Дело № 2-51/2020

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

пос. Комсомольский 12 ноября 2020 года

Черноземельский районный суд Республики Калмыкия в составе

председательствующего судьи Манжеева Б.В.

при секретаре Хазыковой И.Н.,

с участием представителей истца ФИО1,

Домбаева Б.А., 

ответчика ФИО2,

представителей ответчика ФИО3,

ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Муниципального унитарного предприятия им. С.М. Буденного к ФИО2 о взыскании материального ущерба, причиненного работником,

УСТАНОВИЛ:

Муниципальное унитарное предприятие им. С.М. Буденного (далее – МУП им. С.М. Буденного) обратилось в суд с указанным иском, мотивируя тем, что 15 октября 2013 года МУП им.С.М. Буденного заключило с ФИО2 трудовой договор и договор о полной индивидуальной материальной ответственности с принятием на работу в качестве старшего чабана в цех животноводства. С октября 2013 года по июль 2019 года ФИО2 добросовестно исполнял свои трудовые обязанности по сохранности поголовья скота, что подтверждается документацией внутреннего контроля предприятия. Согласно животноводческому отчету на 01 августа 2019 года в собственности МУП им. С.М.Буденного (общественное поголовье) числятся по учету за старшим чабаном ФИО2: овцематки (2013г.) – 573 головы, валушки (2019г.) – 283 головы, ярки (2019г.) – 290 голов, переярки (2018г.) – 303 головы. Данное поголовье скота было вверено работнику ФИО2, однако по состоянию на 10 августа 2019 года на момент проверки полностью отсутствует на его животноводческой стоянке. По результатам внутренней проверки по факту недостачи поголовья скота ФИО2 дать объяснения отказался. Приказом директора предприятия № 2 п. 2 от 16 января 2020 года создана комиссия по расследованию факта причинения ущерба. 17 марта 2020 года ФИО2 было предложено в срок до 25 марта 2020 года дать письменные объяснения по факту недостачи поголовья. От письменных объяснений ФИО2 уклонился, о чем был составлен акт. Вместе с тем, согласно акту от 10 августа 2019 года в личной собственности (индивидуальное поголовье) работника ФИО2 находятся овцематки в количестве 750 голов, молодняк текущего года – 750 голов. Приказом директора МУП им. С.М.Буденного № 2 п.3 от 16 января 2020 года создана инвентаризационная комиссия для проверки наличия и сохранности нефинансовых активов предприятия. По состоянию на 15 апреля 2020 года согласно инвентаризационной описи № 6 у старшего чабана ФИО2 поголовье скота, закрепленное за ним, полностью отсутствует. Сличительной ведомостью № 8 от 16 марта 2019 года на основании отчета о движении скота и птицы на ферме за август 2019 года выявлена недостача по следующим объектам учета: овцематки на сумму 1719000 рублей; валушки на сумму 849000 рублей; ярки на сумму 870000 рублей; переярки на сумму 1212000 рублей. Актом о результатах инвентаризации № 28 от 10 апреля 2020 года на основании ведомости № 10 от 16 марта 2020 года определена окончательная сумма недостачи в размере 4650000 рублей. Указывает, что утрата работником ФИО2 поголовья скота в количестве 1449 голов произошла вследствие его противоправных виновных действий, выразившихся в неисполнении им служебных обязанностей по сохранности и бережному отношению вверенного ему поголовья скота, принятию мер к предотвращению ущерба, предупреждению работодателя об угрозе потери поголовья скота, в результате чего МУП им. С.М.Буденного причинен материальный ущерб на сумму 4650000 рублей. Просил взыскать с ФИО2 в пользу МУП им. С.М. Буденного материальный ущерб, причиненный работодателю при исполнении трудовых обязанностей, в указанном размере.

В судебном заседании представитель истца МУП им. С.М.Буденного по доверенности ФИО1 увеличил исковые требования, просил взыскать с ФИО2 в пользу МУП им. С.М. Буденного сумму причиненного ущерба в размере 5370500 рублей. Данные исковые требования поддержал полностью, привел доводы согласно исковому заявлению. 

