Судья Нефедова В.А. дело № УК-22-300/2025 

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Калуга 02 апреля 2025 г.

Калужский областной суд в составе

председательствующего Тихоновой Е.В., 

при секретаре судебного заседания Филипповой Е.А., 

с участием прокурора Богинской Г.А., 

заявителя – потерпевшего ФИО1,

представителя заявителя ФИО1 по доверенности № № от 08 августа 2023 г. ФИО5

рассмотрел в открытом судебном заседании материал по апелляционной жалобе заявителя - потерпевшего ФИО1 на постановление Калужского районного суда Калужской области от 06 февраля 2025 г., по которому отказано в удовлетворении жалобы заявителя - потерпевшего ФИО1 о признании незаконным и необоснованным постановления следователя по особо важным делам третьего отдела по расследованию особо важных дел следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по 

<

адрес> ФИО6 от 14 октября 2024 г. о прекращении уголовного дела; о признании незаконным бездействия следователя при производстве предварительного расследования и возложении на соответствующее должностное лицо обязанности устранить допущенные нарушения.

Заслушав выступление заявителя - потерпевшего ФИО1 и его представителя – ФИО5, поддержавших доводы, приведенные в апелляционной жалобе, прокурора Богинской Г.А., возражавшей против удовлетворения апелляционной жалобы, суд 

У С Т А Н О В И Л:

18 июля 2022 г., в 09 часов 30 минут, старшим следователем ССО по РДТП СУ УМВД России по 

<

адрес> ФИО16 по факту дорожно-транспортного происшествия (столкновение транспортных средств), произошедшего 17 июля 2022 г., около 19 часов 26 минут, на 4 км автодороги 

<

данные изъяты> «

<

данные изъяты>», с участием водителя ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, управлявшего механическим транспортным средством – снегоболотоходом 

<

данные изъяты>, не имеющего государственного регистрационного знака, двигавшимся со стороны 

<

адрес> в сторону автодороги 

<

данные изъяты> «

<

данные изъяты>», скончавшегося в результате дорожно-транспортного происшествия, и водителя ФИО9, управлявшего автомобилем «

<

данные изъяты>», государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты>, двигавшимся во встречном направлении, было возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ. 

Указанное уголовное дело неоднократно прекращалось по основанию, предусмотренному п. 2 ч.1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием в действиях ФИО9 состава преступления. Первое постановление о прекращении уголовного дела было вынесено старшим следователем ССО по РДТП СУ УМВД России по 

<

адрес> ФИО16 14 марта 2023 г. Постановление, предшествующее обжалуемому постановлению о прекращении уголовного дела от 14 октября 2024 г., – 11 апреля 2024 г. следователем по особо важным делам третьего отдела по расследованию особо важных дел СУ СК РФ по 

<

адрес> ФИО6

По постановлению Боровского районного суда Калужской области от 26 апреля 2024 г. было удовлетворено ходатайство руководителя третьего отдела по расследованию особо важных дел СУ СК РФ по 

<

адрес> о разрешении отмены постановления о прекращении уголовного дела от 11 апреля 2024 г.

По постановлению следователя по особо важным делам третьего отдела по расследованию особо важных дел СУ СК РФ по 

<

адрес> ФИО6 от 14 октября 2024 г. уголовное дело было прекращено по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, - в связи с отсутствием в действиях ФИО9 состава преступления, предусмотренного п. п. «а», «б», «в» ч. 4 ст. 264 УК РФ.

