УИД 55RS0032-01-2024-000216-97

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

с. Седельниково Омской области 14 января 2025 года

Седельниковский районный суд Омской области в составе:

председательствующего судьи Рубцовой Т.И.,

при секретаре судебного заседания Вукс И.С.,

с участием представителя истца по доверенности ФИО1 (с использованием систем видеоконференц-связи),

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-2/2025 по иску ООО «Сургутское РСУ» к ФИО2 о возмещении материального ущерба,

установил:

ООО «Сургутское РСУ» обратилось в суд с иском к ФИО2 о возмещении материального ущерба в размере 59994,07 рублей, расходов по оплате государственной пошлины в размере 4000 рублей. В обоснование исковых требований указано, что между ООО «Сургутское РСУ» (работодатель) и ФИО2 (работник) заключен трудовой договор №984/18 от 05.10.2018, согласно которому работник принят на должность монтажника по монтажу стальных и железобетонных конструкций 3 разряда, и впоследствии переведен на должность 

<

данные изъяты>. Согласно служебной записке начальника службы экономической безопасности ООО «Сургутское РСУ» ФИО2 допустил присвоение дизельного топлива при заправке вверенного ему агрегата ДЭС-100 Airman-02 в период с 01.02.2024 по 08.02.2024 в общем количестве 921 литр путем недолива выданного топлива в бак агрегата. ООО «Сургутское РСУ» проведен анализ работы навигационной системы ГЛОНАСС, установленного на ДЭС-100. В ходе проверки было установлено, что потери зафиксировано не было, работа оборудования осуществлялась в штатном режиме. Трудовой договор с ответчиком расторгнут, но к моменту расторжения работник не возместил работодателю убытки на сумму 59994,07 рублей. 

В судебном заседании представитель истца по доверенности ФИО1 исковые требования поддержал по тем же основаниям, пояснив, что машинист этого агрегата получает топливо большими объемами, как правило, 200-литровыми бочками, потом он это топливо заливает частями в агрегат. Контроль использования топлива осуществляется путем системы ГЛОНАСС. Проверка показала, что Козленко получил дизтопливо в указанном количестве, но в бак ДЭС полностью его не залил. Истец полагает, что 900 литров он намеренно не залил для того, чтобы получить личную выгоду. В том случае, если бы бочка потекла, об этом стало бы известно, и руководство предприятия проверяло бы причину разлива топлива. Если бы в таком количестве уходило топливо, то Козленко это точно заметил бы по сравнению со средним расходом топлива исходя из опыта своей работы. Факт неисправности агрегата установлен тоже не был. 

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, заявлений и ходатайств не представил.

Выслушав представителя истца, свидетеля, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии с частями 1, 3 ст. 232 Трудового кодекса Российской Федерации (далее – ТК РФ) сторона трудового договора (работодатель или работник), причинившая ущерб другой стороне, возмещает этот ущерб в соответствии с настоящим Кодексом и иными федеральными законами. 

Расторжение трудового договора после причинения ущерба не влечет за собой освобождения стороны этого договора от материальной ответственности, предусмотренной настоящим Кодексом или иными федеральными законами.

Согласно ст. 233 ТК РФ материальная ответственность стороны трудового договора наступает за ущерб, причиненный ею другой стороне этого договора в результате ее виновного противоправного поведения (действий или бездействия), если иное не предусмотрено настоящим Кодексом или иными федеральными законами. Каждая из сторон трудового договора обязана доказать размер причиненного ей ущерба.

Условия и порядок возложения на работника, причинившего работодателю имущественный ущерб, материальной ответственности, пределы такой ответственности определены главой 39 ТК РФ «Материальная ответственность работника».

Как предусмотрено ч. 1 ст. 238 ТК РФ, работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. 

Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам (ч. 2 указанной статьи).

Статьей 241 ТК РФ предусмотрено, что за причиненный ущерб работник несет материальную ответственность в пределах своего среднего месячного заработка, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом или иными федеральными законами.

Согласно ст. 242 ТК РФ полная материальная ответственность работника состоит в его обязанности возмещать причиненный работодателю прямой действительный ущерб в полном размере. Материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба может возлагаться на работника лишь в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом или иными федеральными законами.

Перечень случаев возложения на работника материальной ответственности в полном размере причиненного ущерба приведен в ст. 243 Трудового кодекса Российской Федерации.