Представитель истца директор МУП им. С.М. Буденного Домбаев Б.А. увеличенные исковые требования также поддержал, дополнительно пояснил, что в должности директора предприятия работает с 24 июля 2019 года. Ему неизвестно о какой – либо сделке по поводу поголовья скота, принадлежащего предприятию, заключавшейся между предыдущим покойным директором МУП им. С.М. Буденного Домбаевым А.С. и ответчиком. В начале августа 2019 года к нему обратился ФИО2 и передал ему под расписку 345000 рублей, которые он внес в кассу МУП им. С.М. Буденного, оприходовала данные денежные средства кассир ФИО5. По поводу переданных денег ответчик пояснил ему, что это долг за приобретенное бракованное поголовье овцематок, принадлежащее предприятию, по якобы заключенной сделке между предыдущим директором МУП им. С.М. Буденного Домбаевым А.С. и ответчиком. Об этой сделке ему ничего не было известно, но деньги он принял и сдал в кассу, оформили как погашение долга ФИО2 за недостачу. В представленной справке ошибочно указана сумма 344000 рублей.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании увеличенные исковые требования не признал полностью, суду пояснил, что согласно подписанному им трудовому договору № от ДД.ММ.ГГГГ, заверенная нотариально копия которого была приобщена к материалам дела по ходатайству его представителей ( том 1, л.д. 193 – 195 ), он с указанного времени работает старшим чабаном МУП им. С.М. Буденного. Договор о полной индивидуальной материальной ответственности он не подписывал, также как и экземпляр трудового договора, представленного представителем истца. В 2013 году администрацией МУП им. С.М. Буденного ему как старшему чабану было передано маточное овцепоголовье 2013 года окота в количестве 538 голов, принадлежащее предприятию, на животноводческой стоянке которого данное поголовье содержалось. Кроме того, на животноводческой стоянке МУП им. С.М. Буденного он содержал также личное поголовье скота. В его должностные обязанности как старшего чабана входили выращивание переданного поголовья скота, получение приплода от него и обеспечение его сохранности. До октября 2018 года он ежегодно подписывал животноводческие отчеты о наличии у него переданного маточного овцепоголовья в количестве 538 голов. В случае утраты какой – то части овцепоголовья, принадлежащего предприятию, он восстанавливал его численность из овцепоголовья, принадлежащего ему на праве личной собственности. Поэтому в период с 2014 по октябрь 2018 года численность овцепоголовья МУП им. С.М. Буденного у него не менялась и составляла те же 538 голов. Вообще же ему работодателем должно было быть передано овцепоголовье в количестве 573 головы, однако окончательно ему были переданы лишь указанные 538 голов. Весь приплод от этих овцематок в период с 2014 по 2018 годы включительно ежегодно после отбивки, то есть в возрасте 4 – 5 месяцев, забирал у него бывший покойный директор МУП им. С.М. Буденного Домбаев А.С.. Приплод каждый год последним сдавался на бойню. Никаких документов об изъятии приплода между ним и директором Домбаевым А.С. не составлялось, он подчинялся ему как руководителю предприятия, в принятии приплода он в отчетных документах не расписывался. Примерно в октябре – ноябре 2018 года, когда имевшееся у него маточное овцепоголовье 2013 года окота в количестве 538 голов, принадлежащее предприятию, в силу возраста перешло в категорию бракованного поголовья, то есть после 5 – 6 окотов, он договорился с директором Домбаевым А.С. о покупке этого поголовья овец по цене 2500 рублей за одну голову бракованной овцематки, всего на сумму 1345000 рублей. В счет покупки подотчетного поголовья скота он передал лично директору Домбаеву А.С. денежные средства в сумме 1000000 рублей, а остальные 345000 рублей согласно договоренности он должен был передать позже. При этом по факту передачи денег какие – либо документы, в том числе расписка, не составлялись. В подтверждение данной договоренности с директором Домбаевым А.С. у него имеется только осуществленная им аудиозапись их разговора. Впоследствии приобретенное поголовье овец он реализовал, а в связи с кончиной директора Домбаева А.С. он передал остаток долга в сумме 345000 рублей за покупку бракованного поголовья овец под расписку нынешнему директору Домбаеву Б.А.. После покупки и последующей реализации подотчетного овцепоголовья он никакие животноводческие отчеты, акты не подписывал, поскольку у него после этого какое – либо поголовье скота, принадлежащее МУП им. С.М. Буденного, отсутствовало. Администрация предприятия более никакого поголовья скота для выполнения трудовой функции по занимаемой должности не передавала, никто из администрации на его животноводческую стоянку не приезжал, пересчет не производил, поскольку нечего было пересчитывать. По вопросу о проверке законности действий директора Домбаева А.С. он в правоохранительные органы не обращался, поскольку не считал это необходимым.