Согласно описательно-мотивировочной части указанного постановления, следователем в ходе предварительного расследования было установлено, что водитель снегоболотохода 

<

данные изъяты>, не имеющего государственного регистрационного знака, ФИО7, в нарушение п. 2.1.1 Правил дорожного движения Российской Федерации (далее Правил), не имея водительского удостоверения на право управления указанным транспортным средством, не предвидя возможности наступления общественно опасных последствий своих действий, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия, двигаясь на 4 км автодороги 

<

данные изъяты> «

<

данные изъяты>, проходящей по территории 

<

адрес>, со стороны СНТ «

<

данные изъяты>» в сторону автодороги 

<

данные изъяты> «

<

данные изъяты>», в районе поворота на СНТ «

<

данные изъяты>» в нарушение п. 9.1 Правил не справился с управлением транспортным средством, выехал на сторону дороги, предназначенную для встречного движения, где допустил столкновение с движущимся во встречном направлении по своей полосе движения автомобилем «

<

данные изъяты>», государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты>, под управлением водителя ФИО9 В причинно-следственной связи с наступившими в результате дорожно-транспортного происшествия последствиями – смертью ФИО7 находится неосторожность последнего, допущенная при управлении транспортным средством.

09 января 2025 г. в Калужский районный суд Калужской области в порядке ст. 125 УПК РФ поступила жалоба заявителя - потерпевшего ФИО1 о признании незаконным и необоснованным постановления следователя по особо важным делам третьего отдела по расследованию особо важных дел СУ СК РФ по 

<

адрес> ФИО6 от 14 октября 2024 г. о прекращении уголовного дела; о признании незаконным бездействия следователя при производстве предварительного расследования и возложении на соответствующее должностное лицо обязанности устранить допущенные нарушения.

По обжалуемому постановлению суда жалоба заявителя - потерпевшего ФИО1 оставлена без удовлетворения.

В апелляционной жалобе заявитель - потерпевший ФИО1 ставит вопрос об отмене постановления суда в связи с несоответствием изложенных в нем выводов фактическим обстоятельствам дела, установленным судом первой инстанции, существенным нарушением уголовно-процессуального закона, неправильным применением уголовного закона и вынесении нового судебного решения о признании незаконным и необоснованным постановления о прекращении уголовного дела от 14 октября 2024 г. и возложении на руководителя СУ СК РФ по 

<

адрес> обязанности устранить допущенные нарушения.

В апелляционной жалобе заявитель приводит положения ч. 4 ст. 7 УПК РФ, цитирует разъяснения, данные Пленумом Верховного Суда Российской Федерации в постановлении от 10 февраля 2009 г. № 1 «О практике рассмотрения судами жалоб в порядке статьи 125 УПК РФ» (пункт 15), и делает вывод о том, что обжалуемое решение вынесено судом без их учета.

В обоснование приведенных доводов потерпевший ФИО1 указывает, что в постановлении суд ограничился лишь формальным и избирательным перечислением собранных по уголовному делу доказательств, признал верной правовую оценку материалов уголовного дела, данную следователем, но не указал конкретных данных, на основании которых пришел к выводу о необоснованности его (заявителя) требований. Обстоятельства, которые могли повлиять на вывод о наличии оснований для прекращения уголовного дела, указанные им в жалобе в порядке ст. 125 УПК РФ и не опровергнутые в ходе судебного заседания, не были приняты во внимание судом по надуманным основаниям. 

Так, суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении жалобы, указал, что следователем дана оценка всем обстоятельствам, имеющим значение для принятия решения по существу дела. Однако факт дачи следователем оценки обстоятельствам уголовного дела не является определяющим для признания постановления о прекращении уголовного дела законным при рассмотрении жалобы в порядке ст. 125 УПК РФ.

В постановлении суд привел анализ материалов уголовного дела и сделал вывод о том, что следователь произвел все следственные и иные процессуальные действия, которые считал необходимыми, то есть фактически суд дал оценку имеющимся в уголовном деле доказательствам, что на данной стадии уголовного судопроизводства недопустимо.

Суд сделал вывод о том, что доводы заявителя о наличии противоречий в заключениях экспертов, нарушениях, допущенных при производстве следственных действий, наличии непроцессуальной связи ФИО9 со свидетелями, являлись предметом проверки следователя при производстве предварительного следствия, но своего подтверждения не нашли.

