Дело № 2-1061/2021

УИД 39RS0001-01-2020-006664-95

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

16 марта 2021 года г. Калининград

Ленинградский районный суд г. Калининграда в составе:

председательствующего судьи Кораблевой О.А.,

при секретаре Торлоповой А.И., Власовой М.С.,

рассмотрел в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ООО «БИГ-КАР» о возмещении ущерба, третьи лица ПАО СК «Росгосстрах», ООО СК «Согласие», ФИО2,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к ООО «БИГ-КАР», в обоснование указывая, что 01.11.2017 автомобиль марки «ДАФ», государственный регистрационный знак (далее – г.р.з.) №, принадлежащий ООО «БИГ-КАР», под управлением ФИО2, на автодороге Симферополь-Феодосия 109 км. + 1500 м. совершил наезд на принадлежащий истцу автомобиль марки «КИА», г.р.з. №, который двигался в попутном направлении и снизил скорость движения перед пешеходным переходом. Водитель ФИО2 нарушил требования п.9.10 ПДД РФ, не соблюдал дистанцию с движущимся впереди транспортным средством, что повлекло столкновение ТС. В ДТП признан виновным ФИО2 

На момент ДТП автомобиль марки «ДАФ» находился в лизинге у ООО «БИГ-КАР», осуществлявшего грузоперевозки. Гражданская ответственность автомобиля марки «ДАФ» на момент ДТП застрахована в ООО «Согласие». В результате ДТП автомобилю марки «КИА» причинены технические повреждения. 

По договору от 12.03.2018 ИП ФИО провел техническую оценку стоимости повреждений автомобиля «КИА», в соответствии с «Единой методики определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства». Учитывая результат оценки ПАО СК «Росгосстрах» произвело страховую выплату в размере 143 500 рублей.

Согласно выводам отчета № об оценке стоимости восстановительного ремонта, составленным по заказу истца ИП ФИО3, стоимость восстановительного ремонта автомобиля «КИА» составила 278 817 рублей. Стоимость услуг эксперта на проведение оценки и составление отчета по условиям договора №, составила 4 500 рублей; размер утраты товарной стоимости автомобиля «КИА» после ДТП составил 22 371 рубль. Стоимость услуг эксперта по определению размера утраты стоимости на условиях договора №-н/2018, составила 4 000 рублей.

20.03.2018 истец направил ответчику почтой претензию, предложил урегулировать спор и выплатить истцу компенсацию в сумме 136 817,00 рублей для возмещения ущерба, причиненного автомобилю «КИА» в ДТП, с учетом страховой выплаты или приобрести и заменить за счет ответчика поврежденные детали. Ответчик игнорировал предложения (о возмещении ущерба), не принял решение о замене деталей, поврежденных при ДТП, или выплате истцу компенсации ущерба, причиненного автомобилю «КИА» при ДТП. 

При таких обстоятельствах, истец вправе требовать от ответчика возместить ущерб в виде разницы между выплаченным страховым возмещением и фактическим размером убытков, определенных отчетом об оценке причиненного в ДТП ущерба, а также утрату товарной стоимости поврежденного в ДТП автомобиля. 

На основании изложенного, просит взыскать с ответчика в счет невозмещенного размера ущерба, причиненного ТС, 135 317,00 рублей; утрату товарной стоимости в размере 22 371,00 рублей; расходы на составление отчетов об оценке в размере 8 500 рублей.

К участию в деле в качестве третьих лиц привлечены ПАО СК «Росгосстрах», ООО СК «Согласие», ФИО2 

В судебное заседание истец, будучи надлежащим образом уведомленный о месте и времени рассмотрения дела, - не явился. Просил рассматривать дело в его отсутствие.

Представитель ООО «БИГ-КАР» ФИО4 в судебном заседании с иском не согласилась. Указывала, что на момент ДТП транспортное средство «ДАФ» находилось у ответчика в лизинге, поэтому ООО «БИГ-КАР» не является надлежащим ответчиком по делу. Кроме того, указывала, что истцом не доказано, что выплаченного страхового возмещения было недостаточно для восстановления ТС. Требования истца о взыскании с ответчика утраты товарной стоимости (далее – УТС) не основано на законе, поскольку за ее выплатой истец должен был обратиться к страховщику. Просила в иске отказать.

Третьи лица в судебное заседание не явились; извещены надлежащим образом; ходатайств об отложении рассмотрения дела не заявляли.

Выслушав представителя ответчика, исследовав собранные по делу доказательства и дав им оценку в соответствии с требованиями ст. 67 ГПК РФ, суд пришел к следующему.

