Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

г. Тверь 03 марта 2021 года

Заволжский районный суд города Твери в составе:

председательствующего судьи Никифоровой А.Ю..,

при секретаре Лагуновой А.В.,

с участием помощника прокуратура Заволжского района города Твери и представителя третьего лица Прокуратуры Тверской области ФИО1 

представителя третьего лица УМВД России по городу Твери ФИО2 

представителей ответчика СУ СК по Тверской области и Следственного Комитета Российской Федерации ФИО3

представителя третьего лица УМВД России по Тверской области и ответчика МВД России по доверенности ФИО4

рассмотрев в открытом судебном заседании в здании Заволжского районного суда г. Твери гражданское дело УИД № 69RS0036-01-2020-004374-92 по исковому заявлению ФИО5 к Казне Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации, Управлению Федерального казначейства по Тверской области, отдельному батальону охраны и конвоирования подозреваемых и обвиняемых УМВД России по Тверской области, УМВД России по Тверской области, МВД России, Следственному комитету РФ, признать право на самозащиту: признать фактическое задержание 5 утра 28.10.2019 года в жилище ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ, по адресу: 

<

адрес>, в соответствии с протоколом обыска от 28.10.2019 года, признать факт содержания под стражей более 48 часов с момента фактического задержания, взыскать в солидарном порядке с ответчиков компенсацию морального вреда, 

установил:

ФИО6 обратился в суд с иском, неоднократно уточнённым входе судебного разбирательства в порядке ст. 39 ГПК РФ, к казне Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации области о признании права на самозащиту, признать фактическое задержание 5 утра 28.10.2019 года в жилище ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ, по адресу: 

<

адрес>, в соответствии с протоколом обыска от 28.10.2019 года, признать факт содержания под стражей более 48 часов с момента фактического задержания, взыскать в солидарном порядке с ответчиков компенсацию морального вреда в размере 10000 рублей.

В обоснование требований указал, что 28.10.2019 в 5 час. утра по месту временного проживания: 

<

адрес>,ул. 

<

адрес>. сотрудники и следователь по УВД отдела по расследованию особо важных дел СУ СК РФ по Тверской обл. г. Твери и иные лица провели задержание ФИО6 применив спецсредство «наручники» и провели обыск по выше указанному адресу. Доставили на автомобиле в 

<

адрес>. После чего происходили иные действия процессуального характера. 28.10.2019 в 16 часов 00 минут ФИО6 задержан в порядке, предусмотренном ст.91-92 УПК РФ, по подозрению в совершении преступления предусмотренного ч.1 ст.105 УК РФ. После доставления подозреваемого- заявителя в орган дознания или к следователю в срок не более 3- часов должен быть составлен протокол задержания в котором делается отметка о том, что подозреваемому разъяснены права, предусмотренные ст.46 УПК РФ. ч.3 ст.94 УПК РФ. Начальник места содержания подозреваемого под стражей наделен исключительным правом немедленно освободить его (Заявителя) в связи с истечением установленного законом срока задержания под стражей. Момент фактического задержания подтверждается протоколом обыска произведенного по адресу : 

<

адрес>. В данном протоколе указано время начало протокола и его завершение, в связи с чем просил его истребовать из материалов уголовного дела №11902280009040051,( следователя первого отдела по расследованию особо важных дел СУ СК РФ по Тверской обл. ФИО7 и иным рапортами и документами). Момент фактического задержания 5 часов утра 28 октября 2019, 48 часов истекают 30 октября 2019 в 5 часов утра. С учетом постановления о избрании меры пресечения в виде заключения под стражу от 30 октября 2019г., Московского районного суда г. Твери дело №3/1-131/2019 было проведено изначально позже. Таким образом заявитель содержался под стражей с момента фактического задержания более 48 часов. На основании изложенного и руководствуясь действующим законодательством просил: признать право на самозащиту. Признать право в следствии событий, с которыми закон или иной правовой акт связывает наступление гражданско- правовых последствий, а именно: содержание под стражей более 48 часов с момента фактического задержания. Признать право на компенсацию морального вреда. Оставить за собой право дополнение или изменения настоящего заявления.