Вместе с тем данный вывод можно сделать лишь детально оценив имеющиеся в уголовном деле доказательства, что суд первой инстанция не имел права делать при рассмотрении жалобы в порядке ст. 125 УПК РФ.

При этом в жалобе приведенные выше факты: наличие противоречий в заключениях экспертов и другие – не указывались им в числе обстоятельств, указывающих на незаконность обжалуемого постановления следователя, а были заявлены в суде, как не нашедшие оценки в этом постановлении, что, с учетом обязанности следователя привести все полученные доказательства и дать им оценку, является нарушением уголовно-процессуального закона. 

Автор апелляционной жалобы также обращает внимание на следующие обстоятельства, не получившие надлежащей оценки в постановлении суда:

-в судебном заседании было представлено заключение эксперта по результатам исследования, произведенного после вынесения обжалуемого постановления о прекращении уголовного дела, выводы которого, противоречащие имеющимся в уголовном деле заключениям экспертов, существенно влияют на обоснованность принятого следователем решения;

-по очевидным фактам фальсификации материалов уголовного дела следственным органом с 18 апреля 2024 г. проводится процессуальная проверка в отношении следователя ФИО16, фактически укрывшего место столкновения транспортных средств, сотрудников дорожно-патрульной службы ФИО17, ФИО18, не принявших мер к сохранности следов дорожно-транспортного происшествия, окончательная правовая оценка действиям которых до настоящего времени не дана. Ходатайство представителя заявителя об истребовании материала доследственной проверки необоснованно отклонено. Сохраняющаяся возможность возбуждения уголовного дела в отношении указанных должностных лиц существенно влияет на выводы об обоснованности принятого следователем решения;

-следователем не дано должной оценки фотографиям места дорожно-транспортного происшествия, хранившимся на оптическом диске, изъятом 26 июля 2024 г.; их происхождение и место хранения до момента изъятия не установлены, равно как и не установлено лицо, отметившее на фотографии фальсифицированное место столкновения транспортных средств. Между тем данные снимки были исследованы при производстве автотехнической экспертизы и повлияли на выводы эксперта;

-в резолютивной части постановления следователя отсутствует решение в отношении несовершеннолетнего ФИО7 со ссылкой на уголовно-процессуальный закон, что, кроме того, указывает на несоответствие описательно-мотивировочной части постановления, содержащей выводы о виновности ФИО7, его резолютивной части, 

-к материалам уголовного дела приобщены документы, поступившие после принятия решения о прекращении уголовного дела, с которыми потерпевшие ознакомлены не были и правовая оценка которым следователем не дана. 

Проверив материалы дела, обсудив доводы, изложенные в апелляционной жалобе и приведенные сторонами в судебном заседании, суд апелляционной инстанции находит обжалуемое постановление законным, обоснованным и мотивированным. 

В соответствии с ч. 4 ст. 7 УПК РФ постановление суда должно быть законным, обоснованным и мотивированным, то есть содержать обоснование сформулированных в нем выводов ссылками на положения закона и конкретные исследованные в ходе судебного разбирательства материалы дела. 

В силу ч. 1 ст. 125 УПК РФ постановления следователя о прекращении уголовного дела, а равно иные действия (бездействие) и решения следователя, которые способны причинить ущерб конституционным правам и свободам участников уголовного судопроизводства либо затруднить доступ граждан к правосудию, могут быть обжалованы в районный суд. 

Пленумом Верховного Суда Российской Федерации в постановлении от 10 февраля 2009 г. N 1 "О практике рассмотрения судами жалоб в порядке статьи 125 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации» (далее Постановление) дано разъяснение о том, что судьям надлежит на основе имеющихся данных и дополнительно представленных материалов проверять законность и обоснованность решений и действий (бездействия) должностных лиц, указанных в ч. 1 ст. 125 УПК РФ, касающихся заявленных требований граждан об устранении допущенных нарушений, ущемляющих их права и свободы (абз. 2 п. 1). 