Судом установлено и подтверждается письменными материалами дела, что 01.11.2017 в 17:15 часов на автодороге Симферополь – Феодосия 109 км+500м, водитель ФИО2, управляя ТС марки ДАФ, г.р.з. №, в нарушение п.9.10 ПДД РФ, не выбрал безопасную дистанцию до впереди двигающегося автомобиля марки «КИА», под управлением ФИО1, г.р.з. №, снизившим скорость перед пешеходным переходом, в результате чего произошло столкновение указанных ТС.

По данному факту ФИО2 был привлечен к административной ответственности по ч.1 ст.12.15 КоАП РФ и ему назначено наказание в виде штрафа 1 500 рублей.

Вина ФИО2 подтверждена материалом по факту ДТП, в том числе схемой места происшествия, с фиксацией повреждений автомобилей – участников ДТП, объяснением ФИО2

В судебном заседании вина ФИО2 в ДТП не оспаривалась.

Таким образом, в результате виновных действий ФИО2 были причинены повреждения автомобилю марки «КИА», г.р.з. №, принадлежащего ФИО1 

ФИО1 в рамках прямого урегулирования убытков обратился в ПАО СК «Росгосстрах» для получения страхового возмещения. 

Страховщик, признав случай страховым, 16.01.2018 произвел выплату страхового возмещения в размере 143 500 рублей.

Кроме того, руководствуясь проведенной в рамках рассмотрения заявления ФИО1 заявления, экспертизой, выполненной ООО «ТК Сервис Регион» об определении утраты товарной стоимости поврежденного ТС марки «КИА», выплатил ФИО1 17 200,35 рублей в счет возмещения стоимости УТС.

Таким образом, страховщик исполнил обязательства по выплате страхового возмещения перед ФИО1 в полном объеме.

В соответствии со ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии с требованиями ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом и договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб).

Приведенное гражданско-правовое регулирование основано на предписаниях Конституции Российской Федерации, в частности ее статей 35 (часть 1) и 52, и направлено на защиту прав и законных интересов граждан, право собственности которых оказалось нарушенным иными лицами при осуществлении деятельности, связанной с использованием источника повышенной опасности.

Применительно к случаю причинения вреда транспортному средству это означает, что в результате возмещения убытков в полном размере потерпевший должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы его право собственности не было нарушено, т.е. ему должны быть возмещены расходы на полное восстановление эксплуатационных и товарных характеристик поврежденного транспортного средства.

По смыслу вытекающих из статьи 35 Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с ее статьями 19 и 52 гарантий права собственности, определение объема возмещения имущественного вреда, причиненного потерпевшему при эксплуатации транспортного средства иными лицами, предполагает необходимость восполнения потерь, которые потерпевший объективно понес или - принимая во внимание в том числе требование пункта 1 статьи 16 Федерального закона «О безопасности дорожного движения», согласно которому техническое состояние и оборудование транспортных средств должны обеспечивать безопасность дорожного движения, - с неизбежностью должен будет понести для восстановления своего поврежденного транспортного средства.

Замена поврежденных деталей, узлов и агрегатов - если она необходима для восстановления эксплуатационных и товарных характеристик поврежденного транспортного средства, в том числе с учетом требований безопасности дорожного движения, - в большинстве случаев сводится к их замене на новые детали, узлы и агрегаты. Поскольку полное возмещение вреда предполагает восстановление поврежденного имущества до состояния, в котором оно находилось до нарушения права, в таких случаях – при том, что на потерпевшего не может быть возложено бремя самостоятельного поиска деталей, узлов и агрегатов с той же степенью износа, что и у подлежащих замене, - неосновательного обогащения собственника поврежденного имущества не происходит, даже если в результате замены поврежденных деталей, узлов и агрегатов его стоимость выросла.

Принимая во внимание правовую позицию изложенной в Постановлении Конституционного суда Российской Федерации № 6-П от 10.03.2017 г. и как следует из постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», при исчислении размера расходов, необходимых для приведения транспортного средства в состояние, в котором оно находилось до повреждения, и подлежащих возмещению лицом, причинившим вред, должны приниматься во внимание реальные, т.е. необходимые, экономически обоснованные, отвечающие требованиям завода-изготовителя, учитывающие условия эксплуатации транспортного средства и достоверно подтвержденные расходы, в том числе расходы на новые комплектующие изделия (детали, узлы и агрегаты). Если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использованы новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью. Отсюда следует, что при взыскании материального ущерба непосредственно с лица, причинившим вред, амортизационного износ деталей подлежащих замене не учитывается.