В последствии истцом уточнены исковые требования, в которых он просил: признать право в следствие событий, с которыми закон или иной правовой акт связывает наступление гражданско –правовых последствий, а именной: содержание под стражей более 48 часов с момента фактического задержания. Признать право на самозащиту. Признать право на компенсацию морального вреда в размере 10000.00 рублей.

В ходе судебного разбирательства истцом уточнялись исковые требования, в которых он просил: признать право на компенсацию морального вреда в следствие содержания под стражей более 48 часов с момента фактического задержания, взыскать в солидарном порядке с соответчиков компенсацию морального вреда в размере 10000 рублей.

В ходе судебного разбирательства истцом уточнены исковые требования, в которых он просил признать фактическое задержание 5 утра 28.10.2019 года в жилище ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, по адресу: 

<

адрес>, в соответствии с протоколом обыска от 28.10.2019 года. Признать факт содержания под стражей более 48 часов с момента фактического задержания.

Определением суда от 20.10.2020 года при подготовке дела к судебному разбирательству к участию в деле привлечены в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных исковых требований относительно предмета спора следователь первого отдела по расследованию особо важных дел СУ СК РФ по Тверской области ФИО7, прокуратура Тверской области, Следственное управление СК РФ по Тверской области.

Протокольными определениями суда к участию в деле привлечены в порядке ст. 45 ГПК РФ для дачи заключения прокуратура Заволжского района г. Твери, в качестве соответчиков УМВД России по Тверской области, МВД России, Следственный комитет РФ, в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельны требований относительно предмета спора начальник изолятора временного содержания подозреваемых и обвиняемых по уголовным делам УМВД России по г.Твери, УВД России по г.Твери, начальник Заволжского межрайонного следственного отдела г.Твери СУ СК РФ по Тверской области ФИО8 

Истец ФИО6, отбывающий наказание в местах лишения свободы, извещен надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела, ходатайствовал об обеспечении личного участия истца в рассмотрении дела посредством видеоконференц-связи. Однако в виду отсутствия технической возможности организовать видеоконференц-связь, судом определено рассмотреть в отсутствие истца. При этом суд отмечает, что истец не был лишен возможности письменно изложить свою позицию по заявленным исковым требованиям, а также воспользоваться услугами представителя в соответствии со ст. 48 ГПК РФ, однако от привлечения к участию в деле представителя отказался.

Представитель третьего лица УМВД России по Тверской области и ответчика МВД России по доверенности ФИО4, возражал против удовлетворения заявленных требований, представив письменные возражения на иск. Как следует из представленного представителем отзыва на исковое заявление, заявленные требования о компенсации морального вреда завышены, неразумны и не соответствуют фактическим обстоятельствам, при которых был причинен моральный вред и индивидуальных особенностей потерпевшего. Утверждение истца о причинении ему морального вреда не подтверждены ни какими-либо документами, свидетельствующими о перенесении страданий, переживаний. Истцом не представлено доказательств того, что он претерпевал какие-либо физические или нравственные страдания. Заявляя требования о компенсации морального вреда, истец не только не обосновал, но и не доказал размер компенсации морального вреда. 

Ответчик Министерство финансов РФ, извещенный надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание своего представителя не направил, представил письменные возражения, в которых просил в удовлетворении исковых требований отказать, рассмотреть дело в отсутствие представителя.

Представитель третьего лица УМВД России по г. Твери ФИО2 в судебном заседании возражала против удовлетворения исковых требований и просила отказать в полном объеме. При этом указала, что доводы истца о нарушении его прав и содержание под стражей более 48 часов без вынесения соответствующего постановления являются несостоятельными и опровергаются материалами дела. Кроме того, требования к ИВС УМВД, как к соответчику являются необоснованными, т.к. ИВС является структурным подразделением УМВД России п о Г.Твери.