Согласно пункту 15 Постановления, если заявитель обжалует постановление о прекращении уголовного дела, то при рассмотрении такой жалобы судья, не давая оценки имеющимся в деле доказательствам, должен выяснять, проверены ли и учтены ли следователем все обстоятельства, на которые указывает в жалобе заявитель, и могли ли эти обстоятельства повлиять на вывод о наличии оснований для прекращения уголовного дела.

Конституционным Судом Российской Федерации в определении от 12 апреля 2018 г. № 867-О выражена правовая позиция, в соответствии с которой, рассматривая жалобу по правилам статьи 125 УПК РФ, судья не должен, во избежание искажения сути правосудия, ограничиваться лишь исполнением формальных требований уголовно-процессуального закона и отказываться от оценки фактической обоснованности обжалуемых действий (бездействия) и решений. При рассмотрении жалоб потерпевших в порядке статьи 125 УПК РФ судья обязан проверить, учел ли орган предварительного расследования все обстоятельства, включая указанные в жалобе, которые могли существенно повлиять на его выводы, а также исследовал ли он данные обстоятельства вообще. При этом судья не дает оценки достоверности и достаточности доказательств, не правомочен делать выводы о признании тех или иных обстоятельств доказанными или недоказанными, а лишь констатирует, явились они предметом изучения в ходе предварительного расследования или нет.

Обжалуемое постановление суда соответствует приведенным выше требованиям уголовно-процессуального закона и правовым позициям Конституционного Суда Российской Федерации и Верховного Суда Российской Федерации.

Как было указано выше, 14 октября 2024 г. следователем по особо важным делам третьего отдела по расследованию особо важных дел СУ СК РФ по 

<

адрес> ФИО6, в производстве которого на тот момент находилось уголовное дело №, было вынесено постановление о его прекращении по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, – в связи с отсутствием в действиях ФИО9 состава преступления, предусмотренного п. п. «а», «б», «в» ч. 4 ст. 264 УК РФ.

Всесторонне оценив законность и фактическую обоснованность указанного решения с учетом всех имеющихся в материалах уголовного дела значимых фактов и обстоятельств, на основании которых принималось это решение и которые могли существенно повлиять на вывод о наличии фактических и правовых оснований для прекращения уголовного дела, и позиций сторон, в том числе заявителя, суд первой инстанции пришел к верному выводу о законности, обоснованности и мотивированности вынесенного должностным лицом органа предварительного следствия постановления и об отсутствии оснований для признании незаконным бездействия должностных лиц при производстве предварительного следствия по настоящему уголовному делу. 

Из представленных материалов уголовного дела и содержания обжалуемого заявителем постановления о прекращении уголовного дела следует, что оно вынесено надлежащим должностным лицом в пределах полномочий, которыми следователь наделен в соответствии со ст. 38 УПК РФ, с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, установленных, в частности, ст. ст. 212, 213 УПК РФ. 

В ходе доследственной проверки и производства предварительного следствия должностными лицами следственного отдела ОМВД России по 

<

адрес>, специализированного следственного отдела по расследованию дорожно-транспортных происшествий следственного управления УМВД России по 

<

адрес>, следственного отдела по 

<

адрес> следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по 

<

адрес>, третьего отдела по расследованию особо важных дел следственного управления Следственного комитета Российской Федерации в соответствии с ч. 2 ст. 21 УПК РФ были приняты предусмотренные Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации меры по установлению события преступления. 

Излагая в обжалуемом постановлении в соответствии с п. 5 ч. 2 ст. 213 УПК РФ результаты предварительного следствия, следователь указал обстоятельства, установленные в процессе расследования, привел доказательства, подтверждающие эти обстоятельства, и в заключение сделал вывод о необходимости прекращения уголовного дела, сославшись в соответствии с п. 7 ч. 2 ст. 213 УПК РФ на конкретное процессуальное основание для принятия такого решения. 