В соответствии с п. 35 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.12.2017 N 58 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» причинитель вреда, застраховавший свою ответственность в порядке обязательного страхования в пользу потерпевшего, возмещает разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба только в случае, когда страхового возмещения недостаточно для полного возмещения причиненного вреда (статья 15, пункт 1 статьи 1064, статья 1072 и пункт 1 статьи 1079 ГК РФ).

В обоснование заявленных исковых требований, истцом в материалы дела представлен Отчет об оценке, выполненный по заказу истца ИП ФИО 12.03.2018, согласно которому рыночная стоимость услуг по восстановительному ремонту автомобиля марки «КИА», г.р.з. А998ВН/82, составляет 278 817 рублей без учета износа.

Согласно разъяснениям, изложенным в абзаце втором п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу п. 1 ст. 15 ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Пункт 13 данного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации разъясняет, что при разрешении споров, связанных с возмещением убытков, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которое это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права (п. 2 ст. 15 ГК РФ).

Если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использоваться новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то, что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения. Размер подлежащего выплате возмещения может быть уменьшен, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества.

Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 10 марта 2017 г. N 6-П указал, что положения ст. 15, п. 1 ст. 1064, ст. 1072 и п. 1 ст. 1079 ГК РФ - по их конституционно-правовому смыслу в системе мер защиты права собственности, основанной на требованиях ч. 1 ст. 7, чч. 1 и 3 ст. 17, чч. 1 и 2 ст. 19, ч. 1 ст. 35, ч. 1 ст. 46 и ст. 52 Конституции Российской Федерации, и вытекающих из них гарантий полного возмещения потерпевшему вреда, - не предполагают, что правила, предназначенные исключительно для целей обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, распространяются и на деликтные отношения, урегулированные указанными законоположениями.

Иное означало бы, что потерпевший лишался бы возможности возмещения вреда в полном объеме с непосредственного причинителя в случае выплаты в пределах страховой суммы страхового возмещения, для целей которой размер стоимости восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства определен на основании Единой методики определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства с учетом износа подлежащих замене деталей, узлов и агрегатов.

В контексте конституционно-правового предназначения ст. 15, п. 1 ст. 1064, ст. 1072 и п. 1 ст. 1079 ГК РФ Федеральный закон от 25 апреля 2002 г. N 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», как регулирующий иные страховые отношения, и основанная на нем Единая методика определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства не могут рассматриваться в качестве нормативно установленного исключения из общего правила об определении размера убытков в рамках деликтных обязательств и, таким образом, не препятствуют учету полной стоимости новых деталей, узлов и агрегатов при определении размера убытков, подлежащих возмещению лицом, причинившим вред.

Таким образом, принцип полного возмещения убытков применительно к случаю повреждения транспортного средства предполагает, что в результате возмещения убытков в полном размере потерпевший должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы его право собственности не было нарушено.

С учетом приведенных положений ст. 15 ГК РФ, разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по применению этой нормы и правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации суд оценив совокупность имеющихся в деле доказательств, подтверждающих размер причиненных ФИО1 убытков, приходит к выводу о взыскании с ООО «БИГ-КАР» разницы между выплаченным страховым возмещением и фактическим размером убытков, которые должен будет понести истец на восстановление поврежденного ТС в размере 135 317,00 рублей.

Указанный размер стороной ответчика оспаривался лишь по тем основаниям, что заявленный истцом размер ущерба 278 817,00 рублей покрывается лимитом страховой выплаты в рамках закона об ОСАГО, которая составляет 400 000 рублей, однако ответчиком не учтено, что страховщик, при определении размера страховой выплаты, принимает во внимание, что размер расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства должен быть исчислен только с применением положений Единой методики определения размера расходов на восстановительный ремонт. Вместе с тем, как уже указывалось выше, потерпевший не лишен права обратиться за возмещением разницы между выплатой страхового возмещения и фактическим размером убытков к причинителю вреда, учитывая принцип полного возмещения убытков.

Каких-либо иных мотивированных доводов несогласия с размером ущерба, заявляемым истцом, стороной ответчика в нарушение положений ст. 56 ГПК РФ не представлено. Правом на заявление перед судом ходатайства представитель ответчика не воспользовался, несмотря на разъяснение такого права судом. 

При этом, суд, возлагая ответственность по возмещению причиненного в ДТП ущерба имуществу истца на ООО «БИГ-КАР», исходит из следующего.

