Дело №2-2192/2021

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г.Краснодар 24 июня 2021 года

Октябрьский районный суд г.Краснодара в составе: председательствующего Балина М.В., при секретаре судебного заседания Логвиненко В.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к судебному департаменту при Верховном Суде Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л :

ФИО2 обратился в суд к судебному департаменту при Верховном Суде Российской Федерации с иском о взыскании компенсации морального вреда в размере 5 000 000 рублей.

В обоснование заявленных требований указал, что в ходе проведения следствия по уголовному делу, при рассмотрении дела, избрании меры пресечения, в виде заключения под стражу, продлении срока содержания под стражей, в Ленинском, Первомайском и Октябрьском судах 

<

адрес>, ФИО2 помещали в железную клетку, что унижало его человеческое достоинство, поскольку на тот момент его вина в совершении какого-либо правонарушения не была доказана, и он не представлял опасности для участников процесса. Данные действия причинили ему моральный вред, который он оценивает в размере 5 000 000 рублей. 

Истец в судебное заседание не явился, просил рассмотреть дело в его отсутствие.

Представитель ответчика - судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации в судебное заседание не явился, о рассмотрении дела надлежаще извещен, причин неявки суду не сообщил.

Представитель 3-го лица - Управления Судебного департамента в 

<

адрес> в судебное заседание не явился, представил заявление о рассмотрении дела в свое отсутствие, также представил возражения на иск, в которых указал, что процесс содержания лица под стражей законодательно урегулирован, осуществляется на основании нормативно-правовых актов и соответствующих актов Министерства юстиции Российской Федерации, которыми регламентированы условия содержания, права и обязанности лиц, содержащихся под стражей, а также права и обязанности лиц, ответственных за их содержание. Доводы истца не соответствуют требованиям указанных норм и являются субъективным мнением, не имеющим доказательств, тем самым не могут служить основанием для удовлетворения исковых требований и взыскании компенсации за ненадлежащие условия содержания в Октябрьском, Ленинском и Первомайском районных судах 

<

адрес>. ФИО2 также не представлены доказательства, подтверждающие факт причинения ему со стороны должностных лиц Управления физических и нравственных страданий и причинно- следственной связи между действиями должностных лиц Управления и наступившими неблагоприятными последствиями для него. Истцом не представлено доказательств тому, что в период нахождения в ограждении, имело место совершение неправомерных действий, нарушение каких-либо личных неимущественных прав, и личных нематериальных благ, наличия причинно-следственной связи между неправомерными действиями должностных лиц Управления и его нравственными страданиями, а также обращения с ним, выходящего за пределы минимального уровня суровости для целей применения статьи 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод 1950 года, и чрезмерности принимаемых мер по обеспечению безопасности в зале судебных заседаний. Указывая в исковом заявлении постановление от ДД.ММ.ГГГГ по делу «ФИО4 и ФИО5 против Российской Федерации», согласно которому нахождение подсудимых на скамье, окруженной клеткой из металлических прутьев, было признано нарушающим статью 3 Конвенции, ФИО2 не принимается во внимание содержание пункта 119 названного Постановления ЕСПЧ, из которого следует, что использование металлических клеток не исключается, и может допускаться с учетом личности заявителя, природы преступлений, в которых он обвиняется, его судимости и поведения, данных об угрозе безопасности в зале судебных заседаний или угрозе того, что заявитель скроется, присутствия публики и др. Истцом не предоставляются бесспорные и достаточные доказательства того, что в результате его содержания в пределах ограждений в залах судебных заседаний, ему был причинен реальный физический вред, глубокие физические или психологические страдания, что вызвало у него чувства страха, тревоги и собственной неполноценности, хотя их причинение является обязательным условием, закрепленным в Конвенции. В исковом заявлении ФИО2 указано лишь, что нахождение в «железной клетке» унижало его достоинство как человека. Кроме того, решение о размещении подсудимого за металлической решеткой в зале судебного заседания принимается непосредственно судьей, в рассмотрении которого находится уголовное дело, а не должностными лицами Управления, поскольку, в силу прямого законодательного закрепления, органы и учреждения Судебного департамента призваны способствовать укреплению самостоятельности судов, независимости судей и не вправе вмешиваться в осуществление правосудия. Доводы истца о неправомерности помещения его в процессуальную зону залов судебных заседаний, оборудованными металлическими решетками, являющиеся основанием для требования возмещения морального вреда с Управления, основаны на неверном толковании норм права. Управление не преследовало цель унижения или оскорбления истца, а действовало в рамках действующего законодательства, направленного на создание условий по обеспечению безопасности отправления правосудия. Следовательно, при таких обстоятельствах отсутствуют любые основания для взыскания компенсации морального вреда за содержание истца в процессуальной зоне залов судебных заседаний, оборудованными металлическими решетками, Октябрьского, Ленинского и Первомайского районных судов 

<

адрес>.

