявление об отмене этого решения суда в течение семи дней со дня вручения им копии этого решения.

Ответчиками заочное решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке, в течение одного месяца со дня вынесения определения суда об отказе в удовлетворении заявления об отмене этого решения суда.

Иными лицами, участвующими в деле, а также лицами, которые не были привлечены к участию в деле и вопрос о правах и об обязанностях которых был разрешен судом, заочное решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение одного месяца по истечении срока подачи ответчиком заявления об отмене этого решения суда, а в случае, если такое заявление подано, - в течение одного месяца со дня вынесения определения суда об отказе в удовлетворении этого заявления.

Судья Жерновникова С.А.