В силу статьи 1068 главы 59 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Применительно к правилам, предусмотренным данной главой, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ (пункт 1).

В соответствии с пунктом 1 статьи 1079 этого же кодекса юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

В пункте 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что согласно статьям 1068 и 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации не признается владельцем источника повышенной опасности лицо, управляющее им в силу исполнения своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании трудового договора (служебного контракта) или гражданско-правового договора с собственником или иным владельцем источника повышенной опасности.

Из содержания приведенных выше норм материального права и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что работник, управляющий источником повышенной опасности в силу трудовых или гражданско-правовых отношений с собственником этого источника повышенной опасности, не признается владельцем источника повышенной опасности по смыслу статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность в таком случае возлагается на работодателя, являющегося владельцем источника повышенной опасности.

Согласно сведениям, имеющимся в материалах дела об административном правонарушении и не отрицалось представителем ответчика в судебном заседании, ФИО2 на момент ДТП управлял ТС «ДАФ», г.р.з. № в качестве водителя ООО «БИГ-КАР», т.е. находился при исполнении служебных обязанностей.

ПО сведениям МРЭО ГИБДД УМВД России по Калининградской области автомобиль «ДАФ», г.р.з. № с 13.04.2016 года зарегистрирован за лизингополучателем ООО «БИГ-КАР», а с 30.03.2019 ООО «БИГ-КАР» является собственником ТС.

Следовательно, в силу указанных выше правовых норм, в рамках настоящего дела именно работодатель (законный владелец источника повышенной опасности) обязан возместить вред, причиненный в результате действий его работника при исполнении им трудовых обязанностей.

Относительно требований ФИО1 о взыскании с ООО «БИГ-КАР» утраты товарной стоимости принадлежащего истцу автомобиля, то суд не усматривает оснований для их удовлетворения. 

В соответствии с разъяснениями, изложенными в п. 37 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.12.2017 N 58 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» к реальному ущербу, возникшему в результате дорожно-транспортного происшествия, наряду со стоимостью ремонта и запасных частей относится также утрата товарной стоимости, которая представляет собой уменьшение стоимости транспортного средства, вызванное преждевременным ухудшением товарного (внешнего) вида транспортного средства и его эксплуатационных качеств в результате снижения прочности и долговечности отдельных деталей, узлов и агрегатов, соединений и защитных покрытий вследствие дорожно-транспортного происшествия и последующего ремонта.

Согласно материалам выплатного дела, представленным по запросу суда ПАО СК «Росгосстрах», истцу была произведена выплата утраты товарной стоимости автомобиля марки «КИА», г.р.з. № в размере 17 200,35 рублей (платежное поручение № от 11.04.2018), на основании поданной ФИО1 претензии. Расчет размера УТС был произведен ООО «ТК Сервис Регион», о чем было подготовлено соответствующее заключение. 

При таких обстоятельствах, суд не находит правовых оснований для удовлетворения иска ФИО1 в этой части, поскольку утрата товарной стоимости автомобиля уже возмещена страховщиком, доказательств тому, что истцом указанный размер УТС оспорен – не представлено. Повторное взыскание УТС приведет к неосновательному обогащению истца. 

В соответствии со статьей 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

По правилам статьи 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к издержкам, связанным с рассмотрением дела, в том числе относятся: расходы на оплату услуг представителей, другие связанные с рассмотрением дела признанные судом необходимыми расходы.

К судебным расходам, понесенным истцом по настоящему делу следует отнести расходы на оплату проведенной ИП ФИО оценки причиненного ущерба, за которую истцом оплачено 4 500 рублей, согласно Договору № от 12.03.2018 и акту выполненных работ от 16.03.2018. 

При этом, учитывая отказ в иске ФИО1 о взыскании с ответчика УТС, суд не находит оснований для взыскания с ответчика расходов, понесенных на определение размера УТС.

Кроме того, с ответчика, в силу ст. 98 ГПК РФ, подлежат взысканию расходы истца по уплате госпошлины, пропорционально удовлетворенным требованиям, на сумму 3 906,34 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 – удовлетворить частично.

Взыскать с ООО «БИГ-КАР» в пользу ФИО1 в счет возмещения ущерба денежную сумму в размере 135 317 рублей, расходы на оплату экспертизы в размере 4 500 рублей, расходы по уплате госпошлины в размере 3 906,34 рублей.

В удовлетворении остальной части заявленных требований – отказать.

Решение может быть обжаловано в Калининградский областной суд, через Ленинградский районный суд в течение одного месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено 23 марта 2021 года.

Судья: О.А. Кораблева