Постановление о прекращении уголовного дела соответствует материалам уголовного дела, то есть содержит обоснование принятого органом предварительного следствия решения путем проведения проверки и оценки в соответствии с требованиями ст. ст. 87, 88 УПК РФ собранных в ходе расследования доказательств. Оценка доказательств произведена следователем в свете положений как материального, так и процессуального права. 

При производстве по уголовному делу были выполнены следственные и иные процессуальные действия, направленные на собирание доказательств и установление обстоятельств дорожно-транспортного происшествия с участием водителей ФИО9 и ФИО7, в частности, были допрошены потерпевшие ФИО1, ФИО8, свидетели ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, проверены и уточнены показания свидетелей ФИО10, ФИО9, ФИО11 на месте, связанном с исследуемым событием, произведены следственный эксперимент с участием свидетеля ФИО10, осмотры места происшествия, осмотры транспортных средств, выемка и осмотр оптического диска с фотоснимками места дорожно-транспортного происшествия, размещенными в автоматизированной информационно-управляющей системе Госавтоинспекции (АИУС ГИБДД), судебно-медицинские и автотехнические (в том числе повторные комплексные) экспертизы. 

В ходе предварительного следствия в связи с доводами потерпевшего ФИО1 о допущенных по уголовному делу нарушениях требований уголовно-процессуального закона проверялись обстоятельства производства отдельных следственных и иных процессуальных действий, в том числе производства осмотра места происшествия 17 июля 2022 г. с применением технических средств фиксации и составления схемы, были допрошены участвовавшие в осмотре места происшествия следователь СО ОМВД России по 

<

адрес> ФИО15, старший следователь ССО по РДТП СУ УМВД России по 

<

адрес> ФИО16, инспектор ДПС ГИБДД ОМВД России по 

<

адрес> ФИО17, понятые ФИО13, ФИО14, присутствовавший на месте дорожно-транспортного происшествия инспектор ДПС ГИБДД ОМВД России по 

<

адрес> ФИО18, что также нашло отражение в обжалуемом постановлении следователя.

В связи с этим судом первой инстанции, вопреки доводам, приведенным заявителем ФИО1 в апелляционной жалобе, было верно констатировано, что указанные обстоятельства являлись предметом изучения в ходе предварительного следствия.

Соглашаясь с выводами суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции с учетом приведенных в апелляционной жалобе доводов и дополнительно исследованных судом апелляционной инстанции документов также отмечает, что следователем по особо важным делам третьего отдела по расследованию особо важных дел СУ СК РФ по 

<

адрес> ФИО19 в порядке ст. 144 УПК РФ было рассмотрено сообщение ФИО1 о ненадлежащем составлении старшим следователем ССО по РДТП СУ УМВД России по 

<

адрес> ФИО16 схемы места происшествия 17 июля 2022 г., а также непроведении сотрудниками дорожно-патрульной службы ФИО17 и ФИО18 иных мероприятий, направленных на фиксацию и обеспечение сохранности обстановки на месте дорожно-транспортного происшествия, и по результатам проведения проверки 12 февраля 2025 г. принято решение об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО16, ФИО17 и ФИО18 по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, то есть в связи с отсутствием в их деянии составов преступлений, предусмотренных ст. ст. 285, 286, 292, 293, 303 УК РФ. 

В рамках проведения доследственной проверки по указанному сообщению о преступлении было получено объяснение эксперта (ФБУ Российский Федеральный центр судебной экспертизы имени профессора ФИО20 при Минюсте России) ФИО21, участвовавшего в производстве автотехнической экспертизы, который, в частности, пояснил, что на выводы экспертов не повлияло то обстоятельство, что в схеме места дорожно-транспортного происшествия следы осыпи не привязаны к стационарным объектам на местности. В распоряжении экспертов были как фотографии из сети «Интернет», так и фотографии, полученные от сотрудника полиции. И выводы экспертами были сделаны не на основе расположения конусов и отметок на фотографиях, а на основе таких ориентиров, как осколки, обломки деталей, другие следы. Наличие конусов и отметок сотрудника полиции на фотографиях не повлияло на заключение. 