Учитывая, что в соответствии со ст.167 ГПК РФ суд вправе рассмотреть дело в отсутствии истца, ответчика, третьего лица, извещенных о времени и месте судебного заседания, если причину их неявки суд признает неуважительной, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Исследовав материалы дела, оценив в совокупности представленные доказательства, суд пришел к следующему.

В силу ст.1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В соответствии со ст.1069 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

В силу ст.151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно ст.10 Уголовно – исполнительного кодекса РФ, ФИО1 уважает и охраняет права, свободы и законные интересы осужденных, обеспечивает законность применения средств их исправления, их правовую защиту и личную безопасность при исполнении наказаний.

В соответствии со ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях когда: вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ; вред причинен распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию; в иных случаях, предусмотренных законом.

В пункте 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснено, что степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Из приведенных правовых норм и разъяснений следует, что сами по себе нарушения личных неимущественных прав потерпевшего, или посягательство на нематериальные блага не являются безусловными основаниями для удовлетворения требований о компенсации морального вреда. Обязательным условием удовлетворения названных требований является факт причинения потерпевшему физических и нравственных страданий.

При рассмотрении возникшего спора действует общее правило распределения обязанностей по доказыванию - каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений (ч.1 ст.56 ГПК РФ), то есть бремя доказывания наличия морального вреда ложится на истца, а ответчик должен доказать отсутствие вины в его причинении.

Согласно статьям 15 и 17 Конституции РФ общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы. Если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные законом, то применяются правила международного договора.

В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией.

В соответствии со ст.3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод от ДД.ММ.ГГГГ никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.

К бесчеловечному обращению относятся факты преднамеренного причинения человеку реального физического вреда, а равно глубоких физических или психических страданий.

Унижающим достоинство признается обращение, которое вызывает у лица чувство страха, тревоги и собственной неполноценности.

Лицам, содержащимся под стражей, не должны причиняться лишения и страдания более тех, которые являются неизбежными при лишении свободы, а их здоровье и благополучие должны быть гарантированы с учетом практических требований режима содержания. Оценка указанного уровня осуществляется в зависимости от конкретных обстоятельств, в частности от продолжительности неправомерного обращения с человеком, характера физических и психических последствий такого обращения.

Обращаясь в суд с исковым заявлением о взыскании компенсации морального вреда, ФИО2 указал на нарушение его прав, выразившихся в его содержании в металлической клетке, в ходе проведения следственных действий при избрании ему меры пресечения в виде содержания под стражей, продлении меры пресечения в виде содержания под стражей, а также при рассмотрении уголовного дела в Ленинском, Первомайском и Октябрьском судах 

<

адрес>, что причиняло ему нравственные страдания.

В ходе рассмотрения настоящего дела, факт того, что в при судебных разбирательствах по уголовному делу в Ленинском, Первомайском и Октябрьском суде 

<

адрес> ФИО2 помещался за металлическое ограждение, в виде металлической решетки, ответчиком не оспаривался.

В соответствии с пунктом 8.3 «СП 31-104-2000. Здания судов общей юрисдикции», который действовал на момент строительства указанных зданий, в залах судебных заседаний для рассмотрения уголовных дел следует устанавливать металлическую заградительную решетку высотой 220 см, ограждающую с четырех сторон место для размещения подсудимых во время проведения судебных процессов. Ограждаемая решеткой площадь должна обеспечивать размещение от 3 до 20 подсудимых, она устанавливается в задании на проектирование.

В соответствии с разделом 7.2 Методических рекомендаций по организации деятельности администратора Верховного Суда республики, краевого, областного суда, суда города федерального значения, суда автономной области, автономного округа, окружного (флотского) военного суда, районного суда, гарнизонного военного суда, утвержденных Генеральным директором Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации 24.11.2009г., в залах судебных заседаний, для рассмотрения уголовных дел устанавливаются металлические решетки, пуленепробиваемые стекла, либо иные приспособления, ограждающие места для размещения подсудимых во время проведения судебных процессов.