Представители ответчика ФИО3 и ФИО4 в судебном заседании увеличенные исковые требования не признали полностью, просили отказать в их удовлетворении. Отмечают, что представленные в обоснование исковых требований животноводческие отчеты, акты составлены с грубыми нарушениями нормативных актов Министерства сельского хозяйства РФ. В представленных документах отсутствуют как подпись ответчика, так и зачастую подпись лица, составлявшего данную документацию. Кроме того, обращают внимание, что животноводческие отчеты и акты составлялись без осуществления пересчета фактически имеющегося поголовья скота, которое ответчик не принимал. Считают, что ФИО2 добросовестно купил находившееся у него подотчетное овцепоголовье, мог им свободно распоряжаться и не должен нести ответственность за действия бывшего директора МУП им. С.М. Буденного Домбаева А.С.. В подтверждение законности приобретения ответчиком бракованного овцепоголовья имеется аудиозапись его разговора с директором Домбаевым А.С., голос которого в судебном заседании опознал допрошенный в качестве свидетеля его брат ФИО6. Указывают на то, что на их неоднократные просьбы представить в судебное заседание оригинал договора о полной индивидуальной материальной ответственности ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между директором Домбаевым А.С. и ФИО2, представители истца так и не представили суду оригинал данного договора. 

Выслушав объяснения сторон, исследовав материалы дела, суд считает исковые требования МУП им. С.М.Буденного подлежащими частичному удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно п.1 ст.1064 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Главой 39 Трудового кодекса РФ ( далее ТК РФ ) «Материальная ответственность работника» определены условия и порядок возложения на работника, причинившего работодателю имущественный ущерб, материальной ответственности, в том числе и пределы такой ответственности.

Согласно ст. 238 ТК РФ работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат.

Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам.

В силу ст. 242 ТК РФ полная материальная ответственность работника состоит в его обязанности возмещать причиненный работодателю прямой действительный ущерб в полном размере.

Пунктами 1 и 2 ст. 243 ТК РФ установлено, что материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба возлагается на работника в следующих случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или иными федеральными законами на работника возложена материальная ответственность в полном размере за ущерб, причиненный работодателю при исполнении работником трудовых обязанностей. А также возлагается на работника в случае недостачи ценностей, вверенных ему на основании специального письменного договора или полученных им по разовому документу.

Статьей 244 ТК РФ предусмотрено, что письменные договоры о полной индивидуальной или коллективной (бригадной) материальной ответственности (п.2 ч.1 ст.243 ТК РФ), то есть о возмещении работодателю причиненного ущерба в полном размере за недостачу вверенного работникам имущества, могут заключаться с работниками, достигшими возраста восемнадцати лет и непосредственно обслуживающими или использующими денежные, товарные ценности или иное имущество.

Согласно перечню должностей и работ, замещаемых или выполняемых работниками, с которыми работодатель может заключать письменные договоры о полной индивидуальной материальной ответственности за недостачу вверенного имущества, утвержденного постановлением Министерства труда и социального развития РФ от 31 декабря 2002 года № 85, в перечень входят и работы по выращиванию, откорму, содержанию и разведению сельскохозяйственных и других животных.