Ответчик УФК по Тверской области в судебное заседание своего представителя не направило, извещено надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела, представило письменные возвращения в которых указано следующее: в исковом заявлении ФИО6 свои исковые требования объясняет тем, что 28.10.2019 в 5 часов утра в месте временного проживания сотрудники правоохранительных органов и следователь отдела по расследованию ОВД СУ СК РФ по Тверской области и иные лица провели его задержание, применив спецсредства в виде наручников. 30.10.2019 было вынесено постановление об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу Московским районным судом г. Твери по делу №1/1-131/2019. Истец считает, что с момента задержания и до момента вынесения постановления суда прошло более 48 часов и в связи с этим требует компенсацию морального вреда. Управление Федерального казначейства по Тверской области не согласно с привлечением к участию в деле в качестве соответчика и не согласно с предъявленными требованиями по следующим основаниям. Если истец считает, что в уголовном деле, которое сейчас продолжается в отношении него рассматриваться, были допущены нарушения требований УПК РФ, то он должен был обжаловать действия следователя в порядке ст.125 УПК РФ в Московский районный судом г. Твери рамках рассматриваемого дела №3/1-131/2019. Истцом никаких доказательств причинения ему морального вреда не представлено, т.к. принятие 30.10.2019 постановления об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу Московским районным судом г. Твери по делу №3/1-131/2019 полностью соответствует законодательству и охватывает весь временной период содержания истца под стражей. На основании изложенного просило в удовлетворении исковых требований ФИО6 отказать.

Представитель СУ СК России по Тверской области и Следственного комитета РФ ФИО3 в судебном заседании возражала против удовлетворения исковых требований и просила отказать в полном объеме.

Прокурор Заволжского района г. Твери и представитель третьего лица прокуратуры Тверской области ФИО1, действующая на основании доверенности, в судебном заседании полагала требования истца не подлежат удовлетворению, поскольку истцом не представлено доказательств причинения физических и нравственных страданий. 

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела в судебное заседание не явились, ходатайств об отложении слушанием дела не представили.

Судом определено рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц, участвующих в деле.

Изучив материалы дела, выслушав лиц, участвующих в деле, суд приходит к следующему

Частью 2 ст. 22 Конституции РФ и ч. 1 ст. 10 УПК РФ установлено, что до судебного решения никто не может быть подвергнут задержанию на срок более 48 часов с момента фактического задержания.Основания задержания подозреваемого перечислены в ст.91 УПК РФ, а порядок задержания подозреваемого установлен статьей 92 УПК РФ. В соответствии со ст. 92 УПК РФ в протоколе задержания указываются дата и время составления протокола и дата, время, место, основания и мотивы задержания подозреваемого.

В п. 15 ст. 5 УПК РФ установлено, что "момент фактического задержания - момент производимого в порядке, установленном настоящим Кодексом, фактического лишения свободы передвижения лица, подозреваемого в совершении преступления".

Конституционный Суд РФ в определении от 17 ноября 2011 г. № 1579-О-О подтвердив конституционность п. 15 ст. 5 УПК РФ указал, что с момента фактического задержания или иного реального ограничения его прав у лица появляется право на защиту, и, следовательно, с момента фактического задержания следует исчислять срок задержания, даже в отсутствие надлежаще оформленного протокола задержания.

Таким образом, задержание в порядке ст.91 УПК РФ может быть осуществлено только по возбужденному уголовному делу дознавателем или следователем в производстве которого находится уголовное дело или по его поручению иными лицами.

В протоколе задержания обязательно должно указываться как время составления протокола задержания, так и время и место фактического задержания, которые могут не совпадать. С момента фактического задержания, т.е. еще до составления протокола задержания, у задержанного появляются право на защиту с правом на конфиденциальное свидание с защитником продолжительностью до 2 часов, право не свидетельствовать против себя самого и своих близких вплоть до полного отказа от дачи показаний. 48 часовой срок задержания следует исчислять с момента фактического лишения свободы передвижения лица, подозреваемого в совершении преступлении, а не с момента подписания протокола задержания, если эти моменты не совпадают. 