В соответствии с п.3 ч.1 ст. 243 ТК РФ материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба возлагается на работника в случае умышленного причинения ущерба.

Согласно ст. 246 ТК РФ размер ущерба, причиненного работодателю при утрате и порче имущества, определяется по фактическим потерям, исчисляемым исходя из рыночных цен, действующих в данной местности на день причинения ущерба, но не ниже стоимости имущества по данным бухгалтерского учета с учетом степени износа этого имущества.

В силу ч. ч. 1, 2 ст. 247 ТК РФ до принятия решения о возмещении ущерба конкретными работниками работодатель обязан провести проверку для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения. Истребование от работника письменного объяснения для установления причины возникновения ущерба является обязательным. В случае отказа или уклонения работника от предоставления указанного объяснения составляется соответствующий акт.

В п. 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 г. № 52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю» разъяснено, что к обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, в частности, относятся: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действий или бездействия) причинителя вреда; вина работника в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности.

Судом установлено, что 05.10.2018 между ООО «Сургутское ремонтно-строительное управление» и ФИО2 был заключен трудовой договор № 984/18, в соответствии с которым ответчик с 05.10.2028 был принят 

<

данные изъяты>, срок договора по 05.10.2019, работнику устанавливается вахтово-экспедиционный метод работы (л.д. 8-10). На основании данного трудового договора 05.10.2018 работодателем издан приказ № 1337-к о приеме ФИО2 на работу (л.д. 11). 

В соответствии с дополнительным соглашением к данному трудовому договору, подписанному сторонами 11.04.2019, и приказом № 462-к от 11.04.2029 ФИО2 переведен 

<

данные изъяты> (л.д. 13, 14). 

Как видно из путевого листа № 160236 от 01.02.2024 и ведомости учета выдачи дизельного топлива НПС «

<

данные изъяты>», ФИО2 за период с 1 по 7 февраля 2024 г. получено дизельное топливо для работы ДЭС-100 Airman-02 в общем количестве 2320 литров (л.д. 19, 20). 

Согласно служебной записке диспетчера навигации Ж. О.С. от 30.04.2024 в ходе мониторинга по системе Глонасс были выявлены не дозаправки ДТ на т/с ДЭС-100 Airman-02 в период с 01.02.2024 по 08.02.2024 в количестве 921 литр (л.д. 15).

Допрошенная в судебном заседании с использованием систем видеоконференц-связи свидетель Ж. О.С. показала, что путевые листы за отчетный период передаются от одного отдела к другому отделу, в итоге поступают к ней. Она по системе навигации ГЛОНАСС проверяет факт заправки топлива, сколько было получено и сколько идет отклонение. Установленный в баке датчик уровня топлива показывает, сколько топлива работник заливал в бак каждый раз. В данном случае по заправкам видно, что Козленко топливо получал, скорее всего, бочками и затем заправлял в агрегат частями. Ею было обнаружено, что не дозаправлено топливо, поэтому составлена служебная записка. Видимо, ею была допущена ошибка при подсчете, потому что объемы большие, верная цифра будет по ГЛОНАСС – 1324 литра, 18 заправок. С 1 по 8 февраля 2024 г. Козленко работал на этом агрегате и должен был либо заправить все топливо, либо передать остатки начальнику участка или в отдел ГСМ, или другому машинисту с составлением акта передачи. В данном случае к путевым листам акт передачи приложен не был. Если возникает неисправность топливной системы, это отражается в системе ГЛОНАСС, и при проверке она это все видит. В данном случае система была исправна, и именно работник не залил все полученное топливо в бак агрегата. ДЭС-100 Airman-02 и ДЭС-1009 это разные дизельные электростанции, Козленко был ответственный за обе, по агрегату ДЭС-1009 к нему претензий по топливу не было.

Показания свидетеля подтверждаются распечаткой отчета программы системы мониторинга ГЛОНАСС, из которой видно, что по объектуДЭС-100 AIRMAN А-02 с 1 по 8 февраля 2024 г. всего заправлено 1324 л, всего заправок 18, потрачено по ДУТ 1300 л (л.д. 16). 

Факт истребования работодателем от работника письменного объяснения подтверждается копией телеграммы от 23.05.2024 (л.д. 22, 57), а также актом об отказе дать объяснения от 28.05.2024 (л.д. 23). 