Согласно трудовому договору с работником № от ДД.ММ.ГГГГ ( том 1, л.д. 193 – 195), подписание которого ответчиком не оспаривается, данный трудовой договор заключен между МУП им. С.М.Буденного в лице директора Домбаева А.С. и ответчиком ФИО2. Последний принят на работу в качестве старшего чабана в цех животноводства, за ним закреплен производственный комплекс № 15, состоящий из земельного участка площадью 1009,4 га, помещения для отдыха, кошары, базов, овцепоголовье указано в количестве 550 голов. В п. 1.6 данного трудового договора имеются записи о заключении договора о полной индивидуальной материальной ответственности, а также о том, что за сохранность закрепленного имущества работник несет персональную ответственность. Из п. 2.2, 2.3 данного трудового договора следует, что работник обязан обеспечить сохранность поголовья 100 процентов. При утере закрепленного поголовья, а также гибели животных по вине работника он должен произвести возмещение в установленном порядке. Кроме того, работник обязан незамедлительно сообщать работодателю либо непосредственному руководителю о возникновении ситуации, представляющей угрозу жизни и здоровью людей, сохранности имущества работодателя.

Из объяснений ответчика в судебном заседании также следует, что в случае уменьшения подотчетного поголовья он восстанавливал его количество за счет личного поголовья скота.

Как следует из акта пересчета животных в МУП им. С.М.Буденного от 19 октября 2013 года ( том 1, л.д. 224 ), зоотехником – селекционером ААБ был произведен пересчет поголовья, находящегося на ответственном хранении у старшего чабана ФИО2. Поголовье, состоящее из 7 – месячных ярок в количестве 540 голов, оказалось в наличии.

Получение после заключения трудового договора указанного поголовья скота ответчиком в судебном заседании также не отрицалось.

Согласно комиссионному акту от 10 августа 2019 года на животноводческой стоянке МУП им. С.М.Буденного у старшего чабана ФИО2 полностью отсутствовало закрепленное за ним поголовье скота, принадлежащее предприятию.

В соответствии с приказом № 2 п.3 от 16 января 2020 года в МУП им. С.М.Буденного для проведения инвентаризации производственного комплекса № 15 животноводческого цеха назначена рабочая инвентаризационная комиссия в составе главного зоотехника ААБ главного бухгалтера МТМ., главного ветеринарного врача ДВС Данной комиссией была составлена инвентаризационная опись № 6 по состоянию на 16 марта 2020 года об отсутствии поголовья скота, находящегося под ответственностью старшего чабана ФИО2. 

Из уведомления о необходимости дать объяснение № 20 от 17 марта 2020 года видно, что МУП им. С.М.Буденного в соответствии с требованиями ст. 193 Трудового кодекса РФ требовало от ФИО2 в срок до 17 часов 25 марта 2020 года представить в отдел кадров предприятия письменное объяснение по факту утраты поголовья скота, закрепленного за ним в производственном комплексе № 15, с указанием причин утраты. Уведомление подписано главным зоотехником МУП им. С.М.Буденного ААБ., главным бухгалтером МТМ. и главным ветеринарным врачом ДВС

Согласно актам МУП им. С.М.Буденного № 21, № 21 п. 1 и № 21 п.2 от 18 марта 2020 года работник ФИО2 от ознакомления с уведомлением и от подписания результатов инвентаризации, оформленных сличительной ведомостью № 8 от 16 марта 2020 года и инвентаризационной описью № 6 от 16 марта 2020 года, отказался, мотивы отказа не сообщил. Содержание уведомления о необходимости дать объяснения зачитано ФИО2 вслух.

В соответствии с актом № 25 от 26 марта 2020 года по истечении срока письменное объяснение старший чабан ФИО2 не представил, причины непредставления не сообщил. Указанные акты подписаны теми же работниками МУП им. С.М. Буденного.

Инвентаризационной комиссией также были составлены акт о результатах инвентаризации № 28 от 10 апреля 2020 года о выявлении недостачи поголовья скота, закрепленного за старшим чабаном ФИО2; заключение по результатам служебного расследования, утвержденное директором Домбаевым Б.А. 10 апреля 2020 года, согласно которому комиссия по расследованию факта причинения ущерба пришла к выводу об утрате работником ФИО2 закрепленного за ним поголовья скота вследствие его противоправных виновных действий, выразившихся в неисполнении служебных обязанностей по сохранности и бережному отношению вверенного ему поголовья скота, принятию мер к предотвращению ущерба, предупреждению работодателя об угрозе потери поголовья скота, в результате которого МУП им. С.М.Буденного причинен материальный ущерб в определенном размере.