Как установлено судом и усматривается из материалов дела, 30.10.2019 года Московским районным судом г. Твери на основании постановления следователя ОВД отдела по расследованию особо важным дел СУ СК России по Тверской области ФИО8 удовлетворено ходатайство об избрании ФИО6 меры пресечения в виде заключения под стражу на 27 суток, то есть по 23 ноября 2019 года.

Данным постановлением установлено, что 28.10.2019 года в 16 часов 00 минут ФИО6 задержан в порядке, предусмотренном ст.ст. 91,92 УПК РФ, по подозрению в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ.

28.01.2019 года подозреваемый ФИО6 допрошен по существу возникших в отношении него подозрений.

29.10.2019 года ФИО6 предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного п. «ж, к» ч. 2 ст. 105 УК РФ.

Следователь по ОВД отдела по расследованию особо важных дел СУ СК России по Тверской области ФИО8 обратился в суд с ходатайством об избрании меры пересечения в виде заключения под стражу в отношении ФИО6

Принимая решение об избрании обвиняемого ФИО6 меры пресечения в виде заключения под стражу, суд учитывал место жительства, трудоустройство обвиняемого, а также тот факт, что последний обвиняется в совершении особо тяжкого преступления, которое относится к преступлениям против жизни, за которое предусмотрено безальтернативное наказание в виде лишения свободы, в том числе пожизненное.

Проверяя обоснованность заявленного ходатайства суд исходил из материалов, представленных органом предварительного следствия. Кроме того, судом проверены соблюдения закона при задержании обвиняемого и составления протокола задержания ФИО6, установленные ст. 92 УПК РФ, согласно которому требования закона были признаны соблюденными. 

Данное постановление не обжаловано и вступило в законную силу 06.11.2019 года.

Судом также установлено, что постановлением следователя по ОВД отдела по расследованию особо важным дел СУ СК России по Тверской области ФИО8 от 28.10.2019 года о производстве обыска в жилище в случаях, не терпящих отлагательств, постановлено произвести обыск в жилище ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, расположенного по адресу: 

<

адрес>. 

Данное постановление предъявлено ФИО6 28.10.2019 года в 05 часов 53 мин., о чем сделана собственноручная подпись.

Из протокола обыска от 28.10.2019 года следует, что обыск по адресу места жительства ФИО6 : 

<

адрес>, начат в 06 часов 00 минут окончен в 07 часов 20 минут.

Протокол обыска вручен ФИО6 28.10.2019 года, о чем сделана собственноручная подпись. При этом каких-либо замечаний и оговорок не имеется в протоколе обыска.

Из протокола задержания подозреваемого от 28.10.2019 года следует, что ФИО6 был задержан в порядке ст. 91, 92 УПК РФ в 16 часов 00 минут. При этом имеется оговорка ФИО6, что не согласен с задержанием. Иных пометок не имеется. Протокол составлен в 16 часов 02 минуты 28.10.2019 года.

В ходе настоящего судебного разбирательства представитель СУ СК России по Тверской области пояснил, что ФИО6 был задержан в 16 часов 00 минут, о чем составлен протокол задержания, при этом протокол задержания был составлен позже, в связи с чем указано время 16 часов 02 минуты. То обстоятельство, что в жилом помещении, принадлежащем ФИО6 производился обыск в период 06 часов 00 минут 28.10.2019 года не свидетельствует о его задержании в более ранений срок. ФИО6, согласно представленным суду материалам и протоколу в порядке ст. ст. 91, 92 УПК РФ, был задержан в качестве подозреваемого 28.10.2019 года, следовательно, срок содержания под стражей, установленный судом на 2 месяца, подлежал исчислению с 16 часов 00 минут 28.10.2019 года.