Органом предварительного следствия также выяснялось наличие и характер отношений между ФИО9 (участник дорожно-транспортного происшествия) и ФИО13 (понятой), ФИО10 (очевидец дорожно-транспортного-происшествия), проверялась версия заявителя ФИО1 об оказании ФИО9 незаконного воздействия на ФИО13 и ФИО10, для чего были произведены допросы указанных лиц, изъят и осмотрен мобильный телефон находившийся в пользовании ФИО10, получена и осмотрена информация о соединениях между абонентами и абонентскими устройствами, находившимися в пользовании ФИО9, ФИО10, ФИО13 и других лиц, получены данные о движении денежных средств по банковским счета ФИО9 и его сожительницы – ФИО11 По результатам производства указанных следственных действий следователь счел неустановленным наличие каких-либо сведений о возможной личной или иной заинтересованности кого-либо в исходе дела, а также просьб или каких-либо договоренностей, связанных с искажением реальных обстоятельств произошедшего дорожно-транспортного происшествия, о чем также указал в описательно-мотивировочной части обжалуемого постановления.

Вопреки доводам, приведенным заявителем – потерпевшим ФИО1, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что орган предварительного расследования исследовал и учел все обстоятельства, включая указанные в жалобе в порядке ст. 125 УПК РФ, которые могли существенно повлиять на вывод о наличии основания для прекращения уголовного дела. Обжалуемое постановление следователя наравне с приведением полученных в результате предварительного расследования доказательств и их мотивированной оценкой содержит выводы о том, что доводы потерпевших об иных возможных механизмах дорожно-транспортного происшествия, перемещении транспортных средств непосредственно после дорожно-транспортного происшествия, сокрытии иных следов происшедшего, нахождении водителя ФИО9 в состоянии алкогольного опьянения, оказании давления на свидетелей, заинтересованности каких-либо должностных лиц в исходе уголовного дела своего подтверждения не нашли, опровергаются собранными по делу доказательствами, в том числе заключениями экспертов. 

Приведенные заявителем в жалобе доводы фактически сводятся к переоценке (с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а всех собранных доказательств в совокупности – достаточности для разрешения уголовного дела) имеющихся в уголовном деле доказательств, в том числе данных, содержащихся в протоколе осмотра места происшествия и схеме к нему от 17 июля 2022 г., протоколах выемки (26 июля 2024 г.), протоколе осмотра с приложением фототаблицы (29 июля 2024 г.) оптического диска с фотоснимками места дорожно-транспортного происшествия, размещенными в АИУС ГИБДД, заключениях экспертов, производивших по настоящему уголовному делу автотехнические экспертизы, в том числе экспертизы №, № от 07 февраля 2024 г. (ФБУ 

<

данные изъяты> региональный центр судебной экспертизы Минюста России), №, №, № от 29 августа 2024 г. (ФБУ Российский Федеральный центр судебной экспертизы имени профессора ФИО20 при Минюсте России), на разрешение которых в числе других ставились вопросы о механизме рассматриваемого дорожно-транспортного происшествия, месте столкновения транспортных средств, фактическом расположении транспортных средств относительно элементов дороги в момент рассматриваемого столкновения, фактическом направлении перемещения автомобиля «

<

данные изъяты>» после столкновения со снегоболотоходом, протоколах допросов свидетелей ФИО9, ФИО10, ФИО13, что выходит за рамки предмета жалобы в порядке ст. 125 УПК РФ, о чем суд первой инстанции верно указал в постановлении.