С указанным заключением по результатам служебного расследования от 10 апреля 2020 года ФИО2 в тот же день отказался от ознакомления, о чем имеется соответствующий акт № 27 от 10 апреля 2020 года.

Как видно из расписки Домбаева Б.А. без даты, он, являясь директором МУП им. С.М. Буденного, берет у ФИО7 Магомедхабиба денежные средства в размере 345000 рублей в счет остатка по зубраку ( бракматки ).

Из показаний допрошенного в судебном заседании в качестве свидетеля ДВС следует, что с апреля 2018 года до 10 июня 2019 года работал зоотехником МУП им. С.М. Буденного, составлял отчеты о движении скота, акты пересчета животных в помещении администрации предприятия без выезда на животноводческую стоянку ФИО2, основываясь на данных бухгалтерского учета предприятия и устных указаниях директора Домбаева А.С. без фактического пересчета поголовья скота, имевшегося у ФИО2. В 2020 году он с комиссией один раз ездил на животноводческую стоянку ФИО2 по поводу получения объяснений.

Согласно показаниям свидетеля ААБ в судебном заседании с 10 июня 2013 года по май 2017 года, со 02 сентября 2019 года по настоящее время он работает в МУП им. С.М. Буденного главным зоотехником. В 2013 году ФИО2 принял отару 7 – месячных ярок в количестве 540 голов. В последующем он поголовье скота, содержащееся у ФИО2, не пересчитывал. В 2020 году один раз он ездил с ветврачом и бухгалтером на животноводческую стоянку ФИО2 по поводу получения объяснений, однако последний отказался давать пояснения.

Как следует из показаний свидетеля МТМ в судебном заседании, с марта 2017 года она работала экономистом, с 01 августа 2019 года главным бухгалтером МУП им. С.М. Буденного. В марте 2020 года комиссией она, главный зоотехник и ветврач выезжали на животноводческую стоянку ФИО2 для получения объяснений. К ФИО2 ходил главный зоотехник ААБ, она из автомашины не выходила. Когда ФИО8 вернулся, сказал им, что ФИО2 отказался давать пояснения. ФИО2 она никогда не видела, в пересчете закрепленного за ним поголовья не участвовала.

Указанные доказательства признаются судом относимыми, допустимыми и достоверными, а в совокупности взаимосвязанными, не имеющими противоречий.

Согласно позиции Верховного Суда РФ, изложенной в Постановлении Пленума от 16 ноября 2006 года N 52 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю", к обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, в частности, относятся: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действия или бездействие) причинителя вреда; вина работника в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности. Если работодателем доказаны правомерность заключения с работником договора о полной материальной ответственности и наличие у этого работника недостачи, последний обязан доказать отсутствие своей вины в причинении ущерба.

Согласно п.116 Методических рекомендаций по бухгалтерскому учету материально-производственных запасов в сельскохозяйственных организациях, утвержденных Приказом Минсельхоза РФ от 31 января 2003 года № 26, для обеспечения достоверности данных бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности организации обязаны проводить инвентаризацию запасов, в ходе которой проверяются и документально подтверждаются их наличие, состояние и оценка. Общий порядок проведения инвентаризации имущества и финансовых обязательств организации и оформления ее результатов установлен Приказом Министерства финансов РФ от 13 июня 1995 года № 49 «Методические указания по инвентаризации имущества и финансовых обязательств». В пункте 117 Методических рекомендаций указано, что проведение инвентаризации обязательно, в том числе перед составлением годовой бухгалтерской отчетности; при смене материально ответственных лиц; при выявлении фактов хищения, злоупотребления или порчи имущества.