Согласно записям графы № Книги учета лиц, содержащихся в ИВС УМВД, задержание ФИО6 по подозрению в совершении преступления, предусмотренного ст. 105 УК РФ, осуществлено 28.10.2019 года. в 16 часов 00 минут. ФИО6 поступил в ИВС УМВД 29.10.2019 года в 2 часа 30 мнут ( числится за СУ СК России по Тверской области). 30.10.2019 года в 9 часов 30 минут ФИО6 из ИВС УМВД направлен в суд для участия в судебном заседании по рассмотрению ходатайства следователя об избрании меры пресечения в отношении ФИО6 в виде заключения под стражу. После избрания меры пресечения, ФИО6 по постановлению следователя СУ СК России по Тверской области вновь помещен в ИВС УМВД. ВВ ИВС УМВД истец содержался до 21 часов 00 минут 01 ноября 2019 года, откуда направлен в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Тверской области.

Обращаясь в суд с иском, ФИО6 в подтверждение заявленных требований указал, что фактическое его задержание произошло в момент проведения обыска, в связи с чем просил признать фактическое его задержание 5 утра 28.10.2019 года в жилище по адресу: 

<

адрес>, в соответствии с протоколом обыска от 28.10.2019 года и признать факт содержания под стражей более 48 часов с момента фактического задержания.

Разрешая заявленные требования, суд приходит к выводу о прекращении производства по делу по следующим основаниям.

Как следует из искового заявления, нарушение своих прав ФИО6 связывает с тем, что не был освобожден по истечении 48 часов с момента задержания в отсутствие соответствующего судебного акта, а также с неправомерным, по его утверждению, определением его процессуального статуса и с избранием в его отношении меры пресечения в виде заключения под стражу не с момента проведения обыска в жилище в 5 часов 28.10.2019 года. Тем самым, по существу, он предлагает оценить правоприменительные решения по его уголовному делу с учетом конкретных обстоятельств, расследование по которому до настоящего времени не окончено.

Согласно со ст. 125 УПК РФ предметом обжалования в суде являются постановления дознавателя и следователя об отказе в возбуждении уголовного дела, о прекращении уголовного дела, а равно иные решения и действия (бездействие) дознавателя, следователя и прокурора, которые способны причинить ущерб конституционным правам и свободам участников уголовного судопроизводства либо затруднить доступ граждан к правосудию.

Согласно п. 3.1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10 февраля 2009 № 1 "О практике рассмотрения судами жалоб в порядке статьи 125 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации" не подлежат обжалованию в порядке ст. 125 УПК РФ действия (бездействие) и решения, проверка законности и обоснованности которых относится к исключительной компетенции суда, рассматривающего уголовное дело по существу, а также действия (бездействие) и решения, для которых уголовно-процессуальным законом предусмотрен специальный порядок их обжалования в досудебном производстве.

Согласно разъяснений, данных в п. 2 Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 февраля 2009 года № 1 "О практике рассмотрения судами жалоб в порядке ст. 125 УПК РФ" не являются предметом рассмотрения суда в порядке ст. 125 УПК РФ жалобы на избрание и применение к подозреваемому, обвиняемому мер процессуального принуждения в виде залога, домашнего ареста и заключения под стражу, которые применяются по решению суда, принимаемому в соответствии с требованиями главы 13 УПК РФ.

По смыслу закона, а также разъяснений Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2013 № 41 (ред. от 24.05.2016) "О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста и залога", оценку обоснованности подозрения лица в совершении преступления, а также наличию оснований и соблюдению порядка задержания подозреваемого в порядке ст. ст. 91 и 92 УПК РФ дает суд при рассмотрении ходатайства в порядке ст. ст. 108, 109 УПК РФ.

При этом законность и обоснованность определения суда первой инстанции об избрании меры пресечения или о продлении обвиняемому сроков ее действия, согласно статьи 389.2 УК РФ, проверяется по жалобам сторон в апелляционном порядке, то есть другим судом и в другом процессуальном порядке.

Таким образом, судебная проверка законности и обоснованности задержания подозреваемого предусмотрена нормами уголовно-процессуального закона, в том числе п. 3 ч. 7 ст. 108 УПК РФ.