При этом как пояснил представитель истца ФИО1, поскольку ФИО2 находился на межвахтовом отдыхе, ему по месту жительства была направлена телеграмма с предложением представить объяснение по факту не дозаправки дизельного топлива, от дачи объяснения Козленко уклонился. 

В служебной записке ведущего специалиста отдела экономической безопасности Г. А.В. от 29.05.2024 указано, что отклонение при заправке за февраль 2024 согласно системе ГЛОНАСС и датчика уровня топлива подтверждает точность работы системы, предложено удержать стоимость дизельного топлива из заработной платы ФИО2. На служебной записке имеется резолюция об удержании с заработной платы и лишении премии на 100% (л.д. 17-18). 

Согласно приказу генерального директора ООО «Сургутское РСУ» от 29.12.2021 № 451 и калькуляции стоимости 1 л ГСМ с учетом хранения и доставки с 01.01.2022 стоимость 1 л дизельного топлива составляет 75,26 рублей (л.д. 62, 63). 

Из расчетных листков ФИО2 за май-июль 2024 г. видно, что с него удержан материальный ущерб в мае – 3137,82 руб., в июне – 4070,12 руб., в июле – 2112,45 руб. (л.д. 60-61). 

Как указано в дополнении к исковому заявлению, сумма ущерба, заявленного к взысканию с ответчика, рассчитана исходя из данной стоимости дизельного топлива (921 л * 75,26 руб. = 69314,46 руб.) с учетом удержанных с работника сумм в мае-июле 2024 г. – 9320,39 руб. (л.д. 54-55). 

Также согласно дополнительным пояснениям к исковому заявлению от 16.12.2024 доказательством исправности работы датчика уровня топлива на ДЭС-100 Airman-02 является письмо ООО «АмонТранс» от 02.12.2024, которое производит сервисное обслуживание оборудования ООО «Сургутское РСУ», фактически ФИО2 влил в бак 1324 л топлива, а не 1399 л, как указано в иске, фактически должно быть предъявлено требование о взыскании стоимости 996 л (921 л + 75 л), но истец не претендует на указанную разницу (л.д. 75). 

Данная позиция истца не противоречит положениям ст. 240 ТК РФ, которой предусмотрено, что работодатель имеет право с учетом конкретных обстоятельств, при которых был причинен ущерб, полностью или частично отказаться от его взыскания с виновного работника.

Из письма ООО «АмонТранс» от 02.12.2024 видно, что 18.12.2023 проводилась диагностика датчика уровня топлива, установленного в топливном баке ДЭС-100 AIRMAN-02, датчик в паре со спутниковым навигационным терминалом GPS/ГЛОНАСС работают исправно и выдают достоверную информацию с минимальной погрешностью по объему заправленного топлива (л.д. 79). 

На основании заявления ФИО2 приказом № 600-к от 29.07.2024 он уволен с работы 29.07.2024 (л.д. 76, 77). Доказательств возмещения ущерба, причиненного работодателю, в оставшейся части ответчиком суду не представлено.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что наличие ущерба у работодателя, вина ответчика в причинении ущерба обществу, причинно-следственная связь между его действиями и наступившим у общества ущербом,а также размер причиненного ущерба, объективно подтверждаются.

Предусмотренных ст. 239 ТК РФ обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника, по делу не имеется. С учетом фактических обстоятельств дела оснований для применения положений ст.250 ТК РФ суд также не находит.

При таких обстоятельствах суд полагает, что исковые требования являются законными и подлежат удовлетворению в полном объеме.

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. В силу ч. 1 ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

При подаче искового заявления в суд ООО «Сургутское РСУ была уплачена государственная пошлина в размере 4000 рублей (л.д. 3), которая подлежит взысканию с ответчика в пользу истца.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ,

решил:

Исковые требования ООО «Сургутское РСУ» к ФИО2 о возмещении материального ущерба удовлетворить.

Взыскать с ФИО2 в пользу Общества с ограниченной ответственностью «Сургутское ремонтно-строительное управление» в возмещение материального ущерба 59994 рубля 07 коп., судебные расходы в размере 4000 рублей, а всего 63994 (шестьдесят три тысячи девятьсот девяносто четыре) рубля 07 коп. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Омский областной суд путем подачи апелляционной жалобы в Седельниковский районный суд Омской области в течение месяца со дня его вынесения в окончательной форме.

Председательствующий Т.И. Рубцова

Мотивированное решение изготовлено 21 января 2025 года.

Председательствующий Т.И. Рубцова