В судебном заседании на основании приведенных доказательств, представленных сторонами, нашел подтверждение выявленный 10 августа 2019 года факт недостачи закрепленного за старшим чабаном ФИО2 овцепоголовья, принадлежащего МУП им. С.М. Буденного. Однако суд не соглашается с размером материального ущерба, определенного инвентаризационной комиссией предприятия в акте о результатах инвентаризации № 28 от 10 апреля 2020 года, заключении по результатам служебного расследования, утвержденном директором Домбаевым Б.А. 10 апреля 2020 года.

Так, из содержания указанных доказательств в совокупности следует, что в октябре 2013 года администрацией МУП им. С.М. Буденного ответчику как старшему чабану для выполнения трудовых обязанностей, в том числе обеспечения полной сохранности, было передано поголовье овцематок 2013 года окота в количестве 540 голов, принадлежащее предприятию. Каких – либо достоверных доказательств, объективно подтверждающих увеличение поголовья скота, изначально переданного ответчику, представителями истца в нарушение требований ч. 1 ст. 56 ГПК РФ не представлено. Исследованные судом сведения, содержащиеся в животноводческих отчетах о движении скота, актах об оприходовании молодняка, не могут быть приняты во внимание судом как не основанные на фактическом пересчете поголовья, не содержащие подпись самого старшего чабана ФИО2. При этом ответчик пояснял в суде, что в период с 2014 года по октябрь 2018 года он обеспечивал наличие подотчетного поголовья в изначально принятом количестве, а в случае его уменьшения восстанавливал из личного поголовья. После октября 2018 года ответчик реализовал данное поголовье овцематок, распорядившись им по своему усмотрению. Доказательств обратного суду представлено не было.

Довод ответчика о том, что он примерно в октябре – ноябре 2018 года купил имевшееся у него маточное овцепоголовье 2013 года окота в количестве 538 голов, принадлежащее предприятию, у директора Домбаева А.С., не был подтвержден какими – либо надлежащими доказательствами.

Согласно ст. 493 Гражданского кодекса РФ ( в редакции, действовавшей по состоянию на октябрь 2018 года ), если иное не предусмотрено законом или договором розничной купли-продажи, в том числе условиями формуляров или иных стандартных форм, к которым присоединяется покупатель (статья 428), договор розничной купли-продажи считается заключенным в надлежащей форме с момента выдачи продавцом покупателю кассового или товарного чека или иного документа, подтверждающего оплату товара. Отсутствие у покупателя указанных документов не лишает его возможности ссылаться на свидетельские показания в подтверждение заключения договора и его условий.

Между тем, ответчик пояснял, что документально сделка, на которую он ссылается, оформлена не была, в том числе и посредством составления расписки в простой письменной форме. Аудиозапись разговора, как утверждает ФИО2, с директором Домбаевым А.С. не может служить надлежащим доказательством заключения договора купли – продажи поголовья скота. 

Представителями истца суду не был представлен оригинал договора о полной индивидуальной материальной ответственности, заключенного с работником ФИО2. Тем не менее, суд считает, что ФИО2, состоявший в трудовых отношениях с МУП им. С.М. Буденного, принял полную индивидуальную материальную ответственность за сохранность переданного ему поголовья овцематок 2013 года окота в количестве 540 голов, принадлежащего предприятию. Это прямо следует из содержания п. 1.6, п.п. 2.2, 2.3 трудового договора с работником № от ДД.ММ.ГГГГ ( том 1, л.д. 193 – 195), подписание которого ответчиком не оспаривается, а также вытекает из содержания его пояснений о наличии у него трудовой обязанности восстанавливать подотчетное поголовье скота за свой счет.

Суд критически относится к показаниям допрошенного свидетеля АЮГ об обстоятельствах приобретения им скота, принадлежащего МУП им. С.М. Буденного, поскольку его показания не подтверждаются какими – либо документальными сведениями, в том числе договорами, оставленными в простой письменной форме. В связи с чем показания данного свидетеля не могут объективно подтверждать соответствующие доводы стороны ответчика.