В соответствии со ст. 220 ГПК РФ суд прекращает производство по делу в случае, если дело не подлежит рассмотрению и разрешению в суде в порядке гражданского судопроизводства по основаниям, предусмотренным пунктом 1 части первой статьи 134 настоящего Кодекса.

На основании вышеизложенного суд считает, что истец является участником уголовного судопроизводства, а не гражданских правоотношений, следовательно, производство по делу подлежит прекращению на основании положений ст. 220 ГПК РФ, поскольку требования о признании фактического задержания ФИО6 в 5 часов утра 28.10.2019 года в жилище по адресу: 

<

адрес>, в соответствии с протоколом обыска от 28.10.2019 года, признании факта содержания под стражей более 48 часов с момента фактического задержания, подлежат рассмотрению в порядке уголовного судопроизводства. 

Конституция Российской Федерации закрепляет право каждого на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями органов государственной власти или их должностных лиц (статья 53), реализация которого гарантируется конституционной обязанностью государства в случае нарушения органами публичной власти и их должностными лицами прав, охраняемых законом, обеспечивать потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба (статья 52), а также государственную, в том числе судебную, защиту прав и свобод человека и гражданина (статья 45, часть 1 статья 46).

В силу пункта 1 статьи 8 и положений статьи 13 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, ратифицированной Федеральным законом от 30.03.1998 № 54-ФЗ "О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней", каждый имеет право на уважение его личной жизни и право на эффективное средство правовой защиты в государственном органе, даже если это нарушение было совершено лицами, действовавшими в официальном качестве.

Конституционным гарантиям находящегося под судебной защитой права на возмещение вреда, в том числе причиненного необоснованным уголовным преследованием, корреспондируют положения Конвенции о защите прав человека и основных свобод (пункт 5 статьи 5) и Международного пакта о гражданских и политических правах (подпункт "a" пункта 3 статьи 2, пункт 5 статьи 9), утверждающие право каждого, кто стал жертвой незаконного ареста, заключения под стражу, на компенсацию.

Согласно части первой ст. 5 Федерального закона от 12 августа 1995 г. № 144-ФЗ "Об оперативно-розыскной деятельности" органы (должностные лица), осуществляющие оперативно-розыскную деятельность, при проведении оперативно-розыскных мероприятий должны обеспечивать соблюдение прав человека и гражданина на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, неприкосновенность жилища и тайну корреспонденции.

В соответствии с частью второй ст. 8 указанного федерального закона проведение оперативно-розыскных мероприятий, которые ограничивают конституционные права человека и гражданина на тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений, передаваемых по сетям электрической и почтовой связи, а также право на неприкосновенность жилища, допускается на основании судебного решения и при наличии информации о признаках подготавливаемого, совершаемого или совершенного противоправного деяния или о лицах, подготавливающих, совершающих или совершивших противоправное деяние, по которому производство предварительного следствия обязательно, а также о событиях или действиях (бездействии), создающих угрозу государственной, военной, экономической, информационной или экологической безопасности Российской Федерации.

На основании ст. 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Права потерпевших от преступлений и злоупотреблений властью охраняются законом, а государство обеспечивает потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба (ст. 52 Конституции Российской Федерации).

Из содержания названных конституционных норм следует, что действия (или бездействие) органов государственной власти или их должностных лиц, причинившие вред любому лицу, влекут возникновение у государства обязанности этот вред возместить, а каждый пострадавший от незаконных действий органов государственной власти или их должностных лиц наделяется правом требовать от государства справедливого возмещения вреда.

В соответствии со ст. 1070 ГК РФ, вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ, возмещается за счет казны РФ, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта РФ или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

Вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконной деятельности органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры, не повлекший последствий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, возмещается по основаниям и в порядке, которые предусмотрены ст. 1069 настоящего Кодекса.