В связи с этим, а также учитывая, что заключение эксперта не имеет заранее установленной силы, не обладает преимуществом перед другими доказательствами и, как все иные доказательства, полученные по настоящему уголовному делу, заключения экспертов оценивались следователем, что прямо следует из содержания обжалуемого постановления, по общим правилам в совокупности с другими доказательствами, ни заключение эксперта АНО «Центральное бюро судебных экспертиз №», выполненное в рамках судебного разбирательства по гражданскому делу по иску ФИО22 к ФИО1, ФИО8, находившемуся в производстве Одинцовского городского суда 

<

адрес>, которое было приобщено к материалам уголовного дела, ни представленный суду первой инстанции документ, поименованный «Заключение эксперта № по результатам автотехнической экспертизы согласно постановлению нотариуса 

<

адрес> ФИО23 от 08 ноября 2024 г., зарегистрированному в реестре № №, о принятии мер по обеспечению доказательств. Заявитель – ФИО1», не влияют на оценку судом первой инстанции постановления следователя от 14 октября 2024 г. как законного и обоснованного.

Непроведение органом предварительного следствия конкретных следственных и иных процессуальных действий, необходимых, по мнению заявителя и его представителя, для установления обстоятельств происшедшего, по смыслу уголовно-процессуального закона также не образует предмета судебного контроля в порядке статьи 125 УПК РФ, так как это противоречит положениям п. 41 ст. 5, п. 3 ч. 2 ст. 38 УПК РФ, в силу которых следователь уполномочен самостоятельно принимать решение о производстве таких действий. 

Доводы заявителя ФИО1 о том, что при вынесении следователем обжалуемого постановления не были приняты во внимание сведения, содержащиеся в документах, поступивших после принятия решения о прекращении уголовного дела, суд апелляционной инстанции отвергает как несостоятельные, поскольку удостоверенные копии этих документов, в том числе решения Одинцовского городского суда Московской области от 19 июля 2024 г. по иску ФИО22 к ФИО1, ФИО8 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия; материалов исполненного поручения о допросе в качестве свидетеля ФИО24 были получены ранее и имелись в материалах уголовного дела на момент принятия обжалуемого постановления следователя. Что касается сообщения старшего следователя следственного отдела по 

<

адрес> ГСУ СК России по 

<

адрес> ФИО25 о невозможности исполнить поручение следователя от 23 августа 2024 г. о допросе в качестве свидетеля ФИО26, то согласно указанному поручению целью допроса последнего явилось выяснение характера его взаимоотношений с ФИО9, осведомленность об обстоятельствах дорожно-транспортного происшествия и содержание его разговора с ФИО9 17 июля 2022 г. в 19 часов 45 минут. Неисполнение этого поручения расценено следователем как не препятствующее принятию итогового решения по делу. Данных для иного вывода суд апелляционной инстанции не усматривает, равно как и не приведено их в апелляционной жалобе.

Отсутствие в резолютивной части постановления следователя о прекращении уголовного дела самостоятельного процессуального решения в отношении ФИО7 с учетом того, что настоящее уголовное дело было возбуждено по признакам преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ, объективная сторона которого предусматривает нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека, в результате дорожно-транспортного происшествия наступила смерть ФИО7, потерпевшими по уголовному делу признаны родители последнего – ФИО1 и ФИО8, а также принимая во внимание, что выбор конкретного процессуального основания, определяющего основание для прекращения уголовного дела и подлежащего применению, является прерогативой следователя, принимающего данное процессуальное решение, не является основанием для признания обжалуемого постановления следователя незаконным.

Существенных нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену судебного решения, при рассмотрении судом жалобы заявителя – потерпевшего ФИО1 в порядке, установленном ст. 125 УПК РФ, допущено не было.

С учетом изложенного оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены обжалуемого постановления суда не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд 

П О С Т А Н О В И Л:

постановление Калужского районного суда Калужской области от 06 февраля 2025 г. по жалобе заявителя - потерпевшего ФИО1 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Настоящее апелляционное постановление вступает в законную силу с момента его провозглашения и может быть обжаловано в суд кассационной инстанции в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ. 

Председательствующий