Согласно п.307 Наставления по служебной деятельности изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, подразделений охраны, и конвоирования подозреваемых и обвиняемых, утвержденного приказом МВД России от ДД.ММ.ГГГГ № дсп, в зале судебного заседания, подозреваемые и обвиняемые размещаются за барьером (защитным заграждением) на скамьях в порядке, определяемом председательствующим в судебном заседании. Конвоиры на постах располагаются с правой и левой стороны от барьера (защитного заграждения). 

Доставка подозреваемых и обвиняемых в необорудованные барьерами (защитными ограждениями) залы судебных заседаний запрещена.

Функциональная группа помещений для лиц, содержащихся под стражей, и конвоя в зданиях (помещениях) федеральных судов общей юрисдикции предусмотрена «СП 152.13330.2012. Свод правил. Здания судов общей юрисдикции. Правила проектирования», утверждены Приказом Госстроя от ДД.ММ.ГГГГ №/ГС. Свод правил введен в действие с ДД.ММ.ГГГГ Согласно п.1.2 Свода правил, данные требования распространяются на проектирование вновь строящихся и реконструируемых зданий судов общей юрисдикции, при этом для реконструируемых зданий настоящий свод правил следует использовать по возможности.

В соответствии с п.7.9 Свода правил 152.13330.2012 для размещения подсудимых в залах судебных заседаний для слушания уголовных дел допускались защитные кабины в двух вариантах: металлическая решетка или изолирующая светопрозрачная-модульная сборно-разборная конструкция (защитная кабина). Защитная кабина может быть выполнена из металлической решетки или из прочного стекла, устойчивого к огнестрельному оружию.

Таким образом, суд полагает, что само по себе нахождение ФИО2 во время рассмотрения в судебных заседаниях в отношении него процессуальных действий в ходе предварительного следствия и уголовного дела за защитным ограждением, т.е. в изоляции от гражданского общества, не может быть обстоятельством, причинившим ему нравственные, либо физические страдания.

Обязанность доказать наличие причинно-следственной связи между незаконными действиями, бездействием государственного органа и причинением истцу морального вреда возложена на истца. Вместе с тем, каких-либо доказательств, подтверждающих нарушение его личных неимущественных прав, причинения нравственных страданий, в связи с нахождением его в здании судов в металлической клетке, а также, что условия нахождения в металлической клетке являлись чрезмерными и могли обоснованно восприниматься истцом, как унижающие достоинство суду представлено не было.

Относительно доводов истца о нарушении ст.3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, ратифицированной Федеральным законом от ДД.ММ.ГГГГ №54-ФЗ, суд исходит из следующего.

В соответствии с п. 3 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами общей юрисдикции Конвенции о защите прав человека и основных свобод от ДД.ММ.ГГГГ и протоколов к ней», правовые позиции Европейского Суда учитываются при применении законодательства Российской Федерации.

Согласно абз.2 п.11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации», выполнение постановлений (Европейского суда по правам человека), касающихся Российской Федерации, предполагает в случае необходимости обязательство со стороны государства принять меры частного характера, направленные на устранение нарушении прав человека, предусмотренных Конвенцией, и последствий этих нарушений для заявителя, а также меры общего характера, с тем, чтобы предупредить повторение подобных нарушений.

В настоящее время законодателем не приняты меры к изменению установленного порядка содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, а также размещения их в зале судебного заседания.

При таких обстоятельствах, у государственных органов в настоящее время отсутствует объективная возможность, и необходимость обеспечить лицам, содержащимся под стражей иной порядок содержания.

Учитывая установленные обстоятельства дела, суд считает, что факт причинения истцу морального вреда не нашел своего подтверждения в судебном заседании. Истцом не доказаны факты нарушения его прав и незаконности действий ответчика, в связи с чем, оснований для удовлетворения исковых требований не имеется.

Руководствуясь ст. ст.194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

В удовлетворении исковых требований ФИО3 к судебному департаменту при Верховном Суде Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда - отказать.

Решение суда может быть обжаловано в Краснодарский краевой суд через Октябрьский районный суд г.Краснодара в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Судья: подпись.

Копия верна.

Судья

Решение изготовлено в окончательной форме 24.06.2021 года.