В силу ст. 1071 ГК РФ в случаях, когда в соответствии с настоящим кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с ч. 3 ст. 125 ГК РФ эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

В соответствии с ч. 1 ст. 150 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна, право свободного передвижения, выбора места пребывания и жительства, право на имя, право авторства, иные личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

На основании ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии с абзацем 3 ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда: вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ.

Согласно ч. ч. 1, 2 ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

В отношении лиц, незаконно или необоснованно подвергнутых уголовному преследованию, такой порядок определен Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации (статья 133 - 139, 397 и 399).

Исходя из содержания данных статей, право на компенсацию морального вреда, причиненного незаконными действиями органов уголовного преследования, возникает только при наличии реабилитирующих оснований (вынесение в отношении подсудимого оправдательного приговора, а в отношении подозреваемого или обвиняемого - прекращение уголовного преследования по реабилитирующим основаниям). При этом установлено, что иски за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства (статья 136 УПК РФ).

Принимая во внимание указанные нормы и оценив собранные по делу доказательства в их совокупности, суд с учетом положений ст. 56 ГПК РФ, пришел к выводу о том, что заявленные исковые требования ФИО6 о взыскании с ответчиков в солидарном порядке компенсации морального вреда в размере 10000 рублей являются необоснованными и не подлежащими удовлетворению, поскольку обязанность доказать факт причинения вреда личным неимущественным правам и другим нематериальным благам, незаконность действий государственных органов, а также наличие причинно-следственной связи между незаконными действиями (бездействием) государственного органа, и возникшим у истца вредом, возлагается на истца.

Между тем доказательств незаконности задержания ФИО6 не представлено, действия следователя по составлению протокола задержания с указанием неверной даты задержания не относится к реабилитирующим основаниям и не свидетельствует о незаконности или необоснованности уголовного преследования ФИО6, при этом в установленном законом порядке за истцом право на реабилитацию не признавалось.

ФИО6 не доказан факт причинения вреда и незаконность действий (бездействий) со стороны следственного органа при расследовании уголовного дела в виду допущенных нарушений норм уголовно-процессуального законодательства РФ, а равно наличие причинно-следственной связи между действиями органов следствия и причинённым вредом. 

При этом законность оснований задержания истца и порядок составления протокола задержания в соответствии со ст. 91, 92 УПК РФ, являлось проверкой Московского районного суда города Твери, которым не установлено каких-либо нарушений. 

Никаких доказательств наличия оснований для взыскания компенсации морального вреда в нарушение положений ст. 56 ГПК РФ не представлено. 

Поскольку нарушений личных неимущественных прав истца в результате действий (бездействий) органов государственной власти не установлено, то суд пришел к выводу об отсутствии оснований для компенсации морального вреда применительно к положениям ст. 151 ГК РФ.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 194 -199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил :

Прекратить производство по делу в части требований ФИО5 в части требований к Казне Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации, Управлению Федерального казначейства по Тверской области, отдельному батальону охраны и конвоирования подозреваемых и обвиняемых УМВД России по Тверской области, УМВД России по Тверской области, МВД России, Следственному комитету РФ, признать право на самозащиту: признать фактическое задержание 5 утра 28.10.2019 года в жилище ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ, по адресу: 

<

адрес>, в соответствии с протоколом обыска от 28.10.2019 года, признать факт содержания под стражей более 48 часов с момента фактического задержания.

Разъяснить ФИО5, что повторное обращение в суд по спору между теми же сторонами, о том же предмете и по тем же основаниям не допускается.

Исковые требования ФИО5 к Казне Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации, Управлению Федерального казначейства по Тверской области, отдельному батальону охраны и конвоирования подозреваемых и обвиняемых УМВД России по Тверской области, УМВД России по Тверской области, МВД России, Следственному комитету РФ о взыскании в солидарном порядке с ответчиков компенсации морального вреда в размере 10000 рублей оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Тверской областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Заволжский районный суд г. Твери в течение одного месяца со дня изготовления в окончательной форме.

Решение суда изготовлено в окончательной форме 26 марта 2021 года.

Председательствующий: А.Ю. Никифорова

1версия для печати