Таким образом, в судебном заседании установлено виновное причинение ответчиком прямого действительного ущерба истцу. При этом на ответчика была возложена полная индивидуальная материальная ответственность за обеспечение сохранности закрепленного за ним поголовья овцематок 2013 года окота в количестве 540 голов, принадлежащего МУП им. С.М. Буденного.

Надлежащих доказательств отсутствия вины ФИО2 в причинении ущерба стороной ответчика суду представлено не было.

Поскольку подотчетное поголовье скота было реализовано, размер причиненного материального ущерба подлежит определению на основании рыночной стоимости аналогичного имущества по состоянию на момент обнаружения недостачи. 

Как следует из заключения судебно – оценочной экспертизы № 026 – 013 – 00089А от 05 августа 2020 года, составленного экспертом ООО «СОЭКС – Калмыкия» ЛОН., среднерыночная стоимость одной головы овцематки, 2013 года окота, средней упитанности, по состоянию на август 2019 года ориентировочно составила 4200 рублей. 

Вопреки доводам представителей ответчика оснований для признания выводов данной экспертизы недопустимым доказательством по делу не имеется. Эксперт имеет необходимую квалификацию для дачи заключения, выводы получены после исследования сельскохозяйственного рынка Республики Калмыкия и сети Интернет. Перед производством экспертизы эксперт был предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Суд считает, что то обстоятельство, что эксперт при производстве экспертизы использовал в качестве одного из критериев оценки категорию «средняя упитанность», отступив в этой части от поставленных судом вопросов, а также то, что представителем истца ФИО1 копия изготовленного в окончательном виде заключения эксперта была получена им по его просьбе в экспертном учреждении до ознакомления с этим заключением в судебном заседании, сами по себе эти обстоятельства не влияют на объективность выводов данной экспертизы и не могут выступать основаниями для признания этого доказательства недопустимым в соответствии с нормой ст. 60 ГПК РФ.

С учетом изложенного размер материального ущерба, причиненного ответчиком истцу, рассчитывается судом следующим образом.

4200 рублей ( среднерыночная стоимость одной головы овцематки 2013 года окота ) х 540 ( количество закрепленного поголовья скота, составляющего недостачу, установленную судом ) = 2268000 рублей. От этой суммы ущерба вычитаем 345000 рублей, переданные ответчиком представителю истца Домбаеву Б.А. как остаток долга перед МУП им. С.М. Буденного. Итого получаем невозмещенный ответчиком размер прямого действительного материального ущерба, причиненного истцу, в сумме 1923000 ( один миллион девятьсот двадцать три тысячи ) рублей, который подлежит взысканию в полном объеме с ответчика в пользу истца.

Обсуждая вопрос о распределении судебных расходов по делу, суд приходит к следующему.

В соответствии с ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Согласно чеку – ордеру ПАО «Сбербанк России» от 16 апреля 2020 года МУП им. С.М. Буденного при подаче иска в суд была уплачена государственная пошлина в размере 31450 рублей, при увеличении исковых требований доплата государственной пошлины составила 3603 рубля.

С учетом размера исковых требований, подлежащих удовлетворению, с ответчика с пользу истца подлежит также взысканию возмещение расходов по уплате государственной пошлины при подаче иска в суд в размере 17815 ( семнадцать тысяч восемьсот пятнадцать ) рублей, который рассчитывается на основании пп. 1 п. 1 ст. 333.19 Налогового кодекса РФ ( 13200 рублей + 0,5 процента от суммы, превышающей один миллион рублей ). 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования Муниципального унитарного предприятия им. С.М. Буденного к ФИО2 о взыскании материального ущерба, причиненного работником, удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 в пользу Муниципального унитарного предприятия им. С.М. Буденного в возмещение причиненного материального ущерба 1923000 ( один миллион девятьсот двадцать три тысячи ) рублей. 

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Взыскать с ФИО2 в пользу Муниципального унитарного предприятия им. С.М. Буденного возмещение расходов по уплате государственной пошлины при подаче иска в суд в размере 17815 ( семнадцать тысяч восемьсот пятнадцать ) рублей. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный суд Республики Калмыкия в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме через Черноземельский районный суд Республики Калмыкия.

Председательствующий Б.В. Манжеев